Текст книги "Адмирал моего сердца, или Жена по договору (СИ)"

Автор книги: Дарья Коваль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 36 страниц)

Обнаружив среди толпы императора, адмирал взял курс в его сторону. Тот находился в обществе аж четырёх леди одновременно, и что-то весело рассказывал им, отчего они звонко смеялись. Нас тоже заметил. А я поняла, что если мы не договорим прямо сейчас, то в скором времени у меня такой возможности вовсе не останется, и придётся терпеть до тех пор, пока не лопну от переполняющих мой мозг вопросов. Вот я и…

– Потому что эта Амалия твоя любовница и очень неловко выходит? – не смогла сдержаться, процедив сквозь зубы.

Вышло достаточно тихо. Но реакция вышла бурная. Аэдан остановился до того резко, будто в незримую стену врезался. Вместе с ним остановилась и я. А ещё через пару мгновений сильно-сильно пожалела о своём вопросе. Очень уж тяжёлым и мрачным чувствовался направленный на меня взор мужа.

– Это она тебе сказала? – поинтересовался.

Всё так же мрачно. Не менее мрачно отреагировала и я.

– Нет. Луиза. Баронесса Райхштадт была куда более красноречива и изыскательна в своей речи, когда рассказывала мне о том, что намерена и впредь проводить свои ночи в твоей постели.

 Слова слетели с моих губ легко, на этот раз без малейших сожалений. Если о чём и стоило сожалеть, так только о том, что Аэдан Каин на это мне ответил.

– Что ещё она сказала тебе?

Что ещё?

То есть, даже не отрицал ничего…

Так горько на душе стало.

Но я сделала усилие над собой, и ответила:

– Ничего из того, что мы с тобой могли бы обсудить прямо здесь и сейчас, при всех, – съехидничала максимально безразлично, отзеркалив его же недавнее высказывание.

Что хуже всего, мужчина смерил меня очередным тяжёлым мрачным взглядом, но дальше расспрашивать не стал. Музыка в зале сменилась на плавную и стала громче, а его ладонь сжала мою крепче, после чего Аэдан возобновил наше шествие. Но теперь уже не в сторону императора. Всего десяток шагов, и мы очутились среди танцующих пар.

– Что ты делаешь? – задала вопрос, который и сама едва расслышала.

Очень уж громко стучал в ушах ритм собственного сердца.

– А на что это похоже? – его голос прозвучал глуховато, словно доносился откуда-то издалека. – Мы будем танцевать.

Его рука уверенно легла мне на талию, притягивая ближе. Я замерла, чувствуя, как всё сильнее колотится моё сердце. Его близость, его запах, его тепло – всё это вдруг становилось невыносимо острым, почти болезненным.

– Не думаю, что хочу снова танцевать, – попятилась назад, собираясь разорвать наш контакт.

Мне бы лучше на воздух сейчас.

И неторопливо всё обдумать…

Успокоиться.

Но уйти так и не удалось. Стоило шагнуть назад и отвернуться, как Аэдан поймал за руку и вернул обратно. Вышло довольно порывисто, резко. Он фактически впечатал меня в себя. И непременно впечатал бы в самом прямом смысле, если б я не успела вовремя выставить руку, уперевшись ладонью в мундир.

– Танцевать с Адрианом ты тоже не хотела. Но танцевала. Или его общество для тебя теперь становится предпочтительнее, чем моё? – прокомментировал адмирал собственные действия.

Пальцы на моей талии впились в меня крепче. Последний мой выдох буквально застыл под их силой.

– Причём тут Ад… император? – удивилась.

– Даже ему ты улыбалась намного активнее и правдоподобнее, чем мне за последние минуты, – отозвался сухо Аэдан Каин. – Притом, что сама…

Сама?!

Официальная любовница, чьё наличие он не отрицал, тут была у него, а самая виноватая тут всё равно я?!

В чём именно, к слову, я виноватая, я так и не узнала.   Договаривать адмирал не стал. Сам себя оборвал. Резко выдохнул сквозь зубы. Вдохнул. Глубоко. Неторопливо. Выдохнул снова.

И на что, спрашивается злится?!

Если кому реально и стоит злиться, так это мне, разве нет?!

Разве что…

– С тех пор, как мы с тобой поженились, ты хоть раз видела, чтобы я близко общался с какой-нибудь другой женщиной, Сиенна?

