Текст книги "Агдан. Лунная роза (СИ)"

Автор книги: Сергей Саут

сообщить о нарушении

Текущая страница: 35 (всего у книги 99 страниц)

После чего Аяка добавила уже от себя.

– Так что, если у вас нет больше вопросов к господину Наомото, я буду рада вам помочь.

– Нас это вполне устроит! – мирно сказал глава полицейского трио девушке, которому совсем не улыбалось вступать в конфликт со снобом из Японии, к тому же с высокопоставленным снобом!

Про себя же он подумал, так-то понятно, что приказ приказом, но вот потом, если что случится, то во всем разумеется обвинят рядовых исполнителей, а точнее старшего среди них, то есть в данном случае … его. Поэтому общение с этой адекватной японкой, к тому же хорошо говорящей на корейском, виделось ему достойным выходом из сложившийся ситуации. Все это пролетело у него в голове, красивой же японке он сказал.

– Нам нужно только посмотреть паспорт господина, ну, а он может принимать свои водные процедуры сколько захочет.

– Замечательно. – сказала девушка и громко что-то сказала важному японскому господину на японском, посмотрев на главу корейского полицейского трио улыбнулась и продублировала фразу для них на корейском, а точнее … не только для них!

– Я все сделаю как вы сказали господин!

Прибывший на переговоры к министру труда японец, в ответ только пренебрежительно кивнул и не спеша направился к ванной при этом похоже негромко ругаясь вслух … по-японски. Но это уже неважно, на это господа из полиции внимания не обратили.

Тем временем в ванной ХванЕн, с помощью СанХо слезла с шеи старшего братца, СанХо тихо прошептал им, сигнал подан, все быстро в ванну. Сняв с шеи Ян СеХёна девушку, которую помог принять в ванну уже находящийся там братец Ян СеЧан, после чего в ванну быстро залез старший брат, ну а после него и сам СанХо, после чего они аккуратно и как можно бесшумней закрыли занавеску, и все дружно присели в ставшую сразу тесной ванну.

К счастью звуков возни в ванной полиция не услышала. Возможно причиной тому стала звонкая речь девушки, или негромкая, но постоянная ругань японца, что, впрочем, не так уж и важно. Главное для собравшихся в ванной, что все прошло тихо, тихо для незваных представителей властей Седжона. Тем временем в ванной зажегся свет. Находившиеся там затаили дыханье. Дверь открылась, в ванну зашел невозмутимый японец. Тут господин Наомото замечает, что за ним внимательно смотрит молодой полицейский, как его там, СоЧжон. Что-то того по-видимому заинтересовало в ванной.

Господин Хикару Наомото, повернул голову и глядя на корейского полицейского, после чего что-то негромко, но явно что-то язвительное сказал по-японски, после чего, полотенце с его бедер соскользнуло вниз. Взору всех полицейских и миниатюрной японке, которые оказывается тоже смотрели за шествием важного господина в ванную комнату предстал мелькнувший обнаженный зад «большого и важного человека» в Японии. После чего тот, не поворачиваясь к ним, схватил дверную ручку и дверь в ванной закрылась, отсекая его обнаженный зад от расширенных трех пар корейских глаз представителей закона, и одной спокойной пары более красивых японских глаз.

– Щибаль! – это кстати впервые первым высказался представитель специального подразделения, играющий тут роль этакого третьего колеса в телеге, хотя по смыслу колеса он конечно же был ближе к пятому. Но остальные двое полицейских, в принципе были с ним сейчас очень даже солидарны.

Тем временем в ванной японец открыл занавеску душа и тепло улыбнулся собравшейся там тёплой компании, что была – «В тесноте да не в обиде!». Он уже успел обратно намотать вокруг своих чресл полотенце, поэтому шокировать группу в ванной, как полицию не мог. После чего, тихо помог выбраться из ванной ХванЕн и СанХо. Те сразу примкнули ушами к дверям ванной. Братьям же, жестами, японец показал, чтобы те оставались на своих местах, а те, пользуясь освобожденным пространством уселись поудобнее на дно ванны.

