Текст книги "Агдан. Лунная роза (СИ)"

Автор книги: Сергей Саут

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 99 страниц)

Когда мне надоело слушать весь этот бред, насмешливо интересуюсь.

– А когда эта шар-баба стала у нас душкой и практически волонтером, что заботится о бездомных собачках и переводит через дороги старушек, причем для того чтобы помочь им, а не шлепнуть по затылку во время перехода и обобрать? В общем колись подруга! Что это вдруг ты воспылала такой благодарностью к этой самой … И подруга разумеется раскололась!

Оказывается, после выписки из медчасти двух «павших» в битве со мной работников «ножа и топора». В их группе осужденных, в простонародье именуемой шайкой, произошли как говорится разброд и шатанья. ЮЧжон, уж не знаю почему, то ли ей не понравился дружеский удар своего бывшего секьюрити по ее нежному личику, или не привело в восторг дружеское падение сверху на нее нежной и большой туши, что в принципе понятно, хотя может еще что-то было там у них банде, накипело как говорится.

Но в провале спецоперации по привидению Агдан в бесправовое русло покорной жертвы и плательщицы ништяков на нужды ЮЧжон и компании обвинили … Хван ЧунгГум! В общем если бы не она, то и деньги Агдан бы заплатила, и лицо кое-кому не подпортила и вообще толку от такой туши в банде вообще нет, только лишняя трата ценных продуктов. Так что стыд тебе и позор совсем неуважаемая нами ЧунгГум. Да и вообще убирайся отсюда, иди куда хочешь, ты больше не в банде, не ее так сказать член!

Ну и убравшись, эта большая женщина, не придумав ничего лучшего приперлась … к БонСу проситься так сказать ей под крыло. Ко мне оказывается она побоялась подойти, не знал, что я оказывается такой страшный. А вот к БонСу пришкандыбать ей оказалось в самый раз. И вот теперь БонСу ждет что-же скажу на все это я.

Вообще я ее понимаю, банда конкурента разваливается на глазах, нужно подобрать лучшие кадры пока их кто-то еще не увел. Я смотрю из этой ЮЧжон политик вообще никакой, может она опасна и страшна, но точно ни фига не дипломат и это … хорошо!

А может вообще, решение это приняла она так сказать импульсивно, вошла в раж, или не помню, как там это состояние по-корейски называется, «ук», по-моему, в общем махнула сдуру шашкой и прогнала толстуху.

Так что пока ЮЧжон не поняла, что была не права, нам нужно брать эту шар-бабу к себе.

Иначе, как вариант, поймет конкурент что потерял, придет вечером к ней, поговорит о том и сем по душам и вернет эту слониху обратно, а заболтать или запугать эта особа умеет. Причем этот возврат у нее получится легко, простодушная ЧунгГум тут ей совсем не соперник, для этой атаманши – это будет также просто как отобрать игрушку у ребенка в песочнице.

Все-таки она не совсем дура, эта предводительница местной банды. Так что нужно брать эту шарообразную, хотя бы для того чтобы ослабить ЮЧжон, только думаю, а вот нужно ли мне все это? Все эти игры кто круче всех в этой … песочнице! Я что тут собираюсь вором в законе становиться? Местным авторитетом? Упаси бог! Мне бы на свободу, да поскорей, дел просто по горло!

Но с другой стороны это нужно БонСу, и ее интересы мне понятны. Сидеть ей еще долго, все-таки убийство это … убийство. Так что почему не помочь подруге, или скорей скажем так – хорошей и доброй для меня соседке, она тоже мне здорово помогла и помогает. Ну и такая боевая единица на ее стороне, и соответственно на моей, явно лишней не будет.

Мда… Мысли, мысли. Но как же мне все-таки не хочется брать к нам эту Хван ЧунгГум. Молчу, напряженно думаю, наконец принимаю соломоново решение и озвучиваю его БонСу.

– Значит так, сейчас ничего не могу сказать. Давай мы с ней еще вечером сегодня лично пообщаемся, а там … видно будет.

