Текст книги "Наследник $$$ уровня. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Андрей Еслер

Соавторы: Сириус Дрейк
сообщить о нарушении

Текущая страница: 47 (всего у книги 48 страниц)

Глава 21

Катрин

– Ты получишь гарантии. Очень ценная валюта в наше время.

Тайрон улыбнулся. Он был доволен.

Сотня планов, ещё недавно роившихся в голове, отступила куда‑то на задний план. Сейчас он шёл по пути наименьшего сопротивления. Использовать Катрин оказалось даже проще, чем он предполагал. Он видел её насквозь: понимал, чего она боится, за что цепляется, чего никогда не признает вслух. Оставалось лишь сделать предложение, от которого невозможно отказаться.

– Какие? – уточнила Катрин.

Она сидела напротив, выпрямив спину, и только сцепленные на коленях пальцы выдавали напряжение.

– Всё имущество, что ты купила, находясь в статусе невесты, останется при тебе. Также я оставлю за тобой пост редактора военной корреспонденции. Всё то, чего ты добилась своим трудом. Уютный кабинет, штат сотрудников, семизначный оклад…

Он перечислял медленно, без нажима.

– Слишком хорошо. Что же вы попросите взамен? Убить Виктора? – она шутила, но была напряжена.

Тайрон даже не улыбнулся.

– Нет, что ты… Он же мой сын, – произнёс он серьёзно. – Мне нужна небольшая фора. Нужно вывести из строя серверы Виды. Скандал, репутационные риски, потерянная информация. Это даже не уничтожит сеть, лишь притормозит. В это время пиар‑кампания Семвика развернётся во всю ширь. Не имея действующих аналогов, я соберу приличный урожай.

Катрин не колебалась. По крайней мере внешне.

– Хорошо, я согласна, – решительно кивнула она.

– Умница.

Тайрон открыл ящик стола. Направляющие прошелестели почти беззвучно. Внутри, среди папок и аккуратно разложенных бумаг, лежала небольшая чёрная флешка. Неприметная, дешёвая на вид, такая могла затеряться среди канцелярских мелочей.

Он протянул флешку.

– Вставь это в серверной, и твоя жизнь круто изменится.

Катрин потянулась за ней.

– Но…

Тайрон убрал флешку в тот самый миг, когда пальцы Катрин едва коснулись холодного пластика. Его лицо осталось спокойным. Лишь взгляд изменился, став неподвижным и тяжёлым. В нём не было ни раздражения, ни угрозы напоказ. Оттого сказанное прозвучало ещё страшнее.

– Вздумаешь что‑то рассказать Виктору, жизнь круто поменяется. Только совсем не так, как ты думаешь.

После короткой паузы он снова протянул флешку.

На этот раз Катрин взяла её и вышла из кабинета.

Длинный коридор редакций встретил её привычным шумом. За невысокими перегородками звонили телефоны, стучали клавиатуры, шелестели отпечатанные листы. Кто‑то спорил над заголовком, кто‑то торопливо нёс свежую вёрстку, кто‑то, зажав трубку плечом, делал пометки на полях. Электронные табло на стенах сменяли котировки, новости и сводки. В воздухе смешались запах кофе, бумаги, типографской краски и нагретой офисной техники.

Катрин ничего этого не видела и почти не слышала.

Она шла к себе, сжимая флешку в ладони так крепко, что края пластикового корпуса впивались в кожу.

Оказавшись в кабинете, Катрин закрыла за собой дверь, села в кресло и спрятала лицо в ладонях.

Здесь было тихо. Сквозь толстое стекло городской шум проникал едва заметным гулом.

Весь её боевой опыт в гражданском мире оказался бесполезен.

Там всё было проще. Опасность имела форму. У неё было направление, расстояние, вес, скорость. Можно было понять, откуда стреляют, где укрытие, кого защищать. Здесь оружием становились слова, договоры и обещания. Угроза улыбалась, сидела за дорогим столом и предлагала гарантии.

Она уже жалела, что ввязалась в корпоративную игру.

Здесь не было места чувствам. Отец вполне мог подставить сына и всё ради чего…

А ради чего она сама это делает?

