Текст книги "Невеста против (СИ)"
Автор книги: Лика Вансловович
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 32 страниц)
Я привык действовать, каждое мое решение и каждый шаг почти всегда были частью очередного выверенного плана, точного расчета. А сейчас… сейчас я мог думать только о ней… Она опасается меня и даже боится, и иногда мне кажется, что вполне справедливо, потому что я могу представлять для нее угрозу, по крайней мере, серьезную угрозу привычному для нее образу жизни. И при этом я не имею понятия, чего именно хочу от этой девушки. Разве в ее жизни было мало неприятностей и ужасных людей, но, с другой стороны, действительно ли я хуже всех тех, кому она достанется на растерзание сразу после моего отъезда из России!? Светское общество не знает жалости!
Сон мой был короток и беспокоен. Во сне я был сторонним наблюдателем: все слышал, ощущал холод, чувствовал в воздухе запах гнили и плесени, но не мог вмешаться и изменить происходящего вокруг. Беззащитная и хрупкая девушка затерялась в огромном лабиринте старого полуразрушенного особняка.
Она все время бежала, пытаясь уйти от кары обезумевшего отца, черной тенью преследовавшего ее с кнутом в руках, жалась в углу, зажимая уши, чтобы не слышать скрипучего голоса покойного супруга и, наконец, отчаянно пыталась удержать хлипкую дверь, за которой разъяренный громила с моим голосом обещал ей незабываемую ночь страсти, при этом он ударял кулаками по дереву, и оно жалобно трещало и лопалось. Девушка всхлипывала и просила о пощаде, выбившись из сил, просто свалилась с ног, расстелившись прямо на грязном полу. Губы ее шептали молитву, а руки сжимались в крохотные кулачки. Потом в комнате появился старик в длинном темном балахоне, и я с удивлением узнал в нем Этьена Робера. Он опустился на колени рядом с Рианой, в руках его была огромная пуховая подушка. Улыбнувшись девушке теплой и ласковой улыбкой, он заботливо разжал ее ладони и пообещал, что заберет ее боль, освободит от мучителей и подарит спокойный сон…
Резко распахнув глаза и с трудом опомнившись, я долго не мог успокоить пульс: лицо «доброго» доктора все еще стояло перед моими глазами. За окном было темно, но я не мог и помыслить о продолжении сна, поэтому, спустившись со свечой в кабинет, я набил трубку табаком и впервые за долгое время закурил, глубже вдыхая едкий дым и разгоняя остатки ночных кошмаров.
Часть 2. Глава 21
Ри куда-то пропала и не возвращалась уже вторые сутки. Что значит это странное послание: «Мне придется задержаться в городе на один день, не волнуйся и не теряй меня!»
«Не волнуйся»! Да это просто уму непостижимо! Нет никого в городе, где бы она могла остановиться на ночлег. Все вокруг ополчились против нас, я уже слышала об этом и совсем не понимаю, куда могла запропаститься моя дорогая сестра! Гостиница? Но безопасно ли это!? И почему она передала мне это на словах через кучера, почему не написала записку?
Я расхаживала из угла в угол, нервно комкала платок и то и дело оглядывалась на дверь. Временами я ждала, что вот-вот на пороге появится Риана, а временами боялась, что, пока ее нет рядом, в эту самую дверь может войти отец или кто-нибудь еще такой же безумный и злой.
Демьян строго на строго запретил впускать в дом посторонних без его ведома, но беспокойное чувство страха никуда не делось! Я боялась собственной тени. И чем дольше мне приходилось ждать появления сестры, тем тяжелее сдавливало в груди, тем меньше воздуха было в моих легких. Я уже несколько раз раскрывала створки и жадно дышала наступающей со всех фронтов зимой, пытаясь успокоить себя, надышаться этой морозной свежестью, но ничего не помогало.
– Хозяйка! – звонкий голос Миры, появившейся за моей спиной, заставил меня вздрогнуть и сильнее сжать несчастный клочок ткани в руках. Я резко развернулась и с раздражением посмотрела на эту слишком уж шуструю горничную.
– Что тебе?
