Текст книги "Руками не трогать (СИ)"

Автор книги: Каспарин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 39 (всего у книги 107 страниц)

– Палочка? И только? А если бы тебя отравили? А если бы обезоружили?

Гарри хотел ответить: «Тогда вмешался бы Дамблдор». Но это был совершенно точно неправильный ответ.

– Тогда меня бы, скорее всего, убили, – спокойно заметил Гарри.

Он успел хорошо узнать Грозного Глаза за эти три года, и, вероятнее всего, что тот подразумевал именно такой ответ на своей вопрос.

– Именно! А знаешь, почему?

– Потому, что я был недостаточно бдителен? – предположил самый очевидный вариант ответа Гарри.

– Нет, ты оглядел Большой зал прежде, чем сесть за стол, с бдительностью у тебя всё в порядке.

Странно, Поттер не совсем помнил, чтобы он оглядывал зал после Чжоу… Возможно, на автоматизме. Тут до него дошло, что именно сказал Грозный Глаз, и он обрадовался и удивился одновременно.

Ух ты! Неужели это тот самый долгожданный комплимент изо рта Грюма? Слова «с бдительностью у тебя всё в порядке» в устах Грюма приравнивались к словам наподобие «Ты великолепен!».

– Тогда в чём проблема? – спросил Поттер, стараясь не выдать голосом своей радости от долгожданной похвалы.

– Проблема в том, что у тебя нет запасного плана на экстренный случай. Держи, – Грюм протянул пустую ладонь.

Поттер, уже привыкший к невидимым вещам Грозного Глаза, нащупал в его руках нечто кожаное и взял это.

– Что это?

По ощущениям этот предмет напоминал какую-то продолговатую тряпку.

– Маленький мешок из ишачьей кожи с наложенными на него чарами практически вечной невидимости. Из него может доставать вещи только владелец. Теперь он твой.

– Круто! – Поттер быстро оценил полезность подарка. Мысленно он уже положил в него самые ценные вещи: мантию-невидимку, дневник Тома Реддла, талисман в виде ручки, подаренной Тонкс, и волшебную палочку. – И всё же, как этот мешочек мне поможет защититься?

– Конкретно он – никак. Тебе поможет его содержимое.

Поттер быстро нащупал отверстие в мешке и, засунув туда руку, достал палку и камень. Полезными эти два приобретения не выглядели. Хотя палкой можно ткнуть в глаз, а камнем запустить в голову. Для этого их сюда положил Грозный Глаз? Вряд ли, хоть это и вполне в его духе.

– В чём предназначение этих палки и камня?

Слова Грюма заглушил страшный грохот, раздавшийся со стороны сцены с «Ведуньями». Тонкс опрокинула на себя запасную гитару. Музыка временно перестала играть, члены музыкальной группы разбирались с полученным ущербом. Кажется, как только Нимфадора вернулась в Хогвартс, грохочущие падения стали происходить во много раз чаще.

– Это не просто палка и камень. Это волшебная палочка и безоар. Держи мешок под рукой и никому про него не говори, в крайнем случае, доставай запасную волшебную палочку и удиви врага! Безоар нужен для подстраховки; лишь некоторые яды лишают возможности человека действовать, большинство ядов оставляют достаточно времени на то, чтобы принять противоядие, и именно эти яды чаще всего используются для убийства, поскольку тот, кто предпримет попытку отравить человека, всегда желает остаться незамеченным, а по возможности вообще попробовать выставить убийство как несчастный случай. В противном же случае, яды вообще не нужны, Авада Кедавра в лицо – более надёжное средство. Так что, если после приёма непроверенной пищи почувствуешь недомогание, лучше используй безоар, я во время магической войны их по три раза в день использовал, чисто на всякий случай, но это выходит очень дорого, безоар – штука не такая дешёвая.

– Спасибо! – Гарри от всего сердца поблагодарил Грюма.

