Текст книги "Адмирал моего сердца, или Жена по договору (СИ)"

Автор книги: Дарья Коваль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 36 страниц)

Глава 17

Крики чаек под палящим солнцем гавани Крез-д'Ор уносились далеко-далеко к линии горизонта, где волны сливались с небом в единое целое, и я вдохнула полной грудью солоноватый воздух, впитывая в себя это ощущение морских просторов.

– Знакомься, Сиенна, капитан этого линкора – Дамиен Джервэйс, – представил мой адмирал.

Высокий мужчина средних лет с сединой в висках склонил голову в качестве приветствия, а я улыбнулась в ответ. В прошлый раз, когда я была на борту корабля, нам так и не довелось познакомиться. И не только с капитаном. С адъютантами адмирала тоже. Они ведь угодили в лазарет. Но сегодня всё было иначе. Хотя, в отличие от представленного мне мужем капитана, я так и не узнала имена офицеров в тёмно-синих мундирах, ожидающих нас на главной палубе, только их фамилии.

– Морис, Раймонд, Хорас и Эймери, – поочерёдно перечислил Аэдан Каин.

Каждая фамилия выделялась паузой, за время которой тот, кого назвали, подобно капитану Джервэйсу, молчаливо поприветствовал меня, так что с тем, чтобы понять кто есть кто, проблем не возникло. Вся команда готовилась к отплытию, поэтому вскоре мужчины отправились по данным адмиралом поручениям. Он и сам тоже временно оставил меня, пообещав вскоре вернуться. Я же предпочла остановиться у края металлического поручня, за который уцепилась, наблюдая за тем, как серебрится в лучах утреннего солнца морская гладь, отражающая очертания величественно возвышающегося над водой линкора. Повсюду царила суета. Матросы сноровисто закрепляли последние швартовные канаты, то тут, то там слышались отрывистые команды офицеров, доносился лязг тяжёлых механизмов. Лёгкий шальной бриз играл с выбившимися из моей косы растрепавшимися прядями волос, а я снова и снова довольно жмурилась, улыбаясь этому дню. Очень уж взволнованно билось собственное сердце, предвкушающее будущее путешествие. Кажется, быть женой человека, проводящего существенную часть своей жизни в морях, мне нравилось всё больше и больше.

И вот, наконец, раздался оповещающий гудок, пронёсшийся вибрацией по всем палубам линкора, а вслед за ним я почувствовала, как едва уловимо качнулся пол под ногами. Корабль медленно начинал движение, но очень быстро набрал скорость. А вместе с ним и другие корабли, составляющие Великую армаду империи Гард.

– Тебе и правда здесь нравится, – послышалось в какой-то момент напоминанием о том, что я сказала когда-то сама, будучи на этом борту.

Очень близко послышалось. Так близко, что я могла не только услышать, но и ощутить тихий вкрадчивый голос, раздавшийся у моего виска, от наконец вернувшегося ко мне супруга. Невольно улыбнулась ещё шире.

– Конечно, – обернулась, взглянув в тёмные глаза Аэдана Каина. – С чего бы это было не так?

 – Ну, может быть ты просто рада покинуть Крез-д'Ор и перебраться в столицу, тем более, если это сразу дворец? – прищурился он.

И, кстати, раз уж он заговорил именно об этом!

– А что, обязательно прям всегда оставаться во дворце, пока мы находимся в Градиньяне? – полюбопытствовала встречно. – Если я правильно поняла, твоя армада всё равно останется в бухте, разве нет? Ну, или мы можем арендовать какой-нибудь дом в центре на это время, – предложила альтернативой.

Альтернативу Аэдан оценил. Но по-своему.

– Арендовать не обязательно. Дом в Градиньяне у нас и так есть, – отозвался с ответной улыбкой муж.

Кивнула. И задала новый вопрос:

– Большой?