И пусть на линкоре женщин вообще не было, если только из числа спасённых нами пассажиров лайнера, того я в самом деле не видела. Прислуга родового поместья, которой он едва ли бросил больше, чем пару скупых фраз, да и то чтоб представить меня в роли его жены, явно не в счёт. И с баронессой Аэдан Каин здороваться тоже не стал, проигнорировав все нормы вежливости, учитывая их знакомство.

Но!

– Меньше часа назад. Императрица, – заявила встречно.

– Она лишь находилась поблизости, пока я разговаривал с герцогом Байо, – противопоставил мой адмирал.

Я же, прищурившись, одарила его придирчивым взглядом, ища хоть какое-то свидетельство подвоха в его словах. Не нашла. Лицо моего адмирала по-прежнему хранило лишь мрачность.

– Ладно, не видела, – пришлось признать.

– Тогда с чего бы тебе рассуждать о том, что есть вероятность того, как я стану проводить ночи в чужой постели? – заметил он угрюмо. – Да ещё и потому, что так сказала та, кого ты видишь впервые в жизни.

Как ни странно, звучало… логично. Хотя осадок внутри –  слишком горький, так и остался остался комом в моём горле. Судя по тому, каким каменным до сих пор казался и сам Аэдан Каин, в нём напряжения оставалось ничуть не меньше.

Пришлось напоминать себе о том, что врагов в моей жизни и без того предостаточно, так что не стоит делать врагом в том числе собственного мужа. Да ещё и на глазах у местной знати, давая им очередной повод для сплетен. Так что я тоже принялась вдыхать и выдыхать, как ещё совсем недавно это делал мой адмирал, призывая себя к спокойствию. И это я очень вовремя постаралась себя утихомирить. Мир опять стал постепенно предательски качаться и куда-то уплывать. Пришлось хвататься за своего мужчину покрепче, забравшись ладошкой под полу частично распахнутого мундира, и прижиматься к нему в поисках опоры.

И надо отдать должное, это сработало!

Нет, приступ нагрянувшего головокружения никуда не делся. Зато прежде пронизанное напряжением каменное тело мужчины заметно расслабилось. А ещё чуть погодя он и вовсе обнимал меня совсем иначе. Бережно и аккуратно, больше поддерживая, нежели удерживая подле себя.

Закрыв глаза, я малодушно поддалась этому ощущению, уткнувшись носом в крепкое плечо, и позволила ему вести в незатейливом ритме танца. Но и тогда припомнила ему встречно:

– А тебе?

– Мне?

Пальцы, касающиеся моей талии, снова впились сильнее. Над макушкой раздался шумный выдох.

– Чем тебе танец с императором не понравился? Ты же понимаешь, что у меня не было выбора, – заметила тихо.

– Просто прекрати улыбаться всем подряд, пока твой муж вынужден смотреть на это издалека, а потом предъявлять ему за то, что было задолго до тебя, и тогда всё будет в порядке, – ворчливо произнёс Аэдан.

И тут меня озарило!

Ревность – штука не только коварная, но и обоюдная!

Ну а вслух:

– Ты это сейчас серьёзно? – ошалело уставилась на него.

Он в ответ – мрачно.

– Вполне, – подтвердил супруг.

Моя ладонь на его пояснице чувствовалась так, словно я не до мужчины дотрагивалась, а в костёр руку сунула. Горячо. Но убрать её я не рискнула. Всё-таки хорошо так, когда он настолько близко и никаких преград между нами.

– Ладно, больше не буду, – вздохнула. – Ни то, ни другое.

Звучащая мелодия подозрительно быстро закончилась, плавно преобразовалась в другую, а я остановилась и тут же пожалела об этом, потому что объятия моего адмирала исчезли. Впрочем, всё моё сожаление растаяло уже через секунду. Моя ладонь оказалась крепко сжата, хоть и немного иначе, а пальцев коснулся его лёгкий поцелуй, прежде чем Аэдан Каин увлёк меня в сторонку, чтобы перевести дыхание. Тогда-то я и вспомнила о самом важном, что узнала сегодня, будучи во дворце.

– Его императорское величество сказал, что армада идёт в Дархольм из-за меня. И королевы Арденны. За новым наследником.

– Это тоже не та тема, которую мы с тобой могли бы обсудить прямо здесь и сейчас, – припомнил муж недавнее высказывание нас обоих, но на этот раз ещё и в насмешливой манере.

