Текст книги "Приворотное зелье для Злого дракона (СИ)"

Автор книги: Анна Снегова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 35 страниц)

– Кхм-кхм… – Шейдар прочистил горло и наконец-то что-то решил сказать. – С каретой, думаю, рисковать не будем?

– Ага! – беззаботно отозвалась я.

– Пойдём пешком?

– Пойдём!

В голове было легко-легко. Кажется, я впервые в жизни поняла, что значат эти дурацкие «бабочки в животе», которые так часто описывались в книгах. Я ещё насмехалась над авторами и думала про себя скептически, что в животе может водиться какая угодно другая живность, но только не чешуйчатокрылые.

А вот теперь у самой внутри что-то будто щекочет, и кажется, ещё немного, и смогу взлететь.

– Ты не замёрзла? – дракон метнул на меня короткий острый взгляд искоса.

– Не-а! – легкомысленно улыбнулась я.

Он хмыкнул. И покрепче взял меня за руку.

Наши пальцы переплелись.

И пусть это всё побочка от зелья, прямо сейчас мне было категорически плевать.

Мне было тепло, и даже голые ноги больше не мёрзли. По округлым гладким булыжникам мостовой идти было приятно. Прохладный ночной ветерок обдувал разгорячённую шею и грудь, шевелил распущенные волосы, ленты из которых я давно потеряла, даже не вспомню, где.

Шейдар пошёл ещё медленнее. У него тоже как будто что-то перещёлкнуло в голове. Или мешок камней с плеч упал.

Никогда не видела его таким расслабленным.

Запрокинув голову, он смотрел в небо.

– Знаешь, Моль… я уже сто лет не обращал внимания, какие красивые звёзды над Аргеоном.

– Да, – улыбнулась я, вдыхая полной грудью запах сирени, который принёс откуда-то ветер. – Красивые.

Глава 31

Глава 31

Мы шли вот так, за ручки, ещё какое-то время. Пока это не стало ощущаться слишком уж смущающим. Интимным. Как будто мы были какой-то дурацкой влюблённой парочкой, ей-богу!

Я аккуратно потащила руку из драконьего захвата.

Дракон не пустил.

Я дёрнула сильней.

С тем же результатом.

– Отдайте мне мою конечность обратно! – вспыхнула я.

Дракон зыркнул сердито.

– С какой это стати?

– Правилами… – я запнулась, подбирая слова. – Правилами предотвращения побочных эффектов от приворотного зелья это не предусмотрено. А с поцелуями на сегодня мы вроде бы закончили. Так что больше я вам ничего не должна.

Шейдар ревниво сжал мои пальцы сильнее.

– Девчонка сказала, нужен «частичный физический контакт». Значит, не только поцелуи помогут снять напряжение. Я могу тебя трогать… и не только губы.

Мои щёки загорелись сильнее.

Это ещё как понимать?! Мало ли, что, как и где потрогать подскажет дракону его извращенная фантазия?! Я на такое не подписывалась!

– Послушайте, мил-лорд! – я упрямо тянула руку к себе. – Неужели вашей хваленой силы воли не хватит на то, чтобы дать мне хоть немного отдышаться от вашего… от вашего напора?

Губы всё ещё горели от поцелуев.

И я не хотела себе признаваться, но любые прикосновения к обжигающе-горячей коже дракона действовали на меня слишком сильно. Даже к руке. В голове мутилось, мысли путались, проклятое зелье разгоняло по телу невыносимое желание продолжать.

Так что надо срочно «отсоединиться» от источника моих страданий, пока не поздно.

А то такое чувство, ещё немного, и я сама захочу «сбросить напряжение». И полезу целоваться первая.

Надо спасать свою гордость, в конце концов! Ей сегодня и так досталось.

Дракон выпустил мою ладонь так неожиданно, что меня отнесло в сторону, и я чуть не упала.

– Тебе обязательно быть такой раздражающе-упрямой? – взорвался Шейдар. Его взгляд метал знакомые сердитые молнии. Кажется, внутри него компас снова перевел стрелку с «целовать до потери сознания» на чёрточку «голову оторвать, чтоб не раздражала». – Тебе напомнить, по чьей вине мы попали в эту унизительную ситуацию?