И тут японец извиняюще развел руки и включил воду в душе. Та сильным дождём полилась на не ожидавших этого братьев. Надо отдать должное братьям не звука не раздалось с их стороны. Только младший зябко поведя плечами тихо сказал.

– Воду потеплее сделай морда японская.

На что «морда» показал рукой интернациональный жест «ок», подбавил в воду тепла, вот понял же корейский!

Братья в ответ же тоже лучезарно улыбнулась, практически одновременно показывая «морде» другой интернациональный жест с поднятым вверх большим пальцем. А старший, все так же улыбаясь японскому водолею тихо произнёс.

– Ничего, еще сочтемся японская морда, мы же тут все свои люди как никак.

А вот в гостиной в этом момент СоЧжон напряженно думал. Вот почему-то не понравилась ему эта японская парочка. Нет девушка очень даже красивая, таких СоЧжон еще не разу ни встречал, и сразу видно, что умная. По крайней мере общается с ними спокойно, без всяких там раскланиваний, разговаривает четко и по делу, без какого-либо подобострастия. А если учесть, что еще знает, как минимум два языка, то еще и большая молодец. Но все равно, было у помощника полицейского первого отделения города Седжона чувство, что присутствует какая-то наигранность в ее словах и поведении. Но как говориться чувства к делу не пришьешь. Поэтому он в большей мере молчал, слушая ее разговоры со старшим, также молча он выслушал и речь этого «важного япошки».

Но вот чувство, что он находится на … представлении, в каком-то театре, в котором он то и был на самом деле всего дважды, учась в университете полиции в Сеуле, да и то по разнарядке, а не по велению души как говориться. Хотя ему в театре понравилось. Вот и сейчас, наблюдая за этой парочкой из соседней страны, у него появилась непонятная даже ему самому уверенность, что он присутствует на таком вот спектакле, направленный правда только на трех не подозревающих об этом зрителей, то есть на них. Нет, внешне все выглядит благопристойно и очень похоже на правду. Так что пока ему остается только наблюдать и пробовать как-то поймать то неуловимое, что его так тревожит.

Он даже внимательно наблюдал за японцем, зашедшим в ванную, хотя его при этом его все-таки больше интересовало само помещение, даже непонятно почему, возможно наличием там запасного выхода, ведущего из квартиры?

Но нет, никакой там двери не оказалось, как и чего-то прочего что могло бы привлечь его внимание, это он ясно увидел после открытия двери в ванную японцем, обычная ванна с очень хорошей правда отделкой, СоЧжону в такой мыться никогда не доводилось. Конечно, этот пренебрежительный по отношению к ним жест япошки с голым задом, несколько выбил его из колеи, но думать-то он при этом не перестал.

И все равно нет, нет да мелькнет в голосе и в жестах миниатюрной красивой девушки некоторая … нервозность? Или ему это просто кажется? Ладно в любом случае будем слушать и мотать на ус и внимательно смотреть на гостей из соседней страны.

Тем временем пауза, после демонстрации «важным японцем» своей филейной части несколько затянулась. Наконец первой очнулась невозмутимая японка.

– Ну что господа полицейские города Седжона чем я могу вам помочь?

Наконец старший полицейский тоже очнулся, прокашлялся и начал.

– Да уважаемая Аяка Ямасита, спасибо, нам бы хотелось первым делом глянуть на документы господина Хикару Наомото. Это возможно?

– Да конечно! Ждите! – кратко ответила девушка, после чего скрылась в спальне, через некоторое время она принесла требуемое. Старший внимательно изучил поданный паспорт, вздохнул, и возвратил его обратно.

– Все в порядке с документами госпожа Аяка. И еще вопрос, немного не … по теме вы разрешите? Увидев кивок девушки, он продолжил. – Господин Наомото при своей несколько … эээ … эмоциональной речи несколько раз кивнул на это фото стоящее на столе. Не могли бы вы удовлетворить наше любопытство и показать, а может и рассказать кто на ней?