Вечером того же дня, БонСу привела на удивление скромную толстуху в наш танцевальный зал, где мы как раз репетировали. Все девочки с интересом смотрят на странно смущенную ЧунгГум, но ничего ей не говорят. Вскоре они вообще предусмотрительно ушли куда-то, оставив нас троих.

Мы расселись по четырем единственным стульям, причем ЧунгГум уселась скромно, на самые краешки двух стульев.

– Ты давай садись поудобнее, а то еще повредишь … чего-нибудь и скорей всего это будет стул … два стула. – говорю я ей.

В ответ большая гостья безропотно расположилась поудобнее, заняв оба стула свой большой … кормой. Некоторое время была тишина, наконец я на правах инициатора этой встречи, начинаю разговор.

– Ладно ЧунгГум, БонСу сказала, что ты хочешь перейти к нам? У меня вопрос к тебе, почему именно к нам? Почему ты не хочешь вот просто жить, как обычная осужденная, как кстати мы, на самом деле и живем, мы же тоже в принципе обычные осужденные.

ЧунгГум несколько замялась, наверное, подбирала слова, наконец запинаясь косноязычно заговорила.

– Я это, я же всегда была в банде с кем-то и всегда делала как говорят старшие. И просто я не знать другая жизнь, и не смогу просто жить как простой осужденный. А у вас сильная ба … группа, вон ты меня победила и ЮЧжон ты тоже победила, поэтому я решать, что надо идти к тем, кто тут самый сильный.

Доклад что говорится закончен! ЧунгГум даже вспотела пока говорила, не часто похоже она использует свои «ораторские способности». Да уж, вот такой вот непритязательный, но довольно откровенный ответ. – думаю я.

Хотя, с чего это я решил, что ко мне придут и скажут, что пришли к нам только потому что – «сильно любить классический музыка и фантастический произведений написанный табэ!»

Но по крайней мере ответ ее в меру честный. Что-же следующий вопрос, задаю я о том, что не принято обычно спрашивать в тюрьме, но мне как возможно будущему командиру можно.

– За что ты чалишься в тюряге ЧунгГум?

(Чалиться – отбывать срок в местах лишения свободы. Пришел в блатной мир от моряков и обозначал он так называемый "Чал" – место, к которому привязывалось судно, на котором они бороздили моря. Так и говорили при швартовке судна – «Причалили и повязали». Прим. – автора).

Та, вздохнув, коротко мне отвечает.

– Воровство!

– Воровство? А поконкретнее? – несколько удивлен я.

– Ну мы там на рынке у торговцев товар воровали, квартиры разные обносили. – добавляет толстуха.

– Форточница что-ли? – я с сомнением окидываю ее совсем не маленькую фигуру, и видя не понимание у окружающих уточняю

– Ты что через окна в дома залезала для … воровства ценностей?

(Форточник, в русском жаргоне – вор, проникающий в помещение через форточки).

– Нет, что ты, я же в окно не влезу. – простодушно отвечает эта особа.

– Агдан пошутила! – вмешивается в разговор БонСу.

– Ааа. – понятливо кивает головой ЧунгГум, пытаясь изобразить улыбку на своем не предназначенном для этого лице!

Я снова вмешиваюсь.

– Ты не улыбайся тут, а то твоей улыбкой только … маньяков пугать. Скажи просто, чем конкретно занималась в вашей … банде на воле?

Та отвечает.

– Я же говорю, что мы воровали все, что можно украсть. Ну, а я конкретно могла и на стреме постоять, или на рынке создать скандал для отвлечения внимания от действия подельников.

Немного осмелев, она начинает подробнее рассказывать о своей не простой, но «насыщенной и интересной жизни», члена банды воров в славном городе Чханвоне.

А я вот смотрю и думаю, кого-же она мне все-таки напоминает, какого-то персонажа? Точно … персонажа из … мультфильма.

Был в моем мире известный анимационный мультфильм «Зверопой», и там одна из певуний претенденток была такая скромная и всего при этом боящаяся слониха Мина.

Не знаю почему, но Хван ЧунгГум вызвала у меня сейчас ассоциацию именно с этим персонажем и животным. Может потому, что по факту оказалась не какой-то там злобной свиньей, а простой корейской девушкой с излишним весом и не простой судьбой.

