Текст книги "Системный рыбак. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Ленивая Панда

Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 64 страниц)

– Локатор!

Подводный мир вспыхнул россыпью огней. Я двинулся вдоль берега, выискивая место для первой установки. Мой выбор пал на неглубокую заводь, густо поросшую камышом. Течение здесь было почти незаметным, а илистое дно хорошо подходило для фиксации.

Я зашел в воду по колено и плотно вдавил морду в дно, закрепив ее двумя ивовыми кольями для надежности. Рыбешка, снующая в камышах, обязательно сунется на запах приманки.

Вторая ловушка отправилась к подножию большого валуна, чья поверхность была покрыта скользким зеленым мхом. Течение здесь было чуть сильнее, и мне пришлось повозиться, чтобы закрепить конструкцию понадежнее.

Третью я пристроил в узком проливе между островом и небольшой песчаной косой, создав своего рода искусственное препятствие на пути мигрирующей мелочи. Работа шла споро.

Четвертую и пятую ловушки я установил чуть дальше, где берег становился более обрывистым. Солнце почти скрылось за горизонтом, и сумерки начали сгущаться над водой.

Оставалась последняя, шестая ловушка. Для нее я присмотрел самое перспективное, но и самое глубокое место.

В воде, метрах в пяти от берега, темнело углубление. Рядом лежало затопленное дерево с корнями, торчащими во все стороны, словно костлявые пальцы. В их сплетении копошилась стайка мелкой рыбёшки, светящейся тусклыми искорками. Мелочь. Но где мелочь, там и хищники.

Я зашёл в воду. Прохладные волны приятно обволокли гудящие ноги.

Сначала вода поднялась до колен, потом до пояса. Дно оказалось илистым, но твёрдым, что радовало. Проваливаться по щиколотку в грязь мне не хотелось…

Добравшись до нужного места, я принялся устанавливать последнюю ловушку. Закрепил её между корнями дерева, вогнал в дно несколько заострённых ивовых кольев для надёжности.

Только затянул последний узел, как на краю моего «Локатора» вспыхнула новая точка.

А это еще кто?

Развернулся и присмотрелся.

Существо светилось сильнее, чем вчерашний сом. Энергия внутри него светилась размером с кулак, а яркость напоминала лампочку.

И вот оно рвануло прямо на меня с невероятной скоростью.

– Вот же ж… – выдохнул, мгновенно вспомнив слова торговца о том, что в реке водятся опасные твари.

Точка стремительно приближалась, и увернуться от нее я точно не успевал…

Глава 8

Не успел даже выпрямиться.

Тень метнулась из глубины. Острая, раздирающая боль пронзила правую ногу. Вода вокруг вскипела. Внизу, вцепившись в бедро, извивалось длинное, змееподобное тело, покрытое тусклой, бородавчатой кожей.

Широкая пасть усеяна десятками мелких, острых, как иглы, зубов. И эта пасть сомкнулась на моей плоти.

Тварь впилась в ногу с силой бульдога, мотая башкой из стороны в сторону. Гадина пыталась вырвать из меня кусок мяса. Вода вокруг мгновенно окрасилась в красный.

В ее движениях чувствовалась здоровенная сила. И даже будучи на втором уровне закалки, я с трудом удерживал ее, чтобы она реально не оторвала от меня свежего мяса.

Я тяжело дышал, лихорадочно решая, что делать дальше. Времени оставалось не много.

Но в целом мне оно и не нужно, ведь адреналин уже хлынул в кровь, прогоняя любые замешательства. Я заорал.

Не от боли.

От ярости.

Какая-то переросшая пиявка посмела напасть на меня⁈ Того, кто готовит таких на завтрак, обед и ужин⁈

Выхватил из-за пояса нож. Тварь продолжала терзать мою ногу. Я занёс руку и со всей силы ударил её ножом в голову, целясь чуть выше глаза.

Получай!

Лезвие вошло с отвратительным хрустом. Рыбина содрогнулась. Её хватка на мгновение ослабла. Я ударил снова.

И снова.

– Получай!

– Получай!

– ПОЛУЧАЙ!!!

Тварь забилась в агонии, её хвост отчаянно хлестал по воде, поднимая фонтаны брызг.

