Текст книги "Руками не трогать (СИ)"

Автор книги: Каспарин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 107 страниц)

За этим его занятием и застал профессор Флитвик.

Оказалась, что эта дверь заперта не просто так, за ней таится какая-то опасность, да и находится она в каком-то коридоре, куда заходить студентам категорически запрещено. Разумеется, про это знали все, кроме самого Поттера. Профессор Флитвик сообщил ему, что об этом рассказали всем еще на распределении, но дело-то было как раз в том, что Гарри благополучно сбежал с этой церемонии, поэтому даже чисто теоретически не мог узнать об этом запрете. А после этого никто из студентов и учителей так и не удосужился сообщить ему эту информацию. Флитвик удовлетворился объяснениями Гарри и баллов с него не снял, а даже наоборот, добавил:

– Пять баллов Пуффендую, Мистер Поттер. Я в курсе, что вы помогли моей студентке попасть в гостиную Когтеврана, ответив на довольно сложный вопрос. А сейчас пойдемте, я вас выведу из Запретного Коридора, а то если вас здесь застанет мистер Филч, то одними потерянными баллами не обойдется.

По дороге Флитвик и сказал ту самую фразу, которая полностью изменила поведение Поттера.

– Вы очень похожи на студентов моего факультета; те тоже, как и вы, отправляются исследовать замок в первые же выходные, еще они любят загадки и обожают экспериментировать. Не хотите попробовать? Провести какой-нибудь простенький эксперимент? Это не сложно. Найдите проблемную для вас тему и проведите научное исследование с целью возможного решения этой проблемы.

С Флитвиком они разошлись на первом повороте, а его слова так и остались в голове Гарри.

Какая у него проблемная тема? Огонь? Нет, само существование огня его не напрягает, а от ожогов вряд ли можно спастись научными исследованиями. Вот прикосновения другое дело: такие, казалось бы, безобидные, а для Гарри очень неприятные, да и ожидать можно от кого угодно. И если как-то в этом всем разобраться, то можно, наверное, их избежать.

– Но это сложно, вряд ли у меня получится с первой попытки, – решил Гарри. – Стоит взять что-то куда более простое.

Что еще его раздражает? Ему дико не нравится, когда на него пялятся за приемом пищи.

На прошлом обеде, например, на него через весь зал смотрел старшекурсник с факультета Слизерина, с хищным выражением на лице. Гарри настолько было неуютно и страшно, что он ушел с обеда, даже не доев ту самую аппетитную сардельку. Именно эта сарделька занимала его мысли все время, пока не наступил ужин.

Кажется, это то, что нужно. Этим он и займется. Нужно постараться, чтобы избежать взглядов других студентов во время приема пищи.

На протяжении всего последующего дня Гарри садился есть самым последним. Он записывал в своем блокноте количество студентов, находящихся в Большом зале. Лишь когда в помещении оставались два-три студента, Гарри садился за стол и старался есть с максимальной скоростью. Каким-то чудом он умудрился даже не опоздать ни на одно занятие.

В понедельник первым уроком после обеда была история магии, на ней Гарри не спал, как поступало большинство студентов, а разбирался в своих записях и рассчитывал время.

После получения нужных ему результатов он уже собирался было расслабиться, но сразу вспомнил, что результаты в разные дни могут различаться. Ведь в понедельник студенты могут вставать раньше из-за того, что выспались в воскресенье, а во вторник, наоборот, позже. Так что Гарри решил, что на следующем завтраке проведет те же расчеты и сравнит полученные результаты с понедельником.

Во вторник рано утром Гарри стоял в углу Большого зала и внимательно наблюдал за столами факультетов.

– О, ты опять наблюдаешь? Гарри, а ты в курсе, что если на еду не только смотреть, но еще и класть ее в рот, то так она будет лучше усваиваться, – ехидно сказал Джастин.

– А я смотрю не на еду, я внимательно считаю количество людей, – ответил Гарри, не отвлекаясь от подсчетов.

