Текст книги "Принцесса Сарнгейта.Часть 1 (СИ)"
Автор книги: Эльза Скарлетт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 28 (всего у книги 34 страниц)
Потом наступило недолгое, но такое приятное забвение… И снова ощущение перемещения…
А потом, наконец, наступил покой и тишина. И так хорошо было провалиться во тьму собственного сознания, что просыпаться и возвращаться к жизни совершенно не хотелось.
[1] Пример песни, Shakira – Objection (Tango)
Глава 27
– …Ваше Сиятельство, состояние временное, нужно ждать. Но я не могу точно сказать, насколько открытие сташа повлияло на сознание герцогини… – приятный мужской голос, размеренный и спокойный, донесся до меня из темноты, вызывая боль в голове и мученический стон.
Голос стал тише. Ему ответил другой, родной и знакомый…
– Я хочу точно знать, кто в этом виноват! Почему так вышло?
– Стечение обстоятельств, лорд Сорель, – снова ответил первый голос. – Насколько я понял, имело место быть внешнее ментальное воздействие, эмоциональное потрясение и душевное истощение. Все вместе очень негативно сказалось на ментальном блоке. Но прошу вас, говорите тише! Леди Хардин сейчас необходим покой для выздоровления. Лишние потрясения усугубят ситуацию. Магия герцогини очень нестабильна, искра и сфера пылают, магические каналы открылись полностью. Вы знаете сами, как это опасно… Будем надеяться, что молодой организм справится с потрясением. Она скоро придет в себя. Но следующие несколько дней будут критичны.
– «Стечение обстоятельств», – повторил дядя презрительно. – Все случайности не случайны… Но вы правы, идёмте отсюда, – согласился он более тихо. – Элинэ присмотрит за Леей.
А мне на лоб лег холодный компресс.
…
Снова я стояла посреди океана. Только в этот раз прямо на водной глади. Вокруг штормило так, что вода стала абсолютно чёрной. Волны вырастали словно горы, с белыми пиками на вершинах, сокрушительно падая вниз. Небо, лишь слегка светлее воды у горизонта, сверкало кривыми молниями и тревожно гудело раскатами. Дождь создавал стену мглы и делал пейзаж еще мрачнее.
Растерянно я оглянулась вокруг. Меня будто обходила стихия. Ни дождь, ни вода, ни молнии меня не задевали, а вокруг образовался кокон тишины. Я, которая никогда не плавала на «большой воде», не была даже рядом с океаном или морем, была напугана происходящим. Со следующей небесной вспышкой возле меня возник Персципиатус.
– Неспокойно внутри тебя, – констатировал он.
– Внутри меня? – переспросила, не понимая, о чем говорит демон.
– Отражение внутреннего «альтер эго[1]», – пожал плечами демон. – У каждого оно своё. У тебя – это вода.
Мы пошли вперед сквозь волны и бурю, будто по дороге. А я наблюдала, как из глубин выныривают на поверхность монстры и чудища с гребенчатыми спинами, яркой красно-зеленой чешуей и костяными наростами.
И это все находилось внутри меня? Это и есть олицетворение моего внутреннего мира? Мне стало страшно от этого. Нет, я определенно такой не была! Не могла в это поверить. Где та спокойная, уравновешенная я, которой была до поездки в столицу? Неужели всё так во мне изменилось?
Анализируя собственные поступки, поняла, что демон все же прав. Когда я впадала в отчаяние и депрессию? Когда спонтанно что-то делала, не обдумав до конца? Когда позволяла эмоциям возобладать над разумом? Никогда! Это была не я, а какое-то другое существо, что руководствовалось наитием, а не разумом.
Я не была бессердечна к остальным, как к тем девушкам в туалетной комнате. Я не плевала на собственную репутацию, целуясь с кем попало, или танцуя танго с малознакомым дроу…
Я наделала много ошибок. И прежде всего, пошла на поводу собственных эмоций, понадеявшись на слово и клятвы Тенебрея. Доверилась ему, и ошиблась. Не нужно было этого делать. Но я сама знала, на что шла и отчаянно боялась этого. А теперь, когда то, чего боялась, произошло – поздно сожалеть и укорять себя.
– Почему ты помогаешь мне? – снова задала я вопрос оракулу, уже в который раз. И который раз до конца не могла понять его. – Ты знал, что так произойдет на балу. Не мог не знать. И даже позволил мне услышать разговор в преподавательской комнате, таким образом подтолкнув и поспособствовав моему саморазрушению, – констатировала факты.
