Текст книги "Системный рыбак. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Ленивая Панда

Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 53 (всего у книги 64 страниц)

Амелия поднялась с кушетки и потянулась к своему кошельку, висевшему на поясе. Её пальцы уже расстёгивали завязку, когда я перехватил её руку.

– Не нужно.

Она подняла на меня удивлённый взгляд.

– Это моя одежда, – пояснил я спокойно. – Я сам оплачу.

Достал из‑за пояса свой кошель и выложил на стол три золотых. Они глухо звякнули, ударившись о тёмное дерево.

Амелия замерла с кошельком в руках. В её глазах мелькнуло удивление, смешанное с чем‑то ещё, чего я не смог разобрать. Она медленно убрала кошелёк обратно, ничего не сказав.

Не привык я, чтобы за меня платили девушки и менять этого я не собирался, независимо от мира и обстоятельств.

Мастер Шепард аккуратно пересчитал монеты, проверяя на подлинность, и поклонился мне. На этот раз его поклон оказался чуть глубже. В глазах старика появилось что‑то похожее на одобрение.

Следом за стариком согнулись в поклоне швеи. Они украдкой переглядывались между собой, видимо не часто видели, как «деревенщина» небрежно расплачивался за покупки золотом.

Я коротко кивнул мастеру на прощание и направился к выходу. Амелия двинулась следом.

Карета везла нас минут тридцать по улицам города пока наконец не остановилась.

Я вышел из кареты и огляделся. Опять не пирамида. Перед мной стояло трёхэтажное здание с вывеской «Серебряный журавль», увитое декоративным плющом. Чистые окна, начищенная дверная ручка, швейцар в ливрее у входа. Прилично, но без показной роскоши.

Амелия вышла следом.

– Нам нужно подготовиться к мероприятию, – сказала она. – Встретимся в холле через час. Если хочешь, можешь подождать в моих апартаментах.

Я покачал головой.

– Сниму свой номер.

Она чуть нахмурилась, но спорить не стала. Кивнула и скрылась внутри со служанкой, которая несла её сумку с нарядом.

На стойке регистрации я выложил пять серебряных за комнату. Служащий протянул ключ и указал на лестницу.

Номер оказался маленьким, но чистым. Кровать, умывальник, зеркало, стул. Всё необходимое и ничего лишнего, то что нужно.

Я быстро умылся холодной водой, пригладил волосы. Новая одежда сидела отлично, кожа речного змея приятно холодила тело.

Спустился в холл за несколько минут до назначенного времени и на мгновение замер у лестницы.

Амелия уже ждала меня у камина. Она разительно изменилась, дорожное платье исчезло, а вместо него…

Платье из светло‑голубого шёлка с серебряной вышивкой облегало её фигуру, подчёркивая талию и плавно расширяясь к подолу. Волосы уложены в сложную причёску с нефритовыми шпильками, несколько локонов выбиваются специально, обрамляя лицо. На шее висит тонкая цепочка с каким‑то кулоном, а в руках неизменный веер.

Выглядела она как светская леди со страниц модного журнала викторианской моды. Если бы в этом мире были модные журналы.

Она повернулась ко мне и скользнула взглядом по новому костюму.

– Нам пора, – коротко сказала Амелия.

И мы вышли из гостиницы.

Улицы становились шире и богаче с каждым кварталом. Мостовая из обычного камня сменилась шлифованным гранитом. Фонари на столбах превратились в изящные конструкции из кованого железа, а особняки за оградами выглядели всё внушительнее.

Впереди над крышами проступала верхушка пирамиды, и с каждым шагом она росла, заполняя собой всё больше неба.

Вблизи пирамида поражала размахом.

Стеклянные грани вздымались в небеса, теряясь где‑то за сотней метров. Цвета сменяли друг друга, будто кто‑то перемешивал изумруд, сапфир, рубин и янтарь в гигантской призме. Солнечный свет играл на этих поверхностях, разбрасывая блики по площади, стенам зданий и лицам прохожих.

Вокруг пирамиды тянулась ограда из тёмного камня, метров пять высотой, с декоративными башенками по углам.

У ворот стояли стражники в церемониальных доспехах. Небольшая очередь гостей в дорогих одеждах медленно продвигалась вперёд. Каждый показывал приглашение, стражники кивали и пропускали.

Амелия достала из складок платья серебряный жетон с гербом и протянула ближайшему стражнику. Тот мельком глянул на герб, поклонился и отступил в сторону.

Мы прошли через ворота и направились к главному входу.

