Текст книги "Руками не трогать (СИ)"

Автор книги: Каспарин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 107 страниц)

Наконец они подошли к малому залу. Рядом с дверью стояло множество стульев, директор указал на один из них и сказал:

– Садись здесь, тебя скоро позовут.

Гарри сел и попытался не волноваться. Получалось неплохо, через пять минут у него уже перестали дрожать колени. Наконец его позвали. Он прошел в зал. Гарри смог абстрагироваться от дикого страха внутри себя и выдавить улыбку. Дамблдор улыбнулся ему в ответ, а второй человек среднего возраста с рыжими волосами человек, наоборот, нахмурился. Поттер ответил на короткий вопрос Карла Паркуса, и на этом его участие закончилось.

Он вышел из зала, сел на то же кресло и принялся ждать. Неизвестно, сколько времени прошло, может, пять минут, а может, и долгий час, но наконец из зала вышел Дамблдор и сразу обратился к Гарри:

– Все прошло успешно, Гарри. Тед Тонкс ожидает тебя на улице.

Они вышли из министерства Магии и направились на стоянку, предназначенную для парковки магловских автомобилей. Их ожидал покуривающий сигару светловолосый мужчина с изрядным брюшком. Увидев их, он бросил окурок в урну и подошел прямо к Гарри.

– Привет, сынок, меня зовут Тед, – светловолосый мужчина протянул руку для рукопожатия.

Гарри нерешительно зажался и не был уверен, как ему поступить, но его колебания заняли лишь пару секунд. Конечно, ему очень не хотелось отвечать на рукопожатие, но еще больше он не хотел настроить против себя своего опекуна при первой же встрече. А тот факт, что его руки были защищены перчатками, лишь укрепил уверенность Поттера. Гарри ответил на рукопожатие, отметив про себя, что в перчатках касание практически не чувствуется.

Мистер Тонкс, казалось, не заметил колебаний Поттера, он перебросился несколькими фразами с Дамблдором и повел Гарри к большой черной машине.

– Любишь машины, сынок? – спросил он.

Гарри призадумался. У его дяди Вернона была довольно красивая машина, и тот часто угрожал ему, что выбьет из него всю дурь, если тот хоть немного ее поцарапает. Воспоминания нельзя было назвать приятными.

– Не очень, мистер Тонкс.

– Ну и зря, – разочарованно сказал Тед. – Дай мне чемодан и садись в машину, я довезу тебя домой, там ты познакомишься с моей женой.

Гарри сел на заднее сиденье и, пока мистер Тонкс вмещал в багажник его поклажу, внимательно осматривал машину.

Внутри она выглядела куда более красиво, чем у дяди Вернона. Салон машины был светло-коричневого цвета, и на нем не было ни единого пятна грязи. Черные защитные ремни безопасности были расположены возле каждого сиденья. А между задними крайними местами находился выдвижной подлокотник. Эта машина нравилась Гарри куда больше, чем похожая у дяди Вернона.

Ехали они долго. Все это время Гарри сидел как на иголках и не знал, что ему говорить, да и нужно ли? Наконец, Тед решил проявить инициативу, он посмотрел на него через зеркало заднего вида и неуверенно произнес:

– Как у тебя дела?

– Хорошо, мистер Тонкс.

– Зови меня Тед, я не люблю этих официальных обращений, – он немного помолчал и затем продолжил говорить: – Как ты понял, с этого момента я являюсь твоим опекуном. Хочу сказать, что стать им для меня – большая честь. Тебе, наверное, уже надоели подобные речи? Когда тебя благодарят за то, что ты даже не помнишь, как совершил в раннем детстве – это, наверное, неприятно. Но все же ты действительно очень сильно мне помог тогда. Я маглорожденный волшебник, и из-за моего происхождения у меня были определенные проблемы во время магической войны. На нас охотились приспешники Сам-Знаешь-Кого, они очень не любили маглов и маглорожденных, а тех, кто связал себя брачными узами с чистокровными волшебницами, вообще люто ненавидели. Моих родителей жестоко убили только за то, что их сын женился на женщине из древнего чистокровного рода.