Персципиатус остановился и резко повернулся ко мне.
– Истинных причин я не скрывал и честно тебе всё рассказал с самого начала, – спокойно ответил мне демон. – Ты уже давно пришла к правильным выводам. Я лишь подталкиваю к тому ходу событий, что выгоден мне, и ускоряю некоторые судьбоносные моменты, которые в любом случае случатся. Запертый сташ мне мешал.
Сейчас твоя сила проснулась в полной мере, и это снова выгодно мне, а отчасти и тебе. Часть её я забираю для питания. Ты переживешь этот неприятный этап своей жизни со мной быстро и наименее болезненно. Уже начала приходить в себя, раз стала здраво рассуждать… Считай, ты за несколько месяцев пережила подростковый период, который у других длится гораздо дольше.
Я с неприязнью посмотрела на оракула.
– Спасибо… – сквозь зубы прошипела в ответ. – Удружил.
– Не за что, – самодовольно махнул рукой демон. – Но учись управлять эмоциями. Теперь они – твои постоянные спутники.
– Предпочла бы обойтись, – снова рассерженно процедила я, намекая и на влюбленность, и на ревность, и на внезапную злость, и на безрассудство.
Демон иронично усмехнулся и снисходительно на меня посмотрел:
– Ты же хочешь найти даймонит и выполнить обещание, данное королю Флегонту Фрелю?
Я насторожилась. Конечно, хотела! Это путь к моей свободе. Я не поменяла первоначальных планов. Коллар даст защиту, но не избавит его Величество от проклятия. Я должна доделать работу и добиться независимости.
– И как это возможно? – осторожно спросила демона.
Персципиатус посмотрел на меня и снова зашагал дальше. Мне пришлось его догонять.
– Да. Ты готова к этому, – подтвердил он. – Я помогу.
– Как?
– Сарнгейт, – произнес оракул. – Нам нужно попасть в Сарнгейт и к тому, что вы называете «гробницами». Я вернусь домой, а ты сможешь найти даймонит. В вашем мире его не изъять. Мелкие демоны не годятся, а высших так просто не убить. В вашем мире наши тела быстро разрушаются. Если доверишься мне, я всё расскажу и покажу. Сам заинтересован в этом.
Я скептически посмотрела на оракула. Довериться ему – паразиту, что питается моей магией и является врагом?
Да, он помогает мне. Но доверять ему во всём глупо. Даже соль выглядит как сахар.
Мой скепсис отразился на лице. Демон, пристально наблюдавший за мной, улыбнулся.
– Хорошо. Я озвучу прямо и, не скрывая от тебя возможной правды. Есть несколько наиболее вероятных вариантов будущего. Ты можешь умереть или погибнуть для этого мира и навсегда остаться в другом. А есть вероятность, что ты вернёшься благополучно. Но то, что нам предстоит с тобой вместе, является точкой преломления хода событий здесь. В любом случае, если ты решишься и отправишься со мной, это приведет к миру и спокойствию королевства в целом.
А вот это было похоже на правду. Ничего не совершается просто так. Все имеет свою цену. Риск в обмен на шанс…
– Я хочу подумать, – ответила приняв к сведению такую правду.
– Ты уже приняла решение, – ответил мне демон. – Причём уже давно. А сложившиеся обстоятельства поспособствовали этому. Но есть одна всё ещё не решенная проблема, с которой нужно разобраться, чтоб это… – демон обвел пространство вокруг рукой, – пришло в норму.
Я внимательно слушала Персципиатуса, уже догадываясь, о чём он говорит. В моем забытьи мне иногда виделось одно и то же лицо.
– Сташ, – догадалась я. – Воспоминания вернулись. Я вспоминаю.
– Да, – кивнул оракул. – С моей помощью ты вспомнишь быстрей. Я буду твоим проводником, но нужна будет и помощь твоих друзей. Пора им рассказать обо мне и позволить помочь тебе.
– Каким друзьям? – удивилась я.
– Тому беспокойному вампиру и светловолосому дракону, что уже несколько раз приходили тебя наведывать.
– Тирел и Стомиан рядом?
– Ты же сама им позволила погостить в своём замке.
– Так мы в Гланде? – удивилась я.
– Конечно, – подтвердил демон. – Каникулы для всех начались. Адептов срочно отправили домой после произошедшего в академии.