Грани примиды отражали наши силуэты, множа их десятками искажённых копий. Я прищурился, пытаясь разглядеть, что находится внутри, но стекло оказалось с этой стороны непрозрачным.

Массивные двери распахнулись и мы шагнули внутрь.

Первое, что я почувствовал, как изменился воздух.

Воздух здесь был другим: густым, насыщенным, словно в каждой его частице скрывалось что‑то неуловимое. Каждый вдох наполнял лёгкие чем‑то большим, чем обычный кислород. Духовной энергией и её плотность зашкаливала.

Я остановился на пороге и огляделся.

Внутри пирамиды раскинулся настоящий лес. С высокими деревьями, чьи кроны терялись где‑то наверху, с извилистыми тропинками между стволами, с мшистыми камнями и журчащими ручейками.

Мох на деревьях светился мягким зеленоватым сиянием, едва заметным, но отчётливым. А в воздухе парили крошечные огоньки, похожие на светлячков. Они медленно дрейфовали между ветвями и оставляли за собой тающие следы света.

Я прищурился, присматриваясь к одному из них.

Хм, это определённо сгустки духовной энергии, принявшие физическую форму. Как те золотые бабочки, что я видел в подводном мире черепахи. Там тоже окружающая среда была наполнена силой.

Значит, где‑то здесь есть источник, который питает всё это великолепие.

– Идём, – голос Амелии вырвал меня из размышлений. – Нам дальше.

Она шла по тропинке с уверенностью человека, который бывал здесь много раз. Словно для неё это место было таким же привычным, как для меня берег озера.

Хорошо, двинулся следом, продолжая осматриваться.

Тропинка петляла между деревьями и спускалась куда‑то вниз. Светящийся мох становился ярче, парящих огоньков прибавлялось. Энергия в воздухе густела с каждым шагом.

Через несколько минут деревья расступились, и мы вышли на берег большого круглого водоёма. Его поверхность была гладкой, как зеркало, и отражала стеклянные грани пирамиды высоко над головой.

Поодаль виднелись павильоны из светлого дерева с шёлковыми навесами. Там собирались гости в дорогих нарядах, слышались приглушённые голоса и звон бокалов.

Но я смотрел по сторонам, ища главное и не замечая его.

– Где оно? – вскоре спросил Амелию.

– Что именно?

– Городское дерево, в честь плодоношения которого устроили всё это празднование. Ни за что не поверю, что оно одно из тех, что мы только что прошли. Слишком уж они обычные.

Амелия остановилась у самой кромки воды, и на её губах мелькнула едва заметная улыбка.

– Посмотри вниз.

Я нахмурился и перевёл взгляд на воду.

Тёмная поверхность водоёма застыла неподвижно. В ней отражались стеклянные грани пирамиды и парящие огоньки.

Сначала я ничего не увидел.

А потом…

Да ну нафиг!

Под водой, на самом дне гигантской воронки росло огромное дерево.

Персиковое. Его крона раскинулась на всю ширину водоёма, ветви тянулись к поверхности, а листья светились духовной энергией. И она исходила от него, настолько густая, что я почти видел её.

Я невольно сделал шаг на шаг.

Так вот что питает это удивительное пространство под пирамидой и служит источником всей этой красоты… Интересно, какими окажутся у него плоды, ради которых затеяли весь этот праздник?

Глава 5

Я продолжал вглядываться в воду, пытаясь рассмотреть детали.

Персиковое дерево выглядело как что‑то из старых китайских мифов. Массивный ствол, узловатые ветви, крона размером с небольшой дом. И по всей этой кроне распускались цветы. Нежно‑розовые, с пятью лепестками. Они появлялись один за другим, раскрывались и через несколько секунд отрывались от веток и неспешно всплывали, оставляя серебристые шлейфы в толще воды.

Я проследил за одним из них. Цветок поднимался плавно, кружась в невидимых потоках воды, пока не достиг поверхности и не превратился в один из тех парящих огоньков, что освещали весь этот подземный лес.

Красивая картина, спорить не буду, но что‑то здесь определённо не сходилось.

Амелия приглашала меня на праздник плодоношения, а не цветения. Значит на ветвях должны быть персики, которые вот‑вот созреют. Но сколько я ни вглядывался в подводную крону, не увидел там ни одного намека на это. Только цветы, листья и голые ветки.

– А где плоды? – спросил вслух, не отводя взгляда от водной глади.

Амелия чуть помедлила с ответом.

– Я сама здесь впервые, – призналась она. – Точных деталей не знаю, но не переживай, скоро нам всё объяснят.

