Текст книги "Принцесса Сарнгейта.Часть 1 (СИ)"

Автор книги: Эльза Скарлетт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 34 страниц)

После ужина маркиза попросила меня остаться, подруги же поспешили уйти.

– Зачем тебе «это» понадобилось? – довольно спокойно спросила леди Миарани.

За время ужина я успела обдумать свое положение и теперь была готова отвечать.

– На всякий случай, – сглотнув комок в горле, ответила уверенно и не торопясь.

– Лея, я не верю тебе, – вдруг опередила меня маркиза, прежде чем я успела продолжить. – Ты ещё немного «не зрелая» в том самом плане. Ты защищаешь леди Сенье? Я заметила, какие чувства она испытывает к дракону Гохре, но не думала, что ей хватит ума на нечто подобное. Если леди Сенье собирается или уже разрушила свою репутацию, прошу тебя сказать правду.

Я набрала в грудь воздуха и ответила:

– И все же, это для меня, леди Миарани.

Защищать Стомиана я решила до конца. Маркиза нахмурилась и поёрзала в своем кресле.

– Зачем? – требовательно спросила леди. – Корин вынуждает тебя к близости? Если это так, то я поговорю с ним.

Я перепугалась. Не хватало еще Тенебрея в эту историю втягивать. Чем дальше заходил разговор, тем меньше мне он нравился. Во что мне пришлось «вляпаться» из-за безответственности и глупости Линетты? Я по-настоящему испугалась.

– Нет! Нет, конечно же, – поспешила разуверить я леди Миарани в этом. – Корин ни к чему меня не склоняет, – я снова покраснела до мочек ушей.

– Тогда… – и маркиза многозначительно замолчала, требуя от меня продолжения.

А я сжала юбку платья руками от напряжения.

– Ну, скоро бал, и… свадьба вроде… летом… Я подумала, что нужно взять… на всякий случай… – бормотала я и не знала, как всё складно объяснить.

– Когда свадьба? – вычленила из моих слов «главное» для себя маркиза.

И я поняла, что сболтнула лишнее. Или нет? Вроде, я даже согласилась, а тётушка Тенебрея просияла и пересела ко мне ближе, взяв за руки.

– Ну, наконец-то! – торжественно заявила она. – Корин всё же добился своего. Это прекрасно! И меняет всё. Я понимаю, что вы молоды и кровь с магией вынуждает вас к сближению, но торопиться всё же с интимными отношениями не стоит!

– Вам Корин не говорил про нашу свадьбу? – спросила я, покрываясь холодным потом.

– Видимо, ещё не успел, – ответила маркиза и сунула мне в руки злополучный пузырёк. – Пусть останется у тебя, не будет лишним, раз всё так.

Если в моем мысленном списке глупостей и был пункт про «попасть в нелепую ситуацию», то, по моему мнению, я этот пункт только что выполнила. Ибо так глупо не чувствовала себя никогда.

Леди Миарани посчитала, что противозачаточное зелье будет мне «не лишним». И уж точно теперь будет обо мне думать невесть что. Да и не собиралась я рассказывать никому про то, что согласилась на свадьбу. И сейчас казалось, что я сделала это, будучи «не в себе». А ещё больше было обидно, что произошло всё это не по моей вине, а из-за Линетты.

Возвращаясь в свою комнату, я столкнулась с только что пришедшим Корином в холле. Но поговорить мы не успели, леди Миарани взяла племянника «в оборот» и быстро повела за собой в общую гостиную. В апартаментах меня ждали Кирана и Линетта, но я не стала с ними разговаривать, несмотря на то, что они пытались меня остановить и расспросить. Сославшись на то, что болит голова, и я сильно от этого хочу спать, ушла в свою комнату, решительно захлопнув дверь.

Настроение было – «умереть от стыда и отчаяния». Потому и не хотелось сейчас ни с кем разговаривать. Мне бы следовало предупредить Тенебрея о том, что нечаянно ляпнула не то, и попросить повременить со свадьбой. Это ведь он решил, что она должна была состояться летом. Я же хотела это событие отсрочить хотя бы на год. Теперь же я попала.