– А что произошло?
– Лорд Тенебрей не сдержал внутреннюю тьму.
…
Два дня моего полного забытья дали мне возможность восстановиться и основательно отдохнуть. Днём на третьи сутки я очнулась окончательно.
Безумно болела голова, и тело всё ещё выжигала магия. Мне снова наложили частичное ограничение на сферу. Магия не слушалась и норовила выплеснуться. По велению дяди её излишки я направляла через кольцо в родовой камень, а близость родных стен и духа рода делали этот процесс проще.
Выпив снова лекарство, я заснула.
Второе пробуждение было более осмысленным, и я даже встала, так как от долгого лежания тело затекло. Мне помогли вымыться, переодеться и напоили бульоном.
Дядя наведывался ко мне оба раза моего пробуждения, проверяя мое состояние. Хлопотала постоянно возле меня маркиза Салер. Очень красивая, утонченная девушка, не на много старше меня на вид, невеста моего дяди. Ни с кем разговаривать сил не было, и меня ни о чем тактично не спрашивали.
Маркиза мне понравилась как внешне, так и характером. Высокая, изящная в движениях, будто плакучая ива, она терпеливо ухаживала за мной. Не была навязчива и так заботливо просила следовать рекомендациям лечения, что ничем расстраивать и огорчать ее совершенно не хотелось.
Как я поняла, леди Элинэ всего на каких-то пятнадцать лет была старше меня. Для магов разница в возрасте не столь большая. Маркиза, однако, была на полголовы выше, имела тёмно-каштановые волосы, заплетённые в красивую косу, пронзительные голубые глаза цвета воды в горном ручье и тонкие черты заострённого лица. Утончённая, женственная красота с тёплым, согревающим огнём внутри.
Я же удивлялась, как она сошлась с моим прямолинейным, грубым и порой непримиримым дядей? Как смогли сойтись мягкость и грация с суровостью и силой? Но, наблюдая за ними в те короткие моменты, когда родственник приходил проверить моё состояние, и воочию видя, с какой нескрываемой нежностью он на неё смотрит, а она застенчиво улыбается и смущается, я искренне радовалась их отношениям и вновь переживала волны боли, просыпавшиеся в сердце в такие моменты.
Я была очень благодарна леди Салер за заботу и уход. Когда мне не нужно было принимать лекарства, она развлекала меня чтением книги о выдающихся артефакторах. Говорить о том, что эту книгу я уже десятки раз читала ещё в детстве, естественно, не стала.
К вечеру, когда сонливость окончательно покинула меня, а силы восстановились, мне разрешили подняться. И теперь я сидела на софе, поджав ноги, закутанная в одеяло, наслаждаясь свежим воздухом из открытой балконной двери и видом из окна на горы. Элинэ, убедившись, что со мной всё в порядке, оставила меня. А я и рада была побыть немного одна.
На фоне заката летали драконы. Стая будто соревновалась между собой, выписывая пируэты, пикируя к земле, обдавая друг друга огнем и магией. Огромного красно-золотистого зверя, что был крупнее своих сородичей, я узнала сразу. Видимо, Стомиан познакомился с кланом красных драконов и тренировался в полете с ними и другими драконами из местной охраны дворца.
Персципиатус в этот раз появился передо мной в человеческом, так сказать, обличье. Демон явно становился сильней. Интересно, он сможет явиться не одной мне, если его возможности постоянно растут?
– Ты подумала, герцогиня, над моим предложением? – спросил он с ходу.
У меня было много времени все хорошенько обдумать и взвесить. Выбор для меня действительно был очевиден. Разочаровавшись в любви, от разрушенного доверия и преданных надежд, мне казалось, что я уже никогда не буду счастлива. Страха перед возможной смертью не было. У меня осталось не так уж и много поистине близких людей, что держали меня в этом мире. У дяди скоро будет своя семья, и я теперь не сомневалась, что он будет счастлив. У друзей есть свои заботы, и вряд ли мы будем так же тесно общаться, закончив академию. Несомненно, они огорчатся, если мне не удастся вернуться, но со временем забудут. Так что мне было терять?
Конечно, не хотелось предавать надежд тех, кто на меня полагался, но я поняла еще одну вещь. Я не смогу смотреть на Тенебрея, когда он выберет кого-то другого. Не смогу жить, зная, что после всего, что между нами было, он создаст семью с другой. А с «таким» Корином, что убивает не задумываясь, жестоко расправляется со всеми подряд, ставит долг выше моих чувств, предает несмотря на обеты, не смогу примириться я. Я до собственного безумия любила одну его половину и категорически не принимала другую.