– Это я здесь рыбак, а ты всего лишь моя добыча, – устало процедил, смотря на то как ее челюсти разжимаются.

Тварь обмякла. Безжизненное тело медленно шло ко дну, оставляя за собой мутный след крови. Моей и его крови.

Э-э-э, нет. Так легко ты от меня не уйдешь.

Схватив тварь за раскрытую пасть, я направился к берегу. Шатаясь, кое-как выбрался из воды и рухнул на песок. Нога горела огнём. Заставил себя посмотреть.

Бедро разорвано в клочья. Удивительно, что я вообще мог идти.

Из глубоких рваных ран сочилась кровь, смешиваясь с речной водой и грязью. Все-таки Чжао был прав насчёт реки. Опасность таится везде, даже на мелководье. Урок усвоен.

Я стиснул зубы и оторвал от своей ветхой рубахи длинную полосу ткани. Туго, до боли, перетянул ногу выше раны. Получилось неказисто, но хоть какой-то жгут.

Из последних сил доковылял до костра. Крупные угли в нем еще алели. Бросил в них несколько сухих веток, и пламя нехотя ожило.

Я прилег рядом, уставившись на огонь. Ничего. Заживет рана. Найду способ исцелиться.

Однако, вскоре я заметил как веки тяжелеют. Удерживать глаза открытыми все сложнее.

Перевел взгляд на ногу. Несмотря на жгут, кровь все-равно шла из раны, и чем дольше это продолжалось, тем больше сил утекало вместе с нею.

Исцелиться? Кого я обманываю? Рана слишком большая, а бедро слишком широкое, чтобы жгут помог. А на этом гребанном острове нет ничего, что могло бы остановить кровотечение.

Веки стали свинцовыми. Глаза закрылись, взгляд заволокла тьма.

Ну всё, походу, всё, Ваня. Не получилось в новой жизни стать крутым рыбаком…

Дыхание замедлилось, грудь тяжело вздымалась.

Внезапно послышался шорох.

А? Кто-то шуршит в кустах?

Собрав остатки сил, открыл глаза.

В мутном зрения угадывался знакомый стройный, но излучающий мужество силуэт.

Рид, дружище.

Не издавая ни звука, кот прошествовал вперед и остановился возле меня. Он посмотрел на раненую ногу. Издал низкое, встревоженное урчание, и затем посмотрел мне в глаза.

Я хотел кивнуть, но сил уже не было. Вместо этого просто прикрыл глаза.

Кот все понял. Я почувствовал, как он уселся рядом и принялся за работу.

Все, что я чувствовал, это лишь уютное успокаивающее тепло. Боль медленно отступала, а я проваливался в сон.

Не тот сон, после которого не просыпаются. А обычный отдых. Ведь я знал, что мой единственный друг в этом мире рядом. И завтра он обязательно разбудит меня.

* * *

Мягкое утреннее тепло коснулось лица и разбудило. Я открыл глаза и замер, прислушиваясь к ощущениям.

Удивительно. Боль совсем не чувствовалась.

Тело казалось странно легким, а в мышцах приятно ныла пустота, как после тяжелой, но продуктивной тренировки. Я осторожно сел, ожидая, что нога все-таки взорвется неприятными ощущениями, но они так и не появились.

Я задержал дыхание и осторожно размотал окровавленную тряпку, обнажая ногу. Зрелище под ней заставило меня замереть.

То, что вчера было кровавым месивом с рваными ранами и глубокими проколами, теперь выглядело как сеточка тонких, розовых линий. Они напоминали старые, давно зажившие шрамы.

Я осторожно коснулся кожи. Она была немного чувствительной, но абсолютно целой.

Никакого заражения или воспаления. Если бы я не знал, что произошло, то решил, что эти следы остались от травмы недельной давности, а не вчерашнего нападения.

В то что я себя так бодро чувствовал, полагаю частично виноват мой второй уровень закалки тела. Его восстановительные способности должны быть выше чем у обычного человека. Но все-таки основная заслуга в том, что я жив принадлежала не мне.

Я перевел взгляд на пушистый клубок, свернувшийся у моих ног. Рид.

Один его зеленый глаз приоткрылся, лениво моргнул, и он вновь погрузился в сон. Ночная смена для него закончилась. Пост сдан.

