Текст книги "Дампир. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Барб Хенди

Соавторы: Дж. С. Хенди
сообщить о нарушении

Текущая страница: 146 (всего у книги 343 страниц)

И стремительно развернулся, краем глаза уловив на стене, над столом, странную тень.

Больше всего она походила на едва различимую впадину в стене. Вельстил, бесшумно ступая, обогнул стол и остановился так, чтобы загородить собой мерцающий свет шара. Тень стала заметно глубже и темнее, как будто доски, изрядно потрепанные временем, в этом месте выгибались внутрь.

На любом судне такой дефект в корпусе сразу бы зачинили. Вельстил провел ладонью по этому месту, но не обнаружил никаких швов – только там, где края досок стыковались под прямым углом. Тогда он наклонился, сверху вниз внимательно осматривая стену, и наконец заметил на полу деревянный квадратик, заподлицо примыкавший к краю стены. Вельстил нажал на него – и квадратик едва заметно подался под его рукой. Тогда он выпрямился и наступил на квадратик.

Выступавший край квадратика плавно ушел в пол.

Часть стены со вмятиной подалась внутрь и приподнялась над полом. Вельстил толкнул потайную панель ладонью.

Панель подалась еще немного, и Вельстил обследовал ее нижний край. Обратной стороной панель, судя по всему, крепилась к подвижной раме – он разглядел массивные металлические полосы, которые выступали из пола и исчезали в темноте за стеной. Вельстил сбоку надавил на панель, сдвинув ее за стену, затем взял со стола светящийся шар. Согнувшись в три погибели, он протиснулся в отверстие, выпрямился – и неяркий свет шара озарил потайную нишу.

По правую руку от входа этот свет натолкнулся на железные прутья, отгородившие половину ниши. За черными полосами теней трудно было разобрать, что находится по ту сторону решетки, однако свет, проникший между тенями и прутьями, отразился янтарной вспышкой в двух парах глаз – необычно больших, нечеловеческих глаз.

В потайной камере были заперты две эльфийки – одна взрослая, другая почти подросток. Женщины молча смотрели на Вельстила. Спутанные волосы и порванная одежда не мешали разглядеть их красоту и изящество – смуглая гладкая кожа, гибкие тела, большие янтарные глаза. Женщины были связаны, рты заткнуты кляпом.

Вот чего ради илладонцы забрались так далеко на север! Капитан, видно, и впрямь отчаянно нуждался в деньгах. На любом илладонском рынке каждая из этих женщин стоила бы куда дороже, чем светящийся шар Вельстила. Подобный экзотический «товар» вызвал бы там настоящий ажиотаж.

Вельстил припомнил, как илладонцы в бухточке толковали о том, что надо бы набрать свежей воды. Может быть, одна из этих женщин сумела выбраться на свободу и испортить судовой запас пресной воды?

И пленницы видели его, пришедшего тайком пошарить в капитанской каюте.

Что, если они решат заплатить этими сведениями за свою свободу? Ничего у них, конечно, не выйдет, но это не помешает им выдать его.

Вельстил скрипнул зубами. Убивать этих женщин бессмысленно – все равно их трупы не сегодня завтра обнаружат.

Между тем женщины все так же безмолвно разглядывали одежду Вельстила – по манере одеваться он явно отличался от илладонцев. Может, получится использовать эту деталь с толком для себя? Вот только он не говорит по-эльфийски.

– Вы… меня… понимаете? – прошептал Вельстил по-белашкийски.

Никакого отклика не последовало, и он повторил тот же вопрос по-древински.

Та, что постарше, встрепенулась.

Вельстил сосредоточил волю, пробуждая скрытый дар, который развился в нем за годы посмертного существования. Неотрывно глядя в глаза эльфийки, он заговорил чуть громче, каждым звуком своего низкого рокочущего голоса подкрепляя в сознании женщины искренность и правдивость своих слов:

– Не сейчас… когда будем ближе к берегу… я приду за вами.

Эльфийка дважды моргнула.

Поняла ли она, что сказал Вельстил? Достаточно ли хорошо она знает древинский, чтобы его слова пустили глубокие корни в ее сознании? Вельстил повторил свою реплику – уже медленнее, тщательно выговаривая каждое слово.

