Текст книги "Руками не трогать (СИ)"

Автор книги: Каспарин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 72 (всего у книги 107 страниц)

Сколько же страданий принесло одно его решение?

В комнате уже ждал Финч-Флетчли.

– Ну что? – спросил тот.

– Джордж ничего не слышал, – сказал Гарри, проходя в покои и запирая за собой дверь. – Наверное. Он ничего не сказал. Если что и слышал, то не обратил внимания. Что у тебя?

– Использовал Конфундус на маме. Забей, ничего страшного.

– О-о, точно ничего?

– Да-да, не это… Не парься. Я заодно и пару других неприятных моментов подправил. Теперь, если что, она больше не будет кричать на меня из-за моей деятельности в мире волшебников.

– Ты заклятием подкорректировал её поведение? Ни кажется ли тебе, что это чересчур?

– Мы собираемся тут убить главного врага Волдеморта и главную надежду мира на победу против Тёмного Лорда. Думаешь, мы в той ситуации, чтобы порассуждать о морали? – Финч-Флетчли чуть-чуть повысил голос.

– Я не говорил, что собираюсь убивать Дамблдора, даже наоборот, я склоняюсь к тому, чтобы оставить его в живых.

Джастин замер.

– Я думал, ситуация с Селвином научила тебя принимать правильные решения, разве нет? – он помрачнел.

– Научила, да. Но это не значит, что я собираюсь убивать всех налево и направо. Просто теперь любые мои враги будут получать от меня Аваду Кедавру в лицо. И не только враги. Все сволочи и твари, которые заслуживают смерти. Дамблдор не в их числе.

– Но если ты оставишь его в живых, он отправит тебя в Азкабан. Это тебя не останавливает?

– Есть другие способы держать у человека рот закрытым. Империус, например. Я же хочу стереть ему память.

– Кстати, да. Может сработать, – Джастин немного расслабился. – И ты недавно на себе неплохо так попрактиковался, опыт есть. У тебя должно получится.

– Да, я знаю, – Гарри присел на корточки и потянулся под кровать за дневником, который, кажется, спокойно пережил эту битву.

– О, твой старый друг! – Финч-Флетчли мигом узнал дневник. – Я уж думал, ты забыл о нём.

Гарри не ответил Джастину и, открыв первую страницу дневника, тут же наткнулся на надпись:

«Поздравляю с победой над Дамблдором!»

«Я проиграл», – ответил Гарри.

«Удар в спину – это победа. Даже если его нанёс не ты. Ты первый, кто победил Дамблдора, ты это знаешь?»

«Не первый. Первым был Долохов.»

«Не знаю такого. Но буду иметь в виду. По поводу того, о чём ты хочешь у меня спросить. Убивать или нет – вопрос скользкий. Джастин прав, Дамблдор – единственный, кто может победить Волдеморта, и тот, кого он… Ладно, мы, боимся. Но в виду своей тупости, фениксофил опасен и для нас. Я уверен, что он догадывается о моём существовании, и если бы ты действительно проиграл бы в бою, то меня бы нашли и уничтожили. Плюс у Дамблдора есть омут памяти, по крайней мере был, когда я обучался в Хогвартсе, так что затея со стиранием памяти может не сработать. А второй попытки у вас не будет.»

– У Дамблдора есть омут памяти, ты в курсе? – спросил Поттер у Финч-Флетчли.

– О-о, ясно, тогда нам жопа, если мы его не убьём. И даже если убьём, скорее всего, тоже жопа.

– Не надо так пессимистично, далеко не факт, что он каждый день омут обновляет. Ты мог бы и подбодрить меня, Дамблдор ведь за мной приходил.

– Ну, если что, то в тюрьму мы сядем вместе. Сойдёт за подбадривание?

Гарри ничего не ответил и вернулся к дневнику.

«Как думаешь, как часто он кладёт воспоминания в омут?»

«Без понятия. Я просто знаю, что он есть, Дамблдор мне как-то втирал про необходимость освободить голову от излишней злобы и предложил свой омут. Может, он вообще его не использует, а если и использует, то далеко не факт, что он решил именно сегодня положить воспоминания в омут. Стереть ему воспоминания – это огромный риск. Но это единственный вариант, если тебе он нужен живым. Под Империусом ты его не удержишь, даже не пытайся, Конфундус ещё хуже Обливиэйта. Запереть ты его не сможешь, уверен, он откуда угодно освободится. Ну и понятное дело, уговорить у тебя его тоже не выйдет, он упёртый как баран. Либо убить, либо стереть память. Думаю, какое-нибудь экстравагантное зелье на него бы подействовало, но я таких не знаю. Решай сам.»

«Ты сам бы как сделал?» – немного подумав, спросил Гарри.

«Он опасен. И я его ненавижу. Разумеется, убил бы.»

«Я тебя понял.»

– Ну что? – спросил Финч-Флетчли, когда Гарри убрал дневник обратно под кровать.

– Стираем память.

– Уверен?

– Нет, – признал Гарри, вытащив палочку.

Стереть память Дамблдору – сложное, но правильное решение. Альтернативы куда хуже. Надо только не налажать при использовании Обливиэйта, не только чётко стереть необходимые воспоминания, но и сделать так, что бы Дамблдор передумал касательно его причастности к смерти маглов. А если нет, то ситуация повторится, как только Дамблдор очнётся, только уже без неожиданного спасения Финч-Флетчли.

– Ты, кажется, говорил, что больше не совершаешь ошибки? – поинтересовался Джастин.

– Говорил, – признал Гарри, думая о том, что можно подкорректировать в мозгу Дамблдора, чтобы тот не считал его виновным.