– Конечно господа! – с энтузиазмом откликнулась девушка. Она взяла фото, на которой была группа людей в солидных костюмах, с хорошо одетыми молодыми девушками вперемешку. В центре был импозантный седоватый старик, одетый с иголочки. В него и ткнулся красивый пальчик девушки.

– Это наш министр! – раздался ее комментарий. После чего пальчик переместился вправо на хорошо одетого мужчину знакомой наружности. – Это господин Хикару Наомото, заместитель министра, вы его совсем недавно видели. – А вот это я! – пальчик скромно переместился куда-то вверх, за господина Хикару.

– Понятно! – сказал Ким СунХьюн. – Спасибо за вашу вежливость и терпение! И … извините за беспокойство и причиненные неудобства. Всего вам доброго госпожа.

Он развернулся к выходу собираясь покинуть «японскую» квартиру, за ним также повернулся и молчаливый боец спецподразделения и СоЧжон, который сделал шаг вперед и неожиданно замер. Пауза и вот помощник полицейского Ким СоЧжон неожиданно спрашивает.

– Извините нас пожалуйста госпожа Ямасита, но скажите … это ваш рюкзак?

Он раздвинул на вешалке в коридоре пару висящих плащей, и снял с вешалки фиолетовый, явно женский рюкзачок, с которого на них строго глянули … синие глаза Агдан! Полицейский вытянул рюкзак на руках, и вот все видят, что знаменитая хулиганка, практически во весь рост с микрофоном в одной руке и поднятым вверх кулаком занимает большую часть отделки рюкзака. Очень реалистичное и красивое изображение.

– Да, конечно, мой! – несколько натужно ответила красотка.

– Вы поклонница нашей Агдан? – спросил СоЧжон.

После небольшой паузы японка улыбнулась, и довольно спокойно сказала.

– Ну конечно! Мне она очень нравится, как исполнитель своих песен и автор классических произведений. Хотела бы я побывать на ее концерте, но сейчас это увы как вы понимаете невозможно. А вот если бы мне удалось добыть ее автограф, то я бы не пожалела на это даже … пятьсот долларов. Может у вас как у представителей полиции, есть возможность взять у нее автограф в тюрьме, я бы отблагодарила вас, даже … заплатила … тысячу долларов.

– Стоп, стоп госпожа Аяка. – неожиданно прервал разошедшуюся японку СоЧжон, и неожиданно резко добавил.

– Мы бы еще хотели прямо сейчас осмотреть вашу спальню! Это возможно?

Внимательно при этом наблюдая за японкой, СоЧжону показалось что в ее глазах мелькнула некоторая неуверенность или … страх?

– Но, но. – несколько беспомощно сказала она, покраснев … от волнения? – Разве вас не удовлетворил осмотр нашей квартиры? Поверьте, в спальне под кроватью я не скрываю взвод террористов, а в шкафу оружие массового поражения. Разве осмотр уже не закончен господин полицейский? – обратилась японка к СунХьюну.

– Да, вроде мы все тут ... – начал он.

Но тут СоЧжон его перехватил за руку прошептав.

– На минуточку господин полицейский.

Отойдя в дальний угол, он изложил свои соображения старшему. Хотя, как, впрочем, он и ожидал, его доводы тот воспринял критически, обрушившись на него.

– Да мало что тебе там кажется и что говорит твоя интуиция, может ты сегодня сильно … перенапрягся, взвалив на себя тяжкий груз командования при противостоянии с демонстрантами в поддержку Агдан. Ну и что что у нее рюкзак с изображением Агдан? Мне даже дочка рассказывала, что у нее много фанатов в Японии. Так эта Аяка сама тебе, только что это и подтвердила, она между прочим и не скрывает этого. Или теперь тебе в каждом кто слушает песни Агдан будет чудиться потенциальный митингующий? Так мои дочери будут у тебя первыми в этом списке. Давай уже успокойся СоЧжон, митинг-то закончился. Мы не будем из-за твоих вымышленных подозрений портить хорошо завершившийся для нас обыск, обыск, где нет недовольных иностранных граждан.