– Ага, ясно. Ну, я, наверное, открою для тебя секрет – так еда тоже не особо усваивается.

– Я в конце подойду, вчера так делал, возьму пару тостов, мне хватит. Этот эксперимент важнее.

Джастин скривился.

– Ага, ну ладно, тогда я не буду мешать твоему таинственному исследованию. Когда закончишь, точнее, если ты вдруг закончишь, то возвращайся в факультетскую гостиную, расскажешь мне про свои эксперименты.

Гарри никак не отреагировал на эту фразу, а Джастин, приняв молчание за согласие, направился к выходу из Большого зала.

Через полчаса Гарри закончил с расчетами, съел три тоста с джемом и, взяв с собой еще два бутерброда, направился в факультетскую гостиную.

По дороге он сверял результаты посещаемости сегодняшнего и вчерашнего завтрака.

– Ну давай, рассказывай, что там у тебя за эксперименты. Мне еще вчера показалось странным, что ты не кушаешь вместе со всеми, а тут ты и сегодня так же себя ведешь. Может, ты голодовку объявил? – Джастин приподнялся с кровати и уставился на Гарри.

В расписании, которое выдал староста на эту неделю, указывалось только два урока во вторник для Пуффендуя, и оба этих урока должны были быть после обеда, а это значит, что до часа дня у них свободное время.

– Смотри, Джастин, ты же знаешь, во сколько начинается у нас завтрак, обед и ужин, верно?

– Гарри, давай без вот этих вот долгих прелюдий, можешь рассказать покороче?

– Ладно, в общем, я решил рассчитать оптимальное время для моего прихода в Большой зал на приемы пищи, – увидев непонимающий взгляд Джастина, Гарри пояснил: – Когда там находится наименьшее количество людей. Я просто ненавижу, когда на меня пялится десять человек одновременно.

Гарри утрировал. За все время одновременно на него смотрели не более пяти человек.

– Вчера я проводил расчеты, а сейчас лишь сравнивал, совпадают ли результаты, полученные мною в понедельник, с результатами во вторник. И данные совпали, так что теперь я знаю, когда мне стоит приходить кушать, – радостно сказал Гарри.

– И какое же оптимальное время для прихода на завтрак? – спросил Джастин скептически.

– Шесть пятьдесят две.

– Э-э-э… И почему же?

– Ты же сам сказал покороче, ну, в общем, слушай, – начал рассказывать Гарри. – Завтрак начинается в шесть тридцать. Я разделил студентов Хогвартса на два лагеря: те, кто встают раньше, чем в шесть тридцать, и те, кто встают позже. Очевидно, что во втором лагере людей больше. Намного больше. Это связано с тем, что первый урок начинается аж в восемь тридцать, а вставать раньше шести тридцати для большинства не имеет ни малейшего смысла. Но все же в первом лагере не так уж мало людей, у кого-то режим сна особенный, кто-то просто хочет к урокам заранее подготовиться, это не важно. Причин много, главное, что людей, которые встают раньше чем в шесть тридцать, намного больше, чем людей, которые встают, например, в шесть тридцать один или в шесть тридцать два, неважно.

– Эм-м, ну и что? Как это вообще может помочь? Я не понимаю, – недоумевал Джастин.

– А ты слушай дальше. Это значит, что в шесть тридцать в Большом зале находится определенное количество людей, которое со временем будет все больше убывать, поскольку народ будет доедать свою еду и выходить из зала, а большинство студентов по-прежнему будут преспокойно спать. Соответственно, наименьшее количество людей, находящихся в Большом зале, будет тогда, когда число уходящих студентов в первый раз будет равно числу приходящих студентов. Точное время этого – семь ноль семь.

Гарри посмотрел на Джастина, как на несмышленого ребенка, который не понимает, сколько будет два плюс два.

– Я, если честно, еще не допер, но представь на секунду, будто я все прекрасно понял. Но ты мне объясни, почему по твоей логике нужно приходить не в семь ноль семь, когда студентов в зале меньше всего, а в шесть пятьдесят два?

