Текст книги "Приворотное зелье для Злого дракона (СИ)"
Автор книги: Анна Снегова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 35 страниц)
Глава 28
Глава 28
– Вы нашли, как изготовить противоядие? – предельно спокойным и холодным тоном спрашивает Шейдар. Я уже слишком хорошо его знаю, чтобы не понимать, что это конечная стадия его выдержки. Внутри копится напряжение, подогретое приворотным зельем. И если ему в скором времени не дать выход, будет колоссальных размеров «бум». Но девчонка-помощница гадалки не понимает этого и продолжает играть с огнём.
– Да я-то нашла. Но это всё равно вам ничем не поможет.
– Поясните свою мысль, юная леди! И убедительная просьба. Вы можете, наконец, изложить всё ясно и чётко, чтобы не пришлось из вас каждое слово вытягивать клещами? – его голос дрожит от едва сдерживаемой ярости, я чувствую эту вибрацию через разделяющий нас десяток шагов. Я по-прежнему стою сзади, почти у самой двери, в тени. Как будто хочу скрыться. Всё, что происходит – происходит по моей вине. И от этого хочется сделаться совсем маленькой и незаметной.
А ещё отсюда мне хорошо видно моего дракона.
Я не могу на него не смотреть.
Я любуюсь его спиной. Тем, с какой поистине царственной осанкой он стоит, держа руки за спиной и сжав запястье правой руки – в левой. Наверное, это помогает ему держать в руках и свою злость.
Впервые задумываюсь по-настоящему о том, как нелегко должно быть тому, кто привык управлять собственной жизнью, вдруг оказаться связанным по рукам и ногам. Испытывать неуместные эмоции к какой-то человеческой девчонке. Ему, дракону. Ведь он, наверное, презирает людей. Этих слабых созданий, которые даже не могут за себя постоять.
Чувствовать унизительное влечение к одной из них? Наверняка он избалован вниманием лучших.
Я была на том балу. Я видела, как на него смотрят другие женщины.
Если бы он только пальцем поманил, любая упала бы в его объятия, как перезрелый плод.
Да что тут говорить – сама принцесса влюблена в него по уши. Наверняка рано или поздно он сдастся и сделает ей предложение. Кто ещё может быть более достойной партией для блистательного аристократа, наследника древнейшего драконьего рода, фельдмаршала короля?
Уж точно не сирота-оборванка, у которой из достоинств – только знание нескольких языков и любовь к книгам.
Я бы на его месте тоже хотела поскорее избавиться от связи с такой.
Из забытья меня выводит смех помощницы гадалки.
– Да я-то всё расскажу! – насмехается девица. – Но вам не понравится то, что вы услышите.
– А вы рискните! – цедит сквозь стиснутые зубы Шейдар. И я вижу, как напрягаются его широкие плечи, как краснеет шея между белоснежным шейным платком и тёмной линией волос. Мне хочется, чтоб обернулся и снова на меня посмотрел. Хочется увидеть выражение его глаз. Но он на меня не смотрит. Всё внимание – на ту, от которой сейчас зависит его, столь желанное, освобождение.
– Что ж. У меня есть плохая новость… и ещё одна плохая новость. С которой начать?
Шейдар молчит, потому что видимо, ни одного цензурного ответа на ум ему не приходит.
Девчонка широко улыбается, захлопывает книгу и аккуратно ставит на полку.
– Тогда начну с первой! Противоядие от приворотного зелья действительно существует. И есть рецепт. Но, как я уже сказала, он такой сложный, что приготовить его сможет только мадам Марсо лично. Значит, вам придётся подождать ровно неделю до её возвращения. Кстати, хотела задать пару уточняющих вопросов. Какой концентрации зелье вам продали, юная леди? От этого зависит степень выраженности эффекта, – она весело глянула на меня.
Я покраснела. Щёки запылали.
– Вообще-то, это не я его… приворожила. Я вообще тут не при чём. Это была ошибка. Там… другая девушка постаралась. На самом деле я…
Тут я смутилась окончательно и совсем смешалась.
– Стоящая перед вами барышня влила мне отворотное, – мрачно закончил за меня Шейдар.
– Зачем? – продолжила веселиться девчонка.