Все три приобретения было невероятно крутыми. Невидимый мешочек из ишачьей кожи позволял хранить важные вещи в одном месте без страха, что их могут украсть. Безоар полностью исключал вероятность того, что недопрофессор Снейп добьётся успеха в попытки подлить ему какую-нибудь гадость. Вторая волшебная палочка была запасным вариантом. Конечно, в обычных условиях она практически бесполезна… хотя…

– А что будет, если обе палочки использовать одновременно? Ты вроде говорил, что так работать не будет, но всё же. Теоретически звучит очень неплохо. Одну в левую руку, другую в правую. Заклятий же можно пускать в два раза больше, разве нет? И, кстати, там же с выбором палочки не всё так просто, она вообще будет меня слушаться?

– Твоя вторая палочка универсальная, она слушается вообще всех, тут можешь не беспокоиться. Использование двух волшебных палочек нерационально. Скорость применения любой магии практически мгновенна, так что, как с одной, так и с двумя палочками ты будешь использовать одинаковое количество заклинаний и трансфигураций в секунду. Ещё раз повторяю, эта палочка нужна только для крайнего случая.

– Ладно, я всё понял, – Поттер кивнул. – Буду делать как надо, ещё раз спасибо.

– Благодарность оставь себе, лучше как можно тщательнее подготовься ко второму испытанию и постарайся его не провалить.

Аврор в отставке вышел из Большого зала, а Гарри принялся раздумывать о применении новых приобретений. Хоть Грозный Глаз и заявил, что использование двух волшебных палочек не имеет смысла, Поттер решил, что так просто не успокоится, пока всё сам не проверит. Был уже час ночи, бал постепенно подходил к концу, ну, а Гарри решил покинуть Большой зал. Его внезапно заинтересовал вопрос, что будет, если в каждую руку взять по волшебной палочке и произнести «Акцио волшебная палочка»?

====== Глава 71. Под Империусом ======

Когда за минуту до начала урока защиты от тёмных искусств вместо профессора Люпина в кабинете появился Грюм, Поттер осознал, что следующие сорок пять минут будут мало похожи на обычный урок. И он был прав.

– Все на места, – сразу же скомандовал Грюм, ввалившись в кабинет, прихрамывая на правую ногу. – Профессор Люпин заболел, так что сегодня уроки у вас проведу я.

Гарри слишком медленно пошёл к своей парте, поэтому занять своё место он не успел, на его стуле сидела Меган Джонс. Поттер решил не спорить с однокурсницей, а занять другое место. Свободные места были только за первыми партами – все четверокурсники Пуффендуя и Когтеврана быстро оценили угрозу в виде Грюма и заняли все места за задними столами, так что Поттеру пришлось сесть прямо напротив Грозного Глаза.

– Профессор Люпин мне рассказал, что вы сильно продвинулись в изучении волшебных существ и заклинаний. Несмотря на отвратительных преподавателей на вашем первом и втором курсе, вы умудрились серьёзно опередить школьную программу, во многом благодаря вашему нынешнему профессору. Это похвально. Профессор Люпин составил для меня программу тем, которые я должен вам рассказывать на этом уроке, но я плевать на неё хотел, – магический глаз Грюма внимательно оглядел всех собравшихся. – Макмиллан, к доске!

Эрни покраснел и постарался спрятать что-то, что он держал в руках, в карман мантии. После этого он встал и прошел к доске.

– Мистер Макмиллан, я вижу, вы разбираетесь в этом предмете лучше меня самого. Почему бы вам не провести вместо меня урок? Что вы можете мне рассказать про Непростительные заклятия?

Эрни промолчал, лишился десяти баллов и вернулся на своё место.

– Согласно школьной программе, я не должен вам рассказывать о тёмных Непростительных заклятиях до шестого курса. Но мы с Дамблдором посовещались и решили, что раз уж вы уже изучаете невербальные заклятия, которые проходят в конце пятого курса, то и про Непростительные заклятия должны знать. Тем более я уверен, что многие из вас и так уже про них знают. Поттер! – внезапно сказал Грюм. – Что вы можете рассказать мне о непростительных заклятиях?

Гарри неуверенно поднялся, пытаясь двигаться как можно медленнее, пытаясь вспомнить, кто ему рассказал о Непростительных заклинаниях, Реддл или Грюм. Так и не найдя ответа на свой вопрос, Поттер дал ответ временному профессору ЗОТИ:

– Их всего три. Авада Кедавра – заклятие убийства, Круциатус – заклятие боли… – Поттер остановился. Он только что осознал, что всю эту информацию ему предоставил Реддл. Но отступать было уже в любом случае поздно. – И Империус – управление действиями. За применение каждого назначен пожизненный тюремный срок в Азкабане.