– По вине вашего отвратительного характера, конечно же! – огрызнулась я.

Подхватила юбки и с гордым видом потопала вперёд него, не оглядываясь.

Вот только увы, как только я лишилась своей печки в виде горячего дракона, тут же стремительно начала мёрзнуть.

Первыми сдались ноги. Голые ступни снова холодил камень мостовых.

А ночной ветерок почему-то перестал быть таким приятным, и теперь кусал обнажённые плечи. Я поёжилась.

Идти пешком больше не казалось мне такой отличной идеей. Правда, оказаться снова в замкнутом пространстве кареты наедине с драконом, у которого то и дело срывает крышечку, кажется, было бы ещё хуже. Так что я решила мужественно терпеть.

Шейдар неторопливо топал сзади, и я буквально всей спиной чувствовала его раздражение. Кажется, умиротворяющий эффект поцелуев очень быстро сходил на нет. Его высокопревосходительство больше не замечали звёздочек, а всецело вернулись в привычное расположение духа. То бишь, отвратительное.

– Ты замёрзнешь! – обвинительным тоном буркнул Шейдар.

Я дёрнула плечом.

– Замёрзну, так замёрзну. Невелика беда.

– Придётся тебя греть, – задумчиво протянул дракон. Очевидно, с увлечением обдумывая открывающиеся перспективы. И возможные варианты.

Я споткнулась.

– Милорд, простите, но я надеялась, что «отвлечения» хватит вам хотя бы до утра.

– Я тоже надеялся, – вкрадчиво проговорил бархатный голос дракона слишком близко.

На всякий случай я отпрянула подальше и опасливо глянула через плечо.

Вид у дракона был… странный. Он цеплял меня взглядом, не отпуская ни на миг, как будто был хищником в небесах, а я добычей, на которую он планировал камнем ринуться вниз. По коже побежали мурашки.

– Зелье?.. – растерянно спросила я.

– Действует, и ещё как, – подтвердил Шейдар. Незаметно сокращая расстояние снова.

Зеленый взгляд на мгновение разжал тиски, чтобы заинтересованно изучить чёрный провал ближайшей подворотни.

– Даже не думайте! – угрожающе предупредила я. – Это слишком быстро. Я морально не готова к тому, что вы меня каждые пять минут теперь будете зажимать по всяким тёмным углам.

Шейдар без предупреждения, стремительным броском протянул руки. Схватил меня за талию и дёрнул к себе, припечатывая к твёрдой груди.

– Прости, Моль. Но придётся привыкать. Так теперь будет всю неделю… – он медленно склонился к моей шее и коснулся её губами. Меня словно молнией прошибло сверху вниз. Удар молнии окончился подозрительно близко к моим нижним юбкам.

Я обречённо вздохнула. Покорно позволяя дракону исследовать мою шею. Пока его пальцы путались в волосах. А губы плотно прижимались к бешено бьющейся жилке на моей коже.

Ну, хотя бы согреюсь.

– Всё уже?.. – пробормотала я, задыхаясь, когда цепочка поцелуев сместилась ниже. Обожгла ключицу. Неторопливо, томно коснулась груди в вырезе декольте. Я откинула голову, давая больше пространства для действий. – Достаточно, чтобы… «зарядиться»?

– Нет, – хрипло выдохнул Шейдар.

Его пальцы дёрнули шнуровку корсета на моей спине. Послышался сухой треск рвущихся ниток.

Я испуганно замерла и вся сжалась.

Дракон остановился, тяжело дыша. Каждый раскалённый выдох обжигал кожу моего голого плеча, с которого совсем стянули платье. Его пальцы держали атласные тонкие шнуры на моей спине. Я знала, что ещё одно движение – и сила драконьих рук оставит от них одни обрывки.

Это уже совершенно точно было слишком опасно. Слишком близко к той черте невозврата, за которой зелье свяжет нас навеки.

Мне кажется, моё сердце билось так громко, что в ночной тишине пустынных улиц его можно было услышать.

Дракон пробормотал сдавленные проклятия.

