Текст книги "Черные руки (СИ)"

Автор книги: Стас Бородин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 37 страниц)

Я справился с паникой, и прислушался к своим ощущениям. Боль ушла, а в груди все так же пульсировало что-то горячее, разливающее по всему телу живительные волны!

Мои пальцы скользнули вверх к лицу, ощупывая лоб, нос, щеки подбородок. Я все еще пребывал в своем человеческом теле! Это было просто невероятно!

Не спеша я продолжил исследования. Пальцы спустились ниже и наткнулись на плетеную сталь кольчуги!

Это был сюрприз! Я задрожал от возбуждения. Нет, это не Аннувир! Туда души умерших приходят голыми, освобожденными от земной плоти и земных вещей!

Я зашарил руками во тьме, что окружала меня. Мои ладони тут же зарылись в вязкую грязь.

Звук я услышал не ушами, а всем телом. Это было похоже на отдаленный зов трубы. Я замер, прислушиваясь, и тут вокруг меня все вновь заходило ходуном.

Земля задрожала и вздыбилась, стиснув меня в своем каменном кулаке. Что-то упругое и холодное подхватило меня, и я вновь закувыркался как поломанная кукла, влекомый неизвестной силой, неизвестно куда.

Когда я очнулся в очередной раз, страха не было совсем, осталась лишь одна пустота.

Я лежал похороненный в жидкой грязи, с залепленными глазами и ушами, забитым песком ртом и легкими полными черной зловонной воды.

Я был не жив, не мертв, но это не имело никакого значения. Странная апатия накатила на меня вязкой волной, превращая мою волю в кисель, а конечности в студень.

Я устал бороться, я больше не видел смысла в этой борьбе.

Преодолевая вязкое сопротивление грязи, я свернулся клубочком и застыл в позе зародыша, поджав колени к груди и уткнувшись в них лицом.

Пусть весь мир провалится в Аннувир, мне больше нет до него дела! С меня хватит Страха и Боли, с меня хватит Смерти и Мучений!

Я лежал в своей могиле из жидкой грязи, стараясь отрешиться от всего земного, и стараясь задушить теплящуюся во мне искру жизни. Я звал Смерть, я молил ее придти поскорее, но она оставалась глуха к моим мольбам.

Мысли стали сплетаться в причудливую вязь, воспоминания нахлынули неудержимым потоком, разрывая в клочья плотину, которую я так старательно возводил.

Мне вспомнилось солнце, просвечивающее сквозь паруса «Карателя», крик чаек, запах моря и живительное тепло. Тепло руки Хрианон, стоящей рядом со мной на палубе. Я слышал смех матросов, скрип такелажа, плеск воды. Я глядел на спины дельфинов резвящихся за бортом, я глядел на летучих рыб, планирующих на своих радужных плавниках. Мир был полон света, тепла и чудес! Мир был полон жизни!

Я вновь завозился в черной грязи. Холод пронизывал мое тело до самых костей, от него не было спасения!

Упершись руками в каменный пол, я встал на четвереньки. Ну, уж нет! Сдаваться было не в моем характере!

В жизни всегда был смысл! Какой бы она ни была страшной и тяжелой, в ней всегда были моменты, которые наполняли ее радостью и надеждой!

Солнце, ветер, смех, запах волос любимой, все это стоило того, чтобы оставаться живым! За это стоило бороться! За это стоило проливать кровь, пот и слезы! За краткие мгновенья, которые навсегда впечатываются тебе в память, и с которыми тебя не смогут разлучить ни годы, ни лишения, ни страдания!

Ощупывая рукой дорогу, я пополз. Двигался я очень медленно, борясь за каждый пройденный дюйм. Поддаваясь напору моего тела, грязь расступалась на мгновение, и тут же смыкалась позади.

Мои колени скользили, но я продолжал толкать себя вперед, нашаривая рукой дорогу.

Тьма вокруг меня не была мертвой. Она колыхалась, пульсировала. Я чувствовал, как она движется, обволакивая меня ледяным саваном. Ее прикосновения были то легкими и нежными, то жесткими и злыми. В одно мгновение она гладила меня бархатными пальцами, а в другое уже обдирала кожу с моих щек.

