Текст книги "Принцесса Сарнгейта.Часть 1 (СИ)"
Автор книги: Эльза Скарлетт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 31 (всего у книги 34 страниц)
Глава 30
Друзья за несколько дней весьма неплохо освоились в замке и безошибочно нашли кухню, которая сейчас пустовала по случаю позднего времени. Пекарь, работающий на герцогской кухне, просыпался одним из первых, ставя опару на хлеб и булки, но и его ещё здесь не было.
Мы с Тирелом уселись за длинный кухонный стол, пока Том поставил на огонь чайник и безошибочно нашёл заварник и мешочки со сборами трав. Из ларя достал уже нарезанные остатки сливового пирога.
Когда чай заварился, а я отогревала руки о горячую чашку, мы вернулись к событиям моего прошлого.
– Эта мразь истязала тебя, – подвел итог дракон, возвращаясь к воспоминаниям, что стёр из моей памяти отец.
– Выходит, да, – согласилась я.
– Не удивительно, что лекарь ничего не мог понять. Ведьминская магия не похожа на нашу, и не оставляет практически никаких следов, – заметил Тирел.
– Но какой смысл мучить ребёнка? – спросил Том.
– Леди Бофор хотела, чтоб слуги подумали, что герцогиня сходит с ума. Лекарь, не понимая причин, решил, что боли фантомные и навеяны собственным сознанием. А бред о кукле и матери дополнял общие выводы о безумии.
– Я помню, что должно было быть дальше, – созналась друзьям. – Леди Бофор пришла ко мне ночью. Она усыпила слуг. Моя гувернантка и дежурившая служанка тоже спали в это время беспробудным сном.
Я погрузилась в собственные воспоминания, которые сейчас появлялись уже без какой-либо помощи.
– В ту ночь была сильная гроза. Я проснулась от прикосновения. Виконтесса пришла в виде моей матери и с куклой. Гладила меня и утешала, обещая, что скоро все мои мучения закончатся, – смущённая, я опустила глаза на собственные руки, сжимающие чашку. Почему-то рассказывать, не встречаясь взглядом с друзьями, было легче. – Она помогла мне одеться, расчесала и повела через недостроенное крыло замка в артефакторскую башню.
Друзья слушали меня внимательно и сочувствующе, понимая, что сейчас не стоит меня перебивать.
– Мне хотелось верить, что это действительно моя мама. И я, измученная болью, действительно поверила... Лишь наверху в башне виконтесса сняла с себя иллюзию и сбросила куклу в окно. Евгения сказала, что судьба этой куклы – моя судьба.
– Мои друзья – замковые дети, они видели, куда вела меня виконтесса, продолжала я рассказывать. – Ни на кого, кроме меня, её морок не действовал. Они пытались остановить леди Евгению.
– Верно, – дополнил демон. – Дети ужинали всегда раньше взрослых и не пили чай с сонным зельем, что подлила прислуге ведьма. Кухарка всегда вечером поила их молоком. Играя в заброшенном крыле ночью, они стали случайными свидетелями этого происшествия.
Действительно, такой порядок в замке был заведён изначально. И дети действительно, вопреки запрету взрослых, часто лазили ночью по запечатанному строению, ища острых ощущений.
– Леди сказала, что если мой отец забрал её отца, то она заберёт меня у него и станет полноправной хозяйкой герцогства, а потом рассчитается уже с ним лично. Она хотела видеть его страдания.
Друзья молчали слушая меня. Я видела, как сжимается кулак Тома и оставляют борозды на столе когти Тирела. Их негодование и поддержка сейчас были приятны.
– Наверху, когда я боролась сама с собой, не желая по воле заклятия лезть на карниз, Евгения стояла и говорила мне всё это.
Больше я говорить не могла. По моей вине тогда пострадали ещё замковые дети и груз вины сейчас тяготил меня.
– Ведьмовство сработало, и ты спрыгнула с карниза, – заключил Стомиан.
– Упала, – уточнила я, кивнув. – Я боролась до конца, но не смогла пересилить колдовство.
– Тебя спас твой дядя, – довершил рассказ оракул. – Они с твоим отцом вернулись раньше срока из-за письма лекаря, каким-то образом дошедшего до гарнизона.