– Ты обещал мне помочь вспомнить прошлое, – напомнила оракулу.
Демон коварно улыбнулся и отошел в сторону. А ко мне на балкон спикировал вампир в трансформации, мгновенно превратившись в Тирела.
– О! Привет, подруга! – воскликнул лекарь. – Ты наконец пришла в себя! А я уж думал, что придётся думать, как поднять и оживить.
– Тирел, напоминаю, ты в моей гостиной, – вяло пробормотала я ему. – Тебе вообще сюда нельзя.
– Ну, во-первых, – шагнул внутрь лекарь, деловито присаживаясь на стул, – я – лекарь. Мне можно приходить к пациентам. Во-вторых, ты в моей комнате в академии тоже была. А в-третьих, я на твою честь не посягаю, ты мне как сестра, между прочим, и твое недоверие мне обидно.
– Только те, кому мы доверяем, могут предать, – ответила я. – Опыт показывает, что доверять нельзя никому, даже тому, кто клянется в этом на крови.
Вампир, появившийся в весьма воодушевленном настроении, сразу сник и опустил глаза.
– Лея, вышло огромное недоразумение… – начал было он.
– Тирел, лучше молчи или уходи немедленно, пока я не призвала Рхашанраата и не вышвырнула тебя отсюда.
Друг вскинул на меня взгляд и пытливо посмотрел.
– Ладно. Сейчас важней, чтоб ты скорей поправилась. Я тебя услышал. Но можно кое-что сказать? – Я перевела взгляд с веселящихся в полете драконов на лекаря. – Как бы то ни было, мы со Стомианом рассудили, что на твоей стороне. Корин поступил неправильно, и мы тоже не можем принять его доводы и простить. Я не стану тебе клясться на крови, но не собираюсь предавать твое доверие.
– Они переживают по поводу ваших с герцогом Тенебреем отношений и боятся, что ты откажешься от практики, а команду исключат из состава магических игр, – пояснил мне демон. – Кстати, дракон и некромант основательно рассорились и подрались.
– И кто затеял драку? – спросила, удивленная этими новостями. О причине конфликта я догадывалась. Но не могла представить, что Тенебрей станет из-за этого устраивать драку с другом. Стомиан же, рассудительный, спокойный и добрый по натуре, не стал бы задираться к аристократу, так как за это могли и казнить. Это насколько сильно нужно было им разозлить друг друга?
– Что? – спохватился Тирел. И я поняла, что забыла о том, что демон незрим для вампира. – Ты кого спрашиваешь?
К балкону подлетел Стомиан, заставив занавески хаотично метаться по комнате, и спрыгнул на балкон, трансформировавшись в парня.
– Там много чего интересного происходило после того, как ты потеряла сознание, – ответил мне оракул. – Первым ударил дракон. Но имей ввиду, на практику с ними ты должна отправиться, иначе нам не попасть к проходам в Нижний мир.
– Я поняла тебя, – ответила я.
– Лея, ты с кем разговариваешь? – очень пристально посмотрел на меня лекарь.
– С демоном-оракулом, – призналась в ответ.
То, как на меня посмотрели друзья, было непередаваемо. Они явно решили, что я сошла с ума.
– Оракулов нет. Никто не может предсказывать будущее, – осторожно, как маленькой, пояснил мне Стомиан.
– Ха! – тут же усмехнулся Персципиатус. – Скажи им, что если они не спрячутся, то твой дядя вышвырнет их с этого балкона. Он идёт.
– Через несколько минут вас мой дядя выбросит с балкона, если не спрячетесь, – послушно передала я. – Проверять предсказание будете?
Парни замерли настороженно, и Тирел прислушался.
– Точно! Том, на балкон! – скомандовал он через мгновение.
Друзья мигом скрылись за балконной дверью, никуда не уходя. Они затаились, собираясь дождаться, пока мой родственник уйдёт.
Я вздохнула. Зря они думают, что мой дядя их не обнаружит. Видимо, не до конца учитывают его силу. У меня же в этом опыта было больше. Однако сейчас моя связь с родовым камнем и духом рода была как никогда сильной и прочной. Я через Рхашанраата могла чувствовать буквально каждый камень, а при желании – и каждого обитателя этого замка. Так, бегло определила, что главная кухарка только что вынула из печи мой любимый сливовый пирог к вечернему чаепитию, а Орина кроит в своей мастерской отрез голубого сукна.