– Ну ты и волшебник, – прошептал, глядя на спящего кота.

Он сотворил самое настоящее чудо. Нога не просто зажила, она полностью восстановилась. Я знал, что дикий кот может исцелять, но что его исцеление обладает такой мощью…

Я посмотрел на Рида, беззаботно посапывающего.

В моем прошлом мире такое существо стоило бы целое состояние. Но он выбрал остаться со мной. Не знаю, причина в раках, готовке или просто ему понравилась моя компания, но эти мысли согревали меня сейчас лучше любого костра.

Помогая себе руками, я медленно встал. Но только стоило сделать это, как я почувствовал ни с чем не сравнимый голод, прям как в момент моего пробуждения в этом мире. Это реакция организма на полученную рану и потраченные силы на регенерацию?

Взгляд упал на тушу речной твари, которую я вытащил на берег. Уродливая, но в ней было больше духовной энергии чем во всех раках вместе взятых, которых я съел за все время пребывания на острове.

А это значит, что я просто обязан ее съесть. Правда идея тащиться к реке за глиной, чтобы запечь её по всем правилам, вызывала тошноту. Нога протестовала против каждого лишнего движения.

Значит, будем импровизировать.

Я подтащил рыбину к огню, привычно вспорол ей брюхо и вычистил внутренности. Профессиональная деформация, даже в этом мире никуда от неё не деться. Присыпав тушку солью и травами, я насадил её на толстую ветку и установил над углями.

Вскоре потянулся ароматный дымок, и Рид, все еще сопевший, заинтересованно задергал ухом.

Когда мясо покрылось золотистой корочкой, я снял рыбу и разделил её пополам, положив хвостовую часть перед котом.

Рид окончательно проснулся. Подойдя ближе, он с деловитой сосредоточенностью начал есть, будто выполнял важную часть общего плана.

Я впился зубами в свою долю. Мясо оказалось удивительно нежным, с лёгким сладковатым привкусом. С каждым куском по телу разливалась свежая прохлада, распространявшаяся по всем уголкам тела.

Жизненная энергия.

Открыв интерфейс системы, я тут же увидел как ведро рыбака наполняется светящейся жидкостью. И этой жидкости было так много, что к моменту, когда я закончил есть, она наполнила ведро сразу аж на пятую часть.

Обалдеть. Вот это питательная тварь. Как в физическом, так и духовном плане. Повезло же мне, что она на меня напала.

Однако, после окончания завтрака мое облегчение сменилось трезвой оценкой произошедшего.

Вчера мне действительно повезло. Хищная рыба, моя беспечность… все могло закончиться гораздо хуже. Стоило появиться более крупному монстру, и я бы сейчас лежал на дне реки, став обедом для местных раков.

Я задумался. Пора перестать быть таким беспечным.

У меня уже есть шалаш, источник еды, волшебный кот. Но до сих пор я только реагировал на угрозы, обороняясь. Пора брать ситуацию под контроль.

Нож это конечно хорошо. Почистить рыбу, срезать веревку, но против той зубастой твари, что едва не отхватила мне ногу он плохо подходил.

Мне нужно что-то, что даст преимущество на расстоянии. Бой в воде должен идти по принципу: «я достану, а меня нет».

И тут в моей голове всплыл фрагмент воспоминания. В каком-то документальном фильме, который я смотрел краем глаза после очередной смены, туземцы в набедренных повязках стояли в прозрачной воде по колено.

Их тела были жилистыми, смуглыми, а в руках они держали заостренные палки. Они не метали их, как копья. Нет, эти парни резко опускали их сверху вниз, точно поражая рыбу.

Идея вспыхнула мгновенно. Мне нужно копье. Но не громоздкая пика для строевого боя, а что-то компактное и удобное. Маневренное оружие для ближнего боя. Хотя, наверное не копьё, а как там её… Острога! С ней попасть в юркую цель будет даже проще. Как говорится: Не бойся ложки, бойся вилки. Один удар, – четыре дырки.

Эта мысль будто разбудила меня. Нега, напавшая после сытной еды, полностью отступила, сменившись приливом энергии. Перехватив каменный топор поудобнее, я отправился в рощу в центре острова, прикидывая, где найти подходящую ветку для древка. Нужна была прочная и ровная, достаточно длинная.