– Извините уважаемый Ким СунХьюн, но приказ инспектора Джун ВунСо однозначен. – ответил старшему молодой полицейский. – Провести вежливый досмотр всех помещений. Особенно нужно обратить внимание на подозрительные лица. А эти японца они … подозрительные!

Поняв, что молодой полицейский так просто не отступит, к тому же прозвучало грозное имя инспектора Джун ВунСо, а это был такой тонкий намек старшему на то, что и повыше его начальство есть.

Поэтому вздохнув, старший произнес.

– Делай как считаешь нужным, ты у нас как я слышал сейчас вроде героя, а героям у нас много позволено. Главное смотри не ошибись. Решишь, что тебе всё можно, тогда быстро тебя из героев низложат в антигерои и вернут на грешную землю. Принципы и доводы твои мне понятны, но отношусь я к ним скажем так скептически. Это, еще, мягко говоря. Один рюкзак с изображением и твои подозрения, по мне этого очень мало будет для полноценного обыска, но у героев свои пути дороги, так что давайте дерзайте вьюноша со взором, горящим.

– Спасибо вам господин СунХьюн, я не подведу! – ответил СоЧжон и наклонившись тихо добавил.

– И еще одна небольшая просьба господин полицейский. Пока я буду осматривать спальню не могли бы вы посетить туалет?

И глядя на изумленные глаза старшего быстро разъяснил что он под этим имеет ввиду.

– Смотрите, кроме спальни, которую я сейчас осмотрю, останется не охваченным из помещений только именно туалет. В гостиной где мы сейчас все чисто, ванную с японцем мы тоже увидели хмм … с интересным дополнением, но там тоже все чисто в прямом и переносном смысле. Остаётся только спальня и туалет.

Господин старший полицейский с видом – «ну вот за что мне все это!», страдальчески произнес.

– Ладно СоЧжон сделаю как ты просишь, тем более со всеми этими досмотрами я что-то действительно захотел посетить нужную … нам комнату.

Заручившись хоть бы такой поддержкой старшего, он уже более смело подошёл к явно недовольной японке заявив.

– Все-таки я настаиваю на проведение осмотра спальни госпожа Ямасита. Или мы можем подождать официального разрешения от наших властей. – слегка надавил он, придумав это на ходу.

– Ну хорошо. – наконец выдавила из себя хмурая представительница страны восходящего солнца. – Единственное тогда мое пожелание, чтобы обыск провели лично вы, помощник полицейского господин СоЧжон!

СоЧжон вопросительно глянул на старшего, тот в ответ только радостно закивал головой, ещё бы он был против. Ты все замутил ты и расхлебывай говорил весь его вид.

– Мы подождём моего помощника здесь, с вашего позволения госпожа Аяка. – вслух же сказал старший полицейский.

– Конечно, без проблем. – ответила японка.

– И еще. – несколько неуверенно произнес СунХьюн. – Госпожа Аяка, вы не разрешите воспользоваться вашей уборной?

Японка на секунду задумалась, потом кивнула и сказала своим мелодичным голосом.

– Конечно господин полицейский. Дверь в нужное вам помещение рядом с ванной.

После чего пройдя к спальне, насмешливо кивнула молодому полицейскому.

– Пойдёмте и мы господин полицейский, займемся делом, думаю это не займёт много времени. После чего прошла в спальню, туда за ней скрылся и СоЧжон. Оставшиеся вдвоем полицейские переглянулись.

– Ладно, я пока скажу в специальное помещение, раз уж мне это милостиво разрешили. – сказал главный в трио полицейский.

Тем временем в ванной, двое корейских ушачей отпрянули от двери, жестами показывая японцу на стену, за которой находился туалет. Господин Наомото увеличив напор душа и шум воды, подойдя к двери недоуменно прислушался. Скрипнула дверь туалета, японец понятливо улыбнулся. Он подошел к ванной, с фырканьем ополоснул лицо, повернулся к стене между ванной и туалетом и неожиданно для всех … запел.

Польюшко, полье,

Польюшко, широкье полье.

