Текст книги "Агдан. Лунная роза (СИ)"

Автор книги: Сергей Саут

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 99 страниц)

– Ты правильно сказала ГаБи если мы начнем сопротивляется! – улыбнулся парень.

– Так если вы не будете сопротивляется, то вас тогда быстро задержат и увезут в полицию, что-то я не совсем понимаю всей глубины и смысла твоего «великого» замысла СанХо? – несколько раздраженно говорит глава "RedAlert".

– О, глубина, также, как и смысл тут все-таки есть. – начал говорить парень, но был перебит МиЧей.

– Постой! Ты хочешь сказать, что полиция сама набросится на вас? На всех протестующих и практически сразу по своему приезду на этот ваш митинг, при этом от них не будет ни уговоров, ни всяких команд типа разойдитесь ваш митинг не законный и не санкционирован властями. То есть полиция начнет вас мм… нагло и тупо задерживать, а вы вынуждены будете просто оказать ответное сопротивление на жесткие действия органов правопорядка, начавших все это первыми?

– В точку МиЧа! – парень улыбается.

– Ты что, кого-то подкупил в полиции, при чем это «кто-то» должен иметь совсем не малый чин, он и даст команду на силовое подавление митинга без всяких там рассусоливаний и уговоров протестующих? – удивляется девушка.

– МиЧа что ты такое говоришь? – наигранно воскликнул парень. – Как ты можешь так рассуждать о нашей полиции? Она же у нас не подкупна и профессиональна!

– Ну тогда я действительно ничего не понимаю. – несколько растеряно отвечает МиЧа.

– Ладно не будем долго держать интригу. – сказал СанХо. – Да полиция Кореи может и не подкупна, и точно не будет гореть желанием помочь нам в осуществлении этого плана. Но нам в этом поможет еще более известная организация, причем с мировым именем и известностью!

И сделав эффектную паузу он добавил.

– ООН!

– ООН? – одновременно вскричали МиЧа и ГаБи.

– Ты похоже переработался СанХо. – заботливо сказала ГаБи. – Может тебе стоит сегодня пораньше поехать домой и отдохнуть?

На что МиЧа лишь молча кивнула головой соглашаясь с главой.

– Вот, вот маленького каждый обидеть норовит! – сокрушенно сказал парень.

– Да ладно! – это МиЧа изумленно вытаращила глаза. – Наш СанХо, наш железный солдат-дровосек оказывается может шутить? Но это … это же чудо! Эйдзи немедленно дай мне те же таблетки, или что ты там дала нашему СанХо что он стал вдруг похож на обычного парня, а не на солдафона, которого он из себя все время корчит!

Последние фразы МиЧа произнесла на английском и Эйдзи ее прекрасно поняла. Она пожала плечами и сказала.

– Не знаю МиЧа-тама. Я ему ничего не давала, может это он стал таким от того, что поел сегодня деревенскую кимчи, которую притащил этот ваш Хвай ЫйДжо? Поверь, я немного попробовала и поняла, что она неплохо прочищает все чакры, а заодно желудок, и возможно, что и мозги.

Все, кроме Эйдзи рассмеялись, что несколько сняло небольшое напряжение, возникшее в комнате. Ну, а глядя на Эйдзи было непонятно, она или так пошутила, толи сказала все это всерьез. Этих японцев по их невозмутимым лицам не всегда можно понять, особенно если это японские девушки. Наконец ГаБи вмешалась.

– Ладно, посмеялись и хватит. Давай СанХо излагай свой план и без всех этих трагических отступлений.

– Слушаюсь госпожа дэрен! – отрапортовал парень, выпучив глаза.

(корейское воинское звание, эквивалентное звание в большинстве западных вооруженных сил – полковник. Прим.– автора).

– Все понял. Излагаю! – после чего перешёл уже на нормальный язык.

– Когда я говорил, что нам поможет ООН, то это была совсем даже не шутка. Конечно, я имел ввиду не всю ООН, а только его главу – генерального секретаря господина Пан ГиМуна. Между прочим, человек возглавляющий сейчас ООН, родом из Кореи.