– Это потому, что на завтрак тоже тратится какое-то время, мы же не можем за секунду поесть, правильно? Вот, семь ноль семь, назовем это время точкой минимума, в это время людей в зале будет наименьшее количество, а, соответственно, чем ближе время подходит к семи ноль семи, тем меньше людей в зале, из этого следует, что я должен заканчивать свой завтрак ровно наполовину к семи ноль семи, понятно? – Гарри сделал небольшую паузу. – А дальше просто. Я примерно подсчитал, что на завтрак я трачу около получаса, то есть по пятнадцать минут до и после семи ноль семи, и отсюда следует, что к завтраку я должен приступить в шесть пятьдесят два, а закончить в семь двадцать два.

Наступила тишина. Джастин сидел и пытался что-то считать у себя в уме, придя к какому-то выводу; он наконец открыл рот.

– Я, кажется, примерно понял… Вроде бы… Да даже если я вдруг все понял неверно, то, что ты так напрягся с такой бесполезной фигней, поражает! Почему тебя не отправили на Когтевран? Эта жажда экспериментов и открытие каких-то бесполезных штук по их части. Твои-то мозги да в русло астрономии.

Поттер вопросительно посмотрел на Финч-Флетчли. Тот ухмыльнулся.

– В эту пятницу, я думаю, полкласса слышало, как вы с Роном разговаривали, используя какие-то комбинации букв с цифрами. Я не знаю, что они означают, но думаю, что они вряд ли связаны с астрономией. Тогда я решил, что вы просто во что-то играете, но сейчас я уже не так в этом уверен… Вдруг вы на астрономии машину времени под шумок изобретаете. Великие новаторы: Рон Уизли и Гарри Поттер. А что? Звучит!

*

После уроков, Гарри, окрыленный успехом, захотел еще что-нибудь изучить. Он стал записывать в свой блокнот все необычные штуки, которые он заметит в Хогвартсе. Необычные штуки начались с того, что за Поттером погнался Пивз. Хотя это, скорее, нельзя было назвать необычной вещью, ведь это непоседливое привидение только и делало, что за кем-то гналось.

Пивз умудрился у кого-то спереть зажигалку и почему-то считал, что будет очень смешно попробовать поджигать штаны студентам.

Гарри очень не хотел проверять, насколько это будет смешно, и сделал все от себя зависящее, чтобы не участвовать в подобной шутке. Он с огромной скоростью помчался как можно дальше от обнаглевшего привидения, которое сразу же направилось за ним. По дороге Поттер встретил множество студентов с разных факультетов, но никто не пытался ему помочь отогнать призрака, как будто бы никто не знал никаких способов, которые могут остановить Пивза.

Гарри все никак не мог оторваться. Скорость была на его стороне, но привидение могло проходить сквозь стены, тем самым срезая приличные участки. Осознав, что оторваться у него не получится, Гарри направился на восьмой этаж в ту самую комнату, где он прятался в день распределения. Там ведь было огромное количество разных шкафов, кроватей, коробок, штор, то есть множество мест, где можно спрятаться. Ему казалось, что Пивз даже при огромном желании не сможет проверить их все. Главное добежать туда первым.

И у него получилось. Довольно быстро обнаружив нужную ему комнату, Гарри зашел в нее и сразу же нырнул под ближайшую кровать. Он положил рядом с собой блокнот и замер, стараясь не шевелиться, а по возможности, даже не дышать.

Прошло пятнадцать минут. В комнату никто не заходил. Просидев еще полчаса, Гарри пришел к выводу, что Пивз не может видеть сквозь стены, и он, скорее всего, просто не заметил, куда именно он забежал.

Гарри вышел из комнаты и медленно направился в факультетскую гостиную, внимательно смотря по сторонам. Ему нужно было спросить у Джастина про то, кому можно пожаловаться на бестелесного вредителя.

Спустившись на пару этажей, Гарри осознал, что он умудрился забыть свой блокнот под кроватью в спасительной комнате. Вернувшись на восьмой этаж, Гарри, к своему глубочайшему удивлению, не обнаружил ни малейшего намека на какой-либо проход. В том месте, где раньше была дверь, ничего не было, другими словами, была голая стена.

