Текст книги "Принцесса Сарнгейта.Часть 1 (СИ)"
Автор книги: Эльза Скарлетт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 34 страниц)
У меня начало все налаживаться, и в клиентках появились даже фрейлины королевы и принцесса Патрисия.
С виконтессой Амисарин я встретилась снова во дворце, куда доставила подшитое платье к балу. Леди разразилась гневной тирадой в мою сторону и чуть не испортила готовое платье для одной из знатных леди. Вмешалась леди Грасс и другие аристократки. Признаюсь, в той ситуации я явно сильно перенервничала и не соображала от волнения. Меня увели в апартаменты леди Нило, которой и предназначалось платье. Баронесса Юдана очень сопереживающе ко мне отнеслась. Отпоила каплями, успокоила и выслушала все, что я говорила, жалуясь на несправедливую жизнь и нападки леди Амисарин.
– Вы говорите о леди Юдане Нило? – уточнил герцог Истед. – Магистре королевской академии магии и декане ментального факультета?
Модистка кивнула.
– Вы знаете, где её можно найти сейчас? – спросил эльф.
– Наверное, в своём имении, – пожала плечами лаэра. – Я очень была благодарна виконтессе. Она тогда и сказала, что сейчас существует решение моей проблемы, и я смогу приобрести магию. Но этот способ незаконный, так как маги не хотят, чтобы существа, её не имеющие, могли стать такими же как они.
Женщина стушевалась и замолчала.
– Магистр Юдана рассказала вам подробно об этом «методе»? – спросил Тенебрей.
– Нет, – покачала головой швея. – Она была так… убедительна и мила ко мне – не магу, что у меня не возникло никаких задних мыслей о том, что это может причинить кому-то неудобства, кроме меня самой. Я согласилась, и тогда леди Нило усыпила меня. А когда я проснулась, то ощутила боль в груди.
Женщина опустила взгляд. А к нам снова вышла баронесса Луар-Дрю в нежно-синем платье с красивыми оборками. Эльфийка была счастлива и радовалась, демонстрируя обновку.
– Ларин пострадала случайно, – продолжила женщина, когда эльфийка удалилась. – Я плохо себя чувствовала после того, как вернулась домой, и обнаружила какую-то страшную сущность на своей груди, что впилась в моё тело всеми своими конечностями. Леди Нило лишь сказала, что нужно отдать амулеты существам с магией, иначе я не получу её, а это существо убьёт меня саму. Я оставила все кулоны на рабочем столе и ушла спать. Ларин сама решила примерить один из них, а потом не смогла снять. Камень ожил и вживился в её тело.
Когда я пришла в себя, то первым делом почувствовала, что во мне что-то поменялось. Магия Ларин стала поступать ко мне через этот амулет.
Испугавшись, я призналась ей в том, что со мной произошло. Ларин не расстроилась, а даже обрадовалась. Она считала несправедливым то, что не все имеют магические способности, и сама отдала два других кулона своим подругам, у которых были такие же убеждения. Мне становилось лучше, а работницы стали учить меня применять свои новые способности. Вроде всё даже стало хорошо, и я искренне радовалась и благодарила баронессу Нило. Она смогла как-то утихомирить леди Амисарин, и мои дела снова пошли в гору.
Так продолжалось около года, а потом девушки стали себя чувствовать хуже и даже начали болеть. Баронесса Нило уже стала магистром академии и пояснила мне, что если я хочу, чтобы со швеями ничего не произошло, то нужны ещё маги, которые наденут кулоны. Но больше желающих добровольно взять их не нашлось. Перепуганная своим состоянием, Ларин сама как-то смогла обманом их надеть на других моих рабочих. Она сказала им, что так я смогу контролировать их работу. А через месяц она пропала. Мы её искали и только через неделю выяснили, что она в беспамятстве лежит в академическом госпитале.
Модистка замолчала и виновато посмотрела на нас.
– Если бы я знала, что так всё обернётся, то ни за что бы не приняла предложения леди Юданы Нило. У меня растёт дочь и есть престарелые родители… Я обязана помочь им. Здесь вся моя жизнь. Помогите мне, милорды, избавиться от этой сущности. И, если это возможно, вылечить Ларин и остальных. Я согласна на все, лишь бы всё стало как прежде.
