Текст книги "Адмирал моего сердца, или Жена по договору (СИ)"

Автор книги: Дарья Коваль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 36 страниц)

Глава 15

Аэдан

Адмирал Арвейн остановился на террасе, обведя взглядом всех собравшихся в саду. Давненько не было такой беззаботной шумихи в этом поместье. Без всякой вычурности и пафоса, без лживых, надуманных поводов, лишь искренняя радость в глазах всех собравшихся. Народ по-настоящему увлекался угощениями и улыбался друг другу от чистого сердца, развлекаясь, кто как мог. Особенно заметно радовались детишки, которых так и тянуло к несравненно прекрасной Сиенне Анабель.

Всё это не могло не радовать и самого Аэдана Каина. Не омрачил его настроение даже незапланированный визит того, кого здесь быть сегодня точно не должно.

– Слышал, на тебя напали, – заговорил первым остановившийся рядом герцог Байо.

– Пришёл справиться, насколько удачно? – усмехнулся встречно адмирал Арвейн.

– Пришёл убедиться, что ты не подумал, будто я имею к этому какое-либо отношение, – фыркнул глава тайной канцелярии. – Это не я.

В том, что нападение случилось не по воле несостоявшегося тестя, адмирал и без того был твёрдо убеждён, ещё до появления герцога Байо в поместье Крез-д'Ор. В конце концов, Феликс Ксавьер всегда отличался хладнокровием и благоразумием, иначе бы не занимал столь высокий пост, к тому же ещё утром между его светлостью и Аэданом Каином были достигнуты некоторые договорённости, которые могут быть исполнены только если адмирал Арвейн будет жить. Обещание обеспечить содействие в вопросе отчуждения эмерийских островов, данное адмиралом, герцог Байо оценил куда выше капризов своей дочери, и счёл это более чем достаточной компенсацией за все неудобства, связанные с несостоявшейся свадьбой. К тому же, глава тайной канцелярии не мог не считаться и с тем фактом, что та, на ком вместо Луизы женился сам Аэдан Каин, являлась дочерью посла империи Гард. Посла, чью защиту Гард не сумел обеспечить. Последнее, к слову, Феликс Байо признавал уже не столь охотно.

– К тому же, прибыл вестник из Арденны, – спустя некоторую паузу, произнёс герцог. – Решил сообщить тебе лично.

Чем и заработал заинтересованный взгляд от собеседника. Жаль, порадовать его было особо нечем.

– Посол Рэйес в самом деле мёртв. Его смерть подтверждена, – выдохнул мрачно Байо.

Адмирал Арвейн болезненно поморщился и вновь отвернулся от гостя. О том, что посол Рэйес скорее всего давно поплатился перед кронпринцем Арденны за оскорбление самым жестоким способом, Аэдан Каин и сам предполагал. Но одно дело, когда ещё имелась хотя бы малая надежда на иной исход, и совсем другое, когда теперь придётся принести эту тяжелую весть той, кто наверняка до сих пор отчаянно надеялась на лучшее.

– Есть какие-либо доказательства о том, кто именно это сделал? – сухо поинтересовался адмирал.

– Нет, – скривился и сам герцог. – Гард не может выдвинуть никаких обвинений. Любые из них будут совершенно безосновательными. К тому же, насколько я понимаю, наше императорское величество не намерен провоцировать и разжигать войну с Арденной. Приходится действовать исключительно дипломатическими путями. Мы, конечно, постараемся, ещё что-либо разузнать и найти, но на данный момент прогнозы неутешительные.

Адмирал снова поморщился. Его пальцы сжались на перилах крепче, а покрытое тёмным лаком дерево пошло трещинами. Какое-то время мужчина молчал и мрачно размышлял об услышанном. А в итоге решил:

– Сделай всё, что в твоих силах, чтобы эти основания нашлись, Феликс. И если они действительно найдутся, я поддержу тебя не только в вопросе отчуждения эмерийских островов. Одна из золотодобывающих шахт на Крез-д'Ор станет лично твоей на ближайшие пять лет.