– Это вы у неё самой спросите. До сих пор не понимаю, чем вызвал такую ненависть с её стороны. Чтоб не вытерпеть нескольких дней моего общества.
Он не оборачивался и даже на меня не смотрел. Надменные ноты в голосе мешались с чем-то ещё, что я не могла разобрать. Лорд-дракон… обижен? Уязвлён?
– Может, отворотное зелье немного ослабило эффект приворотного? – с надеждой спросила я. – Должно же как-то перекрываться… ну, минус на минус даёт плюс…
– Похоже, что ослабило? – уточнила девушка у Шейдара.
– Издеваетесь? – мрачно переспросил он. – Я себя ощущаю как лось в осенний гон. Если это ослабленное действие, то что тогда было бы с полной версией? Завалил бы эту предательницу прямо там, на столе с напитками? Честно говоря, был близок.
Девица бросила не него укоризненный взгляд и ещё больше покраснела. Видимо, не часто к ним заявлялись клиенты, которые настолько не выбирали выражений. Вообще, думаю, к ним обычно приходили одни женщины. А мы всё-таки существа воспитанные. Не привыкли называть вещи своими именами. Может, это и минус.
– Хм… – девица задумчиво постучала себя пальцем по губам. – Тогда, честно говоря, думаю, что в вашем случае никакой нейтрализации не получилось. Если я правильно помню учебники, то по общему правилу то заклятье, которое первым овладевает подопытным объектом, не оставляет другим зельям пространства для действия. Ну, разве что отворотное зелье добавит к вашему кхм-кхм… взаимному притяжению капельку желания друг друга убить.
Шейдар бросил угрюмый взгляд через плечо и наконец-то на меня посмотрел.
Меня как будто к полу пригвоздило этим взглядом. Давящий, тяжёлый, он одновременно обнимал и душил в объятиях.
Да. Похоже на то. Мне тоже время от времени хочется его прибить.
Примерно так же часто, как поцеловать.
Взгляд Шейдара опустился на мои губы и «поплыл».
С нервно сглотнула слюну.
Он закрыл глаза, простонал что-то сквозь зубы неразборчиво и отвернулся обратно.
– Значит, эта каторга продлится целую неделю. Отличная новость! Уже предчувствую самую длинную неделю в моей жизни. Что там у вас за вторая плохая новость была? Давайте, добивайте меня! – вздохнул он.
В чёрном взгляде девушки снова мелькнули лукавые искры.
– В этой книге написана парочка предостережений. Как раз на тот случай, если тем, кого опоили, не слишком понравилось, и они предпочли бы разорвать связь.
– А что, бывают такие, которым нравится? – угрюмо уточнил Шейдар.
Она улыбнулась шире.
– Даже не представляете себе, как часто, милорд! Ведь это зелье заставляет испытать ощущения, на которое мы, в нашем скованном условностями скучном мире, скорее всего никогда бы не решились. Просто не позволили себе. На самом деле, за всё время моей работы с мадам Марсо случаев отмены не было. Все клиенты были более чем довольны. Вы первый.
Я отвела глаза.
Ну да. Ещё бы.
За такую цену, какую стоит это чёртово зелье, его наверняка покупали только богатенькие и расфуфыренные драконицы. С приданым, отменной родословной и смазливым личиком. Я ни разу не видела некрасивых представителей драконьего племени. Так с чего бы кому-то из подопытных жаловаться?
Ясное дело, я первая, от кого охмурённый «счастливчик» решил избавиться.
Интересно, стал бы он так делать, если бы это на самом деле оказалась принцесса? Если бы это она попалась бы ему на пути первой?
Захотел бы всё вернуть, как было? Или танцевал бы сейчас с ней на балу и признавался в любви до гроба?
Сердце сжалось болью. Я поморщилась. Это было неожиданно и очень страшно. Я никогда в жизни не страдала по мужикам. У меня других причин было предостаточно. То, что происходило сейчас, пугало. Оставалось надеяться, что когда гадалка, наконец, вернётся и сварит нам противоядие, я верну себе настоящую себя. Ту, которой снова смогу гордиться. А не эту жалкую размазню, которая не может не смотреть на дракона. Не может не думать о нём. Не может не хотеть…
Неужели моя сила воли слабее действия какой-то жидкости с покрошенной в неё ботвой?
