Текст книги "Наследник $$$ уровня. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Андрей Еслер

Соавторы: Сириус Дрейк
сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 48 страниц)

Глава 16

Рекламу мы сняли вечером.

Карла успела подготовить всё необходимое: площадку, операторов, свет, машины, монтажёров и людей, которые умели работать быстро. Я приехал к началу и несколько минут просто наблюдал, как она командует процессом.

В такие моменты Карла раскрывалась с неожиданной стороны. Я знал её как капризную наследницу, девушку с обложки, соблазнительную проблему на каблуках.

Но сейчас передо мной стояла дочь человека, построившего автомобильную империю. Она руководила со сноровкой дирижёра. И если кто‑то начинал тупить, достаточно было одного её взгляда.

К поздней ночи ролик уже смонтировали.

Утром он появился в «Виде». Снова на главной.

К этому моменту Видой уже пользовались шестьдесят пять тысяч пользователей. Регистрации происходили сначала в Корсе, затем тянулись цепью по побережью, а затем и начали вспыхивать по всему южному региону.

Я открыл запись, любуясь работой.

Первые кадры были нарезаны быстро, почти клипово. Солнце скользило по металлическим бортам, хромированные полосы ловили свет, камеры проносились вдоль кузовов, выхватывали резкие линии фар, гладкие капоты, тёмные стёкла и стерильно чистые салоны, от которых будто веяло прохладой.

На экране шли одна за другой новенькие Sierra C2. Они стояли в два ряда, поднятые на специальном прицепе, идеально вымытые, сияющие, выстроенные так, чтобы зритель успел оценить и масштаб поставки, и красоту самих машин. Камера ныряла между ними, задерживалась на решетках радиатора, показывала хромированные эмблемы «Леон‑Моторс», львиные головы в тонких щитах.

Идеально.

А потом общий план открывал главное.

Весь этот прицеп тянул мощный грузовой трак «Денто‑Моторс».

На его морде блестел фирменный бык, тяжелый, упрямый, с опущенными рогами. Камера специально задерживалась на логотипе чуть дольше, чем требовалось. Достаточно, чтобы зрители поняли, что видят.

Официальный трак «Денто‑Моторс» вёз автомобили «Леон‑Моторс».

Именно это должно было взорвать людям мозг.

Конкуренты доставляют машины конкурентов. Бык тащит львов. Дэ Перес, сами того не желая, помогают дому дэ Леон продавать новую модель.

Ролик длился всего тридцать секунд.

На последних кадрах трак уходил по прибрежной дороге, за ним блестели кузова Sierra C2, море вспыхивало на горизонте, а снизу появлялась надпись:

«Денто‑Моторс тоже может приносить удовольствие».

После этого экран темнел.

В центре оставался только знак «Леон‑Моторс» и короткая подпись:

«Sierra C2 – будущее уже здесь.»

Я досмотрел до конца и невольно улыбнулся.

Отличная реклама. Счетчик репостов уже перевалил за три тысячи, а это всего за семь часов после публикации.

К завтраку позвонил Габриэль.

– Видел ваш ролик, это великолепно, – одобрительно бросил он. – Мне уже пришла пара исков от Денто, юр‑отдел утопит их, но вам следует согласовывать рекламу со мной, слишком это вышло неожиданно.

– Да, не подумал, – виновато ответил я. – Идея пришла внезапно, решил, что может сработать.

– Эксперименты… – протянул Габриэль задумчиво. – Держи меня в курсе, Виктор, и… Хорошая работа!

– Спасибо.

Поблагодарив мужчину, я положил трубку.

Разговор вышел недолгим, и настроение от него осталось ровное, рабочее.

Ролик отрабатывал даже лучше, чем я задумывал. Народ потешался над тем, как чужой тягач покорно везет на хребте львов дэ Леон, и гонял запись по кругу, не понимая главного. Машины тут были вторым планом. Я готовил почву.

