Текст книги "Принцесса Сарнгейта.Часть 1 (СИ)"

Автор книги: Эльза Скарлетт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 34 страниц)

Глава 2

Разбудил меня Тенебрей, пытающийся незаметно подняться с дивана. Спросонья я плохо соображала. Отметила только злобные завывания ветра за окном и звуки дождя, барабанящего по стеклам.

– Прости, что потревожил, – услышала я тихое извинение, после чего Корин встал с дивана уже более смело.

Сев, я наблюдала, как он подкидывает дров в камин, надевает ботинки и плащ.

– Ты куда? – спросила, потирая заспанный глаз.

– За дверью кто-то скребётся, – пояснил он мне. – Пойду, проверю.

Я встала, завернувшись в теплый плед, и пошла за ним на кухню. Корин зажег масляный светильник, найденный на полке, и открыл дверь. В проем в ту же секунду проскользнула кошка с котенком в зубах. Животные были промокшими и грязными.

– Ты куда? – спросил ее Тенебрей, будто она могла ему ответить.

На что кошка беззлобно зарычала и быстро пробежала в гостиную.

– Этого еще не хватало, – вздохнул некромант. – Придется выгонять.

Мы перешли снова в гостиную, где нахалка опустила котенка перед камином на шкуру медведя и деловито начала вылизывать свое дитя. Котенок даже не пискнул и, свернувшись клубком, закрыл глаза.

– Брысь отсюда! – приказал им Корин, указав направление к двери пальцем.

Мне же стало жалко животных.

– Корин, может, пусть останутся? На улице дождь и холодно…

– Лея, кошка найдет себе сухое дупло и устроится там. Зимой же они как-то выживают, – возразил он мне. – Это не домашнее животное, она может быть опасна. Ты еще виверну предложи пустить… из жалости.

Возразить мне было нечего. А кошка, убедившись, что с котенком все в порядке, снова подошла к двери во двор и требовательно мяукнула, смотря на некроманта. Тенебрей открыл ей. Животное потерлось несколько раз о его ногу и, скользнув за порог, требовательно посмотрела в глаза, будто приглашая за собой.

– Чего ты хочешь? – спросил ее Корин.

Кошка продолжала настаивать и, снова потершись о ноги, вышла.

– Она что, зовет тебя за собой? – предположила я.

– Похоже, – удивленно ответил Тенебрей. – Ну, пошли…

Мне пришлось остаться и ждать. Пока Корина не было, я нашла целую стопку полотенец в шкафу на кухне и, взяв самое маленькое, протерла шерстку котенка, от чего он мило вытягивал передние лапки и выпускал коготки, загоняя их в шерсть расстеленной вместо ковра шкуры, довольно потягиваясь.

Вернулся Тенебрей через минут двадцать и не один. Когда дверь открылась и я, ожидавшая его прихода, сразу выбежала на кухню, рядом с ним увидела кошку и паренька лет десяти на вид, мокрого и брыкающегося. Мальчишка шипел не хуже кошки и пытался вырваться, но Корин крепко держал его за шиворот.

– Отпустите, дяденька, – услышала я просьбу.

– Еще чего! – не остался в долгу Корин. – Я тебя еще и выдеру за попытку нападения.

Я удивленно смотрела на них. Значит, вот кто занял домик на дереве, догадалась я. Но отчего мальчик был таким мокрым и босым? С него струями бежала вода.

– Лея, проводи его в ванную, пусть вымоется и снимет с себя мокрое. Я нашел его в термалях. Спал в воде.

– Я грелся, – оправдывался воришка.

– Ты мог утонуть во сне, – парировал некромант. – Если бы не лесной кот, никто бы еще долго не нашел тебя. Как и твое тело.

Кошка же с чувством выполненного долга прошествовала к камину и стала вылизываться.

– Авось и не утонул бы! Я там не раз ночевал!

– Пошли, вытрешься, – прервала я их пикировку и, схватив мальчика за руку, повела за собой.