– Ну и как это нам поможет? – не удержалась МиЧа.

– То, что он из Кореи, никак не поможет. – спокойно ответил парень. – Сейчас я немного о другом. В настоящее время у него планируется визит в Японию и догадайтесь какую страну он посетит после нее?

– Южную Корею я предполагаю? – поинтересовалась ГаБи.

– Точно так! – обрадовался непонятно, чему глава силового блока клуба.

– И что вы хотите, чтобы он, увидев акцию протеста в защиту Агдан, что-то с этим сделал, я не понимаю! – это уже встряла МиЧа.

– Ты это потому сегодня плохо соображаешь, что не попробовала кимчи, от Хвай ЫйДжо! Поверь деревенская кимчи от бабушки ЫйДжо … ммм кроме неповторимого вкуса еще и прочищает мозги лучше любых лекарств. – снова пошутил СанХо.

– Ладно, давай дальше излагай ... шутник в цветах хаки. – проворчала МиЧа, ну, а «шутник в хаки» продолжил.

– Так вот, через четыре дня он прилетит в Корею, где в городе Седжоне и состоится его встреча с нашим президентом. Она встретит его в президентском дворце в торжественной обстановке. Думаю, это встреча нужна для нашей КынХе чтобы все в нашей стране увидали что ее накануне выборов поддерживает сама ООН в лице Пан ГиМуна. Впрочем, это не наше дело … пока. И время начала этой встречи протоколом определено где-то в 13.20. При этом, самолет приземлится примерно в 11.20, то есть через два часа после прилета генеральный секретарь ООН уже будет встречаться с президентом Кореи. После этого думаю будет не очень длительная деловая встреча. Ну, а после совместное заявление двух лидеров. После прощание, пожимание друг другу рук, заверения в вечной дружбе и прочее, прочее. И в 19.20 у господина ГиМуна уже самолет, который, по-моему, летит в Австралию, господин генеральный секретарь ООН очень занятой человек как вы понимаете. По крайней мере на Корею, времени для визита у него выделено не сказать, что много.

(В этом мире Седжон город с особой автономией, в 120 км от Сеула, местонахождение более полутора десятков министерств и других официальных учреждений республики ЮК, в том числе там находится и президентский дворец, где часто проводятся приемы зарубежных гостей.

В нашем мире решение о создании специального административного района, где будут размещены 9 министерств и 4 национальных агентства было принято в ЮК в 2007 году. Проектируемый город получил название в честь правителя из династии Чосон – Седжона Великого, создателя корейской азбуки хангыль. Предполагается, что в городе со временем будет жить около полумиллиона жителей.

Прим. – автора).

– И что из этого следует? – это опять нетерпеливая МиЧа. А вот судя по виду ГаБи, она кажется уже начала догадываться что задумала «сладкая парочка», и сейчас что-то напряженно обдумывала.

СанХо же продолжил.

– Так вот. Представьте себе ситуацию, приземлился самолет с господином ГиМуном, вот его встретили важные лица в аэропорту. Дальше его везут на встречу с господином президентом в славный город Седжон. И тут … какая неприятная неожиданность. Приходит сообщение начальнику полиции, а то и самой госпоже президенту. Так и так господа хорошие, на пути следования кортежа с господином генеральным секретарем начался несанкционированный митинг «Свободу Агдан!» и прочими не очень лицеприятными для власти лозунгами. А машина господина ГиМуна проедет там уже через 15-25 минут. Как нам поступить в такой ситуации господа старшие? Что делать-то?

Пауза, СанХо излагает дальше.

– Как что? – говорят старшие. Приказываю или приказываем немедленно, и быстро разогнать и задержать всех этих протестующих идиотов. Примените все доступные силы, но, чтобы до проезда уважаемого гостя от митинга на улице даже воспоминаний никаких не осталось…

– Как вы думаете будут ли сильно уговаривать собравшихся митингующих полицейские разойтись, или вежливо так просить … пройдите все вы пожалуйста в спец автомобиль для задержания, так как ваш митинг не совсем законный, а у нас приказ?