– Пей чай, Лея, – посоветовал Тирел, кивнув на чашку, к которой я так и не притронулась. – Нужно пережить эти события до конца. Теперь ясно, почему герцог Хардин посчитал необходимым запечатать такие воспоминания. Судя по всему, он винил во всем себя. Это он привел эту женщину в замок и чуть не женился на ней. Он не поверил твоей интуиции и не воспринял слова дочери серьезно. А маленький ребёнок не в состоянии объяснить доходчиво свои мысли. Он не придал значения фактам, и это чуть не обернулось трагедией.
Похоже, это было правдой, мучавшей моего родителя всю оставшуюся жизнь. Именно поэтому мы вели потом такой замкнутый образ жизни, а меня так и не представили королевскому двору.
– Мой отец больше никого не подпускал к нам, – согласилась я с Тирелом. – И больше не оставлял меня без своего или же дядиного присмотра. Он убрал из моего окружения всё, что было связано с этими событиями. Я ведь не помнила Сантану, Оллина, Луиса и Робина, которые стали на мою защиту и пострадали той ночью. О них остались только смутные, самые ранние воспоминания. А теперь я даже не знаю, остались ли они живы?
– Они живы, – успокоил меня демон. – Не выжила только леди Бофор. Её твой дядя убил лично. Родителям детей выдали значительное вознаграждение и отправили из замка, чтоб ничто не могло напомнить тебе о произошедшем после запечатывания сташа.
От этих слов я снова расплакалась. Но это были слезы облегчения.
– Видимо, богиня Удачи на твоей стороне, – усмехнулся Стомиан.
– Скорее, богиня Мара – мой покровитель, – решила грустно пошутить я.
Друзья мою самоиронию оценили и заулыбались.
– По крайней мере, ты ещё шутишь и не потеряла силы духа, – сверкнул глазами дпакон.
Я опустила взгляд на стол. Силу духа я не потеряла, но признаваться, что меня заставляет двигаться дальше, не собиралась. Это им точно не понравится.
– Все наладится, Лея, – продолжил Том, накрывая мою руку своей. – Прошлое уже далеко и давно закончилось. Со временем и настоящие проблемы решатся…
Я встретилась взглядом с демоном, что загадочно улыбался мне.
– Что ж, – вздохнул Тирел, – теперь ясно, откуда у тебя такие дурацкие установки. Не вини отца за принятое решение. Его поступки в твоём отношении теперь совершенно понятны. Он едва не потерял тебя и увидел цену своим ошибкам. То, какая ты есть, – это результат прошлого. Но разве это плохо? Посмотри, насколько ты отличаешься от других! Разве есть ещё какая аристократка с такими знаниями, силой и убеждениями?
Слова вампира были приятны. И я вдруг подумала, а какой была бы моя жизнь, если бы леди Бофор оказалась действительно хорошим человеком?
Она заменила бы мне мать, и отец точно не стал бы брать меня в гарнизон и экспедиции, где детям совсем не место. Вряд ли стал бы уделять столько времени моему обучению наукам, артефакторике и магической подготовке ради цели научить защищать себя. Моя жизнь была бы другой… Меня воспитывали бы только как леди.
Я знала, что отец мечтал о том, чтобы я была похожей на мать. Имела её грацию, обаяние и женскую утончённость. Возможно, у него бы родился наследник, а мне досталась бы участь искать судьбу в удачном замужестве. Я стала бы обычной леди… Может, чуть менее заносчивой и благовоспитанной, чуть более умной, чем другие аристократки, но не более…
Поговаривали, что даже Мара (богиня зла и несчастий) может быть благосклонной, насылая свои испытания. Сейчас я была ей благодарна за то, что для меня судьба сложилась в итоге не самым плохим образом. Возможно, и моё расставание с Тенебреем – не худший вариант, а судьба так уберегла от очередной ошибки.
От этих мыслей на душе стало немного теплее и легче. Я готова была поменять свои планы из-за первой влюбленности, забыв о своих целях и стремлениях. Тенебрей изменил меня, и я едва не поддалась этому.