В туалетной комнате включила воду и принесла еще два полотенца. Мальчик, поняв, что сбежать ему не дадут, подчинился, а я, убедившись, что он справится сам, прикрыла дверь. Корин спустился со второго этажа со стопкой одежды.

– Мои старые вещи, – пояснил он мне, улыбнувшись. – Хорошо, что служанка ничего не выкинула и сложила в ларь.

Одежду некромант положил в приоткрытую дверь на пол. После чего мы вернулись на кухню и принялись готовить чай. Корин снова растопил очаг, а я набрала воды в чайник из бочки и повесила его на таганок.

– И что ты будешь с ним делать? – поинтересовалась я, имея ввиду мальчика.

– Парень – маг. Попытался оглушить меня светлой силой, – усмехнулся жених, садясь рядом и обнимая. – Но тут магия не работает как нужно, он мог бы сжечь кого-то или что-то случайно. Нужно выяснить, кто его родители, и, если сбежал, вернуть. Тут ему не место. Заберем с собой.

Паренек появился уже более чистый и в сухой одежде, которая была ему велика, и пришлось подкатывать рукава и штанины.

Светлые, криво обрезанные пряди волос падали на лицо, бледное и поцарапанное. Мальчишка был милым и по-детски симпатичным, с серо-голубыми глазами и упрямым, воинственным взглядом. Его глаза недружелюбно посмотрели на нас и остановились на тарелке с остатками половины тушки рыбы и овощей, что мы не доели на ужин.

– Сядь, – приказал ему некромант и, заметив голодный взгляд, подвинул тарелку со снедью, вытянув вилку и нож из ящика. Таким образом, приглашая к раннему завтраку.

Малец не заставил себя упрашивать, и быстро влез на стул, накинувшись на еду. Ел он руками, проигнорировав столовые приборы, быстро и с аппетитом. Я улыбнулась на это.

– Кто ты и откуда? Как тебя зовут? – задал вопрос Тенебрей.

– Дэм, – ответил мальчик, не отрываясь от еды. – Я сам по себе… ничейный. Свой, в общем! Пришел из города, разыскивал свою родню, они тут где-то должны жить. А потом потерялся.

И глянул исподлобья на Корина.

– Врешь, – предположил некромант.

– А чего это я незнакомцам о себе должен все рассказывать? Я не просил меня сюда приводить… Сам бы обошелся! Переждал ночь в теплом озере и жил бы дальше, как раньше!

– Ты – браконьер и вор, – заметил Тенебрей. – Если лесник тебя поймает, может и в тюрьму отправить, и в каменоломни. Или же случайно убить. К слову о незнакомцах… Меня Корин зовут, а это моя невеста – Лейяна.

Мальчик сморщил нос.

– А вы сами не браконьеры и воры? Туточки нельзя никому ходить и тем паче жить в этом доме. А за ловлю рыбы этой могут и руку отсечь!

Корин улыбнулся:

– Значит, ты осознаешь, что тебе грозило, и все равно остался здесь?

– Я никому не мешал. Убивал дичь только чтоб прокормиться. От господ не убудет. Вон сколько их тут бегает, не пуганных… Фазаны чуть не сами в руки идут.

– Чем убивал?

– Так камнями… рогаткой и пращой[1].

– А магия у тебя давно?

Мальчик перестал есть, и рукавом вытер рот.

– Дяденька, вы только не говорите никому… Я не хочу обратно в приютский пансион! Магия случайно проснулась, когда меня страж пытался поймать. Я его нечаянно шандарахнул.

Корин молчал, внимательно изучая ребенка. Я незаметно под столом взяла его руку, успокаивающе улыбнувшись. Как герцог он имел право решать судьбу любого жителя своего герцогства, и от ответов мальчишки сейчас зависело, что решит насчет него некромант.

– Ты же сказал, что у тебя здесь родня, – заметил он, сощурив подозрительно глаза.