– К вам приехал один господин. Просили передать, что его зовут Эрик Кауст. Что прикажете делать: прогнать или дозволить войти? – Мира смиренно опустила голову.
– Эрик!? – удивленно переспросила я. В горле пересохло, я попыталась перевести дыхание, но удалось мне это только с третьей попытки.
– Именно так, Алиса Николаевна! – подтвердила Мира.
– Вели впустить немедленно! Шевелись! – крикнула на нее, а сама едва не рухнула на пол от волнения. Ну и развалина же я!
У меня совсем не осталось терпения, не выдержав, я просто сорвалась с места и побежала к выходу, а потом и вовсе выскочила на крыльцо, не удосужившись надеть верхнюю одежду и переобуть домашние туфли.
Мне все казалось, что это неправда, чья-то шутка, пока Эрик не появился прямо перед моими глазами. Я застыла на месте и удивленно смотрела на него. Лицо австрийца было хмурым и даже суровым, но при виде меня в серых глазах гостя появился живой огонек.
– Это правда вы!? – радостно вскрикнула я и уверенно шагнула ему навстречу. Все остальные мужчины по-прежнему меня пугали, но только не он.
– Алиса Николаевна, вы с ума сошли! – неожиданно проговорил австриец вместо приветствия. Оказавшись рядом, он бесцеремонно подхватил меня на руки и торопливо зашагал в дом.
– Вы же могли простудиться, только этого нам сейчас и не хватало! – взялся отчитывать меня гость, осторожно опуская на пол и с укоризной посматривая в мои глаза.
Я смутилась и даже покраснела.
– Я просто очень волновалась, Рианы долго не было! Она приехала с вами? Ей удалось вызволить вас, так ведь? Где же она? – тараторила я, нетерпеливо заглядывая ему за спину.
Лицо Эрика стало мрачнее, между бровей залегла складка, а я тут же начала волноваться.
– Вы правы, ваша сестра действительно добилась моего освобождения, – несколько холодно отозвался он, то и дело отводя взгляд.
– Я знала, что она сможет! – с улыбкой прошептала себе под нос. – Но где же она сейчас?
– Риана сильно простудилась, и ей пришлось остаться в доме моего дяди Оливера, – произнес Эрик.
Выражение его глаз мне не понравилось, я забеспокоилась.
– Что с ней? Она там в безопасности? О ней ведь позаботятся? Ее не обидят? – Эрик поджал губы и смотрел в одну точку, словно и не замечал меня вовсе. Я занервничала, снова принялась мерить комнату шагами.
– Вы молчите, потому что с ней что-то не так? Это я виновата, я так упрашивала ее поехать как можно раньше, а ведь она едва оправилась, после того, как почти неделю пробыла в забытье! – я кусала губу от волнения и тяжело дышала, словно рыба, выброшенная на сушу.
– Остановитесь! – Эрик вдруг оказался прямо передо мной. Положил ладони на мои плечи, слегка сдавливая их и не позволяя вырваться.
– Смотрите на меня! – требовательно произнес он. – Алиса! Немедленно посмотрите мне в глаза!
Я заставила себя подчиниться и сфокусировала взгляд на самых красивых в моей жизни глазах.
– Хорошо! Теперь слушайте мой голос! С вашей сестрой все в порядке, она, как и вы, в полной безопасности. Ее здоровью ничего не угрожает, и о ней заботятся! Сделайте глубокий вдох, а потом медленно, очень медленно выдохните! – строгий приказной тон, не терпящий возражений, вместо такого привычного ласкового и мягкого застал меня врасплох, я не могла противиться и продолжала смотреть в глаза мужчины, вслушиваться в его слова, заставляя себя дышать так, как того требовал Эрик.
– Вот так, вы настоящая умница! – чуть мягче произнес он, отпуская зрительный контакт и притягивая меня к своей груди. Я глубоко вдохнула и снова медленно выдохнула, хотя, оказавшись так близко к нему, я едва могла контролировать свое беспокойное сердечко.
– Простите, должно быть, я напугал вас! – осторожно и почти невесомо поглаживая мою спину в успокаивающем жесте, произнес он.