Лаэра Уринтелл замолчала, с надеждой смотря на Тенебрея и Истеда.
– Боюсь, лаэра, если мы снимем с вас паразита, вы тоже окажетесь в стазисе, – первым нарушил молчание Тенебрей.
– А вы действительно можете контролировать своих работников? – спросила я.
Модистка повернулась ко мне.
– Леди Хардин, я не пользовалась этой способностью! Не думайте, что я так ужасна. Но это существо само пытается держать всех как можно ближе.
– Значит, можете? – не унималась я.
– Наверное, – нехотя согласилась хозяйка салона мод.
– Прикажите кому-нибудь, – попросила я. – Как это происходит?
Женщина вздохнула и задумчиво уставилась в стол. А через время одна из помощниц принесла мне новый чайник со свежезаваренным чаем.
– Вот так, просто нужно обратиться к нужному существу и представить кулон на шее, – пояснила она.
– Но вы не контролируете их постоянно? – спросила я.
– Нет, это невозможно, – утвердительно кивнула женщина.
К нам вернулась баронесса Луар-Дрю, разлив себе и мне чай по чашкам.
– Вы останетесь под домашним арестом, – сообщил Тенебрей, меняя позу. – Вашего паразита мы снимем, как и кулоны с ваших служащих.
– Подожди, Корин, – остановила я его, положив свою ладонь на его руку. – Если мы снимем всех демонов, то они могут тоже впасть в беспамятство. Сейчас лучше оставить всё как есть, пока мы во всем не разберемся и не поймем, как это работает. У нас появились те, на которых можно изучить жизнедеятельность этих… существ, – нашлась с определением я.
Эльф и некромант молчали, смотря на меня.
– Кажется, твоя невеста права, – согласился Истед со мной. – Смысла в толпе умирающих существ нет.
– Хорошо, – кивнул Корин. – Но вы все, всё равно, под арестом.
Лаэра Уринтелл кивнула, соглашаясь.
[1] Фениксы – огненные птицы, которые образуют пару на всю жизнь, а возрождаясь из пепла, снова ищут друг друга.
Глава 21
После того как я переоделась в академическую форму, мы отправились в ресторацию. Куда-либо идти с Истедом мне не хотелось. К тому же я не была соответственно одета и всеми силами искала повод отказаться. Остальные сидели молча.
– Вы чем-то недовольны, герцог? – поинтересовалась я у Истеда, наблюдая его кислое выражение лица.
Эльф крякнул в ответ и ещё больше скривился.
– Леди Хардин, у меня вопрос: почему вы выбрали себе лишь одно платье, если вам понравились те, что выбрала леди Луар-Дрю? – спросил эльф, барабаня пальцами по раме окна.
– О-о! – взмахнула я беспечно рукой, снова входя в образ наивной глупышки. – Все никак не могу привыкнуть к столичной моде. Но я буду стараться, – вздохнула, тут же смиренно потупив глаза.
– Держись, дружище, – тихо сказал Истед, глядя на Корина. – Женщины – удовольствие дорогое и нервозатратное.
Тенебрей промолчал, а карета остановилась у дома леди Миарани. Корин первым вышел, подавая мне руку. И когда я спустилась, обратился к остальным:
– Доброго вечера, Инголир, леди Дораэль.
– Доброго вечера, лорд Тенебрей, леди Хардин, – обратилась к нам баронесса.
И я поняла, что дальше с нами они не пойдут.
– Всего хорошего вам, – поклонился Истед.
А Корин захлопнул дверцу кареты и приказал вознице трогаться.
– Ты поменял планы? – спросила я некроманта по пути ко входу в дом.
– Да, – ответил Корин. – Я вообще не планировал ехать куда-либо с Инголиром.
Мне тут же стало лучше и легче на душе. Иначе вечер обещал быть весьма удручающим.
Леди Миарани встретила нас в гостиной.
– Я приказала накрыть для вас ужин на втором этаже, – пояснила она. – Если буду нужна, найдете меня в кабинете.
Маркиза проводила нас и ушла, оставив одних.