Продвинувшись вперед еще на несколько шагов, я наткнулся на труп. Это наверняка был кто-то из моего отряда. Может, даже сам командир Вител!

Ощупав безжизненное тело, я пробежался пальцами по ремню на бедре покойника, и, наконец, нашел то, что искал.

Моя ладонь сомкнулась вокруг рукояти клевца! Оружие было тяжелым, с острым клювом, которым можно будет цепляться за землю!

Перевалившись через труп, я пополз дальше.

Двигаться было трудно. Местами проход был завален камнями, местами мертвыми телами. Я цеплялся клевцом за пол и подтягивался там, где не было опоры ногам. Иногда мне удавалось вырваться из цепких объятий грязи и даже выпрямится во весь рост. Я протирал глаза, выковыривал песок из ушей, промывая их водой, пытаясь увидеть что-нибудь или что-нибудь услышать, но все тщетно. Меня окружали лишь тьма и тишина.

Однажды, месте моя голова даже высунулась из воды! Под потолком оказался небольшое углубление с затхлым и вонючим воздухом. Я выпрямился во весь рост и попытался вдохнуть. Вода забулькала у меня в груди и потекла ручьями из носа и изо рта.

Было очень больно! Я кашлял и хрипел, пытаясь прочистить легкие. Однако хватило даже маленького глотка смрадного горького воздуха, чтобы наполнить меня радостью и жаждой жизни!

Я наслаждался каждой секундой своего пребывания в этом крошечном оазисе жизни. Вдыхал полной грудью, с ужасом осознавая, что очень скоро придется вновь погрузиться в холодную липкую грязь и продолжить свое страшное путешествие.

Руки и ноги двигались сами по себе. Руки цеплялись, а ноги толкали. Тяжелая кольчуга тянула вниз, и я утопал в грязи по пояс.

Мне не хотелось вдыхать холодную жижу, однако удерживать остатки воздуха в легких я уже не мог. Я выдохнул, и вода вновь забулькала у меня в груди. Она была холодная, с железистым вкусом и взвесью из песка и грязи.

Время от времени земля под моими ладонями вздрагивала, словно в эпилептическом припадке. Стены вокруг меня начинали двигаться, полок проседал, а распорки из толстых бревен лопались как тоненькие тростинки.

Когда меня завалило в очередной раз, я засмеялся. Это наверно была самая нелепая и жуткая картина на свете! Мой рот и нос наполнились жидкой грязью, но я продолжал беззвучно корчиться, тряся головой как безумец.

Вот он! Вот он человек, постигший все секреты колдовства! Вот он главный колдун Лие! Вот он, простой червяк! Жалкий и ничтожный! Лишенный, не только своего дара, но и простого человеческого достоинства. Посмотрите, как он борется за свою жизнь! Посмотрите, как он изо всех сил цепляется за нее своими крошечными ручонками!

Я почувствовал что плачу. Слезы не текли из моих залепленных грязью глаз, они обжигали изнутри. Обжигали, оставляя кровоточащие раны и изуродованную плоть.

Стиснув зубы и извиваясь всем телом, я как огромный червь буравил земную твердь, прогрызая себе путь на свободу.

Как мне показалось, прошли не часы, не дни и даже не недели! Прошли годы, прежде чем впереди забрезжил призрачный свет.

Я видел его даже с закрытыми глазами, но мой разум отказывался в это сразу поверить. Наверняка это была очередная галлюцинация, очередной обман, очередная попытка подорвать мою решимость и лишить меня сил!

Цепляясь клевцом за скользкое дно тоннеля, я пополз вперед. Свет становился все ярче и ярче. После чернильной тьмы он слепил даже сквозь крепко сомкнутые веки.

Это был не обман! Это был выход!

Я удвоил усилия и ринулся вперед. Свет был близко! Я распахнул глаза и забулькал от боли, пронзившей мозг.

На поверхности воды что-то горело. Какая-то маслянистая жидкость огненной стеной преграждала мне выход из подземелья!

Мои руки затряслись от злости! Сжав клевец в ладони так, что затрещала рукоять, я двинулся вперед.