Удивительно, но всё то плохое, что я испытала совсем недавно, испарилось, будто и не было ничего вовсе. Почему-то я не допускала и грана сомнений в том, что он мог меня банально обмануть. Хотелось ему верить. Или это у него поцелуи такие волшебные? Тем более что отпускать мою ладонь супруг не спешил. Как только мы остановились у одной из колонн зала, он подхватил бокал у одного из проходящих мимо лакеев, и плавно развернул меня к себе спиной, поставив лицом к танцующим парам, заодно вручив мне в руки бокал. Теперь жар его тела, тесно прижимающегося ко мне сзади, ощущался ещё острее, но я, как примерная личность, постаралась сосредоточиться на том, что находилось в бокале. Оказалось, вода. Прохладная, немного сладковатая. Вкусная. Освежающая. Мне понравилось.

– Ладно, не хочешь обсуждать Дархольм, тогда давай обсудим что-нибудь другое, – поделилась водичкой с супругом, вместе с тем постаралась сконцентрироваться на разговоре, а не на нашей провокационной позе на глазах у всей публики.

Сложное занятие, надо сказать!

Ведь Аэдан, ко всему прочему подхватив бокал вместе с моими пальцами, вновь склонился ко мне ближе, позволяя ощущать его дыхание на моей скуле, прежде чем сделал глоток.

– Например? – поинтересовался на ухо.

Твёрдо стоять на ногах снова становилось проблематично!

– Например… – отозвалась.

Но так и не придумала ничего дальше. У меня же ноги подкашивались, и это очень-очень отвлекало. А ещё…

– Кажется, меня снова тошнит, – признала очевидное.

– Снова? – хмуро уточнил мой адмирал.

Пришлось признаваться:

– Начало тошнить, после того, как я тоже взяла один из бокалов у лакея. Не такой, как этот, – кивнула на то, из которого мы оба только что пили. – Другой.

– Другой? – переспросил муж.

– Другой, – подтвердила. – Горький такой. И крепкий.

Меня аккуратно развернули к себе полубоком. Внимательно изучили мой несчастный вид.

– А я-то думаю, что с тобой не так… – обречённо вздохнул мой адмирал. – И много ты выпила? – посмотрел на меня уже пытливо и с ноткой укоризны.

– Немного, – созналась и в этом. – Глоточек. Или два.

– После того, как ты двое суток пребывала на пороге между жизнью и смертью, даже полглоточка алкоголя – это не немного, а очень много для тебя, – покачал головой мужчина.

Ладонь мою он всё-таки отпустил. Забрал и бокал. Вернул его тому же лакею, который как раз снова мимо нас проходил.

– Ладно, думаю, всё равно достаточно, – непонятно о чём постановил следом.

А затем и вовсе на руки подхватил!

Я от неожиданности аж охнула. И наверняка густо покраснела под заинтересованными взглядами толпы, пока мой супруг нёс меня на выход из зала. Сперва из зала, а затем и из дворца. Всё это время я тихонько шипела своему мужчине на ухо:

– Аэдан, – причитала, не зная куда себя девать, лишь бы не замечать косых взглядов со всех сторон, перемешанных с весьма специфичными шепотками. – Отпусти, я и сама дойду, не настолько сильно меня и тошнит, почти прошло всё, честно-честно. Ты с ума сошёл? На нас же все смотрят…

Реакции в ответ – ноль. Мой адмирал остался себе неизменен. В итоге я банально зажмурилась и смирилась.

Ещё бы мне не смириться, если в мужья достался такой идеал!

А с императором мы даже не попрощались…

Отправились прямиком в дом Арвейнов в Градиньяне. От дворца императора до него, к слову, было не так уж и далеко. Да и выглядел столичный особняк, пусть и менее масштабно, чем дворец, но всё равно величественно и внушительно. Высокие остроконечные крыши с многочисленными башенками и шпилями стремились высоко в небо, а массивные дымоходы, украшенные изящной каменной кладкой, придавали фасаду особую монументальность. Фасад особняка украшали замысловатые узоры, стрельчатые окна с витражами и декоративные арки. Центральным входом служила массивная дверь из тёмного дуба, украшенная коваными узорами, над которой возвышался балкон с витиеватыми перилами.

В просторном холле с высоким сводчатым потолком выстроилось в ряд не меньше сорока человек из числа встречающей нас прислуги во главе с дворецким. Но я и тут особой самостоятельностью не отличилась. Стоило мне тихонько заикнуться о том, что теперь-то уж точно пора поставить меня на ноги, мой адмирал лишь сурово отрезал:

– Сиенна, познакомься, это господин Фарли, – представил дворецкого, который почтительно склонил голову при упоминании своей фамилии, – а с остальными он тебя сам познакомит. Завтра.