Давно у меня не было такого хорошего вечера. Мы ели, разговаривали, делились планами, историями, говорили о книгах, что читали, а потом просто пошли гулять по площади и набережной.
Обычно все пытаются выставить напоказ то, что является предметом их гордости и вызывает зависть у остальных: украшения, породистых лошадей и дорогостоящую модернизированную карету, показать остальным новое, дорогое платье. Приглашали в дом гостей, чтобы продемонстрировать роскошь и дорогие вещи. Или же похвастать своими детьми, которых считали образцом и примером для других. Пытались выставить своё счастье на обозрение и вызвать зависть.
Сейчас я как никогда поняла, что мое счастье в неприметности будней. Для меня счастье было другим: тихим и неброским. Чай с ромашкой уютным зимним вечером у камина. Хорошая, интересная книга. Спокойная размеренная работа в лаборатории над чем-то интересным. Приятная неспешная беседа с тем, кто близок по своим убеждениям. Компания друзей, что порой подшучивают над тобой или ругаются, беспокоясь, но всегда придут на помощь. Любящий человек, который непременно находится рядом…
Как же мне хотелось, чтобы все остальные будни стали такими, как вся эта неделя в академии: спокойное утро, ароматный кофе, зачеты и экзамены, работа в лаборатории и разгадка новых загадок… Пусть все будет проще… И таким же прекрасным, как букетик зимних фиалок, что подарил мне Тенебрей этим вечером.
…
Вернулись мы в академию до комендантского часа и сели рядом готовиться к завтрашнему дню. Тенебрей должен был защищать диплом, а мне предстояло сдавать экзамен и теоретический зачёт после обеда.
Последние дни перед балом и каникулами для меня сложились в самое спокойное время, наполненное радостью работы, учёбы, веселыми вечерами в обществе друзей и любимого человека.
Я закончила работу с щитом от проклятий, успела сделать основу для защиты от магии демонов и духов и даже подобрала заготовки для завершающего звена. Мне ещё много предстояло сделать, и я спешила.
В среду Корин утром защитил свою дипломную работу по проклятиям. Мы со Стомианом присутствовали, так как ни у него, ни у меня в это время ни зачетов, ни экзаменов не было. Его паруса, улавливающие магию стихий и делающие корабли самоходными, были оценены весьма высоко. Теперь Тенебрею оставались лишь выпускные экзамены и защита ещё одного дипломного проекта по стихийной магии.
Тирел, Кирана и Риф после обеда по поручению Тенебрея отправились в ателье, чтобы наш лекарь смог посмотреть, как подчиняются через паразита и амулеты работники лаэры Уринтелл. И, как я поняла, Кирана получила весьма хорошую скидку на бальное платье, так как вернулась счастливая и сияющая.
Вечером мы все большой компанией праздновали защиту диплома Корина в нашей гостиной. Единственным неприятным для меня фактом оставалось то, что Стомиан весьма отчужденно держался по отношению к Линетте. Однако сама блондинка к этому относилась легче, чем я сама. Она льнула к дракону и постоянно держала его за руку, беззаботно щебеча и постоянно проигрывая в «Заговор».
В четверг четвёртому и пятому курсам поручили украшать бальный зал. Руководила всем действом леди Миарани с церемониймейстером – солидным гномом, который ловко организовал работу. Так что каждому адепту нашлось своё посильное дело. Шатался тут и Дамиан, которому понравилось, как старшекурсники создают иллюзии, и он периодически приставал к кому-то из них, чтобы показали схему заклинания, пытаясь воссоздать его.
Вечером мальчишка остался ночевать в нашей гостиной. Ему очень понравились фигурки, вырезанные Стомианом, и он играл ими, сидя рядом со мной, выпросив почитать ему «Сказания о магах». Книгу он предусмотрительно принёс с собой. Слушали все под потрескивание огня в камине и завывания снежной вьюги за окном. Правда утром оказалось, что это было его домашнее задание по чтению и пересказу. Преподаватель общего языка заставлял Дэма больше читать, чтобы догнать положенный ему уровень знаний. Мальчик же воспользовался хитростью и моей добротой, чтобы и задание выполнить и самому не напрягаться.