Комната просто испарилась!

Поттер вернулся в факультетскую гостиную и стал спрашивать об исчезающих комнатах у студентов. Ни Джастин, ни Эрни, ни Захария не были в курсе ни о чем подобном. Гарри, не потеряв надежду, подошел к своему декану Помоне Стебль и задал тот же вопрос и ей, но и она также не встречалась ни с чем подобным.

Не получив ни от кого никакой информации, Гарри решил сам докопаться до истины. Он еще раз вспомнил наставление Флитвика и начал еще один эксперимент. Он назвал его «Поиск изчезающей комнаты».

Началось все с простого. Гарри спустился на этаж ниже и каждые пятнадцать минут поднимался и проверял, не появилась ли случайно дверь, ведущая в комнату с его блокнотом. Час прошел без особых успехов. Гарри предположил, что это помещение может появляться по определенным часам, но сразу же опроверг свою гипотезу, поскольку в первый раз, когда он обнаружил эту комнату, она была открыта и вечером, и утром, да и сегодня днем она тоже была открыта.

Поняв, что если он будет приходить на восьмой этаж каждые пятнадцать минут, то ничего не добьется, Гарри стал искать общие черты у двух его посещений этой комнаты.

В обоих случаях он бежал и чего-то боялся. Что же. Можно попробовать. Гарри спустился на первый этаж, а затем притворился, что за ним идет толпа старшекурсников с намерением трогать его двадцать четыре часа в сутки, и что есть мочи побежал на восьмой этаж. Единственное, чего смог добиться Гарри – это сбитая дыхалка.

На месте двери, ведущей в комнату, по-прежнему находилась голая стена. Тролли на картине громко хрюкнули, выражая свой смех, когда в очередной раз увидели его.

Не сработало!

Пришло время рассматривать менее очевидные версии. Гарри подошел к картине с троллями и Варнавой Вздрюченным и принялся расспрашивать у них о том, как работает эта самая исчезающая комната. Абсолютно точно, что об этой комнате знает не только он, а значит, кто-нибудь еще в ней да побывал, а с полотна открывается отличный вид на вход в это помещение. Но обитатели картины отказались делиться информацией, Гарри в ответ на свои вопросы получил только хрюканье троллей и «не понимаю, о чем ты говоришь» от самого Варнавы.

Несмотря на такое большое количество провальных попыток, Гарри и не думал падать духом. Он выдвинул гипотезу, которая связывала Пивза с появлением этой комнаты.

Поттер начал разговаривать сам с собой. Он разделил свое внутреннее «Я» на две части: «Я», которое приводит аргументы, подтверждающие эту гипотезу, и «Я», которое опровергает эти самые аргументы.

– Пивз – это привидение, которое приносит всем неприятности, правильно? – начало внутреннее «Я», которое приводит аргументы.

– Верно.

– Если бы он не приносил никакой пользы, а только бесконечный вред, то руководство школы непременно бы от него избавилось.

– Ну… Сомневаюсь. А если от него никак нельзя избавиться?

– Это при условии, что Дамблдор сможет чисто теоретически выгнать привидение из Хогвартса, а я не хочу рассматривать тот случай, где все руководство школы бессильно против одного привидения.

– Условие – ерунда. Ты не изучал никаких книг, связанных с привидениями, и не можешь делать выводы о том, кто и как от них может избавиться, но, впрочем, ладно, можешь продолжать.

– То что Пивза еще никто не выгнал, означает, что утверждение, что он приносит бесконечный вред и не приносит пользу – ложно. Поскольку вред он приносит действительно всем и постоянно, то ложна часть про «не приносит пользу». Какую пользу может приносить привидение? Готовить оно не может. Убираться не может. Обучающие речи, как Бинс, никакие не произносит. А что, если Пивз является хранителем этой комнаты? А сама комната открывается только тогда, когда он поблизости? Какие у тебя есть контраргументы этой теории?