Разве счастье в деньгах? Люди, у которых они есть, любят говорить, что не в них. Возможно, потому что никогда не боялись их потерять. Никогда не считали последние монеты и не думали, что одно неверное решение вернёт их туда, откуда они выбирались годами.

Катрин чётко понимала, что проигрывает.

С Виктором она чувствовала себя замечательно. Он был вежлив, умён, ироничен. Не давил, не требовал, не заставлял оправдываться. Рядом с ним появлялась та самая почва под ногами, которая исчезала всякий раз, когда он уходил.

Но стоило ей вернуться в Фавору, и всё начиналось сначала.

Башни, кабинеты, фамилии, влияние. Напоминание о том, кто она и какое место ей позволено занимать. О том, что любовь может оказаться слабее происхождения, а чужая семья всегда останется чужой.

Умом Катрин понимала, что виновата в собственных бедах лишь она.

Это был выбор. Такой сложный и такой простой одновременно.

Она убрала ладони от лица и посмотрела на город под ногами.

Вот оно, малышка. Всё то, чего ты так хотела.

Высокий этаж. Личный кабинет. Сотрудники, которые ждут твоих решений. Уважение коллег. Должность, за которую когда‑то пришлось бы драться зубами. Город лежал перед ней, как награда.

Ну, не будешь женой корпората, всё равно неплохо. Мно‑о‑о‑ого нулей в зарплате, личный кабинет, высокий пост.

Но цена велика.

Предательство?

Вопрос был даже не в нём. Вопрос в том, как тот же Тайрон станет относиться к ней после этого. Предавший однажды предаст дважды. Это правило было написано кровью задолго до появления корпораций и стеклянных башен.

Предателей нигде не любят.

Их используют. Благодарят. Награждают. А потом держат на расстоянии, потому что никто не хочет однажды оказаться на месте того, кого они уже предали.

Сможет ли она всё это вынести, сидя на горе банкнот?

Альтернативой было медленное забвение.

Быть рядом с Виктором она не сможет. Придётся уйти из издательства, потерять с таким трудом заработанную позицию. Отказаться от всего, что строила бессонными ночами.

Ради чего?

Ради любви?

Не было между ними любви. Она это чувствовала. Отличные любовники, не более.

Кожу обожгло в тех местах, где сильные руки сдавливали её бёдра и грудь. Внизу живота разгорелось желание, подогретое стрессом и воспоминаниями. Оно пришло не вовремя, почти унизительно, заставляя тело тянуться к человеку, которого разум уже пытался вычеркнуть.

Жар охватил всё тело.

Катрин подняла руки. Кожа на пальцах светилась едва заметным внутренним отблеском, воздух над ладонями дрожал. Организм сам высвобождал дар, настолько плохо она себя чувствовала.

Она заставила себя глубоко вдохнуть и быстро погасила талант.

Свет исчез. На коже осталась только испарина.

Отказать Тайрону? Переиграть всё?

Смотреть, как эта сучка Карла вертит хвостом рядом с твоим мужчиной? Смотреть, как твоё будущее ускользает, словно песок сквозь пальцы?

Это могло оказаться больнее любого разочарования и сломанных принципов.

Карла подходила Виктору больше. Это правда.

Предупредить Виктора?

Тогда последует удар Тайрона. Если он не получит желаемого, Катрин станет мишенью. Перейди она на сторону жениха, и всё тут же закончится. Тайрон уже доказал, что способен действовать неординарно и ему плевать на мораль. Он доберётся до Виктора. Не сейчас, так позже.

Катрин окажется в опале вместе с женихом. Придётся вечно жить на периферии, забыв о всяческих планах. Подбирать объедки с родительского стола и делать вид, что её всё устраивает.

Тайрон давал гарантии.

Гарантии того, что жизнь не отвернётся от Катрин. Давал возможность честно получить всё то, о чём она думала и мечтала с детства. Она сможет работать, приносить пользу, выбрать человека, которого действительно полюбит.

Катрин подняла палец и опустила его на кнопку селектора. Несколько мгновений водила подушечкой по гладкому пластику, словно оттягивала решение, а затем утопила клавишу.