– Так и есть, – кивнул мальчишка. – Где-то… Пансионский управляющий получал за меня плату. Я подсмотрел однажды письмо. Оно было прислано из округа Соле, а дальше прочесть не успел… Медленно читаю. Вота я и посудил, что родня моя тута должна быть. Хотелось на них посмотреть.

– Чем же ты, лентяй, в пансионе занимался? – усмехнулся Тенебрей.

Мальчик опустил глаза.

– Дык нас и не обучали поди ничему… Только работать заставляли. Я читать сам выучился.

– Сколько тебе лет? – продолжил Корин допрос.

– Одиннадцать.

– Выглядишь младше, – заметил Тенебрей. – Утром поедешь с нами. Оставлять тебя здесь одного никто не будет. Магам нужно уметь обращаться со своей силой, а не раскидываться чистой магией. А у тебя для твоего возраста она не маленькая. Даже странно, что проснулась так поздно… Выучишься и станешь сильным «светлым». Сколько ты уже здесь живешь?

– Примерно три месяца, – признался мальчик, сникнув. – Мне пришлось здесь остаться. Меня секач[2] чуток не заколол клыками. Бок болел и кровил целый месяц... Повезло, что самец-виверны был неподалеку, услыхал, видать, мои крики и сожрал его. А на меня не напал. Я убежал и набрел на домик. Вот! Я не вру!

И мальчишка задрал рубашку, показывая длинный кривой шрам на боку, от вида которого я ахнула.

– Тебе повезло, что у тебя есть магия. Она исцелила тебя, – заметил Тенебрей, оценив рубец.

– Дядя, тетя! Я не хочу снова в приют…

На глазах найденыша сверкнули слезы, и он шмыгнул носом, снова утершись рукавом.

– В приют не отправишься, – утешил Тенебрей. – Я тебе назначу опекуна и выделю пособие. Но учиться придется. Наелся? Мой руки, и пойдем спать. До утра еще есть время.

Тенебрей принес с верхнего этажа еще подушку и теплое одеяло и кинул их на кушетку у окна. Кушетка была небольшой, но ребенку такого роста она была как раз.

– Ложись, – приказал он мальчишке. – И не вздумай сбежать. Поймаю все равно и выпорю розгами так, что бегать и кидаться магией расхочется навсегда.

Кошка спала, окутав своего детеныша длинным гибким телом и пригревшись у камина. Выгонять их Корин уже не стал.

Я понимала, что мальчику может быть страшно. Он видимо повидал в своей жизни немало горя и не сильно доверяет нам. Присев на кушетку рядом, я укутала его в одеяло и погладила по голове.

– Тетенька Лейяна, меня правда не отправят больше в приют? – задал он шепотом вопрос.

– Можно меня звать просто Лея, – разрешила я, надеясь, что мальчику будет от этого легче приспособиться и смириться. – Не переживай, если лорд Корин так сказал, то так и будет. Тебя больше не дадут в обиду и не оставят в беде. Ты теперь не сам и не будешь голодать, – пообещала я ему.

– Дяденька лорд? – удивился мальчишка и приподнялся на локте, в страхе заглядывая мне в глаза.

– Да, лорд герцогства. И он теперь за тебя отвечает, а значит, разберется во всем.

– А ты, тетенька? – тут же спросил найденыш.

– Я – леди Хардин, – честно призналась ему.

– Вот попал-то, – вздохнул мальчик обреченно и с примесью страха, на что я улыбнулась. – Не удивительно теперь, что вы тут хозяйничаете. А я поначалу подумал, что пришлые и заняли дом по незнанию.

– Тебе повезло, Дэм, – попыталась я успокоить его. – Это значит, что ты в хороших руках и встретил тех, кто сможет о тебе позаботиться. – Мальчишка немного успокоился от моих слов и снова лег головой на подушку. – Хочешь, сказку расскажу? – предложила ему.

Дэм кивнул, подкладывая руки под подушку. Я вспомнила две сказки. Одну о заколдованном принце, на которого злая колдунья наложила проклятие, а вторую о Рубине и «лунном» мальчике. Мальчишка окончательно успокоился и заснул, как только дослушал обе сказки до конца.