– Думаю, что недолго! – осторожно сказала МиЧа, а парень добавил.

– Задержание будет производится максимально быстро и эффективно, поэтому будет довольно … болезненным для протестующих. И картинка в телевизоре или на экране ноутбука, тут неважно, где, может получится очень интересной, эффектной и эффективной. «Ну как вам наш план?» – приняв в конце гордый вид спросил парень.

– Да уж, теперь я уже больше боюсь за кровавость полученной картинки, а не за то, что полиция будет вежлива и нас обвинят в нападении на нее первыми. – это высказалась МиЧа.

– У меня пара вопросов? – в разговор вступила ГаБи. – Первый: Как мы сможем все это снять, скажем так с максимально хорошим качеством и картинкой, и возможно еще и звуком? Полиция, заметив видеосъемку, может просто отобрать камеры и смысл всего этого протеста без полученного видео сразу потеряется. Второй: Насколько полученная информация о приезде генерального секретаря ООН в город Седжон правдива и соответствует ли она действительности, особенно мне интересно точное время встречи лидеров, насколько оно вообще … точное? Там как я понимаю надо будет рассчитать каждую минуту?

Парень, чуть задумался.

– Ты права ГаБи, качественное видео, это по факту самое главное для нас в этом протесте. Но здесь все просто, нужно сделать так чтобы полиция не заметила камер. Не беспокойся, мы тут тоже все предусмотрели. Во-первых, мы будем устраивать наш протест не на самой площади президентского дворца, а скажем так на подъезде к ней, есть там небольшая площадь перед сквером, у дороги, возле здания одного из министерств. Во-вторых, мы четко рассчитаем время начала нашего протеста, так чтобы машина с генеральным секретарем уже не могла свернуть на другой маршрут, но при этом времени на задержание и разгон нашего протеста властями должно было бы хватить. Сколько это будет по факту 15 минут или 30, мы определимся после точной рекогносцировки на месте. К счастью, в Седжоне мало вариантов подъезда к президентскому дворцу, а на главном маршруте как раз и будем мы. Также наши люди будут вести автомобиль и эскорт уважаемого Пан ГиМуна со времени его прибытия в Корею, после того как из Японии к нам поступит сигнал что «дедушка уехал!».

Потерев руки СанХо продолжает.

– В-третьих, недалеко от планируемого места протеста есть жилой комплекс, что-то типа элитной недвижимости, но главное там можно снять квартиры посуточно для гостей города. Мы уже уточнили и предварительно забронировали на несколько дней одну очень удачно расположенную для нас квартиру. Ее мы хотим использовать как штаб операции, и для съемок протеста издалека, съемку будет вести уважаемый Хикару Наомото со специально выделенными помощником из клуба, при чем помощник родом из Седжона, есть у нас такой. Также у нашего японского друга есть специальный микрофон направленного действия, так что звуки того, что будет происходить при задержании участников демонстрации будут записаны очень хорошо, и вполне слышны всем, кто посмотрит это видео. Японская сторона это гарантирует. – небольшой кивок в сторону японской гостьи, и парень продолжает.

– Эйдзи уже предварительно ввела Хикару Наомото в курс дела. Но самое главное! Это все равно будет не основная съемка, а больше дополнительная, которая издали снимет и прибытие полиции, и возможное задержание и разгон участников демонстрации на конечном так сказать этапе, когда они уже будут все разбегаться по улице, возможно что-то еще попадет в кадр интересное для нас. Но там все-таки не такой удачный ракурс для съемки, как хотелось бы. Да и расстояние если честно все-таки великовато.

Пауза. Снова СанХо.

– Ну и, в-четвертых, и это самое главное, удачный ракурс для съемок находится как раз напротив места нашего предполагаемого протеста.

