Текст книги "Системный рыбак. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Ленивая Панда

Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 64 страниц)

Глава 3

Холод выдернул из сна, и тут же пришло сожаление, что система не дает одеял. Костер давно превратился в грустную кучку пепла, а серое небо выглядело так, будто собиралось испортить весь день. Ну что ж, доброе утро тебе тоже, погода.

Я поднялся, размял затекшие мышцы и огляделся. Кот исчез так же незаметно, как и появился вчера. Но на месте его ночевки в траве осталась примятая лунка. Значит, не приснилось.

В животе снова заурчало, напоминая о насущных проблемах. Завтрак. И, судя по погоде, укрытие. Две простые задачи, от которых зависело мое выживание.

Поднявшись, я размял затекшие мышцы. Тело все еще ныло, но уже не так сильно, как вчера. Одна исцеленная рана добавляла немного бодрости. Шаги направились к реке. Вода была темной и неприветливой.

Вчерашняя удача с раком могла быть просто случайностью. Сегодня предстояло выяснить, смогу ли я превратить эту случайность в систему.

Стоило зайти в воду по щиколотку, как тело поморщилось от холода. Пришло время сосредоточиться.

«Локатор», – активировал я мысленно навык, и мир снова преобразился.

Толща воды стала прозрачной, а на дне замерцали огоньки. Тусклые искорки мелкой живности и несколько знакомых молочно-белых огоньков. Раки.

Вчерашняя охота проходила вслепую, на чистом упрямстве. Сегодня появился инструмент.

Двигаясь медленно вдоль берега, я сканировал дно. Вот они. Целая группа, пять штук, копошились у затопленной коряги. Они были чуть дальше, чем вчерашний, но в пределах досягаемости.

Приближаться пришлось без резких движений. Теперь они виделись не только как огоньки, но и как темные силуэты на дне. В уме мгновенно рассчитались расстояние, глубина, положение клешней. Никакой спешки. На кухне точность решает все. Здесь, похоже, тоже.

Рука плавно опустилась в воду, нацеливаясь на самого крупного. Он замер, уловив движение воды. Секундная пауза, чтобы дать ему успокоиться, а потом молниеносное движение сверху, хватающее его за панцирь, там, где клешни не могли до меня дотянуться.

Есть!

Рак дернулся, но я уже крепко держал его. Плавным движением вытащил из воды и швырнул на берег.

Уголки губ дрогнули в легкой улыбке. Один готов.

Остальные четыре всполошились, но далеко не уползли. Действовать нужно было быстро и методично. Второй. Третий. Четвертый. Пятый. Через пару минут все пятеро лежали на берегу, беспомощно перебирая лапками.

Ха-ха. Пять штук за пять минут. Это уже не борьба за выживание, а почти приличная рыбалка.

Завтраком я теперь обеспечен. Обедом тоже. Возможно, удастся даже устроить себе ужин с десертом. Правда, десертом будет еще один рак, но я же повар. Придумаю как добавить разнообразия.

– Вот так-то лучше, – сказал я раку, который все еще пытался ущипнуть меня клешней. – Теперь я здесь главный.

Собрав улов, направился к вчерашнему очагу. План на день был простой: огонь, завтрак, крыша над головой. И желательно успеть все это до дождя.

Развести огонь во второй раз оказалось значительно проще. Руки уже помнили движения, а сухой трут, предусмотрительно заготовленный вчера, вспыхнул почти сразу. Вскоре над очагом снова весело потрескивало пламя.

Аромат жареных раков, теперь уже в пятикратном размере, поплыл над островом. Я сидел у огня, поворачивая пять импровизированных вертелов. Решил заготовить все сразу наперед.

И тут конечно же пришел он.

Камышовый кот материализовался из зарослей с бесшумностью ниндзя. Уселся метрах в трех, обернул хвост вокруг лап и уставился на меня зелеными глазами. В его взгляде читалось явное ожидание.

Уголки губ снова дрогнули в усмешке. Вчера он выглядел как голодный бандит, готовый отобрать последний кусок хлеба. Сегодня скорее напоминал постоянного клиента, который знает график работы кухни и расписание подачи блюд.

