Текст книги "Дампир. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Барб Хенди

– Греймасга! – крикнул с высоты Ахаркнис. – Погляди на берег!

Хкуандув повернулся, оперся на обращенный к берегу фальшборт.

Даже издалека было видно, как солнце искрится в светлых волосах тех, кто шел по песчаному берегу. Их рослые силуэты с каждой минутой становились все более узнаваемы. Хкуандув понял, что видит перед собой моряков с корабля Ан'Кроан… но почему они на суше и где их Первенеан?

– Чужаки с ними? – запрокинув голову, крикнул он.

– Нет. Я вижу только Ан'Кроан.

Прозвучал приказ капитана, и матросы, перекрикиваясь, начали готовить к спуску ялик. Несколько эльфов на берегу увидели приближающийся корабль, замахали руками и сорванными с плеч плащами.

Хкуандув прыжками спустился по лестнице бака, поближе к ялику, который опускали за борт.

– Ахаркнис, слезай! – гаркнул он.

И обвел взглядом море, но так и не увидел того, другого Первенеана. Что же сталось со Сгэйльшеллеахэ, Ошей и… людьми?

Как только корабль стал на якоре, Хкуандув шагнул к проему в фальшборте и взялся за швартовочный канат ялика. И тут хкомас решительно вырвал у него канат.

– Это уже не твоя забота, – бросил он. – Наши соплеменники терпят бедствие. Помочь им – куда важнее этой твоей миссии.

Хкуандув едва не дал волю гневу. Тем не менее хкомас был прав, он имел основания говорить так резко – да и кто бы мог его упрекать? Анмаглахки по одному лишь слову Вельмидревнего Отче захватили власть на его судне и помыкали его командой, словно шайкой жалких илладонцев.

– Мне нужно узнать, что случилось, – объяснил Хкуандув, – и чем скорее, тем лучше.

– В таком случае, греймасга, ты можешь отправиться вместе с моими матросами.

Жесткий тон и слова хкомаса не оставляли сомнений в том, кто сейчас командует кораблем.

– Можешь задавать свои вопросы, – добавил хкомас, – если только они не потревожат потерпевших бедствие.

Хкуандув медленно кивнул. Жестом приказал своей группе ожидать его на борту и проворно спустился в ялик.

Когда суденышко подошло ближе к берегу, двое моряков зашли в воду, чтобы помочь ялику причалить. Хкуандув увидел, что многие из этих несчастных обожжены и ранены, и сердце его сжалось. Он пересчитал потерпевших бедствие – выходило по приблизительным расчетам, что здесь недостает по крайней мере четверти обычного торгового экипажа. К нему подошел пожилой эльф, у которого голова была повязана коричневым шарфом. На руках и лице у него были сильные ожоги.

– Анмаглахк?! – изумленно воскликнул он. – Как ты сумел так быстро найти нас? Тебе сообщил Сгэйльшеллеахэ?

– Ты – хкомас? – вопросом на вопрос ответил Хкуандув. – Где ваш корабль? Где Сгэйльшеллеахэ?

Даже с точки зрения самого Хкуандува, эти вопросы прозвучали холодно и бездушно.

– Мы узнали о налете на прибрежное поселение, – сказал хкомас, – а потом наткнулись на илладонское судно и стали его преследовать. Илладонцы напали на нас, не щадя собственного судна… и сожгли Первенеан.

Хкуандув содрогнулся, не веря собственным ушам.

– Наш хкеда выпустил «пловца», – прибавил хкомас, – и «пловец» потопил илладонское судно.

– У вас на торговом корабле были «пловцы»?! – воскликнул Хкуандув и тут же махнул рукой, не дав хкомасу ответить. – Но что же стало со Сгэйльшеллеахэ?

Хкомас насупился – он явно не ожидал, что разговор примет такой оборот.

– Он вместе с людьми и маджай-хи двинулся берегом на юг.

– Пешком?

– Ясное дело, пешком! – огрызнулся хкомас. – Как же еще?