Юная эльфийка вытянула шею, испуганно глядя на свою старшую товарку. Та нахмурилась, моргнула и метнула на Вельстила подозрительный взгляд.

Пускай он и не похож на схвативших ее бандитов – все же он человек, а людям нельзя доверять. Потом женщина медленно кивнула.

Вельстил кивнул ей в ответ, дружелюбно улыбнулся и прижал палец к губам. И выскользнул наружу, задвинув за собой панель. С минуту он прикидывал, как же окончательно закрыть потайной вход, но наконец сообразил: если снова наступить на деревянный квадратик, панель встанет на место. Вельстил вернул светящийся шар на стол и вышел из капитанской каюты.

Опасность пока еще не миновала.

Остается надеяться, что взрослая эльфийка не даст своей юной товарке поднять шум. Вельстилу доводилось слышать о людских судах, которые пытались обогнуть северный полуостров и проникнуть в эльфийские воды, но, судя по этим рассказам, никто из смельчаков так и не вернулся. Эльфы яростно оберегали своих сородичей. Очень даже вероятно, что не только ему, Вельстилу, известно о похищенных женщинах. Магьер движется на юг очень быстро, и у корабля, на котором она находится, может быть собственная цель.

Когда Вельстил пробрался вдоль фальшборта назад, на корму, и спустился незамеченным в кормовой люк, в ноздри ему снова ударил запах крови. Чаша Вельстилова терпения переполнилась.

Что натворил Чейн на этот раз?

ГЛАВА 10

Взошла луна. Под шум моря и ветра Малец расхаживал по палубе, но мысли его блуждали далеко. Он стольким пожертвовал, чтобы защитить Лисила и Магьер, а вот теперь – снова – сомневался в том, что избрал правильный путь.

Каким образом хейнасы узнали о существовании Магьер? Чего они от нее хотят в обмен на дары – кинжал и предмет, который Винн назвала торком? Уж верно, не одной только мести. И каково предназначение артефакта, который ищет Магьер?

Она и Лисил хотят только одного: завершить это последнее дело и вернуться домой. Всем своим смертным сердцем Малец желал, чтобы это было возможно. Однако сегодняшней ночью, когда он расхаживал вдоль борта, его терзало не только беспокойство за Лисила и Магьер, но и кое-что еще. Малец отчетливо чувствовал, как приближается к ним нечто, словно где-то в мироздании возникла дыра, а где – он определить не мог.

Малец вспрыгнул на сундук, стоявший у фальшборта, и устремил взгляд вперед, в темноту.

Несколько матросов наблюдали за ним с нескрываемым любопытством. Они считали противоестественным, что маджай-хи добровольно покинул пределы родного края. Девушка с толстой косой и в чересчур больших башмаках так сверлила Мальца взглядом, словно он был тайной, которую ей надлежало разгадать. Пес, однако, не обращал внимания на неоднозначные чувства эльфов. Его интересовало только море.

– Малец, ты где? – донесся оклик Винн.

Пес оглянулся и увидел, как она выбралась из люка под баковой надстройкой. На ней были только белая рубаха, сапоги и старый плащ Чейна. Малец вздохнул – он тревожился и за Винн. Вполне возможно, что стихийные духи, его сородичи, по-прежнему жаждут смерти Винн. Не только потому, что она способна услышать их и почуять их присутствие, но и потому, что Винн знает: они приставили Мальца к Магьер не только для ее защиты. И почему Винн вместо новой куртки все время носит этот старый плащ?

Ее привязанность к Чейну беспокоила Мальца – да нет, куда там, откровенно тревожила. Он опять посмотрел на волны, разбегавшиеся в стороны перед носом корабля, и замер, напрягся, высматривая… нечто.

– Вот ты где! – Винн подбежала к нему. – Послушай, уже поздно.

То, что она постоянно опекала Мальца, вместо того чтобы покорно принимать его опеку, порой раздражало, но в большинстве случаев было весьма приятно. Как правило, Винн не выходила на палубу без сопровождения Оши или Сгэйля. То, что она поднялась наверх одна, было неожиданно для Мальца, и он понимал, что должен отвести Винн назад, в каюту. Однако эта непонятная дыра в мироздании – дыра, местонахождение которой он не мог определить, – изводила его, как ноющий зуб. Как назойливое желание… выйти на охоту?