– Мне нужно быть в Корсе. Созвонись с Октавио, борт нужен… завтра… вечером… – и уже сама себе тише. – Тянешь время? Как по взрослому!

* * *

Заброшенный завод выглядел убого.

Выцветшие стены покрывали потёки ржавчины. В нескольких окнах не хватало стёкол, и чёрные провалы смотрели на территорию пустыми глазницами. Вдоль корпуса тянулись остатки старых труб, местами провисшие и заросшие сухим вьюном. Над главным входом сохранился металлический каркас вывески, но буквы давно сняли или растащили.

Меня, однако, интересовал не внешний вид, а крепкое основание.

Попивая кофе, я прятался от полуденного солнца под навесом бывшего погрузочного терминала. В Фаворе жара ощущалась удушливой, тяжёлой и совсем не такой ласковой, как в Корсе. Там морской ветер хотя бы разгонял раскалённый воздух. Здесь солнце отражалось от бетона, стен и металлических крыш, запирая тепло между заводскими корпусами.

Хавьер играл во что‑то на телефоне и изредка поднимал глаза, чтобы осмотреться. Вот кто переносил жару значительно лучше меня. Ни пота, ни раздражения. Сидел в тени на перевёрнутом ящике и выглядел так, будто оказался не посреди стройки, а на террасе у моря.

Строители ковырялись здесь уже двое суток.

За эти двое суток Вида приросла ещё на двадцать четыре тысячи пользователей, приблизившись к трём сотням. Цифра радовала и одновременно давила на виски. Каждый новый пользователь был ещё одним профилем, фотографиями, сообщениями, связями, запросами к базе. Пока рабочие снимали старую штукатурку, сеть продолжала расти, не собираясь ждать, пока мы подготовим для неё новый дом.

Мы скупили почти все свободные бригады в фирме.

Часть рабочих очищала территорию от залежей мусора. Вывозили ржавые листы металла, сгнившие ящики, остатки кабелей и битое стекло. Другие разбирали старые навесы, освобождали подъездные пути, срезали заросли вокруг корпусов.

Грузовики приезжали с интервалом в десять минут.

Одни привозили серверы в картонных коробках и деревянных ящиках, стянутых металлическими лентами. Другие везли оборудование, силовые кабели, инструменты и строительные материалы. Где‑то лязгали разгружаемые стойки, где‑то надрывался дизельный погрузчик. Рабочие перекрикивались сквозь шум моторов, бетономешалок и отбойных молотков.

Я наблюдал за тем, как завод понемногу приводят в порядок.

Работы здесь было не на один месяц, но меня интересовала не вся территория.

Нужно было срочно подключиться к городу, к электрической и информационной сетям. Не более.

Всё находилось в шаговой доступности.

Про шаговую я, конечно, загнул, но тем не менее очень близко. До ближайшего мощного энергетического узла было несколько кварталов промышленной зоны. Магистральный кабель проходил неподалёку от территории, и оператор уже согласовал точку подключения.

В Фаворе инфраструктура была куда развитее, чем в Корсе.

Сейчас было время, аналогичное нулевым в моём мире, когда узким горлышком выступали вопросы физического характера. Скорость отклика и скорость самого интернета в Фаворе была в пять раз выше, чем в Корсе. Это и сделало выбор окончательным.

– Сеньор, за подписью к вам? – подошёл один из недавно прибывших водителей. – Отгрузим, как только подпишете.

– Давай их сюда, – проворчал я.

Рафаэля не хватало.

Он хотя бы понимал, где нужно подписывать, что проверять и кому потом предъявлять претензии.

Приехали промышленные кондиционеры. Я пролистал накладную, увидел знакомые цифры и незнакомые обозначения, после чего поставил подпись.

И как мне проверить, что есть что?

Вздохнув, я повернулся в сторону Хавьера.

– Радуешься? Может, лимонада сеньору Хавьеру? – оскалился я.

– Может и лимонаду, – Хавьер продолжал увлечённо играть.

– Совсем не заботит, что сеньор тут впахивает? Серверы вот добыл… – я сплюнул.