– Постой, но если я не ошибаюсь, и все правильно поняла про сквер и небольшую площадь возле него, то там вроде еще какое-то правительственное здание? – удивилась ГаБи.

– Что значит какое-то? – деланно удивляется парень. – Там здание целого министерства занятости и труда Кореи!

– И что? Вы там тоже сняли у кого-то кабинет посуточно или может сразу весь этаж? – с сарказмом поинтересовалась ГаБи.

– Нет ГаБи, к сожалению. – улыбнулся парень. – Знала бы ты насколько дорого стоит в центре Седжона снимать площади, особенно нежилые. – Министерские ребята они очень жадные! Но это здание сделано в таком вот современном виде, и с интересным фасадом, там, на этом фасаде, мы можем спокойно и аккуратно разместить своего оператора с камерой. И на эту роль тут хорошо подойдет Эйдзи.

Министерство занятости и труда в г. Седжон, с обозначением места оператора-диверсанта смотри по ссылке:

/work/334696/uploads

– Подождите! – поднял вверх руку парень, реагируя на вскинувших головы ГаБи и ее заместительницы. – Эйдзи не большая, хрупкая и соответственно будет не очень заметной для постороннего наблюдателя, к том же она очень спортивная. Чтобы вы знали, она имеет разряд по альпинизму и не простой, а «КМС». Также знает и умеет обращаться со специальной камерой, с которой и будет вестись съемка. И еще она очень тренированная, спокойно сможет долго пролежать без движений, управляя при этом камерой, используя ее по максимуму.

– Что за специальная камера?

– Что значит долго пролежать без движений, для чего?

Одновременные, но разные вопросы от девушек раздались в унисон, но СанХо их услышал.

– Разъясняю! У наших японских друзей есть специальная камера для съемок из укрытий. Применяется в основном при съёмках природы, снимают разных диких животных и птиц. Небольшая, но компактная и при этом довольно мощная.

Сказав это, он, немного подумав добавил.

– И очень к тому же дорогая. Так что ГаБи тебе нужно будет связаться с японцами чтобы там разрешили дать эту камеру Эйдзи, а то этот жмот Наомото наотрез отказался ее выдать, не хочет дать этот дорогой девайс даже своей старшей без разрешения … хмм.. более старших. Не совсем понятно только зачем он вообще ее сюда привез, но, с другой стороны и хорошо, что привез. Эта камера устанавливается на специальное крепление и маскируется, рядом с ней маскируется оператор, в комплекте даже есть специальная накидка хамелеон прикиньте. К ней через кабель подключается специальное устройство, напоминающее навигатор с экраном и кнопками, при помощи которого и происходит управление этим современным устройством. То есть наблюдатель, находясь рядом с камерой, при этом хорошо замаскированный, ведет запись и наблюдение за обстановкой, не высовываясь из своего укрытия, но при этом на экране управления устройством видит все что происходит и что снимается и соответственно записывается объективом камеры в память основного устройства. При необходимости через это устройство можно и выключить камеру, чтобы не разряжать батареи, также при помощи мощного зума можно соответственно удалять или приближать картинку, ну и понятно дело легко изменять углы обзора. Так что Эйдзи, знающая как обращаться с этой камерой, и имеющая к прочему спортивную подготовку и такое хрупкое телосложение идеальный кандидат!

(Напоминание! Действие происходит в мире, который несколько отстает от Земли Сергея Юркина, здесь нет пока камер, которые с собственным питанием можно установить где угодно и после спокойно управлять, и получать картинку на смартфон сидя где-нибудь в кафе за 1000 км, попивая при этом кофе, пока увы только так. Прим. – автора).

– Да, да, мы все понимаем. – промурлыкала МиЧа. – Эйдзи идеальный кандидат и идеальная девушка, и это не вызывает ни у кого сомнений.