Если честно, предпочла бы, чтоб нет. Чтоб небольшой, зато уютный и удобный. Но что-то упорно подсказывало, тут мои ожидания не совсем оправдаются, если уж это дом рода Арвейн.

– Тебе понравится.

Как бы ни хотелось вытянуть больше подробностей, не стала. Решила, что скоро и сама всё увижу своими глазами. К тому же все эти мысли быстро улетучились, едва меня отвлекла мужская рука, опустившаяся на металлический поручень поверх моей ладони. Аэдан придвинулся ещё чуточку ближе, окутывая теплом своих полуобъятий.

– Не замёрзла? – поинтересовался.

– Теперь точно нет, – покачала головой.

Он мягко улыбнулся, а я вернулась к созерцанию морских волн, на скорости рассекаемых линкором. Хотя на этот раз недолго я смотрела на них.

– Когда император сказал о том, что возможно мне будет интересна придворная жизнь, ты отнёсся к этому отрицательно. Но спустя сутки мы всё же направляемся туда. Что изменилось? – вновь посмотрела на мужа.

– Помнишь, как ты сказала, что иногда в поступках жены не стоит искать логику? Нужно просто принять это, как данность, – напомнил он встречно.

Я улыбнулась в знак подтверждения. А Аэдан Каин добавил:

– Иногда в решениях мужа не обязательно искать определённую причину. Нужно просто принять это, как заботу о жене и семейном благополучии.

Улыбаться я так и не перестала. Как и смотреть на него. Но теперь всем корпусом к нему развернулась, оставив металлический поручень за спиной.

 – Это из-за моей ссоры с твоей мамой, да? – догадалась.

Чем и заслужила пристальный прищур тёмно-карих, почти чёрных глаз.

– Ты не говорила, что вы поссорились, – заметил супруг.

Тут правота тоже была на его стороне. Но это не значило, что и я неправа.

– Но ты и сам догадался по пятну на платье. Верно?

Мой адмирал шумно выдохнул и придвинул меня к себе ближе, аккуратно обнимая ладонью за талию. Сухие мягкие губы коснулись моей макушки, а я позволила себе обнять мужа в ответ сразу обеими руками, спрятав лицо на его мундире от особенно сильного порыва ветра.

– Я поговорил с ней, – немного погодя, произнёс Аэдан.

– Да? – подняла голову. – И что сказал?

Сперва спросила, а затем замерла, услышав в ответ:

– Сказал ей, что люблю тебя.

Ветер продолжал трепать мои волосы. Теперь часть из них падала на лицо. Но я больше не стремилась избавиться от этого небольшого неудобства. Банально зависла. И на словах его. И на том, какой мягкой и тёплой виделась улыбка, с которой супруг смотрел на меня, пока говорил.

– Но ведь это… не совсем неправда, – не сразу, но нашлась со словами.

– Но вполне может ею стать, – невозмутимо ответил мой адмирал.

Смутилась. И опять уткнулась носом в его грудь, затянутую адмиральским мундиром.

Как-то слишком волнительно стало.

Сказал, может стать правдой…

От одной этой мысли моё сердце предательски застучало чаще. И перестать улыбаться тоже не получалось никак. Какое-то время мы так и стояли. Лично я бы и не стала ничего менять, но супруг рассудил иначе.

– Нам с тобой кое-что ещё нужно обсудить. Я собирался тебе сказать это ещё вчера, после визита главы тайной канцелярии нашей империи, но не стал. Ты и так была слишком расстроена. Герцог Байо принёс весть из Арденны. Посол Рэйес… – заговорил негромко Аэдан.

Его голос звучал осторожно и мягко. А ладонь ласково провела по моим волосам. Вряд ли потому что собиралась пригладить непослушные выбившиеся из косы прядки. Жест выглядел скорее попыткой утешить. А договаривать мужу и вовсе не пришлось.

– Я знаю. Нянюшка применила вызов по крови, чтобы связаться этим утром со мной, –  отозвалась тихо.