Я сжала пальцы в кулаки, пряча их в складках юбки. Меня пробивал нервный озноб.
А помощница гадалки вдруг посерьёзнела и выдала:
– Итак, я должна вас предупредить о том, чего вы ни в коем случае не должны делать, если хотите, чтоб снятие эффекта через неделю прошло успешно!
– Я весь внимание! – буркнул Шейдар.
– Это хорошо. Потому что, мне кажется, в больше степени всё будет зависеть именно от вас. Вы же мужчина! А мы, слабые девушки, так легко поддаёмся эмоциям!
Шейдар насторожился.
– Заинтригован. Что вы имеете в виду?
Скулы девушки слегка покраснели, и она опустила глаза. Понизила голос до сбивчивого шёпота:
– Ну это, как бы вам сказать… в общем, противоядие не сработает, если вы слишком… кхм… закрепите действие приворотного зелья. В таком случае будет уже поздно. Вернуть ничего обратно не получится.
Молчание.
– То есть, вы имеете в виду… – вкрадчиво продолжил Шейдар.
– Именно! На протяжении этой недели вы ни в коем случае не должны с этой девушкой… не должны эту девушку… ну, то есть…
– Не должен лишать её девственности?
Глава 29
Глава 29
Меня опалило огнём. Горячая волна пробежала по телу сверху вниз. Сердце отреагировало отчаянным боем о стенки грудной клетки. Кровь побежала толчками, всё быстрее и быстрее.
Девица закашлялась. Побила себя кулачком в грудь.
– Именно. Спасибо за уточнение. Вы прекрасно поняли, милорд, что я имею в виду. Как хорошо иметь дело с понятливыми клиентами, которым не приходится всё разжевывать дословно! В общем, если вы сделаете с девушкой… вот это самое что вы сейчас сказали, то эффект приворотного зелья будет необратим. Вы останетесь связанными друг с другом на всю жизнь. – она помолчала, посмотрела на Шейдара недоверчиво и уточнила: – Скажите, господин, вы сможете продержаться неделю?
Шейдар повернулся всем телом и посмотрел на меня в упор.
Его взгляд скользил по мне медленно, и я ощущала его, как прикосновение.
Суровое, надменное лицо. Но слишком живые, горящие зелёными огнями глаза. Этот огонь жёг меня даже на расстоянии.
– Абсолютно исключено. – Отчеканил он. – Если всё пойдёт так, как сейчас, я уложу её на лопатки ещё до исхода ночи.
Я попятилась, когда увидела,что было в его взгляде. Через пару шагов мне в спину ткнулись грубые доски двери. Облизала пересохшие губы. Шейдар с видимым усилием оторвал взгляд от них и отвернулся. Только тогда я смогла снова дышать.
– Ох, что-то здесь жарковато стало, не находите? – весело спросила девица. – Ну вот как раз на случай слишком любвеобильных драконов, у меня в книге есть парочка советов. Как продержаться. Без… кхм… срывов.
– Валяйте. И поскорее, – буркнул Шейдар. Он резко рванул шейный платок с горла и ослабил его.
– Ну вот смотрите! – С энтузиазмом продолжила девица. Как будто мы были на экзамене. И ей выпал сложный билет, который она отлично знала, и не терпелось продемонстрировать свою эрудицию. – Представьте себе, что вы – кастрюля.
– Ч-что-что? – прокашлялся Шейдар. – Какая ещё кастрюля?!
– Кипящая. О-о-очень сильно кипящая. Вот прям кипяток, не прикоснуться. Улавливаете мою мысль?
– Пока что не очень, – признался дракон. Зато я очень хорошо поняла метафору. Ведь это меня он каждый раз обжигал, стоило коснуться голой рукой.
– Ну так вот. Вы в курсе, например, зачем в крышке от кастрюли делают дырочку?
– Какую ещё дырочку?! – взвыл несчастный дракон.
– Ту самую. Которая для отвода лишнего пара, – продолжила увещевать девица. – Потому что если лишний пар не спускать – то что? Правильно. Крышечку сорвёт. И может случиться взрыв. Я понятно объяснила?
Минутное молчание. Шейдар хмурился и явно усиленно обдумывал её слова.
Я стремительно краснела всё больше с каждым мгновением.