– Я приехал, чтобы забрать вас в город! Тогда вам не придется волноваться друг о друге, ведь вы сможете самостоятельно присматривать за Рианой! Погода несколько испортилась, и дороги занесло, поэтому я бы ни за что не стал рисковать вашим здоровьем, но утром мы сможем отправиться в путь, если вы не возражаете. Думаю, вам только следует оставить кого-нибудь присмотреть за усадьбой, такой человек здесь есть? – говоря все это, Эрик отстранился от меня и даже убрал руки за спину, словно опасался еще раз меня коснуться.
– Хорошо, конечно, спасибо вам! – хрипло прошептала я.
Этот по-настоящему хороший и добрый мужчина заставлял мое сердце то камнем замирать в груди, то раненой птицей рваться на свободу. Я так отчаянно хотела увидеть в его глазах тот же свет, что всегда появлялся, когда рядом с ним была Ри, но на меня он смотрел совсем иначе. С заботой, нежностью, иногда с тревогой, как если бы я была ему сестрой. Всего лишь сестрой!
– Не стоит благодарности! – ответил тем временем Эрик и снова отвел от меня взгляд.
– Я немедленно займусь сборами всего необходимого и вызову сюда нашу знахарку, пусть приготовит для Ри хорошее снадобье! – несколько резковато отозвалась я.
Такой человек, как он, конечно, подходил моей сестре, она заслуживала кого-то вроде него: честного, доброго, способного защитить… я убеждала себя в этом и тоже отводила от него взгляд, торопливо покинула гостиную, отдала распоряжения позаботиться о госте и, пожелав доброй ночи, оставила его в одиночестве.
Часть 2. Глава 22
Всего пять дней, и мой ДОМ превратился в мой личный АД! Мог ли я хотя бы представить, предвидеть нечто подобное, когда настойчиво оставлял в своем доме больную девушку и самолично отправил племянника за ее сестрой!? Конечно же, НЕТ!
Мое утро сегодня началось с громких, яростных воплей… моих воплей! Я действительно испугался, когда эта лохматая тварь укусила меня за ногу. Пробравшись в мою комнату, рыжая куница забралась в мою постель, затем под одеяло и укусила меня!
Самое поганое, что, схватив животину за шею и уставившись в бессовестные черные глазки, я отчетливо сознавал, что не могу придушить ее или, к примеру, свернуть шею! Лохматое чудовище полюбилось абсолютно всем в этом доме, даже моей прислуге. Куница прилежно оберегала сон своей все еще хворающей хозяйки, неизменно вызывала на лице Рианы такую редкую, но удивительную и очень милую улыбку, слушалась и понимала просьбы обеих сестер и никого никогда не кусала, кроме, разумеется, меня!
Именно меня эта животина на дух не переносила, впрочем, как и я ее! Фыркнув мне в лицо и поведя крохотным носом, она попыталась и весьма, кстати, успешно, расцарапать мне руку.
– Не смей! Ты ведь понимаешь, что я могу сделать из тебя безобидное чучело, не так ли?!
«Отлично, теперь я тоже разговариваю с куницей, как с разумным существом!» – усмехаюсь над собой.
Самое смешное, а точнее самое странное, что маленькая пакостница, заслышав про чучело, покорно замерла в моих руках и прекратила сопротивляться и царапать мою руку!
Мы с куницей, не моргая, смотрим в глаза друг друга, пока кто-то не начал яростно колотить дверь.
– Мисье Оливер, вы уже проснулись? Извините меня за бестактность, но не видели ли вы Стешу? Сестра уже потеряла ее, она волнуется! – раздается из-за двери голос младшей из двух девушек.
Ну конечно, волнуется она! Наверняка с ее легкой руки эта наглая зверюшка оказалась здесь! А сестрица…не она ли впустила куницу в комнату? Мстит, небось, за то, что не позволил вывести Риану на прогулку вчера вечером. Графиня едва стала приходить в себя и изредка подниматься с постели, и вдруг ей потребовалось выбраться на свежий воздух. А у младшей соображения еще меньше, раз уж она на здоровую голову решила поддержать старшую!
Ничего, обойдутся проветриванием покоев, пока доктор Градов не разрешит большего!