Учитывая, какие выводы себе сделает маркиза о сегодняшнем происшествии (а она их уже точно сделала), потому и вернула мне зелье «на всякий случай», об отсрочке свадьбы уже речи идти не будет.

Демоны! Я взвыла от отчаяния и хлопнула себя по лбу книгой, которую схватила в надежде почитать, чтоб отвлечься от горестных мыслей.

Ситуация меня не отпускала долго. Я расхаживала из угла в угол, ругала себя вслух и пару раз выходила на балкон охладиться. Но ничто толком не помогало. Когда явилась горничная, чтоб меня переодеть ко сну, я всё ещё пребывала в расстройстве, потому уселась на софу читать. «Легенды Хаоса» немного помогли отвлечься от самоедства.

…

Снилось мне почему-то море. Я стояла на плоту посреди огромного водного пространства. Совсем одна и покинутая всеми. Горизонт был серым от туч. Небо предвещало вот-вот начинающуюся грозу, и до меня доносились раскаты грома. Мой плот, сколоченный из досок, несло ощутимыми волнами. Но меня саму не шатало, и я не падала.

Откуда-то доносился счастливый смех и музыка, звучавшие диссонансом в этой обстановке. Я оборачивалась и пыталась найти их источник, но ничего не видела вокруг, кроме водной стихии, продолжавшей бушевать. А невидимые голоса что-то шептали, ехидно толковали мне о чём-то, смеялись о чем-то, но слов я различить не могла. Мне казалось, что услышать их очень важно, и я продолжала прислушиваться, пытаясь понять, кто говорит.

А ещё было чувство, что я о чём-то забыла. О таком, что точно должна помнить, и вспомнить не могла. Голоса были мне очень знакомы. Через время я различила голос и смех женщины. И мне даже показалось, что я вспомнила её. В моих воспоминаниях она была в светло-голубом бальном платье…

Глава 22

– Лея!

Я открыла глаза. Кажется, я успела задремать и видела сон.

Присутствие в комнате Тенебрея не удивило. Но я никак не могла до конца проснуться, пригревшись в пледе. Подтянувшись и сев на софе удобнее, я протёрла глаза, пытаясь окончательно вынырнуть в явь.

– Ты обдумала моё предложение и согласилась на свадьбу летом? – спросил меня Корин, присаживаясь рядом. – Не думал, что узнаю это от тётки.

Я подобрала ноги, уступая ему место.

– Это случайно вышло. Но, кажется... да.

– «Случайно»?

Корин посмотрел на меня с таким разочарованием в глазах, что я поняла, что сейчас сильно расстроила его своими словами.

– Ну, я же уже согласилась на… свадьбу. Просто так сегодня вышло, что я обмолвилась, хотя не хотела, чтоб всё было так…быстро. Я сама до конца ещё не свыклась с этой мыслью.

Корин слушал меня внимательно. А ко мне вернулось то ощущение, будто меня снова принуждают. И если бы могла, то забрала бы своё слово обратно.

– И что же такого произошло, что тётя мне устроила получасовую лекцию о необходимости «достойного» поведения?

А вот говорить, как случился этот разговор, я не собиралась. Поэтому сделала виноватое лицо и неопределённо пожала плечами.

– Прости, – пробормотала я.

– И всё же выходит, ты согласилась на лето, – констатировал Тенебрей.

До лета ещё далеко, подумалось мне. Авось что-нибудь да случится… В королевстве не спокойно, а Корин вечно очень занят... Как получит диплом, обязанностей прибавится… Да! Определённо что-нибудь да случится. Успокоив себя немного таким манером и пообещав подумать об этом непременно позже, я даже немного повеселела.

– Ты завтра хочешь пойти на конкурс талантов? – задал мне вопрос Корин.

Я знала, что Линетта так и не забрала свою заявку на участие в конкурсе, а накануне, когда мы обсуждали совместную ночёвку у маркизы, она попросила меня помочь настроить артефакт с композицией, под которую собиралась петь. У неё так и не вышло правильно сложить в матрице некоторые руны. Этим мы собирались заняться утром, а на самом выступлении я должна буду его активировать. И хоть сегодня рассорились, отказывать в помощи я не собиралась.

– Я обещала Линетте поддержать её, – ответила я. – К тому же нужна помощь в настройке артефакта. Ей перед выступлением не до этого будет.