– Лея, тебе нужно всё же отдохнуть, – прервал поток моих мыслей вампир. – Ты ещё не полностью оправилась, а вечер был очень эмоциональным. Иди, поспи, а я вернусь в библиотеку и почитаю о ментальных блоках. Может, найду ещё что интересное… Ваша библиотека замечательная.
Как же хорошо было, что друзья сейчас были рядом. Они не давали себя почувствовать одинокой.
Стомиан вызвался сопровождать меня и составить компанию. Мы пошли не в мои апартаменты. Я захотела снова посмотреть на портрет отца и матери и повела друга в малую гостиную. Время перевалило за середину ночи, и до утра оставалось не так много времени. Персципиатус покинул нас, исчезнув.
– Посиди со мной немного, – попросила я друга.
Стомиан, собиравшийся уйти, остановился.
– Это неуместно, – напомнил он мне прописные истины, на что я горько усмехнулась и махнула рукой.
– Сейчас это не важно, и всё равно, – ответила ему. – Я допустила вас с Тирелом до своей ауры. Вы теперь в моём ближнем кругу, а значит, почти как семья. Не хочется оставаться одной.
Дракон вздохнул, но не ушёл, примостившись на диван и разжигая своей магией огонь в камине.
– Ложись, Лея, отдых тебе необходим, – напомнил мне дракон.
Взяв плед с кресла, я, наглея, положила диванную подушку на колени мага и вытянулась, удобно разместившись и накрывшись покрывалом. Том принялся успокаивающе меня поглаживать по голове. Тело дракона источало приятный жар, что в прохладном помещении было особо приятно, а рука постепенно убаюкивала, внушая спокойствие и уверенность.
– Все обязательно когда-нибудь наладится, – услышала я, засыпая. – Ты заслуживаешь спокойствия и счастья.
Мне казалось, что шторм внутри моей души постепенно утихает, а тучи начинают развеиваться. И хоть до полного штиля было еще далеко, меня больше не терзали так сильно страхи и сомнения.
…
– Удобненько вы тут устроились, – услышала я сквозь сон голос Тирела. – Герцогиню все слуги ищут…
– Плохо ищут, – пробормотала я в ответ, совершенно не желая просыпаться.
– Это верно, – бодро заявил вампир и, судя по звукам, плюхнулся в кресло рядом. – Я тут немного похозяйничал, и нашел в кабинете твоего отца, Леечка, книгу по прикладной менталистике, – заявил он нам. – Так вот… – бодрый голос очень раздражал и не давал снова заснуть. – Чтобы избавиться от детских страхов и полностью отпустить последствия событий, что запечатаны в сташе, рекомендуется эти события снова пережить!
От подобного заявления я распахнула глаза и села. Стомиан не стал уходить, когда заснула, а остался охранять мой сон. Я потерла глаза и уставилась на вампира.
– Чего? – глупейшим образом спросила я.
– Экая ты бестолковая стала, «сестренка», – усмехнулся парень и снисходительно на меня посмотрел.
– Кто? – снова пробормотала я, удивившись его обращению.
– Понижение интеллекта на лицо! – важно заявил, ерничая, Тирел, подняв для убедительности указательный палец вверх и авторитетно обращаясь к дракону. – Надо лечить! Иначе я не переживу истерик, депрессий и всяческой чепухи, которые являются последствиями снятого ментального блока.
Я запустила в друга подушкой, выражая степень своего возмущения. По-моему, держалась я вполне сносно, несмотря на все события и внутреннюю нестабильность. Вампир легко увернулся, ничуть не обидевшись.
– Вот об этом и говорю, – поддакнул он, дразня меня ещё больше.
– Тирел, поясни нормально! – я начала раздражаться.
– Да что тут не ясного? – самодовольно спросил парень. – Мы смоделируем твоё самое страшное событие детства, чтобы ты смогла его пережить снова, но контролируя ситуацию. Стомиан вечером призовёт грозу, мы поднимемся в башню, а твой демон Приципиатус…
– Персципиатус, – машинально поправила я.
– Да, он самый!.. Поможет вспомнить подробности. У тебя же будет возможность всё пережить снова и поменять. В итоге ты окончательно избавишься от ментальных установок, что создала в твоей голове ведьма, и заодно своих страхов.