Я кивнул, принимая её объяснение. Предполагаю на таких мероприятиях, где собираются всякие шишки и прочие влиятельные личности, организаторы начинают с торжественной речи, ну посмотрим.

– А насчёт улучшения таланта? Ты говорила, что здесь есть такая возможность. Это связано с деревом?

– Это тоже объяснят, – повторила Амелия тем же невозмутимым тоном.

Ясненько. Значит, придётся немного подождать, благо у меня с терпением всё в порядке.

И тут позади раздался звонкий женский голос.

– Амелия Флоренс? Не может быть!

Мы обернулись.

По тропинке к водоёму шла девушка лет восемнадцати, и первое, что бросилось в глаза, это её волосы. Серебристо‑голубые, они струились по плечам, словно расплавленное лунное серебро. Глаза цвета грозовых туч, тёмно‑серые с проблесками чего‑то опасного. На запястьях позвякивают тонкие браслеты, и если присмотреться, то можно различить на них крошечные молнии, что бегают по металлу.

Рядом с ней шёл парень чуть постарше, богато одетый. По выражению его лица и тому, как он шел на шаг позади самой девушки, можно сделать вывод, что он её охранник или сопровождающий.

– Опять Молли… – процедила Амелия сквозь зубы.

– Кто это?

– Наследница семьи Шторм, – девушка говорила, почти не разжимая губ. – Когда‑то мы были подругами. Но после того, как она пробудила родословную силу своей семьи, отношения между нами изменились. С тех пор она при любой удобной возможности пытается мне насолить.

Понятно. Бывшие подруги, ставшие соперницами на почве силы или еще чего‑то там культиваторского. Интересно, сколько таких историй я ещё услышу в этом мире.

Молли приблизилась к кромке воды и остановилась в нескольких шагах от нас. Её губы растянулись в улыбке, слишком широкой, чтобы быть искренней.

– Подруга! – она всплеснула руками с показным удивлением. – Не ожидала увидеть тебя здесь. Неужто «гений семьи Флоренс» наконец‑то прорвался на шестой уровень?

Слово «гений» прозвучало с нескрываемым сарказмом.

– Молли, – ответила Амелия ей столь же фальшивой улыбкой. – Рада видеть, что твой язык остался таким же острым. Надеюсь, хоть немного таланта ушло на культивацию, а не только на словоблудие?

Молли чуть прищурилась, но улыбка с её лица не исчезла. Девушка явно привыкла к подобным обменам любезностями. Потом ее взгляд скользнул в сторону и остановился на мне.

Серебристо‑голубые глаза расширились.

– Постой… Это что Ив Винтерскай?

Я отметил про себя, что она меня узнала. Не спросила «кто это?», а сразу назвала по имени. Значит, в местных кругах меня раньше знали. Что впрочем, неудивительно. Винтерскаи богаты, владеют активами по всей стране. Естественно, что другие влиятельные семьи следили друг за другом.

Коротко кивнул в знак приветствия, не видя смысла тратить слова на пустые любезности.

Молли же склонила голову набок, изучая меня с откровенным любопытством.

– А скажи‑ка мне, Ив, – протянула она. – Сколько будет семь умножить на восемь?

Хм…

– Пятьдесят шесть.

– А если разделить на четыре?

Хох. Кажется я догадался из‑за чего мне устраивают этот допрос с пристрастием. Прошлого Ива ведь знали как дурачка.

– К чему столько вопросов, Молли? Или у тебя проблемы с математикой? – спросил с наигранной участливостью. – Могу порекомендовать репетитора. В деревне есть один толковый парень, за пару серебряных в неделю научит считать в столбик.

Она поднесла пальчик к губам в задумчивом жесте, словно размышляя вслух.

– Любопытно, любопытно… Если ты здесь, значит, у тебя тоже шестой уровень Закалки тела. А раз так, выходит, ты действительно вернул себе мозги, – её глаза снова сфокусировались на мне, и в них промелькнуло что‑то расчетливое. – Однако, насколько мне известно, тебя изгнали из семьи. Ты теперь без фамилии, без наследства и без средств на нормальное существование. Хм… Сколько Амелия тебе заплатила за сопровождение?

Амелия застыла, веер в руке дрогнул.

– Предлагаю в два раза больше, – продолжила Молли, не дожидаясь ответа. Её голос стал медовым. – Что скажешь, Ив? Сопровождать обаятельную красотку куда интереснее, чем… – она бросила небрежный взгляд на Амелию, – … эту ледяную деву.