Надо мной мелькали какие-то тени. Какие-то призрачные фигуры танцевали за огненной завесой. Мне было наплевать! Свобода была на расстоянии протянутой руки, и я, не задумываясь ни на миг, бросился сквозь огонь.

Воины в доспехах и в сюрко, с нашитыми на него крестами, методично рубили топорами водяную помпу, стоящую возле затопленного входа в тоннель. У них под ногами лежало несколько окровавленных трупов, в униформе инженеров.

Когда я появился из-под воды, в пылающей кольчуге, и с горящим оружием в руке, рыцари завизжали от ужаса как маленькие дети! Их лица стали белыми, как посмертные маски, а глаза вытаращились, вылезая из орбит.

Я сделал шаг вперед, и, размахнувшись, ударил ближайшего ко мне воина по голове. Клевец с легкостью пробил стальной шлем, и рыцарь как подкошенный рухнул мне под ноги. Меня согнуло пополам, и черная вода фонтаном хлынула из моего рта и из носа.

Остальные рыцари бросились бежать. Они бежали так быстро, что могли бы дать фору любому коннику!

Клевец упал в грязь, а я рухнул на колени. Над моей головой вновь было бесконечное небо, запачканное черными разводами дыма и огненными росчерками горящих снарядов выпущенных из катапульт.

Я с наслаждением втянул в легкие воздух, напоенный гарью, алхимическими миазмами и смертью. Этот запах был слаще самых изысканных духов смешанных самыми искусными парфюмерами!

Глава 4

Взобравшись на земляной вал, на котором стояла сгоревшая осадная башня, и, прикрывая глаза от слепящего света, я повернулся в сторону Лие.

Западная стена города была разрушена. На грудах битого кирпича и обломках камня валялись сотни трупов в блестящих доспехах. Видать защитники стояли насмерть, защищая брешь!

Над городом клубился черный дым. Кое-где я видел столбы огня, вздымавшиеся даже выше укреплений. Снопы искр взлетали над городскими стенами, когда рушилось очередное здание.

Я вздохнул с облегчением. Не смотря ни на что, наша миссия увенчалась успехом! Стена рухнула, и войска ворвались в город!

Ноги у меня подкосились, и я тяжело плюхнулся на землю. Вода ручьями стекала с разорванной в клочья кольчуги и мерзко хлюпала в сапогах. Порыв ледяного степного ветра пронизал тело до самых костей, и я задрожал, стуча зубами от холода.

Сидя под изувеченной осадной башней, я обхватил себя за плечи руками, и улыбался.

Мне опять удалось обвести Судьбу вокруг пальца! Смерть была совсем рядом. На этот раз она не просто коснулась меня своим истлевшим рваньем, но и прижала к своей ледяной груди. Она пыталась убаюкать меня в своих зловонных объятиях, она касалась костлявыми пальцами моего лица, но у нее опять ничего не вышло!

Я откинулся на спину и уставился в небо.

Кружась, как снежные хлопья, сверху сыпался пепел, покрывая все вокруг серым саваном.

Высоко над городом висели закопченные летучие шары с корзинами, из которых торчали безжизненные тела наблюдателей, задохнувшихся в дыму.

Война шла не только на земле! Она шла в небе, она шла под землей! Война страшная и беспощадная! Война без рыцарских поединков, без развевающихся на ветру плюмажей и сверкающих золотых шпор!

Бездушные машины превращали человеческие тела в фарш, крушили сталь и дробили камень. Машины воевали друг с другом, а люди были для них всего лишь мускульной силой, которая перемещала их с места на место!

Я беззвучно засмеялся. Так вот каким станет мир, когда чародеи исчезнут! Мир, в котором чародеев заменят смертоносные машины!

Громадный камень рухнул с небес, вонзившись в землю в десятке метров от меня. Грязь и обломки брызнули в разные стороны, забарабанив по останкам осадной башни.

Я поспешно сел, подбирая с земли свой клевец. Здоровенная каменюка наполовину погрузилась в землю, раздавив при этом тушу мертвой лошади. Кровь несчастного животного окрасила мраморный снаряд в красный цвет.

Это был обломок статуи Орвада, которая прежде стояла на площади перед сенатом! Я посмотрел на окровавленное лицо божества, по которому медленно сползали куски плоти, и захихикал.