Золотодобывающие шахты на Крез-д'Ор – то, на чём держалась вся мощь и величие Великой армады под началом адмирала Арвейн. То, что принадлежало роду Арвейн из покон веков. То, что позволяло им быть независимыми во все времена. И то, чему мог позавидовать любой из самых влиятельных лордов империи. Получать доходы даже от одной из таких шахт в течении одного года – всё равно что стать несметно богатым. А тут целых пять лет! Неудивительно, что герцог Байо сперва ушам своим не поверил, изумлённо уставившись на такое предложение в лицо адмирала. Но то хранило по-прежнему лишь задумчивость, смешанную с мрачной решимостью, и ничего кроме.

А значит…

– Ты настолько ценишь свою жену? – сделал нехитрые выводы Феликс Ксавьер.

– Думаю, ты меня прекрасно услышал и понял с первого раза, нет никакой необходимости повторять, – только и сказал на это Аэдан Каин.

Глава тайной канцелярии кивнул. И подумал, что золотодобывающая шахта на Крез-д'Ор в личном распоряжении – более чем достойный и веский повод, чтобы немного отклониться от курса политики их императора и слегка превысить свои полномочия в арденском королевстве. Задерживаться около адмирала Арвейна более не стал. В скором времени откланялся, поспешив заняться делами. Сам адмирал какое-то время так и оставался на месте, бездумно рассматривая предающуюся веселью толпу. Градус хорошего настроения заметно снизился, и теперь мужчина думал, как бы не испортить его и другим. Вернее, Сиенне Анабель. Сказать позже? В более подходящее время? А бывает оно вообще? Такое время, чтобы можно было более безболезненно сообщить о смерти родного тебе человека?

Сколько бы ни размышлял, так и не придумал…

А потом оказалось, что Сиенна Анабель и вовсе покинула сад. Да ещё и не просто покинула. Собрав угощения для свекрови, отправилась к ней. И это невзирая на то, как та её приняла. Впрочем, чему удивляться? Если в ситуации с тем, как Сиенна обменяла свою жизнь на жизнь фактически незнакомого ей офицера, ещё можно было списать такую безрассудность на то, что девушка не совсем понимала, что делает, то, когда дочь посла была готова пожертвовать своей жизнью ради монахинь, которыми её шантажировал арденский кронпринц, всё выглядело более чем осознанным выбором. Тут впору только гордиться такому великодушию, ощущая как на сердце теплее становится при мысли о жене. Впрочем, вскоре эта мысль сменилась другой. Ведь Сиенна Анабель так и не вернулась, задержалась слишком уж надолго.

Пришлось отправиться за ней.

Долго искать жену не пришлось. Нашёл её в её же покоях. Хотя именно там – как раз не сразу. Поначалу, войдя в женскую спальню, встретил лишь темноту и пустоту. Зато различил шум льющейся в купальне воды. Дверь была заперта, но вряд ли это действительно могло стать препятствием для мага смерти. Может быть, в любое другое время нарушать и без того зыбкие границы личного пространства жены Аэдан Каин не стал, но она не откликнулась даже после того, как он постучал дважды.

Вот и вошёл, разрушив затвор.

И тут же наткнулся на валяющееся на полу снятое платье. Оно было снято не достаточно бережно и аккуратно, в некоторых местах шнуровка оказалась банально порвана. Вероятно потому, что платье Сиенна Анабель явно снимала сама. Хотя вряд ли возможно сказать, что таким образом она его безвозвратно испортила. Если что и портило наряд в самом деле, так это здоровенное пятно, которое, судя по увиденному, дочь посла предварительно пыталась отмыть.

Отмыть однозначно не получилось.

И это не единственное, что не понравилось ему…

Стекло в стеклянной кабине запотело от пара, такой горячей лилась внутри неё вода. И лилась она там давно. Где-то среди хлёстких потоков замерла и хрупкая женская фигурка, пока сверху по плечам била вода. Девушка уткнулась лбом в стену, опустив голову, сцепив ладони в замок на затылке. Аэдан Каин простоял не меньше минуты, наблюдая за ней, но жена так и не пошевелилась ни разу. Даже после того, как он вновь её позвал.

Какого?..