– Доброе утро, – сказал я, снимая с огня первого, самого румяного рака. – Не переживай, твоя порция уже на подходе. Мы тут, кажется, заключили сделку: ты лечишь, я кормлю. Рабочая схема.

Кот одобрительно промурчал.

Вот и отлично, считай сделка заключена.

Как только раки были готовы, один из них полетел коту. Он, как придирчивый гурман, сначала обнюхал еду со всех сторон, проверяя качество. Только убедившись, что все соответствует стандартам, утащил добычу в тень и принялся за трапезу.

– Приятного аппетита, дружище, – проворчал я ему вслед и сам принялся за трапезу.

Первый рак был съеден медленно, со всем уважением к продукту. Сладковатое мясо, легкая дымка от костра, идеальная текстура. Мишленовские рестораны нервно курят в сторонке.

И снова приятная прохлада разлилась по телу, словно глоток холодной родниковой воды. Вместо усталости пришло ощущение свежести и легкости.

В интерфейсе Системы появился неожиданный сюрприз: под строкой уровня теперь красовалось прозрачное рыбацкое ведерко, наполненное водой лишь на самое донышко. Едва заметная рябь проходила по поверхности, будто кто-то едва коснулся ее кончиком пальца.

– О, так вот как ты работаешь, – пробормотал я, разглядывая эти странные образы и смутно догадываясь о том, что они значат. – Поймал, приготовил, съел, и вот она, жизненная энергия, которая накапливается в этом ведре.

Вода в ведре была едва заметной, но ее присутствие ощущалось. Вспомнилось то тепло, которое я вчера чувствовал после еды. Значит, тогда мне не показалось, жизненная энергия из пищи действительно вливалась в меня.

Простая и интуитивно понятная система. Возникло ощущение, будто я персонаж какой-нибудь игры про ферму, только вместо морковки здесь приходилось собирать силу из раков.

Чтобы проверить свою теорию, я взял рака, отложенного на десерт для ужина. Если вода в ведерке действительно отражает накопление жизненной силы, то произойдет прирост ее уровня.

Рак был тут же съеден, уже на порядок быстрее чем раньше. Как только последний кусочек оказался проглочен, я закрыл глаза, сосредотачиваясь на ощущениях.

Прохлада. Она снова появилась. Слабая, но ощутимая. Она разливалась по телу, словно тонкий ручеек, оставляя за собой ощущение свежести. Я открыл глаза и посмотрел на интерфейс. Вода в ведре поднялась чуть выше, рябь усилилась, будто отражая движение энергии.

– Работает, – пробормотал я с удовлетворенной улыбкой. – Моя гипотеза насчет накопления жизненной силы подтвердилась. Интересно, что произойдет, когда ведро наполнится до краев? Возможно какое развитие или эволюция способностей, которые я получаю от системы.

Вариантов в голове роилось множество, но дальше я решил не тратить попусту время на догадки. Когда накоплю достаточно жизненной силы, тогда и узнаю.

Двух оставшихся раков я аккуратно завернул в широкий лист лопуха. Мой запас на сегодняшний день.

Кот, управившись со своей порцией, неспешно подошел и снова взялся за дело. Он методично обработал еще одну рану на руке, вылизывая ее своим шершавым языком. Ощущение было странным – щекотно и одновременно приятно, будто массаж наждачкой.

– Знаешь, – сказал я ему, – в прошлой жизни за такие услуги люди платили кучу денег всяким целителям. А ты работаешь за рака. Скромно.

Кот промолчал, закончил процедуру и, удовлетворенно фыркнув, ушел восвояси.

В этот момент на нос упала первая капля дождя. Потом вторая.

Я упер руки в боки, оценивая серость сверху и приближающиеся тучи. Небо определенно решило, что пора переходить от угроз к действиям.

Понял. Значит, сейчас предстоит игра в архитектора. Отряхнул руки. Надеюсь, мои навыки окажутся лучше, чем у того школьника, который когда-то клеил кривой домик из спичек на уроке труда.

Несколько секунд спустя работа закипела. Гибкие ивовые ветки послушно втыкались в землю по кругу.

Их верхушки я согнул и связал тоненькими веточками этой же ивы, образуя куполообразный каркас. Охапка широких листьев лопуха пошла в дело. Укладывал их как черепицу, снизу вверх, каждый лист перекрывал предыдущий.