– Мои услуги стоят непомерно дорого, – усмехнулся я, продолжая спокойно смотреть ей в глаза. – И боюсь, девушке с таким низким воспитанием их ни за что не оплатить. Даже если она выгребет все папины сундуки.

Улыбка исчезла с лица Молли, словно её стёрли.

Воздух вокруг неё задрожал. На браслетах с молниями вспыхнули белые искры, и я услышал тихое потрескивание статического электричества.

– Должно быть я поспешила с выводами о том, что к тебе вернулся рассудок, – процедила она.

– Ох, Молли, – вздохнула Амелия, лениво обмахиваясь веером, словно отгоняя назойливую муху. – Ты так гордишься своей внешностью, но тебе приходится буквально платить мужчинам, чтобы они тебя терпели. А Ив? Он пошел со мною по своей воле. Он может и лишился наследства, но не вкуса.

Теперь в добавок к электричеству, температура воздуха вокруг нас упала на несколько градусов. Краем глаза заметил, как на веере Амелии проступает иней, тонкие ледяные узоры расползаются по шёлку.

Молли сделала шаг вперёд. Разряды на её браслетах стали ярче, и в воздухе отчётливо запахло надвигающейся грозой.

Я приподнял бровь, ожидая продолжения действия. Однако, тут вмешался её спутник.

– Госпожа Шторм, – он мягко коснулся ее локтя. – Празднование вот‑вот начнётся. Нам лучше поспешить.

Разряды на браслетах Молли продолжали потрескивать, но она не атаковала. Несколько секунд буравила нас взглядом, потом резко выдохнула. Молнии погасли, волосы опустились.

– Хорошо. Мы продолжим этот разговор позже, – бросила она. – И тогда вы пожалеете о своей грубости.

Девушка развернулась и зашагала в сторону павильонов, откуда доносились голоса других гостей. Её спутник коротко кивнул нам и последовал за ней.

Я проводил их взглядом, пока серебристая копна волос не скрылась за стволами деревьев.

Иней на шёлковом веере Амелии начал таять, и тонкие струйки воды скатывались по его узорам, оставляя влажные следы. С резким движением она захлопнула его, но напряжение в её плечах не исчезло.

– Нам тоже лучше поспешить, праздник вот‑вот начнётся. – сказала Амелия.

Согласен, раз там идет раздача талантов, то лучше туда не опаздывать.

Мы направились к павильонам.

Открытая конструкция из светлого дерева с шёлковыми навесами цвета слоновой кости раскинулась у самой кромки леса. Под навесами стояли длинные столы, уставленные блюдами и напитками, а между ними прогуливались люди в дорогих одеждах.

Люди стояли группками, каждая держалась особняком, словно очертив вокруг себя невидимую границу. Гербовые узоры на одеждах служили опознавательными знаками: кто где, кто с кем, кто против кого.

Четырнадцать семей, прикинул я, пересчитав группы, которые правят этим регионом. И все они собрались здесь ради каких‑то персиков.

Некоторые гости переходили от группы к группе, обменивались рукопожатиями и поклонами. На празднике, как и всегда, всё вертелось вокруг власти и выгоды, а политика, союзы и сделки лишь добавляли пикантности этому привычному круговороту.

Амелия уверенно вела через павильон к дальнему краю, где под отдельным навесом собралась группа людей с характерными ледяными узорами на одежде, Флоренсы.

Их было человек семь. Двое взрослых мужчин с седеющими висками, женщина средних лет с жёстким взглядом, и среди них выделялись два молодых парня: один лет восемнадцати, коренастый, с квадратной челюстью, второй постарше, около двадцати, худощавый и высокий. Оба смерили меня оценивающими взглядами, когда мы подошли.

– Амелия, наконец‑то, – женщина средних лет шагнула навстречу. – Мы уже думали, что ты опоздаешь.

– Были дела в городе, тётя Клара, – Амелия слегка склонила голову. – Но я успела вовремя.

– Слава небесам, – один из взрослых мужчин облегчённо выдохнул. – Ты ещё сможешь побороться за шанс улучшить талант. Семья рассчитывает на тебя.

– Я не подведу.

Побороться? Хм… Значит, это не просто раздача подарков, а какое‑то состязание?

Амелия обменялась ещё несколькими приветствиями с родственниками, пока мы не дошли до стоящей в центре пожилой женщины. Её лицо избороздили морщины. Она пока молчала и наблюдала за происходящим с невозмутимостью императрицы.