– Отличные познания, пятнадцать очков Пуффендую, – похвалил его Грюм. Кажется, он не сильно удивился его познаниям. Возможно, что он сам упоминал их в диалогах с ним. – Может быть, вы и их применение покажите?

– Я не умею, – честно ответил Гарри. – Да и нельзя их применять, пожизненное заключение будет в качестве наказания.

Он от силы удержался, чтобы не добавить: «Если кто-то увидит».

– Всё верно, ещё пять очков Пуффендую, можете сесть, Поттер. Даже учиться применять такие заклинания запрещено. Однако около пятнадцати лет назад в магическом мире была война, и законы поменялись, тогда такие заклинания можно было применять. Так что я покажу вам, как работают эти заклятия на живых организмах.

Грюм направил палочку на учительский стол.

– Арахнис!

На столе появился маленький паучок.

– Сейчас я вам расскажу историю о пауке, – в голосе Грюма появился тщательно скрываемая угроза. Поттер не мог понять, к кому эта угроза обращена, к студентам или паучку. – Жил-был паук, звали его Том. У паука была красавица жена, паучиха по имени Северус.

Финч-Флетчли громко засмеялся откуда-то с последней парты. А Гарри, несмотря на то, что оценил шутку и был только рад намёку на оскорбления Снейпа, был серьёзен, тон Грозного Глаза подразумевал какой-то важный жизненный урок.

– У Северуса и Тома была трое красивых маленьких паучат. У них была счастливая паучья семья, жили мирно и никого не трогали. Пока однажды… Круцио!

Паук начал ужасно дёргаться, качаясь в разные стороны. Грюм не обращал внимания на страдания паука, он продолжал рассказывать поучительную историю.

– Из-за того, что паук был не бдительным пустоголовым идиотом, поверженным идеей чистоты крови, на него напал злой муравей. Он долгое время пытал паука, пытаясь выведать все секреты паучьей жизни, и после того, как муравей узнал всё, он наложил на паучка другое заклинание. Империо!

Паучок прекратил дёргаться. Он на своих восьми лапах направился к другому краю учительского стола.

– И, под действием Империуса, паучок направился к себе домой и убил свою жену и своих детей. – по велению палочки паук ударился головой о стол четыре раза. – После этого паук вернулся к муравью, который завершил начатое. Авада Кедавра!

Зелёная вспышка. На столе лежал труп паука.

– Есть те, кто не уловил мораль данной истории? – злым голосом спросил Грюм у притихшего класса.

Поттер промолчал. Он задумался о том, что только самоубийца может попытаться противоречить Грюму в таком его настроении. И самоубийца нашёлся.

– Северуса жалко, – прошептал Финч-Флетчли с задней парты настолько громко, что услышал даже Гарри, а уж Грюм-то и подавно.

– Мистер Финч-Флетчли, что такое? Думаете, с вами такое произойти не может?

Джастин внял голосу рассудка и промолчал, но Грозного Глаза уже было не остановить.

– Выйдете к доске, сейчас я испробую на вас заклятие Империус. Мне интересно будет посмотреть, как вы будете сопротивляться ему.

Джастин улыбнулся и направился к доске. Он не верил, что Грозный Глаз осуществит угрозу. Поттер же был уверен в обратном.

– А это законно? – спросил Гарри у Грюма.

– У меня есть разрешение Дамблдора, так что, да, это законно.

Финч-Флетчли услышал реплику Грозного Глаза и остановился. До него с опозданием начал доходить весь ужас ситуации, в которой он оказался.

– Я бы хотел попробовать! – решил спасти друга Гарри.

– Играете, в благородство, Поттер? – Грюм повернулся к нему.

– Нет, лишь научный интерес, – соврал тот. – Мне интересно, что ощущает человек, находясь под Империусом.

– Что же, похвально, – Грюм, кажется, поверил Поттеру. – Ладно, тогда выходите к доске.