– Так вот, что вы нам готовите! – пробормотал я. – Так вот, каков ваш новый мир!

Из пролома в городской стене стали появляться крошечные фигурки людей. Даже с такого расстояния я видел, что их доспехи были алого цвета. Наверняка это были «Кровавые Клинки» мастера Морканта!

Солдаты шли, спотыкаясь, поддерживая друг друга, опираясь на обломки копий и на черные от запекшейся крови мечи.

Когда они подошли ближе, я сумел рассмотреть их получше.

Наемники проходили мимо, не обращая на меня никакого внимания. Их лица, под откинутыми забралами шлемов, были белыми, как мел, а рубиновые глаза в запавших глазницах казались совсем черными.

Доспехи на них были иссечены и покрыты сажей. У одних руки висели на самодельных перевязях, переброшенных через шеи, у других были забинтованы головы, третьи ковыляли, опираясь на самодельные костыли.

Мимо меня прошли два изможденных воина. Они несли на скрещенных копьях покрытых плащом изуродованные останки товарища. Из оплавленных доспехов торчала обугленная плоть, отваливающаяся от желтых костей.

Я скользнул по мертвецу равнодушным взглядом. Лежащий рядом с трупом меч, в роскошных ножнах, принадлежал явно офицеру.

– Постой, солдат, – я поднял руку, привлекая к себе внимание.

Красные глаза блеснули из-под покореженного забрала. Воин оскалился, демонстрируя поломанные передние зубы.

– Да, это командир Моркант – прошепелявил он, отвечая на мой немой вопрос – А это, все, что осталось от «Кровавых Клинков»!

Воин харкнул кровавой слюной, и, спотыкаясь, вновь поплелся вперед.

– Мы взяли город? – крикнул я ему в след.

Мой вопрос повис в воздухе без ответа.

Я скатился вниз по насыпи ко входу в затопленный тоннель, и принялся переворачивать трупы.

Лица мертвецов были мне не знакомы. Я отшвырнул последнее тело в сторону, и с облегчением распрямился. Аша среди них не было.

Подобрав с земли свой клевец, я уставился на помпу, с помощью которой инженеры пытались откачать воду из тоннеля.

Выходит, что нас не бросили просто так! Нас все равно пытались спасти!

Слезы навернулись на мои воспаленные глаза. Я похлопал мертвого инженера по спине.

– Спасибо, приятель, – прохрипел я.

Инженер мне ничего не ответил, его голова лежала в луже крови, рассеченная мечом.

– Хвала Орваду, Аша здесь нет! – сказал я, опуская руки. – Быть может, он уже дожидается меня в лагере!

Сколько раз я заставлял товарища обо мне беспокоиться, а сам оказался на его месте впервые! Мне это совсем не понравилось! Беспокоиться о других не входило в мои обязанности!

В животе у меня противно заурчало.

Я вспомнил, сколько раз видел на Аше окровавленные повязки и сколько раз он отправлялся на опасные задания. Каждый бой и каждая рана могли стоить ему жизни! Хоть раз я побеспокоился о нем? Этого я мог припомнить.

Ведь, как оказалось, я всегда был эгоистичным сукиным сыном, которого волновали только свои собственные проблемы!

Мои же друзья казались мне практически неуязвимыми. Их раны всегда были поверхностными, а улыбки и хорошее настроение неизменными! Они были словно персонажи из рыцарских романов, что я так любил читать в детстве. Их можно было ранить, но нельзя было убить. Они были верными помощниками главного героя, которые несли караул по ночам, готовили еду на привалах, да развлекали читателя своими глупыми шутками-прибаутками.

Все это на самом деле оказалось не так! Они были живыми людьми из смертной плоти и крови! И мне нужно было их потерять, чтобы, наконец, это осознать!

Я застонал и схватился за голову. Мне хотелось бы поспорить с самим собой, но я не мог больше себя обманывать!

Пока я был простым мальчишкой, друзья всегда были для меня примером во всем. Они были моими героями, моими наставниками. По мере того, как я становился сильнее, они потихоньку стали отодвигаться на второй план. Их роли стали менее важными, менее яркими.

