сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 49 страниц)
Ли скосил глаза в сторону и недоуменно застыл на месте. Совсем рядом с ним в снегу отпечатались следы. Нет, в этом не было ничего удивительного. По улице то и дело пробегали кошки и собаки. Время от времени спускались на землю в поисках хлебных крошек и семечек птицы. Да и люди ходили по этой улице. Следов здесь было предостаточно. Вот только один из них особенно выделялся. Он принадлежал кому-то крупному и наверняка очень тяжелому. В снегу отчетливо отпечатались контуры его четырехпалой лапы. Его четырех лап. Задние были несколько крупнее передних. Справа от следа тлел уголек. Ли принюхался и недовольно скривился – табак. Он не любил этот запах.
Беллатор снова заинтересовался необычным следом. Еще раз внимательно осмотрел его, неопределенно хмыкнул. Судя по тому, как четко отпечатался он в снегу, это существо какое-то время просидело перед этим домом. Откуда взялся тлеющий – до сих пор тлеющий! – уголек, Ли не брался предположить. Ясно, что кто-то решил закурить. Но кто, и, пожалуй, это важнее, что именно он курил? Какой табак использовал, каким огнем поджигал свою трубку. Любой обычный уголек давно бы остыл на снегу, в такой-то морозный день. А этот все еще тлеет. И снег от него не тает…
Ли снова осмотрелся. В этот раз он изучал широкую улицу. Искал еще такой след. Он медленно прошел в сторону дома старика Дисонасу, но не нашел ничего интересного. Тогда, вернувшись к «Кицунэ», направился к Круглой площади. И здесь, возле старого дерева, он вновь увидел заинтересовавши его отпечаток. Стало быть, существо прыгнуло. От калитки особняка, где расположилась «Кицунэ», аж до сюда. И если так, то развернулось оно в воздухе. Потому как возле магической лавки эти подозрительные следы одни, и судя по ним, существо сидело спиной к Круглой площади.
– Ничего не понимаю, – пробормотал Ли. – Как это существо подошло к «Кицунэ»? Откуда оно вообще взялось?
– Мама, смотри, смотри! – разнесся по всей улице звонкий голосок маленькой девочки. – Это следы большого Бунты! Правда? Правда?
– Дай посмотреть, – с улыбкой ответила женщина, цепко хватая бойкую дочь за протянутую ей руку.
Беллатор с улыбкой наблюдал за тем, как мать и дочь садятся на корточки возле показавшегося ему подозрительным следа и внимательно его изучают. Высокий мужчина с густой, вьющейся, каштановой бородой в теплом темно-коричневом кожухе закатил глаза, обреченно вздохнул и, что-то ворча себе под нос, подошел к ним. Теперь уже вся семья изучала дивный след.
– Да, – пробасил мужчина, – так и есть. Это след Бунты. А теперь идемте домой, – строго велел он, легко подхватил дочь на руки, дабы она не увидела еще чего-нибудь примечательного, а если бы и увидела, не смогла бы к этому подойти, и решительно направился в сторону своего дома. Его молодая жена со смехом поспешила следом.
Ли покачал головой. След Бунты. Надо же. Как все просто. Но постойте! Это ведь всего лишь старая-старая, почти забытая сказка! Ее любят рассказывать дряхлые шаманы из маленьких деревень. Тот бородатый мужчина наверняка родом откуда-то с окраин. Вот и поведал дочери эту старенькую сказку. О бесстрашном воине Асуре Ооцуцуке, что обитал в некой дивной стране Аратея. Асура покинул родину, дабы вернуть свою возлюбленную. Некий злодей похитил ее и спрятал в самом сердце Цукимы. Эту далекую страну окружали огромные неприступные горы, но Асуру не остановили они. Он не боялся препятствий и желал только одного: вновь воссоединиться с возлюбленной. Но горы не поддавались ему. Суровая зима и вовсе убила всякую надежду когда-нибудь преодолеть их. И в миг, когда Асура впал в отчаяние, он увидел странного вида след. След Бунты. Следуя за отметинами на снегу, он вскоре нашел его самого. И после этого ему удалось-таки пересечь горы. С тех пор считается, что увидеть след Бунты – хороший знак. Он несет удачу и благополучие. И, как поговаривают некоторые, дает благословение землям, по которым ступает.
Ли хмыкнул. Он никак не ожидал, что эта древняя сказка оживет. Он понятия не имел, кто такой этот Бунта и как он выглядит. Беллатор даже не помнил, описывал ли когда-нибудь шаман, как именно выглядит этот след. Романтичная, красивая сказка с трагическим концом никогда ему особо не нравилась. Зато другие дети, особенно девчонки, приходили от нее в полный восторг, вот и старый шаман с удовольствием ее рассказывал.