Гарри послушался Грозного Глаза. Его ложь не была стопроцентной, Поттеру действительно было интересно, что именно человек испытывает под действием заклятия подавления воли, однако всё же это желание можно было исполнить другим способом, например, просто спросить у любого, кто когда-либо был под Империусом. Самому же подставляться под Непростительное заклятие – крайняя мера.

Грозный Глаз наставил на него палочку. Сейчас это произойдёт.

– Империо!

Действия подчиняющего заклятия нельзя было сравнить с действием любых других заклинаний. Некоторая схожесть была с Конфундусом, тот менял восприятие мира, Империус же полностью отключал возможность анализировать свои действия. Все мысли пропали. В голове был лишь голос, который говорил: «Прыгай на стол!»

Действительно, почему бы ему не прыгнуть на стол. Превосходная идея. Был ещё какой-то другой голос, но его Гарри затолкал глубоко в недра головы. К чему ему другой голос, когда можно прыгнуть на стол?

Поттер подошёл к столу и с лёгкостью запрыгнул на него. Миссия выполнена. Что дальше?

Он огляделся. Какой-то чувак без ноги и глаза рассказывал другим, более мелким чувакам о каком-то там заклинании:

– Таким образом, человек под этим заклятием полностью находится под моим контролем. Я могу приказать ему делать, абсолютно всё, что захочу. По моему велению он выпрыгнет в окно, ударит Дамблдора, убьёт лучших друзей. Финч-Флетчли, попробуйте заставить Поттера что-нибудь сделать!

– Ну… я не знаю… пусть попрыгает…

В голове у Поттера раздалось: «Прыгай», и Гарри сразу же с щенячьей радостью принялся выполнять поручение.

– Ещё что-нибудь, дайте волю фантазии.

– На одной ноге, может?

Команда сменилась, теперь Гарри прыгал на учительском столе на одной ноге. Зачем вообще нужна вторая нога, если прыгать надо на одной ноге? Она только мешается, может, оторвать её? Нет, без команды нельзя, да, конечно, надо ждать!

– Ещё!

– Ну, пусть споёт что-нибудь. В чём смысл вообще? Мне кажется, достаточно было одной команды, все уже поняли, как работает Империус.

– Конкретней. Что ты хочешь, чтобы исполнил Гарри Поттер?

– Весёлое что-нибудь, я не знаю, вы его заколдовали, сами и выбирайте команды.

– Есть у кого-нибудь идеи, что именно такого весёлого спеть Гарри Поттеру? – одноглазый обратился к остальным людям.

– Гимн Украины! – предложил какой-то парень.

– Ага, на японском языке пусть тогда поёт, – заявила девушка – соседка по парте ранее говорившего парня.

Поттер ожидал, что сейчас последует команда, но вместо этого все ощущения внезапно пропали. Нормальное восприятие реальности начало понемногу возвращаться. Гарри прекратил прыгать и упал со стола.

– Полное подчинение. – Грюм опустил палочку. – Выполнение любых команд без малейшего сомнения и пререкания. Заклятие Империус – самое гадкое из трёх Непростительных заклятий. В точно такую же игру играли Пожиратели Смерти во времена магической войны. Вот только ставки были более высокие. Авада Кедавра убивает, Круциатус – приносит боль, а Империус – источник множества изнасилований, предательств, убийств и самоубийств. Единственное, что в этом заклятии есть прекрасного, это то, что ему можно сопротивляться. После десяти-двадцати Империусов у меня получилось полностью подавлять это заклятие, Круциатусов потребовалось около тридцати. Ну, а как справляться со смертельным проклятием, я думаю, знает один лишь Поттер.

*

Прозвенел звонок, ученики в панической спешке покидали кабинет Грюма. Поттер, легонько подпрыгивая, вышел самым последним.

– Как ты? – у выхода его ждал Финч-Флетчли.

– Хреново, – охарактеризовал своё состояние Поттер. – Но бывало хуже, я чувствую, что если перестану прыгать, в меня, по меньшей мере, молния попадёт.

– Каково тебе было под Империусом? Ты, кстати, не злишься, что я тебе команды придумывал?