Так вот по делам минувшим, нашей Мины … бррр, точнее ЧунгГум. По ее деятельности в банде чханвонских воришек. Оказывается, работа ЧунгГум, если так можно сказать про воровство, заключалась в том, что к примеру, купив на городском рынке у интересующего банду продавца какой-нибудь товар начинала после этого громко скандалить, ну там типа обвесили, сдачи не додали, товар порченный или бракованный подсунули. Причин для скандала можно найти множество!

И пока она своим громким и трубным голосом (вот и ассоциация с Миной прослеживается!) заглушала ответы и оправдания продавца и заодно его внимание, как и внимание собравшихся зевак, то остальные члены банды ловко пользуясь этим и прикрываясь собравшейся для бесплатного представления толпой, делали свою совсем незаконную работу.

А по поводу ее роли стоять на стреме при краже имущества из квартир что были без хозяев, то для «Мины» имела место быть следующая схема.

Пока банда после проникновения в квартиру занималась паковкой и поиском ценного имущества в отсутствие хозяев, она была на подхвате, типа дозорный с обходом. И при неожиданном возвращении хозяев, или какого-нибудь полицейского патруля, прочих неожиданностей, должна была задержать последних, нет, без применения физической силы, а просто зацепившись языками, или притворившись пьяной, во втором случае ей нужно было просто обрушить на не вовремя прибывших владельцев квартиры потоки громкой брани, что и должно было служить звуковым сигналом для срочной эвакуации банды с объекта налёта.

В крайнем случае, если рано вернувшиеся хозяева или кто другой не шли на контакт, тогда она просто, прогуливаясь типа в подшофе, громко пела песню, слуха у нее не было, голос же … был, не музыкальный конечно, но очень громкий и слышный всеми вокруг, в том числе главное он был услышан теми, кому он по факту в данной ситуации и предназначался.

Представил себе прилично одетую Хван ЧунгГум идущую вечером по тротуару и вовсю глотку горланящую песню. Улыбка невольно набежала на мое лицо. Я вдруг вспомнил одного киногероя Анатолия Папанова, из своей реальности, который также незамысловато предупреждал своего подельника по воровству 12 предметов мебели гуляя правда по коридору парохода.

Но там он, по-моему, пел что-то вроде «Боже царя храни…».

Как вживую, увидев ЧунгГум идущую по тротуару и торжественно орущую гимн русскому царю, я не произвольно фыркнул.

– Ладно, это я так ты продолжай. – сказал я недоуменно замолчащей толстушке.

И та продолжила!

Не сказать, что это их воровство приносило огромные доходы, но на жизнь хватало. Но постепенно доходы стали снижаться, чему послужила … узнаваемость Хван ЧунгГум на улицах и рынках. Что при такой внешности и немудрено!

Никто не хотел иметь с ней дело, все сразу обращали усиленное внимание на свой товар, и понятно никто с ней теперь особо и не разговаривал, только гнали прочь.

Некоторое время они еще прозябали, занимаясь обносом сараев, оказывается есть тут у простых корейцев и такие, по крайней мере в городе Чханвоне.

Но там кроме заготовок на зиму, каких-то овощей и старого хлама поживиться особо было нечем. Но и то хлеб как говорится. Хлам спихивали старьевщикам, продукты частью оставляли себе, частью также продавали.

Интересным оказался еще тот факт, что тут ЧунгГум выступала в роли … медвежатника. Нет, не потому что была большим специалистом в области тонкого вскрытия навесных замков, обычно такие и висели на всех этих сараях.

Нет она их действительно вскрывала. Но не при помощи хитрых отмычек и прочих приспособлений воровского мира, а просто … ломала их своими руками. Были у нее две железных палки, которые она как-то хитро вставляла в дужку замка и тянула их в разные стороны, 99% всех железных церберов, стоящих на защите старого имущества и продуктов хозяев, оказывались бессильны перед мощью и напором простой корейской девушки ЧунгГум!

Да уж, даже удивительно, как ЧэИн и мне удалось завалить эту маму слонов и гиппопотамов? Повезло похоже!