Мистер Тонкс замолчал, окунувшись в воспоминания, и Гарри почувствовал, что ему что-то нужно сказать. Но что именно он так и не придумал, кроме как:

– Мне очень жаль.

– Ты не знал их, они были плохими людьми и люто ненавидели волшебство, но даже несмотря на это, они не заслуживали то, что с ними произошло. Так вот. После моих родителей они попытались добраться и до меня, Дромеда рассказала мне о жутких угрозах ее сестры. Беллатриса Лестрейндж пригрозила, что если моя жена не разведется со мной, то она убьет нас обоих и нашу маленькую дочь, которой тогда было семь. Мы нашли хранителя тайны и собирались защитить наш дом заклятием доверия, тем самым прервав едва начавшуюся учебу Нимфадоры, а ведь она очень плохо переносила одиночество, и ей тогда очень нравилась школа. Но тут, благодаря тебе, Сам-Знаешь-Кто исчезает, и все проблемы сразу решились сами собой. Тогда повсюду были гулянки, а кто-то всерьез предложил устроить государственный праздник в честь тебя. Но поскольку день исчезновения Сам-Знаешь-Кого совпадает с Хэллоуином, то день Гарри Поттера так и не появился. В общем, к чему я это, хоть тебе тогда и был один год, и ты даже не помнишь этого, но… Спасибо тебе.

– Пожалуйста, мистер Тонкс, – смущенно пробормотал Гарри.

– Пожалуйста? – Тед улыбнулся. – А ладно, неважно, и да, я ведь уже говорил, я Тед, а не мистер Тонкс, мне-то, может быть, и все равно, но вот Дромеда сильно лютует на эту тему, ей эти мистеры и миссис еще у Блэков надоели. Давай ты будешь звать нас по именам, хорошо?

Гарри коротко кивнул.

– Ладно, мы уже подъезжаем, я пока расскажу тебе про наш дом. У нас есть некоторые правила, правда, Нимфадора их почти никогда не соблюдает, но я был бы доволен, если бы ты выполнял хотя бы половину из них. Отбой у нас в одиннадцать часов вечера, самое позднее, в одиннадцать тридцать. Подъем ровно в десять утра. Дора рассказала, что характер у тебя мягкий, буянить ты не особо любишь, да и мне ты кажешься довольно безобидным ребенком, но Дамблдор рассказал о некоторых твоих «успехах», а ему веры уж куда больше, чем дочери, так что хочу предупредить, чтобы ты не совершал никаких проделок дома. Рядом с нами есть много обычных детей твоего возраста, можешь с ними играть. Четкого распорядка приема пищи, как в Хогвартсе, у нас нет, но утром – завтрак, обед – днем, ужин – вечером. И самое важное, не бери пример с моей дочери. Она только и делает, что нарушает все эти правила, иногда назло уходит куда-то на ночь и возвращается побитая только под утро, а на все вопросы отказывается дать ответ. Я подозреваю, что она записалась на какую-то магловскую борьбу, но я не уверен. Ты знаешь, что она хочет стать аврором? Бороться с чокнутыми Темными Лордами. Я этого не одобряю, но смирился с ее выбором, а вот Дромеда…

Тед посмотрел на Гарри, раздумывая о том, как много ему можно сказать.