– Доброе утро, княжна! Понятия не имею, где ваша животина! Ищите ее где-нибудь в другом месте! – нагло соврал я и мстительно посмотрел на куницу.
Когда за дверью послышались удаляющиеся шаги, я с усмешкой отпустил ее на пол, внимательно проследив, чтобы она не смела опять подкрадываться ко мне. И как я до такого докатился? Кому расскажи, засмеют! Зверюшка снова забралась на мою постель и, свернувшись калачиком, притворилась спящей, пока я умывался и одевался для утренних тренировок.
– Пошли, вернем тебя этим ненормальным девчонкам, тебе там самое место! – снова подхватив зверька на руки и шипя от новой царапины чуть выше запястья, пробормотал себе под нос. Удивительно, но на руках самой графини не было ни одной отметины, а вот ее сестра тоже периодически умудрялась получать новые царапины.
* * *
В дверь постучали, и я, подумав, что это наверняка кто-то из прислуги, разрешила войти, однако это была вовсе не Анна, а сам герцог. Алиса все еще разыскивала Стешку, и рядом ее сейчас не было, поэтому, снова оказавшись один на один с этим мужчиной, я забеспокоилась.
К счастью, я уже не настолько слаба, чтобы лежать безвольной куклой в постели. Сегодня утром я упросила Лисенка помочь мне надеть платье и перебраться в кресло, стоящее у окна. Я радовалась солнечному дню, тихо кружащимся снежинкам и думала о том, что скоро мои мучения закончатся, и я наконец-то покину дом герцога.
Эта комната, эти стены давили на меня, на нас обеих. Алиса тоже чувствовала мое беспокойство и переживала, пыталась выспросить у меня о том, что произошло, пока она была в поместье, но я молчала, хотя у меня с трудом получалось вести себя непринужденно и улыбаться.
Сегодня я рассчитывала на одобрение доктора, ждала, что мне дозволят уехать, и потепление за окном должно было этому способствовать. Я реже кашляла и не чувствовала жара, но потом вернулась моя мигрень. Голова снова кружилась, а боль острыми иглами пронзала виски. Я расстроилась, слезы едва не затопили эту спальню, но я сдержалась, убедила сестру, что голова болит уже меньше и отправила искать куницу. Эта маленькая мерзавка действует на меня лучше настойки валерианы, но и она куда-то запропастилась, предательница!
– Доброе утро, графиня! – доброжелательным тоном произнес герцог. Он нахмурился, не найдя меня в постели, цепкий взгляд коснулся моего лица и, очевидно, покрасневших от слез глаз.
– Не такое уж оно и доброе! – вымученно улыбнулась ему я.
– Вижу! – спокойно отозвался Оливер и вдруг уверенным шагом направился к моему креслу.
– Вы планировала сбежать от меня уже сегодня? – остановившись прямо напротив, несколько насмешливо произнес он.
Я не отводила глаз от его лица: только заглядывая в зеркало человеческой души можно предугадать чужие помыслы. Герцог был для меня злом, я опасалась его, но почти никогда не находила того, что так часто видела в глазах отца или того же Крайнова. Рядом со мной он теперь всегда был подчеркнуто сдержан и доброжелателен, хотя нередко вторгался в мое личное пространство, приближаясь ко мне опасно близко.
– Да, вы видите меня насквозь, но, кажется, господин Градов опять не одобрит мои намерения! – я тяжело вздохнула.
– Я кое-кого вам принес! – мягко произнес он, и я с удивлением опустила взгляд.
В руках герцога была моя куница. Он протянул ее мне, усаживая проказницу на колени, а я невольно задержала взгляд на кровоточащих царапинах на кисти мужчины, было нетрудно догадаться, кто это сделал.
– Вы не сердитесь на нее? – спросила я, поглаживая мягкую шерсть и едва сдерживая улыбку, потому что она тут же свернулась в клубочек и уткнулась холодным носиком в мою ладонь.
– Сказать вам честно? – насмешливо произнес герцог. – Мое желание свернуть ей шею иногда очень велико, но я пока держу себя в руках. Я не испытываю ненависти к подобным созданиям, однако ваша зверушка явно меня недолюбливает и намеренно провоцирует.