Я почувствовал, что теряя их, я теряю самого себя. Я почувствовал, что со мной происходят какие-то изменения. Это было совсем незаметно со стороны, но мое отношение к простым смертным сильно изменилось.

Они были всего лишь люди… Простые люди, которых так много!

Подняв к глазам пальцы, я с ненавистью посмотрел на свои черные ладони. Вот она цена, о которой говорили Никос и мастер Кеандр. Вот она какая, цена, которую мы платим за силу!

Хлопья пепла, кружась, падали на мои ладони. Они не таяли, а оставались лежать на них. Мертвое на мертвом. Осколки жизни, прах плоти…

Я дунул, и стайка мертвых бабочек упорхнула прочь. Ответ был совсем рядом, я чувствовал это. Оставалось лишь облечь мысли в слова, и повторять их про себя каждый раз, когда меня начинают одолевать сомнения.

Обычный человек никогда бы не справился с такой силой! Я кивнул, соглашаясь с самим собой. Чтобы подчинить ее, я должен был переродиться! Измениться, как изменился Пожиратель!

У меня даже мурашки побежал по коже от ужаса. Я понял, что это было неотвратимо!

Я стал чудовищем, ведь только так я мог повелевать другими чудовищами! Только чудовище могло покорить Ивинена, только чудовище могло подчинить себе ману!

С небес низвергся еще один камень. Он врезался в землю, обдав меня фонтаном земли, и покатился по полю, сшибая фигурки усталых рыцарей возвращавшихся из битвы.

Все было напрасно, но вместе с тем, все было наполнено смыслом.

Я теперь никогда не опущу рук! Цена, которую я заплатил, была слишком высока, чтобы теперь идти на попятный! Я буду делать то, что считаю нужным, и пусть меня поглотит Аннувир, если я позволю кому-то встать на своем пути!

Аша я нашел в лазарете. Он лежал без сознания на операционном столе, забинтованный, поломанный, жалкий.

У меня в горле застрял комок, и я не смог выдавить даже слова. Я подошел к другу и положил руку ему на грудь. Дыхание было ровным. Скаут спал.

– С ним все будет в порядке, – какой-то медик подошел ко мне сзади. – Не многим повезло так, как ему.

– Повезло? – прохрипел я. У меня все расплывалось перед глазами, а голос лекаря, доносился откуда-то издалека.

– Ваш друг будет жить, а это главное, – лекарь попытался меня успокоить. – Жить можно и без ног!

Я сглотнул. Ответить на это было нечего.

Аш теперь казался совсем маленьким. Его ноги были ампутированы выше колен. Сквозь туго наложенную повязку проступали пятна крови.

– Главное, чтобы у него не случилось заражения, – медик похлопал меня по плечу. – Ну, он парень крепкий, думаю, что выкарабкается.

– Он скаут, – сказал я. – Как же он теперь без ног!

– Ну, дорогой мой, – взмолился лекарь. – Тоже мне трагедия! Война закончится, он сможет встать на очередь на получение протезов. Уверен, что король не забудет про своих героев.

Лекарь достал большие ножницы.

– Давайте, я теперь вас посмотрю, – сказал он, обрезая заскорузлые кожаные ремни. – Выглядите вы не очень.

Я огляделся по сторонам. Раненных было немного. Не то, что в день нашего прибытия.

– Почему так мало раненных? – спросил я. – Ведь мы же проиграли битву!

– Не крутитесь, – проворчал медик, разрезая очередной узел. – Раненных мало, зато убитых много. Когда наши ворвались в город, их там, на улицах поджидали страшные машины, Мистар их забери!

Моя кольчуга тяжело плюхнулась на пол, забрызгав белый передник медика грязью.

– Одни машины кромсали солдат страшными косами, а другие жгли жидким огнем, – лекарь отложил ножницы и принялся за мою куртку. – Говорят, что все улицы в Лие теперь залиты кровью, и завалены трупами.

Медик кивнул не других раненных, лежащих вдоль стен.

– Хорошо хоть вашего друга кто-то вытащил с поля боя! – хмыкнул он. – Ему крупно повезло, что он сразу не умер от потери крови!

В палатку внесли несколько воинов с отсеченными конечностями. Медики тут же потащили их в операционную.