Тоже больше ничего не стала говорить. Но шумно выдохнула, когда объятия моего адмирала стали крепче. Лёгкий поцелуй коснулся моего виска, а затем ещё один, и ещё… И это даже не попытка соблазнить. Скорее напоминание о том, что он со мной, всегда рядом. По крайней мере, именно так было до тех пор, пока я не решила, что хочу ответить. И ответила. Потянувшись на носочках вверх, к мужским губам, обнимая его за шею.

Вот уж когда вся его сдержанность вмиг исчезла…

Каждый новый поцелуй словно касание морской волны – нежное, но настойчивое. Ладонь на моих волосах перестала просто гладить их, забралась глубже, сжалась в кулак, требовательно потянула чуть вниз, вынудила сильнее запрокинуть голову и открыться ему полнее, отдаваясь во власть его прикосновений. Другой рукой мужчина тоже не перестал обнимать, прижимая к себе крепче, а я охотно тонула в этом ощущении исходящего от него тепла и близости. Мир вокруг словно перестал существовать, оставил лишь нас двоих, посреди бескрайнего моря, в плену вспыхивающего желания быть ещё ближе друг к другу. Это чувство вдруг становилось таким острым и практически нестерпимым, захватывало каждую клеточку моего тела, что где-то в районе солнечного сплетения становилось почти больно.

– Пойдём в каюту? – с трудом оторвавшись от моих губ, спросил хрипло мой адмирал, пристально глядя своим бесконечно тёмным взором в мои глаза.

– Да, идём, – согласилась без всяких раздумий.

Сказать, сказала, но не уверена, что в самом деле смогла бы дойти. По крайней мере, самостоятельно. Ноги отказывались держать ровно и прямо. Колени предательски сохраняли слабину. Я сохраняла вертикальное положение до сих пор исключительно потому, что держалась за мужа. Не перестала я держаться за него и тогда, когда он перехватил одну из моих ладоней иначе, а затем потянул за собой в сторону знакомой по прошлому плаванию на этом линкоре каюты.

Знакомой, но и в то же время, как оказалось, нет.

Часть обстановки тут заменили. Кровать теперь стояла другая. Значительно шире. Более внушительным выглядел и новый шкаф. Это всё съело некоторую часть общего пространства, но в целом… В целом дальше я не додумала и не досмотрела. Просто потому, что банально невозможно о чём-либо думать, когда не только губы, но и всё сознание захвачено новым пленительным поцелуем.

– Я уже говорил тебе, как ты сегодня особенно прекрасна, жизнь моя? – прошептал Аэдан.

– Нет. Сегодня нет, – улыбнулась.

– Виноват. Исправлюсь, – покаялся он.

Шелковистая тёмно-алая ткань платья легко поддалась его гибким пальцам, скользнула вниз по моим плечам, словно лепестки увядающей розы. Каждая пуговка выглядела как маленькая рубиновая жемчужина, их было на моём платье много, бесконечно много... но мой адмирал успешно справлялся и с этим, его пальцы ловко высвобождали из миниатюрных петелек одну пуговичку за другой, создавая дорожку к обнаженной коже, пока он беспрестанно осыпал мою шею, лицо и плечи новыми горячими поцелуями. Каждый из них – чистейший соблазн, обещание, предвкушение чего-то пока ещё неизведанного, но неимоверно сладкого. Моё тело отзывалось на каждое прикосновение, словно струна, тронутая умелым музыкантом. Я закрыла глаза, позволяя себе утонуть в этом океане переполняющей меня чувственности. И ощутила себя хрупкой вазой в его сильных и таких уверенных руках, боясь разбиться, но в то же время жаждая быть разбитой на тысячи осколков. Это чувство обострилось особенно ярко в тот миг, когда я оказалась подхвачена им на руки, словно перышко, а после он опустил меня на мягкие подушки, нависнув надо мной, одаривая своим пристальным тяжёлым тёмным взором.