Едьют по полью герооооие,

Эх, да Красьной Арьмие герооооие.

Дьевушки плачьють,

Дьевушкам сьегодня грустня …

Тем временем находясь в туалете, старший полицейский зло подумал.

«Вот же чертов япошка, даже пос….ть спокойно не даст! Специально же завыл что-то из своих национальных мотивов!»

А братья в ванной весело ухмыляясь под струями душа, и вновь изобразили певуну интернациональный жест с поднятым вверх большим пальцем.

Тем временем впервые попавший в такую шикарную спальню СоЧжон с интересом огляделся. Ему сразу бросилась большая расправленная кровать, со скомканным одеялом в ногах. При этом белоснежные шелковые простыни и даже пол рядом с кроватью были усеяны … лепесткам красных роз!

Молодой полицейский несколько ошеломленно посмотрел на это великолепие, и вдруг в то, что в комнате сейчас никого кроме них двоих нет, он почему-то понял сразу. Кровать стояла на высоких резных ножках и при входе в спальню это хорошо просматривалась, он сразу же отметил что её вряд ли кто-то может использовать как укрытие. Его взгляд скользнул по кровати, телевизору на стене, небольшому столу с тремя стульями возле, тумбочкой, и с последней надеждой остановился на большом двустворчатом шкафу.

Но надежда эта продлилась не долго, потому что японская красотка без слов подошла к этому большому предмету мебели и потянув за ручки открыла обе створки шкафа. Что-же в голове сейчас у полицейского крутилась только одна мысль. – «Это фиаско братан!» Потому что шкаф был практически девственно пуст. Не считая небольшого черного чемодана внизу и висящих на вешалках одного мужского костюма и пары женских платьев больше ничего в этом здоровенном шкафу не было.

Что же … нужно признать своё поражение, все его непонятные сейчас даже ему самому измышления и домыслы, и так называемая чуйка не имеют под собой никакого основания.

– Да госпожа Аяка здесь все нормально. – собрался наконец он духом. – И это … я прошу у Вас прощения! – он сделал шаг назад, собираясь на выход. Неожиданно почувствовал, что наступил на что мягкое. Автоматически наклонился и поднял, что это? Какая-то чёрная тряпочка приятная на ощупь, он машинально ее расправил…

Глянув на то, во что превратилась черная тряпочка в его руках, он чуть ли не физически почувствовал, как его лицо начала заливать краска! В руках у него оказались красивые ажурные, чёрные … женские трусики. И кому они могут тут принадлежать, тоже не подлежало сомнению. Хозяйка аксессуара, по степени красноты сейчас не уступающая полицейскому, львицей налетела на него и выхватила из его рук столь ценный предмет женского туалета.

– Извините. – просипел славный полицейский города Седжона.

– У вас все? – холодным тоном поинтересовалась взявшая себя в руки японка.

– Да, извините ещё раз и спасибо за сотрудничество! – прикрываясь казенным фразами СоЧжон поспешил на выход. В гостиной его уже ждали двое товарищей. На его молчаливый взгляд, старший полицейский только незаметно для японки покачал головой. Что же, в принципе на туалет у СоЧжона надежды не было и изначально.

– Все нормально. – громко произнёс он, добавив. – Все чисто! – он и сам не понял с какого такого фильма вдруг ему в голову пришло это выражение.

– Нет не все чисто. – раздался недовольный голос японки. – Я совсем забыла о маленьком поручении моего босса. А именно взять ваши данные. Можете мне их продиктовать, я сейчас все запишу.

Посмотрев на СоЧжона не читаемым взглядом старший представился.

– Полицейский первого отделения города Седжон Ким СунХьюн.

Японка перевела взгляд на еще краснолицего молодого полицейского.

– Помощник полицейского первого отделения полиции города Ким СоЧжон.

– Вы случайно не родственники? – поинтересовалась японка.

– Нет что вы, мы просто коллеги! – ответил старший полицейский Ким.

– А вы кто? – обратилась девушка к третьему молчаливому спутнику.

На что тот замахал руками сказав.