Выбор подходящего дерева напоминал выбор хорошего куска мяса. Не всякий ствол для этого годился. Кривые, с трухлявыми основаниями или слишком толстые деревья сразу отпадали. Нужен был молодой, ровный и упругий ствол, который выдержит нагрузку и не подведет в нужный момент.

Я нашел то, что нужно: молодую, прямую поросль ивы, толщиной с запястье. Пара десятков ударов топором у основания и дерево упало на землю. Перетащил его на песок, к своему шалашу.

Здесь уже началась основная работа. Сначала топором я обрубил лишние ветки, затем взялся за нож.

Снятие коры походило на филирование рыбы. Лезвие скользило плавно, обнажая светлую, чистую древесину. Я аккуратно срезал сучки, раз за разом проводя ножом, пока поверхность не стала практически гладкой. Процесс погружал в знакомое состояние потока, когда есть только ты и предмет, над которым работаешь.

Когда древко было почти готово, я решил проверить его на прочность. Упер один конец в песок, а на другой надавил всем весом. Дерево упруго прогнулось, демонстрируя отличную гибкость. Я уже предвкушал, как закончу работу, когда раздался тихий, предательский треск.

Я замер. В нижней четверти, от небольшого, ранее незаметного сучка, пошла тонкая трещина. Проклятье.

Первым порывом было швырнуть испорченную заготовку в воду. Но я сдержался. Паниковать или психовать сейчас непозволительная роскошь. Я шеф-повар на дьявольской кухне, а не истеричная примадонна. Нужно адаптировать рецепт остроги под имеющиеся ингредиенты.

Нахмурившись, внимательно осмотрел трещину. Она шла неглубоко. Если разрубить древко пополам, получу два древка. Одно приличной длинны для остроги, пусть и чуть короче, чем изначально планировал, а второе… второе станет отличной запасной рукоятью для топора, а то оно после строительства плота и рубки при ударах то и дело скрипело, норовя треснуть от нагрузки.

Я аккуратно прорезал ножом канавку по окружности древка прямо по линии трещины, а затем одним резким ударом топора его перерубил. Отлично, ничего не пропало зря.

Взял в руки заготовку, предназначенную для остроги. Моей целью было создать настоящую острогу с несколькими зубьями.

Прикинул длину будущего навершия и сделал на древке четыре неглубоких надреза, разделяя его на равные секторы. Затем аккуратно вбил в центр каменный клин, заставив древесину медленно разойтись по намеченным линиям.

Щепки пошли с неохотным треском. Я действовал без спешки, контролируя каждый миллиметр раскола. Когда на конце древка образовались четыре отдельных «лепестка», я зафиксировал их, вставив в расщеп небольшой камень.

Начался самый кропотливый этап. Острым ножом я принялся вырезать из каждого отростка длинный и тонкий шип. Стружка ложилась на землю ровными завитками. Вскоре на конце древка красовалась смертоносная корона из четырех игл.

Чтобы шипы не сходились обратно, я вырезал из остатков ветки небольшие распорки и вставил их у основания зубьев, надежно зафиксировав конструкцию.

Оставался последний шаг, чтобы придать оружию прочность – закалка.

Я развел небольшой костер и дождался, пока пламя утихнет, оставив только тлеющие угли с ровным, устойчивым жаром. Осторожно поместив зубья остроги в самый центр, начал медленно вращать древко. Нужно было уловить точный момент: древесина должна обуглиться, но не сгореть.

Поверхность дерева потемнела, покрывшись черной матовой коркой.

Я вытащил острогу из жара и аккуратно соскоблил нагар. Под ним открылась гладкая, темная древесина, на ощупь удивительно твердая. Чтобы проверить результат, с силой вонзил один из зубьев в ствол ближайшего дерева. Шип вошел в кору легко, словно нож в масло, и остался цел.

Поздравляем!

Вы создали первое специализированное оружие для рыбной ловли. Желаете оцифровать его?

А?

– Так вот для чего предназначался второй, недавно разблокированный слот. Оружие рыбака. Конечно, желаю. Тем более, возможность в любой момент вытащить оружие никогда не помешает.