– То есть вы хотите сказать… чтобы мне продержаться эту проклятую неделю до приезда вашей мадам и не… кхм… сорваться крышечкой в отношении этой юной леди, я должен время от времени спускать пар? – недоверчиво спросил Шейдар. – Вы что же, намекаете мне, что я должен сходить в бордель?
– Ни в коем случае! – вскричала тоже заалевшая девушка. – Ох уж эти мужчины. Им бы лишь бы в бордель.
Она бросила на меня извиняющийся взгляд.
– Тогда что вы от меня хотите? – раздражённо буркнул дракон. И принялся ходить туда-сюда, как зверь в клетке.
Ох, кажется, моя кастрюля окончательно вскипает.
Я порадовалась, что догадалась остаться поближе к двери. А не на расстоянии броска ошалевшего от зелья дракона.
Помощница гадалки вздохнула устало, как будто целый день вела уроки в классе для отстающих детей.
– Ну вот смотрите, милорд. Давайте я по полочкам всё разложу. Значит, как вы уже поняли, надеюсь… вы же поняли? Смотрите, вы как порядочный джентльмен должны в этой ситуации нести всю ответственность за честь юной леди! Так вот, вам с этой барышней ни в коем случае нельзя… э-э-э… вступать в полный физический контакт, – нашлась она, подобрав, наконец, безопасные слова. – Но это не отменяет возможности частичного!
Примерно в этот момент я начала подозревать недоброе.
Моя пятая точка безошибочно почуяла подвох.
Не зря у меня были плохие предчувствия перед этим вечером, ох, не зря! Надо было из окна тогда прыгать. Подумаешь, парочка переломов. Это ерунда по сравнению с целой неделей наедине с озабоченным драконом, у которого одни бордели в голове.
– Ну так вот! Уверяю вас, вы сможете успешно продержаться эту неделю, если время от времени будете с этой девушкой слегка… кхм-кхм… сбрасывать напряжение. Главное, не переходить точку невозврата. Думаю, лучше всего для этой цели подходят поцелуи.
Её глаза возбуждённо заблестели. Она выглядела сейчас точь-в-точь старая дева -сводница с десятью котами, у которой главное развлечение в жизни – сватать своих многочисленных племянников и племянниц. А тут два таких интересных объекта подвернулись.
– То есть, я должен с ней целоваться? – недоверчиво уточнил Шейдар, указав на меня назад большим пальцем.
Мне как-то резко поплохело. И закружилась голова.
Нет!
Он же прямо сказал, что ни за что меня не будет целовать.
Что это удар по его гордости. И он себя не будет уважать, если пойдёт на поводу у эмоций. Вот из принципа не станет.
Так что Шейдар совершенно точно не будет этого делать!..
Дракон постоял пару мгновений, осмысливая.
– Да-да, вы всё правильно поняли! – восторженно запищала девица.
– Как часто? – деловым тоном поинтересовался он.
Мне как будто кипятка в вены плеснули. Ч-что значит, «как часто»?! Он там что, в уме уже график поцелуев составляет?!
– А вот как только почувствуете, что крышечку скоро сорвёт, так берите и целуйте её! – с энтузиазмом предложила ученица гадалки.
Я что-то не поняла, а меня тут никто не удосужится спросить?! Хочу я или не хочу помогать дракону «пар сбрасывать»?! Я, может, ему в кухарки не нанималась! Я, между прочим, дипломированный библиотекарь!!
– Хм. Ясно, – задумчиво протянул дракон.
А потом медленно повернулся ко мне всем телом. И посмотрел в глаза в упор – взглядом пристальным, жгучим, немигающим. Даже через разделявшую нас комнату это ощущалось так, словно захлопнулся капкан.
– Ну, раз надо для дела… – Шейдар приподнял тёмную бровь. И зелёные искры в драконьих зрачках вспыхнули ярче.
Ма…ма.
Я резво обернулась, дёрнула на себя дверь и выбежала прочь.
– Молли, стой! Немедленно остановись! – полетел мне в спину угрожающий приказ Шейдара.
Но я слышала в его голосе не только раздражение.
Там был ещё тщательно скрываемый охотничий азарт. И предвкушение.