Выглядел при этом Тирел весьма довольным собой.
– Слушай, а ты уверен, что это нужно? Звучит план не очень, – высказал своё мнение Стомиан. – Ты же не ментальный маг!
Глаза вампира блеснули и не утратили внутренней уверенности.
– Но я лекарь и к тому же вампир! – гордо напомнил парень. – Нас учат анализировать душевную силу, а расовой особенностью высших вампиров является ментальное внушение. Так что я могу судить о состоянии Леи и способен оценить её возможности. Ты же слышал герцога Сореля! Он не допустит племянницу к практике, если менталист посчитает её не готовой к этому.
Мы слушали пафосную речь друга, открыв рты. Таким уверенным в себе я его ещё не видела. Но было страшновато доверяться лекарю-недоучке, несмотря на то, что он был лучшим студентом своего факультета в академии. Тирел почувствовал мои сомнения и даже немного надулся.
– Мне нужно будет спрыгнуть снова с башни? – уточнила я.
– И не только, – подтвердил авантюрист. – Тебе нужно перебороть внушение.
Мы со Стомианом переглянулись. Вот тут я в себе была не так уверенна. А рядом с нами появился оракул.
– Соглашайся, – сказал он мне, многозначительным взглядом напоминая о необходимости поехать в пустыню Сарнгейта. – Я же предупреждал, что их помощь понадобится…
Оба парня уставились на него угрожающе.
– Леечка, напомни, как от него избавиться? – спросил Тирел.
– Эй! Вы чего?! – возмутился демон. – Если не заметили, я на вашей стороне и, между прочим, помогаю герцогине Хардин!
Стомиан встал и подошёл почти вплотную к оракулу.
– «Пиявкам» верить нельзя, – категорично заявил он. – Мы не понимаем твоих целей, а значит, ты подставишь Лею при первом удобном случае… И ей снова будет угрожать опасность.
Персципиатус оскорбился до глубины демонической души и выровнялся, гневно сверкая глазом на парня.
– Это я-то «пиявка»? Вокруг себя посмотри, ящер недоделанный! Вампиры ничем не лучше нас, но на своего дружка ты так не смотришь!
– Мой друг из этого мира! Вот интересно, если тебя чистой светлой магией поджарить, будешь гореть или тлеть?
Я же поняла, что если их не остановить, то случится как минимум неприятнейшая ссора.
– Тирел, Стомиан, прекратите, пожалуйста! Не надо ни от кого избавляться! Персципиатус уже давно со мной и помогал не раз. Он просто хочет через Сарнгейт попасть домой в Нижний мир.
– Интересно, это как же? – скептично поинтересовался вампир. – У вас там что, лифты какие есть? Типа как у гномов в шахтах? Небось и лифтёры в ливреях к ним полагаются?
Нас прервала открывшаяся дверь и заглянувший замковый охранник. Найдя меня взглядом, он расцвел в счастливой улыбке.
– Герцогиня! Мы весь замок обыскали, чтобы вас найти!
Слов не было, чтобы передать эмоции от этого заявления. Меня искали везде, кроме одного из самых очевидных мест? Стражник, оценив мой снисходительный взгляд, скрылся за дверью, сообщив, что доложит леди Салер.
– Ладно, отложим это на потом… Прежде всего, ночью нужно разобраться с внушением, – успокоился вампир. – Днём занимаемся своими делами. Кстати, Леечка, мне можно лабораторией воспользоваться? А то твой дух рода напрочь не пускает меня туда.
Разрешение я тут же лекарю дала. А к нам присоединилась маркиза Салер, беспокойно оглядывая меня с ног до головы.
– Лейяна, вы могли бы сообщить, куда отправились! Замок большой, слуги искали вас почему-то в заброшенном крыле… Мы все волновались.
– У меня гости, – сообщила очевидный факт. – Я спустилась почитать вечером и заснула тут.
Маркиза осторожно рассматривала ребят и мой помятый после сна вид.
– И всё же вам не желательно оставаться с двумя парнями одной в комнате, – заметила она. – Ваш дядя поручил мне заботу о вас, и не хотелось бы его подводить.