Тут же возникла мысль, насколько я была глупа, когда в детстве пряталась от отца, играя в прятки, и думала, что он меня никогда ни за что не найдёт в моём тайнике.
Снова вздохнув, я своей магией скрыла друзей от дядюшки. Точно ведь вышвырнет, если обнаружит их здесь. И ладно бы просто с балкона, но может и из замка.
Через несколько секунд дверь открылась, и в мою комнату зашли леди Салер и фельдмаршал Южного фронта. Окинув меня взглядом, дядя присел напротив, закинув ногу на ногу и сложив руки на коленях в замок.
– Как ты себя чувствуешь, Лея? – поинтересовался он, пока Элинэ начала готовить мне вечернее питьё.
– Всё болит, – пассивно отчиталась я.
– Это ничего, – кивнул он. – Магия, я смотрю, немного утихла, перенаправляй её в полезное русло, на собственную защиту или бытовые заклинания.
– В замке не темно и не холодно, – ответила, намекая что так и делаю.
В моем состоянии был только один большой плюс – я действительно стала сильней. Возможно, сейчас по силе примерно сравнялась с отцом.
– Я рад, что тебе стало лучше, но не уверен, что тебе стоит проходить практику. Можно на год приостановить обучение.
Предложение было неожиданным.
– Фельдмаршал Сорель не хочет, чтобы ты продолжала обучение, – подсказал мне Персципиатус. – Учебный отпуск на год рассчитан на то, что ты закончишь под его присмотром королевский артефакт и останешься в Сарнгейте. Он склоняется к мнению, что ты согласишься, чтоб не встречаться больше с герцогом Тенебрей.
Слова демона были похожи на правду. Я уже думала о том, что же предпримет дядя Эштон в отношении меня. Но тогда я не попаду в пустыню, иначе официальная причина будет ничтожна.
– Нет, – ответила ему. – Я хочу пройти практику и вернуться в столицу. Думаю, справлюсь.
Дядя молча смотрел на меня, не мигая и взвешивая что-то в своей голове.
– Лея, то, что произошло в академии, не должно повториться. Вам с лордом Корином лучше пресечь любые встречи в дальнейшем. Мне легче исключить из факторов риска тебя, чем его. По крайней мере, так ситуацию вижу я. Но здесь замешаны интересы не только твои и мои лично, а и целого королевства. Последствия оказались уже слишком разрушительны.
– Не понимаю, – удивилась я. – Что ещё может произойти? Наша помолвка расторгнута.
Дядя тяжело вздохнул и принялся нервно расхаживать по комнате. Элинэ подала мне бокал с микстурой. По запаху я определила снотворное и успокоительное, но, видимо, было ещё что-то, так как цвет зелья был необычным.
– Не совсем, – услышала неожиданный ответ. Дядя же внимательно наблюдал за моей реакцией.
Это как «не совсем»? Кольца на моем пальце точно не было.
– Не поняла? – насторожилась я.
Дядюшка снова вздохнул и устало потёр лицо ладонями.
– Всё не так просто, Лея, как тебе кажется. И если уж ты действительно хочешь, чтоб так было, однозначно нужно будет встретиться с герцогом Тенебрей для обсуждения этого вопроса предметно. Но только когда придёшь в себя окончательно и будешь к этому готова. Есть много факторов, которые я учитывал, когда принимал такое решение, – серьёзно заявил он. – Но сейчас боюсь тебя лишний раз тревожить и волновать. Критический период твоего выздоровления ещё не закончился, а я весьма дорожу тобой, чтоб рисковать лишний раз. И хоть ты сейчас чувствуешь себя сносно, боюсь, это может в любой момент измениться. Пока тебе воспоминания полностью не вернутся, и ты не осознаешь всё, разговаривать ни о чём серьезном ты ни с кем не будешь.
Этот тон у дяди я знала. Если он так решил, то действительно не станет со мной ничего обсуждать. Я нахмурилась.
Его расчёт понимала. Мне нужно поправиться. А это может занять значительное время. Я могу не успеть к началу практики, так как на отдых дома у меня всего неделя, и почти половина её уже прошла. Отправляться же в Сарнгейт в таком состоянии он мне не разрешит. Но у меня был оракул, который обещал помочь.