Настроение было скверным.

– Не перетрудились, сеньор? – Хавьер скептически посмотрел на меня. – Угрозы вашему туловищу не наблюдаю. В контракте ясно написано: защищать в экстренной ситуации, а ниже приведено… Что за таковую не считается угроза быть затраханным, как в постели, так и на работе…

Какая длинная речь.

Я хмыкнул и пошёл в сторону помещений.

По дороге с удовольствием наблюдал, как рабочие натягивают сетку забора. Решение временное, но ждать капитального ограждения мы не могли. За другой бригадой оставалась полоса развороченной земли: они выкорчёвывали деревья, чьи корни за годы проросли под бетонными плитами. Экскаватор выравнивал площадку, погрузчики сгребали мусор в огромные кучи.

Один организованный субботник.

Огромный такой.

За мой счёт.

Внутри тоже кипела работа.

Полусгнившие деревянные настилы выносили секциями. Под ними обнаруживались слой грязи, старые крепления и кабельные каналы, забитые мусором. Рабочие очищали помещения до бетона, срезали металлические основания, на которых когда‑то стояли станки, разбирали перегородки.

В воздухе висела цементная пыль. Сквозь выбитые окна пробивались полосы солнечного света, в которых она клубилась, словно дым.

Каждый шаг отзывался гулким эхом.

В глубине, в небольшом помещении, проводилась основная работа.

Закуток выглядел маленьким лишь по меркам завода. Для наших целей он подходил почти идеально.

Пятьсот квадратных метров.

Здесь уже закончили с полами и стенами. Бетон выровняли, трещины залили, поверхность покрыли защитным составом. Стены очистили от старой краски, укрепили и загрунтовали. Запах сырости постепенно вытесняли запахи бетона, металла и свежих строительных смесей.

Одну стену снесли.

Через широкий проём я наблюдал, как от завода по территории тянется траншея. На её дне рабочие укладывали защитные трубы для интернет‑кабелей. Рядом лежали катушки с оптоволокном, закрытые плотной упаковкой. Линию собирались завести внутрь через отдельный защищённый ввод, чтобы потом разнести по серверному залу и сетевым стойкам.

Под потолком висели рабочие, закреплённые страховочными тросами. Они затягивали туда первую партию кондиционеров, прокладывали воздуховоды и кабельные трассы.

Несколько десятков человек с муравьиной слаженностью ставили стойки под серверы, хранилища на жёстких дисках и стримеры с магнитными лентами, на которых будет храниться резервная копия на случай аварии.

Пока стоек было немного, но помещение заранее размечали с запасом. Между рядами оставляли холодные и горячие коридоры. Спереди серверы должны были забирать охлаждённый воздух, сзади выбрасывать нагретый. Под потолком прокладывали силовые и сетевые линии, чтобы не пришлось потом разбирать полы при каждом расширении.

Стойки, питание, охлаждение, резервное питание, даже дизельные генераторы.

Здесь было всё.

И всё это медленно обретало свои места.

В соседнем помещении устанавливали распределительные щиты и источники бесперебойного питания. Толстые силовые кабели, тяжёлые и негнущиеся, тянули к стойкам по металлическим лоткам. Генераторы пока стояли снаружи под брезентом, ожидая, когда для них подготовят основание и топливную систему.

Проект был крайне черновым, но он был нужен.

Сначала запустим самое необходимое. Подключим первые стойки, перенесём часть нагрузки, обеспечим запас по мощности. Остальное будем доделывать уже во время работы, стараясь не отключить сеть и не устроить пожар.

По мере переезда начнём осваивать всю территорию завода. Здесь что‑то около пяти тысяч квадратных метров. Хватит с запасом.

Даже слишком большим запасом.

Пока большая часть корпусов пустовала. Темнели пролёты старых цехов, уходили вдаль ряды колонн, пыль лежала на бетоне толстым слоем. Однако я уже видел вместо них серверные залы, мастерские, склады оборудования, офисы и комнаты для сотрудников.

Голова шла кругом от того, сколько ещё нужно сделать.