Согласен, примитивная конструкция. Но в ней была своя логика, как в хорошем рецепте. Слой за слоем, ничего лишнего.

Я уже прикидывал, где устроить вход, когда где-то над ухом раздалось резкое…

ХРУСТЬ!

Звук словно выстрелил в тишине, заставив меня вздрогнуть. Я замер, не сразу осознавая, что произошло. А потом краем глаза заметил, как одна из опорных веток медленно, почти издевательски, начала трескаться дальше, прогибаясь под весом мокрых листьев.

– Твою мать, только не сейчас! – вырвалось у меня, пока конструкция, словно ленивый пьяница, начинала крениться вбок.

Я бросился к слабому месту, попытался подпереть плечом. Бесполезно. Вес распределился неправильно, и теперь вся эта красота разваливалась на глазах. Листья сползали, ветки гнулись дальше.

Да. Херовый из меня архитектор. Ибо я никакой не архитектор. Еще секунда, и от шалаша останется жалкая куча мусора. Мозг лихорадочно заработал ища решение.

Нужна стабилизация. Нужна опора.

Я огляделся.

Рядом валялся толстый сук, который раньше отбраковал как слишком тяжелый. Сейчас он был именно тем, что требовалось. Схватил его, втиснул в центр шалаша как центральный столб. Упер верхушку в связку веток наверху.

Треск прекратился. Каркас замер, удерживаемый новой опорой.

Фу-у-ух. Успел.

Руки дрожали от напряжения. Дождь усиливался, капли барабанили по листьям все настойчивее.

Я быстро заново уложил сползшие листья, на этот раз крепче привязывая их к веткам. Добавил еще один слой для верности. Проверил устойчивость, толкнув каркас ногой. Держится.

Далее залез внутрь как раз в тот момент, когда небо окончательно раскрылось. Дождь полился стеной, барабаня по импровизированной крыше. Несколько капель просочилось через щели по краям, но в целом постройка выдерживала.

Я сел, прислонившись спиной к центральному столбу, и усмехнулся. Получилось. Криво, с косяками и неказисто, но получилось.

Внутри моего нового жилища оказалось сухо, тепло и удивительно уютно. Пахло свежими листьями и сырой землей.

Через входной проем шалаша я заметил его. Кот сидел под ближайшим кустом, сгорбившись, словно пытаясь спрятаться от дождя. Шерсть прилипла к телу, капли стекали с ушей.

Он выглядел жалким, но гордым, не делая ни шага в мою сторону. Только смотрел, сверкая зелеными глазами, в которых читалась смесь упрямства и надежды.

Ох. Котяра, и как мне с тобой поступить, когда ты так смотришь на меня?

Я вздохнул, откинувшись на центральный столб.

– Иди сюда, – негромко сказал и поманил его рукой.

Кот замер, будто проверяя, правильно ли он понял приглашение. Потом, не теряя времени, сорвался с места и стремительно юркнул внутрь. Он остановился у стенки, стряхнул с себя воду и аккуратно свернулся клубком.

– Устраивайся, сосед, – пробормотал я, прислушиваясь к барабанящим по крыше каплям.

Усмешка. Вот и соседи появились. Молчаливые, своенравные, но в дождь готовые к временному перемирию.

Вот так образовалась наша маленькая уютная компания.

Следующие несколько дней шли по одному распорядку. Утро начиналось с рыбалки. «Локатор» превратил охоту на раков в почти расслабляющее занятие. Я приловчился видеть их скопления, менять места ловли, чтобы не выбивать их небольшую популяцию. Своего рода устойчивое рыболовство на необитаемом острове.

Но выживание – это не только еда. Слабость этого подросткового тела откровенно бесила. Оно было как плохой, тупой нож, которым невозможно работать. А я привык, что мое тело это мой главный инструмент после головы и рук. Поэтому в распорядок дня добавился новый, обязательный пункт: работа над собой.