– Лея, я действительно волнуюсь о тебе, – вздохнул снова родственник, отводя взгляд в сторону. – Мне сложно сейчас оставаться полностью на твоей стороне, зная все, – подчеркнул он интонацией последнее слово, – обстоятельства. Ты должна понимать, что за поступками следует ответственность.
А вот это было неожиданностью. Впервые дядя Эштон сомневался и не принимал мою сторону безоговорочно.
– Я вообще не могу сейчас тебя понять. Где та умная, рассудительная Лейяна, что уехала из Сарнгейта в столицу? Ты изменилась и начала принимать решения самостоятельно, не прислушиваясь ко мне. Я не смогу опекать тебя всё время. Насчёт герцога я предупредил тебя сразу. Ситуация, что возникла, не однозначна, и требует, прежде всего, вашего личного решения. Сейчас всё, чем я могу тебе помочь, – дать некоторое время, или же полностью исключить тебя из этой цепи событий.
Может, будь я в другом состоянии, ответила бы. Но сейчас совершенно не было сил возражать и спорить, что-то объяснять и доказывать. Одно я только понимала отчётливо: встретиться с Корином действительно придётся. И мне предстоит в будущем тяжёлый разговор с ним.
– Не пей, – вновь вмешался Персципиатус. – Зелье блокирует воспоминания. Если хочешь попасть в Сарнгейт, тянуть время нельзя.
Я сделала вид, что отпиваю из бокала.
– Не в того ты влюбилась, Лея, – вздохнул мой дядя, наблюдая за мной. – Ой, не в того… И с этим ничего не поделать. Это либо есть, либо нет. Нужно принять решение. И прежде всего я хочу задать тебе вопрос личного характера: насколько далеко зашли ваши с лордом Тенебрей отношения?
Моя бровь взлетела вверх. Не нравился мне в целом этот разговор, что-то в нём меня сильно настораживало.
– Не настолько, чтобы были веские причины для брака, – ответила я. Врать было нельзя. Моя защита чувствовала осторожное касание магии дяди. Он проверял меня – говорю ли я правду. Ещё одно откровение сегодня. Никогда моя семья не сомневалась в моих словах. Стало ужасно неприятно.
Дядя наблюдал за мной тяжёлым, взвешивающим и решающим сложную задачу взглядом.
– И чем я заслужила недоверие? – прямо спросила, не собираясь скрывать, что почувствовала его проверку.
– Поступками, Лея, – был мне неутешительный ответ. – Слишком много ты наделала бед.
Слышать правду от близких людей гораздо больнее, чем от других и себя самой. Горькое осознание комом встало в горле. Сейчас будто рухнула последняя стена, что была моим домом и убежищем. Я снова получила болезненный урок. Казалось, что разрушено абсолютно всё, а я стою сейчас посреди обломков, думая: как же жить дальше? Где сейчас найти пристанище, если в этом всём виновата сама?
Если я думала, что моё детство закончилось вместе со смертью отца, то глубоко заблуждалась. Детство закончилось неожиданно и именно сейчас. Сначала я лишилась любимого родителя, потом человека, в которого влюбилась, а теперь доверия дяди.
– Эштон, думаю, на сегодня хватит, – подала голос леди Салер.
Невеста моего дяди скромно сидела на стуле в стороне и не вмешивалась в разговор, хмурясь и неодобрительно смотря на нас. В который раз я мысленно поблагодарила её за помощь.
– Да, думаю, действительно достаточно, – кивнул дядя Эштон. – Сегодня меня не ждите, появлюсь только завтра к вечеру, – услышала я следом. – Поправляйся, Лея. И ещё раз обдумай мои слова. Ты уже раз поступила по-своему, и вот чем это закончилось…
Фельдмаршал ушёл, а мне хотелось выть от отчаяния и горя.
В гостиную зашли служанки и начали споро накрывать стол к вечернему чаепитию.
– Если я могу чем-то помочь… – услышала робкое предложение от леди Элине. Она запнулась, не зная, как в целом высказать свою мысль. – Бывает, между парой возникают недопонимания… Это у всех случается.
Я отлично поняла то, что она хотела сказать. Предложение было вежливым, но помощь мне сейчас была нужна не от неё. Хотя ответ на один вопрос я бы услышать в этой ситуации хотела.
– Леди Элинэ, почему вы не обратились к своему брату, когда вас почти лишили титула и земель?