Ну, а тем временем невеселая история девушки продолжилась ...

Понятно дело, что на таком подножном корму, как обнос сараев долго не протянешь и далеко не уедешь, и вот кому-то в голову пришла поистине «гениальная» мысль. Понятно дело что не нашей главной героине, генерировать мысли для нее все равно что ЧэИн на пару с БонСу писать диссертацию по квантовой физике.

В общем эта «гениальная мысль» была такова – надо перебираться в другое место, лучше всего в славный город Сеул, покорять так сказать столицу, но перед этим неплохо было бы напоследок так сказать, что-то взять с собой в дорогу, что-то более ценное чем продукты, старые вещи и прочее экспроприируемое в последнее время бандой.

Ну, а что это может быть? Сразу приходит на ум только одно – золото! В Сеуле я сам видел, что изделия из золота на рынке продавали часто прямо на улице. Выставленные всем на обозрение на специальных столах, они привлекали взгляд недорогой ценой и неплохой работой.

Вот на это и нацелилась, в своём последнем деле в городе Чханвоне, банда где была и наша героиня. И эта экспроприация и вправду оказалась для ее банды последней. Правда не так, как это они себе представляли.

Как обычно, по проверенной схеме, купив какую-то безделушку, на этот раз правда золотую, она закатила скандал продавцу. Но тут все пошло не по плану банды и ее мозга, кто бы у них им там не был. Совсем не по плану! Похоже, кто-то своевременно ее узнал, и причем еще до покупки, а возможно, что раньше кто-то из членов самой банды шепнул о готовящемся грабеже нужным людям.

В золотом бизнесе заинтересованы очень большие люди, и не третьесортной банде с ними тягаться. В общем когда, пользуясь привлечённой к начавшему скандалу толпой, члены банды схватили четыре больших полотна с прикрепленными к ним украшениями и бросились бежать, но ни один из них не ушел.

Все были пойманы спортивными парнями, причем даже без привлечения полиции, но сданы были на радость той прямо на руки, так сказать под опись со всем что пытались незаконно экспроприировать.

Потом дело, суд и вот здравствуй … тюрьма Анян!

Им еще повезло что золото было невысокого качества, так называемое дутое золото самой низкой пробы. И пострадало, и пропало его при всех перемещениях и попытке похищения не так и много.

Да и владелец ювелирной лавки пожалел их, «они же дети», не стал кричать что у него среди похищенного, было золотое колье с алмазами, ранее принадлежащее последней императрице династии Цинь, иначе возможная сумма иска по суду была бы как весь золотой запас Кореи!

Но и так, 7 миллионов вон на каждого члена банды, это не сказать, что для них мало!

Сроки были у всех кстати разные, наша золотодобытчица к примеру, получила всего 4 года, кто-то меньше, кто-то больше, но для нее 4 года по ее словам, это было нормально, можно спокойно в это время и в тюрьме пожить, а что? Тут даже кормят и одевают. – радовалась так и не состоявшийся «золотой магнат».

Но рано она обрадовалась! Нашлись свидетели, а может кто-то из банды раскололся, но кроме «золотого» всплыли еще и новые, а точнее старые дела банды. После этого их начали раскручивать уже на добрых два десятка квартирных краж, но в конце концов раскрутили только на четыре, от которых нашей героине и остальным не удалось отбрехаться.

В результате 4 года превратились в 8 лет, а 7 миллионов вон в 14! Там и там применили коэффициент 2, такая вот забавная математика, правда не для ЧунгГум и ее банды.

Ну, а что касается ее просьбы влиться в наш коллектив, я кажется понял, чем она была вызвана. Хван ЧунгГум выросла практически на улице, в волчьей воровской стае, а та признает только вожака, и только тогда, когда он полон сил и удачлив, что и демонстрирует окружающим членам стаи. Если же вожак ослаб, или удача от него отвернулась, то его быстро смещают более сильные, наглые и удачливые конкуренты, нужное как говориться подчеркнуть.