– Она всего лишь ищет вашего внимания, – немного нахмурившись, отозвалась я.
– Неужели? Полагаю, она успешно его добивается!
Я невольно улыбнулась, потому что герцог на мгновение показался мне обиженным ребенком, который ябедничает мамочке на своего буйного соседа.
Новый удар по вискам стал неожиданностью, и я, не сдержавшись, жалобно застонала, откинула голову назад и зажмурилась, пережидая.
– Вас снова мучает мигрень, Риана? – участливо спросил герцог.
– Вам лучше уйти, Ваше Благородие, я сейчас не самый лучший собеседник! – сквозь сцепленные зубы произнесла я, все еще не открывая глаз.
Я услышала приглушенные шаги и подумала, что герцог оставил меня, но вместо этого он обошел кресло и остановился за моей спиной. Я попыталась разлепить веки и посмотреть, что он задумал: с закрытыми глазами в комнате с этим мужчиной мне было неспокойно.
– Постарайтесь немного расслабиться и выровнять дыхание, – наставительно произнес он.
Холодные пальцы коснулись моего лица, и я тут же вздрогнула, вцепилась обеими руками в его запястья.
– Что вы делаете?
– Не волнуйтесь, это всего лишь маленькая хитрость в борьбе с вашим недугом, когда-то очень давно меня научила этому моя мать. Она, как и вы, тоже иногда мучилась от головных болей.
– Итак, еще раз. Расслабьтесь и постарайтесь глубоко и ровно дышать, сядьте так, чтобы вам было удобно, и немного откиньте голову назад, – учительским тоном заявил герцог.
Я не хотела сдаваться, но боль все еще безжалостно пульсировала в висках, ослепляя меня потоком слез и густым туманом в голове. Мои пальцы ослабли, и руки соскользнули вниз, снова коснулись мягкой шерсти куницы, и это помогло немного расслабиться и глубоко вдохнуть.
Осторожными, но уверенными движениями герцог стал касаться сначала моих висков, массируя их по кругу, затем его пальцы переместились чуть ниже к уху, снова к вискам и так пока боль не стала утихать. Кажется, я на время утратила связь с реальностью и не заметила, в какой момент из моих волос пропали все шпильки, а его пальцы продолжали странные манипуляции и словно вытесняли боль из моей головы. А потом его руки спустились ниже, он добрался до шейных позвонков, осторожно изменив положение головы, и я покорно отзывалась на каждое его движение, пока широкие ладони не коснулись моих плеч, слегка опуская верх моего платья. Я вздрогнула и распахнула глаза.
– Довольно, – жалобно произнесла, и герцог тут же убрал руки, обошел кресло, снова становясь напротив и вынуждая меня опять запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему в лицо.
– Вам стало лучше? – спросил он, пряча от меня свои чувства за сдержанной и вежливой улыбкой.
В горле пересохло от волнения и страха, который едва не утянул меня в свое царство.
– Да, спасибо, – тихо пробормотала в ответ. Я действительно больше не ощущала никакой боли, чувствовала легкость и бодрость, а туман в голове рассеялся.
– Не стоит благодарности, графиня… – отозвался герцог.
Он хотел сказать что-то еще, но в этот момент в комнату без стука вошел Эрик. Он выглядел взволнованным и злым одновременно,
– Что ты тут делаешь, дядя? – словно обвиняя герцога в преступлении, произнес он.
– Это мой дом! – спокойно напомнил ему Оливер. – И я не собираюсь отчитываться перед тобой!
– Ты готов? – сквозь зубы произнес Эрик, взъерошив волосы на голове в нервном жесте.
– Всегда! – все также уверенно и спокойно отозвался герцог.
– О чем вы говорите? – нахмурившись, спросила я, с подозрением глядя на австрийца.
– Вам не о чем волноваться, Риана Николаевна! – вежливо ответил мне Оливер и вышел из спальни первым.
Часть 2. Глава 23
Да, куница в моем доме далеко не единственная проблема – есть еще прекрасная Риана, к который с каждым днем меня все больше тянет и которая с завидным упорством избегает и опасается меня. Этот досадный факт не давал покоя, потому что, овладев ею, я не утратил интерес к девушке. Напротив, ее образ преследует меня во снах и вытесняет из моей головы мысли о покойной супруге. И, будь я проклят, но мне это нравится! Избавить свое сердце и разум от Амалии – все, чего я желаю!