– Если честно, то у них не очень хорошие отношения. Они очень часто ругаются. Андромеда пытается всячески противодействовать Дориному желанию стать аврором… Думаю, на ее поведение оказали влияние ее родственники: сестра и двоюродный брат. Они стали самыми ближайшими приближенными к Сам-Знаешь-Кому. Так что Андромеда не понаслышке знает, что из себя представляют темные силы. В общем, ты лучше не встревай в эти конфликты… Еще через неделю к Доре должен Грозный Глаз приехать, этот человек практически такой же безумный, как и Сам-Знаешь-Кто, только он вроде как на нашей стороне, очень много темных магов засадил в Азкабан. Нимфадора от него вообще без ума, и даже моя жена немного уважает его, но я совершенно другого мнения, все пытаюсь запретить ему к нам приезжать, но пока безуспешно. Он пригрозил забрать мою дочь из дома и поселить рядом с собой, чтобы ежедневно обучать защите от темных искусств, если его не пустят. Дора уже совершеннолетняя, и ей очень понравилось это предложение, так что я вынужден терпеть периодические посещения Грозным Глазом моего дома. Когда он приедет, мы вместе сходим куда-нибудь на полдня, я не хотел бы, чтобы вы встречались. А сам Грюм не в курсе, что ты под нашей опекой, Дамблдор по какой-то причине засекретил результаты сегодняшнего процесса. Дора может сообщить Грозному Глазу о тебе, поэтому будет лучше, чтобы мы были далеко, а то он и твои знания в боевой магии решит проверить… Ну я вроде все тебе рассказал… Мы как раз уже подъехали. У тебя есть какие-нибудь вопросы?

– Что такое Азкабан?

– Тюрьма для плохих магов, охраняемая дементорами. Еще?

– А кто такие дементоры?

– Это волшебные существа, они высасывают души, это как… Знаешь, спроси лучше у Доры, когда она приедет.

Дом Тонксов Гарри увидел издалека. Небольшое кирпичное двухэтажное здание с большими окнами в форме ромбов, неподалеку от входа находился сад с прудом посередине, огороженным небольшим шатающимся забором.

– У тебя сова есть? – спросил Тед, припарковывая машину на небольшой лужайке, неподалеку от болота.

– Да, но ее сейчас при мне нет, она улетела с письмом. У меня есть только клетка и корм.

Стихию взял Дамблдор. Сразу после официального выбора Тонксов в качестве опекунов Поттера он отправил письмо Петунии Дурсль, в котором говорилось о том, что теперь их племянник не будет жить с ними, а также сообщил о последней возможности отправить Гарри прощальное письмо. Кажется, директор действительно считал, что Дурсли будут это делать.

– Жаль, наша сова болеет, а мне нужно три письма отправить. Как только твоя сова вернется, дай ее мне на время, хорошо? Ты так же как и я, должен быть знаком с миром маглов и должен понимать, насколько удобнее отправлять бумажные письма обычной почтой, но, увы, почти все чистокровные и полукровные волшебники не приемлют ничего, кроме совиной почты, а это сильно затрудняет общение. Ну, заходи.

Тед открыл большую красную дверь и первым вошел в дом. Перед взором Гарри предстала совершенно обычная прихожая.

– Мы пришли! – громко крикнул Тед.

Послышались шаги, и к ним вышла высокая женщина с большими темными глазами, которые странно смотрелись со светлыми каштановыми волосами. На лице Андромеды Тонкс не промелькнуло ни единой эмоции. Она спокойно подошла к Гарри и представилась:

– Здравствуй, меня зовут Андромеда. Тебе Тед рассказал о наших распорядках?

– Здравствуйте, да, он все сообщил, – ответил Гарри. Его смутило отсутствие какой-либо эмоции на лице миссис Тонкс.

– Можешь называть меня Андромедой, пойдем, я покажу тебе твою комнату.

И она, не дожидаясь его, пошла по коридору. Гарри быстро сбросил с ног ботинки и устремился за ней.

– А где Тонкс? – догнав Андромеду, по привычке спросил Гарри.

Он не подумал о том, что обращение «Тонкс» можно применить к каждому обитателю этого дома. Но Андромеда прекрасно его поняла.

– Еще не приехала, – коротко ответила она

Гарри замолчал. При такой молчаливой и странной миссис Тонкс Тед ему понравился куда больше. Андромеда повела его на второй этаж, и Поттер, поняв, что разговор завести не получится, принялся смотреть по сторонам. Он ожидал увидеть какие-либо чудеса, такие же проявления магии, как в Хогвартсе: живую одежду, говорящих животных или хотя бы что-нибудь странное, но его ожидания не оправдались. Дом оказался обычным. Внутри он практически ничем не отличался от жилища Дурслей: два этажа, более дорогие вещи и другой дизайнерский стиль – вот и все различия. Разве что дом оказался куда больше, чем казался снаружи.