Н-да… Слишком я отвыкла соблюдать правила этикета. Академия меня «испортила» окончательно. Но в следующую минуту я развеселилась. А было ли уже что портить?
– Ха! – усмехнулась я. – После бала в академии мою репутацию, кажется, общество Тирела и Стомиана уже не испортит. Они в моём ближнем кругу. Нас объединяет магия.
– Абсолютно верно, «сестренка», теперь мы почти родственники тебе... Считай, как братья, – кивнул вампир.
Леди Салер посмотрела на нас недовольно.
– Вы не посоветовались с дядей, леди Лейяна, прежде чем совершать такой шаг?
– А вы, леди Салер, советовались с братом, прежде чем отправиться на границу в составе войск? – парировала я.
«Пат[1]!» – воскликнула мысленно, наблюдая, как маркиза меняется в лице.
– Вам всё же стоит об этом сообщить герцогу Сорелю, – вздохнула леди. – И прошу вас, не совершайте необдуманных поступков. Ваш дядя склонен думать, что вы стали весьма эксцентричной.
– Уверяю вас, маркиза, все мои поступки весьма обдуманы, – смягчилась я, понимая, что её слова вызваны беспокойством и заботой.
– Вы зря думаете, что ваша репутация не может пострадать, – продолжила брюнетка. – Я бы сказала даже, что о ней сейчас нужно заботиться больше всего.
Я удивленно приподняла бровь. После устроенного мной на балу следовало ожидать, что меня высшее общество и пресса раскатают как лепешку по доске. Сплетни любят. А моральное падение аристократки с таким титулом как у меня, должны смаковать с особым упоением.
– Это правда, – вмешался Тирел. – Мы не успели тебе рассказать, но ты не правильно думаешь, если считаешь, что о тебе плохо отзываются.
– Чего я не знаю? – спросила у присутствующих.
Ребята молчали с каким-то странным видом. Улыбалась мне леди Салер.
– Герцогиня, – начала рассказывать девушка, – ваш танец и поведение действительно вызвали волну осуждения. Но только у аристократии. Король распорядился не писать о вас ничего плохого в официальной прессе. Однако вы вызвали «взрыв» обожания у народа. «Народная газета» первой опубликовала статью, где вас восхваляют как единственную леди, что стала за один вечер к народу ближе, чем весь двор вместе взятый за многие годы. Вы не побоялись почтить общину орков и выразить им уважение, переодевшись в национальную одежду. Отказ маркизы динэ Брионир танцевать танец не остался без внимания. Вы практически помогли короне не испортить отношения с одним из народов. Орки и оборотни поддерживают вас, как и большинство дроу. Народ считает вас смелой, открытой аристократкой и настоящей революционеркой, что может изменить устои высшего общества своим примером.
Я сидела, удивленно слушая все это.
– Вот же незадача, – пробормотала я.
– Вы рассчитывали на другой результат? – спросила удивленно леди.
– Ну… да!
– «Все мои поступки весьма обдуманы!» – передразнил меня Тирел и заливисто рассмеялся. – Ты просчиталась, Леечка!
[1] Пат в шахматах – это положение, при котором игрок не может совершить ни одного хода, но при этом его королю не объявлен шах.
Глава 31
Проснулся я от звона металлических решёток в другом конце коридора и громких командных голосов. За решёткой узкого оконного проёма было ещё темно. С досадой подумал о том, что покоя и тишины нет даже в тюрьме. Следом раздалось тихое пищание и шкрябание коготков летучих мышей, что устроили гнездо высоко в углу. К удивлению, эти мелкие хищники совсем не боялись моей тьмы, что позёмкой расползалась по полу и стенам. Сейчас она хотя бы не стремилась уничтожить всё живое, как раньше, а, будто своевольное домашнее животное, всё время присутствовала рядом, не слушаясь своего хозяина и в то же время защищая.
Есть хотелось неимоверно. Желудок скручивался узлом, но утолять голод я ещё боялся. Он снижал уровень магии. Несмотря на отвратительное самочувствие и голод, поднялся и приступил к физическим упражнениям. Я наказывал своё тело и внутреннюю сущность, защищая от себя других. Очень боялся, что тьма снова вырвется из-под той иллюзии контроля, что у меня сохранялась.