Каждое утро, после ледяного умывания в реке, я заставлял себя тренироваться. Отжимания до отказа, пока руки не начинали дрожать. Приседания, пока ноги не превращались в вату. Я нашел крепкую ивовую ветку, висящую над землей, она стала моим импровизированным турником для подтягиваний. Сначала получалось едва-едва оторвать себя от земли, но упрямство, закаленное на кухне, не давало сдаться.

Я никогда не был атлетом. На уроках физкультуры в школе всегда болтался где-то в середине, без блестящих результатов. Но уже в Москве, записался в секцию самообороны. Инструктор, бывший спецназовец, вбивал в наши головы простую истину: «Любая техника бесполезна, если у вас нет выносливости. Сначала база, потом приемы».

Вот эту базу я и строил заново. Каждый день я пробегал несколько кругов по своему островному «королевству». Сначала задыхался через сотню метров, но с каждым днем дистанция давалась все легче. Боль в мышцах становилась привычной, а затем и приятной. Тело, хоть и медленно, начинало слушаться. Оно переставало быть чужим и слабым, становясь моим.

Потом шел ритуал разведения огня. Это делалось уже почти автоматически, руки помнили каждое движение. Завтрак, обед, ужин делили с котом по обусловленной договоренности на двоих.

После еды кот приступал к своим медицинским обязанностям. Раны постепенно становилось все меньше. К пятому дню тело выглядело так, будто никакого избиения и не было. Гладкая кожа, никаких гематом и запекшихся корочек ран, даже старые шрамы слегка посветлели. Мои тренировки и его «лечение» работали в синергии: я укреплял мышцы, а кот ускорял моё восстановление.

Шалаш тоже постепенно улучшался, обрастая новыми слоями листьев, каркас укреплялся. Он превратился в настоящее жилище, где можно было укрыться от дождя и ветра. Ночами мы лежали там вдвоем, слушая, как капли барабанят по листьям, а ветки тихо поскрипывают.

Кот больше не уходил после ужина, оставаясь на ночевку. Правда, все еще держался в своем углу, как сосед, который согласен делить квартиру, но личное пространство оставляет неприкосновенным.

Ведро в интерфейсе наполнялось. Сначала вода едва покрывала дно, потом поднялась на треть, затем добралась до половины. К концу четвертого дня уровень подобрался к самому краю, оставив лишь узкую полоску пустоты.

Я проверял его каждый день с тем же азартом, с каким раньше отслеживал отзывы критиков о новых блюдах. Каждый миллиметр воды становился маленькой победой. Каждый рак приближал к моменту, когда ведро переполнится. Нетерпение росло вместе с уровнем воды.

И вот, на пятый день этот момент настал.

Я смотрел на румянящиеся панцири с волнением, какого не испытывал даже перед вручением первой звезды Мишлена. Сегодня ведро переполнится. Сегодня все изменится.

Первый рак исчез быстро. Взгляд в интерфейс. Вода поднялась еще выше, коснувшись самого края. Совсем близко.

Второй рак поедался медленно, смакуя каждый кусочек. Не спеша. Наслаждаясь моментом. Вот последний кусочек сладкого мяса отправляется в рот. Прожеван. Проглочен.

Замирание в ожидании, и…

Ничего похожего раньше испытывать не приходилось.

Прохлада охватила тело изнутри, будто разливаясь по каждой мышце и кости. Кулаки непроизвольно сжались. Боль в ребрах, которая еще напоминала о себе, вдруг пропала, как будто её никогда и не было.

А перед глазами вспыхнуло синее окно. Его свет показался ярче обычного.

Шкала опыта заполнена!

Поздравляем! Достигнут 1-й уровень Закалки Тела!

Все параметры тела значительно улучшены.

Открыт Слот 1 для оцифровки предмета.

Параметры тела улучшены?

Я задрал рукава, вытянул руки.

И вправду, мышцы стали плотными и упругими, словно наполнились новой энергией. В руках появилась упругая сила, четкая и послушная, которой раньше не хватало.

Кот, до этого мирно грызший свою долю, вдруг застыл и уставился на меня. Склонил голову набок, уши навострились. Перемена не укрылась от его внимания.

– Да, приятель, – сказал я ему, не сдерживая улыбки. – Похоже, твой сосед только что прокачался.

Кот фыркнул, будто говоря: «Поздравляю, но моя порция от этого не увеличилась», и вернулся к своему раку.