Стыд захлестнул Хкуандува, когда он взглянул на изможденные, покрытые ожогами лица и испуганные глаза своих соплеменников. Их корабль был убит, с ним погибла добрая четверть экипажа, а он, Хкуандув, между тем бездействовал и глазел на море, дожидаясь доклада Авранверд. Должно быть, она погибла в бою, иначе бы наверняка связалась с ним.

– Прими мою скорбь, – искренне прошептал он. – Мы возьмем всех вас на борт и доставим домой.

Хкомас закрыл глаза и кивнул.

В ялик прежде всего погрузили тяжелораненых. Когда прибыли еще два ялика, Хкуандув первым вошел в полосу прибоя. Он подтянул один из яликов к берегу и помог забраться в него своим соплеменникам. Когда последний из них поднялся на борт, Хкуандув коснулся руки хкомаса:

– На нашем корабле есть и другие мои собратья по касте. Передай им, пожалуйста, что я жду их здесь и пускай возьмут с собой все наши вещи. Скажи им, чтобы попросили у матросов белой ткани или парусины – сколько смогут дать. Доброго и мирного пути тебе.

Хкомас кивнул:

– И тебе… куда бы ты сейчас ни направился.

Стоя на берегу, Хкуандув проводил взглядом ялики, которые, преодолев полосу прибоя, направились к кораблю. Он остался один. Или нет?

Наклонив голову к плечу, он прислушался к звуку приближавшихся сзади шагов.

То и дело этот звук затихал, когда идущий неуклюже пытался ступать бесшумно. Хкуандув обернулся лишь тогда, когда понял, что этот следопыт-любитель подошел на расстояние вытянутой руки. Обернулся и увидел девушку с толстой косой и в несуразно больших башмаках.

– Я – Авранверд, – негромко произнесла она.

Хкуандув сумел скрыть удивление.

– Почему ты не села в ялик вместе с остальными? – строго спросил он.

Девушка опешила на миг, потом ответила:

– Мое место рядом с тобой…

– Почему ты не вызвала меня в условленный срок?

– Все случилось так быстро! – затараторила Авранверд страдальческим голосом. – Палуба горела, я не могла отлучиться и послать сообщение. Я… я пыталась помочь, но вокруг все горело, и…

Хкуандув беззвучно выдохнул через приоткрытые губы. Эту девочку не в чем винить. Она не анмаглахк, и не следовало давать ей задание, с которым мог бы справиться только анмаглахк.

– Ничего страшного, – сказал он. – Ты исполняла свой долг. Другого от тебя никто бы и не ожидал. – И, дождавшись, когда Авранверд овладеет собой, спросил: – Ты можешь подробнее рассказать, что произошло?

Девушка шмыгнула носом и рассказала о том, как они обнаружили пиратское судно и как странно вели себя при этом Магьер и маджай-хи. Она рассказала о женщине Ан'Кроан, подвешенной вниз головой за бортом илладонской шхуны, рассказала, как перерезали веревку и женщина упала в море и как Сгэйльшеллеахэ прыгнул с корабля, чтобы спасти ее. После этого события так смешались, что Авранверд почти ничего не смогла припомнить – только то, как моряки пытались погасить пламя, пожиравшее корабль.

Хкуандув слушал ее рассказ молча и терпеливо.

– Но на берегу, – закончила Авранверд, – Сгэйльшеллеахэ бросил нас и ушел! Я сказала ему, кто я такая, сказала, что меня послал Вельмидревний Отче, но Сгэйльшеллеахэ отказался взять меня с собой и ушел вместе с этими людьми.

Хкуандув на мгновение заколебался.

– Ты ведь не рассказала ему обо мне? – все же спросил он.

Девушка выпрямилась.

– Нет, конечно! Моя миссия была в том, чтобы следить за людьми и обо всем сообщать тебе. Только теперь я не могу ее исполнять.

– Об этом не беспокойся. Возвращайся к своим сотоварищам, и скоро ты будешь дома.

Авранверд изумленно уставилась на него, и ее юное лицо вытянулось.