Малец переступил к другому краю сундука, но его зоркие глаза так и не смогли ничего разглядеть в темнеющем впереди море.

– В чем дело? – спросила Винн.

Малец колебался.

Там что-то есть.

Винн положила руку ему на голову, провела ладонью по шее:

– Я ничего не вижу.

Ты всего лишь человек.

– Всего лишь?! – возмущенно переспросила она.

Далеко впереди, в темноте, мигнул неверный свет. Малец вскинулся на задние лапы, опершись передними о фальшборт.

– Судно прямо по курсу! – донесся крик с мачты.

Пес уже разглядел его. Отдаленный свет опять мигнул, выхватил из темноты паруса – и шерсть на загривке Мальца встала дыбом.

* * *

Чейн сидел на куске просмоленной парусины, которым прикрыл залитый кровью пол. Люк он оставил открытым, но в трюме все равно стоял густой запах крови. Наверху, на палубе, царила полная тишина.

Вошел Вельстил и с порога одарил Чейна убийственным взглядом.

Чейн медленно поднялся, почти надеясь, что Вельстил, с обычной для него заносчивостью, потребует объяснений. Он был сыт по горло таким существованием и жаждал открытой стычки.

Вельстил поочередно оглядел монахов.

Дикие вампиры выглядели гораздо лучше. В глазах у них появилась некая осмысленность, и они с любопытством озирались по сторонам. Особенно заметные улучшения произошли со стариком, которого Забел назвала Джакебом. Царапины от ее ногтей у него почти зажили, и Вельстилу он ответил спокойным изучающим взглядом. Да и курчавый Сетэ был возбужден не так сильно, как обычно.

И однако же все монахи были перемазаны кровью.

Вельстил тем не менее ничего не сказал.

Он прошел через трюм к неприкрытому участку пола под распахнутым люком, уселся и вытащил из мешка бронзовое блюдо, чтобы определить местонахождение Магьер. Быть может, в глубине души он был рад, что Чейн позаботился о кормлении диких. Или просто в который раз целиком погрузился в свои одержимые идеи.

То и другое Чейна ничуть не волновало.

Сверху, с палубы, донесся громкий крик. Вельстил вскинул голову. Он едва успел наколоть обрубок мизинца, и на блюдо упала только одна капля черной крови.

– В чем дело? – спросил Чейн.

– Какой-то корабль… – начал Вельстил, и тут его взгляд упал на бронзовое блюдо.

Стремительно вскочив, он опрометью бросился к двери. Когда он скрылся в коридоре, Чейн посмотрел на бронзовое блюдо.

Единственная капля черной крови Вельстила собралась выпуклой лужицей в центре полукруглого донышка и не двигалась.

Чейн бросился вслед за Вельстилом.

Судно, на котором плывет Магьер, было совсем рядом.

Вельстил выскочил на палубу и, глянув вверх, обнаружил, что сорвавшийся парус уже закрепили. Чейн выбрался из люка вслед за ним и растерянно огляделся.

– Где второй корабль? – просипел он. – Где он? Ты его видишь?

Вельстил развернулся к корме шхуны.

Капитан и Клатас стояли у руля и о чем-то быстро, отрывисто переговаривались. Обострив все чувства, Вельстил посмотрел дальше, за их спины, и уловил беглый отблеск лунного света на далеких парусах. Вельстил, развернувшись, сгреб Чейна за грудки:

– Мы должны согнать Магьер на сушу!

Чейн скривился, но не отрывал взгляда от темноты, лежавшей за кормой шхуны.

– Как? – прошипел он.

– Потопим ее корабль.

– Нет! – рявкнул Чейн, вырвавшись из рук Вельстила. – Там же Винн!

– Мы должны заставить их высадиться! – не отступал Вельстил. – Только таким способом мы теперь сможем следовать за ними! У них будет время покинуть корабль… и у твоей маленькой книжницы тоже!

Прежде чем Чейн успел что-то возразить, Вельстил решительно двинулся к корме.

Увидев его, Клатас заорал:

– Идти в трюм!

Капитан начал выкрикивать приказания матросам, и теперь в голосе этого верзилы в диковинном шлеме был явственно слышен страх. Он прошел мимо Клатаса, направляясь к носу. Вельстил, пропустив мимо ушей слова рулевого, двинулся к капитану, а за ним по пятам следовал Чейн.