– Что вы благородная госпожа. Я вообще здесь случайно, мимо проходил и заглянул так сказать на огонёк. К полиции этого города я вообще не имею никакого отношения. Я здесь так сказать на подхвате у этих благородных славных полицейских, ну типа подай принеси, пошел вон не мешай.

– Ладно! – смерив его взглядом, японка похоже решила сменить гнев на милость. – Думаю данных двух полицейских господину Хикару Наомото будет вполне достаточно.

– Спасибо вам большое госпожа! – слегка поклонился девушке боец спецподразделения.

И пока она не передумала быстро ретировался из квартиры, освоив похоже попутно и телепортацию. После небольшой паузы старший полицейский произнес.

– Мы тоже пойдём. Вы извините нас ещё раз уважаемая госпожа Аяка, но сами понимаете … служба.

Японка кивнула головой показывая, что извинения приняты. После чего оба полицейских слегка поклонившись вышли из квартиры. Аяка Ямасита закрыла за ними входную дверь, прошла и села на большой диван в гостиной, после чего растеклась по нему как какое-то желе. Это пошёл откат от страшного внутреннего напряжения. Когда она снова открыла глаза то перед ней уже сидела вся честная компания, выбравшаяся из ванной.

Братья с восторгом смотрели на неё, СанХо смотрел с сочувствием и восторгом, ХванЕн с восторгом и опаской, ну а практичный земляк уже протянул ей небольшой складной стаканчик граммов на сто.

– Русская водка! – объявил он. – Намного лучше даже нашего сакэ, про корейский соджу я вообще промолчу. Выпей, это то что тебе сейчас нужно. – Только пей сразу все и пей залпом.

Аяка залпом выпила прозрачную жидкость из складного стаканчика, после чего вытаращила глаза и закашлялась.

– Что это? жидкий огонь? – прошептала она.

Японец же молча протянул ей зеленое яблоко, которым она и закусила.

– Вот, вот я тоже подумал, как ты, когда впервые попробовал. – ответил на удивление сегодня словоохотливый японец. – Снимали мы раз совместный фильм с русскими в их Сибири. Долго снимали. Так вот, там употребление этого жидкого огня было нормой. А что на улице под минус 50 бывало, тут чтобы согреться и огонь съешь. Хотя это только сначала было тяжело, а потом организм привыкает и к холоду, и к … водке.

– Ладно мы поняли, что не поняли. – прервал мемуары японца СанХо, разговор то шел на японском. После чего обратился к Аяке.

– Ты как вообще?

– Нормально вроде. – неуверенно ответила та слегка уже заплетающим голосом. – А где ХванЕн? – неожиданно спросила она.

– Я здесь. – к ней подошла застенчивая корейская девушка. После чего опустилась перед ней на колени и прошептала.

– Ты прости меня пожалуйста уважаемая Аяка! Я это не специально.

– За что ты … – начал было спрашивать младший из братьев СеЧан, но его слова были пресечены взглядом СанХо.

– Да ладно, славная хрупкая девушка! – это уже заговорила Аяка. – Ты у нас молодец! Наслышана я уже о твоей храбрости и подвигах. И после небольшой паузы добавила.

– Но всё-таки, в следующий раз ты следи пожалуйста за своими вещами. Я понимаю, что у тебя очень красивый рюкзак с очень интересной картинкой на нем. Но не стоит его всем демонстрировать, особенно полиции города Седжона, боюсь они по достоинству не оценят такую замечательную вещь. И заметив, что ХванЕн сейчас вот-вот расплачется добавила.

– Не плачь, не обижаюсь я на тебя храбрая ХванЕн. Ты у нас героиня. И конечно же я на тебя не держу никакого зла.

ХванЕн неожиданно тихо заплакала, Аяка обняла её и … тоже разрыдалась. СанХо и мужская компания почувствовали себя тут несколько неуютно. Кто-то прикоснулся к его руке, это оказался господин Наомото. Тот глазами показал на спальню, на что СанХо понятливо кивнул, после чего встал и негромко произнес.