И просто пошёл дальше!

Мне же не осталось ничего, как в очередной раз смириться. Ну и вернуться к оценке того, насколько же роскошен фамильный особняк у Арвейнов в Градиньяне. На стенах висели старинные портреты в тяжёлых рамах. Широкая лестница с витыми балясинами вела на верхние этажи, её ступени были устланы красной ковровой дорожкой. Аэдан стремительно поднялся по ним и направился в западное крыло дома, где располагались его личные покои. Стены здесь были обиты шёлковой тканью с ненавязчивый узором, а мебель выполнена из тёмного орехового дерева с изящной резьбой. В камине уже горел огонь, отбрасывая тёплые отблески на старинные гобелены. Нас явно ждали, и готовились к нашему приезду, это несомненно радовало. Особенно, если вспомнить, как моё прибытие встретили на Крез-д'Ор.

Мой адмирал бережно уложил меня на широкую кровать с балдахином, украшенным ручной вышивкой. Подушки были мягкими, словно облако, а одеяло – тёплым и уютным. Прежде чем устраиваться тут поудобнее, стоило бы не только скинуть с себя туфли, но и как минимум избавиться от платья. Вот только, несмотря на всю мою браваду о том, что мне лучше, и я всё могу сама, а ему не стоило таскать меня на руках, на самом деле головокружение и тошнота всё ещё не отпустили. А Аэдан каким-то неведомым образом как знал, что это так. Уложив меня, присел на край постели рядом и взял с тумбы поблизости графин с водой. Налив немного воды в низкий пузатый стакан округлой формы, напоминающей тюльпан, он поднёс его к моим губам. На этот раз водичка была без всяких примесей. Просто чистая вода.

– Пей, – скомандовал муж, так и продолжив держать стакан за меня, словно я сама была не в состоянии этого сделать.

Подчинилась. Это убавило чувство подкатывающей тошноты. Правда, мир перед глазами, наоборот, начал плыть активнее.

– Ещё, – попросила, надеясь, что добавка поможет справиться и с последним пунктом моего неудобства.

Зря понадеялась. Потому что предательски искажаться и подло качаться передо мной окружающий нас мир не перестал. И коверкался он теперь не только визуально, но и в моих мыслях тоже. Они вдруг все в желе превратились, смешиваясь и превращаясь в единое нечто, которому нет конца и края.

– Тебе лучше? – прищурился Аэдан.

Призадумалась. Даже не столько потому, что соображать стало сложно. Ведь навязчивое головокружение ещё не делало моё самочувствие действительно плохим. К тому же я сидела, и проблема с тем, чтобы удерживать себя на ногах, тоже исчезла.

А значит, мне вроде как в самом деле лучше?

– Наверное, – подвела нехитрый итог. Потом подумала ещё немного. И добавила: – И раз уж мне лучше, думаю, теперь точно самое время обсудить твою любовницу, которой у тебя теперь нет!..

Это точно я сказала? Вот и Аэдан Каин удивился. Правда не совсем тому, что я задала данный вопрос. Немного иному.

– Если её нет, что тут обсуждать? – улыбнулся.

И ох уж эта его улыбка!

Коварный…

–  Как это что? – прищурилась, стараясь не поддаваться на всякие отвлекающие улыбки. – Ты что, даже возражать не будешь?

– С чего бы мне возражать?

– Потому что я так решила? – предположила.

А он опять улыбнулся. Поймал мою ладонь. И поцеловал.

– Думаю, тебе следует всё-таки изучить свод по символике скрепления благословенных брачных союзов, жизнь моя, – заметил мягко.

Но меня этим не проведёшь!

– Я найду там что-нибудь о том, что мне не стоит больше никогда в жизни волноваться о всяких фаворитках или любых других любовницах, даже если ты с ними заговоришь? – прищурилась, глядя на него уже с подозрением.

Подозрения мои, к слову, были вовсе не напрасны. С учётом того, что сидящий передо мной Аэдан почему-то планомерно смещался в сторону и вообще размазывался неопределённым пятном, засомневалась, что он меня действительно слышит.

Провела рукой в воздухе, чтобы поймать сбегающее от меня изображение. Поймала. Или, вернее, оно меня. Я ж с кровати чуть не грохнулась, пока хваталась за почти упущенную возможность.