– Так ладно МиЧа хватит. – это вмешалась в возможную перепалку ГаБи. – На второй вопрос можешь не отвечать. Я уже поняла откуда у тебя данные по визиту генерального секретаря ООН в Седжон. Раз он летит к нам сразу после визита в Японию, значит, соотечественники нашей Эйдзи тут постарались. Главное, я надеюсь, что они не ошиблись с точным временем визита. Потому что от точного времени как я понимаю будет зависеть очень многое. Понятно, что тут надо и место для этого «оператора-диверсанта» лучше оборудовать ночью, и сильно скажем так заранее до проезда кортежа.

– Да, правильно, обычно проверка маршрута высоких лиц начинается где-то за сутки до прибытия важных гостей. – это вставил реплику СанХо. – Поэтому Эйдзи должна быть на позиции раньше. Где-то за полутора, а то и за двое суток до визита.

– Оооох ... – прикусила пальцы МиЧа. – Двое суток, нет даже с днем визита вообще трое получается! А как же сходить там по … делам, поесть, подвигаться, ну и мало что еще захочется за эти почти трое суток?

– Все предусмотрено! – ответил парень. – Эйдзи пару дней будет минимально есть и пить, и с собой возьмет только бутылку специальной жидкости и такие же энергетические батончики. – К тому же ей из Японии в срочном порядке подвезут специальный костюм, в котором все это можно легче перенести, и который хмм… предусматривает некоторые особенности женского организма. Поверьте, тактика длительного ожидания давно отработана, те же снайперы могут очень долго находится в укрытии в ожидании врага.

– Оооох! – испуганно прикрыла ладошкой рот МиЧа. – Снайперы! А если ее там какой-нибудь снайпер заметит, подумает еще что она готовит покушение на гостей и что тогда будет? Бабах и что … все? Нет нашей Эйдзи?

– Не бойтесь! – рассмеялся парень. – Ты, наверное, помнишь, где я служил, поэтому немного имею представление об организации охраны важных лиц. Если снайперов и садят куда, то только в тех местах, где по объекту может быть открыта стрельба из винтовки, или другого оружия. То есть им нужно контролировать именно места, на которых охраняемый объект может оказаться на прицеле, когда выйдет из машины или из другого транспортного средства. У нас это только площадь перед президентским дворцом, в тот момент, когда глава ООН выйдет из машины для встречи с нашим президентом, ну и после, когда вместе с ней пойдет во дворец. На пути следования кортежа никто для защиты не рассаживает снайперов каждые там 50-100 метров, для этого их потребуется просто огромное их количество, это нецелесообразно, да и столько специалистов просто нет, это так сказать штучный товар.

После небольшой паузы парень продолжает.

– К тому же охраняемый объект как правило быстро передвигается на бронированном и защищенном автомобиле, здесь угроза нанести существенный урон по пути следования кортежа минимальна. К тому же камеру мы замаскируем очень легко. Где проще всего спрятать листья? Конечно, в лесу! Наш доблестный ДжонГю уже изучил тип камер на здании министерства труда, вычислил их марку, специалисты нашей камере придадут схожий вид, сделают ее такой же, как и обычные камеры видеонаблюдения, установленные на этом здании министерства. Так что если даже кто-то камеру заметит, то особого внимания не обратит, мало ли их находится на государственном объекте.

– Ты вот сказал, что там есть камеры видеонаблюдения. – уточнила ГаБи. – А в них нашего диверсанта не заметят?

– Не заметят, тут все тоже уже решено. – решительно отвечает парень. – Ты же знаешь, что Аяка Ямасита, присутствующая здесь, очень хорошо разбирается в компьютерах, при чем не только в них. Но и … ну и … короче вы знаете, но она неплохой … хакер. Возможно, и не какого-то там запредельного уровня, но вместе с ДжонГю они обещали написать одну программку, которая… ну в общем для нашего диверсанта, как ты ее назвала, будет организованно два … как их, ах да, точно … два окна в системе безопасности наружных камер зданий министерства. И не только камер здания, но и тех, что установлены на прилегающих к объекту местах. Одно окно будет при доставке нашего диверсанта-оператора, а второе при его эвакуации.