Илладонцы заметались, выполняя приказы капитана. Двое помчались на корму и расчехлили баллисту. Один за другим гасли палубные фонари. Шхуну накрыла темнота, и в этот миг Клатас резко повернул штурвал, навалившись на него всем телом.

Вельстил вцепился в леер – шхуна круто накренилась, выворачивая от берега в открытое море. Матросы на вантах лихорадочно ставили паруса.

– Он удирает, – заметил Чейн, глядя на капитана, который вцепился в канат у борта корабля.

– Естественно! – огрызнулся Вельстил, а затем припомнил пленниц, запертых в тайнике капитанской каюты. – Мы заставим его передумать!

Он отвернулся от капитана, стоявшего в средней части шхуны, и побежал назад к рулю.

– Сойти вниз! – завопил Клатас, все так же припавший к штурвалу.

– Вы не сможете уйти от этого корабля, – понизив голос, сказал Вельстил.

Рулевой, не сводя взгляда с дуги, которую вычерчивала шхуна, метко сплюнул ему под ноги:

– Что ты про него знать?

– Я знаю, что это эльфийское судно, – ответил Вельстил, подступая ближе. – И я видел, кого ваш капитан держит под замком в своей каюте. Эльфы не перестанут преследовать вас… и женщин, которых вы захватили. Этот корабль быстрее вашей шхуны, и ваш единственный шанс – повернуть назад и драться.

Клатас помотал головой, но ничего не ответил. Ясно было, что он, как и капитан, боится погони. Рулевой выпалил длинную фразу, из которой Вельстил не понял ни слова, но стремительно развернулся, услышав топот.

К нему бежал капитан с массивной короткой саблей в руке. Чейн выхватил свой меч.

– Скажи ему, что он должен повернуть назад и драться! – крикнул Вельстил рулевому.

Другой матрос схватился за штурвал, который выпустил Клатас, продолжавший все так же громко что-то кричать капитану. Тот замедлил бег, прислушиваясь, затем окинул взглядом Вельстила и отрывисто бросил несколько ответных слов.

– Если это боевой корабль, мы не смочь драться, – пояснил Клатас Вельстилу. – Их судно будет скорый… даже когда подбитый и без паруса. Что-то под вода может пробить наш корпус, потопить нас.

Эльфийский боевой корабль? Вельстил никогда о таком не слышал, да и «что-то», которое из-под воды топит своих врагов, показалось ему полной чушью.

– Зарядите баллисты горящими стрелами, – бросил он. – Подожгите им паруса, и команда покинет корабль. Вам только нужно переменить курс. Если мы нападем, то сумеем застать их врасплох.

Клатас перевел взволнованный взгляд на капитана. То, что он хотя бы пытается убедить его прислушаться к чужеземцу, могло означать лишь одно: рулевой опасается, что им не уйти от погони. Капитан в ответ что-то прорычал, схватил Клатаса за волосы и отшвырнул прочь.

– Он говорит, мы убегать, – перевел Клатас, – Даже при полная луна мы, может, суметь оторваться в темнота.

Убеждение не сработало. Не сводя взгляда с рулевого, Вельстил по-белашкийски ровным голосом сказал Чейну:

– Убей капитана… и покажи им, кто ты такой.

Капитан вопросительно рыкнул, шагнув к низкорослому Клатасу.

В тот же миг Чейн сделал выпад.

Застигнутый врасплох, капитан попытался отразить его удар, но длинный меч Чейна уже проткнул сбоку его кожаный доспех. Все же короткая сабля капитана лязгнула о стальной клинок Чейна. От удара длинный меч дрогнул и провернулся в боку капитана. Тот, разом обмякнув, упал на колени.

На этом стычка должна была бы и закончиться, но Клатас потянулся к абордажной сабле. Прежде чем он успел обнажить оружие, Вельстил выхватил свой меч и схватил рулевого за горло. И услышал, как Чейн сипло зашипел, точь-в-точь разъяренная змея. Капитан стиснул могучими пальцами клинок Чейна, вонзившийся в его бок.

Матрос, стоявший у штурвала, бросил свой пост и кинулся к ним.

– Только шевельнись, и сдохнешь! – прорычал Вельстил Клатасу и взмахнул мечом.