Створку в кабину он отодвинул, шагнул к ней ближе. Она вздрогнула от прикосновения его ладони к плечу. Резко обернувшись, рвано выдохнула. И… обняла. Как тогда, в монастыре. Крепко. Обеими руками. Прижавшись к нему всем телом. Хотя на этот раз не плакала. Лишь уткнулась носом в начинающий промокать адмиральский мундир. Шумно вдохнула. Снова выдохнула.

– Ты в порядке?

Вопрос был не из самых оригинальных, да и умом не блистал. Видно же, что нет. Но и что ещё сказать, Аэдан тоже не знал. Собрав тёмные мокрые волосы, убрал их назад, вынудил её посмотреть на него. И почти задохнулся, стоило ей поднять лицо, встретившись с ним взглядом.

Столько отчаяния в них он увидел…

Как окунуло в эту беспросветную бездну.

– Да, я в порядке, – слабо улыбнулась Сиенна, и определённо, солгала. – Просто задумалась, не слышала, как ты вошёл, – оправдалась следом.

И только потом сообразила, в каком именно виде пребывала, судя по смене эмоций, отразившихся на хорошеньком личике.

– Кхм… Я… – аккуратно отодвинулась, подумала, переосмыслила и заново придвинулась ближе к мужчине, уменьшая доступность обзора на своё обнажённое тело. – А ты зачем?.. Да ещё и вот так?.. – промямлила растерянно и задумчиво, заново обдумывая ситуацию.

На мужчину больше не смотрела, спешно перекидывала волосы вперёд, прикрываясь.

– Ты не мог бы?.. – промямлила снова. – Отвернуться. Выйти.

Просьба оказалась напрочь проигнорирована.

– Ты не откликнулась, – пожал плечами Аэдан Каин, вглядываясь в её лицо куда пристальнее. – Что случилось, Сиенна? Выглядишь ты совсем не так, будто ты в порядке, просто задумалась, – закончил сурово.

Не собирался пугать или давить, но сталь в голосе прорезалась сама собой. А рука непроизвольно сжалась в кулак. Ведь если учесть, куда именно Сиенна Анабель направилась, когда покинула сад, долго предполагать, чтобы докопаться до истины, не обязательно. Об этом, к слову, подумал не только он. Она тоже поняла, что муж и сам вполне мог догадаться.

– Просто с твоей мамой оказалось намного сложнее, чем я предполагала, – призналась со вздохом. – И… – продолжила, но тут же замолчала. – Забудь.

Забыть не вышло. Наоборот, адмирал Арвейн тут же  вспомнил не только о своей матери, но и про снятое платье вместе с тем, в каком виде оно теперь пребывало.

– Твоё платье поэтому испорчено? – спросил.

И шагнул назад, по-новой сжимая руку в кулак. Возможно, слишком сильно, раз уж даже послышался хруст суставов. Хотя далеко всё равно не ушёл. Девушка вдруг вцепилась в рукав мундира. Тот самый, в котором сжатая в кулак рука более не разжималась.

– Ты куда? – с подозрением уставилась на кулак.

Так и не отпустила.

– Разве не ты сама мне недавно сказала, чтобы я вышел? – усмехнулся в ответ Аэдан Каин. – Не находишь, что твой вопрос теперь противоречит этой просьбе и выглядит не особо логично?

– Возможно, – отозвалась девушка. – Но ты же, надеюсь, не к маме своей пойдёшь? Я вовсе не собиралась жаловаться, но если ты это сделаешь, всё именно так и будет выглядеть, – так и не отпустила рукав.

Странно, но весь вспыхнувший в сознании адмирала гнев тут же испарился, как не было его вовсе. Он даже улыбнулся, когда, немного погодя, Сиенна проворчала:

– У тебя вся одежда теперь мокрая, – тоскливо вздохнула. – И даже ботинки, – сосредоточилась на них.

В тот момент, когда он шагнул к ней, увидев, насколько уязвимой и расстроенной она выглядела, адмирал вовсе не думал о собственном облачении. А теперь уже поздно сожалеть. К тому же, именно это позволило ему ухмыльнуться и заявить ей в ответ:

– Значит, нужно это всё снять. Поможешь?