Практичный зверь. Мне нравится.

Встав на ноги, я огляделся.

Взгляд упал на валун неподалеку от очага. Размером с голову, килограммов двадцать. В первый день попытка сдвинуть его, чтобы укрепить кострище, увенчалась провалом. Тогда он казался маленькой скалой, приросшей к земле.

Сейчас я подошел, присел, обхватил камень руками и… поднял. Просто так. Без натуги, без усилий. Легко, как пустую кастрюлю.

Несколько мгновений я постоял с валуном в руках, смакуя момент. Потом аккуратно опустил его на место.

– Вот это да. Похоже, теперь можно не только раков ловить, но и камни таскать, – усмехнувшись саркастично добавил. – Конечно же это очень полезный навык для повседневной жизни рыбака.

Выпрямившись, я посмотрел через реку. На том берегу мерцали огоньки деревни. Километр воды, сильное течение, риск оказаться на скалах.

Еще несколько дней назад это выглядело как самоубийство. Сейчас это выглядело как выполнимая задача.

Улыбка тронула губы при взгляде на огни деревни.

Остров был хорошим местом. Он дал время оправиться, познакомиться с Системой, найти своего первого молчаливого союзника. Но сидеть здесь вечно я не собирался.

Пора узнать, что это за мир. Кто такой Ив. И почему предыдущего владельца этого тела кто-то так старательно отмутузил.

Глава 4

Огни деревни на том берегу притягивали взгляд, а уголки губ сами поползли вверх в широкой, довольной улыбке. Поднять двадцатикилограммовый валун одной рукой оказалось так же просто, как поварским ножом разделать рыбу.

Пять дней на этом острове сделали его для меня почти домом. Уютное, тихое место с отличным видом на реку и свежими раками на завтрак.

В старой жизни я об этом мечтал, а сейчас уже вдоволь насытился. Пора возвращаться в цивилизацию, а она вот там, за рекой. Рукой подать.

Думаю, я смогу там найти ответы на свои вопросы. А ещё инструменты, посуду, приправ. Да и свой собственное жилье для жизни не помешало бы. Нормальное. Что-то в этот момент сразу вспомнилась теплая ванна.

– Ну что, Рид? – обратился я к коту. Он как раз закончил с раком и теперь тщательно вылизывал лапу, завершая свой утренний моцион. – Пора строить корабль. Нас ждут приключения.

Кот оторвался от умывания, одарил меня взглядом одного глаза, фыркнул и снова занялся лапой. Делай что хочешь, только не мешай.

Ха-хах, я усмехнулся выражению котяры. Дикий и своенравный. Но мне такие как раз больше по душе, потому что как минимум они честнее других.

Ну ладно, пора переходить к делам.

Строительство плота требовало инструментов, которых у меня не было. Ломать деревья голыми руками дело дурное, даже с первым уровнем закалки. Нужен был топор.

Я отправился вдоль берега, внимательно осматривая гальку. Мне требовался плоский, твердый камень с потенциально острым краем. Через десять минут поисков я нашел то, что нужно: кусок кремня размером с ладонь, уже имевший естественный скол. Отличная заготовка.

В качестве рабочего инструмента я подобрал второй камень, округлый и тяжелый, удобно лежавший в руке. Усевшись на валун, я приступил к работе.

Удар.

Еще один.

От заготовки отлетали мелкие чешуйки, обнажая острый, как бритва, край. Процесс требовал не столько силы, сколько точности. Каждый удар должен был быть выверенным. Это напоминало мне разделку сложной рыбы, где одно неверное движение ножа портит филе.

Пришлось постараться. Попотеть. Пофыркать, сдувая налипшие на лоб волосы, но через полчаса вложенные усилия окупили себя.

Я держал в руках и осматривал грубый, но функциональный топорный наконечник. Для рукояти выбрал прямую и крепкую ветку толщиной в запястье. Сделав в ней расщеп, вставил каменное лезвие и туго обмотал место соединения гибкими ивовыми прутьями, которые предварительно размял. Конструкция получилась грубой, но надежной.

Что ж. Инструмент готов, теперь можно перейти и к основному блюду.