Я подобрала юбки и стремглав понеслась прочь, как перепуганный заяц. Через уснувшую площадь. К ближайшим домам, тёмные стены которых высились, подобно часовым, охраняющим спящий город.
Неторопливый грохот тяжелых шагов по мостовой. Лорд даже в такой ситуации не собирался терять достоинства и бежать за какой-то там девчонкой.
– Молли, я не стану за тобой бегать! – злился Шейдар позади.
Зато я стану. От вас, господин дракон! Вот когда я по-настоящему оценила, что выбросила проклятые каблуки. Я бежала так, словно от этого зависела моя жизнь.
– Удачи, голубки! – донеслось весёлое эхо. – До встречи через неделю! Если, конечно, захотите.
Глава 30
Глава 30
Палатка гадалки стояла на самом краю площади, и по счастью, бежать до ближайших домов оказалось не так уж далеко. Я нырнула в тень переулков, и мне стало чуточку спокойней, как зайцу, что скрылся в густом подлеске.
В груди невольно вспыхнула надежда.
А вдруг? Тот самый третий план побега наконец-то принес плоды, пусть и не самые очевидные. Не получилось с отворотным зельем – но получится сбежать?
Этот огромный город был самым настоящим лабиринтом. Я всякий раз выбирала на развилках самый неприметный и узкий переулок, убегала все дальше и дальше, так, что дыхания уже не хватало и голые ноги, сбитые с непривычки об камни, саднили и ныли. Но я не собиралась останавливаться.
Даже малый глоток свободы был опьяняющим.
Спящие дома словно смежили веки и не смотрели на меня – закрытые ставнями окна не пропускали ни капли света, а фонарей в этой части города не было. Дорогое масло для фитилей – это лишь для широких проспектов, по которым ездят кареты богатеев и неспешно прогуливаются дамы в пышных платьях. В этих глухих переулках царила темнота. И горожане уже давно спали, ведь трудовой человек не ходит по балам и к этому часу давно валится с ног от усталости.
Было ощущение, словно я одна в целом мире. Как будто ночь укрывает своими крыльями и прячет от чужих глаз.
И в конце концов я перешла на шаг.
…Что я сама себя загнала в тупик, поняла только, когда очередной поворот извилистого закоулка вывел меня к глухой кирпичной стене, возле которой были кучей навалены старые ящики. Я растерянно стояла и смотрела на неё пару мгновений, кусая губы.
Эта дурацкая стена казалась мне метафорой на всю мою бедовую жизнь.
Пока мы растем и учимся, учителя в один голос твердят нам, что главное – стараться. Прилагать как следует усилия, много-много работать, и тогда всё получится.
Вот только это всё вранье.
Можно бежать, выбиваясь из сил, и забежать в тупик.
Важно не только стараться. Важно понимать, в каком направлении прикладывать усилия.
Я снова услышала до боли знакомые шаги за спиной. Далеко позади, но этот звук я узнала бы из миллиона. Дракон не спешил. Не к лицу было такому лорду, как он, сломя голову носиться за глупой девчонкой, поверившей в то, что из любой ситуации в жизни можно найти выход, если хорошенько поискать. А он просто загонял меня в ловушку в городе, который знал, как свои пять пальцев.
Порывисто обернувшись, я увидела, как в просвете меж домами на дальнем конце переулка возникает широкоплечий чёрный силуэт. В лунном свете он был обрисован отчётливо, как иллюстрация чёрной тушью в старой книге, где не было цветов, только точёные профили людей, которые мне казались такими романтичными в детстве…
В моей ситуации сейчас не было ничего романтичного.
Все до смешного просто.
Есть неделя.
И есть злой дракон, которого до ужаса бесит моё поведение.
Есть задание, которое я должна сделать для него.
И есть неуместные эмоции, которые в нём разбужены дурацким приворотным зельем, что нашло для себя неправильный объект.
Я сама по собственной глупости влипла в эту отчаянную ситуацию. Вот теперь пришла пора пожинать последствия своего безрассудства.
Шейдар приближался не спеша. Я не могла видеть его лица, которое всё ещё было в тени. Сердце колотилось как сумасшедшее. Я невольно отступала, пока мои лопатки не упёрлись в старую кирпичную стену. Дальше бежать было некуда. Я сжала в пальцах шелковистую ткань своей пышной бальной юбки. Может, попытаться дать ему в нос? Но что-то мне подсказывало, на этот раз и правда хватит глупых поступков.