Оцифровка… Завершено!

Получен предмет: Доисторическая острога.

Прочность: 10/10

Описание: Примитивная, но функциональная острога для рыбной охоты. Может быть улучшена путем поглощения подходящих материалов.

Предмет помещен в Слот 2. Вы можете доставать и прятать его по желанию.

Я покрутил готовую острогу в руке, проверяя её баланс.

Должен признать, вышло неплохо. Легкая, удобная, с острыми наконечниками, которые обещают стать проблемой для любого водного монстра.

В животе негромко заурчало, напомнив, что уже время обедать. Нужно проверить ловушки.

Я направился к заводи, где вчера едва не лишился ноги. Шагал осторожно, активировав «Локатор» и проверяя воду на предмет крупных объектов.

Вода была тихой, лишь стайки мелкой рыбешки, светящиеся тусклыми огоньками, лениво перемещались под поверхностью. В свете «Локатора», я издалека увидел, что моя ловушка полна огоньков мерцающих слабым, но отчетливым светом. Это была рыба насыщенная энергией. Не такая мощная, как тот сом или морская тварь, но все же питательнее раков.

Но главное, у меня получилось!

Я подошел к коряге. Внутри морды и правда растерянно тыкаясь в плетеные стенки, билось не меньше десятка рыб. Небольшие, размером с ладонь, но упитанные.

С удовлетворением вытащил ловушку на берег. Улов был отличным. Шесть таких ловушек будут приносить мне стабильный улов. Это большое подспорье для моей торговли. Но это сейчас.

По-тихоньку я буду увеличивать количество ловушек, и улов будет также расти. В общем бизнес обещает идти в гору.

Главное не забывать об опасности местных вод.

Я проверил остальные. В них тоже барахтались рыбешки. Всю добычу сложил в одну ловушку. Получилась внушительная серебристая и трепещущая как бы бочка.

Больше тридцати рыбин.

Рид, привлеченный шумом, тут же материализовался рядом. Он с видом инспектора обошел улов, обнюхал каждую рыбину и издал довольное урчание. В его голове уже, наверное, крутились образы пиршества.

Я отобрал несколько рыбин на обед для себя и Рида. Остальное оставил в ловушке на мелководье, дожидаться, когда мы закончим есть и отправимся на рынок. Рыба должна быть свежайшая.

Поев, я погрузил рыбу на плот, спрятал острогу в Слот и вооружился веслом. Пора снова посетить деревню. Мне не терпелось заработать как можно больше денег для покупки собственного дома.

Глава 9

Я уже совершал одну переправу с острова, поэтому знал чего ожидать. Без всяких сомнений просто использовал прошлый прием, а именно вращение и ускорение водоворота, чтобы с легкостью справиться с бурным речным течением.

Когда плот наконец ткнулся в илистый берег, я вытащил на берег морду, полную трепещущей рыбы. Рид спрыгнул следом, отряхнулся и, задрав хвост, уверенно направился по тропинке к деревне.

Его походка излучала нетерпение и предвкушение. Усатому не терпелось урвать свою долю от моей будущей прибыли.

До деревни оставалось чуть больше километра по извилистой тропе, проложенной через высокий луг. В воздухе смешивались запахи трав и пыли. После влажной прохлады острова сухое тепло казалось мне непривычным.

Ловушка удобно устроилась в руке, пока я следовал за своим пушистым спутником. Шагалось удивительно легко, мышцы словно пружинили на каждом шагу. Второй уровень Закалки давал о себе знать. Даже тяжелая ловушка с рыбой ощущалась не больше, чем обычная сумка с продуктами.

На полпути впереди показалась движущаяся фигура. Из леса, темневшего вдали, к нам приближалась старушка. Она сгибалась под тяжестью огромного деревянного ящика, закрепленного на спине грубыми веревочными лямками.

Она шла медленно, тяжело переставляя ноги. Каждый шаг давался ей с видимым усилием.

Вскоре мы поравнялись. Она остановилась, чтобы перевести дух, и с любопытством посмотрела на меня, потом на рыбу в моей ловушке, потом снова на меня.

Ее лицо, покрытое сетью глубоких морщин, казалось спокойным. А в ясных и живых глазах не было ни капли того презрения, которое я видел от деревенских.