– Это твоя комната, – Андромеда указала пальцем на дверь. – Устраивайся, если что, наша с Тедом комната на первом этаже, первая слева от лестницы, а комната Доры справа от твоей.

На лице миссис Тонкс наконец отразилась хоть какая-то эмоция. Она слегка улыбнулась и проговорила:

– Надеюсь, мы поладим.

С этими словами она пошла вниз по лестнице. Гарри открыл дверь и внимательно оглядел свое новое место. Большая кровать, обои покрашены в синий цвет, по размеру комната немного напоминала новую спальню Дадли. Большой коричневый шкаф стоял в дальнем углу – при желании он мог вместить в него все его вещи. Напротив двери находилось большое окно в форме ромба, через которое можно было увидеть пруд.

Гарри Поттер был дома.

Комментарий к Глава 19. Новый дом Начинается медленное превращение Гарри Поттера в нормальную личность, а не… вот это вот.

====== Глава 20. Вторжение ======

Комментарий к Глава 20. Вторжение Из-за того что я налажал с датами рождество в Англии будет праздноваться тогда же когда и в России – 7 января.

Время шло быстро. Слишком быстро. Если первый день, проведенный Гарри Поттером в новом доме, еще можно было считать полноценным днем, то четыре последующих промелькнули за мгновение. Как только Гарри разложил свои вещи по местам, приехала Тонкс. Она принесла в его комнату кучу никому не нужных вещей для того, чтобы Поттер забрал “все, что ему понравится”. Понравилось ему много чего: вредноскоп, больше десятка фэнтезийных книг, чьи авторы были как маглами, так и волшебниками, старая розовая лампа для чтения, свиток пергамента и непонятно откуда взявшийся квоффл. К слову, старая розовая лампа приглянулась и самой Тонкс – она сообщила, что еще до первого курса Хогвартса читала с ее помощью разные книги, но потом она куда-то пропала и так и не нашлась. Гарри светильник отдавать не желал, ему нравились его цвет и внешний вид, и Нимфадора, пожав плечами, уступила.

После этого Тонкс выдала ему сорок галеонов, еще раз повторив про то, что к ним нужно бережно относиться, и вместе с Гарри пошла в магловский книжный магазин, находящийся неподалеку. Там она купила два любовных романа и предложила Поттеру что-нибудь повыбирать. Гарри остановил свой выбор на детективе в четыре сотни страниц, с примечательным черепом на обложке.

На следующий день Тонкс, которая, видимо, задалась целью не дать ему заскучать, повела его играть в снежки с соседскими детьми. Все они были старше Гарри, и он сперва отнесся к ним с небольшой опаской, да и они как-то хмуро посматривали, но Нимфадора здесь, видимо, пользовалась авторитетом, и ее все знали, так что вскоре Поттер забыл о всех проблемах и вместе со всеми носился по большому полю, покрытому снегом. Перчатки, которые должны были защищать от чужих прикосновений, отлично защищали от холода и пригодились для безболезненной лепки снежков.

Когда Тонкс вместе с Поттером вернулась домой, то получила нагоняй от Андромеды – оказалось они так долго играли, что пропустили обед. Нимфадора честно пообещала, что больше такого не повторится, однако Гарри не сильно бы доверял этой искренности, поскольку сразу после оправданий она коварно подмигнула и предложила завтра уйти и вообще целый день не возвращаться.

В среду они направились в магловский парк развлечений. До своего поступления в школу, а впрочем, и после, Гарри мечтал в него попасть. Нимфадора использовала знакомое Поттеру заклятие “Конфундус” на кассире и получила множество жетонов, которые дали возможность кататься на аттракционах всю первую половину дня. На некоторые из них Гарри не пускали из-за слишком малого возраста, однако “Конфундус”, который, похоже, являлся ключом для всех дверей в магловском мире, помог им и здесь. Простая магическая формула – и вот Гарри вместе с Тонкс садится на «Американские горки». После катания на данном аттракционе изрядно накричавшийся Гарри быстро потерял интерес к экстремальным развлечениям и сообщил сильно побледневшей Тонкс, что больше он не пойдет туда, куда его не будут пускать из-за возраста, на что та ему ответила, что она вообще больше не собирается ни на чем кататься.