Так как помещением я обзавёлся, а денег всё так же не хватало, решено было разместить здесь же и офис.

Команда модерации и поддержки, юридический отдел, отдел продаж, разработка…

Всего и не перечесть.

Для офисной части выбрали бывший административный блок, примыкавший к главному корпусу. Там сохранились окна, лестницы и даже часть перегородок. Стены придётся красить, проводку менять полностью, но это всё равно быстрее и дешевле, чем строить с нуля.

Разработчиков можно посадить в большом общем помещении. Поддержке нужны отдельные столы и телефонные линии. Продажникам – переговорные, чтобы не заключать рекламные контракты под грохот отбойных молотков. Юристам – хотя бы один кабинет с дверью, которую можно закрыть.

Для формирования успешной и устойчивой команды нужно было около тридцати‑сорока человек.

Их ещё требовалось найти.

Не просто набрать случайных сотрудников, а собрать людей, способных работать в компании, которая каждую неделю становилась другой. Сегодня у нас триста тысяч пользователей. Через месяц может быть полмиллиона. Ещё через несколько месяцев – миллион.

Я остановился у первой установленной стойки и провёл ладонью по холодному металлу.

Вокруг продолжали работать люди. Кто‑то сверлил бетон, кто‑то раскатывал кабели, кто‑то сверялся с чертежами. Завод гудел, оживал и понемногу превращался во что‑то новое.

Пока лишь огромная оболочка, которую нам предстояло наполнить жизнью быстрее, чем Вида успеет перерасти собственные возможности.

– Кто из вас сеньор Виктор дэ Фуэго? – спросил подошедший инородный элемент в костюме с галстуком.

– Вот он, – кивнул Хавьер в мою сторону.

– Я… – поднял руку я.

Человек принес очередной договор, уже касающийся электропитания. Оставив автограф, отпустил довольного подрядчика и пошёл на улицу, срочно нужен был воздух.

– Сеньор!

– Рафаэль?

Я был приятно удивлён.

Инженер получил приказ вылетать как только будет готов, но он просил неделю, а прошло всего три дня с моего отбытия.

– Воображение доведёт меня, – понуро сообщил Рафаэль. – Спать не мог, представляя, что тут происходит.

– Ну, смотри, – я окинул рукой весь хаос.

– Мне срочно нужно в серверную, когда подключат интернет? Перенос данных займёт около суток, накопители у меня с собой…

Только сейчас я заметил чемодан. Сначала подумал, что в нём вещи, а затем инженер расставил все по местам.

– Это бэкап, мне надо связать сервера, загрузить на них данные, а затем синхронизировать, это часов десять‑пятнадцать.

– Не хочу тебя расстраивать, но интернет заведут только завтра утром, – покачал головой я. – Я не ждал тебя так рано, сервера только устанавливают. Я гоняю рабочих день и ночь.

– Это правильно, – кивнул Рафаэль. – Матео мне мозги скоро съест, Виде тесно.

– Понимаю, – не мог не согласиться я. – Делаю что могу, думаю по итогу мы выиграем от переезда, этого варианта стоило дождаться.

– Да, сеть тут что надо, скорость просто космическая, – воодушевленно произнес Рафаэль. – Запас по каналу огромный, сможем развернуться как надо.

– У тебя все данные? – уточнил я.

– Сделал снимок четыре часа назад, но остатки синхронизируются, ничего страшного, – успокоил меня Рафаэль. – Куда мне тут идти?

Я проводил инженера, а также уточнил, что у него с размещением.

– Сеньорита Мария дала мне командировочные и арендовала номер.

Какая она у меня всё‑таки умница, подумалось мне. Надо премировать девушку за такой щепетильный подход.

На обратном пути на телефон поступил звонок.

На ловца и зверь бежит.

– Прилетела ваша невеста, – отчиталась Мария.

– Что ей нужно? – уточнил я.

– Мне спросить? – с иронией ответила на вопрос помощница.

– Глупый вопрос, согласен, я позвоню ей.

Набрав номер Катрин, задал вопрос нужному человеку.

– Освободилась пораньше, думала устроить сюрприз, – расстроенно объяснила девушка. – А тебя здесь нет.