Девушка замерла с приоткрытым ртом, явно собираясь и вместе с тем не решаясь что-то встречно сказать. Зато румянец на кремовой коже, который появился ещё в тот момент, едва она поняла, в каком виде сама пребывала пред взором мужчины, стал заметнее. Вместо слов она лишь с шумом втянула в себя воздух. Тонкие пальчики дрогнули, коснувшись верхней пуговицы мундира, аккуратно вытащили ту из петли, плавно сместились к следующей, замерли на секунду, прежде чем вновь расстегнуть. И ещё одну. Вторую. Третью. Четвёртую. В лицо мужу девушка ни разу не взглянула больше. Даже после того, как мокрая ткань с её помощью сползла с его плеч. Сперва мундир. Затем и рубашка.

И вот тогда…

– Всё зажило! – изумлённо воскликнула Сиенна, взглянув в лицо мужу, когда вместе со снятой рубашкой, сползла и устроенная ею не столь давно повязка на ране.

Рана и правда зажила. Маленькие ладошки тут же легли на мужскую грудь, с дотошностью ощупав рельеф литых мышц. И вовсе не потому, что она ими залюбовалась, исключительно чтобы удостовериться, что глаза не обманывали свою хозяйку. Чем и вызвала очередную улыбку мужчины.

– Я маг смерти. Меня сложно убить, – напомнил Аэдан.

От обуви избавился сам.

А вот брюки…

Туда адмирал и направил любопытные девичьи пальчики. Те легли на пряжку ремня и нерешительно застыли на секунду, прежде чем Сиенна вновь посмотрела в глаза мужчине, а затем довольно расторопно, хоть и не с первой попытки расстегнула ремень на его брюках. Как и сами брюки. Они свалились вниз. Оставшаяся единственная деталь одежды на адмирале вскоре тоже.

Пауза…

Всего мгновение.

Длиной в вечность…

Ту, за которую Сиенна Анабель перестала дышать, медленно рассматривая своего мужа. Всего. Больше не прикасалась. Но словно не вода сверху – огненный водопад лился. С такой силой прижигал её взгляд. Пекло в лёгких. Призывая всю свою выдержку, Аэдан позволил исследовать увиденное столько, сколько ей захочется.

Да, то самое мгновение.

А в следующее…

В следующее ему пришлось призвать всю свою выдержку. Взять под железный контроль. И вытащить жену из-под воды. Закутать в мягкий халат. Сперва её, затем и себя. Отнести прямо в постель. Аккуратно уложить. И прижать к себе крепко-крепко. С мыслью, что всё-таки пора сообщить ей о том, что её отец погиб.

Вот только язык никак не поворачивался…

Зато заговорила она:

– За что твоя мама так ненавидит моего папту?

Шумно выдохнув ей в затылок, Аэдан Каин какое-то время молчал, а после сознался:

– Если честно, раньше я не особо задумывался над этим. Это чужая часть жизни. Не моя.

Сиенна невольно улыбнулась на такую прямоту и простоту мужской логики. И заметила тихо:

– Он бросил её у алтаря.

– Ты слышала? – удивился встречно адмирал.

Удивился не столько самому факту того, что его юная жена услышала часть разговора с императором за закрытыми дверями, сколько тому, что не только услышала, но и…

– Ты знаешь мёртвый Хидди?

Этот язык перестал быть разговорным больше трёх сотен лет назад, и встретить того, кто был с ним знаком – большая редкость. А уж если это леди, то и вовсе нереально. Было. До неё.

– Ты ушёл от ответа, – прокомментировала встречно реакцию мужчины Сиенна Анабель.

– Ты тоже, – усмехнулся Аэдан, а через короткую паузу добавил: – Спи. Тебе нужно отдохнуть.

Вовсе не это на самом деле он собирался сказать. Но о подтверждённом факте гибели его светлости сказать так и не смог. Оправдал себя тем, что его супругу ждёт бессонная ночь, если всё-таки скажет. А ещё пообещал себе, что обязательно поговорит об этом с ней завтра.

Сейчас же…

– Вряд ли я усну, – отозвалась девушка.

Немного поёрзав в мужских объятиях, она развернулась лицом к супругу и сама обняла его не менее крепко, после чего прижалась губами к колючей щеке.