Сколько я здесь уже? День? Два? Или прошла уже неделя?
Всё время, проведённое здесь, только спал, нагружал себя физическими тренировками, пил и иногда разговаривал с лордом Сенье и комендантом Туаре. Ректор приносил мне зелье собственного состава. Яд, который бы выжег искру у любого другого мага, помогал мне контролировать собственную магию и тьму. Лишь оно и простая вода были единственной подпиткой в эти дни. Физические нагрузки тоже помогали, поэтому выматывал себя до изнеможения, учитывая ограниченность пространства и возможности перемещения.
Эти меры дали результат. Тьма больше не кидалась на всё вокруг, а я смог приструнить свою магию, усмирить эмоции и успокоился.
Закончив упражнения отжиманиями и порядком вспотев, взял в руки фляжку и обнаружил, что она практически пуста. Оставалось немного зелья, и гадкая жижа, попав в рот, вызвала приступ кашля.
Отбросив в угол обычную походную ёмкость, звякнувшую от падения на камни, я сел, подтянув колени к туловищу.
От мыслей, что кружили в моей голове эти дни, было уже тошно. Думал я всё это время только об одном человеке. Пытался дотянуться магией, хотел знать, где она, что делает, увидеть, обнять, утешить, помочь и всё объяснить. Я понимал, что ей сейчас может быть хуже, чем мне. Проклинает? Злится? Плачет? Но она наглухо закрылась, и ни моя магия, ни артефакты не помогали проверить эти версии. Это раздражало неимоверно. Если бы мог, тут же рванул к ней… Но не мог из-за вышедшей из-под контроля силы. Оставалось сцепить зубы, глотать противную отраву и раз за разом преодолевать свою тёмную природу, истязая себя физически.
Перед глазами всё время стояло лицо, которое я видел в последнюю встречу… Отвращение, злость на меня, негодование. И в конце страх… Я поддался собственной тьме, когда понял, что Лейяна всё-таки как-то догадалась расторгнуть договор. Тёмный внутри меня, что стал моей второй сущностью, требовал её немедленно присвоить, забрать, убить всех, кто смотрел и восхищался во время того дерзкого и страстного танца. А когда увидел её целующуюся с Ризгасом, окончательно потерял рассудок и уступил тьме, позволив стать сильней меня. Я потерял контроль над своими эмоциями и второй сущностью.
«…Гадкий!..», «…Невыносимый!..», «…Не ты ли говорил, что не оставишь меня ни за что, и оставил?..» Слова обвинений набатом звучали в моей голове, не давая покоя и вызывая новые муки.
Да, я был виноват. Но в то же время моей вины в этом и не было. Это принцесса накинулась на меня, как только маркиз Арин-Канн ушёл из преподавательской. Не оттолкнул я её, чтобы не разрушить легенду, что заставила дворцовых интриганов и заговорщиков поверить мне. Я очень сожалел сейчас, что поддался уговорам Инголира и пошёл у него на поводу, пытаясь распутать очередные интриги… Просчитался и потерял Лею.
От собственных мыслей сжался и застонал. Снова скрутило желудок, и я повалился на жёсткую койку.
Сколько я так лежал, не знаю. Очнулся, лишь когда услышал беззаботный разговор и приближающиеся шаги в коридоре. Интонации и поступь узнал.
Открыл глаза, подтянулся и сел в угол, прислонившись к холодным камням спиной, чтоб встретить гостей. За тьму уже не переживал так сильно, как поначалу. Привык к её постоянному присутствию и своевольному поведению. Агрессивней всего она вела себя по отношению к лорду Сенье, остальных уже не трогала.
Поступь у Элдрина была почти неслышимой, эльфийской. У Рифа шаг был чуть более тяжёлым. Парни, беззаботно разговаривая о своём, зашли, открыв не запертую решётку. Поприветствовали меня и сели на противоположную койку, по-хозяйски развалившись и оглядывая моё временное пристанище.
– Лови, – сказал Элдрин без приветствия и кинул мне ещё одну походную фляжку. – Это тебе привет от лорда Сенье.