Во второй половине дня они направились на подпольные магические дуэли. Тонкс попросила Гарри ничего не говорить родителям о том, где они были и что делали. Она сказала, что уже не в первый раз приходит сюда для того, чтобы научиться сражаться. Нимфадора воспользовалась своими метаморфическими способностями и обернулась маленьким карликом (впоследствии она сообщила, что так в нее сложнее попасть) и сразилась в четырех магических дуэлях. Хоть она и проиграла их все, но все равно не расстроилась, сказав Поттеру, что делает успехи и вскоре начнет у всех выигрывать. Гарри молча кивал головой. Он в этом не сильно разбирался, среди всех использованных заклинаний Гарри знал только недавно выученное им “Протего”. Этого навело его на мысль, что ему нужно изучать больше заклятий для того, чтобы так же сражаться.

Но времени у него не хватало не на то, чтобы выучить заклинания, а даже для выполнения домашних заданий он не смог, а скорее, не хотел, выделить ни минуты. Ну а как же? Кому нужны эти скучные и глупые задачки, когда здесь есть столько развлечений. Но подумав хорошенько, Поттер все-таки решил, что забрасывать учебу на первом же курсе – это ужасно глупо. Тем более когда есть столько интересных предметов. Он решил пересилить себя и выделить пару дней для тщательного выполнения заданий по зельеварению, поскольку эту дисциплину теперь вел профессор Дамблдор, так часто ему помогавший, и по заклинаниям, поскольку этот предмет очень интересный и нужный, а еще Гарри очень хотел похвастаться Флитвику, что он уже смог выучить заклятие Протего на первом курсе. Остальные же “неинтересные” предметы, такие, как история магия или астрономия, тоже не будут забыты, но их изучение будет не столь тщательным.

Когда Гарри с Нимфадорой возвращались домой, стояла глубокая ночь. Они пропустили обед и ужин, а также никому не сообщили, где находятся. Поттер из-за этого чувствовал себя неловко перед опекунами, но вернувшаяся в свой первоначальный облик Тонкс была спокойной и даже немного веселой. Так что это настроение передалось и Гарри, и он относился к “торжественному” возвращению домой как к очередному приключению. Нимфадора попросила его не шуметь, предложила тихо разбрестись по комнатам, а наутро уже как-нибудь оправдаться.

Однако ее план с треском провалился. Как только Тонкс вошла в прихожую, то тут же с громким грохотом опрокинула на себя вешалку со всеми вещами. Быстро поставив ее на место, она побежала в комнату, однако споткнулась об первую же ступеньку лестницы и с еще большим громом растянулась на полу. Однако по какой-то причине мистер и миссис Тонкс не вышли из своей спальни, и наутро никакого скандала не было; они просто сделали вид, будто ничего особенного не произошло.

Вскоре Гарри понял причину необычного поведения опекунов. Они просто старались не ссориться. Андромеда общалась с Нимфадорой преусловно вежливо, а та ей отвечала примерно теми же словами. За все это время они ни разу не подняли тему увлечений Нимфадоры и скорого прихода Грозного Глаза, лишь Тед один раз отметил, что Рождество будет омрачено неприятным визитом. И сразу после этого высказывания Андромеда грозно посмотрела на своего мужа, и тот сразу же заговорил о погоде. Тонксы будто бы старались показать Поттеру, что у них крепкая и дружная семья.

И у них это отлично получалось. Несмотря на заверения Теда о конфликтах между матерью и дочерью, атмосфера в семье была просто великолепная. За все это время Гарри не видел ни одного конфликта и спора. А его опыт у Дурслей говорил ему о том, что такого быть просто не может. Даже когда он сидел в чулане неделями, то слышал, как Дадли ругается с родителями по два раза в день. Лишь изредка Тед Тонкс подходил к Нимфадоре и шептал ей на ухо какие-то нравоучения. Так вышло и после ночного прихода.