Острие клинка чиркнуло наискось по торсу подбежавшего илладонца и рассекло ему щеку. Матрос отдернулся и, пронзительно завопив, повалился на палубу.

Чейн открыл рот, оскалив острые клыки.

Капитан попытался вновь поднять меч. По клинку Чейна, который засел в боку у илладонца, текла кровь – то ли из раны, то ли из пальцев свободной руки, вцепившихся в стальное лезвие. Чейн поднял ногу, обутую в сапог.

И со всей силы наступил на руку капитана – у самого запястья.

Острие длинного меча срезало пальцы капитана. Гортанно вскрикнув, илладонец выронил меч.

Клатас, схваченный Вельстилом за горло, дернулся.

– Скажи своим людям, чтобы не вмешивались! – крикнул Вельстил и, бросив меч, схватил рулевого за волосы. – Сейчас же скажи… не то я оставлю тебя напоследок!

Чейн с силой сомкнул челюсти на горле капитана. И дернул головой, словно дикий пес, разрывающий зубами добычу. Темная кровь выплеснулась на палубу, забрызгала лицо и грудь Клатаса.

Снизу, из недр корабля, донеслись безумные голодные вопли.

Чейн уронил обмякшее тело капитана в лужу красной крови, расползавшуюся по палубе. Выплюнул ошметки вырванной зубами плоти и обратил горящий взгляд на приближавшихся матросов.

Вельстил сосредоточился мыслями на своих диких слугах, оставленных в трюме.

– Ко мне! – крикнул он. – Идите ко мне!

Стены трюма задрожали от ликующих воплей, а Клатас принялся выкрикивать приказы своим матросам.

* * *

Винн заметила в море пятнышко света, когда эльф-кормчий громко позвал хкомаса. Чужой корабль, однако, она так и не разглядела. К тому времени, когда прибежал хкомас, свет уже исчез. Он искоса поглядел на Винн, которая стояла на палубе в одной только рубахе и старом плаще – и без сопровождения Оши либо Сгэйля, – и остановился под кормовой надстройкой.

– Я потерял его из виду! – крикнул сверху кормчий и передал штурвал стоявшему рядом матросу. Затем он спустился на палубу и ткнул пальцем в темноту. – Он был вон там, впереди.

Малец начал рычать.

– Что это такое? – спросила Винн.

Пес только фыркнул и глухо заворчал.

– Ступай в каюту! – прикрикнул на нее хкомас.

– Не пойду! Погляди только на него. – Винн жестом указала на Мальца. – Что-то неладно.

– Винн! Где ты?

Из-под бака вынырнул Оша, запахнув на груди серо-зеленый плащ, чтобы защититься от ветра.

– Здесь! – откликнулась девушка и снова повернулась к Мальцу. – Скажи мне, что ты видишь!

Пес зарычал громче и басовитее, но так и не отвел взгляда от моря.

Кормчий ухватил Винн за ворот плаща:

– Делай, что приказано!

Оша, добежавший до Винн, перехватил его руку. Затем он медленно покачал головой, и кормчий наконец разжал пальцы.

– Что случилось? – спросил Оша.

– Впереди неизвестный корабль, – пояснила Винн, – и Мальца он чем-то тревожит.

Оша перегнулся через фальшборт, глядя туда же, куда уставился Малец:

– Я ничего не вижу.

– Он исчез в темноте, но он наверняка там.

– Судно по курсу! – крикнул кто-то с фок-мачты. – Это люди, они поворачивают от берега в море.

– Люди? – переспросил хкомас.

– Может, это тот самый корабль? – спросил кормчий.

– Илладонцы! – закричали сверху. – Это илладонцы!

Оша глянул вверх, на лице его отразилось недоумение.

– Вы ищете какой-то корабль? – требовательно спросил он.

– Во время последней стоянки мы слышали, что на одно селение ниже по берегу напали пираты, – ответил хкомас. Кормчий бегом бросился к кормовой надстройке, а хкомас закричал: – Свистать всех наверх! Ставить все паруса! Скажите Алькасге, чтобы разбудил корабль!

Услышав незнакомое имя, Винн повернулась к Оше:

– Кто такой этот Алькасге… «Замыкающий Камень»… и зачем ему надо будить корабль?