– А тут неплохо, – поделился впечатлениями Риф Конвель и добавил, сморщив нос: – Только воняет.
Я открутил крышку и отпил зелье, пытаясь не кривиться, прислушиваясь к своей магии и наблюдая за посетителями.
– Нравится тут валяться? – спросил, растягивая насмешливо слова, Элдрин, болтая ногой.
Ответ был очевидным, потому вслух говорить этого не стал. Мне пришлось добровольно себя запереть в тюрьме, чтоб никто не нашёл и не пострадал случайно от моей магии. К тому же, некоторых своих знакомых я видеть не хотел совершенно. Комендант форта даже не стал запирать дверь моей камеры. Я здесь был своего рода гостем. О моём местонахождении знал только лорд Сенье. Если дроу и оборотень нашли меня, то это было возможно только с его одобрения, что дополнительно подтверждало принесённое от советника короля зелье.
А вот что подвигло самих парней искать меня? Это уже было интересней. Элдрин должен был быть на каникулах дома. Его мать я уважал и ценил, но леди Энелиэ была строгих правил и держала семейство железной хваткой. Ослушаться её боялся и сам герцог Эроан, во всем потакая и не смея понапрасну возражать супруге. В молодости леди имела даже военное звание полковника и командовала разведывательным королевским батальоном, будучи по специализации лекарем. И её слушались даже бывалые воины.
Так что сбежать из дома для её сыновей было чем-то вроде подвига, что требовало определенной выдержки, сноровки и изрядной находчивости.
Что касалось Рифа, то я мог догадаться. Его на мои поиски отправил старший брат Руэн, с которым я договорился о нескольких неделях замещения в своей должности Главы внутренней безопасности. Оборотню пришлось приступить к обязанностям раньше, чем он рассчитывал, и без предварительного введения в дела. Среди сотрудников внутренней безопасности подходящей кандидатуры, кому я мог всецело доверять, не нашлось. Пришлось «купить» Руэна вместе с его сыскной конторой на несколько недель. Бета крупнейшего клана волков столицы был умён, честен и справедлив. К тому же у него имелся титул, изрядный опыт в расследованиях и хорошее логическое мышление.
– Так и будешь себя жалеть здесь? Или, в конце концов, возьмешь себя в руки и начнешь хоть что-то делать? Тебя ищет практически весь двор во главе с королём и королевой! – ехидно спросил дроу.
Он был прав. Мне пора было выбираться отсюда. Занимаясь самоистязаниями, я ситуацию не исправлю. А отец учил меня делать, а не отсиживаться и болтать. Единственное, что меня ещё удерживало здесь, так это моя магия.
Отхлебнув ещё раз из фляжки, я искоса посмотрел на нахального эльфа и друга. С Элдрином я был знаком давно, но тесно общаться мы начали только в академии. До этого слишком шебутной и непоседливый тёмный эльф меня только раздражал. У младшего Ризгаса была куча недостатков, но несгибаемая сила воли, определенная честность и упрямство, оптимизм на зависть многим и знания в тех областях, о которых приходилось только догадываться, делали его незаменимым членом команды, хорошим другом и товарищем. Я ни разу не пожалел о том, что рискнул поверить в него. Показывая посредственные результаты в обучении, дроу мог иногда выдать или рассказать такое об искусстве проклятий, чего не знали даже магистры. В отличие от своего брата, Элдрин был более открыт и честен, поэтому я знал, что он не подставит и прикроет спину всегда.
– Какие новости? – решился спросить, ожидая, пока зелье подействует.
– А что тебя интересует в первую очередь? – растянул Элдрин губы в ехидной улыбке.
Хотелось, конечно же, узнать сначала о Лее. Судя по улыбке, дроу об этом догадывался и намеренно дразнил меня. Показывать ему свою слабость, истинные мысли и переживания не хотелось, поэтому я сохранил невозмутимое лицо. Зато меня поддержал Риф, пихнувший эльфа в бок.
– Не издевайся, Эл. Видишь, ему и так хреново.
– Да уж! Выглядишь отвратительней некуда, – согласился проклятийник с оборотнем, скользнув по мне оценивающим взглядом. – Никогда таким тебя не видел. Болотные тролли и то краше.