Он подходил все ближе, и тяжелая поступь его окованных металлом сапог была неотвратима, как предопределение. Когда между нами оставалось не более десятка шагов, Шейдар, наконец, заговорил.
– Заявляю официально. Это было худшее решение из всех, которые я когда-либо принимал, когда решил взять тебя с собой из той задрипанной библиотеки.
В голосе дракона столько раздражения, что меня будто окатывает холодной волной.
К глазам подступают слёзы.
Вот как он относится к моему присутствию в своей жизни. Вот как относится к необходимости меня целовать.
Шейдар делает ещё шаг, и выходит на свет, луна освещает призрачным сиянием его острые, хищные, вылепленные тенями черты. Зелень глаз мерцает гипнотическими огнями, я не могу отвести взгляда.
– Наконец-то я тебя догнал. Ничего более унизительного мне ещё не доводилось делать, – мрачно проговорил дракон. И ещё шаг. Всё медленней и медленней. Он разглядывает меня, хмуря брови, словно хочет убедиться, что зелье всё ещё работает и притяжение никуда не делось.
Оно здесь. Я чувствую это всей кожей. С каждым мгновением всё острее. С каждым шагом, что сокращает расстояние между нами.
– Молчишь? – хмыкает дракон. – Только не говори, что проснулась совесть, наконец.
А что сказать? Слова больше ничего не решат. Моя воля ничего не значит.
Проглатываю тугой комок слюны в горле.
Последний шаг.
Шейдар внезапно оказывается слишком близко. Меня накрывает его тенью. А я и забыла, какой он высокий. Запрокидываю голову и жду.
Мы оба знаем, что сейчас произойдёт.
Я так и не смогла убежать от неизбежного.
Сколько бы ни пыталась, всё повторялось снова и снова – мы будто привязаны друг к другу. Чем сильней моё усилие вырваться из сферы притяжения, тем больше тянет обратно, когда ничего не выходит. Словно крохотную иголку с силой несёт к магниту.
Взгляд Шейдара неотрывно прожигает меня.
– Иди сюда! – рычит дракон, и на мою талию ложатся тяжёлые ладони. – Мне всё равно придётся тебя поцеловать. Так что давай закончим быстрее.
– Ненавижу вас! – шепчу тихо. Из-под ресниц слежу, как медленно склоняется ко мне его лицо. Как приближаются сурово сжатые губы. Злющий какой. Впрочем, как всегда. Обвиваю руками шею лорда-дракона. Он дёргает меня к себе, впечатывает в твёрдую грудь.
– Это не имеет значения, детка.
– Проклинаю тот день, когда вы появились в моей жизни!
Он усмехается.
– В этом мы сходимся. Я тоже проклинаю тот день, когда сам себе устроил такую занозу в заднице, как ты.
Его ладони на моём теле раскалённые даже через платье. Наверное, у меня будет ожог. Я вся напряжена в ожидании того, что должно случиться. Как натянутая струна. Меня потряхивает от нервов. Дракон не торопится, он знает, что теперь-то, наконец, завладел добычей полностью. Сопротивление сломлено. Я покорно жду своей участи, забывая дышать. Внимательно разглядывает моё лицо. И не спешит. Почему ты, моё зеленоглазое мучение, моё проклятье, не спешишь? Ещё немного, и у меня, наверное, подогнутся колени.
Сейчас, да?
Это произойдёт сейчас?
Мой первый поцелуй.
Дракон хмурится. И останавливается. Почему? Я же чувствую нетерпение и яростное, неукротимое желание, которое пробудило в нём зелье. Я ощущаю это в жаре его тела, которое оно источает, будто печка. В запахе кожи. В горящих тёмным огнём глазах. И всё же дракон не спешит.
Не понимаю, что происходит. У меня в голове туман, дрожь по телу, я совсем замёрзла, пока бежала, и теперь наконец-то начинаю это ощущать.
Шейдар вздыхает.
На мгновение закрывает глаза, а когда открывает – в нём пытливое, пристальное внимание. Смотрит с прищуром, испытующе.