– Нет, конечно, ты всё делал правильно. Что касается Империуса, сложно описать… представь себе человека в два раза тупее Крэбба.

– Уже как-то сложно звучит, – Джастин покачал головой. – Но, допустим, представил, и что?

– Ну, вот ты перемещаешься примерно на тот же уровень, при этом у тебя в голове лишь одна умная мысль, и эта мысль изменяется в… из-за… ладно, хрень какая-то получается, давай так попробую объяснить. Для тебя команды другого человека всё равно, что неопровергаемая истина. Вот когда ты голодный, ты идёшь кушать, это очевидно; выполнять команды для меня было очевидно точно так же, как кушать, при этом я ещё и удовольствие от выполнения получал. Как-то так. Понятно?

– В общих чертах, я думаю, что некоторые вещи можно полностью понять, только сполна их ощутив на себе. Хорошо, что Грюм у нас только временно замещает профессора Люпина. И вдвойне хорошо, что он нас самих не заставлял проходить подобные процедуры.

– Кто знает, может, ещё заставит. В любом случае, Грюм прав, это дико мерзкое заклинание, я подумывал попытаться улучшить Конфундус, но теперь понял, что не хочу.

Переговариваясь о разном, Джастин и Гарри дошли до пуффендуйской гостиной, там их уже ждали два других чемпиона Хогвартса.

– Привет, ребята, как у вас дела? – спросил Фред Уизли.

– Плохо, мы с защиты от тёмных искусств идём. Там Грюм преподавал, – ответил Финч-Флетчли

– А, так он тоже на каждом из вас Империус тестировал?

– Нет, только на мне. Он что, у вас это заклятие на каждом использовал?

– Ну, да, урок же долгий, а почему у вас только на одном? – ответил вместо Фреда Джордж.

– Ну, первую половину урока он рассказывал про Непростительные. На применение Империуса времени не хватило.

– Понятно, – заявил Джордж.

– Ясно, – одновременно с Джорджем сказал Фред.

Сразу после этого, они недовольно уставились друг на друга. Кажется, они собирались одновременно сказать одно и то же слово.

– Мы на шестом курсе. Нам про Непростительные уже говорили, – начал Фред.

– Поэтому Грозный Глаз начал сразу с практики, – продолжил за него Джорджа.

– Ага, неожиданно ворвался за минуту до звонка и пустил Империус в случайного студента, после этого этот студент разъяснял нам о пользе постоянной бдительности, – это был снова Фред.

– А у вас у кого-нибудь получилось сопротивляться действию заклинания? – спросил Гарри.

– У нас нет, – ответил ему Джордж. – Но говорят, что четверокурсник со Слизерина, некий Нотт, с лёгкостью переборол Непростительное.

– Но это всё неважно, – заметил Фред. – Мы тут на самом деле пришли с просьбой.

– И с какой же?

– Дело в том, что мы хотим открыть магазин в Косом Переулке. У нас скопилось достаточное количество денег, мы очень много заработали в этом году. После моего успеха на первом испытании наши канареечные помадки очень хорошо разлетались, а ранние версии Забастовочных завтраков продавались не так охотно, но всё же тоже деньжат принесли. Ещё монокуляры принесли небольшую прибыль, на организации ставок мы тоже достаточно заработали, и три сотни галеонов мы получили с Бэгмена – он нам зажал выигрыш, мы поставили на то, что на финале чемпионата мира победит Ирландия, но снитч поймает Виктор Крам. Хороший был матч, жаль, вас не было.

– Но владелец нужного помещения заломил нереальную цену, кризис, видите ли, у него, да и нам огромный стартовый капитал нужен. В общем, нам нужны деньги. И мы хотели бы у вас попросить немного денег в долг, – Фред старался говорить непринуждённо, но его голос был наполнен волнением.

– Без проблем, – моментально согласился Гарри. – Я не знаю, сколько у меня денег в сейфе, но, думаю, там больше тысячи галеонов, и вы можете взять оттуда нужную сумму.

– Я тоже, – заявил Финч-Флетчли. – Готов вам дать нужную сумму. Мне принадлежат золотые горы, до совершеннолетия мне их, правда, не видать, но мне дают кучу деньжат на карманные расходы, я много спускаю, но сотен пять у меня с собой найдётся.