– Это хкеда нашего судна, – торопливо пояснил Оша. – Корабль продолжает плыть, даже когда спит, но сейчас хкомас хочет прибавить скорости. Тебе лучше спуститься в каюту.

– Малец, пойдем! – позвала Винн.

Пес не шелохнулся. Винн схватила его за плечи, и Малец, не оборачиваясь, зарычал на нее.

* * *

Крышка люка, расколовшись на куски, вылетела наружу, и на палубу вырвались монахи-вампиры.

Чейн понимал, что угодил в западню.

Там, позади, в темноте, чужой корабль, и на нем – Винн.

До сих пор он исполнял все приказы Вельстила. Откажись он расправиться с капитаном, илладонцы одолели бы Вельстила, а Чейн остался бы один среди пиратской шайки и своры диких вампиров, лишенных хозяина. К тому же, убивая капитана илладонцев, он испытал прилив острого наслаждения.

Он пытался собраться с мыслями, а матросы, рассыпавшиеся по палубе, хватались за оружие, готовясь отбиваться от монахов. Вельстил все так и держал за горло рулевого, но его лицо…

Бесцветные глаза Вельстила ярко горели на мертвенно-белом лице. Губы приоткрылись, обнажив удлиняющиеся клыки.

Чейн никогда прежде не видел, чтобы Вельстил так открыто проявлял свою вампирскую натуру. Вероятно, его спутник далеко зашел в своем безумии и окончательно лишился своего аристократического лоска. Это зрелище так подействовало на самого Чейна, что его охватило страстное желание растерзать еще чью-нибудь теплую живую плоть. А за спиной у него кто-то беспрерывно скулил.

Чейн резко обернулся, через плечо окинул яростным взглядом палубу.

Матрос, которого ударил мечом Вельстил, катался по палубе, зажимая руками лицо; между пальцев у него текла кровь. Чейн выдернул свой меч из капитанского трупа и воткнул его раненому в сердце. Матрос тотчас затих и обмяк.

Половина команды уже пришла в себя после пережитого ужаса и с саблями в руках угрожающе подступала к монахам. Дикие обходили матросов стороной, торопясь собраться вокруг Вельстила.

Забел, жадно принюхиваясь, поглядела на Чейна, а затем ее взгляд упал на лужу крови, расплывшуюся вокруг мертвого капитана. Чейн привалился спиной к фальшборту.

Сумеет ли Вельстил удержать в подчинении своих слуг, когда вокруг столько живых людей?

* * *

– Прикажи своим людям вернуться на ванты! – прошипел Вельстил на ухо Клатасу. – Поверни корабль… не то будешь высосан досуха еще прежде, чем свалишься замертво на палубу!

– Они не захотеть! – прохрипел рулевой. – Они не погнаться за эльфийский корабль!

– Оглядись! Кого они боятся больше… эльфов или нас?

Вельстил ощущал под пальцами биение пульса, слышал, как оно мерным грохотом отдается в его ушах. От голода, порожденного этим звуком, Вельстила замутило – он хотел крови.

Дикие вампиры шипели, жадно принюхиваясь, и илладонцы держались от них на почтительном расстоянии, но при этом не выпускали из рук сабли, и лица у них окаменели от страха. Клатас наконец что-то прокричал матросам.

Двое замотали головами, а еще один побелел как смерть.

Вельстил швырнул рулевого на штурвал.

Клатас сумел устоять, вцепившись в рукоятки рулевого колеса, но в ужасе покосился вниз, на труп капитана. Он опять закричал на матросов, но ни один из них не тронулся с места.

Вельстилу нужны были самое меньшее шесть, а скорее всего, десять илладонцев, чтобы управляться с баллистами и после поворота хотя бы удерживать шхуну на курсе.

– Кормитесь! – прорычал он.

Пятеро диких, ликующе завопив, разом бросились на матросов. Илладонцы бросились врассыпную, и только двое не поддались общей панике.

Вельстил подобрал свой меч.

– Поверни на север и иди вдоль берега… пока еще не лишился всей команды.

Клатас навалился всем весом на штурвал и с натугой его провернул.

– Ты убрать свои твари!

Шхуна резко накренилась. Вельстил ухватился за леер и окинул взглядом то, что творилось на палубе.