– Совершенно верно, это все возможно. – это впервые в разговор вступила присутствующая здесь Аяка. – Мы четко откроем окна в положенное время, и все постараемся при этом предусмотреть.

Пауза, СанХо довольно произносит.

– Вот видишь ГаБи все будет нормально! Все четко спланировано и все мелочи учтены. У нас даже экстренная эвакуация Каи предусмотрена!

– Каи? А кто это? – удивилась ГаБи.

– Это будет официальным позывным Эйдзи на время операции, она сама его выбрала.

(Кая – одна из героинь аниме-фильма принцесса Мононоке. Прим. – автора).

– Ну не знаю, раз у вас все предусмотрено, даже позывные на время операции. – ГаБи развела руки и посмотрела на главную японку, сказав при этом на английском.

– Эйдзи. Ты точно уверена в своих силах? Может нам будет достаточно того видео, которое снимет Хикару Наомото, зачем тебе так рисковать?

– Никакого риска ГаБи-тама. – отвечает японка практически на идеальном английском. – Я девушка тренированная, все что будет надо выдержу, к тому-же этот отснятый материал будет возможно очень даже важен для будущего принцессы. Поэтому я в деле!

– Ну хорошо! – вздохнула ГаБи. – К тому же вижу у тебя действительно много талантов, тут и экстремальное вождение, и альпинизм, и работа с видеокамерой. Ты прямо переполнена талантами. Какие еще секреты ты скрываешь от нас Эйдзи?

– Никаких секретов уважаемая ГаБи-тама! – мило улыбается японка. – Спрашивайте, я отвечу.

– Еще бы знать, что спрашивать. – проворчала ГаБи. – СанХо, что тебе еще нужно будет для … этой акции?

– Вот. – парень протянул ей лист бумаги, который откуда-то достал. – Здесь все указано, но мы называем это все не акцией, а … операцией!

ГаБи принимает от парня лист и углубляется в чтение.

– Так, так … интересно! Операция «Шок и трепет», хмм… интересно, это кто же такое название придумал? Так, а ... зачем тебе 50 футболок, из числа привезенных японцами с надписью: «Свободу Агдан!», где она в наручниках?

– Оденем для картинки часть протестующих, зрелище будет во! – бодро отвечает парень, поднимая руку с отжатым большим пальцем.

– Но 50 штук, … у нас же нет столько народа сейчас в клубе, откуда столько? – удивлена ГаБи. – Ты что хочешь привлечь к этой операции ммм… иностранцев?

– Ты плохо обо мне думаешь! – возмутился парень. – Я поговорил в закрытом чате поклонников Агдан в Корее, у нее если ты не знаешь, осталось еще много сочувствующих как среди девушек, так и парней. Плюс многие из наших кто ушел уже жалеют, я думаю может с твоего разрешения дать им еще один шанс? Но даже и без них с закрытого чата людей хватает. И многие, из них уже готовы приехать в Седжон, только ждут от нас команды. Мы им уже всем и форму одежды определили. Главное верх – это должны быть белые футболки. Всем собравшимся давать футболки из Японии не будем, только тем, кто должен попасть в кадр, но все равно нужно чтобы у нас была более-менее однотипная форма одежды, которая гармонировала бы с нашими футболками-хулиганками.

– Футболками-хулиганками? – последовал удивлённый вопрос от МиЧи.

– Ну так мы называем теперь белые футболки с надписью: «Свободу Агдан где она пристегнутая наручниками к решетке. – несколько сконфуженно ответил парень.

– Гмм. – ГаБи задумалась, потом решительно сказала.

– Нет, пусть буду просто белые футболки, футболки-хулиганки мы пока выдавать не будем. И смотря на вопросительное лицо парня добавила. – Нет, что ты мне не жалко. Просто ты не присутствовал на некоторых «мостах» с нашими друзьями, а там было принято решение эти … «хулиганки» засветить непосредственно уже в самом фильме, я тебе похоже это забыла сказать. Сам понимаешь на футболках очень примечательная фотография из зала суда, кто-то может заинтересоваться каким образом она попала к нам, а если начнут еще что-то типа расследования, то могут выйти на того, кто… кто помог нам с этим фото!