Сегодня Риана подпустила меня к себе очень близко и на какой-то короткий промежуток времени даже доверилась мне! Я все еще помню мягкость ее волос, безумно хочу касаться бархатной кожи и слушать нежные стоны, срывающиеся с ее губ, но уже не от боли, а от страсти… И все же все мои помыслы кажутся несбыточными, особенно когда в моем доме живет ее младшая сестра, которая подошла к уходу за Рианой со всей серьезностью и, конечно же, мой дорогой племянничек!
Утренние тренировки с Эриком давно не кажутся мне безобидным развлечением. С каждым днем это грозит перерасти во что-то большее. Сейчас у меня руки чешутся, от желания открутить ему головы за наглость, потому что он снова посмел нарушить наше утреннее уединение.
Это уже четвертая схватка на этой неделе. И спарринги с каждым разом становятся все опаснее и опаснее, временами из себя выходит Эрик, а временами контроль утрачиваю я, и в результате неизбежно проливается кровь. Мы оба понимаем, что рано или поздно такие тренировки могут закончиться дуэлью, если ничего не изменить.
Я оставляю неглубокую царапину на плече племянника, но на этот раз он все не унимается, норовит встать на ноги и начать заново. В какой-то момент я просто позволяю ему ранить меня, полоснуть лезвием побоку. Белая рубаха вмиг пропиталась кровью, но я знаю, что рана неглубокая и просто улыбаюсь, развожу руки в стороны и отдаю шутливый поклон в знак уважения его таланту в искусстве фехтования.
Он раздраженно фыркает и опускает оружие.
– Тебе нужно перевязать рану! – почти без злости заявил Эрик.
Я смотрю на него с усмешкой и явным пренебрежением.
– Тебе тоже!
– Риана боится тебя, но ты продолжаешь приходить в ее комнату, когда меня и Алисы нет рядом! – обвинительно произнес он.
Я пожимаю плечами, потому что так и есть. Мне нравится смотреть на эту девушку и потихоньку приучать ее к себе, я не делаю с ней ничего плохого, разговаривая о всяких мелочах, вроде мелкой и надоедливой зверушки, которую зачем-то притащила в мой дом ее сестрица, или справляюсь о здоровье. А графиня очень хочет быть спокойной и хладнокровной, пытается прятать от меня свой взгляд, и все же она уже не так напряжена в моем присутствии, как прежде.
– Я всего лишь стараюсь быть вежливым хозяином! – спокойно поясняю я. – В том числе и для тебя, племянник!
Эрик раздраженно отмахивается и закатывает глаза.
– Не прошло и года, как ты потерял любовь всей своей жизни. Но, похоже, ты быстро оправился, дядя!
– А вот это уже не твое дело! – во мне снова поднимается злость, расправляя свои черные крылья и довольно скалясь мне в приветливой и гаденькой улыбочке.
– Ну конечно! – отзывается мой явно бесстрашный племянник. – Я слышал, она отравилась! Молодая, красивая, всеми любимая… она не похожа на ту, кто способен сделать с собой нечто подобное, дядя! Твоя Амалия любила жизнь, и жизнь любила ее! Такой женой можно было гордиться, восхищаться и боготворить… Почему она сделала это с собой? Или правильней спросить, что ТЫ сделал с ней? Как довел несчастную девушку до такого? Это из-за ревности? Я слышал, что вы часто ссорились, потому что тебе всюду мерещились измены, ты был помешен на контроле, ограничивал ее и запрещал общаться с друзьями! Это так? Ты довел жену до самоубийства? – он смело бросал обвинения мне в лицо.
Мой внутренний демон внимал каждому сказанному слову, жадно впитывал их в себя, почти наслаждаясь устроенным представлением, не останавливая, а как бы подначивая племянника продолжать свою обвинительную речь.
И все же я нашел в себе силы, чтобы попытаться прекратить это.