– То, что я сказал тебе на палубе. Я правда хочу любить тебя. И буду. Очень-очень долго, жизнь моя…

Ответила бы, но его губы в очередной раз нашли мои, и мир вокруг снова перестал существовать. Остался только этот поцелуй, глубокий, требовательный, словно Аэдан собирался выпить меня до дна. А когда мой рот вновь стал свободен, говорить уже всё равно не получалось. Только урывками хватать воздух и кусать губы, глубже прогибаясь в спине, пока даримые супругом поцелуи опускались всё ниже и ниже вдоль дорожки моего расстёгнутого им спереди платья. Оно так и осталось неснятым. Если только наполовину. Но и этого оказалось вполне достаточно для моего адмирала, чтобы запечатлеть очередной поцелуй где-то в районе чуть ниже пупка и вместе с тем забраться под задранный подол, вторгнуться между коленей, ласково скользнуть по внутренней стороне бёдер пальцами, уместиться между ними в самом их средоточии, и…

О. Боже. Ты. Мой.

Моё сердце перестало биться. И в то же время забилось так неистово, как никогда прежде.

А я впервые в жизни по-настоящему осознала, насколько разными могут быть поцелуи…

Судорожно комкая пальцами покрывало подо мной, я честно очень старалась, но сорвавшийся с моих губ стон едва ли возможно назвать тихим и сдержанным. Разве что потонувшим во всхлипе. И в вскрике.

Меня утопило в них.

В них. И бешеном биении собственного пульса.

Оглушило. Уничтожило.

Весь мир взорвался фейерверком ощущений, которых мне никогда не доводилось испытывать прежде.

Слишком сильные. Намного больше меня. И даже того, что я могла себе хотя бы представить. Ни с кем и никогда у меня ещё не бывало ничего подобного.

Но я их испытала…

И далеко не сразу вернулась в реальность. Быть может и не вернулась бы, но не вернуться к моему адмиралу просто-напросто невозможно. К нему. К его новым поцелуям. Успокаивающим. И одновременно с тем заново пробуждающим.

– Аэдан… – обронила я тихо, желая выразить всё то, что я сейчас чувствовала. – Это… Мы…

Правильные слова никак не подбирались. Да и подбирать не пришлось.

– Мы только начали, жизнь моя. Я же сказал, я собираюсь любить тебя очень-очень долго…

Его тихий вкрадчивый голос разнёсся среди стен каюты. Остался в моей голове, в самом сердце. Как музыка, ласкающая слух обещанием вечности, заключенной в моменте. Вместе с горячим дыханием на моей шее, что оставило дорожку мурашек, отбирая последние мысли. Они улетучились, оставив место лишь ощущениям. Его руки, его губы, его запах… Всё это будоражило и сводило с ума. Даже тяжесть веса его горячего и сильного тела, прижатого к моему. Он целовал меня в шею, в плечи, будто бы собирался заклеймить каждый сантиметр моей кожи, и я чувствовала, как таю под этим напором, как исчезает грань между мной и им. Я больше не знала, где заканчиваюсь я и начинается он. По крайней мере, до того момента, как он отстранился, но ровно настолько, чтобы было удобнее снять мундир. Сперва мундир, затем и рубашку. На ней пуговиц оказалось гораздо меньше, чем на моём платье, но и я справлялась не настолько расторопно и легко, как мой адмирал. Хотя очень старалась. Наверное во всём виноват новый подаренный им мне поцелуй. Он здорово отвлекал. Долгий и чувственный. До головокружения, в очередной раз сбившегося дыхания и потемнения в глазах. Пробуждающий всё новые и новые желания. Зарождающий во мне что-то немыслимое, то, что гораздо больше, чем я сама. Словно само время собиралось вот-вот остановиться, в этот момент если кто и мог существовать, так только мы вдвоем.

– Аэдан… – выдохнула я едва слышно, как только справилась с половиной непослушных моим пальцам пуговиц на мужской рубашке.