– Вряд ли ли настолько дословно, но в целом что-то вроде того, – рассмеялся непонятно чему мой адмирал.

Вышло как-то немного обидно. Но обижаться я не стала. Разум был куда больше занят иным.

– Хорошо. А можно мне ещё водички? – кажется, я собиралась сказать что-то другое, но... забыла, что именно.

Впрочем, это никакая не проблема.

– Нет, – усмехнулся опять непонятно чему Аэдан. – Водички, оказывается, тебе как раз нельзя, – сжал мои плечи немного крепче и усадил обратно на подушки.

Сперва усадил, а затем и вовсе уложил. Сам рядышком, предварительно скинув с себя мундир, тоже устроился, заботливо убирая все выбившиеся прядки с моего лица.

– И, раз уж мы выяснили, что никакой любовницы у меня впредь быть не может, поговорим о чём-нибудь ещё? – предложил, как только я устроилась удобнее, уложив голову ему на грудь.

Она мне гораздо удобнее всех подушек показалась. И теплее.

Ну а то, о чём он спросил…

– Кажется, я тебя приревновала, – выдала как есть.

Зачем призналась?

Ладно, спишем на то, что, кажется, я окончательно пьяна…

К тому же ответ меня несомненно порадовал:

– Кажется, я тоже немного, – услышала от него.

– Только немного? – возмутилась, приподнимая голову, чтобы иметь возможность смотреть ему в глаза.

В их внешних уголках скопились мелкие паутинки морщинок, когда мой адмирал вновь улыбнулся. Захотелось разгладить каждую из них, чем я и занялась, потянувшись к ним пальцами.

– Все остались живы, так что да – немного, – невозмутимо отозвался между тем Аэдан Каин.

– А что, могли и не остаться? – удивилась я.

На этот раз он ничего не сказал. Только улыбка превратилась в неопределённую ухмылку. Да и та быстро исчезла. А может мне всё показалось. У меня ж проблемы с восприятием.

– Ладно, не хочешь говорить и об этом, давай поговорим о чём-нибудь другом, – произнесла уже ворчливо.

Разгладить морщинки в уголках его глаз я тоже так и не смогла. Он мои пальцы намного раньше перехватил. Но я не жаловалась, я всё равно не в накладе. Мужчина же их снова поцеловал. А эти его нежные поцелуи до того мне нравились, что я бы ему и не такое простила, лишь бы только не останавливался.

– Например, жизнь моя? – вновь улыбнулся мне муж.

А я вспомнила, что мне не только его поцелуи нравятся.

– Очень приятно, когда ты так говоришь, – тоже улыбнулась. И задумалась: – Надо мне тоже придумать какое-нибудь ласковое обращение к тебе. Чтоб по-справедливости.

– По-справедливости? – развеселился мужчина.

Где-то здесь мои мысли окончательно спутались. Но я сделала усилие над собой, и всё равно выдала глубокомысленное:

– Угу.

Глаза тоже начали предавать и закрываться. Тошнота постепенно отступала окончательно, но на смену ей пришла бесконечная усталость. Потянуло в сон.

– Жду твои варианты, – послышалось от Аэдана.

То ли с очередной усмешкой, то ли всерьёз. Определить оказалось сложно. Не менее сложно было придумать ответ. Но я придумала.

– Дорогой? – предложила, обнимая супруга обеими руками, сдаваясь и прикрывая глаза. – Нет, звучит как-то по-канцелярскому.

– По-канцелярскому?

– Ну, знаешь, как будто я пишу тебе письмо или кучу приданого за тебя отвалила, поэтому ты теперь мой дорогой…  – пробормотала уже совсем сонно.

Сумбурность в моей голове постепенно накрывала темнота. И она уж точно была сильнее меня. Но я всё равно умудрилась рассуждать дальше:

– Может быть милый? – спросила, но ответа дожидаться не стала, сама же решила: – Нет, ты же вообще ни разу не милый. Весь такой суровый из себя и неприступный маг смерти, командующий непобедимой армадой.

Не видела больше его лица, но показалось, что мужчина снова улыбнулся. Улыбка чувствовалась и в его голосе, когда он укрыл меня одеялом и произнёс:

– Думаю, любимый вполне подойдёт.

С этим я была полностью согласна, да и сон брал своё, вот и промолчала. Тем более что в любви ко мне он уже признавался. Своей матери, помнится, правда… Но признался же. Теперь мой черёд. Как примерной жены. В браке без всяких фавориток и любовниц. Так что действительно вполне подойдёт.