– Но я… я должна быть с тобой! Я сделала все в точности так, как хотел Вельмидревний Отче.

Хкуандув не знал, как на это ответить. Что пообещали этой девочке?

– Мне придется идти быстро, – сказал он. – Я со своей группой двинусь на юг, а тебе надлежит на этом корабле вернуться домой.

– Нет! – почти выкрикнула Авранверд. – Я анмаглахк! Мне обещал Вельмидревний Отче! Я помогу тебе выследить Лиишила и людей.

Хкуандуву было жаль эту девушку: она столько сделала для касты и ей столько довелось пережить. Но он не намерен был объяснять, что для такого похода требуются навыки и умения, которыми Авранверд не обладает.

Эгоистичная, дерзкая, непослушная – нет, никогда ее не примут в ученицы. Нрав у нее совершенно неподходящий для анмаглахка. И как только мог Вельмидревний Отче дать такое обещание тому, кто изначально не годится для касты? Но сейчас Хкуандуву оставалось только одно: солгать, чтобы спасти Авранверд от себя самой.

– Если ты анмаглахк, – сказал он сурово, – ты исполнишь приказ старшего собрата по касте. Ступай к своим сотоварищам и вернись в Гайне Айджайхе.

– Нет! – исступленно выкрикнула она. И тут же съежилась, испуганно глядя на Хкуандува, словно непокорный ребенок, запоздало пожалевший о своей выходке.

– Мне сопроводить тебя на корабль? – холодно спросил Хкуандув.

Авранверд крепко сжала губы, но глаза у нее предательски заблестели. Не дожидаясь, пока скатится первая слезинка, она круто развернулась и уселась на прибрежную гальку.

Хкуандув не проронил ни слова и только смотрел, как от далекого корабля отчалил и направился к берегу ялик, в котором сидели его сотоварищи. Отчасти он сожалел, что испытывал неприязнь к этой девочке, которая так прилежно снабжала его сведениями, необходимыми для исполнения миссии. Впрочем, жалость далеко не всегда во благо тому, кого жалеют. В конце концов, если он попытается утешить Авранверд, это только усугубит ее страдания.

Ахаркнис, Курхкаге и Денварфи соскочили в полосу прибоя и вытащили ялик на берег.

Авранверд была безмолвна и неподвижна, как прибрежный камень. Когда спутники Хкуандува с вещами присоединились к нему, девушка наконец забралась в ялик. Двое матросов столкнули суденышко в воду.

Что-то дрогнуло в душе Хкуандува, и он, повинуясь внезапному порыву, крикнул вслед:

– Во тьме и безмолвии… Авранверд!

Девушка даже не повернулась, словно и не слышала его.

– К чему это было? – спросила Денварфи, провожая взглядом Авранверд.

– Ни к чему, – ответил Хкуандув.

Впервые в жизни он солгал Денварфи. Его послали выслеживать – а может быть, и предать – собратьев по касте, в том числе благородного Сгэйльшеллеахэ. И вот теперь оказалось, что Вельмидревний Отче дал ложное обещание незрелой девчонке. Очевидно, что Авранверд уже подавала прошение о приеме в касту и получила отказ. С чего бы еще ей предложили такую странную миссию и с чего бы еще она так исступленно цеплялась за нее?

Хкуандув взял себя в руки и изгнал из сердца сомнения.

Вельмидревний Отче всегда ставил превыше всего благо своего народа. Если он так поступил, значит, у него был далеко идущий замысел.

– Сгэйльшеллеахэ будет по возможности дольше держаться побережья, – сказал Ахаркнис. – Если он и его подопечные ищут какое-то место, расположенное в горах, им придется обогнуть Кинжальный кряж. Они обогнали нас на добрых полдня.

Здравое замечание.

– Тогда в путь, – бросил Хкуандув и, развернувшись, побежал на юг.

И все же один раз он украдкой оглянулся на корабль, живой Первенеан, все еще видный в морской дали. На этом корабле, отливавшем зеленью в лучах солнца, плыла девушка, чью заветную мечту уже дважды разбили вдребезги.