– Потом на наших парней, что остались в живых, натравили копейщиков, – доктор ловко сбросил мою грязную куртку на пол и охнул. – Вы же знаете, как славятся копейщики Лие, господин колдун.

– Знаю, – кивнул я.

– Так вот почему так мало раненных, – лекарь взял губку пропитанную уксусом и принялся вытирать мне лицо. – А вы разве не участвовали в штурме?

– Я был с «кротами», которые обрушили стену, – сказал я.

– Вот как, – доктор прикусил губу и заткнулся.

Я повернулся боком, чтобы получше видеть Аша, и застыл. Мой друг смотрел на меня со своей койки и улыбался.

– Аш, – я сглотнул. – Все будет хорошо…

Скаут чуть заметно кивнул. Его потрескавшиеся губы дрогнули, и вновь растянулись в улыбке.

Мастер Кеандр собрал совет в своем шатре. На этот раз народу было гораздо меньше. Мастер Эйрант был тяжело ранен и не смог придти. Мастер Моркант погиб. Корнвахи бились с алимами на северной границе города.

Присутствующие на совете военачальники успели помыться и переодеться. Теперь они щеголяли пропитанными кровью повязками и лубками, наложенными на поломанные конечности.

– Такого поражения мы не ожидали, – произнес генерал Кай. – Мы не ждали, что вместо людей, нас встретят машины!

– Нужно было похитить проклятого алхимика, который их изобрел, а не магистра Братьев Креста, – прорычал капитан арганских лучников. – Наши стелы против стальных чудовищ бессильны!

– Наши копья тоже, – кивнул командир фалерманцев.

Король поднял руку, призывая к тишине.

– У нас нет времени на то, чтобы собрать собственные машины, – сказал он. – У нас нет мастеров и ресурсов, чтобы их изготовить. Все что мы можем им противопоставить, это только сталь и плоть!

– Мы уже пробовали, – невесело усмехнулся капитан митрийских лучников. – Мои кони в страхе разбегаются, лишь завидев этих железных монстров!

– У нас есть другое оружие, – напомнил генерал Кай. – Наш собственный алхимик сейчас как раз над ним работает! Могу заверить вас, господа, что против него, не устоит никакая железяка на колесах!

Военачальники зашушукались, недоверчиво переглядываясь.

– Да, да, господа, – генерал Кай поднял руку, привлекая к себе внимание. – У нас на службе алхимик, который сровнял с землей Гонкор!

В палатке воцарилась полная тишина, в которой было слышно лишь постанывание командира наемников с Патора, который лежал на носилках у самого входа.

– Самое большее через неделю, в нашем распоряжении появится самое страшное оружие, которое знал мир! – генерал Кай важно выпрямился, горделиво откинув голову назад. – Против него, изобретения алхимика из Лие, покажутся детскими игрушками! Мы сровняем город с землей вместе с ними заодно!

Король недовольно хмыкнул.

– Если мы уничтожим город, какой тогда смысл в этой войне? – сказал он. – Город нам нужен. В нем живут наши друзья, наши семьи!

Взгляд короля обратился ко мне.

– Мы заставим лорда Брезель сложить оружие и открыть ворота, после того, как продемонстрируем ему нашу мощь!

Воины вновь зашушукались, обсуждая услышанное.

– А если он не захочет сложить оружие? – спросил я, вставая со своего места. – А что, если он попытается использовать наши семьи и наших друзей как заложников? Что тогда мы будем делать?

В палатке вновь воцарилась тишина.

Король кивнул. Он сильно сутулился, его лицо осунулось, а глаза светились лихорадочным блеском.

– Тогда мы взорвем проклятые стены, и утопим город в крови! Вы это хотели услышать мастер Маркус? – король хмуро посмотрел на меня. – Вы же мой советник, не стесняйтесь, говорите, что у вас на уме!

Я устало облокотился на стол. Руки у меня дрожали, а ноги подкашивались. Если бы я хоть на секунду ослабил самоконтроль, то тут же свалился бы на пол и уснул мертвым сном.

– Мы должны захватить мощи пророка Нефрота, – сказал я. – Это наш единственный шанс избежать еще большего кровопролития.

– Отличная идея! – воскликнул генерал Кай. – Как же мы об этом раньше не подумали! Или подумали?