– Ну, кроме того, что весь этот бред просто-напросто высосан из пальца, у меня есть контраргумент, что при первом твоем посещении этой комнаты Пивза поблизости не было и в помине.

– Ну, мы этого не знаем наверняка, он же привидение, вдруг он в стене был или в полу, да и расстояние точное неизвестно, может, он этажом ниже развлекался.

– Твоя гипотеза полна всяких допущений. Я не считаю, что она может быть верна.

Гарри соединил два своих «Я» обратно в одно целое, поскольку они уже собирались ругаться. После этого он пошел проверять свою гипотезу.

Найти Пивза было легко. Там где раздаются крики, грохот и кудахтающий смех – там и находится привидение Хогвартса, отвечающее за беспорядки. Гарри распланировал, что именно надо сказать призраку, чтобы тот пошел с ним на восьмой этаж.

– Слушай, Пивз, у меня есть гениальная идея о том, как сделать великолепное хулиганство! На восьмом этаже есть картина Варнавы Вздрюченного, который учит троллей балету, так вот, полотно можно разукрасить разными красками. Вот смеху-то будет!

Пивз радостно кудахтнул свое согласие и перестал дергать за косички мимо проходящих девочек. Призрак сразу же направился на восьмой этаж.

Где Пивз взял краски, Гарри предпочел не узнавать, да и вообще он старался привлекать к себе как можно меньше внимания, а то вдруг привидение вспомнит свою прошлую… или позапрошлую шутку, сколько там Пивз успевает пакостить за час?

Гипотеза Гарри с крахом провалилась. Под протестующие хрюки троллей и радостные возгласы Пивза Гарри сидел на полу и глазел на пустую стену. Он чувствовал одновременно мстительное удовольствие от страданий обитателей полотна и разочарование от того, что его предположение оказалось неверным.

Варнава Вздрюченный вместе с троллями убрался с полотна, покрытого желтой и красной краской. Вскоре после них, удовлетворившись своей шалостью, уплыл и Пивз. А Гарри все сидел и придумывал другие гипотезы.

Так прошло два часа. Ему немного хотелось кушать, так как он пропустил ужин. Еще Гарри уже довольно длительное время очень сильно хотел в туалет. А Гарри так и не смог придумать ни одной гипотезы, объясняющей исчезновение комнаты. Наконец он встал и направился в сторону ближайшего туалета на восьмом этаже. Он обещал себе, что будет приходить сюда каждый день, пока не разгадает эту загадку.

Туалет на восьмом этаже Гарри не нашел, так что решил вернуться в гостиную Пуффендуя и сходить уже там. Подойдя к лестнице, он услышал какие-то звуки позади себя и оглянулся на злосчастную стену. В ее центре как ни в чем не бывало находилась каменная дверь. Не веря в свою удачу, Гарри, стараясь не упускать ее из виду, быстро подбежал к ней и потянул ее за ручку.

Открывшееся помещение полностью отличалось от того места, в котором прятался Гарри. В этот раз вместо огромного количества разной мебели, коробок и штор комната была полна писсуаров, унитазов и ночных горшков.

Помещение, которое появляется только тогда, когда оно действительно нужно! И его вид зависит от нужды входящего. Фантастика! Эксперимент с кодовым названием «Поиск исчезающей комнаты» можно было считать успешным.

1) Авторское отступление: Загадка придумана мною, и я предлагаю вам самим попробовать дать ответ на нее.

Комментарий к Глава 12. Логика, расчеты, исследования, эксперименты Когда я писал про точку минимума, мой внутренний математик мысленно аплодировал. Шах и мат, люди, которые говорят, что продвинутая математика не пригодится в жизни.

=>Загадка придумана мною

=>Эта самая тупая загадка, которую я когда-либо слышала (с) Чжоу

=>:(

====== Глава 13. Трудовые будни ======

Во вторник после завтрака к Гарри прилетела Стихия с письмом на имя Поттера в клюве. Дрожа от волнения, Гарри взял конверт и сразу же принялся распечатывать его.