Я подошел к молодому деревцу, ствол которого был не толще моей ноги. Замахнулся, и…

Хоп!

А потом еще раз: Хоп!

Хоп-хоп-хоп…

Топор вгрызался в древесину с сочным хрустом. Тело работало плавно, без лишнего напряжения.

За час я заготовил десяток стволов, каждый толщиной с мою ногу. Перетаскивать их к берегу оказалось не сложно. Ощущение, будто несешь мебель.

С легкой усмешкой я тащил очередное бревно, чувствуя, как усиления тела делает свое дело. В общем отличная штука.

Закаляйтесь, ребята. Рекомендую.

Рид тем временем устроился на толстой ветке и, свесив лапы, наблюдал за моей работой с видом кинокритика на премьере сомнительного фильма. Хвост помахивал в такт моим движениям. Его зеленые глаза следили за каждым моим действием и бревном.

– Комфортно устроился? – спросил я, проходя мимо с очередным стволом. – Знаешь, на кухне за такое бездельничество увольняют.

Кот зевнул, показав все свои впечатляющие клыки, и снова устроился поудобнее.

– Вот значит как? Ну ничего, придет время, когда тебе понадобится моя помощь, я тебе также отвечать буду. Ленивым зевком и наглым взглядом в глаза.

Да, да. Котяра не разговаривал, но мне больше не с кем было поболтать. А так хоть с ним обменяться шуточками, чтобы не так напряжно работать.

Бревна для плота были готовы, но связывать их оказалось нечем. Голыми руками такое не провернуть, а лиан, как в фильмах, поблизости увы не росло.

Мой взгляд зацепился за густые заросли ивы у самой воды. Длинные и гибкие побеги навели на мысль. В памяти всплыл смутный образ из детства, когда меня оставляли на летние каникулы у деда.

Я наломал охапку самых ровных ивовых прутьев и вернулся к бревнам. Сев на землю, взял два побега и просто скрутил их вместе. Получился рыхлый и некрасивый жгут. Но стоило потянуть его за концы, как он тут же начал раскручиваться. Такая веревка не выдержит даже мой вес, не говоря уже о напоре течения.

Я отбросил неудачную попытку и снова уставился на прутья. Должен же быть способ. Воспоминания роились в голове, то и дело подбрасывая образы…

Точно! Нужно скрутить прутья в противоположные стороны.

Я взял два новых побега. Один конец прижал ногой к земле и начал действовать иначе. Сначала я туго скрутил каждый прут по отдельности, по часовой стрелке, пока волокна коры не натянулись до предела.

Затем, удерживая натяжение, я принялся свивать оба прута вместе, но уже против часовой стрелки.

Жгут получился тугим и упругим. Сила, пытавшаяся раскрутить каждый отдельный прут, теперь намертво затягивала общее плетение. Волокна буквально впивались друг в друга, создавая прочное, самофиксирующееся соединение. Дальше мои пальцы двигались уверенно, почти на автомате. В прошлой жизни я с такой же методичностью раскатывал тесто, чувствуя материал и контролируя натяжение.

Кора царапала кожу, на ладонях вздувались мозоли, но я продолжал работу. Когда один из побегов заканчивался, я брал новый и аккуратно вплетал его в основной жгут.

Совсем скоро передо мной лежал первый моток грубого, но удивительно прочного зеленоватого каната. Для проверки я обмотал его вокруг ствола дерева и повис, перенеся на него весь свой вес. Веревка натянулась, заскрипела, но выдержала. Отлично!

Я уложил два бревна параллельно друг другу и взялся за самодельный канат. Обмотал конец первого ствола, затянул узел до хруста. Протянул лиану ко второму и закрепил так же прочно. Первая стяжка легла ровно.

Подкатил следующее бревно, прижал его к остальным и снова взялся за вязку. Узел за узлом, стяжка за стяжкой – руки двигались уверенно. Беспорядочная куча дерева постепенно превращалась в цельный плот.

Когда последнее бревно заняло свое место, я отошел на шаг и осмотрел конструкцию, поглаживая подбородок.

Осторожно надавил на край ногой. Плот качнулся, но устоял. Затем перенес на него вес, дерево даже не скрипнуло.