– Хорошо, – кивнул Тенебрей. – В полпятого я приду за тобой.

А я искренне удивилась и внутренне возликовала. По правде, мне не часто доставалось внимание Тенебрея. Да, он почти каждый день находил для меня время, и обычно это было по вечерам, но мне этого было крайне мало. И лишь понимание, чем именно он занимается, меня успокаивало. Я уже смирилась с мыслью о том, что завтра придётся на конкурс талантов идти с подругами, а с женихом встретиться на балу, когда он освободится. Сейчас же он мне ясно давал понять, что собирается идти со мной сразу.

– Правда? – выдохнула я.

– Конечно, Лея, – откликнулся некромант. – Уж не думала ли ты, что я тебя оставлю одну в такой важный для тебя день?

– Думала, – призналась я.

– Плохо думала, – поджал губы герцог. – Мы идём вместе и отлично проведём время.

Я улыбнулась и в порыве счастья обняла Тенебрея. Последние дни принесли мне много хорошего, моя привязанность росла, а стеснение и чувство неловкости постепенно отступало. Я уже не боялась выражать свои чувства.

Корин обнял меня в ответ и тихо рассмеялся.

– Я не балую тебя вниманием, да, Лея? – спросил некромант. В его голосе было сожаление и тоска. – От этого мне ещё труднее признаваться тебе в том, что следующую неделю я не смогу быть с тобой. Чтобы полноценно провести две недели практики в Сарнгейте, мне придётся остаться в столице и решать насущные служебные дела, раздать поручения и завершить начатое.

Чувство счастья моментально пошло по наклонной. А в мою дверь негромко постучали.

– Лея, ты не спишь? – услышали мы тихий голос Линетты. – Можно я зайду?

Вот сейчас это было очень некстати. Ни с кем из подруг видеться до сих пор не хотелось.

Магию Тенебрея я чувствовала безошибочно. И потекшую волной от него силу ощутила и сейчас. Скользнув по стенам и двери, она отрезала нас от посторонних.

– Я же правильно понял, что ты не хотела никого видеть? – спросил меня Корин, разжимая объятия.

– Да, – ответила я.

– Рассорилась с подругами? – участливо спросил жених, поправляя рукой мои волосы.

– Не совсем. Но Линетта создала мне проблемы, – призналась я. – Ты правильно понял, что видеть никого из них я сейчас не хочу. Но как ты это понял?

Тенебрей усмехнулся уголком рта.

– Я порой очень отчетливо улавливаю твое настроение. Сейчас, например, почувствовал какую-то горечь, когда постучала Линетта, – признался он мне. И стало так хорошо от понимания того, что кто-то может разделить с тобой одиночество, просто находясь рядом. – Пора спать, уже довольно поздно. Завтра будет утомительный день. Ты же не собираешься спать на софе?

– Останешься со мной? – спросила я.

Встретившись с пронзительными глазами Корина, я поняла, что он желает этого, но отчего-то сомневается.

– Я не думал, что задержусь в доме тетки. Хотел лишь увидеть тебя, чтоб узнать планы на завтра. Но плевать на всё, раз ты так хочешь. Останусь, пока ты снова не заснёшь.

Окончательно решив, Тенебрей встал и быстро снял амуницию и китель, оставшись в рубашке. За ними последовали сапоги.

Я наблюдала с определенным любопытством и ожиданием. Раздевшись, насколько это позволяли приличия, Тенебрей подхватил меня вместе с пледом и перенес на кровать. Выпутываясь из покрывала, я переместилась на середину, а некромант в это время развязал все тесемки балдахина, чтобы нас не увидела служанка, если вдруг решит зайти, и прилег с краю, моментально подвинув меня ближе и обнимая со спины.

Снова пришло смущение, в этот раз он оказался вместе со мной под одеялом, а не сверху. Новый шаг к сближению, который мне снова было трудно освоить. Я замерла, боясь пошевелиться и сделать любое случайное движение, настолько близко мы лежали. Корин застиг меня врасплох своим решительным поведением, а я боялась ему что-то сказать, потому что сама же и попросила. Но не такое развитие событий я подразумевала.