Письмо написал Хагрид, он звал его на чай к себе в хижину в три часа дня в пятницу. Гарри написал на обратной стороне письма свое согласие и вручил конверт обратно своей сове, сказав, чтобы она летела к Хагриду. Но перед этим он хорошо покормил ее, если два куска сахара, конечно, можно назвать «хорошим питанием».

В любом случае, Стихия все равно не хотела ничего есть, кроме сахара. Ни хлеб, ни яичницу, ни тосты с джемом… На все она вертела клювом и смотрела на Гарри, как на больного. Тем же взглядом посмотрел на него Джастин, когда Гарри попробовал предложить Стихии банан.

Также во вторник Поттер испробовал свой способ прихода на завтраки, обеды и ужины в высчитанное им время. Все работало идеально.

Студентов почти не было, а на Гарри пялилось от силы один-два человека. Ужин в среду стал для него счастливым событием. Все были заняты поглощением пищи, а на Поттера не смотрел ни один человек.

Но этот ужин запомнился ему не только этим. От стола Слизерина отделился один студент, который медленно пошел по направлению к Гарри. Это был Драко Малфой.

Пока тот шел, Поттер мысленно приготовился к оскорблениям и унижениям. Вероятность, что Малфой в кои-то веки идет с добрыми намерениями, была меньше, чем вероятность того, что Гарри является не человеком, а розовым тираннозавром.

Поттер посмотрел на стол преподавателей и обнаружил там только профессора зельеварения Северуса Снейпа. Учителя приходили в Большой Зал примерно во столько же, во сколько приходят студенты.

Уж от кого-кого, а от Снейпа спасения точно ждать не стоит. Гарри кинул умоляющий взгляд на Джастина, который начал приходить кушать в то же время, что и Гарри. Финч-Флетчли показал ему кулак и сразу после него большой палец.

Гарри не сразу понял, что от него ожидает Джастин. Осознание, что означает этот жест, нашло на него только тогда, когда Драко почти подошел к нему.

«Он что, хочет, чтобы я вмазал Малфою?» – была последняя мысль в голове Гарри, до того, как Драко открыл рот.

– Слушай, Поттер, извини меня за те слова перед распределением, я не хотел, чтобы так вышло… И за урок заклинаний тоже извини… Я был тогда просто не в себе.

Гарри опешил, его уже готовый ответ «пошел к черту, Драко» застрял где-то глубоко в горле.

Что это он сейчас слышит? Малфой извиняется? Тот самый Малфой? Этого же просто не может быть!

Гарри посмотрел на Джастина, у того лицо странно вытянулось, и он смотрел на Малфоя, как будто тот только что прямо у него на глазах превратился в жирафа.

У него что, такое же лицо? Так, нужно быстро проанализировать это событие. Рассмотреть гипотезы, как и в том случае с комнатой, которая появляется только тогда, когда она нужна.

Условие: Малфой – мудак. Событие один: Драко постоянно оскорбляет его. Событие два: Малфой извиняется перед ним. Что из этого следует? А фиг его знает, что из этого должно следовать! Метод с гипотезами – полная дичь. Никакая наука не в состоянии объяснить поведение Драко.

– Ну что, ты меня прощаешь? – спросил Малфой, чем привел Гарри в еще большее замешательство.

– Что? То есть… Э-э-э… Я прощаю тебя, Драко, – чувствуя себя полным дураком, сказал Гарри.

– Спасибо, – сказал Малфой и направился обратно к слизеринскому столу.

Пять минут Гарри с Джастином молчали.

– Это что сейчас было? – тихо сказал Джастин.

– Я без малейшего понятия… Но одно я знаю точно, – ответил Гарри.

– Что же?

– Мне нужно купить корм для розовых тираннозавров, – сказал Гарри и вышел из-за стола.

Джастин еще полчаса сидел и пялился в свой остывший чай. Его лицо выражало высшую степень недоумения.