Не удержалась и провела кончиками пальцев по открывшемуся моему взору шраму, который тянулся от мужского плеча к ключице, а мой адмирал вздрогнул, словно от электрического разряда. И вновь прильнул к моим губам, позволяя почувствовать, как жар от его тела перетекает в моё, разгоняя кровь по венам.

А потом вдруг что-то изменилось…

Мужчина замедлился. Замер. Ещё миг, и он оторвался от моих губ. Его взгляд по-прежнему был полон жажды и желания. Но теперь он смотрел на меня и одновременно с тем куда-то гораздо дальше. Сам взгляд потемнел настолько, что стал чернее ночи. А когда я напряглась, тут же уловил это изменение во мне и ласково провел рукой по моей щеке, заправляя выбившиеся прядки волос мне за ухо. Но не более. Немного погодя и вовсе, тяжело выдохнув, прикрыл глаза, словно пытался что-то уловить, прислушивался к чему-то, что находилось за пределами нашей каюты. В какой-то момент даже дышать перестал. Как в камень превратился. Неудивительно, что  напрягаться, несмотря на успокаивающий жест супруга, я так и не перестала. Наоборот. Но позволила себе лишь протянуть ладонь и коснуться его щеки, задевая проступающую колючую щетину. В ответ Аэдан прижался плотнее к моей ладони, мягко накрывая её поверху своей рукой. В таком положении мы провели ещё несколько минут. И только после того, как пронизывающее напряжение моего адмирала ослабло, я позволила себе тихонько поинтересоваться:

– Что-то случилось?

В ответ мужчина поймал другую мою руку, ещё совсем недавно старавшуюся стащить с него рубашку. Перевернув, прижался губами в самый центр запястья.

– Нужно выйти на палубу.

Аэдан поднялся. Поднял и свой мундир, прежде отброшенный нами на край постели. Моё сердце всё ещё колотилось в груди, словно пойманная в клетку птица. Утихомириться, судя по ощущениям, не планировало. Как и возникшая из ниоткуда тревога никак не отпускала, лишь усиливалась. Наверное, именно поэтому я совсем не вспомнила о своём нынешнем внешнем виде, как и о том, что это может быть не совсем уместно, просто сказала:

– Могу я пойти с тобой?

Совсем не хотелось повторения прошлого раза, когда я вышла на палубу в самый неподходящий момент, не ведая о том, что не следовало этого делать.

– Конечно, – протянул мне руку муж.

Помог не только подняться, но и справиться с возвращением моего платья в прежний подобающий вид. Я в свою очередь застегнула все расстёгнутые пуговицы на его белой рубашке. А вот тратить время на мундир мой адмирал не стал, просто накинул тот поверху на правое плечо и, взяв меня за руку, вывел из каюты. Мы направились прямиком к носу корабля.

Шальной бриз очень быстро домучил остатки собранности моей косы, но едва ли меня это взволновало. Я смотрела в лицо Аэдана Каина, пытаясь разгадать, что его так встревожило, но так и не решившись спросить напрямую. Банально не хотела помешать. Его взгляд слишком сосредоточенно был устремлён вдаль, в безграничную лазурь волн впереди всей армады. В воздухе постепенно собиралось напряжение, будто перед надвигающейся грозой. Несмотря на то, что горизонт был безупречно чист. Не знаю сколько это длилось, пусть и не сразу, но моё терпение в итоге оказалось вознаграждено, и я наконец узнала, что послужило тому причиной.

– Я маг смерти. Ощущать смертью – моя врождённая способность, – пояснил Аэдан, повернув голову к западу, глядя в том направлении хмурым сосредоточенным взглядом. – Кто-то гибнет. Медленно и мучительно. Прямо сейчас. Там, – указал уже для меня.

А не для меня:

– Скажи капитану Джервэйсу сменить курс на северо-запад. Верный и Бесстрашный за нами. Построение клином. Армада продолжает курс на  Градиньян.