– Лея, дыши, – почувствовала я возле уха его дыхание. – Ничего из того, за что я получил получасовую нотацию от тетки, не произойдет, если ты не готова.

«Дыши» легко было говорить, но не так просто выполнить. Рука Корина обвила мое тело и прижимала, не давая отодвинуться ни на миллиметр. Наши тела соприкасались всеми конечностями и выпуклостями. А меня охватывала паника и внутренний озноб. Или это всё же был тот самый «трепет», о котором я читала в единственной книге про любовь? Но тогда он у меня был какой-то ненормальный, совсем не такой, каким описывался в романтической истории. Вот не думала, что книга, единожды прочитанная и небрежно отброшенная в конце, станет мне таким важным пособием.

– Расслабься, иначе не заснёшь, – продолжали следовать «ценные» советы. А я в придачу ощутила поцелуй в шею у уха и окончательно запаниковала и заёрзала, стараясь хоть немного отползти. – Замри! – тут же последовал приказ, и я испуганно застыла. – Лея, ты так сейчас пыхтишь и крутишься, что невольно пробуждаешь… естественные реакции.

Какие именно я поняла тут же, и еще больше запаниковала, ощутив, как рука Тенебрея легла мне на бедро и заскользила поверх ночной сорочки выше.

– Успокойся, – снова, как искуситель-василиск, прошептал мне Тенебрей, но рука остановилась и больше не двигалась. От тихого и вкрадчивого голоса мышцы сами собой начали расслабляться, а в голове появился розовый туман. Через время я немного привыкла и наконец расслабилась, удобно устроившись на руке и наслаждаясь теплом тела рядом. Несомненно, в этом было что-то весьма приятное, от чего захватывало дыхание, а внутри разливалось приятное тепло и рождался трепет.

Но всё на этом не закончилось. Я снова вздрогнула, когда наглая рука двинулась дальше, ложась на мой живот с намерением двинуться ещё выше. Я, не выдержав, остановила руку, накрыв своей.

– Не надо, – застонала я, боясь дальнейшего и стесняясь своей и его реакции.

– Знаешь, Лея, – Тенебрей не поменял своего воркующего тона. – Я вдруг понял, что мне нравится преодолевать твои барьеры. Каждый шаг – как пытка и величайшая награда, каждая новая ступень – как подъём на пьедестал.

И все-таки он остановился, а рука так и осталась лежать на моем животе, напоминая о себе медленными поглаживаниями. Вполне безопасное место, на мой взгляд. Зато губы Тенебрея захватили мочку уха, слегка прикусив её.

– Ты не даешь мне расслабиться. Так я не засну, – пожаловалась я, покрываясь мурашками.

– Да, не спать – это заманчивая идея, – промурчал он, и его язык лизнул меня по шее.

Я не выдержала и решительно повернулась лицом.

– Прекрати! Ты обещал вести себя прилично! – напомнила я.

Некромант вполне спокойно смотрел на меня и приподнялся, подперев голову рукой. Лишь ярко горящие ободки в глазах выдавали его внутреннее возбуждение.

– Лежать с тобой в одной постели – сущая мука и испытание для выдержки, – признался он. – Ты очень чувственная, Лея.

– Ты сам залез ко мне под одеяло! Нужно было оставаться сверху, – попеняла я его.

Корин не обиделся и лишь хитро усмехнулся.

– Сделка? Скажи, что любишь, Лея, – попросил он. – И я прекращу тебя соблазнять.

Ну, не сказать, что мне совсем уж не нравились прикосновения. Это было интригующе и остро. От понимания, что мы далеко перешагиваем границы разрешенного поведения, жутко хотелось прикоснуться в ответ к нему, но я бы себе этого не позволила ни за что. Остановив Тенебрея, я глубоко-глубоко внутри себя сожалела об этом. Да и в целом, я бы, наверное, никогда не позволила ни одному мужчине того, чего добился своей настойчивостью Корин. Фактически он решал за нас обоих. Я же разрешала ему это, постепенно сдаваясь под натиском.

Я молчала, обдумывая, насколько всё-таки переменчивы мои желания. А Тенебрей склонился, целуя.