– Нет, Моль. Чтоб мне провалиться, если я поддамся этому наваждению. – Он выпрямился и с хмурым видом поправил платье на плече на место. – Мой разум будет сильнее этого. Мою силу воли не сломит какая-то травяная дрянь, сваренная недоделанной ведьмой.

Ага, убеждайте себя, убеждайте.

Больше похоже на самовнушение, милорд.

Я заторможенно приложила ладонь к шее, на которой горели колючие следы от поцелуев. Дракон с ошалелым и диким взглядом проследил за моим движением. Потом перевёл взгляд на мои полуоткрытые губы, обветренные, зацелованные, через которые я с трудом втягивала глотки раскалённого воздуха.

– Проклятье. Надо было оставить тебе очки. И дурацкий пучок старой девы. И все твои лохмотья. Кто ж знал, что под ними…

Он не договорил, сжал зубы и сдавленно простонал.

Я закусила губу.

То есть… ему правда нравится, как я выгляжу?

Или это сейчас в нём зелье говорит?

Мне почему-то показалось жизненно важным прояснить этот вопрос. Но я не решалась спрашивать.

Но больше не протестовала, когда Шейдар молча подхватил меня на руки и дальше потащил, как дракон тащит добычу в свою пещеру. Он ревниво сжимал руки на моём теле, а мне было так до одури приятно это ощущение, что хотелось мурлыкать от удовольствия. Я тихонько прикорнула у него в руках, прижалась щекой к шершавой ткани мундира и не заметила, как задремала.

…Сквозь сон услышала, что мы подходим к дому.

– Моя мать и сестра уже вернулись? – буркнул Шейдар подбежавшему лакею.

– Нет, ваше превосходительство, они ещё на балу!

– Какого чёрта они так поздно?! Скоро утро.

Я приоткрыла глаза и глянула на своего дракона сонно.

– Вообще-то, мы с тобой забрали их карету.

Мы смотрели друг на друга пару долгих мгновений, а потом Шейдар откинул голову и оглушительно расхохотался.

Я аж проснулась.

Как завороженная уставилась на небывалое зрелище.

Боже.

Он умеет не только улыбаться, но и смеяться.

Мой мир не будет прежним.

Отсмеявшись, дракон покачал головой.

– Да уж. С твоим появлением в моей жизни, Моль, она определённо превратилась в полный хаос. Я никогда в жизни ничего не забывал. Генри! Отправь запасную карету во дворец. Срочно. И гонца на лошади. К Площади Семи Королей.

Он стремительно потащил меня к лестнице по широкому мраморному холлу. Грохот сапог отзывался эхом в спящем тёмном доме. Редкие свечи в канделябрах горели на стенах, оставляя по углам густые тени.

– С какой целью гонца, вашество? – окликнул его в спину растерянный лакей.

Шейдар закатил глаза.

– Это уже никуда не годится… я разве не сказал? Там моя карета осталась. Пусть кучер больше не ждёт, а едет домой. Я… форлы меня задери, я забыл отменить ему приказ ожидать.

Я уткнулась лицом в грудь Шейдару, мелко трясясь от хохота. Пожалуй, смеяться над драконом ему в лицо было бы несколько невежливо. И чревато.

Он тащил меня по лестнице, переступая сразу через три ступеньки, с такой сложной, сконфуженно-сердитой физиономией, что я решила не подливать масла в огонь.

– Смешно тебе, коза? – сурово спросил Шейдар.

– П-простите, милорд!

Он пнул сапогом дверь в комнату, которую мы делили с ним на двоих. Оказаться в знакомых стенах, среди знакомых запахов оказалось неожиданно приятно.

Резко поставил меня на пол. Мои ноги утонули в мягком ковре.

– Надеюсь, слуги набрали воду в ванную, как я велел перед уходом. Остыла, конечно. Но ты не бойся, я тебе её нагрею, – вкрадчиво проговорил дракон, одним движением защёлкивая замок в двери. – Ты же не пойдёшь в постель с грязными ногами?

Он стоял сзади.

Очень, очень близко.

Мне как-то вмиг перестало быть смешно.