– Парни пойдёмте в спальню обсудим нашу ситуацию. Нашим храбрым красоткам нужно немного отдохнуть.

Вскоре в комнате остались только плачущие красотки корейского и японского розлива, лившие слезы, а слезы как известно приносят облегчение и очищают душу.

Так что пусть девушки хоть немного поплачут, пусть очистятся и отдохнут душой, так сказать. Они сегодня этого точно заслужили.

Эти славные похожие и не похожие друг на друга красавицы!

Корея, Седжон, трио полицейских только что проводившие осмотр квартиры японских гостей, стоят внизу у подъезда дома.

После такого последнего нервного досмотра, трио полицейских решило немного отдохнуть. Тем более что две группы еще продолжают осмотр квартир в этом доме. После прочтения небольшой лекции младшему по должности полицейскому о недопустимости таких инициативных действий без одобрения старшего товарища, полицейский Ким СунХьюн наконец успокоился.

– Ну что? – спокойно уже сказал он. – Расскажи, что ты там выскочил такой красный и испуганный из спальни этой милашки? Неужели и впрямь узрел там группу террористов с автоматами? Или это был взвод женщин сумоистов? Ладно, давай колись, тем более ты должен докладывать обо всем старшему в группе, то есть мне.

Немного поколебавшись СоЧжон рассказал о проведении осмотра спальни и что его заставило покраснеть. В ответ услышал жизнерадостный смех начальства и даже третий их молчаливый в основном член группы заулыбался.

– Нет ну надо же! – тем временем отсмеявшись начал СунХьюн. – Лепестки цветов роз на смятом одеяле и простынях на большой кровати. – Бутылка шампанского на столе.

– Не было шампанского! – помотал головой СоЧжон.

– Да не важно! – отмахнулся старший и продолжил. – Но самое главное. Снятые и лежащие на полу женские трусики, которые бы точно понравились твоей подружке, если она у тебя конечно есть. Неужели ты не понимаешь отчего мы отвлекли эту сладкую парочку? Ты, наверное, вчера родился СоЧжон? Если не понимаешь таких простых вещей.

Одобрительное хмыканье со стороны третьего члена их небольшой группы, бойца спецподразделения, который все-таки больше предпочитал слушать, а не говорить. СунХьюн тем временем продолжил.

– Неудивительно, что этот потомок оккупантов так разозлился. А ты бы на его месте не разозлился? Красивая девушка, лепестки роз, шампанское. И тут на самом интересном… кто-то злостно звонит в дверь и кричит – «проверка документов». Меня это тоже бы вывело из себя, как, впрочем, и любого нормального мужика.

И снова, их молчаливый третий визави только одобрительно хмыкнул, поддерживая речь старшего.

– Но она же вроде работает у него переводчицей. – неуверенно сказал СоЧжон.

– Ну и что? – удивился главный. – А переводчицы у нас что, не люди что-ли? У них думаешь там как-то все по-другому все устроено? Так что точно, этим иностранным гражданам было не до митинга. Но все твои домыслы что она на нервах и что-то скрывает не лишены основания наблюдательный ты наш СоЧжон. Правда тут ты немного ошибся с приоритетами. Вместо группы террористов ты обнаружил нечто другое, но тоже очень … опасное. Так что не по инструкции ты поступил СоЧжон. Нужно было изъять эту опасную вещь, взвесить в руках и запечатать в пакет, на котором написать время и место изъятия, составить протокол, пригласить нас как свидетелей. Эх всему тебя еще учить и учить, не знаешь ты правильных инструкций СоЧжон. – грустно закончил старший.

И после небольшой паузы весело расхохотался, приданный им боец также весело улыбался.

– Да идите вы! – недовольно ответил СоЧжон, которому уже слегка надоела эта интимная тема осмотра в спальне. Но тут старший сказал вполне серьезно.

– И я бы на твоем месте, да и на моем не переживал бы о том, что япошка подаст на нас жалобу.

– Это почему? – удивился СоЧжон.