По всему выходит, что в следах этих нет ничего удивительного. Просто некто благословил эти улицы и кому-то, тому, кто видел этот след, будет сопутствовать удача. Ли довольно усмехнулся. Он увидел. Значит и ему повезет. Плотнее закутавшись в теплый кафтан, беллатор неспешно направился в сторону Круглой площади. Он был твердо намерен хорошо повеселиться в последние часы своего выходного.
***
Гаара внимательно рассматривал окликнувшего его человека. Мужчина был более чем странным. Взять хотя бы его одежду. Каждая ее деталь принадлежит абсолютно разным странам. Черная сетчатая рубашка под светло-зеленое кимоно, обвязанное черным поясом – традиционные одежды Горных Цепей. Красное, как закат, хаори с желтыми овалами с двух сторон, что накинуто поверх кимоно, считается элементом традиционных одежд Равнины. На широких запястьях гибкие наручи, такие обычно носят пехотинцы Вековых Льдов. А на ногах и вовсе гета – самая популярная обувь в Золотых Песках. Длинные белые волосы достигали мужчине до самой талии и были собраны в низкий хвост. На затылке они непослушно торчали в разные стороны, и странник подбирал их с помощью военного протектора, украшенного небольшими рожками с эмблемой, что не принадлежала ни одной из крупных стран. У мужчины были маленькие умные темные глаза, под которыми алели красные, видимо ритуальные, полосы. Еще глаз цепляла выпуклая родинка справой стороны носа. Мужчина, скрестив ноги, сидел на голове огромной жабы. Гаара заметил это лишь тогда, когда его обдало табачным дымом. Верховный маг, хорошо скрывая потрясение и удивление, внимательно посмотрел на большую бледно-красную жабу, все тело которой было отмечено алыми маркировками. Ее левый глаз рассекал старый белый шрам. Жаба, подобно человеку, была облачена в синий халат с белой оторочкой у горловины. Помимо халата у жабы был пояс, за которым надежно держалось огромный узкий меч. Жаба сидела посреди дороги, изо рта у нее торчала большая, явно дорогая трубка, из которой это, вне всяких сомнений, разумное существо выпускало аккуратные кольца дыма.
– Ты не любишь творожные куличи? – искренне удивился странно вида мужчина, – али не голоден? – в его руках невесть откуда появилось три традиционных кулича.
– Кто вы? – холодно спросил Гаара, осторожно прощупывая ауру незнакомца. И чем больше он видел, тем большее смятение и потрясение испытывал. Прежде ему никогда не доводилось сталкиваться с подобным. Чистый безграничный поток Силы, от которого веяло обжигающим теплом, жаром. Его аура была настолько светла и чиста, что ослепляла. Маг тихо выдохнул и поспешил пару раз моргнуть.
– Джирайя но Санин, – добродушно отозвался мужчина. Жаба пыхнула трубкой, подтверждая его слова. – Моего спутника зовут Гамабунта.
Гаара с недоумением смотрел на то, как жаба салютует ему четырехпалой рукой, после чего тянет ее вверх, явно чего-то требуя от своего наездника. Тот, не медля ни мгновения, кладет в раскрытую ладонь кулич и ворчливо жалуется на то, что его спутник слишком прожорлив.
– Чревоугодие - грех, знаешь ли, – закончил свою речь Джирайя, и в этот миг случилось то, чего Гаара ожидал меньше всего: жаба ответила.
– Это смотря в каком вероисповедании, – пробасил Гамабунта, отправляя в рот целый кулич и с аппетитом его пережевывая. – Какому Богу веришь ты? – он трубкой, словно рукой, указал на Гаару. Но ответить маг не успел. Его опередили.
– Это многоуважаемый маг, Бунта, – немного укоризненно произнес Джирайя. Создавалось впечатление, будто он втолковывал это своему спутнику не один час, – он не верит в Бога. Он выше этого.
– И где ты только находишь эти пропащие души? – проворчал Гамабунта, снова начиная дымить своей трубкой.
– Кто ты такой? – медленно повторил свой вопрос Гаара, лихорадочно думая о том, что ему делать, как поступить. Прохожие никакого внимания не обращали на этого Джирайю и его жабу. Они даже не выказывали праздного любопытства. Как будто им каждый день доводилось видеть таких вот путников.