* * *

«Сюита» ждала своего приговора. Артур разбирал машину неспешно, по винтику, и торопить его я не собирался. хотелось качественного анализа.

Я заехал в бокс под вечер, когда жара спадала, а от разогретого за день железа ещё тянуло сухим теплом… Где‑то капала в подставленное ведро вода. На небольшом лотке стоял помятый красный термос Артура, а рядом кружка с почти остывшим кофе.

Машина стояла на подъёмнике ополовиненная. Передняя подвеска снята, тормозные узлы разложены по верстаку, на каждом мелом выведена цифра. Артур сидел на корточках у колёсной арки, подсвечивал фонариком в днище и черкал что‑то в затертом блокноте огрызком карандаша.

– Рано пришли, – не оборачиваясь, обронил он, засунув карандаш за ухо. – Картинка складывается, но говорить рано.

– В сроки укладываемся?

– Дня два, как и обговаривали. – Он разогнулся, хрустнул коленями и обтер ладони ветошью. – Узлов много, а вам нужны доказательства чтобы потом ни один их инженер не отвертелся, верно?

Спорить я не стал, и кивнул. Артур был из тех, кто скрупулезно подходит к начатому делу. Он готов был разобрать машину по микронам, и меня это устраивало.

По возвращению домой, я нашел Марию на первом этаже за работой.

Она устроилась у окна с кипой распечаток, заколов волосы карандашом. Отчёта от Артура она ждала не меньше моего, а пока перебирала иски.

– Картина любопытная, сеньор, – она пошуршала бумагами. – Если отбросить детали, всё стекается к двум притензиям. Подушки безопасности и тормоза. Одно и то же из дела в дело, из города в город.

– Что с подушками?

– Либо не срабатывают при ударе, либо стреляют сами, ни с того ни с сего. – Она вытянула несколько листов и постучала по ним ногтем. – А вот тут самое занятное. Жаловались не только пострадавшие. Пара ремонтных мастерских и страховая ещё год назад писали в «Денто», что брак идет не разовый, а серией. Им ответили отписками. Спасибо за обращение, случай изучаем.

Значит, знали. Знали давно и не от случайных людей, а от своих, от ремонтников, что чинят эти машины, и от страховщиков, что платят по их авариям. Это меняло все дела целиком. Одно дело проглядеть, другое, когда тебя ткнули носом, а ты отвернулся.

– А решена она на сегодня? – я кивнул на бумаги. – Чинят они её в новых машинах или штампуют брак по‑прежнему?

– Вот это и скажет Артур. – Мария только пожала плечами.

До вечера я изучал документы, пока цифры и буквы не стали сливаться в одно большое месиво, так что я решил перейти к другому вопросу. Надо проверить графики. Открыв ноутбук, погрузился в столбцы.

«Периодику» трепало второй день. Дэ Перес давили постепенно, без лишней суеты. Кто‑то крупный набирал пакет, тут же сбрасывал, снимал прибыль на каждом скачке и снова входил. Цена дергалась и неуклонно сползала вниз, а в ленте ордеров от этого увеличивалась нервозность. Мелкие держатели, что всегда чуют беду последними, кидались продавать, лишь подгоняя бумагу ко дну.

Зато моя половина партии складывалась куда веселее.

Ролик про быка и львов гулял уже не в одной «Виде». Его растащили по чужим площадкам и каналам, и пресса налетела разом, едва запахло скандалом. Заголовки множились час от часу.

«Леон‑Моторс потроллили конкурента». Дальше пошло серьёзнее, про небывалую дерзость на сонном рынке, про войну домов, что вышла из тени переговорных на первые полосы.

Юристы «Денто‑Моторс» помогли мне сами. Вместо того чтобы смолчать и переждать, они пригрозили иском за порчу деловой репутации, и этим лишь раздули его пуще. Угроза судом всегда читается как признание, что задело за живое. Назавтра о конфликте писали и те, кто накануне не посмотрел бы в эту сторону.