Когда поток формальностей иссяк, она наконец подала голос.

– Амелия, – произнесла она негромко, но все вокруг мгновенно замолчали. – Ты хорошо выглядишь. Дорога была утомительной?

– Нет, бабушка. Всё прошло гладко.

Старуха кивнула и перевела взгляд на меня.

Её взгляд был внимательным, полным спокойной мудрости прожитых лет. Это была холодная оценка, словно она умела с одного взгляда видеть истинную ценность, как искушённый скупщик, мгновенно определяющий цену любого товара.

– Кого ты привела? – спросила она наконец у Амелии.

– Позволь представить, бабушка. Это Ив Винтерскай.

Я коротко поклонился.

– Маргарет Флоренс, глава семьи, – добавила Амелия, обращаясь уже ко мне.

Маргарет продолжала изучать меня с той же пристальной неторопливостью.

– Винтерскай, значит, – протянула она. – Неужели у моей внучки появились какие‑то… отношения? С выходцем из этой семьи?

Я заметил, как Амелия чуть порозовела.

– Нет! То есть… Ив просто мой друг, – она запнулась, и это было настолько непохоже на её обычную невозмутимость, что я едва удержался от усмешки. – Он практик шестого уровня Закалки и имеет полное право присутствовать здесь.

Старуха позволила себе едва заметную усмешку. Потом снова посмотрела на меня, и улыбка исчезла.

– Я слышала, что Виктор выгнал тебя из семьи, – сказала она прямо, без обиняков. – Объявил изгоем, лишив фамилии и наследства на глазах у всех.

– Это так, – я не видел смысла отрицать очевидное.

– Что ж… Семейные дрязги Винтерскаев меня не интересуют, – продолжила Маргарет. – Но раз уж Амелия привела тебя сюда от группы Флоренсов, пусть так и будет. Можешь спокойно присутствовать и наслаждаться едой и напитками.

Она отвернулась от меня, давая понять, что разговор окончен, и направилась к группке из четырёх стариков, стоявших у соседнего стола. Судя по гербам, там собрались главы других семей.

Я проводил её взглядом.

Прагматичная старуха.Она не устроила сцену, не задала лишних вопросов и не выразила своего отношения к «изгою». Вместо этого спокойно приняла происходящее и без лишних эмоций двинулась дальше. Мне всегда было проще иметь дело с людьми, которые руководствуются логикой, ведь их действия более предсказуемы.

Амелия смотрела вслед бабушке, и на её лице застыло странное выражение. Что‑то среднее между облегчением и лёгким раздражением.

Закончив с приветствиями и обменом формальными репликами с остальными Флоренсами, Амелия повернулась ко мне и кивнула в сторону столов.

– Угощайся.

Фуршет оказался богатым. Блюда из мяса разных видов, овощные закуски, фрукты на серебряных подносах. Всё было разложено с той тщательностью, которая выдаёт работу профессионалов.

Взял кусочек хлеба, намазал на него что‑то похожее на овощную икру, откусил.

И сразу почувствовал, как по телу разливается прохладная энергия. Словно внутри дунул освежающий ветерок, который прошёлся от желудка к кончикам пальцев.

Хм.

Посмотрел на недоеденный кусок в руке с новым интересом.

Даже фуршетные закуски здесь работали на прокачку. Впрочем, чему я удивляюсь? Воздух насыщен духовной энергией, растения впитывают её из почвы, животные едят эти растения, а потом всё это оказывается на столе.

Открыл интерфейс Системы. Ведёрко, которое после прорыва на шестой уровень было абсолютно пустым, теперь показывало несколько капель на самом дне.

Я прикинул в уме.

Насыщенный духовной энергией воздух вокруг, еда и постоянное присутствие рядом с источником силы. Если бы я мог жить здесь постоянно, то за год с легкостью дотянул бы до седьмого уровня. Без особых усилий, просто дыша и питаясь.

А ведь у обычных практиков на достижения этой границы уходит пять, десять лет, а некоторые и вовсе застревают на шестом уровне до конца жизни.

– Как часто вы здесь бываете? – спросил у Амелии, которая стояла рядом и делала вид, что разглядывает ближайший поднос с фруктами.

– Резиденция доступна только пятнадцати семьям, – ответила она. – И то лишь раз в пять лет, на праздник древа. В остальное время сюда могут попасть только главы семей.

Раз в пять лет, и то с ограничениями, иначе и быть не могло. Такой лакомый кусок никто не станет раздавать направо и налево.