Так что с точки зрения ЧунгГум все укладывается в рамки ее видения этого мира, вожак ЮЧжон проиграла, но почему-то сама не ушла, а выгнала ее. Что совершенно не по законам стаи. Поэтому получается, что вожак то … не настоящий! Так что теперь она сама вправе уйти к более удачливому и сильному вожаку … вожакам, то есть ко мне и БонСу.

Все по справедливости закона джунглей как говорится. Хм… я и не уверен теперь, что, если бы к ней подошла обратно ЮЧжон и сказала ей вернуться в банду, она бы вернулась. Вот не вписывается это новое ее возвращение в концепцию волчьей стаи. А может я и ошибаюсь. Черт поймет этих корейцев с их азиатским менталитетом. Особенно с криминальным менталитетом.

Но ладно, надо решать что-то с этой ЧунгГум. Переглядываемся с БонСу, ну ее мнение мне давно понятно. Ладно теперь мое решение…

– Я подумала над твоим желанием влиться в наши славные ряды ЧунгГум, и в целом не … возражаю. Махнул рукой, чем прервал, похоже готовый начаться поток благодарностей от неё, продолжаю.

– Но это значит, что ты будешь слушаться меня и БонСу без разговоров и лишних вопросов. Будешь делать все что мы скажем, не бойся. – чуть усмехаюсь при этом добавляю.

– Плохого мы тебе точно не предложим. Но обо всем случившимся с тобой ты должна нам докладывать незамедлительно, если у тебя какая-то проблема, то тоже расскажи о ней сначала нам, мы постараемся помочь. От тебя требуется пока только одно – это послушание и … преданность. Предательства мы не потерпим! Если ты согласна, то добро пожаловать в команду Хван ЧунгГум, такая как ты «шар-баба» нам в будущем точно не помешает.

Пауза, после чего я снова обращаюсь уже к новому члену нашей команды.

– Это все! Вопросы есть?

На что ЧунгГум ответила мне «противоманьячной» улыбкой и застенчиво поинтересовалась.

– А кто такая Шарбья?

А понятно, я похоже сказал это слово на русском, что-же, объясняю.

– В переводе с русского это сильная и мощная ба … женщина, которая своими руками может легко сломать даже здание ну или на худой конец какую-нибудь постройку попроще (что-то мне вдруг в этот момент вспомнились замки на сараях из рассказа ЧунгГум).

Похоже перевод с русского ей понравился. После я узнал, что у нас появилась не Хван ЧунгГум, а Шарбья, как ее стали называть с моей легкой руки, точнее языка, но той это похоже даже как-то это импонировало. Сама Агдан дала ей имя, это вам не хухры-мухры!

Ну, а на всю мою речь новоявленная Шарбья резюмировала просто.

– Спасибо Вам за доверие, я, я … не подведу Вас!

Похоже, что у нее даже голос задрожал, а глаза подозрительно заблестели, но нет, наверное, мне это все показалось, ведь слоны они же … не плачут?

Кстати заканчивая тему новой участницы … нашего коллектива, после ее перехода скажем так под нашу с БонСу юрисдикцию. БонСу, кстати, потом как-то еще договорилась с начальством о переводе нового члена в наш отряд и соответственно в наше спальное помещение, ну и за нашим столом в столовой теперь гордо восседала совсем не маленькая фигура … Шарбьи.

И да, продолжение тут все-таки последовало!

Где-то через неделю, к нашему столу в черных очках, подошла бывший вожак нашей Шарбьи и показательно игнорируя нас, покровительственно и резко кинула своей бывшей подчиненной.

– Хван ЧунгГум пойдем надо поговорить.

И повернувшись пошла от нашего стола. ЧунгГум опасливо покосилась вслед бывшему вожаку, но с места не двинулась. В какой-то момент гордо идущая в одиночестве по залу, Чхве ЮЧжон, заметила в отсутствии у нее на виртуальной привязи белого бычка, точнее большого слона, и поняла, что таким образом ей только что высказали явное неуважение, что для нее выглядело как потеря лица.