Чувства захватили меня, унося из реальности в мир, наполненный только нами двоими. Как же давно я так не отдавалась чувствам, утрачивая связь с реальностью. Безразлично стало все вокруг. А напор Корина заставлял тело подчиниться и уступить. Жар заставил кровь бежать быстрей, а сердце стучать сильней, собираясь в животе теплым комком, закручивающимся в болезненную спираль.

– Я люблю тебя, – выдохнула я, когда Корин ненадолго прервал поцелуй.

– Ещё, Лея, – потребовал он, снова целуя, уже не так отчаянно и жарко, но от того не менее сладко.

– Люблю тебя, – повторила я, потянувшись снова к нему, когда он снова отстранился, не желая останавливать эту пытку.

– Я тоже тебя люблю, – услышала в ответ. – Но пора заканчивать, а то спать не придётся.

Я лежала, уткнувшись лбом в мужскую грудь, счастливая и смущенная. Мысли хороводом крутились в моей голове, и неожиданно вспомнились события прошедшего дня.

– Корин, можно спросить? – обратилась я к жениху.

Некромант, развлекавшийся поглаживанием моей спины, слегка повернул голову, давая понять, что внимательно слушает.

– Сегодня Кирана мне сказала, что я изменилась… – я сделала паузу, не зная, как объяснить мысль, но так и не смогла ничего придумать внятного. Потому просто спросила: – Ты тоже об этом говорил недавно. Хочу спросить: сильно?

Я почувствовала по подъёму груди, как Корин тихо вздохнул.

– В целом нет, Лея, – ответил он мне. И я поняла, что это подтверждение слов подруги. – Тебя же предупреждали, что эмоциональность в твоем случае нормальна. Твой сташ постепенно разрушается, и это действует на тебя. Ты больше расстраиваешься, обижаешься, тебя глубже задевают события… Но и ты глубже чувствуешь хорошие моменты, сильней радуешься… – я чувствовала, что Корин хотел сказать ещё что-то, но остановился, не став произносить в слух. – Это пройдет, когда сташ окончательно разрушится и эмоциональность стабилизируется. Но поначалу это будет очень неприятно, Лея. И я надеюсь, что все пройдет нормально... В любом случае, все со временем наладится.

Тенебрей говорил спокойно и уверенно, от этого мое внутреннее беспокойство немного улеглось. Скорее всего, Корин пощадил мои чувства, не желая расстраивать, и его слова стоило умножить втрое. А Тенебрей тем временем продолжил:

– Женщинам вообще присуща спонтанность и эмоциональность. Ты неплохо справляешься, учитывая, что с тобой случилось. Истерик не устраиваешь, депрессии не выражены, – по голосу я поняла, что он немного иронизирует надо мной. – Ты довольно стойко перенесла испытания, и не блевала от вида полуразложившегося червя. Не вопила, когда на нас напали уховертки и ящеро-драконы. Не жаловалась после травм. Ты умеешь анализировать и не впадаешь в отчаяние от неудач, а продолжаешь искать выход. Твои убеждения не поменялись, Лея, но реакция на действительность стала действительно несколько другой.

Я молчала, обдумывая слова, что услышала о себе.

– Лея, не копайся в себе, а воспринимай всё как данность. С этим пока ничего не сделать. Ты спать собираешься?

Собиралась, но в такой обстановке это было трудно. Я поёрзала, меняя позу.

– Хочешь, помогу? – последовало предложение. – Не выспишься же, а завтра будешь себя упрекать за усталый вид.

И прежде чем я успела ответить, моё сознание окутала пелена, погружая в сон.

…

Поцелуи, поглаживания, объятия не прекратились и во сне. Но было так хорошо и приятно, что я млела.

А потом снова наступила темнота, в которой я нашла ворона. Птица будто смеялась, каркая, нахохлив перья и напоминая по форме шар. Постепенно ворон начал увеличиваться, и вот уже передо мной выпрямился в своем перьевом одеянии Персципиатус, продолжавший глухо смеяться.

– А твой некромант тот еще мазохист, – продолжал он пыхтеть.

Демон выглядел каким-то весьма довольным.

– Чего это ты такой веселый? – не удержалась от вопроса.

Оракул перестал насмехаться и вроде даже тепло на меня посмотрел.