Лицо генерала скривилось в презрительной усмешке.

– Мы сделали несколько попыток и потеряли наших лучших людей! – сказал он. – Можно, конечно, попробовать еще раз, да вот жалость, людей способных на это у нас совсем не осталось!

Я опустился в кресло, чтобы не показать перед всеми своей слабости.

– У меня есть люди, – сказал я. – Это настоящая маленькая армия. Они в моем доме в Лие. Если я смогу с ними связаться, они нам помогут.

Король задумчиво погладил подбородок.

– Ваш план, как всегда, граничит с самоубийством, мастер Маркус, – сказал он. – Давайте подождем, пока в наших руках не окажется «чинна». Посмотрим, как будут развиваться дальнейшие события.

Мне не оставалось ничего другого как согласиться с королем.

Один из адъютантов помог мне добраться до палатки. Я отпустил его взмахом руки, и рухнул в постель. На приготовленный ужин я даже смотреть не мог, голова кружилась, стены и пол колыхались, грозясь опрокинуться мне на голову. Сон мне сейчас был нужен больше чем лекарство.

Я сомкнул глаза и провалился в чернильную пустоту. Черные звезды медленно вращались вокруг меня в завораживающем хороводе, а на самой границе сознания кто-то пел печальную заунывную песню.

Ночь была длинной, и холодной. Я брел по ледяной равнине, слушая хруст снега под босыми ногами, и любуясь разноцветными колышущимися полотнищами, развешенными в небесах. Они пульсировали, меняя цвет, переливались всеми оттенками зеленого, синего и оранжевого. С мелодичным звоном посыпались белые хлопья снега. Только это был не настоящий снег. Это была замороженная мана, которая падала, кружась, мне под ноги, а воздух был холоден и пуст.

Наш мир умирал. Его кровь замерзала и превращалась в лед. Я присел на корточки и слепил из мертвой маны снежок. Подбросил его в руке и заплакал.

Проснулся я от того, что кто-то поил меня водой через медную трубку. Закашлявшись, я отстранил руку, которая держала чашку с горячим бульоном.

– Хвала богам, ты очнулся! – Хрианон сидела на краю моей кровати. Ее лицо было усталым, а вокруг глаз чернели круги.

– Я проснулся, – уточнил я. – Долго я проспал? Уже, наверно, день?

– Ты проспал пять дней! – воскликнула девушка, подставляя мне свое плечо.

Встать на ноги оказалось делом не простым. Сил совсем не было.

– Осторожнее, – Хрианон обхватила меня обеими руками. – Ты совсем ослаб за эти дни, не смотря на то, что я постоянно тебя кормила.

Я хотел решительно покачать головой, но вместо этого она затряслась, как у немощного старика.

– Позови Аша, – попросил я. – Он живо поднимет меня на ноги, какой-нибудь скаутской настойкой!

– Аш не сможет придти, – пробормотала Хрианон. – Я сбегаю за Машем.

Она помогла мне перебраться в кресло, откинула полог палатки и выбежала на улицу.

Чувствовал я себя паршиво. Голова кружилась, подташнивало, а из носа текли сопли.

Почему Аш не может придти? Я никак не мог взять в толк. Наверно, что-то случилось… Может, его опять послали на задание…

И тут я все вспомнил! Вспомнил забинтованную фигуру друга, лежащую на операционном столе, вспомнил его бледное лицо и натянутую улыбку.

Боги! Что с ним? Он еще жив?

Я оттолкнулся от подлокотников, и, сделав всего пару шагов к выходу из палатки, наткнулся на позолоченную кирасу Маша.

– Что с ним, – пробормотал я. – Он в порядке?

Маш подхватил меня под локоть, он, как всегда, понял меня без лишних слов.

– Он не в порядке, но уже гораздо лучше, чем пять дней тому назад, – мастер-скаут помог мне выйти наружу. – Он уже успел обчистить карманы всех лекарей. Так что теперь они теперь навсегда зареклись играть с пациентами в клатчи!

Старый скаут смотрел на меня с беспокойством.

– Ты-то как? Выглядишь ты никудышно, хоть и одни куском!