– Полтысячи галеонов? С собой? – удивился Гарри.

– Ну, а что? По правде говоря, это все мои накопления за последние несколько лет, но я думаю, что до лета продержусь, – Джастин пожал плечами.

– Спасибо вам большое, – сказал Джордж. – Я знал, что вы не откажите, а вот Фред сомневался, нам нужно две сотни галеонов, для нас это большие деньги, мы вернём от первой прибыли, полученной в нашем магазине.

– Кстати, проблема, нам же в Хогсмид запретили ходить, – внезапно вспомнил Гарри. – Как я из сейфа деньги возьму?

– Тогда я дам, не переживай, – сказал Джастин и принялся стучать по бочке. – Пойдёмте тогда прямо сейчас в гостиную.

– Ага, ещё раз вам спасибо, – Фред улыбнулся и последовал за Финч-Флетчли в открывшийся в бочке проход.

Отвратительное – из-за Империуса – настроение Гарри Поттера быстро улучшилось.

====== Глава 72. Второе испытание. Скользкий лёд ======

До двадцать четвёртого февраля ничего особо интересного в Хогвартсе не происходило. За исключением, разве что, пары интересных событий: Джастин начал встречаться с Флер Делакур, Снейп обвинил Поттера в похищении ингредиентов для оборотного зелья, Грюм в ответ обвинил Снейпа в том, что тот сам ворует у себя, однако через денёк внезапно объединился с ним и обвинил в воровстве сначала Люпина, потом Бэгмена, потом МакГонагалл. А теперь подозрительно смотрел в сторону Дамблдора, который, по слухам, заявил, что в школе нет Пожирателей Смерти.

К второму испытанию Гарри изучил все заклинания, которые не смог изучить раньше. Агуаменти – заклятие выпускало воду (питьевую); Конгело – заклинание позволяло превращать землю вокруг заклинателя в чрезвычайно скользкий лёд, и Адский огонь. Адский огонь Поттер знал с чисто теоретической точки зрения, проверять свои знания на практике он не собирался – в случае потери контроля над заклинанием оно случайно могло спалить весь Хогвартс.

Он достиг всех этих успехов из-за огромного количества свободного времени. А оно образовалось благодаря тому, что чемпионы освобождались от итоговых экзаменов в этом году. Гарри получил право не ходить на уроки, чем он в полной мере и пользовался. На истории магии и астрономии Поттер появился всего пару раз. К сожалению, Гарри решил прекратить посещать и заклинания, он ушёл слишком далеко по программе. Подумать только, кто-то из четверокурсников только изучает Протего. Ту же участь постигло и зельеварение, только совершенно по другой причине, Гарри желал свести своё общение со Снейпом к минимуму.

Самым же полезным уроком была защита от тёмных искусств, профессор Люпин умудрялся на каждом уроке находить никому не известный и чрезвычайно полезный материал. Например, он попытался научить студентов заклятию Патронуса, увы; Поттер – единственный, у кого не получилось вызвать даже облако пара.

Однако профессор ЗОТИ стабильно заболевал, и тогда уроки превращались в нечто ужасное – приходил Грюм и накладывал на студентов Империус. Количество сопротивлявшихся студентов увеличивалось, однако полностью подавить действие заклинания не удавалось, хотя мелкие признаки сопротивления начали проявляться. Например, Джастина под Империусом слизеринцы – Малфой – попросили придумать зачитать классу стих про подгузник, а тот умудрился в своём стихе оскорбить Снейпа, Салазара Слизерина и самого Малфоя. Грюм посчитал, что оскорбления не стоят того, чтобы из-за них снимать баллы, а вот за сопротивление Империусу стоит добавить очки.

Так что Финч-Флетчли этим действием принёс двадцать баллов для Пуффендуя, но потом их же и потерял за дуэль со слизеринцами после урока. У Гарри так и не получилось даже частично подавить Империус. Под действием заклинания он пел, плясал, изображал голубя, Снейпа, Волдеморта, Дамблдора без малейшего сопротивления. Грюм был недоволен, сильно недоволен, он метал на Поттера такие взгляды, что тот подошёл к Люпину, который во время своей болезни не выходил из своего кабинета, и попросил сообщать ему заранее о плохом самочувствии.