Последний учебный день этой недели начался у всех со сдачи зачётов и экзаменов. Мне в этот день пришлось сдавать любимую артефакторику, причем практический зачёт, так что настроение у меня сутра было прекрасным. Расписание по приказу ректора спланировали так, что после обеда все адепты оказались свободны, и те, у кого не было «долгов», ринулись готовиться к балу.
Накануне мне пришло письмо от леди Миарани, которая приглашала меня в свой дом. Мне предстояло с Линеттой ночевать у неё, и лишь к началу торжества мы должны были вернуться в академию. В ответном письме-птичке я попросила взять с собой ещё одну подругу, зная, что косметические процедуры понравятся и Киране, которая восприняла моё предложение с восторгом и кучей благодарности.
…
Линетту нам с Кираной пришлось ждать в карете почти полчаса. Сопровождали нас четыре всадника из ночной стражи, которые хоть и не высказывали своего недовольства из-за задержки, но весьма нервно топтались на месте. Мы сами уже устали ждать, когда увидели племянницу ректора, бежавшую к нам с сумкой, свёртком с платьем и в наспех застёгнутом манто. Где была Линетта, оставалось загадкой, так как ни её, ни Стомиана я на обеде не наблюдала. Хотя не было так же и Элдрина с Корином.
Как только подруга села, карета тронулась, и мы отправились к дому маркизы.
– Ты где так долго была?! – возмутилась Кирана, пока Линетта переводила дух и укладывала свёрток с платьем рядом.
Сама блондинка выглядела весьма взбудораженной и будто сияющей.
– Ой, девочки, вы не поверите… – встряхнувшись, воодушевленно ответила она. – Ну, или поверите… но об этом потом. Я только хотела кое о чём тебя попросить, Кирана.
Мы уставились на девушку, глаза которой загадочно блестели какой-то тайной.
– О чём? – осторожно спросила вторая моя подруга.
Линетта набрала в грудь воздуха и застыла, собираясь с мыслями и загадочно смотря на нас.
– Я нашла способ восстановить истинную связь с Томом, – выдохнула она.
Мы с Кираной замерли, ожидая продолжения. Но его не последовало.
– И-и?.. – протянула Кирана в вопросительном тоне.
Линетта лишь многозначительно молчала, сияя всем своим видом.
– Постой, – насторожилась я. – Связь истинных можно восстановить только одним способом, как мне говорил Корин. Но… – я запнулась, не смея продолжать дальше.
– Вы что... У вас была близость?! – продолжила за меня Кирана, и мы обе подались вперед.
Линетта ничуть не смутилась, а лишь ярче засияла улыбкой, утвердительно кивнув. Моя челюсть сама собой поползла вниз.
Линетта все-таки осуществила свой старый замысел, несмотря на угрозу Тенебрея. И кажется, погубила сама себя. Я не видела причин для её сияющего вида. По мере того, как я осознавала масштаб проблемы, всё больше приходила в ужас. А если узнают её родители? Они же отдадут её в обитель светлых сестёр или куда ещё хуже! Ректор точно отчислит из академии, а Стомиана призовут к «суду чести» и казнят. Ох! Что же она натворила!
– Очещуеть! – выдохнула Кирана. – Ну ты даёшь!
– И я хотела у тебя попросить зелье… ну, после «этого»… – Линетта заискивающе посмотрела на брюнетку.
– Откуда у меня?! – воскликнула девушка. – Ты что думаешь, что я со всеми подряд сплю, и оно всегда у меня есть?! – негодующе спросила она.
– Нет! Что ты! Конечно же, нет! – тут же запричитала блондинка и сложила руки в умоляющем жесте. – Но ты же то с одним… то с другим… парнем… И ты – зельевар, а у твоей семьи лавка!
Я поняла, что речь идет о противозачаточном зелье, а Линетта собирается всё оставить в тайне.
– Линетта… – хотела было начать я, но сама себя остановила, понимая, что говорить тут уже поздно. Всё произошло.
– Вы поможете? – спросила нас племянница ректора, теряя радостное настроение. – Я же вам как подругам всё рассказала! Иниветта вчера со Стомианом целовалась! Она опоила его! У меня кроме него и вас больше никого нет!