– Сытый мужчина – добрый мужчина, – выдал он мудрость. – Ты накормила меня. А твои эмоции – это как лакомый десерт.

– Ты подсматриваешь за мной? – возмутилась я.

– А что мне остается делать? Это мое единственное развлечение! – не менее эмоционально возмутился демон. – Но не переживай… В самые пикантные моменты я перестаю наблюдать. Не удержался только сегодня. Вы с некромантом забавные. Не позволяете себе того, что хотите. Вовремя я тебя усыпил?

Меня возмутило его признание, и я надулась, соображая, что сказать.

– Зачем? И от чего ты наелся? От моей магии?

– Ну, да. Я же тебе говорил, – ничуть не смутился демон. – Когда ты не тратишь много на свои артефакты и занятия, мне остается вдоволь. Наконец-то я отъелся. А усыпил, чтоб облегчить вам обоим жизнь, иначе был риск пропустить всё самое интересное.

– Мне хочется тебя придушить, – призналась я, всё ещё возмущаясь.

– Не-е, – протянул демон. – Меня так не убить... Зато я теперь смогу являться тебе и в реальности, показывая всё что угодно. Мои силы восстанавливаются. Хочешь, понаблюдаем за своим Тенебреем? Сегодня будет интересно.

Я утвердительно кивнула. Это было слабым утешением, но любопытство брало своё. Я же всё-таки сплю, а демон вернёт моё астральное тело потом обратно.

– Идём, – протянул он мне руку.

Я приняла ладонь Персципиатуса, и нас закрутило, выкидывая в реальность.

…

Мы очутились на промышленной улице города, слабо освещённой несколькими старыми, едва работающими фонарями. Трое одиноких прохожих и двое пьяниц, придерживающих друг друга и идущих вдоль стены, были видны только благодаря тонкому слою белого снега, выпавшему этим вечером.

Впереди виднелись ворота фабрики. Над кованой аркой проходной значилось «Верфь Изольта». И это означало, что здесь производят утварь кухонного предназначения и бытовые амулеты. Самое заурядное предприятие, рассчитанное на среднего и небогатого потребителя.

За воротами стоял огромный ангар и хозяйственные пристройки. На примыкающей к производству улице, у тротуара, в тени, куда не попадал свет тусклых фонарей, одиноко дожидалась кого-то чёрная карета, запряжённая двойкой стареньких лошадок, понуро склонивших головы. На кόзлах сидел кучер, закутанный в поношенный плащ.

Именно к ней направлялась фигура в тёмном плаще. Твёрдую, решительную поступь Тенебрея я узнала сразу.

Поравнявшись с дверцей кареты, Корин открыл её и заскочил внутрь. Чтобы слышать и видеть, что происходит внутри, нам не понадобилось ничего делать. Персципиатус взмахнул рукой, и стенки будто растворились, открывая нам сидящих внутри.

– Ты опоздал, – недовольно отозвался герцог Истед и поморщился, глядя на своего друга, устроившегося напротив.

– Были дела, – ответил Корин, и Персципиатус снова глухо засмеялся, будто кашляя. Я треснула его ладонью по плечу, призывая прекратить насмехаться. – Список, – потребовал некромант, протягивая руку к леди Луар-Дрю.

Эльфийка вложила свиток, перемотанный жёлтой лентой.

– Ваше поручение было нелегко выполнить. Я раздобыла далеко не весь список, милорд. Но это всё, что мне удалось узнать за столь короткий период. Интересующая вас особа находится с наибольшей вероятностью именно на фабрике Изольта, – отчиталась она.

Корин развернул пергамент, вчитываясь в темноте. Освещать написанное магией, он не стал.

– Хорошо, баронесса, – кивнул некромант, сворачивая документ обратно.

– Ну, зачем же так официально? – промурчала эльфийка, стряхивая что-то с воротника своего манто. – Мы же давние знакомцы, можно обращаться ко мне неофициально.

Истед расплылся в улыбке. Корин же нахмурился и колким взглядом пронзил женщину.

– Едва ли. Но за помощь спасибо. Вознаграждение получите от лорда Истеда.

На этих словах инквизитор встрепенулся:

– Я что, мало потратил на платья?