– Хорошо, что ты есть, – прошептала.

– Хорошо, что есть ты, – улыбнулся он.

А уснула она в тёплых объятиях и правда быстро. И даже намного быстрее, чем рассчитывал сам адмирал.

Какое-то время он просто лежал рядом и смотрел на умиротворённое царством Морфея симпатичное личико…

А когда шумиха в саду постепенно стала стихать, знаменуя окончание празднования, укрыв поплотнее жену одеялом, Аэдан Каин торопливо оделся, чтобы покинуть спальню. Дверь, ведущую в коридор, закрыл максимально бесшумно. Направился прямиком к капитану Леджеру, которому было поручено оберегать благополучие Сиенны Анабель. Найти Элая не составило труда. Куда сложнее оказалось сдержаться во время последующего разговора. После того, как император покинул Крез-д'Ор, близкое присутствие супруги усмирило зародившийся в душе мага смерти гнев, но это не значило, что он исчез. Не исчез.

– Я доверил тебе самое ценное, что у меня есть. И ты плохо с этим справляешься, – прозвучало мрачное и тяжелое от адмирала, едва они оказались один на один.

Весь воздух вокруг в одночасье сжался вместе с прозвучавшими словами. Но капитан стойко сохранил невозмутимость. Каждый офицер знал, не стоило в такие моменты злить адмирала ещё больше своими оправданиями. Как знал и сам Элай, что совершил серьёзную ошибку, допустив встречу императора и леди Арвейн. Единственное, в чём он мог заверить, так это…

– Больше не повторится.

Аэдан шумно выдохнул. Вдохнул глубже. Уставился в ночное небо. Одним волевым усилием взял силу под жёсткий контроль.

– Есть что-то из произошедшего сегодня, о чём ещё я не знаю? – поинтересовался угрюмо.

– Да. Сегодня в поместье была младшая леди Байо. По приглашению вашей матери. Леди Сиенна Анабель в это время тоже находилась здесь.

Тлеющая в сознании ярость вспыхнула подобно извержению вулкана, стоило вспомнить, на каком обещании Аэдан Каин видел Луизу в последний раз.

– И я только сейчас об этом узнаю? – рука адмирала сжалась в кулак, в последний момент поймав выплеск мертвенной тьмы.

– Я и сам только недавно узнал, – сохранил невозмутимость Элай и тогда.

– Они виделись? Разговаривали?

– По моей информации – нет.

– Отныне ни одна из леди Байо не может появиться в этом доме, – мрачно заключил Аэдан, хотя и так знал, что возможности ни у одной из них больше нет, пока действует установленная изоляция границ острова.

Помнил об изолирующем контуре и сам капитан. Но всё равно тактично подтвердил вместе с кивком:

– Поставлю всех в известность.

– Хорошо.

Ничего хорошего, конечно же, на самом деле адмирал не увидел, скорее произнёс машинально, куда больше занятый не тем, как вежливо попрощаться со своим офицером, а тем, что следующей, кого ему непременно стоило навестить этим поздним вечером – вдовствующая леди Арвейн.

Она тоже ещё не спала. Пила чай на террасе, бездумно вглядываясь в полумрак опустевшего сада. Заметив приближение своего первенца, сделала последний глоток и негромко заметила:

– Выглядишь неважно.

Голос звучал ровно. Спина тоже выглядела исключительно прямой, плечи были расправлены, осанка привычно гордая. Лишь то, как женские пальцы побелели, цепляясь за чашку, выдавало в ней напряжение.

– Сегодня к тебе приходила Луиза, – проигнорировал её замечание о себе Аэдан. – Зачем ты пригласила её?

Его хмурый взгляд она встретила с присущим истинной леди видимым спокойствием и хладнокровием.

– Звучит так, словно я обязана была взять у тебя разрешение. Почему я не могу приглашать в свой дом того, кого мне захочется? Потому что этой твоей внезапной жене будет неловко или её настроение будет испорчено? – сама же спросила, сама и ответила. – Если уж хватило смелости выйти за тебя замуж, пусть наберётся храбрости и для того, чтобы держать голову прямо, встречая последствия своего бессовестного поступка.