Инвесторы видели это не хуже меня. Бренд, что неделю назад диктовал рынку свой тон, теперь оправдывался и отбивался, потеряв нить. А вслед за повесткой из рук утекает и доверие.

Механика тут несложная и стара как сами торги. Сперва слушок, оброненное вскользь слово. Потом дрогнувшая цена, где подтолкнутая чужой рукой, где просевшая сама собой. И вот уже всякий, кто давно сидел в акциях с опаской, видит в падении подтверждение своих страхов и бежит на выход.

Я откинулся в кресле. Колесо я раскрутил, и оно уже катилось, набирая ход. Радовало бы вовсе, если рядом так же не валилась «Периодика». Тайрону сейчас не просто. Его обложили со всех сторон, дэ Перес на бирже и Эмануэль в прессе, а я, его главный козырь, всё ещё вожусь с чужими тормозами на дальнем конце страны.

* * *

Артур закончил с машиной и сразу сообщил, как обещал. Позвонил, коротко бросил в трубку «приезжайте» и отключился.

В боксе было душно и пыльно, пахло проводкой и резиной, под потолком горела единственная лампа, собирая на свет мошкару. «Сюита» стояла полностью разобранной, только детали теперь лежали не вразброс, а собранные в кучки, и над каждой висела бумажка с пометками.

Артур ждал меня у верстака.

– Ну, как посмотрю, все готово? – я подошёл ближе.

– Не чинят, – обронил он без объяснений. – Ни подушки, ни тормоза. Всё как год назад, как и три. Эта машина из последней ревизии. Те же тормоза на дешевом сплаве, тот же датчик удара. Ничего не тронули.

– Совсем ничего? – удивляться было нечему, но вслух это звучало иначе.

Артур пожал плечами и качнул головой в сторону разложенного железа.

– А зачем им? Чтобы убрать дефект, надо перебрать всю цепочку. Новая оснастка, другой сплав и поставщик. Комплектующие нынче дорожают, переделка влетит в крупную сумму. На будущий год они могут заработать меньше прежнего. – Он подбирал слова попроще. – Вот и считают, что выгоднее задавить тех, кто попал в аварию. Или откупиться мелочью. Мёртвый не судится, а живому суют гроши и берут подписку.

Сказать на это было нечего.

В прошлой жизни я насмотрелся на такую арифметику. Наверху сидит человек с таблицей, в одной графе стоимость отзыва, в другой ожидаемые иски, и если вторая меньше первой, отзыва не будет. Жизни идут в той таблице отдельной строкой, со своим ценником. Просто здесь, в волшебном мире, эту таблицу пока никто не вытаскивал на свет.

Я забрал у Артура папку. Сухие листы, чертежи, замеры, сравнение партий, заключение в конце. Всё, как и просил.

– Спасибо, – я пожал ему руку. – Это дороже, чем ты думаешь.

Старик хмыкнул в ответ. Для него работа была закончена, а на похвалы он не падок.

Домой я вернулся за полночь, но спать не лёг. Разложил на столе отчёт Артура и выписки Марии, сел между ними и принялся сводить всё на чистый лист.

Складывалась общая картина, и выходила она скверной. Суть была не в бракованной детали, к таким историям публика привыкла и зевает, а в том, как большая уважаемая компания однажды вывела, что человек обходится дешевле ремонта конвейера. Подушки не спасают, тормоза отказывают, и за каждой из десятков разбитых машин стоит подписка о неразглашении и конверт пострадавшему. А в правлении праздник растущему доходу.

Заголовок придумался сам.

«Денто‑Моторс или сколько стоит человеческая жизнь»

Воды я не лил. Выписал средние суммы, что концерн платил по закрытым делам. Вот во столько обошёлся отец двоих детей. Вот во столько вдова. Не я так решил, так посчитали в «Денто‑Моторс», цифры их собственные. Пусть читатель сам прикинет, на сколько потянет его жизнь.