Для проверки подпрыгнул пару раз. Раздались глухие удары и легкое потрескивание узлов, но конструкция держалась.

Отлично.

Да. Конкурс красоты плотов я с ним не выиграю, но для моих целей полагаю сойдет. Как минимум один заплыв смогу совершить, а больше я пока и не планирую.

Для весла я в начале хотел примотать к ветке кору, но в итоге отмел это решение. Слишком уж ненадежно оно смотрелось. Либо кора размокнет, либо сильное течение сломает ее, и прощай тогда моя переправа через реку.

Выбрал более трудоемкий, но надежный вариант. Нашел длинную ветвь сильно расширяющуюся к стволу, а затем обтесал широкое основание топором, чтобы оно походило на лопасть весла. Грубое, не казистое, но рабочее.

Вот и всё.

Теперь можно начинать и заплыв. Я оттащил неказистую конструкцию из четырех бревен к самой кромке воды. Положил на него выловленных сегодня семь раков, завернутых в листья лопуха, закрепил получше, чтобы не вывалились. После столкнул плот в воду.

Течение тут же подхватило плот, заставив его качнуться.

Рид, наблюдавший за моей работой с ветки ближайшего дерева, спрыгнул на землю. Его приземление было совершенно бесшумным.

Он подошел к берегу и остановился в паре шагов от воды, внимательно изучая покачивающееся на волнах судно. Он склонил голову набок, словно оценивая прочность узлов с расстояния.

Затем его взгляд переместился на меня. Долгий, испытующий. Этот пушистик никак возомнил себя инспектором, принимающим мою работу.

Я выдержал его взгляд, спокойно скрестив руки на груди.

– Что, сомневаешься? На кухне я управлялся с конструкциями посложнее.

Кот, видимо, остался доволен ответом. Он сделал пару шагов назад, чуть присел, а затем легким прыжком перелетел над водой и приземлился точно в центре плота. Конструкция едва качнулась под его весом.

Рид уселся, обернул хвост вокруг лап и уставился на меня с ожидающим видом.

Уголки моих губ дрогнули в усмешке.

– Устраивайся поудобнее, пассажир. Только без претензий к сервису. Это бюджетный рейс.

Я запрыгнул на плот следом за Ридом и оттолкнулся от берега. Остров медленно уплывал назад, растворяясь в утренней дымке.

– Спасибо за гостеприимство, – буркнул я, глядя на зеленую полоску суши. – Было неплохо.

Не знаю почему, за эти дни душа как будто прикипела к этому острову. К этой спокойной размеренной жизни.

И словно в противовес, река мгновенно проявила себя.

Течение ударило в борт плота с силой разъяренного быка. Конструкцию швырнуло вбок так резко, что колени подогнулись. Я едва удержался на ногах, вцепившись в весло. Бревна под ногами завыли, узлы натянулись до предела.

Я прищурился.

Нас волокло. Не к деревне. К скалам.

Черная полоса камней вырастала справа, жадная и зубастая.

Пульс заколотился в висках.

– Да ты серьезно, что ли⁈ Мы же только начали заплыв, родная.

Ноги сами уперлись в скользкие бревна. Весло вонзилось в воду. Гребок. Еще. Третий. Мышцы налились жаром, в спину будто вбили раскаленный кол. Плот скрипел, сопротивляясь, медленно, мучительно медленно разворачиваясь носом к берегу.

Давай же, блин, давай!

Река не сдавалась. Вода вспенилась, закрутилась злыми водоворотиками. Один лизнул край плота, пытаясь развернуть его обратно. Я налег на весло всем весом, выравнивая курс. Руки горели. Плечи выли. Но азарт разлился по венам горячей волной, перекрывая боль.

Ну что, стихия? Хочешь меня сожрать? Попробуй, я не сдамся.

Рид вцепился когтями в бревна, прижимаясь пузом к дереву. Шерсть взъерошилась, уши прижались. Он не орал, но каждая линия его тела кричала об одном: мы умрем.

– Рановато для паники, приятель, – прошипел я сквозь зубы. – Я еще не готов кормить рыб.

Нет. Черта с два.

Я вгрызался в воду веслом. Раз. Два. Три. Ритм держался, несмотря на то что руки превратились в кусок дрожащего мяса. Еще метр. Еще гребок.