– Я всё ещё скорблю по своему пёсику, – скромно опустила глаза эльфийка. – По… Как его там?.. Жадюге! – вспомнила она.

Эльф скрипнул зубами.

– Леди Хардин ваша собака приснилась в бреду, – проворчал он.

– Но я по ней всё равно очень тоскую, – вздохнула баронесса.

– По кому? Герцогине? Или несуществующей собаке?

Истед собирался сказать ещё что-то колкое, но его остановили.

– Прекратите, – осадил Корин строго и уже более спокойно спросил у друга: – Все на местах?

– Конечно! Мы, между прочим, делом занимались, пока ты где-то шлялся, – возмутился инквизитор.

Тенебрей не отреагировал на его слова.

– Отдавай приказ о штурме. Леди Луар-Дрю, оставайтесь здесь. Для вас на улице может быть не безопасно, – и первым вышел из кареты.

Истед тяжко вздохнул, активировал один из кристаллов на кожаном браслете и вышел вслед за некромантом.

А в ворота фабрики ударила струя пламени, оплавляя их до основания. Раздались испуганные крики и прохожие поспешили убежать в безопасное место. К образовавшемуся проёму из расплавленных решёток спешили всадники в тёмно-коричневой амуниции Тайной стражи и броне, быстрые, смазанные фигуры вампиров в полутрансформации и инквизиторы в белых плащах. Во двор сел белый дракон, слетевший со здания напротив.

По территории предприятия забегали существа, пытаясь убежать от законников и создавая хаос. За ними размытыми тенями сновали вампиры, настигая их, следом – инквизиторы. Замелькали всполохами боевые заклинания, и завязалась короткая схватка, быстро подавленная штурмовой группой. Во дворе воцарилась суматоха, вызванная работой стражей порядка.

Мы с оракулом поспешили вслед за некромантом и эльфом, не спешно идущими к месту штурма.

В оплавленную дыру ворот главные лица этого «спектакля» вошли последними. К этому моменту стражи потихоньку собрали во дворе фабрики всех, кто был найден на ее территории. Кого-то связывали, кого-то, кто сопротивлялся отчаяннее остальных, грубо волокли, пиная.

Оба герцога остановились перед пленными, стоящими на коленях посреди двора. К ним на встречу поспешил инквизитор с докладом:

– Лорды, всех арестованных собрали. Обыск помещений начался.

– Костяных гончих привлекли? – спросил Тенебрей, похлопывая по ладони перчатками.

– Нет, ваше Превосходительство. – Удрученно покачал головой эльф. – Наш лучший инквизитор-монстровед ушел в отставку. Он единственный мог с ними управляться. Остальные не так хороши и не могут даже одну псину контролировать полностью. Боюсь гончие выйдут из-под контроля и растерзают не только преступников, но и «наших». Мы опасаемся их использовать сейчас.

Корин был недоволен и взгляд, брошенный в сторону капитана, был таким многословным, что понять его было не сложно.

– А не потому ли инквизиция проворонила подпольные лаборатории, что у вас не осталось вообще тех, кто может находить чернокнижников и магов-отступников? И вы считаетесь лучшим подразделением инквизиции? – риторически спросил капитана Тенебрей.

От некроманта темной дымкой начала излучаться тьма перемешанная всполохами темно-фиолетовой магии. Инквизитор побледнел и выше поднял голову, не смея отвечать.

– Не перегибай, Корин. Нечего срывать злость на окружающих, – мягко вмешался Истед. – У твоих подчиненных не меньше «косяков».

– Это пока… – многообещающе ответил ему некромант. И уже обращаясь к капитану добавил: – Обыскать здесь каждый угол и ямку. Арестовать всех, кто находится на территории.

– Будет исполнено, лорд-Главнокомандующий! – и, отдав честь, капитан-инквизитор с облегчением поспешил в сторону своих подчинённых.

– Нравится нагонять страх на всех вокруг? – сокрушенно покачал головой Истед. – И какой вышль тебя укусил? – А потом уже более воодушевленно спросил: – Будем ждать?

– Думаю, бесполезно, – отозвался некромант и повёл рукой, от которой заструилась тьма.

– Назад, Лея, – потянул меня за плечо демон-ворон. – Нам с тобой нельзя касаться магии этого «тёмного».