*

Гарри пока не хотел продолжать свои эксперименты, поскольку блокнот с его записями так и остался в комнате с множеством мебели. Когда Поттер сможет вернуться в нее, тогда он и продолжит свои исследования. Да и пока ему есть чем заняться.

В среду и четверг прошли контрольные работы по теоретическим аспектам каждого предмета. Это были самые первые тесты, показывающие знания первокурсников.

Началось все с травологии. На ней был довольно простой тест, где Гарри уверенно выполнил все задание, а на вопрос с подробным ответом он выдал целую диссертацию про применение заклятия «Инсендио» в травологии. Как оказалось, это заклятие может использоваться не только для возникновения огня. «Инсендио», при другом применении, заставляет завять все растения в определенном радиусе.

С тестом по истории магии ситуация сложилась хуже. Гарри помнил только половину первой лекции, так что он смог ответить всего лишь на два вопроса из десяти. На остальных же восьми он постарался применить логику. Что бы он сделал, будь он гоблином, который возглавил восстание?

Защита от темных искусств также не пользовалось особым успехом у Гарри. Квиррелл ничего не объяснял ни про чары против призраков, ни про искры разных цветов. Все, про что он говорил, это про вампиров. Так что Гарри написал какую-то ересь про этих самых вампиров в вопросе с подробным ответом, а в тесте воспользовался своей методикой постановки ответов наугад.

Зато теоретический тест по заклинаниям прошел хорошо, не идеально, конечно, но намного лучше, чем история магии и защита от темных искусств. Гарри никак не мог вспомнить самый главный фактор успешного применения заклинаний и, припомнив свой опыт с Коллопортусом, написал в ответах «правильное произношение». Движения палочкой при заклятии левитации также остались для Поттера неизвестной тайной.

К трансфигурации Гарри готовился очень тщательно, но вопросы на тесте были настолько замудренные, что он был уверен, что ответил правильно хотя бы на половину из них. Зато он отыгрался на задании с подробным ответом, где нужно было указать самый важный аспект при превращении неодушевленных предметов.

Зельеварение, на удивление, прошло хорошо. Гарри примерно знал, что именно ему стоит ожидать от теста, и внимательно пробежался глазами по основной информации о растениях, включенных в состав простейших зелий. Рецепт лекарства против фурункулов Поттер так и вовсе выучил наизусть.

И его усилия вознаградились. Вопросы были как раз те, которые он и ожидал. Гарри уверенно справился с двенадцатью заданиями из пятнадцати, а в оставшихся трех написал ответ, просто включив логику.

И последний предмет, астрономия, прошел хуже всех. Тот бред, который там написал Гарри, нельзя было передать словами. Ноль ответов, в которых он был уверен, а на задание с подробным объяснением он вообще написал чистую воду, надеясь, что хоть сколько-нибудь баллов ему поставят.

В общем, Гарри был недоволен своими знаниями по некоторым предметам. Вечером, в этот же день, он посетил гостиную Гриффиндора. Там он встретился с Роном и спросил его про то, как тот написал тест по астрономии. Ему нужно было убедиться, что провалился не только он. Уизли скривил морду и коротко бросил «ужасно».

Их обоюдные «успехи» с астрономией были связаны с тем, что на последних двух занятиях они играли в крестики-нолики. Это довольно простая, но увлекательная игра сильно затянула Гарри.

Правила просты. Игроки поочердно писали свой знак в неограниченные клеточки. Цель игры заключалась в том, чтобы собрать в ряд пять крестиков или ноликов быстрее своего оппонента. Пока Гарри проигрывал все раунды в этой игре, но он был уверен, что научившись играть и выработав стратегию, он обязательно начнет обыгрывать Рона.

Вечер четверга, как и планировалось, прошел за игрой в шахматы, в которых Гарри не везло еще больше, чем в крестиках-ноликах. Правила были очень сложными, и Поттер их довольно долго не понимал. Ему казалось, что конь ходит по диагонали, а король самая сильная боевая единица в игре, но даже когда он наконец разобрался, как ходит каждая фигура, то все равно проигрывал в хлам Рону.