Пауза, ГаБи продолжает.

– Эти господа могут решить, что у нас возможно есть и еще что-то из зала суда, к примеру все видео, заинтересуются нашей деятельностью. Могут заметить, что непонятные для них граждане из другой страны объявились возле нас, что-то делают и в чем-то помогают. Начнут копать под нас намного раньше, чем мы планировали и мало что им придет в голову, когда они что-нибудь накопают.

– А разве, когда выйдет этот фильм они не начнут вычислять того, кто нам помог с этим видео, тут не надо быть особо умным и легко можно будет сообразить, что этот кто-то был в зале суда в момент процесса. – поинтересовался СанХо.

– Возможно и начнут. – ответила ГаБи. – Но мы все-таки надеемся, что после выхода фильма внимание властей будет больше направленно на то, что говорить иностранным партнерам и корейскому обществу, а не искать того, кто передал нам видео, ну или по крайней мере искать его с особым рвением. Так что, обратив внимание на «хулиганки» на митинге в Седжоне, они могут начать свое расследование раньше и выйти на то, что мы снимаем какой-то непонятный фильм про Агдан.

Все задумываются, а ГаБи продолжает.

– А если смогут понять, что этот фильм априори выставляет в плохом свете больших и важных людей во властных структурах Кореи, то тогда возможно все что угодно. Начнут нам вставлять палки в колеса. Создавать препоны всему рабочему процессу съемок. Вот вышлют, к примеру, под каким-нибудь благовидным предлогом из Кореи ту же группу Эйдзи. Представляешь, как это замедлит работы над фильмом?

– Да, ты правильно все говоришь ГаБи. – подумав ответил парень. – Раньше времени, наверное, не стоит ими светить, в самом фильме и после него можно сколько угодно, а до этого да, пусть полежат.

– Все верно говорите. – это МиЧа. – Эти «хулиганки» по общему пока черновому сценарию фильма, с которым все согласились, будут показаны зрителю только после сцены из зала суда и ближе к концу фильма, когда будет идти уже обращение к мировому сообществу, что я считаю вполне органично вписывается в предварительный сценарий фильма. Так что и мое мнение пусть в Седжоне будут просто белоснежные футболки. Ничего страшного пусть считают, что этим мы всем показываем, что у нас траур по справедливым законам в Корее, раз мы все оделись в белое!

(белый цвет для корейцев – это цвет траура, потому что с этим связаны горькие воспоминания, это и оккупация страны Японией и ... смерти корейских правителей в древности. Прим. – автора).

– Согласна с тобой МиЧа – это уже ГаБи. – Кстати, на этом можно будет потом сделать небольшой акцент в фильме, как, это мы еще подумаем. И нам нужно будет прикупить на всякий случай простых белых футболок и раздать их перед началом митинга тем, кто приедет на него не в белом.

Все молчат, наконец СанХо говорит.

– Есть у меня план собрать всех, кто будет принимать участие в митинге за два дня до него, и решить скажем так все рабочие моменты. Там мы еще напомним всем, что надо будет приезжать и приходить в установленное в Седжоне место в белом, хотя все равно уверен, что кто-то приедет в какой-нибудь цветастой или черной одежде, но таким мы вручим запасные белые футболки. Белый цвет на этом митинге будет очень символичным, смотреться в таком цвете наша группа митингующих будет хорошо.

– Угуу. – это уже глубокомысленно заметила МиЧа. – А еще на белых футболках хороша видна кровь!

– Да красное на белом хорошо видно, очень красивая картинка может получится! – усмехнулся СанХо. – Нам главное все хорошо организовать, без накладок и проблем.