* * *

Когда Сгэйль объявил привал, Винн едва сумела скрыть ликование.

После стольких дней, проведенных на корабле, пеший переход давался ей с невероятным трудом. К полудню ноги уже подгибались от слабости, а ближе к закату она едва держалась, чтобы не рухнуть без сил. И что хуже всего, никто из ее спутников не испытывал ничего подобного.

Лисил был только рад размять ноги на твердой земле, а одержимое стремление Магьер на юг словно усилилось вдвое. Сгэйлю несколько раз пришлось просить ее замедлить ход. Даже Мальцу стоило больших усилий все время бежать впереди Магьер.

Бредя в самом хвосте отряда, Винн разглядывала своих спутников. Порой ей казалось, что в их лицах эхом отражались ее скорбные воспоминания о предыдущей ночи. Пламя, дым и крики… и золотисто-коричневая палуба живого корабля трескается и чернеет под напором огня – как ни старалась Винн, ей не удавалось отогнать видения.

– Стойте! – крикнул Сгэйль. – Нам надо разбить лагерь.

Магьер, шагавшая впереди, круто обернулась:

– Да сейчас еще совсем светло!

– Нам надо подготовиться к походу в горах, – объяснил он. – И сегодня, и в последующие дни мы должны будем использовать все светлое время суток, чтобы собрать необходимые припасы.

К тайной радости Винн, Лисил сбросил на землю свой мешок:

– Он прав. Помоги мне развести костер.

С этими словами он протянул руку к Магьер. Она пару раз выдохнула сквозь зубы, но все же позволила Лисилу взять ее за руку и повести за собой.

Оша собрал все вещи отряда у поваленного дерева на гребне берега, и Винн присела на корточки рядом с ним, укрывшись от ветра за этой естественной преградой.

– Хорошее место для стоянки, – сказала она.

Оша кивнул, но взгляд его был устремлен поверх выбеленного непогодой ствола – в ту сторону, куда Лисил отвел Магьер. Винн от души понадеялась, что полуэльф уговорит Магьер смириться с задержками в их продвижении, и принялась обследовать взятое с собой снаряжение и припасы.

До сих пор у нее не было случая взглянуть, что именно Лисилу удалось вынести с корабля. Сам он уверял, что эльфийское стило, чернила и куски пергамента, которые подарил девушке Глеанн, должны лежать в одном из мешков. Подошел Малец и уселся рядом с Винн.

Винн осмотрела рукава своей куртки. Она уже надевала ее пару раз, уступая желанию Магьер, однако новая одежка показалась ей чересчур тяжелой и сковывающей движения… а плащ Чейна так и сгинул в огне.

А где кристалл холодной лампы?

Винн вздрогнула от неожиданности, услышав этот вопрос Мальца, и сунула руку под куртку, в карман эльфийской туники.

– Не волнуйся, на месте, – ответила она.

Оша озадаченно глянул на нее, решив, видимо, что эта реплика предназначалась ему.

– Не обращай внимания, – сказала ему Винн. – Это так… ерунда.

Оша наморщил лоб и пошел собирать хворост.

Сгэйль опустился на колени, чтобы обследовать содержимое дорожных мешков. Его смуглое красивое лицо оказалось совсем рядом. С тех пор как они повстречались впервые, Сгэйль разительно переменился, хотя в компании Винн по-прежнему держался отчужденно.

– У нас есть котелок? – спросил он.

И они стали в четыре руки вытаскивать из мешков все подряд. Винн обнаружила увесистый мешочек с травяным чаем, а также несколько кремней, мотки тонкой веревки, скрученной из шелковых волокон, три фляги для воды, но только две деревянные кружки. Придется им пить по очереди.

– А, вот он, – промолвила Винн, доставая из мешка жестяной котелок. – Мы можем кипятить чай, но запас питьевой воды надо будет пополнить, и очень скоро.

– По пути найдутся ручьи. Зато выше, в горах, придется растапливать снег, чтобы наполнить фляги.