И не только для нее. Ее важный подход к нам слышал не только наш стол, но и половина зала, которая напряженно замолчала, во время этого подхода к нам бывшего вожака теперь уже нашей … подчиненной. Резко развернувшись она снова подошла к нашему столу, и опять игнорируя нас, с холодной яростью обратилась к сжавшейся ЧунгГум.

– Я не поняла ЧунгГум? Ты что не слышала, что я сказала? Быстро подняла свой большой зад и пошла за мной!

И снова с яростной и медленной интонацией!

– Я тебе сказала … Давай за мной! Живо …

Я глянул на сжавшегося слона, вот и не знал, что такие вообще существуют в природе, но оказывается в тюрьме Анян, в единичном экземпляре они все-таки присутствуют, и после решил вмешаться. А что? Ходют здесь всякие, аппетит портят, еще и обращаются без должного уважения, судя по раздувающей ноздри БонСу, эти подходы ЮЧжон, показывающие показное ее пренебрежение к нам в глазах окружающих, как бы и были основной целью, а наша ЧунгГум это так … повод. Поэтому холодно вмешиваюсь в этот монолог «большой начальницы и крутой девки» с провинившейся подчинённой.

– Подождите … уважаемая? – последнее произношу с сильным сарказмом. – Разве у нормальных и уважаемых людей не принято сначала здороваться, когда подходите к столу где сидят не … последние тут люди. И мало того, что вы ведете себя как неотесанная деревенщина, так еще и пытаетесь распоряжаться нашей … подругой, пытаетесь здесь непонятно почему командовать.

После небольшой паузы, вижу, что на меня все уставились, причем не только наш стол, я продолжаю.

– Нехорошо получается, не по понятиям. Так себя в приличном обществе уважаемые люди себя не ведут.

Вот так тебе, получи как говорится фашист, гранату, эта особа похоже рассчитывала, что мы сразу вступим с ней в конфликт, начнем кричать типа убирайся отсюда ты не имеешь права, ну или что-то в этом роде. Но судя по ее несколько ошарашенному лицу не ожидала она от меня такой спокойной и холодной отповеди, да еще и ссылкой на нарушение ею каких-то тюремных понятий.

Так тебе голубушка! – мстительно думаю я. Не смотрела ты российских сериалов про жизнь в тюрьмах, СИЗО и прочих колониях другого мира, а из них оказывается тоже можно кое-что почерпнуть. К тому же я прилюдно обвинил ее в том, что «уважаемые люди так себя не ведут», то есть практически в лоб при всех ей сказал, что она для нас «не уважаемый человек», причем сказал это так, что ей вроде и придраться не к чему.

Но наконец у очкастой сегодня бывшей предводительницы Шарбьи находятся слова для меня и окружающих.

– Тебя забыла спросить! Хван ЧунгГум состоит в моей банде, а не в твоей, и я ее никуда не отпускала. Поэтому она будет делать то, что я ей скажу. А тебе лучше вообще помолчать, пока здесь говорят … старшие

Да уж. – с иронией думаю я. ЮЧжон «переговорщик и мотиватор», да и «дипломат» от бога. Ну и … слава богу! Для нас, разумеется.

В ответ на эту тираду, я устало так, вздохнув отвечаю.

– А я и не знал, что у нас в прекрасной тюрьме Анян есть какие-то … банды? Разве это не запрещено в нашей замечательной стране? И ЧунгГум для нас просто подруга, а не какой-то там … член банды. К тому же если ты не знаешь, уж не знаю из какой дыры ты там вылезла, но сообщаю тебе официально, в Корее уже много лет как рабство отменено, прикинь … – Поэтому ты никого и никуда, кроме себя конечно, не можешь заставить идти, при этом опираясь на свой раздутый авторитет, за которым по факту кроме протухшей кимчи ничего и нет. Ну, а что касаемо твоего «старшинства», в одной большой стране есть такая поговорка – «мудрость и опыт приходят с годами», но специально для твоего случая там есть и продолжение – «но иногда годы приходят и одни!» -И кстати я не слышала, чтобы здесь, как ты выразилась, говорили старшие. Слышала только какой-то детский лепет непонятно кого, что кому-то срочно нужно идти за тобой, со стороны можно подумать, что у тебя там, где-то в песочнице увели совочек с ведерком и ты срочно пытаешься найти кого-то, кто поможет тебе это твое богатство вернуть. Так вот ты ошиблась. Мы здесь таким точно не занимаемся, мы вполне солидные и взрослые люди, нам не до твоих песочных разборок.