Следовало ожидать, что мне будут пытаться доказать ошибочность моего решения в отношениях с Корином. Однако дело было не только в том, что произошло на балу. Сомнения возникли раньше. Произошедшее стало лишь той чертой, что подтвердило их, и стало точкой в принятии окончательного решения.
Я пытливо посмотрела на маркизу. Девушка выпрямилась и побледнела. Мой вопрос был несколько бестактным, но я знала, куда «бить». Немного жестоко и прямолинейно, но разве я была не права?
Маркиза молчала, а мне и не нужно было слышать ответ. Леди Салер не пошла к брату потому, что или он не стал бы её слушать, или же его решение не понравилось самой целительнице. В некоторых вопросах и чертах характера не одной мне не нравились поступки Корина.
– Можете не отвечать, – разрешила я и снова направила взгляд в окно.
Я слышала, как встала целительница и тихо вышла из моих апартаментов. А через минуту в комнату вернулись Тирел и Стомиан. Друзья молча уселись за стол. Какое-то время мы молчали, думая каждый о своём.
– И как ты осмелился подраться с Корином? – спросила Тома, нарушив первой тишину.
Стомиан сидел, смотря на меня сочувствующим, мягким взглядом.
– Сам до конца не понимаю… Нашло вдруг. В тот момент я думал о нём, не как о герцоге, а как о человеке и товарище. И в тот момент очень захотелось съездить по морде, – вздохнув, ответил мне друг.
– Я собираюсь пройти практику и вернуться в академию, – сообщила друзьям своё решение. – Но мне понадобится ваша помощь. Мне нужно последовательно вспомнить, что произошло со мной в детстве, и какие воспоминания хранил сташ.
Друзья оживились. Это был план, совпадавший с их интересами и не связанный с моими отношениями в команде.
– Ты и так должна постепенно всё вспомнить. Воспоминания же начали возвращаться? – спросил Тирел.
– Да. Во снах я вижу обрывки прошлого, – кивнула, подтверждая предположения вампира. – Персципиатус обещает помочь вспомнить всё сразу и шаг за шагом.
– То зелье, что дала тебе маркиза Салер, ты не пила? – уточнил лекарь.
– Нет, – покачала я головой. – Меня предупредили.
– Это хорошо, – протянул вампир и уставился на меркнущий горизонт. – Персципиатус – это имя демона?
– Да, – подтвердила я.
– И как ты умудрилась его найти? Немыслимо! – вздохнул Стомиан. – Наверное, первый случай, когда человек смог взаимодействовать с порождением Нижнего мира таким образом.
– Не первый.
– Ты же понимаешь, Лея, что это вызывает опасения и внушает страх? – спросил Тирел. – Что ему нужно и как вы встретились?
Я кивнула, отвечая на его слова.
– Персципиатус мне помогает, так как питается моей магией. А без меня он не сможет существовать. Наши цели сейчас совпадают, и я ему доверяю. Как я с ним встретилась, увы, не скажу.
Вампир уставился на меня. В этом тревожном и настороженном взгляде я читала мысли, мелькавшие в голове друга.
– Демоны все питаются магией существ нашего мира. Оракулу подошла я. Но он мной не управляет. Он паразит, но не такой, как у Илишина.
– И всё же враг, – напомнил дракон.
Я снова кивнула, соглашаясь. Если и было возможно найти друга-врага, то мне это удалось. Сам демон никуда не делся и стоял, спокойно слушая нас.
– Ты специально не повесила полог тишины, когда пришёл твой дядя? – задал следующий вопрос Тирел.
– Да, вы и так многое обо мне знаете, – пожала я плечами. – К тому же не знаю такого заклинания. Стихийную магию артефакторы проходят вроде на пятом курсе, а раньше я её не изучала глубоко.
– И всё же ты дала возможность нам всё услышать, скрыв от лорда-герцога… Мы поможем, – согласился Тирел. – Но меня многое беспокоит во всём этом, – поделился переживаниями друг. – Мы думали, ты откажешься продолжать обучение и согласишься с предложением фельдмаршала Сореля.
– Я должна выполнить одно обещание, – призналась друзьям. – Поэтому остаюсь с вами.
[1] Альтер эго – термин происходит от латинского alter ego и переводится как «другое я». Это вторая личность человека или отдельный аспект его личности, который существует метафорически и «заменяет» или дополняет основную личность, имея отличные от нее характеристики.