Линетта явно преувеличивала, но в её понимании было именно так.
– Хорошо, – сдалась Кирана, возвращаясь на свое место. – Все равно уже ничего не вернуть, а если будут «последствия»… Нужно только заехать в лавку.
Карета остановилась у подъезда дома леди Миарани, и мы с Линеттой вышли, после чего она подошла к кучеру.
– Отвезите, пожалуйста, мою подругу ещё по одному адресу, а потом возвращайтесь. Она духи забыла взять, – врать у племянницы ректора выходило складно.
Мужичок-возница поклонился ей и, узнав адрес, стегнул лошадей. Карета снова отъехала от подъезда. С нами осталось двое из стражников, остальные двое поехали следом.
– Не могу поверить, что ты это сделала, – всё же высказалась я.
– Молчи, Лея, – прошипела Линетта, так как нас вышла встречать маркиза.
Леди Миарани поинтересовалась, где наша третья подруга, и, только выслушав причину отсутствия, повела наверх. Нам с Сенье временно выделили сдвоенные апартаменты, где уже стоял манекен с моим бальным платьем. Кирану поселили напротив. Леди Миарани оставила нас на попечение горничных и служанок и, сказав, что вернётся только к вечеру, уехала в академию проверять готовность к балу.
Служанки забрали платья девушек, чтобы развесить и привести в порядок, а нас повели пить чай за накрытый закусками столик.
– Подождём Кирану? Или начнём? – предложила Линетта, нервно ёрзая на стуле.
Я присела. Мне не хотелось ни пить, ни есть, и я обречённо смотрела на подругу, которая, не смущаясь, поедала закуски.
– Не смотри на меня так! – выделив голосом последнее слово, попросила она.
И я молчала. Видимо, Линетта весьма осознанно пошла на этот шаг, понимая все последствия. От того и была такой уравновешенной и немного вызывающей. Я сразу вспомнила тот вечер, когда её из спальни Стомиана вывел Тенебрей. Если он узнает, достанется не только ей, но и мне за то, что меня посвятили в тайну, о которой я не подозревала и знать которую не хотела. Слишком страшны были для обоих любовников последствия. Я поёжилась от этих мыслей. Что мне было делать? Ведь рано или поздно тайна откроется! И тогда всё станет плохо.
– Стомиан знал о твоём замысле? – спросила я, вдруг подумав, что такие поступки были не свойственны дракону.
Линетта замерла, и наконец-то в её глазах появился страх.
– Ты что, его напоила чем-то?! – возмутилась я, ещё не до конца веря в это.
– Его Иниветта ещё худшим зельем опоила, и никто не возмущался! – прошипела Линетта, отодвигая тарелку.
У меня же мысли направились в иное русло. Если Линетта опоила чем-то Стомиана, то можно сейчас доказать, что он был под внушением. Драконья магия скоро обезвредит зелье, и тогда что-либо делать будет поздно. В этом случае Линетту ждут очень плохие перспективы, которые страшно было представить. Стомиана же в любом случае ждала смерть. Либо быстрая – от казни, либо медленная – от потери истинной и второй ипостаси. Я мучилась сомнениями. Рассказать, спасти Стомиана и предать подругу, или же молчать и усугубить ситуацию, но дать им короткое время на счастье, пока ничего не открылось? Ведь в любом случае их будет ждать один и тот же исход.
К нам присоединилась Кирана и поставила на стол красивый фигурный пузырёк со стеклянной крышечкой в виде сердечка, подвинув его ближе к Линетте.
– Больше я воровать из собственной аптеки не буду, – проворчала она. – Если нужно, предупреждайте заранее. – Сказано это было и в мою сторону.
Блондинка схватила флакончик и тут же добавила три капли в стакан с водой. Красивые зеленовато-синие тяжи закрутились в стакане и растворились в жидкости.
Нетта знала, как его принимать, она действительно обо всём подумала, и знала, что Кирана ей не откажет дать зелье. Сглотнув комок в горле, я всё же решила, что не смогу держать всё в себе.