Проговорив эту речь, я откидываюсь на спинку стула! Где-то сзади слышу хихиканье БонСу и ее группы поддержки, а что всегда приятно, когда твоего врага макают в чан с дерьмом, причем делают это так искусно и публично.

Но надо отдать должное ЮЧжон. Хоть ее лицо и побледнело от гнева, а ноздри раздулись от ненависти, а кулаки сжались, она все-таки сдержалась. К тому же поняв, что в словесной казуистике меня не победить она направила свой взор на одушевленный в ее глазах «предмет раздора».

Большой и объемный предмет, скромно сидящий за столом и прикидывавший сейчас предметом интерьера.

И вот бывшая предводительница ЧунгГум заговорила, тяжело роняя при этом слова …

– А вот мы сейчас и спросим у вашей скромной «подруги», спросим просто, без твоих словесных выкрутасов. Хван ЧунгГум ты идешь со мной или нет? Я тебе в последний раз это предлагаю. Ты со мной или с этими … непонятными людьми?

«Этими непонятными людьми» – было произнесено со все всевозможным сарказмом и пренебрежением. А такого спускать нельзя, особенно в тюрьме.

Но тут меня удивила Хван ЧунгГум, нет, все-таки не зря мы с БонСу, в какой-то мере предусмотрев этот наезд ЮЧжон, немного подготовили косноязычную нашу протеже к ответной речи. Правда не знали, что этот наезд будет в столовой при большом стечении народа, думали, что выловят нашу большую рыбешку где-то одну и попробуют поговорить как говориться тет-а-тет, надавить по-тихому, но ошиблись, но ничего, так даже лучше получилось.

Хван ЧунгГум встала во весь свой не малый рост и объем и громогласно заявила…

– ЮЧжон я больше не в твоей, как ты сказала банде. Ты сама выгнала меня. И я вправе примкнуть к тому, к кому захочу и к тому … кто примет меня. И уважаемые мной Агдан и БонСу назвали меня своей подругой, чем оказали мне … большую честь. Поэтому теперь я с ними … до конца. Они мои друзья, а ты теперь для меня никто и звать никак. И если у тебя не осталось больше вопросов, то можешь убираться обратно в ту задницу из которой вылезла. И да, я не Хван ЧунгГум, меня теперь зовут Шарбья, запомни это!

Даже я, честно говоря, от таких слов охренел слегка, а может и не слегка. Что тогда говорить об окружающих меня девицах и самой ЮЧжон. И вообще я смотрю что эта новоявленная Шарбья та еще путаница и придумщица.

Последняя фраза точно добавлена от нее, а две предыдущих, это мы с БонСу, шутя обсуждали при ней что можно было бы сказать ЮЧжон, если бы мы не были ограничены рамками вежливости. Да уж, многое из того что нужно было сказать наша Шарбья банально забыла. Что-то же наоборот вывалила, причем то что и не нужно было. Говорила, что ей тяжело запоминать сказанное нами, угу, а фразы, произнесенные нами шутя всего один раз у нее сейчас как от зубов, отскочили!

Кстати эти ее слова о нас как о подругах, вот этого мы точно ей не говорили, похоже сама придумала, но при этом все это прозвучало от нее очень искренне!

Немного не так как мы хотели, она ответила, но вот смотря на глотающую воздух ЮЧжон думаю, да ладно, так тоже вполне неплохо. К тому же теперь это адекватный ответ на сегодняшние наглость и нахальство от ЮЧжон, не думал правда, что ответ будет именно от ЧунгГум, но так получилось даже лучше!

Наконец ЮЧжон немного оклемалась и вперила свой взгляд во вставшую с колен в прямом и переносном смысле новоявленную Шарбью, после чего поняв, что в очках ее злость в глазах никто не увидит потянулась к ним рукой и сняла.