– Сам подумай? – хитро посмотрел на него СунХьюн. – Молодая красивая девушка и важный господин, наверняка женатый и с детьми. И тут такая возможность прекрасной командировки. Правда такой обломс! Кстати, уверен, что специально этот япошка нам свой зад показал, типа я такой важный господин, а вы кто? –никто и звать вас никак? Так человеческий мусор, такие господа нас за людей и не считают. Этот потомок оккупантов, наверное, думает, что Корея – это до сих пор их колония, а жители их слуги, а перед слугами можно себя вести ничего, не стесняясь. Вот такое нам и было дипломатическое оскорбление от этого япошки. Точнее толстозадое оскорбление! – подумав, мстительно добавил он. – Так что если нас спросят, что там было, то мы тоже молчать не будем. Расскажем и про лепестки роз, и про шампанское и про … черные женские трусики, обнаруженные нашим доблестным СоЧжоном.

Пауза, старший в трио полицейский продолжает.

– А это потом может и дойти до … руководства этого нарцисса, а может и до его … семьи. Так что в его интересах промолчать обо всем этом. А он точно тот еще … жлоб и карьерист. Один только факт, что он с собой возит групповое фото где он с министром о многом говорит. Смотрите все какой я большой человек, вон даже с министром «на ты». Так что думаю нам тут в какой-то степени повезло. Никому он ничего не расскажет, так попыхтит ... про себя, ну или с этой Аякой и успокоится.

Небольшая пауза, во время которой все обдумывали сказанное.

А СоЧжону вдруг неожиданно стало неприятно что этот толстяк может как-то «попыхтеть» с красоткой Аякой.

Что это со мной? – удивился он про себя. Неужели понравилась мне эта … японка?

Ну как всегда, когда собираются мужики любых рас и возрастов с темы интимного осмотра спальни старшему полицейскому было трудно уйти.

– Как ты думаешь красивые черные женские трусики можно приравнять к террористической угрозе типа к уровню опасности «красный?» – обратился СунХьюн к бойцу спецподразделения. Тот к удивлению, обеих полицейских неожиданно ответил.

– Без сомнения можно, но все-таки уровень не красный, они же были не красного цвета, а черного со слов СоЧжона. Так что думаю тут еще нашему СоЧжону повезло, красная угроза его к счастью миновала.

– А я смотрю ты оказывается парень юморной. – весело захихикал временный глава трио полицейских. – Ладно, ты не обижайся СоЧжон. И кстати ты мне еще должен за то, что я выполнил твое поручение и досмотрел уборную.

– Так вы же сами туда хотели. – не согласился парень.

– Да хотел, но я же не знал, что там этот чертов япошка будет пытать меня, ударит меня по моему нежному слуху всей своей глоткой.

– Что вы имеете ввиду? – насторожился СоЧжон.

– Что, что, этот чертов япошка, когда я зашел в туалет затянул какую-то свою народную песню на японском. – ответил СунХьюн. – При чем таким противным голосом, что у меня все желание сходить по своим делам сразу пропало.

(Мы конечно понимаем, что на самом деле японец пел на русском с акцентом, но вполне можем простить совсем не полиглота, но в принципе славного корейского полицейского Ким СуньХьюна! Все-таки в его профессиональные обязанности ни знание японского ни русского языков не входит! Прим. – автора).

– Так может он это специально? – сказал СоЧжон.

– Конечно специально! – ответил старший.

– Услышал, что я зашел в туалет и начал звуковые пытки доброго полицейского, в общем меня.

– Нет господин полицейский! – напряженно ответил СоЧжон. – Я имею ввиду что он может что-то скрывал в ванной от нас

– Ох СоЧжон, опять эта твоя … интуиция! – закатил глаза старший. – Успокойся уже. Ну, а то что он скрывал что-то в ванной так это без сомнений. – А скрывал он там что-то очень большое и толстое и это был … его зад!

И двое полицейских расхохотались, СоЧжон же только улыбнулся начальству, так сказать за компанию.

Корея, Седжон, бывшая штаб-квартира полевого руководителя операции «Шок и трепет».