К счастью для Гарри, мистер и миссис Тонкс не спрашивали его о том, как у него продвигаются дела с уроками, видимо, они считали, что он уже достаточно большой и сам справится со своими заданиями. Да и вообще, Гарри со своими опекунами почти не общался, что называется “по душам”. Тед иногда подходил к Поттеру и спрашивал, всё ли ему нравится и чем он занимается, а один раз расспросил о летнем происшествии с Деннисом. Андромеда же избрала другую тактику – она всеми силами делала вид, будто бы Поттер – устоявшийся член семьи и живет здесь уже не первый день. И Гарри был благодарен за это. Если бы ему все объясняли как маленькому, или, что еще хуже, возились с ним, как с Дадли, то ему было бы ужасно неловко. А так он чувствовал себя в своей тарелке. То, что не получилось у Дурслей за десять лет, у Тонксов получилось за неделю. Гарри был абсолютно уверен, что не прогадал с выбором опекунов.

Они тихо, в кругу семьи, отпраздновали новый, тысяча девятьсот девяносто второй год. Тед собственноручно срубил ель и поставил ее в гостиной. Наряжать ее не пришлось, Андромеда взмахнула палочкой, и на хвойном дереве из ниоткуда появились разноцветные блестящие шары и прочие елочные игрушки.

И так бывает, когда все вокруг идет хорошо, то время мчится как ненормальное. Вот Гарри Поттер только кладет свои вещи на полки шкафа, а вот наступило пятое января и до конца каникул осталось всего четыре дня. А в канун Рождества(1), седьмого января, должен был прийти Грозный Глаз. Тед предложил Гарри в этот день сходить в музей старых автомобилей, и Поттер с радостью согласился. Но этим планам не суждено было сбыться.

Пятого января вернулась Стихия. Гарри в это время пытался построить снеговика на улице и очень сильно обрадовался своей сове, он взял ее в дом и накормил небольшим кусочком колбасы, которую нашел в холодильнике. Только тогда он и заметил у нее небольшой белый конверт с тремя красными марками. Прежде чем распечатать его, Поттер закрыл окно на кухне, из которого прямо ему на лицо падал снег, и посмотрел на имя получателя. На конверте аккуратным почерком было выведено:

КОМУ: Гарри Поттеру в его новый дом.

ОТ КОГО: Друг из Литтл Уингинга.

Только тогда Гарри окончательно убедился что письмо пришло действительно ему. Он испытал волнительное предвкушение. Конечно, это было не первое пришедшее ему письмо, было еще письмо из Хогвартса, но тогда дядя Вернон сказал, что он получил его лишь по ошибке. Тогда Поттер поверил без колебаний, ведь ему никто не мог написать. Он практически сразу же забыл об этом происшествии и не замечал странного поведения Дурслей до того момента, как конвертов стало очень уж много, и он не решил, что ему пишет какой-то маньяк похлеще Пирса. Когда Гарри услышал от Хагрида, что никаких маньяков и ошибок не было, ему уже тогда было не до этого, мысли были поглощены новым волшебным миром. А сейчас письмо было точно предназначалось ему, да и еще от какого-то друга из Литтл Уингинга.

Гарри был абсолютно уверен, что за время пребывания у Дурслей у него никаких друзей не было и быть не могло, поэтому ему стало дико любопытно, кто это называет себя его другом. А о том, как Стихия нашла этот “новый дом”, Гарри предпочел даже не задумываться. В волшебном мире происходило так много непонятных вещей, что намного проще не задумываться о логичной интерпретации и объяснять все одним простым словом – “Магия”. Гарри вскрыл запечатанный конверт, достал оттуда листок бумаги и принялся читать:

“Привет, Гарри Поттер, если ты думаешь, что переехав в другой дом, ты сможешь избавиться от меня, то ты очень сильно ошибаешься. Я обязательно найду тебя, это лишь вопрос времени, и тогда… Ну, я думаю, ты сам знаешь, что будет тогда. Так что советую тебе чаще смотреть по сторонам. Потому что рано или поздно я окажусь у тебя за спиной… А может, я уже здесь?