Несколько дней в тюрьме без смены одежды и возможности помыться не сделают красавцем никого. Но меня сейчас это не смущало.
– Жалко Лея не видит. Может, сжалилась бы и пожалела, как последнюю помойную собаку…
– Если ты меня пытаешься задеть своим ехидством, то зря, – спокойно ответил эльфу. – Я прекрасно понимаю степень своей вины.
– Тогда надеюсь, у тебя есть какой-то хоть мало-мальски годный план, чтобы исправить то, что ты натворил, – усмехнулся друг. – А то матушка нам с Аранэлем уже плешь проела в попытках настроить на более решительные действия в отношении герцогини Хардин. Её даже не смущает то, что Эль толком не восстановился.
– Ну и почему ты тогда еще не кинулся исполнять её желание? – спросил, подняв бровь.
– Так кто даст? Её дядя непробиваем, словно утёс Кошмара. И на вид такой же... А получить доступ в Гланде без его разрешения нельзя. К тому же я не дурак и вижу, как она к тебе относится. Мне такого не добиться никогда.
Лицо Элдрина приобрело более спокойное выражение. Он не сожалел и был честным. Это радовало. Всё же к дроу я ревновал. Лея с ним была всегда веселой и непосредственной. К тому же, глядя на друга, я всё время вспоминал, что с ним она первый раз целовалась.
– Кстати, Тирел и Стомиан с ней, – дополнил Ризгас.
Об этом я знал. Сейчас хода в Гланде не было только у нас. Я планировал присоединится и провести время со своей невестой в середине каникул, когда спокойно передам полномочия Руэну. Однако планы резко поменялись.
– Что ещё? – поинтересовался невзначай, снова отпивая зелье.
– Лорд Сенье передал, что он отправил менталиста Антонио ди Гринна, чтобы осмотреть герцогиню Хардин, – ответил уже Риф. – Маг сказал, что воспоминания вернулись, и герцогине требуется время, чтобы прийти в себя. Сейчас у нее самый тяжёлый период.
Это было плохо. Сташ просто так не ставят. Вполне могло так получиться, что человек не справится с тяжёлыми воспоминаниями и эмоциями. Захотелось как можно быстрей оказаться рядом с любимой, чтобы самому убедиться, что с ней всё нормально.
Видимо, что-то отразилось на моем лице, так как Риф сразу же добавил:
– Да ты не переживай! Там же Тирел. Он не оставит вашего артефактора на произвол судьбы. Лучше приведи себя в порядок и поскорей реши проблемы. Тебя все ждут. Я, кстати, на правах адъютанта, принёс из твоего дворца тебе одежду.
Ко мне полетел бумажный сверток, перевязанный бечёвкой.
– Ты же адъютантом назначен только с началом практики, – удивился я. Неужели действительно прошла уже неделя?
– Я подправил бумаги, – подмигнул мне оборотень. – Надеюсь, вы, ваше Превосходительство, не против.
Я не был против абсолютно. Но обычно все предпочитали праздничные дни проводить в кругу семьи.
– Эм-м, – протянул Элдрин, хитро щурясь. – Корин, ты можешь и мне подписать назначение? Я тоже не против побыть адъютантом в штате внутренней безопасности. Матушке я соврал, что получил срочный вызов на практику. Если не пришлю ей доказательства, она с меня шкуру спустит.
Стало понятно, отчего дроу стремился меня разыскать. Но их компании я был рад. Они принесли мне новости и выдернули из хандры, придав мотивацию для начала действий.
– Давайте сначала где-нибудь поедим. Жрать хочу, как стая голодных оборотней, – признался, напрочь игнорируя культурное общение. Сейчас я ни по виду, ни по внутреннему настрою аристократом себя не считал. – И помыться не помешает…
Пока Риф по моему поручению добывал в городе нормальную и сытную еду, а не тюремную баланду, я воспользовался любезным предложением коменданта форта и вымылся в его личных комнатах. Цирюльник форта помог мне побриться и постриг по моей просьбе. Так что я мог себя почувствовать снова чистым и внешне полноценным.