Сжатая в кулак мужская рука ещё при разговоре с капитаном Леджером, сжалась по-новой, с отчётливым хрустом суставов. Сквозь пальцы сочилась тьма, но едва ли маг смерти это заметил. Хотя благоразумно остановился в трёх шагах от женщины, привычно держа дистанцию ото всех, кому мог бы невольно причинить вред.

– Нет. Не поэтому, – отозвался на циничное высказывание матери Аэдан. – Потому что я так хочу.

Собеседница изумлённо вздёрнула бровь.

– С каких пор тебя волнуют женские склоки? – криво усмехнулась. – К тому же, прекращение общения с домом Байо всё равно что признать вину в случившемся, – выдержала короткую паузу, а затем добавила провокационно: – Или ты считаешь себя виновным?

Утекающая сквозь пальцы тьма поползла по деревянному полу рваными клочьями, устремившись к подолу длинного платья. Но леди Арвейн демонстративно проигнорировала этот факт, поднялась на ноги и вовсе  отвернулась от сына, тем самым выказывая всё своё презрение по поводу обозначенного. Продолжила пить чай.

– Если тебе так хочется поддерживать общение со всеми леди Байо, делай это в любом другом месте. Не здесь, – тщательно подбирая каждое слово, произнёс Аэдан. – Я превосходно помню, что ты была хозяйкой в этом доме задолго до моего рождения, но если ты перестанешь считаться с тем, что этот дом мой, я найду себе другой. И не только себе. Зои также останется со мной. Это моё последнее тебе предупреждение, мама.

Презрения в её глазах меньше не стало. Наоборот. Лишь усилилось. Губы исказила злая усмешка.

– Что в этой девчонке такого особенного, что ты пренебрегаешь родной матерью в угоду ей? – гневно прищурилась. – Назови мне хоть одну достойную причину.

Адмирал ответил не сразу. Сперва наступил на подбирающиеся к вдовствующей леди Арвейн клочья тьмы, отчего те содрогнулись и неохотно, но вернулись к своему носителю. Затем Аэдан Каин сосчитал про себя до пяти. Всё-таки старших следует чтить и уважать. Особенно, если перед тобой та, кто дала тебе жизнь. Даже если она заблуждается в своих суждениях и неправа.

– Сиенна – моя жена. Я её выбрал. Теперь она часть нашей семьи. По-моему это более чем достойная причина, чтобы ты приняла её. И ты примешь. Как родную. Будешь ценить и уважать. И не станешь снова огорчать её.

– Часть нашей семьи? – фыркнула женщина. – Ты вообще помнишь, что такое семья, сын? Семья – это те, кто заботится о тебе. Те, кто приходит на помощь в трудную минуту. Те, кто оберегает тебя. Даже если тебе кажется, что это совсем не так. Я твоя семья, Аэдан! А не та, кого ты и сам толком не знаешь! Сколько вы знакомы? Два дня? Три? Пять? Если её отец когда-то спас твою жизнь, это ещё не значит, что он хороший человек! Он ужасный! Уверена, его дочь ничем ни лучше! Не знаю, каким немыслимым образом она убедила тебя жениться ни с того ни с сего, но я не настолько наивная! Так что придётся тебе придумать какую-то другую, более вескую и весомую причину, по которой я должна считать эту девчонку своей семьёй! – окончательно сорвалась.

И вздрогнула наряду с ударом кулака по перилам.

– Она мне нужна! Потому что я влюбился в неё с первого взгляда! Я полюбил её. Я люблю свою жену! – тоже повысил голос Аэдан Каин.

На самом деле мужчина собирался сказать вовсе не это. Но речь слетела с уст на удивление быстро и легко. Словно так и должно быть. Никак иначе.

– Сын... – потрясённо округлила глаза вдовствующая леди Арвейн.

Явно хотела добавить что-либо ещё, но слова никак не подбирались, а он дожидаться, когда пройдёт её шок, вовсе не стал. Продолжил куда более жёстко:

– Это достаточно веский повод для того, чтобы принять мой выбор, как считаешь, мама?

В её ответе адмирал не нуждался. Всё, что он собирался ей высказать, он уже сообщил.

Развернулся. И ушёл.