Ложиться спать рядом с Корином при ребенке было стыдно, и неправильно. Но возражений жених слушать не стал, просто уложив меня рядом и укрыв нас пледом.

– Зачем ты так с ним? Он же ребенок, – тихо спросила я, услышав сопение заснувшего Дэма.

– Лея, он – будущий сильный светлый маг, который ничему не обучен. Даже читать толком не умеет. Зато силы и наглости – хоть отбавляй. Ты бы видела, как он со мной драться пытался… Тот еще нахал! – Я скорее ощутила ухмылку жениха при этих словах. Ни злости, ни угрозы в его словах не было, скорее строгость и забота.

До утра я больше дремала, чем спала, все время прислушиваясь к звукам вокруг. Но все было спокойно, и лишь дождь продолжал барабанить по окнам.

Утром я встала рано, когда еще было темно. Немного наведя порядок и убрав брошенные вещи, принялась нарезать бутерброды и поставила чайник на очаг для чая и кофе. Рядом со мной крутились, не подходя близко, кошка с котенком. Налив им в миску сливок, я выпустила животных на улицу, когда они поели. Дождь, он же снег, прекратился, и над озером висел густой молочный туман.

Чуть позже, когда я уже пила кофе, ко мне присоединился заспанный и взъерошенный Тенебрей, наливая себе напиток в чашку.

– Яичницу будешь на завтрак? – поинтересовался он. – Или омлет?

– Я бутерброды сделала, – заметила я.

– Да, отлично. Но Дэма нужно хорошенько накормить, он худой, как василиск, – заметил Корин.

Действительно, ребенок был очень тощим. Я еще вчера заметила, как проступают его ребра. И принялась помогать готовить яичницу, нарезая бекон и зелень.

Мальчик проснулся, видимо, от запаха еды. Потирая заспанные глаза, он уставился на нас, рассматривая. И когда ему выставили тарелку, накинулся на еду. Остановил его Корин за плечо.

– Иди умойся и причешись, сначала, – кивнул он ему в сторону туалетной комнаты.

Мальчишка недовольно посмотрел на мужчину, но ослушаться не посмел и побежал приводить себя в порядок.

Есть вилкой и ножом ему не понравилось, но он, подсматривая за нами, пытался справиться. Видно было, что ребенком мало занимались воспитанием.

– А на чём мы поедем, дяденька? – задал он вопрос, когда наелся, умяв всю свою порцию.

– Не дяденька, а лорд Корин, – терпеливо поправил его некромант. – На грифоне.

– О-о! – протянул малец, и его глаза сверкнули. – Они ж мясоядные!

– Не мясоядные, а плотоядные, – снова поправил его Тенебрей. – И будешь себя плохо вести – скормлю.

Мальчик настороженно посмотрел на некроманта, но понял, что он шутит, и расслабился.

Пока Корин седлал грифона, а мальчишка, увязавшись за ним, наблюдал, я успела переодеться и собрать сумки. Первой на грифона посадили меня, потом в седло заскочил Тенебрей, посадив мальчика позади себя и приказав крепко держаться.

Взлетала химера с пирса, взяв разгон по ровной дороге. Я, как и прошлый раз, предпочла не смотреть на это, спрятав лицо на груди у некроманта. Летели мы в обратном направлении к замку Клаклертон чуть дольше, чем в охотничий домик. Влага туч неприятно оседала каплями дождя на плащах, было холодно, и потому полет был более медленным.

– Смотрите! Смотрите! Там замок и корабли! – услышала я радостное восклицание Дэма и, не выдержав, сама посмотрела вниз.