О этот взгляд ЮЧжон! Я уже был о нем был наслышан. Со слов окружающих, очень тяжелый и давящий на тебя взгляд, наверное, как у опытных коллекторов или похожих на них «добрых» ребятишек, типа следователей НКВД в конце тридцатых годов прошлого века. После такого взгляда, ты не только деньги отдашь за свою «защиту», но и последние трусы с себя снимешь. Возможно это даже какой-то гипноз на уровне инстинктов?

Хотя мне, несмотря на недавнее близкое столкновение с этой особой, испытать действие ее взгляда как-то не пришлось. В душевой она схватила меня сзади, так что тут я ее не мог увидеть, ну а после она была «случайно» нокаутирована … причем дважды ЧунгГум. Так что встретиться с ней так сказать "глаза в глаза" мне тогда не пришлось.

Но вот похоже это время пришло, теперь придётся с ним познакомиться. Надеюсь я выдержу взгляд этой, этого самозваного … Каа. Чай я не какой-то там хвостатый бандерлог.

Ну, а Шарбья, судя по ее слегка остекленевшему взгляду и виду, похоже и есть как-раз тот этот самый, хвостатый герой произведений Киплинга. Что-же, вот похоже пришло и мое время посмотреть недругу так сказать в глаза …

Тем временем все с жадным любопытством смотрят как ЮЧжон сняв с себя очки, и убрав их в карман, после обводит взглядом сначала сидящих за столом, а потом вперивает его в несколько растерявшую свой пыл ЧунгГум.

Даже несмотря на два пожелтевших больших синяка под ними, привет от Агдан и Шарбьи, этот взгляд внушал уважение. Похоже что-то действительно было такое во взгляде ЮЧжон, что-то такое подавляющее твою волю, потому что все замолчали, пряча свои глаза от бьющих прожекторов злой ЮЧжон.

– Ну что, если вы думаете… – грозно начала было свою речь ЮЧжон, но была прервана самым нежданным образом. Кто-то, разрушая мрачность и торжественность ее момента триумфа громко фыркнул, а потом залился высоким и заразительным смехом.

Который раздавался все громче и громче постепенно переходя на всех окружающих, которые тоже стали несмело улыбаться, а потом и смеяться, такая вот сила была у этого искрящего и звонкого чувства искреннего веселья. В конце концов большинство, словно скинув с себя тяжелые оковы взгляда ЮЧжон, заулыбалось и захихикало.

Это так смеялась заразительно Агдан, ну а кто же еще это мог быть? Причём смеялась она искренне и от души, сквозь смех выдавая при этом фразы на не знакомом языке, и снова после этого захлёбываясь смехом.

– Нет, это, ну нет … точно Жекина ряха, один в один, как он там говорил, моя лупоглазая красотка! И после этих непонятных слов, снова этот весёлый и жизнерадостный смех от Агдан …

ЮЧжон, похоже поняв, что сейчас эффекта от ее тяжелого взора уже никакого не будет, благоразумно решила уйти, правда не совсем по-английски, обведя напоследок всех своим ещё тяжелым, правда сейчас несколько недоумевающим взглядом, напоследок многообещающе проронив.

– Мы еще поговорим со всеми вами … поговорим по-другому!

И по-прежнему сопровождаемая жизнерадостным смехом Агдан, быстро ретировалась к выходу.

Да уж … Ну что тут можно сказать в свое оправдание? Да и нужно ли что-то говорить? Ну вот прорвало меня, ну не смог удержаться, словил что называется ха ха, но так не на ровном же месте!

А все дело в том, что был у меня еще в той Москве старый школьный друг Жека. И была к у него любимая красотка. Нет не подруга или жена, как возможно вы могли подумать. А … спортивная Mazda RX-7 первого поколения, выпуска лохматых 70-х или начала 80-х годов прошлого века, которой он очень гордился, и которую приобрёл совсем не за малые по тем временам деньги!

Так вот демонстрируя нам свою красотку в первый раз, он привел нас к ней поздно вечером, попросил встать перед ней, сам уселся в тачку, завел двигатель, ну, а после включил фары…