– Тебе лучше замолчать, Эрик! Ты ничего не знаешь! – сквозь зубы проговорил я, хотя злая сущность во мне уже потянулась за шпагой, она ликовала, становясь полноправной владелицей этого куска смертоносной стали.
– Замолчать? Это было бы кстати, не так ли! Мне стоит помалкивать и не говорить неудобных фраз? Правда колет глаза? Или ты боишься, что твоя пленница все же сбежит от тебя? Ты обошелся с этой девушкой еще хуже, чем с Амалией, ты унизил ее, растоптал и после этого не оставляешь в покое! Думаешь, я поверю в твою мнимую заботу и раскаяние!? Ты не получишь Риану!
Я чувствую, как ярость до краев переполняет мое сердце. Мы оба оказались в ее власти! Племянник снова стал напротив, вытянув оружие перед собой, а я наконец сдался, голос разума померк, позволяя злости и гордости руководить мною. Я склонил голову набок и нагло улыбнулся, приглашая Эрика к бою.
– Я получу все, чего захочу! Даже ее!
Часть 2. Глава 24
– Риана, скорее! Они сейчас поубивают друг друга! – бледная, взволнованная Алиса неожиданно ворвалась в мою комнату, громко хлопнув дверью о стену.
– Что случилось? Успокойся, Лисенок! – тут же подобралась я.
– Некогда объяснять! – закусывая губу, произнесла сестра, после чего вцепилась в мою руку, не церемонясь, дернула на себя и поволокла меня прочь из комнаты.
– Куда ты меня тащишь, Лис? Ты можешь помедленнее – я тебя не понимаю!
– Я выпросила у этого твоего герцога ключ от библиотеки еще вчера вечером, а сегодня утром после того, как твоя пропажа нашлась, – она хмуро посмотрела на Стешу, которая как ни в чем не бывало сидела на моем плече, – так вот, я решила взять что-нибудь почитать и, когда оказалась у окна, увидела ИХ! Они сошли с ума, Ри!
Сестра явно расстроилась, и мне это не нравилось! Когда же эти мужчины прекратят портить нам жизнь?!
Не знаю, что именно я ожидала увидеть, но точно не дуэль между герцогом и его племянником! По крайней мере, выглядело это именно так! Мужчины стояли напротив друг друга, вытянув перед собой шпаги и хищно примериваясь для очередного удара. Они кружили по заснеженному загону и, казалось, были настроены решительно. Оба избавились от верхней одежды и явно знали толк в фехтовании. Несколько худощавый, но жилистый австриец был быстрым и умело чередовал выпады, словно выискивая слабое место своего противника, а вот герцог, казался настоящим громилой с его-то ростом и широким разворотом плеч. Оливер не спешил, редко нападал первым, но очень умело уходил от ударов и наносил ответные.
Когда на светлой рубахе Эрика появилась кровь, Алиса испуганно вскрикнула.
– Наверняка это просто тренировка, – постаралась успокоить я сестру, которая стала белее мела и все еще не могла отвести глаз от разыгравшегося во дворе представления.
Мне показалось, что герцог не намеревался продолжать, но Эрик снова принялся атаковать его, уверенно наступая и явно не опасаясь за свою жизнь.
– Ты спятила? У него же кровь! Что происходит!? Они это из-за тебя? – не унималась Алиса, обвиняя в происходящем теперь уже меня.
Честно говоря, мне тоже не нравилось то, что я видела, и я бы не хотела думать, что являюсь причиной этого, но что-то подсказывало мне, что так оно и есть.
Я вздрогнула и зажмурилась, когда герцог неожиданно перестал уворачиваться, и племяннику удалось ранить его. На правом боку тут же расползлось алое пятно. Однако это не остановило мужчин, которые о чем-то ожесточенно спорили, стоя друг напротив друга с оружием в руках.
– Я так не могу, Ри! Их нужно остановить! – Алиса направилась к выходу, но я успела схватить ее за руку.
– Даже не думай! – угрожающе прищурилась я, теперь уже двумя руками вцепившись в ее запястье.
– Я не собираюсь просто смотреть на это! – со слезами на глазах выкрикнула сестра. – Они не понимают, что делают! Я остановлю их! – решительно заявила она.