– Ладно СанХо, мы тут все вместе поэтому и обсуждаем возможные ситуации, стараемся принимать продуманные и взвешенные решения, привлекаем специалистов, но даже несмотря на это, к сожалению, все равно можем ошибиться. – ответила МиЧа.

– Так, ладно, давайте дальше, что у тебя еще там в запросах. – ГаБи снова углубилась в список. – Так командировочные на еду, проезд и съем жилья. – Три миллиона вон разве будет достаточно? Что-то ты очень скромен, выдадим тебе семь, остаток если что вернешь… Аааа… что значит голосистые красивые и спортивные девушки, а также хрупкие красивые девушки? – изумленно подняла голову от списка ГаБи. – Ты что набираешь людей в консерваторию и на конкурс красоты? Или все-таки на митинг?

– ГаБи. – вкрадчиво начал парень, зачем-то при этом глянув на Эйдзи.

Вот похоже кто настоящий автор этого плана, точнее операции. – мелькнула мысль у ГаБи. А парень продолжил.

– Представь себе ситуацию, наш митинг задерживает полиция. Если парень получит по морде, то это в глазах общества в целом конечно же плохо, но страшного ничего нет, он сам пришел на несанкционированный митинг, так что должен быть внутренне готов получать по своему лицу. Но вот если будут бить и тащить в спецавто молодых девушек, то для корейского обывателя, да и не только для него – это может оказаться … не очень привычным зрелищем. И у большинства уверен, оно вызовет шок. Поэтому девушки должны быть крепкими, спортивными, которые при необходимости могут оказать и сопротивление и еще должны быть… голосистыми… чтобы их возмущенные голоса услышал весь мир.

– Ну это, как я понимаю первая часть, под называнием – «Шок». – усмехнулась ГаБи, намекнув так на название. – А под «Трепетом» подразумевается, что? Дай угадаю … хрупкие и красивые девушки?

(Интересно, что бы сказал Серега, услышав о таком «проамериканском» названии для данной операции? Случайной конечно же, но тем не менее. Но, с другой стороны, цель той американской операции – сокрушение существующего тогда режима и захват важных объектов.

Возможна ли здесь аналогия?

Сокрушение – освобождение!

Захват важных объектов – привлечение к вопросу освобождения Агдан общественного мнения как в Южной Корее, так и всем прогрессивном мире!

Да и операция проводилась без санкции ООН, то есть была, по сути, незаконна.

Совпадение … интересное, как, впрочем, и последовавшее потом изменение название этой операции в мире Сергея Ю. Прим. – автора)

(«Шок и трепет» – «Shock and Awe», наименование наземно-воздушной операции сил антииракской коалиции – США, Великобритания и ряда других в начале войны в Ираке (2003–2011). Позднее название было заменено на другое – «Свобода Ирака» («Operation Iraqi Freedom»). Цель операции состояла в сокрушении политического режима Садамма Хусейна, захвате ключевых объектов на территории Ирака. Силы коалиции действовали без санкции Совета Безопасности ООН на проведение военной операции, используя в качестве предлога якобы имевшееся в Ираке оружие массового уничтожения и отказ иракского руководства от сотрудничества со спец. комиссией ООН по контролю за его уничтожением. Прим. – автора)

– Ты права как никогда ГаБи! – обрадовался парень. – Представь себе такую картинку, после того как часть митингующих задержана, ну возможно кто-то еще сопротивляется, но есть и те, которые все-таки смогли отбиться от полиции и сбежать. И вот по свежим так сказать следам и впечатлениям только что произошедших событий у одного такого человека, берут интервью, так сказать на ходу. Представь себе красивую, хрупкую кореянку, совсем молоденькую. И вот она стоит в окровавленной футболке, под глазом синяк, из носа идет кровь, из-за чего она постоянно прикладывает его к окровавленному белому платку. Где-то на заднем плане завывания сирен и крики полиции. А она сквозь слезы, с трудом сдерживая рыдания говорит на камеру, «случайного корреспондента», оказавшего в нужном месте и в нужное нам время.