Открывшийся вид на земли и родовое имение Тенебреев действительно восхищал. Замок, расположенный у реки и окруженный зелеными ровными полями, был выстроен из белого камня с серо-черной черепицей. Широкой полосой левее протекала большая река, перекрытая дамбой. По одну её сторону находился большой город, а по другую – сам замок, окруженный защитной стеной и укреплениями. Дамба соединяла оба берега и служила мостом, по которому двигались повозки. Ниже русла река расширялась и расходилась на рукава вокруг небольшого острова, представляющего собой единый форт с военным портом. Как я поняла, форт защищал город и замок от вторжения со стороны моря, а так же являлся базой военных кораблей, которые величественно стояли пришвартованные к причалам. Корабли были повсюду. Кроме военных я определила и большие торговые, и совсем небольшие транспортные.

Замок был не столько большим, сколько высоким. Его шпили гордо уходили в небо, украшенные стягами. Разноуровневые башни и крепостные стены окружали внутренний двор. Лишь въездные ворота были выложены из красного гранита.

Грифон описал круг в небе, давая нам возможность немного рассмотреть окрестности, а охране замка – заметить себя. Протяжный рев горна возвестил о том, что нас заметили и герцога рады встречать. Не у каждого аристократа были прирученные грифоны. Содержать их было накладно и опасно из-за своевольного и агрессивного характера. Поэтому наш транспорт был заметной приметой для обитателей поместья.

Приземлились мы на плоскую крышу широкой защитной стены, и к нам тут же подскочили слуги, беря химеру под уздцы и помогая слезть. Сумки с поклажей тут же отвязали. Грифон пару раз щелкнул клювом, пытаясь ухватить руку нерадивого служки, неудачно ставшего перед ним, и подросток быстро отскочил, поняв свой промах.

– Лея, – подергал меня за рукав Дэм, рассматривая все вокруг со страхом и удивлением. – Это что, я буду жить здесь?

– Навряд ли, мы порталом переместимся сейчас в столицу, – тихо пояснила я мальчишке.

– О-о! – снова восхитился он. – Я никогда не перемещался порталом.

Вышло так, как я и предполагала. Корин, взяв мою руку, повел в замок, отдавая распоряжения управляющему и дворецкому по пути. Услышала я и его приказ проинспектировать сиротские приюты и пансионы. Дэм жался ко мне с другой стороны, держась за юбку, будто боясь, что его здесь бросят, и оглядывался по сторонам.

Порталом мы переместились в особняк леди Миарани, которая нас встречала улыбкой и заговорщическим взглядом. Увидев мальчишку, несказанно удивилась:

– А это еще кто?

– Вы что, успели детишек заделать и вырастить? – услышали мы ехидный вопрос.

Даже если бы я не слышала этого протяжно-певучего голоса, то уже по фразе догадалась о присутствии эльфа, которого не заметила за спинами слуг.

– И тебе доброе утро, Инголир, – сквозь зубы ответил Корин. – Тетя, мальчик – беспризорник. Мы встретили его около охотничьего дома. Нужно проверить его кровь на родственные связи с домом Салер и устроить или в хороший пансион, или в школу. Можно я доверю это вам, пока буду занят? Ну и привести в порядок, приодеть и обучить манерам тоже необходимо.

Корин бросил колкий взгляд на найденыша, а он спрятался за мою юбку, смотря на всех круглыми перепуганными глазами.

– Я лучше с тётенькой Лейяной останусь. Она – добрая. Меня еще ни разу не ругала, – высказал он свое мнение.

Истед фыркнул на это, расплывшись в едкой ухмылке.

– Леди Лейяна сама учится в академии, – возразил Тенебрей беспрекословно, – и ей некогда с тобой нянчиться. Останешься здесь. Я так сказал!

Дэм скукожился от строгого тона и накуксился, но ничего говорить не стал. Корин, поцеловав мою руку, сообщил, что отправляется с Инголиром по делам и вернется только к вечеру, после чего ушел. Меня увели служанки мыться и переодеваться. Дэма забрала делать то же самое леди Миарани, отдав слуге приказ тотчас же отправиться за одеждой и обувью для приблудного мальчишки.