На это профессор ЗОТИ выдал ему целое расписание своих будущих заболеваний, а Гарри ушёл из кабинета в раздумьях, он не понимал, как можно с точностью знать, когда ты заболеешь… Возможно, ему стоило обратить внимание на прорицания, кажется, это не такой уж бесполезный предмет.

Таким образом, Поттер всё своё свободное время тратил на подготовку ко второму испытанию, однако само испытание внезапно застало его врасплох.

*

– У каждого из чемпионов мы украли кое-что важное! Человека, к которому чемпион близок больше всего. У чемпионов будет ровно час, чтобы найти своего заложника на дне озера в его центре. Из-за возможности заблудиться мы решили добавить в это испытание дополнительную подсказку: под водой русалки будут петь песню, по ней можно ориентироваться. Чем она громче, тем ближе находятся заложники, – объявил Дамблдор условия второго испытания.

Джастин, стоящий у берега озера в паре метров от Поттера, оглянулся на Флер, затем на Гарри.

– Вообще без понятия, кого украли у меня. Единственные двое, с кем я в данный момент хорошо общаюсь, находятся здесь. Интересно, кто мой заложник?

На трибунах находилось много народа, меньше, чем на первом испытании, но всё же куда больше, чем на любом квиддичном матче, в котором участвовал Поттер. Из знакомых ему людей Поттер заприметил Сириуса Блэка, Драко Малфоя, глаза бы его не видели, Нимфадору Тонкс и Теда Тонкса. Перси Уизли сидел за судейским столом на месте мистера Крауча, тот из-за болезни не смог приехать. Как раз Крауча Грозный Глаз сегодня собирался проверить на оборотное и Империус, что же, видимо, проверить не удастся. Чжоу на трибуне найти не удалось. Возможно, именно она стала заложником Гарри.

К чемпионам, стоящим у берега реки спустился Бэгмен. Он принялся расставлять студентов на расстоянии друг от друга. Как только он подошёл к Поттеру, то тихо поинтересовался:

– Знаешь, что делать, Гарри?

– Нет, вообще без понятия, может, подскажете? – с надеждой спросил Поттер.

– Используй заклятие головного пузыря, – быстро прошептал Бэгмен и направился к Финч-Флетчли.

Про заклятие головного пузыря Поттер слышал в первый раз… или что-то было… Без словесной формулировки заклятие всё равно не сработает, так что совет Бэгмена практически бесполезен. Жаль, он не мог объяснить подробнее.

– А что будут делать зрители? Они в течение часа будут пялиться на озеро в ожидании, что что-то вдруг произойдёт? – поинтересовался Джастин у подошедшего к нему Бэгмена.

– Конечно же, нет! Как тогда судьи смогли бы оценивать происходящее? Для зрителей и судей сделаны специальные точки просмотра определённой местности, где расположены заложники и опасные волшебные существа. Также вот эти предприимчивые господа, – он указал на Фреда и Джорджа, которые уже успели поменяться местами и стояли на берегу с глупыми улыбками. – Организовали аренду монокуляров для желающих. Нам, то есть судьям, они выдали их бесплатно, для того, чтобы мы могли посмотреть тот или иной момент под водой. Это нам поможет дать чёткую оценку их действиям.

Джастин кивнул, и, дождавшись, пока Бэгмен уйдёт, спросил:

– Что он тебе сказал?

– Предложил воспользоваться заклятием головного пузыря. Я, кажется, давно что-то об этом слышал, не помню, от кого. Знаешь что-нибудь?

– Профессор Люпин, кажется, упоминал на нашей отработке с близнецами, – Джастин поморщился, вспоминая. – Не помню точно, что делает это заклятие, сделай выстрел наугад – оно связано с головой и пузырём. Словесную формулировку заклятия если и он и говорил, то я забыл. У тебя есть какие-нибудь идеи?

– М-м-м, – Гарри задумался. – Акцио заложник?

– А нормальные?

– Нормальных, увы, нет.