Пальцы дракона небрежно смахнули мои спутанные локоны со спины мне на грудь.

Неторопливо пробежались самыми кончиками по обнажённой шее, прочертили невесомую линию по впадине позвоночника до самых лопаток. Остановились там, где начинался корсет.

А потом решительно взялись за шнуровку моего корсета.

Глава 32

Глава 32

Это был очень, очень, очень длинный день.

Плавно перешедший в столь же длинную ночь.

Время – далеко за полночь, я совсем потеряла счёт, знаю только, что вряд ли когда-нибудь эту ночь забуду.

Приворотное зелье, связавшее нас незримыми узами, творит что-то непонятное с моим телом.

Я должна бы сейчас протестовать простив бесцеремонных, бесстыдных действий дракона.

Но почему-то стою, охваченная трепетом, и жду, что будет дальше.

В комнате – полумрак, он не стал зажигать свечей. Лишь Луна, уставшая и уходящая на покой, слабо светит в окно. Прохладный ветер колышет тяжелые занавеси. Письменный стол у окна из массивного дерева, книги, горные пейзажи на стенах, приоткрытая дверь в спальню, диван у стены, который так недолго был мне прибежищем… обстановка, которая врежется мне в память на всю жизнь, я знаю. Маленький мир, который вдруг стал для меня всем. Как будто прошлая, привычная жизнь осталась уже очень далеко. А я, вырванная с корнем из привычных будней, стала немножко не собой. Как будто это всё происходит с кем-то другим.

Может, во сне.

А во сне ведь можно позволить себе чуть больше?

Позабыть о том, что ты – разумная, трезвомыслящая барышня, которая всю жизнь руководствуется твёрдыми принципами, знает своё место, прочно стоит на ногах, самостоятельно о себе заботится, потому что больше не кому… не верит в чудеса и сказки. Давно уже не верит.

И уж конечно, почётный библиотекарь, книжная Моль и старая дева Молли Квинси никогда не влюбится в дракона.

И не станет млеть под касаниями его рук.

Это всё зелье. И платье. И распущенные волосы.

Сегодня я – не она.

Наполовину оборванная шнуровка корсета легко поддаётся, подчиняясь драконьим пальцам. Он стоит позади меня, я не вижу его лица. Ничего не говорит. Но это слишком наполненное молчание. В нем больше нет смеха, взаимных подтруниваний, попыток сделать вид, что с нами не происходит ничего особенного. Подумаешь – какое-то дурацкое заклинание криво сработало. Пообжимаемся по тёмным переулкам, нацелуемся от души, перетерпим какую-то недельку, и снова будем свободны друг от друга...

Нет. То, что происходит сейчас, уже слишком серьёзно. И слишком далеко зашло.

Мы оба танцуем над пропастью.

И оба это понимаем.

Один неверный шаг – и упадём. И тогда зелье свяжет нас навеки.

Мне даже не хочется задумываться, почему вот прямо сейчас, в этот самый момент, такая перспектива не кажется больше пугающей.

Левая ладонь Шейдара лежит на моём обнажённом плече. Пока правая разделывается со шнуровкой.

Наконец, половинки корсета падают к моим ногам вместе со смятым кружевом, слегка прикрывавшем руки.

Ладони дракона неторопливо проводят по моей талии вниз, а потом резко рвут завязки юбки.

– Это было красивое платье, – с упрёком произношу я.

– Куплю тебе ещё, – шепчет Шейдар. Склоняется ниже, целует в шею. Я тихо вздыхаю от удовольствия. На мне из одежды – лишь тонкая нижняя сорочка из невесомой ткани, которая едва-едва держится на теле.

– Милорд так заботится о своих слугах! – выдыхаю я.

Он кусает в плечо, обвивает руками, прижимается сзади всем телом. Я радуюсь, что сам не раздевается, и между нами по-прежнему слишком много слоев одежды, чтобы я начала впадать в панику. Я знаю, что для него – дело принципа не поддаться зелью окончательно. Я верю, что он сможет удержаться на самом краю.

Мне можно расслабиться и понадеяться на силу воли этого мужчины.