С нетерпением жду нашей скорейшей встречи,

Пирс Полкисс.

30 декабря 1991 г.”

Гарри дочитывал это письмо уже совершенно в другом настроении. От волнительного предвкушения не осталось ни малейшего следа. Он словно вернулся в детство, когда прятался в кустах от Дадли и его банды. Но в этот раз Поттеру удалось взять контроль над своими эмоциями. Поттер решил, что при постоянном участии в происшествиях, ему нужно уже перестать бояться каждой тени. Гарри с удивлением понял, что он может с легкостью себя успокоить. Кто такой Пирс? Да никто! Он такой же ребенок и просто бросается пустыми угрозами. Он никогда не сможет не то, что ничего сделать, но и даже найти его.

Гарри погладил по голове Стихию. В книжках по истории магии говорилось, что в древности некоторые волшебники убивали сов, доставляющих плохие вести. Что за глупые люди! Животные же не виноваты, и они не умеют читать, так что по их видению мира они просто носят какие-то бумажки с непонятными каракулями. Гарри пошел в свою комнату и показал сове место, где теперь находится ее клетка.

Тут он спохватился. Письмо-то он так и забыл на кухонном столе. Не дай бог его еще кто-то прочитает! Пойдут неприятные вопросы, на которые он будет вынужден отвечать. Гарри спустился на кухню и выкинул письмо в мусорный бак. Несмотря на видимое спокойствие, в голове Гарри витала предательская мысль, которую он упорно предпочитал игнорировать: «Пирс никогда не бросал слова на ветер».

Вдруг у себя за спиной Поттер услышал тихий шорох. Гарри резко обернулся, у него в бешеном темпе забилось сердце. Позади него никого не было. Поттер мысленно себя обругал за то что, несмотря на все заверения здравого смысла, воспринимает угрозы Пирса всерьез. Чтобы хоть как-то оправдать перед собой резкий поворот, Гарри подошел и закрыл окно.

Поттер окончательно успокоился и только сейчас заметил небольшую странность. Окно! Он же закрывал его пару минут назад! Прямо под окном находилось небольшое грязевое пятно. Гарри мог поклясться, что минуту назад его тут не было. Поттер быстро прокрутил в голове всех возможных людей, которые могли бы находится в доме.

Тонкс пошла гулять с друзьями еще с утра, Тед с Андромедой всего десять минут назад ушли за покупками, а до прихода Грозного Глаза осталось целых два дня. Это может только один человек. Пирс! Он нашел его.

Гарри замер, он медленно поднял палочку, несмотря на дико бьющееся сердце, он смог сохранить хладнокровие. Да, он не знает ни одного атакующего заклинания, но он может использовать защитное и убежать. Убегать у него всегда получалось лучше всего. При таком огромном количестве практики он в будущем может спокойно стать чемпионом мира по бегу. Сейчас ему нужно только найти Пирса и понять, в какую сторону нужно бежать. Гарри прислушался… Ему показалось, что рядом с пятном грязи он услышал чье-то хриплое дыхание. Он еще раз оглядел кухню. Никого не было. И тут слева, прямо из пустоты, показался кончик палочки.

– Протего! – вскричал в ужасе Гарри.

Сверкнула красная вспышка, и его вместе с развалившимся магическим щитом снесла какая-то невероятная сила. Гарри очень сильно приложило об стену, но заклятие «Протего» спасло от худшего. Впрочем, Поттер не сильно заботился о своем состоянии, его даже сейчас не беспокоили вопросы о том, как Пирс нашел его и как он научился колдовать. Нет, его захлестнул дикий страх, он, не выпуская из руки волшебной палочки, вскочил и со всей мочи побежал к своей комнате. Он невероятно быстро взобрался по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки сразу. За своей спиной он слышал громкий топот, так что он не смел оглянуться назад.

Когда Гарри добежал до своей комнаты, позади него раздался громкий крик:

– Ступефай!