– Я – Джирайя но Санин, – повторил мужчина, но в этот раз решил рассказать чуть больше о себе. – Я странствующий Ангел. Я являюсь тем, кто заплутал и запутался. Тем, кому предстоит выбор и тем, на чьи плечи пало бремя принять трудное решение. Я являюсь тем, кто нуждается в моем напутствии и наставлении. И, – заметив легкое недовольство, которое на мгновение выдали скривившиеся губы мага, жестко продолжил он, – не имеет никакого значения, что ты сам, о, Верховный маг Таки, об этом думаешь.
Гаара несколько секунд молчал. Думал, прислушивался к своим ощущениям. Те, кто неожиданно предстали перед ним, отличались от тех Ангелов, с которыми ему доводилось сталкиваться. Так отличается мастер от подмастерья. Если все так, как говорит этот Джирайя, то он встретил мастера.
– Позвольте спросить, – кем бы ни был этот человек, он был силен. С ним нужно держать ухо востро и желательно быть вежливым. – Кто Ваш Бог?
– А что если я? – насмешливо пробасил Гамабунта.
– Это нелепо, – хмыкнул Гаара первое, что пришло ему в голову, и только потом спохватился. Прежде он не позволял себе вольности сказать не подумав. А сейчас ни мгновения не задумался над ответом. Не хорошо…
– Истинно так, – рассмеялся Джирайя. – Сложный вопрос, Суна но Гаара, – спокойно продолжил он. – Личный. Но я отвечу тебе на него, коли ты мне поведаешь кто твой покровитель. Али ее величество королева Вековых Льдов, прекрасная Цунаде Сенджу, али праздный правитель Таки Сан де Рэ. А быть может, тебе покровительствует сам шах Фуюкума Мизоре, повелевающий Золотыми Песками? Скажи мне, кому служишь ты, и я поведаю тебе, кому преклоняюсь я.
Гаара потрясенно смотрел на Ангела, не находя, что сказать. Только что Джирайя показал ему, что много знает о нем. Он случайно, а быть может и специально дал понять, что говорит правду. Что он принадлежит числу тех, кому для того, чтобы давать ответы, вовсе не обязательно слышать вопросы. Гамабунта все это время молчал, неспешно попыхивая своей огромной трубкой. Дым в небо в этот раз летел бесцветный. Запах табака исчез вовсе.
– Я не могу ответить тебе на этот вопрос, – после продолжительного молчания признался маг.
– Пусть так, – нисколько не расстроился Джирайя. – Тогда и твой вопрос останется без ответа.
– Но у меня есть другой вопрос, – коротко кивнув, заметил Верховный маг Таки. Увидев, что его внимательно слушают и даже жестом ободряют продолжать, он спросил о том, что после слов Ангела поразило его больше всего: – При чем здесь Фуюкума Мизоре?
– Как? – Джирайя казался искренне удивленным. – Ты не знаешь?
Гаара нахмурился и внутренне собрался. Интуиция подсказывала ему, что сейчас он услышит что-то важное. Что-то, о чем ни он, ни кто-то другой не догадывается. Ведь Золотые Пески затеряны в пустыни. Они изолированы от всего мира, практически не ведут внешней политики. Удивительно то, что на саммит магов прибыл Верховный маг Золотых песков. Да и он, вернее, она ли это была на самом деле? Чего стоят эти верительные грамоты? Никто из них на том саммите не демонстрировал свои истинные способности. А извлекать предметы из других комнат учат в любой магической Академии.
– Не лезь в дела смертных больше, чем следует, Джи, – пресек этот разговор Гамабунта к большому разочарованию Гаары. – Нас не касаются их деяния. Дай этому несчастному свои наставления, и пойдем уже отведаем местное саке. Помнится, когда-то оно здесь было очень даже неплохим.