Заключение инженера я вынес отдельным блоком и назвал Артура независимым экспертом. Так весомее, и так спокойнее для старика. Упор сделал на одном, поломку не устранили даже в последней ревизии. Не год назад и не по недосмотру, а вот сейчас, в машинах, что стоят сегодня в салонах. И тут же, рядом, кривая выручки, которая всё ползёт вверх. Раз растёт, значит, наверху всё устраивает. Значит, выбор сделан в трезвом уме.

К рассвету текст был готов. Я перечитал его на свежую голову, вычеркнул пару слишком злых строк. Прикрепил папку Артура целиком, для въедливых, кто захочет проверить, и отправил всё главному редактору «Периодики».

Дальше дело было за полосой. Бракованную железку людям простят, не им её чинить. А вот цену, что им назначили за собственную жизнь, не простит никто.

* * *

Фавора.

Цифра на экране горела красным, минус семь процентов.

Тайрон смотрел на неё долго, будто пытался загипнотизировать. «Периодику» рушили вниз расчетливо, и он даже угадывал чужую руку, но поймать её всё не удавалось.

Джозеф развалился в кресле напротив, лениво вертел в руках кнопочный телефон, и на лице его лежала скука.

Не первый день Тайрон копал под дэ Пересов. Поднял старые связи, пустил в ход людей, что годами таскали ему чужие секреты, и всё впустую. Семья сидела без слабого места, куда можно было бы завести нож. Он ощущал эти места, но не находил брешь.

– Может, само уляжется, – обронил Джозеф, не поднимая глаз. – Подождём. Рынок штука нервная, сегодня вниз, завтра вверх.

Тайрон медленно обернулся к сыну.

– Ждать. – Он произнёс это так, что Джозеф наконец выпрямился. – Пока нас режут, ты предлагаешь сложить руки и любоваться, как покойник.

Джозеф равнодушно пожал плечами. Злость поднялась в Тайроне волной, и злился он не столько на сына, такого пустого и удобного, сколько на себя. На то, что не сдвинулся ни на шаг в поиске компроматов.

Телефон на столе ожил. Тайрон узнал номер главного редактора и снял трубку.

– Пришла, – голос звучал осторожно. – Та статья, о которой вы предупреждали. От вашего младшего сына.

– Читай.

Редактор замялся, потом стал пересказывать. Речь шла о «Денто‑Моторс», о бракованных подушках и тормозах, что концерн не чинит годами, о средних выплатах семьям погибших, выставленных как цена человеческой жизни, о заключении некоего независимого инженера. И поверх всего прибыль, что год от года только выше, точно там, наверху, собой довольны.

– Материал острый, дон Тайрон, – редактор понизил голос. – Статья очень хорошая, только и риск немалый, дэ Баргас злопамятны, юристы у них зубастые. Ставить?

– Понял. Жди, я перезвоню.

Тайрон дал отбой и тут же снял снова. Пальцы начали набирать знакомый номер. Стоило одернуть мальчишку, напомнить, что газета не его игрушка, а бить по дэ Баргас без оглядки себе дороже.

Он почти нажал последнюю цифру, и тут Тайрон замер.

Взгляд упал на раскиданные отчёты по дэ Пересам, перерытые вдоль и поперёк. Сверху лежала свежая сводка их активов, и зацепился он за строку, на которую раньше смотрел и не наметил, за «Денто‑Моторс».

Тайрон подтянул лист ближе. Он провёл по столбцу цифр сверху вниз, и цепочка выстроилась сама, но раньше, эту цепочку построил Виктор.

Если концерн качнётся, дэ Пересы качнутся следом, и могут рухнуть. Мальчишка метил не в автогиганта, а в дэ Пересов, и статья была не выходкой избалованного сынка, а первым камнем в куда более серьёзную постройку.

Тайрон откинулся на спинку и негромко рассмеялся. Впервые за долгое время в груди отпустило.

Он опустил трубку на рычаг.