– Я сейчас занят, сильно, – коротко ответил я.

– Не буду отвлекать, – быстро сказала Катрин, но не удержалась. – Перезвони мне, как освободишься, нам нужно серьёзно поговорить.

В трубке раздались протяжные гудки.

Серьёзный разговор? Может она встретилась с Карлой, которая осталась на вилле, под присмотром Марии.

К чёрту, разберемся позже.

Глава 22

Последние дни Тайрона прошли в непрерывной спешке.

Программисты закончили основную работу над Семвиком, но тот всё ещё отличался от Виды. Где‑то не хватало удобства, где‑то страницы открывались медленнее, а отдельные функции работали не так гладко, как хотелось бы. Проект уже можно было показать людям, однако Тайрон не собирался выпускать сырой продукт только ради того, чтобы объявить о запуске.

Он сидел в офисе допоздна, нередко покидая Эмеральд‑Тауэр глубокой ночью, когда квартал корпоратов уже пустел, а окна соседних башен одно за другим гасли. Обсуждал задачи с разработчиками, дизайнерами, инженерами, менеджерами, инвесторами и участниками фокус‑групп. Одни встречи сменялись другими. На столе копились отчёты, схемы, распечатки пользовательских сценариев и списки найденных ошибок.

Тайрон перечёркивал неудачные решения красной ручкой, оставлял короткие замечания на полях и отправлял бумаги на доработку.

Прошло уже три недели.

Если бы не готовая архитектура Семвика, они бы не успели. Пришлось бы месяцами собирать проект с нуля, искать подходящих специалистов, спорить о базовых решениях и набивать те же шишки, которые команда Виктора уже успела набить за них.

Но Тайрон не был бы Тайроном дэ Фуэго, если бы боялся работы.

Напротив, давление заставляло его мыслить яснее. Чем меньше оставалось времени, тем быстрее он принимал решения. Люди вокруг выдыхались, начинали ошибаться, просили перенести совещания или хотя бы дать им несколько часов сна. Тайрон продолжал работать, будто спешка была привычной для него средой.

Его грела мысль о том, что, согласно собранным данным, после знакомства Матео и Виктора прошло не больше месяца, прежде чем они создали действующий проект.

Один месяц.

Горстка программистов, тесная вилла, ограниченные деньги и мальчишка, который ещё недавно не понимал, чем хочет заниматься в жизни.

И всё‑таки у Виктора был нюх на подобные вещи.

Он умел замечать то, мимо чего проходили остальные. Видел возможности в людях, идеях и технологиях, которые более опытные предприниматели считали игрушками. Мальчик сильно изменился. Стал собраннее, научился настаивать на своём, перестал бросать начатое при первых трудностях.

Это радовало Тайрона.

И одновременно раздражало.

Виктор взрослел, но всё ещё забывал главное: корпорату нужны два сердца. Одно для семьи, друзей и тех немногих людей, которых он действительно считает близкими. Второе для бизнеса, чтобы спокойно принимать тяжёлые решения и не позволять чувствам мешать расчёту.

Конкурентам же должна доставаться версия без сердца вовсе.

Тайрон трудился не покладая рук.

Дизайн они практически повторили. Не до последней кнопки и не до каждой линии, но достаточно, чтобы человек, знакомый с Видой, сразу понял принцип работы Семвика. Пользователю не придётся переучиваться. Всё находилось там, где он ожидал это увидеть.

Данные перенесли в нормальный дата‑центр, защищённый куда лучше тесной комнаты, которую команда Виктора гордо называла серверной. Переписка теперь хранилась если не вечно, то очень долго. Резервные копии создавались регулярно. Штат был подобран и обучен, выкуплен из похожих компаний.

Пользователям позволили загружать фотографии. Пришлось отдельно решать вопросы с объёмом хранилища, сжатием изображений и скоростью загрузки, но специалисты справились.

Совладали они и с лентой рекомендаций.

Пока она представляла собой обычную хронологию. Новые записи появлялись сверху, старые постепенно уходили вниз. Для полноценной работы алгоритмов требовалась критическая масса: пользователи, публикации, реакции, связи между людьми, история их поведения.