– Лея, ты же сейчас не думаешь о том, чтобы всё рассказать своему Тенебрею? – сурово посмотрела на меня Линетта.
– Думаю, – призналась я, наблюдая, как Линетта пьёт из стакана.
– Не смей! – возмутилась она. – Он ужасный! И страшный! И зомби из меня сделает или расскажет всё родителям!
Я посмотрела на Линетту, думая о том, что в один момент она умудрилась оскорбить и настроить меня против себя. Именно так я себя сейчас чувствовала. Отчего-то её слова в сторону Корина задели, будто она говорила про меня саму.
– Линетта! – воскликнула я. – Как ты смеешь?! Корин не желал тебе ничего плохого! Ты сама… Слышишь!.. Сама во всём виновата! И втянула в это Стомиана! Это тебе особо ничего не будет! Ты останешься жива, а он – нет!
Я сама не заметила, как перешла на крик от возмущения. Линетта от моей тирады лишь разозлилась.
– Я лишь хотела быть счастливой! – ответила она, подаваясь вперёд. – Мы оба будем счастливыми! Пусть я и выйду замуж за старика, который будет забирать мою магию, но закреплённая связь с Томом даст мне возможность жить!
– Да его казнят до этого! – возразила я.
– Не казнят, – вдруг заявила Линетта и спокойно уселась глубже в кресло.
Её улыбка была довольно самонадеянной и какой-то хитро-ехидной. Мы с Кираной смотрели на неё, ожидая пояснений.
А я поняла, что Линетта была права. Она частично может теперь брать магию Стомиана. Драконы были устроены так, что поддерживали уровень магии и жизнь своих истинных. Возможно, потому загадочная Тина, что была истинной Илишина и не умерла от отравления, и сейчас существовала где-то на грани.
Тут же мысли потекли в другом направлении и зацепили опыт с волком. Ведь магия может зациклиться на двух существах разными ритуалами: между матерью и ребенком через кровь в утробе, сыном и отцом, когда он принимает его в род и даёт имя, супругами во время брачных клятв и совместной близости, зомби и некромантом, что его поднял зовом и магией крови. Ритуалов множество… А у Тирела не получилось в опыте с подчинением волка, потому что не хватало ритуала с тем, кто будет отдавать приказ демонической пиявке. С модисткой и её служащими связь была объединена через амулеты, ритуала в этом случае не требовалось. Такова была специфика артефактов. Но это не означало, что сама модельер не подверглась магическому воздействию леди Юданы Нило.
И, может, я бы обрадовалась своему «просветлению», но сейчас речь не об этом.
– Ты думаешь только о себе, Линетта, – жестко заявила я. – Почему тогда ты сама честно не рассказала обо всем Стомиану и не оставила ему осознанного выбора?
– Я подумала! – заявила мне блондинка. – Никто ничего не узнает, если вы не расскажете! Иниветта больше не сможет влиять на него, а я получу магию. На крайний случай, если меня выдадут замуж, у меня есть ещё план… ну, для первой брачной ночи, – и щеки блондинки покрылись румянцем, после чего она продолжила: – А Стомиана обманула, потому что он бы точно был против этого. Но это логичный выход из нашей ситуации!.. Да, я сделала выбор за нас обоих. Но он – единственно верный!
Кирана встрепенулась, и хотела было что-то сказать, но замерла с поднятым пальцем. Я же, не понимая, что она имела ввиду, говоря о каком-то плане на «крайний случай», требовательно уставилась на Линетту.
– Я думала, мы подруги и тебе можно доверять! – обвиняющим тоном продолжила Линетта. – Что ты поймешь и будешь на моей стороне. А как же «… теперь мы ни перед чем не остановимся, чтобы не вляпаться вместе…», Лея! – припомнила она мне мои слова.