– Ив? – голос у нее оказался бодрым, хоть и с легкой хрипотцой. – Живой, значит. А то слухи ходили, что ты пропал больше недели назад. Хорошо, что река тебя вернула.

– Доброго дня, – я склонил голову в знак приветствия. – Не только отпустила, но и поделилась угощением. – Я встряхнул мордой.

Она хмыкнула, окинув взглядом мою рыбу.

– Вижу, вижу. Неслыханно. Чтобы кто-то столько рыбы из потока вытащил. Да еще и живым остался. Удача на твоей стороне, парень.

– Пусть и дальше не отворачивается,– ответил ей с улыбкой. – Куда путь держите с таким-то грузом? Выглядит тяжеловато.

– На рынок, на свой прилавок, – вздохнула она, поправляя лямку. – Товар сам себя не донесет.

Я посмотрел на ящик, потом на ее хрупкую фигуру. Он весил больше, чем она сама.

На кухне существует негласное правило: если кто-то упал под грузом, помоги или отойди. Бабка с ящиком тяжелее ее самой подпадала под это правило. В общем мой внутренний кодекс диктовал мне сейчас только одно действие.

– Давайте помогу, – предложил я старушке. – Мне все равно в ту же сторону.

Она смерила меня долгим, оценивающим взглядом. В ее глазах промелькнуло сомнение.

– Ты? А справишься? Ящик-то тяжелый. Ты хоть и подрос, а все равно еще сопляк.

– Не переживайте, справлюсь, – я поставил морду на землю. – Я теперь парень сильный. Камни таскаю, плоты строю. Ваш ящик для меня просто разминка.

Она улыбнулась с доброй снисходительностью, как к непутевому внуку.

– Ну, гляди. Коли спину надорвешь, я не виновата.

Она с кряхтением сняла с себя ящик. Я подошел, продел руки в лямки и уверенно рванул его вверх. И тут же чуть не рухнул на землю. Вес ударил в плечи, будто на спину свалили мешок с булыжниками.

– Ох ты ж… Епть…

Килограммов сто, не меньше. Совсем не то, что я ожидал от хрупкой старушки. Удивительные здесь живут люди. Я перехватил покрепче лямки и выпрямился. Благо уже достаточно восстановился и второй уровень закалки давал необходимую силу.

– Порядок, – бодро отрапортовал, хотя голос слегка дрогнул. – Ведите.

Я взял в руки морду с рыбой, и мы двинулись дальше. Рид трусил рядом, с любопытством поглядывая то на меня, то на старушку.

Мы шли молча. Каждый был погружен в свои мысли.

Частокол и крыши домов становились все ближе.

– А ты изменился, Ив, – вдруг сказала старушка, не поворачивая головы. – Взгляд другой стал. Твердый. Раньше-то ты все больше в землю смотрел.

– Жизнь заставила. Когда тонешь, поневоле начинаешь смотреть вверх, – уклончиво ответил я на её вопрос

Она кивнула, будто услышала в моём ответе что-то свое.

Мы вошли в деревню и сразу направились к торговой площади. Стоило свернуть на главную улицу, как нас окутал шум рынка. Толпы людей, ряды прилавков, смешанные ароматы специй и еды слились в яркую, живую картину.

– Сюда, парень, – указала старушка в сторону ряда, где торговали не едой, а всякой всячиной: инструментами и прочим скарбом.

Прилавок оказался пуст. На передней панели выцвела надпись: «Травы Равенна. Исцеление от самой природы». Буквы выглядели неровными, словно их в спешке выжигали лупой.

– Ставь сюда, милок, – указала она на место за прилавком.

Я аккуратно опустил ящик на землю, чувствуя, как спина облегченно расслабляется. Значит, Равенна. Теперь я знал ее имя.

В прошлый раз, когда был на площади, помню эта точка была закрыта. Тогда еще подумал, что ее забросили.

– Спасибо, Ив, – сказала она, доставая из-за пазухи большой ржавый ключ и с лязгом отпирая замок на ящике. – Выручил.

Она подняла тяжелую крышку. Внутри были сложены аккуратные пучки трав: от привычной ромашки до странных корней и незнакомых листьев.