Алгоритм нельзя было заставить понимать интересы пустой аудитории.

Ему требовалось время.

Семвик скопировал Виду почти во всём.

Только глупец испугался бы критики из‑за схожести. Критика забывалась быстро, особенно если продукт работал. Людей мало волновало, кто первым придумал кнопку или расположение меню. Они выбирали удобство, скорость и место, где находились их знакомые.

Позже, когда оба конкурента встанут на одну ступень, Семвик обязательно обойдёт Виду. Но пока они находились в роли догоняющих, а догоняющий не имел права тратить время на гордость и оригинальность.

Сначала нужно сравнять возможности.

Потом превзойти противника.

Если людям так понравились сообщества, клубы и мероприятия, пусть они останутся. Более того, Семвик даст им то же самое, только на устойчивой платформе, поддерживаемой настоящей корпорацией, а не шестью энтузиастами, спящими возле серверов.

А если план Тайрона удастся, Вида ещё долго будет приходить в себя.

План был прост.

Катрин.

Тайрон хорошо знал эту девушку. Возможно, лучше, чем она сама себя знала. Он видел её мотивы насквозь, замечал страхи, желания и слабые места.

Легче всего было просчитать меркантильность.

Самая предсказуемая черта.

Поэтому мужчины и любили стерв, которые велись на деньги, положение и подарки. Такие женщины были понятны. Им можно было предложить нужную цену, создать ощущение выгоды и заранее знать, какое решение они примут.

Катрин хотела сохранить место рядом с Виктором. Хотела остаться частью семьи дэ Фуэго, пользоваться связями, статусом и возможностями, которые открывала помолвка.

Почему бы не дать девочке то, чего она так хочет?

Выходка с Вифоном показала, что Катрин исполнительна. Она пойдёт на многое, если поверит, что тем самым сохраняет приличное место в компании и собственное будущее.

Помолвка, вероятнее всего, всё равно сорвётся.

Тайрон уже не питал на этот счёт особых иллюзий. Виктор смотрел на Катрин иначе, чем раньше. Между ними поселилось раздражение, которое никак не исчезало.

Но если у Виктора сложится с Карлой, Тайрон только выиграет от такого союза.

Дэ Леоны владели автомобильным концерном, капиталом и влиянием. Их имя открывало двери не хуже фамилии дэ Фуэго. Объединение семей изменило бы расстановку сил в Валентии и превратило две влиятельные династии в единый блок, с которым пришлось бы считаться всем остальным.

Вариант был беспроигрышным.

Вот только сама Катрин не понимала, что делает.

Остановить Виду на неделю?

Кто другой не поверил бы в такую чушь. Катрин была далека от реального мира и заглотила наживку.

Тайрон объяснил ей всё так, чтобы задача казалась неприятной, но не катастрофической. Небольшая диверсия. Несколько дней простоя. Проблемы с серверами. Время, которого Семвику хватит, чтобы переманить часть аудитории.

Катрин убедила себя, что никого не уничтожает.

Всего лишь помогает одной компании обойти другую.

Вирус, находившийся на флешке, должен был уничтожить не только базу данных. Он должен был похоронить всю социальную сеть.

Тысячи строк кода, пользовательские записи, переписку, фотографии, настройки, внутренние инструменты разработчиков. Всё, что создавалось Матео и его людьми бессонными ночами.

Не говоря уже о самих серверах.

Если Тайрон правильно понял Гуго, разработчика и создателя вируса, оборудование окажется перегружено настолько, что начнёт выходить из строя одно за другим. Диски будут повреждены, данные испорчены, системы резервного копирования заражены раньше, чем команда успеет понять, что происходит.

Слова Гуго про плавящиеся серверы были преувеличением, но Тайрону понравился образ.

Для команды из нескольких человек и дата‑центра размером со спальню подобный удар окажется фатальным.

В крупной корпорации существовали службы безопасности, резервные мощности, дежурные инженеры и заранее подготовленные планы восстановления. У Виды ничего этого не было. Несколько стоек, сплетение проводов, дешёвая система охлаждения и программисты, уверенные, что главная опасность для них заключается в поломке жёсткого диска.