Винн окинула взглядом прочее имущество отряда, не слишком многочисленное.

– Лисил прихватил кусок парусины и пару небольших одеял. – Девушка вздохнула. – И ни крошки съестного… а ведь Магьер столько всего подготовила для этого похода. Чего мы не могли предвидеть, так это кораблекрушения.

Сгэйль сунул руку за спину, под плащ, и вынул сложенный в несколько раз квадратик серо-зеленой ткани. Встряхнул его – и глазам Винн предстал солидных размеров мешок с тесемкой на горловине.

– Пойдем, – сказал Сгэйль. – Топливо для костра в горах будет добыть куда труднее, чем воду.

Винн не очень поняла, что он имеет в виду, но послушно пошла за ним в лес, который рос вдоль берега. Малец увязался за ней.

Местный пейзаж был суров, но привлекателен. Волны с рокотом накатывали на берег, оставляли на прибрежной гальке влажные пенные дуги и мелкими брызгами разбивались о зубчатые обломки скал. На грузных глыбах предгорий тут и там теснились осины и ели, а еще выше Винн разглядела густые купы сосен. К западу врезались в небо заснеженные пики Кинжального кряжа, а когда Винн поглядела строго на юг, ей показалось, что она различает вдалеке край горного хребта. Где-то в том направлении пролегал их путь в горы – Щербатые Пики.

– Вот, гляди, – сказал Сгэйль и присел на корточки.

Винн вскарабкалась по крутому откосу между деревьями и увидела, что Сгэйль указывает на кучку помета, лежавшую у корней осины.

– Олений? – спросила она. – Хочешь поохотиться?

– Нет, я пойду искать под прибрежными камнями моллюсков, а ты собирай помет и складывай вот в этот мешок.

– Что-что? – переспросила Винн.

– Если у меня или Оши найдется время, мы тебе поможем, – прибавил Сгэйль. – Это надо будет делать каждый вечер, до тех пор пока у нас есть такая возможность. Потом мы высушим все это у огня.

Винн наморщила носик:

– Ты хочешь, чтобы я собирала… дерьмо?

– Ну конечно, – ответил Сгэйль с таким видом, словно и не требовалось ничего объяснять. – Судя по скудному описанию Магьер, мы поднимемся гораздо выше верхней границы лесов, а стало быть, в тех местах топлива для костра будет очень мало или не будет вовсе. Сушеный навоз хорошо горит, и вполне вероятно, что больше нам греться будет нечем.

– А… разумно, – пробормотала Винн, хотя порученное дело все равно вызывало у нее отвращение. И, опустившись на колени возле осины, крикнула: – Малец, а ну-ка поработай носом!

Пес ворчливо тявкнул и выразительно облизал вышеуказанный нос, но тем не менее принялся обнюхивать каменистый склон. Когда Винн подняла голову, Сгэйль уже исчез из виду. Она брезгливо взяла двумя пальчиками кусок навоза и поспешно бросила его в мешок.

Следуя за призывным лаем Мальца – он отыскивал кучки навоза куда быстрее, чем это удавалось Винн, – она занималась сбором навоза, пока не начало смеркаться. В итоге их добыча едва прикрыла дно мешка. Винн решила вымыть руки в море и направилась к воде.

Выйдя на каменистый берег, она обнаружила, что не может найти лагерь. Отложив на время мытье рук, Винн прошла к самой полосе прибоя и посмотрела по сторонам, затем в другую. На севере она разглядела старое поваленное дерево и пошла к нему. Малец трусил за ней. Немного не дойдя до лагеря, Винн замедлила шаг – и все помыслы о чистоплотности тотчас улетучились из ее головы.

Сгэйль и Оша стояли в том месте, где прибой был слабее, – за каменистым отрогом, выдававшимся в море. Вода доходила им до бедер. Они разделись до пояса, плащи и туники бросили выше на берегу. На камнях рядом с одеждой билось несколько серебристых рыбин.

Оба эльфа стояли неподвижно как истуканы, погрузив руки под воду. Длинные светлые волосы в беспорядке рассыпались по их смуглым спинам.