– Понятия не имею, как ты это делаешь. Каждый раз после очередной твоей выходки мне хочется открутить тебе голову. Но стоит посмотреть в эти перепуганные глаза, и вместо этого испытываю неистовое желание оторвать её кому-нибудь другому. Тому, кто поселил на дне этих глаз то, что я там вижу.
Отпускает мою талию. И вместо этого ныряет пальцами мне в волосы. Сжимает моё лицо в ладонях, тянет к себе.
– Скажи мне, Моль, – горячий шёпот всё ближе. Я, как завороженная, смотрю в огромный чёрный зрачок, окаймлённый зелёным мерцанием. – Почему у тебя всегда такие грустные глаза? Даже когда язвишь. Даже когда доводишь меня до белого каления своей строптивостью. Почему?
Коротко вдыхаю носом. Снова щиплет веки и хочется плакать. Я никогда не плакала, я всегда думала, что я сильная. Я не привыкла, чтобы меня жалели – наверное, от этого сейчас так сильно хочется разрыдаться. Потому что я не привыкла, чтоб кто-то доискивался на дне моих глаз то, о чём плачет моя душа.
– Вы не поймёте… – шепчу едва слышно.
– А я попытаюсь, – очень серьёзно произносит Шейдар. – Объясни мне, что происходит. Я совершенно точно знаю, что ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал. Поверь мне, мужчине с опытом не нужно объяснять такие вещи. И тем не менее, ты бежишь от меня сломя голову, будто я – какая-то смертельная угроза. И выглядишь так, будто то ли разревёшься сейчас, то ли свалишься в обморок. Нет, я, конечно, понимаю, что я не сахар. Но до такой степени бояться целоваться со мной?
Его пальцы осторожно гладят моё лицо.
– Это всего лишь поцелуй, Молли.
Хрипловатый шёпот царапает мою кожу. Зелёный взгляд опускается на мои пересохшие, обветренные губы. Их начинает покалывать.
Отвожу глаза.
– Может, для вас и «всего лишь». А для меня… для меня – это первый поцелуй. И я, как дура, мечтала когда-то… когда ещё носила розовые очки и читала дурацкие ванильные романы… что он будет по любви. – Моё горло сжал спазм, с ресниц скатилась предательская горькая капля. – Что он будет настоящим.
В довершение своего позора я хлюпнула носом.
Зажмурилась крепко-крепко, чтоб сдержать проклятую жидкость. Но ничего не помогало. Солёные дорожки прочертились по моим щекам. Ну вот, может теперь, вот такую, зарёванную и сопливую, он не станет?.. Побрезгует. Хоть какой-то будет толк от моего позора… Иначе почему он так долго молчит?
Шершавые горячие пальцы осторожно коснулись моих щёк. Стирая слёзы.
– Эй, Молли. Посмотри на меня, – мягко произнёс Шейдар. Я никогда ещё не слышала в его голосе таких нот. Будто с котёнком потерявшимся разговаривает.
Я упрямо покачала головой.
Была как ребёнок, который думает, что если закрыть глаза, его тоже не видно. Не стану открывать! Никогда в жизни ещё мне не было так стыдно.
– Молли, – вздохнул дракон.
– Не-а! – упрямо качала головой я и шмыгала носом.
Шейдар гладил моё лицо костяшками пальцев, нежно убирал прилипшие от слёз пряди волос. Не торопил. Ждал. Я обеими руками так крепко обвила его за шею, словно тонула, и цеплялась за последнее, что не давало мне пойти ко дну. Меня всё ещё била нервная дрожь, но спасительное тепло от драконьего тела уже мягко окутывало целебной волной, проникало до заледеневшего нутра, до самых костей. К этому теплу мне хотелось прижаться всем своим существом. Проклятое зелье отключало всякую логику, доводы разума улетали куда-то прочь, как последние осенние листья с веток.
Дракон взял моё лицо за подбородок и приподнял.
– Послушай меня.
Властные ноты в его голосе заставили меня приоткрыть веки.
Я почти ничего не видела за пеленой слёз, а луна, зашедшая за тучи, не хотела облегчать мне задачу. Во тьме горели только зелёные угли драконьих глаз. Но он был близко. Так близко, как только можно быть. Наши дыхания смешивались. Я дурела от запаха его кожи. И постепенно… вопреки всему постепенно согревалась и успокаивалась.