– Ну, что ж, наши участники готовы ко второму испытанию, – раздался над озером усиленный заклинанием голос Бэгмена. – Начнем по моему свистку. За час они должны найти то, что у них отобрали. Итак, на счет три: раз… два, три!

Прозвучал свисток. Семь чемпионов мгновенно начали раздеваться, а затем прыгнули в воду. Двое прыгнули, не раздевшись. Шестеро остались стоять.

– У мистера Финч-Флетчли, мистера Поттера, мистера Франсуа, мистера Бабушки, мисс Лоран и мистера Лундрена возникли проблемы со стартом, кажется, они не знают, что им…

Комментаторский голос заглох. Зону с чемпионами, как и следовало ожидать, прикрыли от посторонних.

– Сука, б@#ть, – громко сказал Бабушка. – Смотрите, что я могу! Акцио автомат Калашникова!

К Антону со стороны трибун прилетело огнестрельное оружие, он достал недопитую бутылку водки, выпил остатки, увеличил её раза в три и залез в неё.

– Я поплыл! – его голос из бутылки был еле слышен.

Под действием какого-то заклинания бутылка со студентом внутри отлетела метров на двадцать от берега и, приземлившись в воду, сразу начала погружаться.

Пронаблюдав за манипуляциями Бабушки, Жюльетта Лоран сдалась, пустив из палочки красные искры. Следом за ней сдался и Базель Франсуа. А вот Лундрен сдаваться не спешил, он начал пытаться проводить какие-то эксперименты с собой.

– Ох уж эти французы! – Джастин покачал головой. – Ладно, давай, будем пробовать.

Гарри абстрагировался от посторонних звуков и полностью сфокусировался на задании.

Цель несложная – найти и достать заложника. С большой вероятностью заложником является Чжоу Чанг. Тонкс и Джастин не похищены, Аластора Грюма похитить – уже подвиг, легче с драконом сразиться, о Реддле почти никто не знает, да и вряд ли, его судьи могли назвать полноценным человеком, так что это почти наверняка Чжоу Чанг. Их танцующими на балу видел почти каждый. Заложник находился где-то на глубине озера. Точное место можно узнать, только находясь в воде.

Какие есть варианты решения этой задачи? Приманить заложника. Научиться дышать в воде. По воздуху дойти до нужного места, при этом надо будет узнать, где это самое место находится. На метле перелететь. Ещё можно сделать так, чтобы вода каким-либо образом расступалась перед ним, или просто осушить часть озера. Можно попытаться под землёй как-нибудь пробраться, только, опять же, вначале надо узнать, где находятся заложники. Вариантов уйма, их количество ограничивается лишь воображением. Вот только реалистичного применения этих способов не так много, а он ещё и ограничен своими знаниями и магическими способностями.

Какие есть проблемы при решении этого испытания? Самая очевидная. Он не знает точное расположение заложников. Самая существенная. Он не знает подходящих заклятий для прохождения этого испытания. Самая неприятная. Он не умеет плавать, ведь Дурсли никогда не брали его на море.

– Акцио заложник! – решил начать с самого простого варианта Гарри. Вдруг сработает, и вся эта аналитика не понадобится. – Акцио максима заложник! Акцио максима Чжоу!

Никакого прогресса в вызволении заложников не было. Вода не бурлила, в ней ничего не мелькало. Чжоу, если его заложником была она, выплывать не спешила и, кажется, не планировала. Скорее всего, на заложников наложены антиманящие чары, или они просто были привязаны. Вряд ли судьи при приготовлении этого испытания допускали такой простой способ решений задач, как манящее заклятие.

Гарри задумался. Почти все способы, которые он посчитал возможными для выполнения этого задания, были для него неисполнимы. Самый реалистичный способ заключался в том, чтобы призвать метлу и летать над озером, разыскивая других чемпионов, но метла была сожжена драконом в первом испытании. А другой-то у него не было. Он даже не задумался над тем, чтобы купить новую метлу, квиддича в этом году не было, а значит, и новая метла особо не нужна, именно так он размышлял. Несмотря на его огромный резерв заклятий, среди них не было ни одного, которое могло помочь ему задержать его дыхание на час.