Двое матросов, которые не обратились в бегство, были уже мертвы, погребены под грудой рычащих, неистово рвущих плоть монахов. Пиршество их прервалось, когда палуба накренилась и мертвые тела заскользили к борту. Дикие обезумели, ринулись следом, состязаясь в праве первым нагнать добычу.

Вельстил сосчитал тех матросов, которые оставались на виду. Четверых или пятерых не было видно вовсе – скорее всего, где-то спрятались, – а прочие, спасаясь, забрались на мачты.

– Прекратить! – гаркнул Вельстил по-стравински.

Судно выровнялось и взяло курс на север. Вельстил прошелся между съежившимися на палубе монахами. Как обычно, последним оторвался от изувеченных трупов курчавый монах. Мускулы на его руках и шее вздулись от напряжения, и он все еще цеплялся за палубу, пытаясь дотянуться до растерзанного матроса.

Вельстил запрокинул голову, поглядел на цеплявшихся за снасти матросов. Клатас заорал на них, и они ринулись по местам.

Все происшедшее заняло считаные минуты, и Вельстил наконец вспомнил о своем спутнике. Он повернулся к Чейну, стоявшему у фальшборта.

– Ступай на нос и спустись в капитанскую каюту, – велел Вельстил, – но вначале обыщи труп капитана и возьми ключи. В стене каюты, позади стола, найдешь движущуюся панель. Отодвинь ее и приведи мне тех, кого обнаружишь в потайной нише за стеной.

Глаза Чейна сузились, но он молча обшарил мертвого капитана. Затем, держа в руках связку негромко звякнувших ключей, бесшумно направился к носу шхуны.

С мачты донесся чей-то крик, и Клатас вытянул шею, напряженно всматриваясь в темноту.

– Что там? – спросил Вельстил.

– Эльфийский корабль… идти быстро… они видеть нас!

Вельстил бросил взгляд вперед:

– Отправь матросов к баллистам. Живо!

* * *

Лисил проснулся оттого, что Магьер, лежавшая рядом, заметалась во сне. Она перекатилась к самому краю койки, и Лисил попытался удержать ее, но безуспешно – Магьер соскользнула на пол.

– Магьер!

Он приподнялся на локте, силясь стряхнуть остатки сна. Каюту озарял неяркий свет.

Магьер на четвереньках припала к полу. В ее растрепанных волосах, черными прядями свисавших на лицо, мерцали янтарные искорки, и она тяжело дышала.

Может, ей опять снился сон? И снова кошмарный?

– Что случилось? – спросил полуэльф.

Он наугад протянул руку, пытаясь нашарить фонарь или что там еще забыла погасить Винн, но так ничего и не обнаружил.

– Лисил… – хрипло прошептала Магьер и приподняла голову.

Застонав от досады, Лисил сел на койке и понял, что свет исходит вовсе не от забытого фонаря.

В изголовье лежал топазовый амулет, который когда-то дала ему Магьер. Амулет светился.

Полуэльф резко втянул в себя воздух и глянул на Магьер.

Янтарно-желтый свет выхватил из мрака бледное лицо Магьер, наискось перечеркнутое черными прядями волос. Глаза у нее были совершенно черные… чернее, чем глубокие тени, которые залегли в углах каюты.

Сверху, откуда-то с палубы, донесся душераздирающий вой.

– Малец?.. – вскрикнул Лисил. Мальца в каюте не было… и Винн тоже. – А, боги мои дохлые!

Магьер стремительно вскочила, схватила саблю и настежь распахнула дверь каюты.

– Куда их занесло?! – прорычал Лисил, – И откуда здесь, на корабле, мог взяться вампир?!

Ничего не ответив, Магьер опрометью выскочила из каюты. Лисил сгреб топазовый амулет, поспешно надел его на шею. Затем он схватил один из изогнутых клинков, но, поскольку пристегивать его к руке было некогда, он попросту отшвырнул ременные ножны и сломя голову бросился в коридор.

Магьер он нагнал в ту самую минуту, когда она ударом распахнула крышку люка. Засов разлетелся на куски, Магьер и Лисил выскочили на палубу, на которой метались матросы. Несколько эльфов натягивали тетиву на длинные луки и забрасывали на плечо колчаны. Признаков боя, однако, Лисил не увидел.

– Винн! – гаркнул он во все горло и, прежде чем эхо его вопля затихло, увидел девушку.