О Виде можно будет забыть.

Надолго.

Мало кто оправлялся после такого удара. Даже если программисты восстановят часть кода, доверие пользователей исчезнет. Люди не захотят возвращаться туда, где в один момент пропали их сообщения, фотографии и личные данные.

А Семвик окажется рядом.

Рабочий, быстрый и готовый принять всех пострадавших.

Тайрон заверил Катрин, что оставит за ней место.

И он действительно оставит.

Она была хороша как винтик в системе. Грамотно вела военную корреспонденцию, держала отдел в ежовых рукавицах, не опаздывала, не пьянствовала и не имела привычки спорить с начальством. Ей можно было поручить задачу и быть уверенным, что та будет выполнена.

Почему бы и нет?

Вот только он лично расскажет Виктору о содеянном.

Помолвка будет расторгнута.

Мальчик не сдержит эмоций. Возможно, устроит скандал. Возможно, попытается защитить Виду, обвинит отца и на какое‑то время возненавидит всю семью.

Тайрон был к этому готов.

Путь для новых отношений окажется открыт.

А значит, союзу дэ Леонов и дэ Фуэго быть, несмотря ни на что.

После случившегося Тайрон возникнет перед Виктором как спаситель. Как принц на белом коне, протягивающий закованную в латную перчатку руку помощи.

Он предложит деньги, специалистов, инфраструктуру и возможность начать заново.

Виктор возглавит один из отделов будущей компании. Будет развивать Семвик, Перифон и другие проекты, которые ещё только предстояло создать.

Вернётся в семейное лоно.

Не сразу, но вернется.

Сначала мальчик будет сопротивляться, злиться и цепляться за остатки самостоятельности. Но когда эмоции улягутся, он поймёт очевидное: в одиночку ему не выстоять.

Один точечный удар, а сколько уроков.

Катрин была лишь пешкой, которую Тайрон уберёт с доски одним движением руки. Удобная фигура. Деревянный солдатик, которому объяснили, куда идти, не рассказав, что впереди его ждёт обрыв.

Она покажет Виктору, что никому нельзя доверять полностью.

Но позже, со временем, Тайрон растопит сердце сына. Объяснит ему, почему пришлось действовать именно так. Возможно, Виктор не согласится, но однажды обязательно поймёт.

Всё, что Тайрон строил, останется детям.

Компании, недвижимость, влияние, связи, имя семьи. Он не собирался передавать это человеку, который смотрел на мир глазами наивного мальчишки.

Его задача заключалась в том, чтобы подготовить детей к взрослой жизни.

Даже если для этого придётся причинить им боль.

* * *

Несколько последних дней прошли в сущем аду.

Но мы справились.

Электричество наконец поступило на завод. Следом техники протянули постоянную линию связи, настроили резервный канал и торжественно сообщили, что теперь перебои нам не страшны. После пережитого подобные заверения звучали почти издевательски, но спорить не хотелось.

Под потолком один за другим начали оживать кондиционеры. Сначала раздался глухой гул, затем по огромному помещению разошёлся поток прохладного воздуха.

В дальнем углу мигнули серверные стойки.

Загорелись зелёные индикаторы. Внутри корпусов завращались вентиляторы. Помещение наполнилось ровным механическим шумом, напоминавшим дыхание большого, только что проснувшегося зверя.

Рафаэль смотрел на всё это как на собственного ребёнка.

Стоял посреди пустого цеха, уперев руки в бока, и не мог отвести глаз от нескольких рядов оборудования, сиротливо разместившихся у дальней стены. На фоне гигантского помещения серверы казались особенно маленькими, почти потерянными.

Думаю, в его голове происходящее напоминало рождение первенца.

Я же воспринимал его как сплошную боль.

Впрочем, это была первая по‑настоящему хорошая сборка. Та, с которой нам следовало начинать с самого начала. Отдельное здание, стабильное электричество, нормальная вентиляция, охрана и возможность расширяться, не разбирая стены всякий раз, когда требовалось установить ещё один сервер.