– Как выгляжу, так и чувствую, – усмехнулся я. – Я вот рассчитывал на какое-нибудь из скаутских чудо – снадобий…

– Тебе нужен отдых, – Маш покачал головой. – Любое снадобье тебе только хуже сделает! Может мастер Кеандр тебе чем поможет, но я рисковать не стану.

Король зашел ко мне вечером. Я лежал в постели с подушками под спиной, не в силах даже сидеть самостоятельно.

– Ты быстро идешь на поправку, – мастер Кеандр заглянул мне в глаза и пощупал пульс. – Но все же не достаточно быстро!

Он выгнал Хрианон на улицу, и позвал своего адъютанта. Тот вошел, ведя на веревке огромного черного козла.

– Это еще что за шутки? – вздохнул я. – Какая-то нетрадиционная медицина?

Король улыбнулся и покачал головой.

– В твоем теле практически не осталось маны, – сказал он. – Твое огненное сердце ее поглотило, исцеляя твои раны.

Мастер Кеандр указал на животное.

– Ты возьмешь ману у него, – король потрепал козла за ухо. – Это тебя мигом поставит на ноги.

Я смотрел в вытаращенные глаза животного, с жутковатыми поперечными зрачками, и по моей спине побежали мурашки.

– Я не умею этого делать, – сказал я тихонько. – Это запретное искусство. Им пользуются одни лишь маги.

Король иронично вскинул бровь.

– Да ну? – хмыкнул он. – Насколько мне известно, колдуны тоже не брезгуют запретным искусством.

– Я слышал об этом, – кивнул я. – Но я так не могу. Меня не обучили.

Волшебник велел адъютанту выйти, а сам присел рядом со мной на раскладной походный стул.

– Значит, я сам смогу тебя еще кое-чему научить, – сказал он, беря меня за руку. – С твоими черными руками это будет легче легкого!

Он положил мою ладонь на голову несчастного животного, которое что-то жевало и поглядывало на меня с доверчивым любопытством.

– Но это же отвратительно! – прошептал я.

– Согласен, – король кивнул. – Но ты должен этому научиться. Я бы сам давно был мертвецом, если бы не владел этим «запретным» искусством!

– Вы? – произнес я обескуражено.

– Я не святой, – хмыкнул король. – Хватит на меня так таращиться!

Я смущенно опустил глаза.

– Открой канал для маны, – приказал волшебник.

Я подчинился приказу. Моя рука покрылась инеем, животное беспокойно дернулось и отпрянуло.

Мастер Кеандр подтащил его ко мне за веревку.

– Мана к тебе сама не придет, – сказал он. – Ты слишком слаб, чтобы с ней управляться.

Моя рука задрожала, когда я запустил пальцы в шерсть животного.

– Представь, что козел, это яйцо, – сказал король. – А мана, это желток. Тебе придется пробить скорлупу, чтобы высосать его насухо!

Мир вокруг меня начал вновь вращаться. Волшебник это заметил, и прижал мою ладонь своей рукой, чтобы она не соскользнула с головы несчастной твари.

– Пробей защитную оболочку своей маной! – приказал он. – Делай это быстро, или тебе конец!

Собравшись, я выпустил остатки своей жизненной силы через ладонь. Мана погрузилась козлу в голову, тот жалобно взвизгнул, закатил глаза и рухнул на пол.

– Держи руку! – закричал король.

Я держал. Мана заструилась по моим венам как горячая кровь, наполняя меня силой и энергией. Меня бросило в жар, а иней на руке мигом испарился.

– Закрывай каналы, не выпускай ее наружу! – приказал волшебник.

Я подчинился приказу, чувствуя, как кипящая энергия переполняет меня доверху!

Несчастное животное дернулось несколько раз и затихло. Я вскочил с кровати и пинком отшвырнул труп козла прочь. Мои мышцы трещали как туго натянутые канаты, а в мозгу, как в игристом Паарийском вине, лопались радужные пузырьки восторга.

– Ну, и чем я теперь отличаюсь от мага? – спросил я короля с вызовом.

Мастер Кеандр посмотрел на меня как на маленького ребенка, а не на главного колдуна Лие.

– Тем, что ты делаешь это не ради удовольствия, – ответил он. – Ты делаешь это только ради спасения собственной жизни.