И просто наслаждаться объятиями.

В конце концов, я всю жизнь была сильной. Вынуждена была. Вариантов других не было, чтобы выжить в одиночку.

Могу себе позволить чуть-чуть побыть слабой? Пусть с зельем борется он.

А мне просто слишком хорошо сейчас, чтобы с этим бороться.

Откидываюсь головой на плечо дракона, прикрываю глаза.

Прохладный ветер из окна овевает разгорячённое, утомлённое за день тело. Как же хорошо без проклятого корсета! Без тяжелых юбок. Без всей этой лишней шелухи. Как будто с меня сняли камень, привязанный к шее. Такая лёгкость во всём теле.

Ладони дракона на моём животе медленно движутся выше.

Замирают где-то на границе нижних рёбер.

– Осторожнее, милорд! – мурлычу я. – Вы же не хотите из-за случайной слабости привязать себя на всю жизнь к собственному секретарю. Какой-то простолюдинке из захолустья миров. Серой Моли, как вы совершенно правильно выразились…

– Молли, заткнись! – дружелюбно посоветовал дракон. – Иначе я найду твоему острому язычку какое-нибудь полезное применение. Ты даже себе не представляешь, сколько есть вариантов кроме того, который ведёт к окончательной привязке.

Сердечко ёкает в моей груди, щёки начинают гореть.

У меня нет такого богатого опыта и извращённой фантазии, как у дракона. И всё же вкрадчивое обещание в его голосе будит что-то такое в глубине моего существа, что любопытство так и подмывает спросить. Что именно он имеет в виду.

Прикусив губу, чтоб не сорваться, я продолжаю молчать.

Дракон тяжело дышит, но колоссальным усилием воли удерживает руки от движения дальше, выше.

– Идём! – произносит с трудом.

Вот эта самая, новая и незнакомая часть меня, которая родилась благодаря зелью, втайне испытывает сладкое удовольствие. От того, что такой большой, такой суровый, такой злой дракон едва-едва может держать себя в руках рядом со мной.

«Дура, чему ты радуешься? Это не на тебя реакция, это всё зелье!» – уколол голос разума.

Я его легкомысленно отогнала.

В голове рефреном звучат слова моего дракона.

Он – настоящий.

Я – настоящая.

Значит, всё, что происходит между нами сейчас – настоящее тоже.

Он с видимым усилием отрывается от меня. Делает шаг в сторону. Подаёт руку. Как будто я – его дама, и он ведёт меня танцевать на балу.

Я вкладываю тонкие пальчики в большую, горячую ладонь.

Короткий пристальный взгляд дракона на моё тело – сверху вниз, будто всю меня огладил. В его глазах вспыхивает тёмное пламя. Строгое выражение лица, плотно сжатые губы. Милорд полностью уравновешен и твёрдо намерен не допустить ничего лишнего. Но глаза выдают. На меня никто, никогда в жизни не смотрел так. С такой жаждой обладания. Восхищённо. Жадно. Не скрывая желаний.

Я должна бы испытывать стыд. Но почему-то смущения нет.

Я купаюсь в этом восхищении, в этом кипучем огне его взгляда, и чувствую себя расцветающим цветком, который распускает лепестки из тугого бутона. Под солнцем, которого так долго ждал.

Переступаю босыми ногами через юбки, сваленные мятой грудой на полу.

Я не знаю, откуда во мне взялась эта нежданная грациозность.

Я словно живая картина, которую прямо сейчас рисую в полумраке своими движениями. А он смотрит, как художник, который стремится запомнить навсегда, запечатлеть в памяти.

Ведёт меня к двери в ванную комнату.

Там уже приготовлена медная ванна, заполненная водой, как он и говорил. По её поверхности плавают веточки цветов и сухие стебельки благовонных трав.

Когда дракон, не отрывая горящего взгляда от меня, опускает правую руку в воду, она очень скоро нагревается так, что от неё начинает подниматься пар.

– Спасибо, мой господин. Вы очень добры, – опускаю глаза, прячу взгляд под ресницами.