– Посмотрю, что ты будешь делать дальше. – почти безмолвно произнес он.

Джозеф недоумённо поднял голову, но отец уже отвернулся к окну, за которым догорал вечер над кварталом корпоратов.

* * *

Утром я набрал Габриэля.

– Есть разговор не про рекламу, – начал я, едва он поднял трубку. – Хочу предложить вам заработать. И заодно откусить кусок от соседа.

– Слушаю. – В голосе прорезался интерес.

– «Денто‑Моторс». На днях их бумага полетит вниз. Хочу сыграть на этом и зову вас в долю.

Он помолчал.

– Я строю машины, Виктор, и не влезаю туда, где не уверен.

– Тут много и не нужно, – я устроился в кресле поудобнее. – Берём у брокеров их акции в долг и тут же продаём, пока цена высока. Когда бумага просядет, выкупаем обратно, уже задёшево, и возвращаем брокеру. Разница оседает у нас. Чем глубже провал, тем толще навар.

– Навар? – Габриэль ухватился за главное. – Ты говоришь так, словно уже подглядел завтрашние сводки. Пойдут ли они вниз?

– Пойдут, – отозвался я без тени сомнения. – За это не тревожьтесь. Дайте пару недель, и «Денто‑Моторс» осыплется так, что брокеры сами прибегут.

Габриэль снова затих, что‑то взвешивая. Мне было слышно, как он постукивает пальцами по столешнице.

– Допустим. Сколько нужно завести?

– Двести миллионов песо хватит, – обронил я.

Он не ответил сразу. В долгой паузе слышалась работа ума. Габриэль дэ Леон не сколотил бы империю, если бы отказывался от крупных ставок. Я не торопил его. Материал уже лежал у редактора, а оттуда дорога только на первую полосу. Остальное было делом техники. Габриэлю оставалось лишь занять место прежде, чем рынок сообразит, что к чему.

– Дай мне немного подумать, – сказал он и положил трубку.

* * *

Габриэль набрал дочь сразу после разговора с Виктором.

Карла отозвалась не сразу. На том конце звучала музыка, чужой смех, перезвон бокалов, она была на каком‑то приёме.

– Дело к тебе, – Габриэль решил перейти сразу к делу. – От Виктора пришло любопытное предложение. Он зовёт меня вложить двести миллионов в акции.

Карла промолчала. Шум на её стороне отступил, видно, она отошла туда, где потише.

– Если Виктор что‑то задумал, – обронила она наконец, – я бы ему доверилась. Он не раз показывал, что знает, что делает. Ваше пари и рекламу.

Габриэль качнул головой. Дочь редко за кого ручалась, а за мужчин и подавно, она видела их насквозь и скучала от их предсказуемости. Эти слова стоили дороже любого совета финансиста.

Он простился и с минуту сидел молча, что‑то взвешивая. Потом позвонил снова, уже Виктору.

– Хорошо. Я в деле, – без предисловий бросил он.

* * *

После Габриэля я связался с отцом.

– Перед тем как ставить статью, надо завести деньги в «Денто‑Моторс», – начал я. – Двести миллионов, в короткую. Через брокеров.

– Сделаю, – отозвался Тайрон, и на том всё.

Я даже опешил на секунду. Ни вопроса зачем, ни заминки. Я готовился ему объяснять и чертить схемы, а он согласился прежде, чем я открыл рот.

Если отец не спрашивает, значит, либо доверяет, либо понял сам. И то и другое мне на руку.

Я нажал отбой и тут же снял снова. Оставался последний звонок. Для полного расклада мне не хватало джокера, а джокер у меня был на примете давно.

Армандо дэ Грас ответил на третьем гудке.

– Я как‑то обмолвился, что мы не враги, – начал я без приветствия.

– О, молодой дэ Фуэго, – голос звучал сыто и лениво, – допустим.

– Тогда вот вам пища для ума. «Денто‑Моторс» связались не с теми людьми.