Травы? От увиденного мои брови взметнулись. Как это может весить под сотню килограммов. Она что, под травами, кирпичи прячет?

– Пустяки, – я уже собрался было уходить.

– Постой-ка, – остановила она меня.

Я обернулся. Взгляд старушки был сосредоточенным, почти пристальным.

– Пока мы шли, я кое-что заметила, – сказала она. – Ты обзавелся силой, но глаза у тебя все такие же блуждающие. Словно ты сам здесь, а мысли где-то в стороне летают.

В этом я сразу был с нею не согласен. Я бы сказал, мой взгляд сосредоточен, так как голова просто была занята планами и расчетами. А со стороны это, похоже, выглядело слегка иначе. Но спорить со старушкой не стал, предпочтя промолчать.

Она же отложила пучок ромашки и продолжила:

– Знаешь, сила тела это, конечно, хорошо. Но если голова не работает, от нее мало толку. Ты добрый парень, Ив, но твой ум… будто дремлет. Надо его разбудить.

Медленный ум? Она это серьезно?

Я управлял кухней, где за минуту принимались десятки решений. А она считает меня тормозом. М-да.

Однако, спустя секунду я понял, в чем дело. Прошлый владелец тела был местным чудиком и старушка думает так же. Хотя при этом, старается, подбирает слова, чтобы не обидеть.

– Новый ум я тебе не дам, – её плечи слегка опустились, пока она рылась в ящике. – Но могу помочь твоему собственному работать лучше.

Она протянула мне небольшой, сморщенный корешок, похожий на кусок имбиря. От него исходил слабый, освежающий аромат в котором смешались свежесть мяты и легкий запах озона после дождя.

– Это корень Ясной Мысли. Разжуй его перед сном. Он проясняет голову, помогает сосредоточиться. Может, и тебе поможет.

Я взял корень. Стимулятор для мозга? Неплохо. За такой подарок я бы и сам не пожалел несколько монет.

– Спасибо, Равенна. Сколько я вам должен?

Она отмахнулась.

– Нисколько. Считай, это плата за твою помощь. Да и вижу я, парень ты неплохой, хоть и с причудами. Иди. И попробуй все-таки привести мысли в порядок.

Я вежливо кивнул, убирая подарок в карман.

– Спасибо. Я постараюсь.

На главной деревенской площади, переполненной жизнью, я направился прямиком к своему вчерашнему месту.

Воздух был плотным, сотканным из запахов свежего хлеба из пекарни, пыли, пота и острого аромата навоза от клетки с курами, которую притащил кто-то из местных. Гончар, весь перепачканный глиной, выставлял на свой прилавок кривоватые горшки, а торговка овощами зычно расхваливала свою репу, размером с голову младенца.

В центре этого действия, словно король на троне из жира и хрящей, восседал Грегор Тушин. Его красное, лоснящееся от самодовольства лицо выражало полное удовлетворение жизнью.

Но стоило мне расстелить на земле свежий лист лопуха, как его взгляд, тяжелый и липкий, впился в меня. Улыбка, и без того кривая, сползла с лица, уступив место выражению, какое бывает у человека, обнаружившего в своей похлебке дохлую мышь.

Хе-хех. Вот и мой главный поклонник. Кажется, он не очень рад моему возвращению. Какая жалость.

Я демонстративно проигнорировал его внимание, с деловитым видом выкладывая на импровизированный прилавок свой улов. Серебристая рыба блестела на солнце, обещая свежесть и вкус.

Грегор застыл, уперев руки в боки, и буравил меня взглядом. Кажется, местный монополист не привык, когда кто-то смеет дышать его воздухом без письменного разрешения.

Рид же и вовсе фыркнул в сторону мясника и демонстративно отвернулся, показывая ему свой шикарный хвост. Лицо мясника налилось цветом перезрелого томата.

Усмехнувшись его реакции, я выкинул его из головы и перешел собственно к тому, ради чего сюда прибыл. Расправил плечи, набрал побольше воздуха, а потом заголосил, перекрывая шум толпы:

– Свежая речная рыба! Подходите, не стесняйтесь

Как и в прошлый раз, на меня сначала ни кто не обратил внимания. Местные привычно толпились возле лавки мясника, выбирая куски уставшего мяса.