– Ты сегодня всю ночь мёрзла, – хрипло произносит Шейдар. – Дело хорошего хозяина – заботиться о здоровье своих подчинённых.

Раздеваться полностью при нём я бы всё же никогда не осмелилась.

Присобрав подол сорочки, опираясь на твёрдую руку дракона, я переношу правую ногу в ванну, затем вхожу целиком прямо так. Горячая, почти обжигает. Жаркая волна от кончиков пальцев на ногах стремительно распространяется по всему телу вверх.

Дракон отпускает мою руку и отступает на шаг.

Я медленно опускаюсь в ванну. Сажусь в ней, подтянув ноги к груди и перекрестив лодыжки. В клубах пара запах благовонных трав становится острым, пряным, окутывает меня невесомой вуалью, добавляет какую-то новую ноту в тот безумный коктейль, который уже бежит по моим венам после приворотного зелья.

Глаза поднять по-прежнему не решаюсь.

Я погружена по плечи. Мокрые волосы длинными лентами плывут по воде. Моя сорочка намокает тоже.

Слышу, как дракон со свистом втягивает воздух через сжатые зубы.

Даже не хочу представлять, какое зрелище открывается его взору. Он стоит в паре шагов, наводя трепет всей своей массивной, недвижной фигурой, доминирующей надо всем окружающим пространством, и продолжает, не мигая, смотреть на меня.

– Пожалуй, отныне спим раздельно, – сдавленно произносит Шейдар.

– Как пожелаете, милорд, – едва слышно произношу я. Мне кажется, если я сейчас посмотрю ему в глаза, он сорвётся. Поэтому я продолжаю прятать взгляд под ресницами. Обнимаю себя обеими руками. Пока горячая вода покусывает моё тело, расслабляет, обволакивает.

– Разумеется, ты в моей постели. Я на диване.

– Спасибо, милорд, – вздыхаю тихонько. – Вам больше не требуется, чтобы я вас будила?

– С тех пор, как ты рядом, кошмары прекратились. Я теперь не рискую обернуться драконом и сжечь всё во сне. Так что думаю, с этой твоей функцией покончено. Можешь спать одна. Сейчас на повестке дня намного более серьёзный риск. Так что спать в одной постели нам ни в коем случае нельзя, – напряжённо произносит дракон.

– Всецело поддерживаю ваше мудрое решение, – шепчу я.

Но дракон всё не уходит. Он стоит и продолжает смотреть.

– Думаю, вы можете уже идти, Ваше благородие. Дальше я сама. Спокойной ночи.

И всё-таки проходит долгих несколько минут, прежде, чем я слышу сдавленные ругательства, в которых поминались все форловы родственники до десятого колена, и Шейдар, наконец, ушёл, раздражённо хлопнув дверью ванной комнаты так, что рябь пошла по воде.

Я закрыла лицо руками и сползла в ванне, окунулась с головой.

Почему-то хотелось глупо улыбаться.

Да что ж такое со мной происходит?

…В ванне я просидела, пока вода окончательно не остыла. В голове кружились воспоминания прошедших суток. Особенно часто вспоминались поцелуи дракона. Истерзанные губы горели до сих пор. А вся шея была исцарапана его колючей, небритой щекой. У меня словно по всему телу остались следы, где бы ни касался, даже через одежду. И это нельзя было смыть водой. Это теперь навсегда со мной.

Я надеялась, что если просижу в ней достаточно долго, Шейдар успеет заснуть.

Когда наконец-то я осмелилась вылезти, стянуть с себя мокрую тряпку и закутаться в пушистый белый халат, во всём доме царила мёртвая тишина – та особая тишина предрассветных часов, когда даже птицы ещё не проснулись, и кажется, что в целом мире ты один.

Тихонько приотворила дверь и опасливо выглянула.

Шейдар спал на диване, и в полумраке отчётливо виднелся тёмный силуэт его голого тела, едва прикрытого по пояс простыней. Положив руку под голову, а другую свесив до пола, господин беспокойно спал. Голова то и дело металась по подушке. Он хмурился. И что-то бормотал во сне. Широкая грудь со связкой мерцающих амулетов высоко вздымалась. Бедный дракон катастрофически не помещался на диване, и его гигантские ступни торчали далеко за его пределы.