– Не с теми, это ты так о себе? – Армандо коротко рассмеялся. – Высокомерно, юноша.

– Нет. Я о неверном выборе партнёра.

Соображал старик быстро, быстрее многих.

– Газета. Ты метишь в них прессой… – он осёкся, и в голосе прорезался охотничий азарт. – Это ты поднял всю шумиху?

– Я, – отпираться не стал.

– А потянешь?

– Увидим.

– И что ты предлагаешь? – он хватал на лету. – Шортить? Смешно. Такую махину тебе не повалить, кишка тонка.

– А я и не собираюсь её валить, – отозвался я. – Это никому не по зубам, я знаю. Но заработать, дело другое.

– Пирог огромный, – протянул Армандо уже с легким азартом.

– Чем больше пирог, тем крупнее крошки. Мне и крошек хватит. А вот вы можете отрезать кусок…

Я опустил трубку.

* * *

Дом семьи дэ Грас.

В трубке у Армандо раздались гудки. Он убрал её от уха и хмыкнул. Наглый сопляк оборвал разговор первым, не дождавшись ни ответа, ни прощания. Так вели себя либо те, кто не смыслит в приличиях, либо те, кто слишком уверен в своей правоте, чтобы их соблюдать.

Армандо откинулся в глубоком кресле и задумался. Думал он долго, не торопясь, прокручивая ход за ходом.

Мальчишка дэ Фуэго затеял красивую вещь. Газета бьёт по «Денто‑Моторс», цена упадет, а кто стоит в шорт, тот снимет урожай. Само по себе это копейки, только забава богатого юнца. Но взгляд Армандо уходил куда дальше газеты и жалких крошек. Он знал то, чего не знала улица. Дэ Пересы держали в «Денто‑моторс» почти весь свой капитал, и если концерн просядет всерьёз, под в убытке окажется не он один.

Риск был, и немалый. Юнец мог сорваться, издание могли засудить юристы, дэ Баргас умели огрызаться. Но если выгорит, выигрыш стоил риска десятикратно. Армандо научился чуять, когда за первой добычей прячется вторая.

Он потянулся к селектору и вызвал секретаря. Минуту спустя тот возник в дверях с раскрытой папкой.

– Заходим на «Денто‑Моторс», миллиард песо, – проговорил Армандо ровно.

Секретарь не моргнул, лишь черкнул пару строк. К таким распоряжениям он давно привык.

* * *

Статья ударила как я и планировал.

«Периодика» вышла отменной, и город загудел. В кофейнях и курилках бизнес‑квартала только об этом и болтали, не сошёл ли младший дэ Фуэго с ума. Сидеть по уши в войне за репутацию и тут же наживать врага размером с «Денто‑Моторс» казалось чистым безумием. Никто не понимал, что безумием тут и не пахло.

Рекламный ролик в «Виде» продолжал крутиться, набирая тысячи просмотров, и бык, что волок на себе чужих львов, намертво врезался людям в память. А следом, на главную, легла и сама статья.

Вот тут и началось. Газету читают молча, а «Вида» отвечает в голос. Под статьёй хлынул поток комментариев, и слов никто не подбирал. Цену человеческой жизни, выставленную чёрным по белому, толпа не прощала. К вечеру «Денто‑Моторс» поминали такими словами, что за дэ Баргас становилось почти неловко.

На второй день, сразу за обоими ударами, котировки дрогнули. Цены акций поползла вниз, сперва нехотя, потом всё быстрее.

И тогда разом подключились все. Габриэль, Армандо и отец. Где‑то сбрасывали, обрушивая котировку, где‑то подхватывали дешевеющую бумагу и тут же спускали опять, гоня её ниже и ниже. Невидимые руки толкали «Денто‑Моторс» под гору, и каждый толчок убеждал рынок, что бумага и впрямь дешевеет.

Процесс пошёл, рынок сдвинулся. Теперь «Денто‑Моторс» будет больно, а вот дэ Пересы уже обречены, просто еще не поняли.