Я взял стакан со светящимся морсом, что переливался мягким золотистым сиянием. Сделал глоток. Кисло‑сладкий, освежающий, с лёгким привкусом чего‑то цветочного. Энергии в нём было достаточно, чтобы почувствовать, но до напитков Игниса этому морсу было как до Луны.

Оглядел павильон поверх стакана.

Эдриан Вайт стоял в центре одной из групп, размахивая руками и что‑то оживлённо рассказывая. Его павлиний халат с золотыми птицами бросался в глаза даже издалека. Рядом с ним кивали и смеялись несколько молодых людей, явно из той же семьи.

Молли Шторм держалась чуть в стороне от основной группы Штормов, но её серебристые волосы служили отличным маяком. Она разговаривала с каким‑то высоким парнем, и её смех звенел немного громче, чем следовало.

– Расскажи мне о них, – попросил Амелию, кивнув в сторону гостей. – Кто есть кто.

Она достала свой неизменный веер и начала указывать им на группы стоящие у столов.

– Семья Ферумов, – первым делом она указала на группу в тёмно‑коричневых одеждах с серебряной вышивкой. – Контролируют кузнечные гильдии. Их наследник, Дерек, шестой уровень, пробудил родословную Железного ящера. Говорят его молот способен сокрушить даже тварь второго этапа.

Я кивнул, укладывая в голове полученную информацию. Если когда‑нибудь понадобится качественное оружие, буду знать к кому за ним обращаться.

– Семья Шторм, – веер сместился к серебристой копне волос. – Молли ты уже видел. Шестой уровень, родословная Грозовой Ласточки. Её отец контролирует добычу руды в северных горах.

Амелия продолжала перечислять семьи одну за другой. Короткие справки: имя, родословная, сфера влияния, наследник. Я слушал, запоминал, выстраивал в голове схему связей и противоречий.

Семьи Форест, Бьёрден, Мунлун, Айрен и другие. У каждой из них в молодом поколении был кто‑то одарённый, на кого возлагали большие надежды.

Большинство наследников находились на шестом уровне Закалки Тела, некоторые на седьмом. Ничего удивительного.

Но потом Амелия указала на самый дальний стол, и её голос чуть изменился.

– Семья Саламандер. Их родословная связана с Огненными Саламандрами.

Я проследил за её веером.

У дальнего стола стояла группа людей в красно‑золотых тонах. В центре возвышался парень лет восемнадцати, брюнет с резкими чертами лица и глазами цвета расплавленной меди.

– Кай, – произнесла Амелия. – Седьмой уровень Закалки и полностью пробуждённая родословная Огненной Саламандры делают его сильнейшим представителем молодого поколения нашего региона.

Я внимательно смотрел на парня, замечая, как воздух вокруг него слегка дрожит, словно над раскалённым асфальтом в полуденный зной.

Это искажение было едва уловимым, почти незаметным, но всё же ощутимым для внимательного взгляда. Что‑то внутри меня напряглось, сигнализируя о скрытой угрозе.

Амелия открыла было рот, чтобы продолжить рассказ о других семьях, но не успела.

Вся духовная энергия, которая до этого свободно циркулировала под куполом пирамиды, вдруг замерла. Словно кто‑то нажал на паузу, и невидимые потоки застыли на месте.

А потом пришло давление.

Оно обрушилось сразу и повсюду, словно невидимое, но невыносимо ощутимое давление. Это было не физическое воздействие, а скорее ощущение, будто нечто огромное и непостижимое внезапно сфокусировало на тебе свой всевидящий взгляд.

Гости начали покидать павильоны и направляться к водоёму, где виднелись обустроенные балконы с перилами и сиденьями.

– Празднование вот‑вот начнётся, – сказала Амелия, и в её голосе появились нотки волнения. – Идём.

Мы присоединились к общему потоку и вышли на один из балконов.

Зеркальная гладь водоёма раскинулась внизу, отражая небо, а прямо в его центре, словно паря над водой, застыла одинокая фигура.

Человек стоял на деревянной лодке, которая покачивалась на волнах, хотя никаких волн до этого момента не было. Высокий и худощавый, он был облачен в простые серые одежды, лишенные каких‑либо украшений, а широкополая шляпа отбрасывала тень, скрывая его лицо.

Давление, которое я ощутил, исходило именно от него.

– Рональд Серебряный Лотос, – прошептала Амелия рядом, и в её шёпоте слышалось благоговение. – Глава региона, практик второй ступени.

Глава региона? Ого, похоже вот‑вот всё начнется.