Никогда в своей жизни я не испытывала таких внутренних терзаний. У меня не было в детстве «задушевных» подруг, с которыми бы я, вот так же как с Кираной и Линеттой, могла поделиться сокровенным. Которые понимали мои проблемы и могли поддержать. Сейчас же ощутила на себе всю «тяжесть» дружеских отношений и не была этому рада. Совесть мне подсказывала, что Линетта поступила не честно, подло и безответственно, что она воспользовалась моим другом, не спросив его и не оставив выбора, подвергнув опасности их обоих. Однако я осознавала, что Нетта сделала это от отчаяния. Ее любимого пытались отнять, её саму собираются выдать замуж за мага, что намного старше и имеет плохую «брачную» репутацию. Она не может доверять родителям, действующим из своих корыстных побуждений и которые не станут слушать ее доводов…
Она поступила очень плохо, воспользовалась нашим доверием и дружбой. Она вынуждала меня поступать неправильно, предавать саму себя и скрывать правду от остальных. И мне это было не по душе.
– Давайте пока оставим это и немного отдохнем, – предложила Кирана. – Все можно решить завтра. Уже ничего не изменить.
Она была права. Сейчас мне нужно было время подумать обо всём и побыть одной.
Я ушла в свою комнату, где горничные наполнили для меня ванну, помогли раздеться и тщательно вымыли волосы несколько раз, промыв их бальзамами. Потом мою кожу натерли увлажняющими мазями, сделали массаж и снова натерли экстрактами. Я млела от удовольствия, ибо давно так не расслаблялась и едва не заснула на кушетке.
Пока я отдыхала после процедур, ко мне зашла Кирана. В махровом розовом халате и мягких домашних туфлях с пушистыми помпонами она выглядела весьма по-домашнему. Подруга-зельевар предпочитала повседневную одежду тёмных оттенков, дополняя её красным, а в академии всегда ходила в академической форме из юбки и пиджака. Видеть её в розовом было немного необычно и смешно. Девушка была чем-то похожа на ворону, перекрашенную в неестественный для неё розовый цвет.
– Тебя послала Линетта? – спросила я, догадываясь, по какому поводу она пришла.
Кирана уселась в кресло, подобрав ноги к груди, и не ответила мне.
– Можно, я просто посижу с тобой рядом? – спросила она.
Я не возражала и снова прикрыла глаза. Какое-то время мы сидели молча, а я слушала периодически печальные вздохи. Наконец, мне это надоело.
– Ты считаешь, что она права? – задала я вопрос. – Или будешь защищать Линетту только потому, что вы сблизились за последнее время?
– Она поступила нехорошо, – услышала я со стороны кресла. – Но ты не представляешь, как тяжело иногда приходится сохранять свои убеждения, когда всё вопреки.
– Представляю, – вздохнула я. – Очень даже хорошо представляю.
– Оставь это на её совести, – попросила подруга, пропустив мои слова. – Ей не так следовало начинать разговор. И нельзя было говорить плохо о герцоге Тенебрее. Рассказав тебе, она рискнула, но ей нужна твоя поддержка. Она думала, что ты поймешь.
– Я её во всем поддерживала, Кирана, – ответила я, снова открывая глаза. – Но это – чересчур! Нельзя так использовать всех вокруг: тебя, меня, Стомиана… Она же уже придумала, что выйдет замуж за лорда Миллёра и оставит Стомиана любовником! При этом позабыв ему об этом рассказать…
– Она видит, что другим это сходит с рук, – заметила брюнетка.
– Не считаю это правильным, – возразила я.
– Да. В идеальном мире это было бы так. Но реальность такова, что вынуждает нас наступать на правила и собственные принципы. Тебе повезло чуть больше, чем нам с Линеттой. У тебя другая ситуация. Ты сама была против помолвки с Тенебреем, а теперь ходишь с ним за руку всё время с самым счастливым видом.
Эти слова заставили меня задуматься. Неужели я так сильно изменилась? Да, я была против навязанных отношений и мне была близка проблема Линетты. Но при этом я никогда бы не поступала, как она. Я бы предпочла отстоять своё мнение другими способами. Однако Линетта не была мной, и у нее другой тип мышления, что был мне порой непонятен и чужд.
– Хорошо, я сохраню её тайну, – вздохнула я. – Но скажи ей, чтобы больше на меня не рассчитывала.
Кирана посмотрела мне в глаза исподлобья.
– Постарайся понять её. Только поняв, можно простить.