Оказывается, как это здорово, когда тебя не высмеивают за слёзы.
Когда просто обнимают – и всё.
Оказывается, это и есть то, что нужно больше всего.
Голос дракона был неожиданно серьёзен, когда он продолжил говорить. И каждое, каждое слово упало, подобно капле живой воды на моё иссохшее, одинокое сердце.
– Поверь мне, Молли. Не важно, что привело нас в этот самый момент. Не важно, что в нашей крови разносится ядом проклятое зелье. Всё это сейчас не важно. Я – настоящий. Ты – настоящая. А значит, то, что происходит сейчас, наш первый поцелуй… он настоящий тоже.
Осторожное прикосновение горячих губ к моим мокрым от слёз губам.
Задержаться на мгновение.
Отпустить.
Этого же слишком мало, чтоб унять яростный огонь в твоих жилах? Чтоб утихомирить действие зелья…
А значит, нужно ещё одно касание. Жизненно необходимо. Нам обоим.
Прихватить губами мою верхнюю губу. Отпустить.
У меня уже путаются мысли.
Я забываю и о зелье, и обо всём, что было до.
Есть только ночь, и темнота, и наше сбивчивое дыхание, и вкус его губ на моих губах. Приоткрываю их навстречу.
Это уже третий поцелуй, или всё ещё первый длится? Не важно. Я хочу их все.
Дракон теряет терпение, его пальцы путаются в моих волосах, его губы впиваются в мои, присваивают, подчиняют. Закрыв глаза, я отдаюсь этому пьянящему чувству, отдаюсь на волю мужчине, который совершенно точно знает, как целовать девушку так, чтобы она забыла обо всём на свете.
И я продолжаю забывать.
Делаю пару крохотных шажков вперёд, и становлюсь замёрзшими ногами на его ступни в жёстких сапогах. Приподнимаюсь. Мне хочется ближе к твоему теплу. Я смертельно устала от холодных камней и одиноких дорог.
Дракон ворчит что-то неразборчиво, опускает руки мне на талию, обвивает её крепко-накрепко и поднимает меня вверх. Прижимает к себе всем телом. Моё дыхание – ему в грудь. Сжимаю пальцы на его плечах. Мне хочется, как кошечке, запустить в них коготки и никогда, никогда не покидать этого блаженного тепла. Согреваюсь сразу вся, до кончиков пальцев на ногах. А поцелуй становится глубже, и я понятия не имела, что в этом деле, оказывается, может участвовать и язык. Кружится голова, я вся растворяюсь, меня больше нет, есть лишь лавина ощущений, которые и близко не походят на то, что я представляла, читая книги.
Это что-то очень-очень настоящее. Близкое. Доверительное.
Как будто вихрем смело все покровы с души, и теперь она обнажена и вся без остатка доверяет тому, кто её согрел.
…Я не знаю, чем бы всё закончилось.
Мне кажется, вздумай он сейчас снять с меня платье, я бы даже не пикнула.
Дракон одумался первый.
Он резко поставил меня на землю и оторвался от моих губ. С таким усилием, словно мы и правда были иголкой и магнитом. Отодвинул меня на вытянутых. Тяжело дыша, пару минут просто смотрел на меня. А мне больше не хотелось отводить взгляд. Лучше вот так стоять и любоваться тем, какой яростный танец танцуют зелёные искры в драконьих глазах. Слишком красиво. Могла бы смотреть вечно.
– Да уж, Моль… – с трудом выговорил Шейдар, когда отдышался. – Официально заявляю. Это будет самая длинная неделя в моей жизни.
Я улыбнулась.
Почему-то не хотелось думать о том, что будет дальше.
Было слишком хорошо и легко на сердце прямо сейчас.
Он как завороженный смотрел на мою улыбку ещё с полминуты. Потом встряхнул головой, словно сгоняя наваждение.
Схватил меня за руку, развернулся и повёл за собой к выходу.
Я послушно побрела.
Он больше не спешил, приноравливая шаги к моим. Старался на меня не смотреть.
Мы шли молча. Вышли из переулка, который показался мне теперь совсем коротким. Свернули на одну улицу, потом на другую, побольше… Я даже не следила, куда мы идём. Мне было до такой степени всё равно, что даже странно.