Обычно партия заканчивалась ходов за пять-шесть. Уизли быстро ставил ему мат, который он почему-то называл «детским». Самый лучший результат Гарри смог получить в предпоследней партии. Игра продлилась до двадцати ходов, и Гарри даже смог убить коня у Рона, хотя тот упорно придерживался странного слова «съесть».

Ну какое это «съесть»? Кто вообще в здравом уме может назвать это так? Твоя белая королева сносит полголовы бедному черному коню, а после уносит его бездыханное тело прочь с доски. Конечно, может, потом она лакомится кониной, но Гарри в это не особо верил хотя бы потому, что эта самая королева была убита черной ладьей через три хода.

К огромному удивлению Поттера, студенты Гриффиндора отнеслись к нему с огромной приязнью, его не пытались трогать и расспрашивать о побеге из Большого зала; студенты львиного факультета просто подходили и заводили непринужденную беседу.

Гарри неплохо пообщался с Невиллом Долгопупсом, они обсудили тест по травологии, кто сколько написал про заклятие «Инсендио». Фред и Джордж рассказали ему про розыгрыши, которые они претворяли в жизнь на их втором курсе. Перси Уизли прочитал ему лекцию о том, как плохо нарушать школьные правила, а в особенности в первый же день учебы. Гермиона Грейнджер спросила у него про то, почему он еще перед началом учебы соврал ей о своей фамилии. После сбивчивых объяснений Гарри она улыбнулась и рассказала, сколько «П» она должна получить по сегодняшнему теоретическому тесту. Когда Гарри уже собрался было уходить, к нему подошла Анджелина Джонсон и дала ему целую стопку журналов про квиддич, которые она уже давно прочитала.

В общем, гриффиндорцы подходили к Гарри не потому, что он какая-то выдающаяся личность, а просто пообщаться. А может, за эти две недели все уже свыклись, что вместе с ними учится великий Гарри Поттер? Впрочем, он решил не думать об этом.

В пятницу пришли оценки по теоретическому тесту.

Отметки Поттера были следующие:

«П» – Превосходно. – Травология.

«В» – Выше ожидаемого. – Заклинания, Зельеварение.

«У» – Удовлетворительно. – Трансфигурация.

«С» – Слабо. – История Магии.

«О» – Отвратительно. – Защита от Темных искусств.

«Т» – Тролль. – Астрономия.

Могло быть хуже. Только так и смог охарактеризовать свои отметки Гарри. Хотя все-таки некоторые результаты превзошли его ожидания. Например, он не думал, что идеально написал травологию, предполагая, что хотя бы парочку ошибок-то допустил.

Больше всего удивила Гарри «В» по зельеварению. Это не оценка, а что-то из ряда вон выходящее. Он надеялся максимум на «У» и то при условии, что преподаватель не заметит его подпись в правом верхнем углу. А тут внезапно целая «В». Как профессор Снейп смог побороть себя и поставить ему хорошую оценку, Гарри не представлял.

Внимательно об этом подумав, он решил, что существует только три варианта объяснения подобной щедрости: первый – Снейп действительно не заметил, что это работа была написана Гарри; второй – преподаватель зельеварения хоть и плохо к нему относится, но справедливо ставит оценки, и, скрипя зубами, он оценил его ответы на «Выше ожидаемого»; третий – работа Гарри была настолько идеальна, что Снейп просто не нашел, к чему ему прицепиться, и поэтому он был вынужден поставить «В».

Гарри не верил, что профессор Снейп может быть справедлив хоть в какой-то из параллельных вселенных, поэтому вариант два он даже не рассматривал.

К слову, не все оценки Гарри устраивали его. Уж что-что, а «Т» по астрономии он вообще не ожидал. Он надеялся, что хотя бы на «Слабо» напишет. Но увы, первый «Тролль», и теперь Гарри нужно было пытаться нагнать школьную программу. Эх, правильно ему Тонкс говорила, если забить на астрономию, то будут большие проблемы.