ТРРРАХ!

Треск выстрелил в тишине, как хлопок. Сердце екнуло. Я опустил взгляд.

Весло! Мое единственное, мать его, весло треснуло ровно посередине. Еще один сильный гребок, и оно сломается пополам.

Холод прошил насквозь, от затылка до пяток.

Без весла нас унесет прямо на скалы, где потом размажет, как комара об стену.

Плот дернуло вбок. Деревня не приближалась. Она удалялась, превращаясь в размытое пятно.

…

Твою ж…

Медлить сейчас мне точно нельзя. Ладно. Нет длинного рычага для гребка, буду работать тем, что доступен.

Пальцы перехватили весло выше трещины. Короткие гребки. Резкие. Как рубишь зелень ножом, быстро и точно. Менее эффективно, да. Но лучше, чем сдохнуть.

Рывок. Еще. Плот слушался, но медленнее, будто сквозь патоку. Руки налились свинцом, каждое движение отзывалось болью в суставах.

А потом я увидел то, отчего глаза мгновенно расширились.

Прямо по курсу. Метрах в тридцати.

Там был водоворот.

Вода не бурлила. Она проваливалась внутрь себя, закручиваясь гладкой, маслянистой спиралью размером с тележное колесо. Гипнотическая. Смертельная.

Затянет туда, и все. Конец истории.

Да. Похоже наши с котом дела намного печальнее чем предполагалось. И чем больше я смотрел на приближающуюся воронку, тем сильнее у меня холодело в груди.

Это неприятное и предательское ощущение в поджилках нарастало, потому что мозг все сильнее и сильнее осознавал неизбежность.

Черт.

Обойти? Нет, течение все-равно заволочет прямо в глотку этой твари.

Взгляд метнулся вправо. Скалы.

Влево. Водоворот.

Выбор отличный, просто охрененный!

Разум я еще контролировал, но тело уже откровенно потряхивало. Как во время озноба, но только не от болезни. А от приближающейся смерти.

Так, спокойно. Отставить панику.

Я закрыл глаза и попытался сосредоточиться на проблеме. Да, мы в кромешной заднице, но даже из нее, какая бы она глубокая и темная ни была, даже из нее есть выход. Нужно только найти его.

До столкновения с критической точкой еще секунд двадцать. А это значит есть время.

Думай, Ваня! Думай! В своей поварской жизни ты постоянно сталкивался с форс-мажорами, но всегда побеждал. Когда заболел весь ресторан, ты в одиночку готовил на банкет из тысячи вип-персон! Когда на кухне вспыхнул жир и все загорелось, ты потушил пожар засыпав огонь всей овощной нарезкой!

Ты всегда находил простое решение. Вот и сейчас сможешь.

До достижения критической точки осталось десять секунд.

Девять секунд…

Восемь…

…

И тут, словно молния в темноте, в моей голове сверкнуло решение. Такое же простое как и всегда.

Я распахнул глаза.

«Не нужно бороться с течением. Нужно использовать его!»

Я резко развернул плот, подставив бок потоку. Скорость взлетела. Нас понесло еще быстрее, прямиком к краю воронки. Рид зарычал, низко и угрожающе, будто предупреждая: ты что творишь, идиот?

– Помолчи, друг, – прошипел я сквозь стиснутые зубы. – Я знаю, что делаю.

Хотя сам не был уверен, но верил.

За миг до касания края воронки я вонзил весло в воду и заработал им как проклятый. Не против течения. По нему. Да-да, ускоряя. Придавая нам еще больше инерции.

Плот чиркнул по самой кромке водоворота.

Нас схватило. Крутануло, и…

Мир перевернулся.

Бревна накренились так, что вода хлынула на палубу, заливая ноги по щиколотку. Рид вцепился в дерево всеми когтями, шипя от ужаса.

– Держись, Рид! – рявкнул я, упав на колени и вцепившись в весло, как в спасательный круг. – Сейчас выкрутимся!

Секунда растянулась в вечность.

А потом инерция вышвырнула нас. Как камень из пращи. Резко. Жестко. Прямо на тихую воду у берега.

Плот ткнулся носом в ил.