Я улыбнулась, прислонившись к дверному косяку. Почему-то это зрелище показалось ужасно милым.

Не знаю, сколько я ещё так стояла и пялилась на спящего дракона. Уговаривая себя, что просто-напросто проверяю, вдруг ему снова снятся кошмары и он начнёт покрываться чешуей. Но ничего такого. Дракон просто спал очень беспокойным сном.

Думаю, мне сегодня предстоит не менее беспокойный.

Я осторожно прокралась мимо, чувствуя, как щекочет густой ковёр голые ноги. Как приятно всё же ощущать себя до скрипа вымытой, расслабленной, согретой!

Моё платье осталось валяться там же, где его снял дракон. Я подхватила тяжёлые тряпки по дороге и аккуратно разложила на кресле.

Вошла в спальню.

Широченная кровать, призывно расстеленная, смущала. Но в то же время манила. Я уже предвкушала прохладное прикосновение белоснежных простыней.

Нашла ночную сорочку, заботливо принесенную служанками. Это тоже было что-то из арсенала, купленного для меня Шейлой в той модной лавке. Невесомая ткань, куча кружева и какие-то дурацкие бантики. Неужели драконицы правда в таком спят? Это ведь жутко неудобно! И абсолютно развратно.

Оставалось лишь радоваться, что дракон меня в таком совершенно точно не увидит.

Я закрыла дверь, оставив на всякий случай щёлочку. Если он начнёт во сне рычать, я должна всё-таки услышать.

Юркнула под одеяло. Застонала от удовольствия.

Всё.

Официально заявляю – это был самый долгий день в моей жизни.

Наконец-то он закончился.

…Я уже почти погрузилась в блаженное забытья сна.

Как меня словно что-то толкнуло.

Я распахнула глаза.

Луна совсем скрылась, в комнате было темно, хоть глаза выколи.

И всё же.

Тень в углу.

Она была такой чёрной, словно сама Тьма сожрала кусок пространства и стёрла все очертания предметов.

А ещё она смотрела на меня недобро, и все волоски на моём теле встали дыбом.

В голове яркой вспышкой пронеслось слово.

Тенеходцы.

Мы слишком много отвлекались в последнее время. Балы, приворотные зелья, поцелуи, прогулки под звёздами… я совсем забыла, ради чего меня на самом деле притащил в свой мир Шейдар. О чём так упорно ищет информацию. Забыла по книгу, которую украли из запертой, тщательно охраняемой сокровищницы. Забыла вообще обо всём, кроме этого несносного мужчины с отвратительным характером, который ворвался в мою жизнь и поставил её с ног на голову.

А вот теперь реальный мир, кажется, решил напомнить о себе.

Страх сковал тело, сжал тисками.

А потом словно придал сил.

– Кто здесь? – громко спросила я.

Тень словно заколебалась, сгустилась, стала «плыть» очертаниями.

Я вскочила, откинув одеяло.

И не помня себя от ужаса, бросилась в соседнюю комнату.

– Шейдар! – я схватила дракона за плечо и потрясла. – Шейдар, проснись! Шей…

Рывок.

Переворот.

Я оказываюсь под драконом. Прижатая его твёрдым и тяжелым телом так, что не дёрнуться, не вздохнуть. Моя рука – в стальном браслете его жёстких пальцев, властно придавленная к подушке.

Сонный дракон совершенно не желал меня слушать и вникать, что происходит. Он даже не открывал глаз. Кажется, я вторглась в его сон. И стала его продолжением.

– Раз уж ты пришла сама, Моль… прости, это уже выше моих сил, – едва разборчиво пробормотал дракон.

И впился в мои губы.

Пока его правая ладонь все же сделала то, от чего удерживалась на волоске всю эту ночь. И властно сжала грудь через тонкую ткань сорочки. Вышибая из моей головы все и всяческие посторонние мысли.

Зачем я сюда пришла? Чего хотела?

Я больше не помнила.

Всё стерли яростные поцелуи и хаотичные, нетерпеливые движения горячих пальцев по моему телу.