– Если со Стомианом что-то случится, я ей не прощу, – произнесла я и поняла, что слова сами вырвались, прежде чем я обдумала ответ.
В воспоминаниях тут же встала сцена в моем замке, которую мне показал Персципиатус в моём будущем. Тогда я сказала, что не могу простить королеву за то, что Стомиан разбился. Оракул не ответил мне на мой вопрос, была ли это Линетта. А теперь я была уверена, что речь шла именно о ней. Сердце защемило от боли и отчаяния. Сейчас я как никогда поняла, насколько реально то, что напророчил мне демон.
Зашла служанка и сообщила, что пора одеваться к ужину. Вскоре должна была вернуться леди Миарани.
Пока меня одевали и расчёсывали, я успела успокоиться и немного смириться с ситуацией.
Леди Миарани ждала нас в столовой, где был уже накрыт стол. Когда я спустилась, Линетта и Кирана уже ждали, стоя перед маркизой с виноватым видом. Причина выяснилась довольно быстро. Маркиза держала в руках злосчастный пузырек с противозачаточным зельем.
Неужели Линетта беспечно бросила его на столе в общей комнате? Скорее всего, так и было. А служанки, убирая со стола, нашли и передали флакончик, которого не должно было быть ни у одной из нас, своей хозяйке.
Я не могла поверить очередной глупости, что совершила племянница лорда Сенье. Как она могла?!
– Так чьё это? – строго спросила маркиза. – В моем доме вы находитесь под моей ответственностью и присмотром. Пусть я и не очень хорошо знаю лаэру Лейк, но не думаю, что моя будущая невестка привела в этот дом девушку, которая недостойна приличного общества. Перед вашими же родителями, леди Сенье, за вас отвечаю я. Поэтому спрашиваю еще раз: чьё это зелье и зачем оно вам?
Почему-то я в общество обвиняемых не вошла, на меня леди Миарани строгим взглядом не взирала.
– Это моё, – застенчиво ответила Кирана и покраснела.
С её стороны было очень благородно прикрыть Линетту. А по бледному, напуганному лицу и едва видимо трясущимся рукам блондинки я поняла, что Линетта напугана до смерти.
– Лаэра Кирана Лейк, вы думаете, я так глупа? – твердым и очень-очень спокойным голосом спросила леди. – Я сейчас буду говорить прямо, и не смейте на это обижаться! Я прекрасно знаю круг общения Лейяны и знаю, что вы далеко не невинная девушка. А так же осведомлена о том, чем вы занимаетесь сейчас и том, кем были и кем являются ваши родители. Я вас пустила в свой дом, посчитав, что, если леди Хардин посчитала вас достойной своего общения, то вы этого стоите. Это зелье не может быть вашим. Если бы оно вам понадобилось, вы бы сами сделали его для себя. Поэтому не врите мне!
– Оно для меня, – вдруг сказала я.
Все посмотрели на меня удивленно. Да я и сама удивилась себе. Разумней было молчать. Но леди Миарани – дама весьма строгая, и была вероятность, что она выгонит Кирану из своего дома, испортив подруге такой важный день. Девушка пострадала бы из-за своей доброты и бескорыстной помощи. А это было несправедливо.
– Я попросила Кирану принести его мне, – добавила я и еще больше смутилась.
В столовой наступило молчание.
Ну как ещё я могла защитить подруг? Если бы правда открылась, то «гениальный» план Линетты провалился бы уже сейчас. Пусть её мне было сейчас и не жаль, но я очень переживала за Стомиана. А Киране всё знающая маркиза не поверила бы. Но я подставила себя и сейчас судорожно соображала, что говорить дальше.
Однако маркиза больше ни о чём не спрашивала. Она опустила руку, и её лицо смягчилось.
– Идёмте ужинать, девушки, – разворачиваясь, позвала нас леди.
Вечерняя трапеза прошла напряжённо. Никто больше не разговаривал. Аппетит совершенно пропал. Мы все втроём заставляли себя есть, делая вид, что всё отлично. Линетта бросала на меня опасливые взгляды. Посматривала загадочно и с интересом леди Миарани. Виновато улыбалась Кирана. Я же чувствовала себя как под прицелом боевого заклинания.