Я успела до обеда немного отдохнуть. Линетта обнаружилась в особняке, залетев в мою комнату, когда я переодевалась, сразу начав расспрашивать о нашей поездке и выпытывая подробности. При этом вздыхая от зависти и восхищения.

Обедали мы с леди Миарани все вместе. Дэма успели постричь, помыть и одеть в слегка великоватую одежду. Маркиза очень радовалась результату работы за такое короткое время. Мальчик же обрадованным не выглядел и постоянно то оттягивал воротник сорочки, то чесал грудь и приглаживал пышное жабо. По правилам, мальчикам до четырнадцати лет полагалось ходить в коротких штанишках ниже колена и гольфах. Гольфы Дэму не нравились, как и всё остальное, но он старался быть послушным.

Когда я с подругой вошла, Дэм обрадовался, и поспешил занять стул рядом. Но леди Миарани, многозначительно покашляв и, таким образом привлекая к себе внимание, указала ему на стул слева от себя. Сама она, как хозяйка, сидела во главе стола. Дэм отрицательно покачал головой, с надеждой смотря на меня.

– Лаэрд, ваше место отныне здесь, – пояснила строго маркиза. – Пока вам не назначат постоянного опекуна, я за вас отвечаю.

– Я не могу остаться с тобой? – жалобно спросил меня как можно тише сирота, заглядывая в глаза.

– Нет, – ответила за меня маркиза. – Но вы будете встречаться с леди Лейяной в выходные. Она тоже под моей опекой.

Дэм, надувшись, пересел куда полагалось, нарочито медленно в знак протеста вышагивая по столовой. А я вспомнила, что наше наказание, назначенное ректором, вроде как закончилось, и теперь в выходные команда могла разъезжаться домой. Получается, я буду приезжать к леди Миарани, как к своей дуэнье.

Мы приступили к трапезе, когда лакеи выставили блюда на стол. Маркиза следила за Дэмом и назидательно демонстрировала, что и как делать. Мне показалось, что это даже доставляет ей некое удовольствие.

– Н-да, – протянула маркиза, смотря на то, как Дэм с непривычки вывернул суп на стол. – Работы будет много…

После обеда нам с Линеттой снарядили карету, чтоб отправить в академию. Порывался с нами и Дэм, но леди Миарани запретила, пообещав ему прогулку после обеденного отдыха. Так что, попрощавшись с юным сиротой, я села в карету и долго махала провожающим рукой из окна.

– Угораздило же вас подобрать где-то ребенка, – покачала головой Линетта. Но в следующий момент схватила меня за руки воодушевленно. – Лея, сегодня же день рождения у Стомиана! Предстоит сделать торт! Ты же мне поможешь? Это ты с гоблинами кухни на «одном языке».

А я порадовалась, что в честь академических игр нам было не так много задано. К тому же я успела по некоторым предметам прочитать учебники наперед. Надеялась, что успею выполнить и письменные задания.

В академии мы сразу пошли в кухню, где я познакомила Линетту с гоблинами и попросила их помощи. Под руководством поварихи Геклы подруга принялась печь коржи.

Линетта оказалась еще более несведуща в готовке, чем я. К тому же она не могла понять своеобразного языка гоблинов. В итоге, под конец четвертого часа, на столе стояла косая двухъярусная башня, обмазанная с разных сторон розовым кремом с нанесенными на него буквами: «С Днем раждения, любимый ТОМ!». И сбоку еще пририсована клякса синего цвета.

– Эм-м, – протянула я, смотря на гастрономический изыск, – Линетта, тут ошибка есть в слове «рождения».

– А? – глупо переспросила подруга, хлопая ресницами. Она была перепачкана в креме и теперь недоуменно смотрела на надпись. – Ой! Это от волненья…

Собрав пальцем крем с ошибкой, и засунув испачканный палец в рот, блондинка дорисовала нужную букву. Теперь вышло: «С Днем рОжденья, любимый ТОМ!». И буква «о» получилась больше остальных. Но это выглядело лучше, чем было ранее.

– А что сбоку? – уточнила я, указывая пальцем на кляксу.