***
Саске сокрушенно вздохнул и, дабы скрасить свою печаль и не дать драгоценному супругу замерзнуть, крепко его обнял. Наруто на это лишь недовольно фыркнул, но вырываться не стал. Послушно замер на месте, внимательно осматриваясь по сторонам. Учиха едва слышно хмыкнул. Спровоцированный ими дождь и не думал утихать. Спустя десять часов такое положение вещей категорически не понравилось драгоценному мужу. Он изъявил желание вернуться домой. И как Саске не пытался его переубедить, как не доказывал, что для приведения особняка в надлежащий вид требуется ни меньше двух дней, больше уступать супруг не пожелал. Золотые пески пустыни Такарагуджи не произвели на него ровным счетом никакого впечатления. Не тающие ледники Вековых Льдов не тронули его. Хотя Учиха признавался в этом самому себе, привести туда Наруто оказалось большой ошибкой. Маг довольно быстро там продрог и твердо решил, что уж где-где, а дома вне всяких сомнений гораздо теплее. И вот теперь, под конец второго дня, после долгих путешествий от одной Аномальной зоны к другой, они, наконец, вернулись домой. Заканчивался второй день, отведенный для уборки. Особняк уже успели привести в должный вид и хорошенько проветрить. Сейчас же в каждой комнате, где это только было возможно, растопили камины и печи, тщательно прогревая дом. Демоны выполнили его волю, стало быть пора и вознаградить их. Учиха оскалился. Его глаза стали алыми. Черные запятые бешено закрутились вокруг темного зрачка. Саске видел, как поднимается его Сусано. Демон смотрел на свое почти живое оружие и криво усмехался. Сусано вытянуло свои костлявые руки, растопырило пальцы. Десять заточенных костяных отростков стремительно пронзили пространство, безошибочно находя и извлекая из самых разных измерений тех, кого Учиха позволил ему взять и выпить до дна. По пути они прихватывали разную незначительную мелочь. Будь то незадачливая пичуга или случайный прохожий…
Учиха встрепенулся. Теплая ладонь мужа легла поверх его руки. Наруто был напряжен и едва ощутимо дрожал. Его дыхание немного сбилось, душу охватила тревога. Маг резко повернул голову к нему и пристально посмотрел в успевшие уже стать пронзительно-черными глаза.
– Что происходит, Саске? – дрожащим от напряжения голосом спросил Узумаки.
– Ничего достойного твоего внимания, муж мой, – спокойно ответил Учиха. Он старался, чтобы его голос звучал мягко и спокойно. Чтобы в нем, не приведи Великое Пламя, не звучали хитрые и довольные нотки.
– Неожиданный магический всплеск и холодная аура смерти, – хмыкнул Наруто. – Все это совсем рядом, в шаге от меня, – он безошибочно махнул рукой в сторону невидимого для него Сусано, и то тут же заинтересовалось искрящейся у мага на ногте силой. Однако почувствовав холодную волю повелителя, тут же утратило к Узумаки всякий интерес. – И ты хочешь сказать, – спокойно продолжал Наруто, – что все это меня не касается.
– Истинно так, муж мой, – усмехнулся Саске, крепче прижимая супруга к себе и отвлекая его от происходящего вокруг долгим поцелуем. – Мало ли какие таинства творят наши соседи, – оторвавшись от мягких губ мага прошептал он.
– Соседи, – задумчиво повторил Наруто, тяжело вздохнул и отвернулся от мужа.
Он не сказал больше ничего, но Учихе и не нужны были никакие слова, чтобы знать, что дорогой муж ему не поверил. Правда, спрашивать и уточнять ничего не стал. Как всегда он не настаивал на ответе, не требовал правды. Интуиция подсказывала Саске, что скоро его ненаглядный супруг накажет его за все эти «милые» выходки, недомолвки и полуправду. Вот только когда и как? Об этом оставалось только гадать.
Наруто постарался успокоиться и расслабиться. Его все еще била дрожь от леденящей душу ауры смерти. Но лично ему не грозила опасность, а значит на это «недоразумение» можно не обращать внимание. Маг тихо вздохнул и осмотрелся внимательнее. После ледяных Вековых Льдов Саске перенес их в большую гостиную. Здесь все еще было прохладно, хоть и в большом, встроенном в стену камине горел алый огонь. Пыли нигде не было, все стало таким же, как было до тех пор, пока они не ушли отсюда. Только теперь негромко потрескивали горящие поленья. Этот простой, нехитрый звук успокаивал и немного расслаблял. Так и хотелось подойти к камину, сесть на мягкий ковер, лежащий у него, погреть руки. Но Учиха застыл посреди комнаты. И ладно бы он просто здесь остановился. Так нет же. Помимо всего прочего, Саске просто заключил его в объятия не желая отпускать. Подходить к огню вместе со своим мужем Наруто не хотелось. Все же это было немного опасно.
– Огонь, конечно, стихия Учихи, – услышав мысли мага, отозвался Курама, – но тебе нечего опасаться. Ведь ты его дорогой муж. Он не причинит тебе вреда.
«Но рисковать не стоит», – хмыкнул про себя Узумаки и внимательно посмотрел в окно.
Если большая гостиная, как и наверняка весь дом, была приведена в полный порядок, то на улице ровным счетом ничего не изменилось. Маг хотел было обратить на это внимание, но тут вспомнил, как долго Саске приводил в порядок его спальню. Наруто хмыкнул, попытался отстраниться.
– Я хочу увидеть другие комнаты, – вслух сказал он. – Библиотеку, спальню, мастерскую, – принялся перечислять маг. – Еще нам надо заглянуть на кухню и… впрочем, этого хватит, – оборвал он сам себя.