Мы отпрянули от клубов тьмы, которые сформировались в змееподобных ящеров с передними когтистыми лапами и длинным хвостом, на который они опирались. Я содрогнулась от злобного вида этих существ. Если создание копии Илишина дир Аскурка завораживало и впечатляло, то увидев этих созданий, я поняла, что темное искусство Тенебрея может нести далеко не только восхищение и пользу, но и смертельную опасность. Он способен создавать таких монстров, о которых никто из нас не ведал.

– Искать, – отдал тварям команду Тенебрей, и сущности полетели к ангару фабрики так быстро, что слились с темнотой ночи.

Истед проводил их взглядом.

– Мы много чего пропустили, Инголир. Вы ведь проверяли фабрики… – констатировал мой жених, сосредоточив взгляд на огромном здании. – Если бы не случай с дир Аскурком и след, что вёл от лаэры Уринтелл, и который смогла нащупать Лейяна, то вряд ли мы когда-нибудь нашли что-то еще и узнали о демонах-паразитах.

– Ну, рано или поздно мы бы все равно это узнали… Хорошо, что леди Луар-Дрю смогла помочь и выведала у леди Амисарин, где можно найти Юдану Нило. Да, кто знал, что нужно искать? Мы же нацелились на артефакты! – будто выплюнул инквизитор. – Подвалы мы все проверяли, а тайники не искали. Что ж, всю столицу вскопать было нужно?!

– И все же существенное вы пропустили, – заметил Корин, спокойно натягивая перчатки на руки. Через минуту он развернулся и уже на ходу, направляясь в сторону ангара, добавил: – Зови штурмовой отряд. Нашли…

Главный инквизитор махнул рукой ближайшей кучке инквизиторов, что стояли поодаль и наблюдали за начальством, ожидая дальнейших распоряжений. Подчиненные с готовностью ринулись за герцогом. Остались сторожить арестованных только стражи, держа наготове заклинания и не теряя бдительности.

Оракул повёл меня следом. Когда мы зашли в ангар, инквизиторы уже спускались по металлической лесенке на технический этаж.

– Держись за меня, мы пройдём сквозь пол, – пояснил мне Персципиатус, сжимая мою руку сильней, и мы медленно стали проваливаться.

Преодолев таким образом два этажа, мы оказались в узком грязном коридоре, по которому уже шёл уверенной походкой Тенебрей, отражая летящие в него атакующие заклинания. Слабые попытки сопротивления работников верфи ничуть не замедлили решительную поступь некроманта. Корин быстро и безжалостно расправлялся с магами посмевшими выступить против него и расчищая путь остальным.

Когда со всеми противниками было покончено, а инквизиторы штурмовой группы спустились на этаж, Корин остановился у большого деревянного, покосившегося шкафа. Открыв дверцу и, пригнув голову, некромант шагнул внутрь. Следовавший за ним Истед, более осторожно всё осмотрел, заглянул внутрь и, махнув подчиненным, тоже исчез в проёме. Меня же оракул утянул в стену, и мы оказались в лаборатории.

В длинном, ярко освещенном помещении находилось сейчас около двадцати существ. Все они, собравшись у дальней стены в кучу боялись пошевелиться из-за скалящихся на них монстров, созданных Тенебреем. Двое, судя по одежде охранников, лежали на полу, истекая кровью растерзанные змееподобными тварями.

Корин щелкнул пальцами, и твари развеялись темной дымкой. Я же стала оглядываться вокруг.

Посередине лаборатории тянулись рабочие столы. У одной из стен стояли стеллажи, печи, мойки, у другой – зельеварные котлы, перегонные аппараты и банки с такими же червями, что мы сняли с Илишина дир Аскурка, но разных форм и размеров. Я насчитала пять полуживых экземпляров. Пройдясь вдоль столов, увидела и множество украшений. Похожие я видела и у швей лаэры Уринтелл.

Ожерелья и кулоны, над которыми работали служащие лаборатории, когда их застигли врасплох, содержали сущности паразитов и были готовы к применению. В крупных кристаллах подвесок можно было различить темные силуэты. И если не знать что там настоящие и живые демоны, кулоны можно было счесть красивыми. Не удивительно, что швеи их надели добровольно.