Гарри решил не проверять на себе последствия этого заклинания. Он упал на пол, намереваясь избежать попадания. Ему удалось: красный луч заклятия ударился в стену над его головой. Поттер вскочил и в два прыжка добрался до своей комнаты. Несмотря на захлестнувший сознание страх, Гарри начал максимально быстро искать возможные варианты спасения из этой ситуации. На раздумья не ушло ни секунды.

Поттер одним движением захлопнул за собой дверь, поднял волшебную палочку и воскликнул:

– Коллопортус!

Тут же после произнесения этого заклятия в дверь ударилось грузное тело. И сразу же за этим раздался крик:

– Алохомора.

Это заклинание Гарри знал. С его помощью можно открыть любую дверь! Он запаниковал. Время для него словно замедлилось. За это время Поттер быстро перебрал в голове все известные ему заклятья и понял, что не знает ни одного заклятия, которое может запереть дверь так, чтобы ее нельзя было открыть «Алохоморой». Поэтому он не придумал ничего лучше, кроме как еще раз наставить палочку на дверь и произнести то же заклинание:

– Коллопортус!

Раздался очень сильный удар в дверь, Пирс явно не ожидал, что Гарри воспользуется тем же заклинанием сразу же после “Алохоморы”, и со всей силы влетел в дверь. Послышался громкий крик боли, поминание Мерлина, а следом возглас:

– Ах ты, хитрая паршивка! Ну, я до тебя доберусь!

От этого хриплого страшного голоса, который даже близко не был похож на Пирса, Гарри окончательно запаниковал.

Он направил палочку на единственное окно в своей комнате и громко заорал:

– Диффиндо!

Стекло разбилось, и Гарри сиганул со второго этажа. Он отлично сгруппировался и сразу же после приземления побежал в небольшой лесок, не разбирая дороги. Поттер не раздумывал о правильности своего поступка, он просто как можно быстрее переставлял ноги и удалялся все дальше и дальше от Пирса со страшным голосом и нового дома. Ему хотелось найти нору, зарыться туда поглубже и никогда не вылезать.

Не прошло и минуты бега, как прямо перед ним появился высокий человек с лицом, обезображенным многочисленными шрамами и быстро вращающимся магическим глазом. Он повалил Гарри на землю, наставил палочку и воскликнул:

– Ступефай!

Красный луч заклинания попал прямо в грудь Гарри Поттеру, и тот погрузился во тьму.

====== Глава 21. Грозный Глаз ======

– Эннервейт.

Очнулся Гарри внезапно.

Поттер даже толком не ощутил потерю сознания – ему казалось, что он буквально на секунду закрыл глаза, и лишь перемены в окружающем пространстве говорили о том, что он действительно отключился. Над ним находился потолок, а если память ему не изменяла, то последнее, что помнил Гарри – это попадание в него красного луча в лесу.

– На вот, выпей это, – раздался хрипловатый жесткий голос, и чья-то рука протянула Поттеру стакан с зеленоватой жидкостью.

Гарри послушно принял его, даже не обеспокоившись случайным касанием чужих пальцев, и в несколько глотков осушил его содержимое. По ощущениям это был яблочный сок, вот только с чем-то смешанный… С какой-то кислой смесью.

Гарри посмотрел на обладателя руки и сразу же узнал в нем виновника его последних приключений. И на Пирса он даже близко не походил. Вот только информация, что перед ним стоит тот, кто на него напал и до ужаса испугал некоторое время назад, не произвела на Гарри никакого впечатления. Все его негативные эмоции будто бы отошли на второй план, и остался один только интерес.

– Ты кто? – встал Поттер и осмелился на простой вопрос.

– Меня зовут Аластор Грюм. Но это сейчас не важно. Сначала ты ответишь на мой вопрос, а потом я на твои. Ты – Гарри Поттер?

– Аластор Грюм – это который Грозный Глаз?

– Ну можно и так сказать. Так ты Поттер?

– Да, это я.

– Когда у тебя день рождения?

– Тридцать первого июля.

– Хм-м… Ладно, это был глупый вопрос – многие в курсе, лучше скажи, что вы прошли на заклинаниях на первом курсе.