– Это – летящий дракон! – немного обиделась на меня подруга, за непонятливость и недогадливость. И я не стала больше ничего говорить, чтоб не расстраивать ее еще больше. В конце концов, у каждого свое «видение», а она и так торт дала первый раз в своей жизни. Да о чем вообще говорить? До этого она даже кухонный нож в руках никогда не держала…

Оставив десерт на кухне, мы пошли в общежитие. В гостиной обнаружились Элдрин и Тирел, развешивающие конфетти и гирлянды.

– О! Девчонки! – обрадовался Элдрин. – Давайте помогайте! Том через час примерно будет…

Нам поручили написать поздравление на стене, для чего выдали учебник для старших курсов по бытовой магии. К приходу Стомиана все было готово. Ребята успели принести заказ из ресторации и расставили блюда на наших письменных столах, убрав с них в кои-то веки все лишнее. Элдрин наложил заклинание на гостиную от бдительности нашего коменданта и принес бутыли с вином. Появился с характерным хлопком Кинеш, ловко лавируя тортом на подносе, у которого норовил съехать второй ярус, и Линетта принялась наскоро втыкать в него свечи.

Первым пришел Нагас, приглашенный Элдрином. Орк дружил с драконом с первого курса и даже, оказалось, жил с ним в одной комнате в мужском общежитии, пока Стомиан не попал в состав команды по магическим играм и не переехал. Следом за ним появился Корин. И наконец, появился Стомиан, которого мы встретили радостными поздравлениями и крепкими объятиями. Дракон был польщен и улыбался нам во всю, смущенный вниманием.

Мы не спеша поужинали под легкую музыку моего Кенора и веселую дружескую беседу. Настало время подарков. Линетта убежала в лабораторию, забрав с собой Тирела, который торжественно вынес ее чудный торт с кучей горящих свечек. Драконы отмечали дни рождения только раз в три года, для них это число имело сакральное значение, связанное с легендами. Да и остальные маги, после совершеннолетия в своей расе, праздновали только юбилеи. Те, кто долго живет, не так воспринимают время, как существа без магии.

Несмотря на то, что всех разбирал смех от вида торта, Стомиану он очень понравился. И его, как именинника, заставили откусить первый кусок. Нагас, стоящий рядом, «помог» другу подтолкнув в затылок рукой так, что лицо дракона впечаталось в верхний ярус. Стомиану пришлось идти умываться, после чего Линетта торжественно надела ему на шею медальон с открывающейся крышечкой и гравировкой, где был вставлен ее портрет. Не думала я, что Том настолько расчувствуется от такого подарка. Он стоял молча, рассматривая подарок своей воздюбленной, и не мог ничего произнести.

Нагас подарил другу ножны к мечу с вязью рунических символов, изготовленные в его племени. Корин – военную портупею с выемками для артефактов и креплением для ножен меча и кинжала. Самые необходимые артефакты в него уже были вделаны. Портупея была из черной кожи василиска, с набитым рисунком и специально сделана для драконов, чтобы не мешать при обороте. Тирел – лекарский набор с редкими зельями, а Элдрин – нож с лезвием из обсидана и лучистого сплава. Когда пришла моя очередь, я даже немного смутилась из-за скромности своего подарка. Если все остальные дарили презенты военного характера, а Линетта – личного, то мой к ним не относился. Набор для резьбы по дереву с гравировкой в специальном чехле дракон принял с улыбкой, и его глаза засверкали.

– Спасибо, Лея, – поблагодарил он меня, обнимая. И я поняла, что с подарком не промахнулась.

Сделать письменные задания в этот вечер мне так и не удалось, а учитывая два дня без нормального сна и бокал выпитого вина, меня сморило очень быстро.

[1] Праща – метательное военное или охотничье орудие, предназначенное для метания камней или специально изготовленных снарядов. Охотничью пращу делают из ткани или кожи.

[2] Секач – самец кабана, вепрь у которого выросли клыки.