Оша вдруг нагнулся еще ниже, и его руки скрылись в воде до плеч.

Затем он выпрямился, брызнув во все стороны водой, и стало видно, что в руках у него трепещет плоская серая рыбина. Молодой эльф быстрым шагом двинулся к берегу и, когда пенный прибой забурлил у щиколоток, швырнул добытую камбалу на прибрежные камни.

– Сколько их? – крикнул он по-эльфийски.

Винн вздрогнула от неожиданности, затем проворно бросилась к лежавшим на песке рыбинам.

– Э-э… восемь.

Но Оша уже брел по воде назад, к Сгэйлю, и они заговорили о чем-то – так тихо, что Винн за грохотом прибоя не сумела разобрать ни слова.

Она все не могла отвести взгляда. Оша, голыми руками ловивший рыбу в мелких волнах, был сейчас совсем другой – не такой неловкий, почти грациозный. Эльфы развернулись, направились к Винн и плавным, скользящим шагом вышли из прибоя на берег.

Винн отчего-то бросило в жар, как будто она впервые увидела Ошу. Обнаженный до пояса, с широкими смуглыми плечами, к которым прилипли влажные кончики серебристых волос, он был такой… такой…

– Что такое? – спросил Оша.

Винн судорожно сглотнула:

– Да ничего… так… мы же всю эту рыбу сегодня не съедим.

– Есть способы сохранить ее подольше, – улыбнулся Оша.

Эльфы принялись натягивать туники. Винн отвела взгляд.

– Прихватишь наши плащи? – спросил Оша.

Не дожидаясь ответа, он сгреб оставшийся улов и зашагал вслед за Сгэйлем.

– Да, конечно, – пробормотала Винн.

Присела на корточки, чтобы собрать плащи, и тут заметила Мальца.

Пес сидел на прибрежных камнях и внимательно смотрел на Винн. Перехватив ее взгляд, он покосился в сторону Оши, а затем многозначительно наморщил мохнатый лоб. Винн жарко покраснела.

– Посмей только вякнуть! – прошипела она и, торопливо свернув плащи, пошла прочь.

В лагере Лисил уже развел костер и кипятил воду для чая. Магьер сидела, опершись спиной о поваленное дерево, и смотрела на юг.

Сгэйль и Оша вырыли в гальке неглубокую ямку и стали чистить рыбу. Покончив с этим делом, они закопали потроха и насадили пару рыбин на деревянные вертела, чтобы зажарить их над огнем. Прочий улов они подвесили выше, там, куда поднимался дым. Оша достал небольшой мешочек и взял из него щепотку какого-то зеленого порошка. Этим порошком он натер подвешенную в дыму рыбу.

Малец заскулил и выразительно облизнулся.

– Уже скоро, – сказал Сгэйль.

– Зачем нам столько рыбы? – спросил Лисил. – До утра она не только не прокоптится – даже не подсохнет.

– Нет, прокоптится, – ответил Сгэйль. – Оша натер ее порошком из клейчиойх.

– «Древесных гребней»? – переспросила Винн. – Это те самые древесные грибы, которые показал мне Оша, когда мы шли по вашему лесу?

Сгэйль кивнул.

– Погоди-ка! – вмешался Лисил. – Он что, натер всю нашу еду каким-то там грибом?!

Сгэйль покачал головой:

– Этот порошок можно употреблять в пищу, и к тому же он обладает вяжущими свойствами. Прежде чем мы доберемся до места в горах, которое ищет Магьер, нам надо запасти побольше съестного.

Магьер все так же неотрывно смотрела на юг, и лицо у нее было напряженное, застывшее, как маска. Пальцы ее неосознанно сжимались, царапая поседевшую от времени древесину поваленного ствола. Винн и Сгэйль обменялись одинаково обеспокоенными взглядами. По счастью, в эту минуту вода в котелке закипела, и они принялись готовить чай.

Впервые за все время Винн была искренне рада тому, что Сгэйль решил пойти с ними.

И Оша тоже.