Но сдаваться я не собирался. Я видел, как некоторые хозяйки бросали на мой товар любопытные взгляды.

– Только сегодня. Лучшее предложение дня! Три насыщенных энергией рыбы из самых опасных речных глубин всего за тринадцать монет!

И тут мясник оглушительно чихнул, распугивая своих покупателей. Я искоса взглянул, а у его прилавка, под ногами кружился Рид. Ха-ха. Его диверсионная деятельность продолжала успешно работать.

О! А вот и первый покупатель.

Ко мне подошла пожилая женщина. У нее было суровое лицо и внимательный, оценивающий взгляд. Она с сомнением оглядела мой скромный улов.

– Добрый день, госпожа, – я изобразил самую обаятельную улыбку. – Вижу, вам приглянулась моя рыбка. И правильно, свежее на всем рынке не найти. Ни какой тухлятины.

Она хмыкнула, ткнув морщинистым пальцем в одну из рыбин.

– Мелковата. И сколько просишь?

– Пять медяков за штуку. Но сегодня особенный день. Три штуки отдам всего за тринадцать монет.

Женщина нахмурилась, и ее взгляд снова скользнул по рыбинам. Она явно колебалась.

– Что-то не так? – уточнил у нее, продолжая источать обаяние. – Вас смущает цена?

– Дело не в цене, – вздохнула она. – Я чувствую, что по насыщенности духовной энергии она не уступает мясу, но с ней же возиться сколько. Чистить, потрошить… С мясом проще. Кусок отрезал и можно готовить.

Хм… Да. Я не надолго задумался, так как женщина неожиданно для меня попала в самую точку, которую я упустил из вида.

Для меня, как для повара, процесс подготовки рыбы не был проблемой, но он был главным недостатком моего товара в глазах местных хозяек. Особенно учитывая, что в деревне не принято питаться рыбой и главный их рацион составляет мясо.

Что же делать… Что же делать… Хм… Единственное, что пришло в голову, это улучшить товарный вид.

Женщина уже собралась было развернуться и уходить, но я ей лукаво улыбнулся.

– Насчет возни можете не переживать. Это уже включено в сервис.

Женщина удивленно вскинула брови.

– В сервис? Это как?

– Очень просто, – я вытащил нож и небрежно повел им в сторону. – Вы покупаете рыбу, а я прямо здесь, за пару минут минуту, почищу её и нарежу удобными кусками. Вам останется только прийти домой и приготовить.

Ее суровое лицо немного смягчилось, а в глазах промелькнул живой интерес.

– Прямо здесь разделаешь? – переспросила она, все еще не до конца веря.

– В лучшем виде, – заверил я. – Это моя работа.

Она отсчитала и протянула мне тринадцать медяков.

Отлично, первая сделка за сегодня считай заключена.

Я взялся за дело. Нож удобно лёг в руку, но первый же взгляд на лезвие заставил поморщиться.

Черт. За сегодняшний день на острове он успел поработать изрядно: дерево рубил, ветки обтёсывал, резал изрядно крепкую морскую тварь. Для грубой работы годился, но сейчас требовалась точность, а лезвие затупилось.

И как назло камень, который я обычно использовал для заточки, остался на острове. Не думал, что придётся здесь разделывать улов.

Будет мне уроком, что нужно готовиться более предусмотрительно. Однако, нужно как-то решить возникшую проблему.

Я осмотрелся по сторонам. На соседних прилавках лежали инструменты, деревянная утварь, куски ткани. Ничего подходящего, чтобы быстро вернуть ножу остроту. На секунду вдруг подумал о системе.

Дала бы она мне еще легендарный навык заточки. Сейчас бы он был как никогда кстати.

Ладно. Я сухо хмыкнул. Будем работать тем, что есть. Просто буду делать это медленнее и с максимальной аккуратностью.

Взяв первую рыбину, я уложил ее на развёрнутый лист лопуха и крепко придержал за голову. Лезвие аккуратно пошло от хвоста к другому концу, против чешуи. Каждое движение требовало терпения: тупой нож норовил соскользнуть, оставляя рваные следы вместо чистого среза. Я контролировал нажим, чтобы не повредить нежную кожу под чешуёй.