Винн, а за ней по пятам и Оша бежали к нему, огибая грузовую решетку. Винн резко затормозила возле носового люка со стороны берега.

– Лисил, Магьер, я как раз за вами! – Она круто развернулась, указывая вперед, в темноту. – Вампир… там, впереди, чужой корабль… Малец учуял вампира и побежал на ют!

Магьер, прыгнув на край грузовой решетки, промчалась мимо Винн, и тут же Лисил услышал, как Малец опять душераздирающе завыл. Вой разнесся над всей палубой, и кое-кто из команды опасливо покосился в сторону носа.

Полуэльф бросился было за Магьер, но остановился, увидев, что из другого носового люка выбрался Сгэйль. На ходу он торопливо натягивал рубаху. Завывания Мальца перекрыл зычный крик хкомаса, и матросы дружно бросились исполнять приказ. Сгэйль пробирался через эту сумятицу, то и дело останавливаясь, чтобы прислушаться к выкрикам на эльфийском языке. Добежав до Оши, он схватил Лисила за плечо.

– Нам придется сделать большой разворот, – проговорил он. – Хкомас направит судно мористее, чтобы обойти чужой корабль. Будьте готовы помочь, если понадобится.

– Нет, – быстро сказала Винн. – Тот корабль повернул в открытое море. Мы сближаемся с ним и скоро будем в пределах видимости.

– Что?! – воскликнул Сгэйль в неприкрытом изумлении. – Если корабль илладонский – это просто глупость! Мы не военное судно.

Завывания Мальца затихли, и Лисил, отступив на шаг, вгляделся в бак. Пес так и стоял на задних лапах, навалившись на фальшборт, а рядом с ним была Магьер.

– Покажи! – прорычала она.

Шум, царивший на палубе, почти заглушил ее голос.

Малец вытянул морду. Магьер, нагнувшись над ним, вгляделась в ту сторону, куда смотрел пес.

– Что это? – прошептал Сгэйль.

Лисил недоуменно глянул на него и обнаружил, что оба анмаглахка во все глаза уставились на него. Нет, скорее, на его грудь. Полуэльф опустил взгляд и увидел янтарно-желтое сияние амулета.

– Эту штуку мне дала Магьер, – ответил он, досадуя, что его отвлекли. – Она светится, когда рядом вампир.

– Вот почему воет Малец! – горячо добавила Винн. – Он рвется охотиться, потому что чует вампира. И этот вампир там, на чужом корабле!

Сгэйль резко выдохнул, явно потрясенный ее словами.

Из кормового люка, громко топая, выбрались четверо матросов. Двое из них несли высокий, крепко сколоченный станок, другие двое волокли нечто длинное и увесистое, завернутое в парусину. Эльфы рысцой пробежали вдоль фальшборта и поднялись на ют.

Первая пара установила станок на юте со стороны моря, а вторая водрузила на него свою увесистую ношу. Когда они сдернули парусину, первые двое матросов подняли широкий стальной лук и закрепили его на станине баллисты.

Еще двое матросов пробежали мимо Лисила, направляясь к носовой надстройке, точнее, той ее стороне, которая была обращена к берегу.

– А хкомас, похоже, основательно подготовился к этому плаванию, – пробормотал Сгэйль, искоса глянув на Ошу. – В комнате-«сердце» есть еще и «пловцы».

Длинное лицо Оши вытянулось еще больше, и он оглянулся на корму.

Прежде чем Лисил успел спросить, что это значит, оба анмаглахка целеустремленно направились к лестнице бака. Полуэльф крепко стиснул ладошку Винн и двинулся вслед за ними, увлекая девушку за собой.

Магьер и Малец все так же стояли на носу, напряженно вглядываясь в море. Малец больше не выл, зато беспокойно ерзал на месте, а глаза Магьер так налились чернотой, что сложно было понять, глядит ли она на что-то конкретное. Впрочем, когда Лисил посмотрел вперед, он сразу увидел чужой корабль.

По его прикидкам, чужаки были пока что на приличном расстоянии от них, но в лунном свете были отчетливо видны их квадратные паруса. Судно шло курсом, широко огибавшим эльфийский корабль со стороны моря, и вдруг резко повернуло.

Тонкие пальцы Винн крепко стиснули ладонь Лисила.