– Ты останешься здесь! – строго процедила я сквозь зубы.
– Хватит опекать меня, Ри! Я уже не маленькая девочка! – Алиса грубо выдернула свою руку и побежала к выходу. Я попыталась догнать ее, но болезнь сделала меня слабее и, очевидно, медленнее. Сестра выскочила из комнаты, захлопнула дверь, а после я услышала характерный щелчок замка.
– Алиса! Немедленно открой дверь! – колотя по ни в чем неповинному дереву руками и ногами, кричала я.
– Прости, Ри, но это ради твоей же безопасности! Я скоро вернусь! – услышала я в ответ, после чего Алиса просто оставила меня одну и ушла.
Я от души пнула эту чертову дверь, ойкнула с досады, потому что ушибла большой палец и, слегка прихрамывая, зашагала к окну. Стеша перебралась к моему уху и ткнула холодным носиком в щеку, явно пытаясь меня успокоить, но это мало помогало мне.
Мужчины снова дрались, не замечая ничего вокруг, окровавленный бок герцога выглядел впечатляюще, а теперь еще и моя беспокойная сестра вот-вот выскочит прямо посреди разворачивающегося действа!
– Напомни мне потом, открутить этой мерзавке голову, Стеша! – тяжело вздохнув, пробормотала я.
* * *
«Ненормальные! Разве нет других способов разрешить разногласия, кроме этого? Неужели Риана настолько полюбилась им обоим? Или они все-таки чего-то мне не договаривают? Что произошло между ними, пока меня здесь не было?» – я торопливо накинула на плечи полушубок, ботинки и шапку – даже не запахиваясь, вылетела на улицу и со всех ног побежала к конюшням.
Конечно, я понимала, что сестра рассердится, но так она хотя бы будет подальше и не сможет мне помешать, а уж я быстро со всем разберусь. Не позволю им вытворять такое прямо средь бела дня!
Я чувствовала, как внутри меня скапливается злость, раздражение и, конечно же, страх, как все мои чувства обостряются, как в горле неприятно сдавливает от быстрого бега и эмоций, захлестнувших меня с головой, и все же я не собиралась отступать!
Ни один из них не заметил моего приближения! Ну и ладно, сами виноваты! Я зачерпнула горсть снега и быстро слепила два достаточно плотных снежка, благо сегодня было по-настоящему тепло, и снег легко поддавался. Я была так зла, что мои пальцы даже не почувствовали холода!
Размахнувшись и слегка прицелившись, я швырнула первый ком в голову австрийца, а второй в герцога. В этот момент они как раз стояли на расстоянии трех-четырех шагов друг от друга, примериваясь для новой атаки. Мои снаряды попали в затылок первого и в лоб второго. Мужчины озадаченно уставились сначала друг на друга и уже потом обнаружили мое присутствие. А мне было плевать, что один из них какой-то там герцог и большая шишка, а второй вообще-то моя тайная любовь – сейчас я была зла и решительно шагала прямо на поле боя, словно сама собиралась поубивать каждого из них.
– Что вы делаете? Вы совсем уже тронулись умом? – кричала я, глядя в глаза австрийца.
Парень, кажется, явно не ожидал от меня такой ярости и все еще выглядел удивленным.
– Вам здесь не место, княжна! – прочистив горло, заявил он.
– Неужели? Может быть, вы даже осмелитесь лично указать мне на мое место? – грозно вопрошала я, шаг за шагом приближаясь к своей «жертве». Я настолько разозлилась, что не замечала выставленной прямо передо мной шпаги, которую Эрик убрал лишь в последний момент, спрятав руку за спину.
– Зачем вы пришли, Алиса? Это всего лишь урок фехтования, не больше! – отступив от меня на шаг, заявил он.
– Всего лишь…урок? – яростно выкрикнула я, наступая на него. – Вы оба ранены и даже не замечаете этого? Или просто решили сделать из меня дуру? Какого черта вы устроили это представление! Нельзя было подождать, пока моя сестра и я уедем? – я обернулась и направила свой гнев на герцога, который выглядел куда более спокойным и собранным, нежели шокированный моим поведением австриец.