– И? Стирание памяти по-твоему сработает? – Джастин по-прежнему пытался что-то донести до Поттера.

– Может быть.

– А может и не быть, верно? Оно может не сработать. И тогда это будет ошибкой.

– Это не будет ошибкой совершенно точно, – Гарри решил, что уберёт воспоминания Дамблдора, в которых тот узнал про то, что убитые были связаны с ним. Теперь директор будет думать, что это погибли случайные люди. – Вне зависимости от результата это не будет ошибкой. Шанс того, что стирание памяти сработает, выше, чем шанс того, что мы победим Волдеморта без Дамблдора, и что сможем избежать наказания за его убийство.

– Ладно-ладно, – Джастин поднял руки, словно бы отказываясь от своих слов. – Делай как знаешь.

Кажется, Поттер немного повысил голос, поэтому Финч-Флетчли так отреагировал. Странно, он даже не заметил.

Гарри около пятнадцати минут решал, какие воспоминания выбросить, а какие оставить. Наконец, он решил, что должен сделать, и после небольшой подготовки:

– Обливиэйт!

Зрачки директор должны были расшириться, затуманиться, а затем разбежаться, но они были закрыты веками, и реакции Гарри не увидел, но он был уверен, что она была.

– Что ты сделал? – спросил Джастин.

– Я убрал все воспоминания директора, в которых он связывал меня с убитыми маглами. А также внушил ему мысль о том, что Волдеморт может вербовать и убивать маглов. Теперь даже если он вновь подумает о том, кто убил маглов, то придёт к выводу, что убийца – Волдеморт.

– То есть Дамблдор будет относится к тебе так же? Не хочешь подправить его отношение?

– Нет. Это будет заметно и не так просто. Первое же его новое воспоминание создаст в его голове… ну эту… в общем, он будет понимать, что воспоминания ни его, а его реакция навязана. Короче, я сам этот вопрос лишь недавно изучил, но, думаю, всё сделал правильно.

– А с ним что теперь делать? И с фениксом? – Джастин покосился на кости, в которых всё ещё находился Фоукс.

– Это решается Конфундусом. Конфундо! – сразу же воскликнул Гарри, чтобы тот получился как можно более мощным. – Энервейт!

Дамблдор открыл глаза.

Гарри наклонился и зашептал ему на ухо:

– Как только я закончу говорить, встань, позови своего феникса и аппарируй куда-нибудь вместе с ним. Иди в бар, где тебя никто не узнает. Отправь феникса туда, где он обычно находится, после чего купи и выпей в одиночку несколько бутылок огненного виски. На тебя нашла печаль из-за гибели невинных людей в Отделе Тайн. После того, как опьянеешь, вернись в Хогвартс, избегай разговоров со знакомыми людьми и проспись. Если не получится, веди себя как обычно и думай, что ты весь день провёл в баре. Когда проснёшься, забудь всё, что было до того момента, как ты пришёл в бар, и веди себя как обычно. И да, всеми силами избегай попадания в тебя заклятий, ускоряющих работу мозга.

Гарри закончил. Несмотря на огромную теоретическую базу, подобную схему он использует в первый раз, и есть вероятность, что он мог чего-то упустить. Гарри с небольшой тревогой смотрел за директором, ожидая его подъёма.

Но тем не менее всё сработало как надо.

Директор встал, а Гарри тут же снял «Кигхн Сэпт» и чуть было не получил клювом в глаз от феникса, но Альбус поднял над головой руки, и птица тут же вернулась к хозяину, исчезнув вместе с ним во вспышке пламени.

– Нифига! Сработало! – Джастин убрал палочку, которую достал секунду назад. – Я был уверен, что что-то пойдёт не так… Так, а нафига ты сказал ему избегать заклятий, ускоряющих мозг? Они типа снимут Обливиэйт?

– Нет. Они просто вступят с ним в конфликт, и Дамблдор угодит в Мунго. Помнишь прошлое лето? Тогда я использовал на себе Авейк, ускорил работу мозга, а Волдеморт наоборот, он чуть не взорвал мне голову. И когда я вернулся в Хогвартс, то просто не смог прийти в сознание. Или что-то подобное.

– Фига ты всё продумал. Я бы просто сказал «Обливиэйт» и надеялся бы, что он сработает.

Да… Надёжный план, нечего сказать.

– И он бы сработал. Но только на самые последние воспоминания. Очнувшийся Дамблдор смог бы понять, что ему стёрли память.

– Пофиг. Хорошо. Итак. Значит, у нас есть день до того момента, как Дамблдор вернётся нас пиздить, верно?

– Да, если я где-то ошибся. А пока можно как-нибудь подстраховаться и быть готовым, если всё пойдёт наперекосяк.

– Не представляю, как. Даже если найму телохранителя, он меня не спасёт. Ну его, короче, – Джастин махнул рукой и направился к выходу. – Пойду лучше напьюсь. И надеюсь, в баре не встречу Дамблдора. Кстати, не забудь убрать бардак, а то он догадается, увидев этот погром.

Финч-Флетчли покинул комнату.

Ну, каждому своё.

Гарри осмотрел комнату и парой взмахов палочки привёл её в почти прежний вид. Ну, не совсем в прежний, бардак так и остался, но шкаф с омутом памяти теперь стоит на своём месте, а повреждений от попаданий заклятий как ни бывало.

Итак… Пока Дамблдора нет, надо посетить Хогвартс.

Гарри наклонился под кровать.

Прошло двадцать четыре часа. За это время Гарри спал ноль часов и ноль минут. Тяжёлое испытание для организма, которому недавно стирали память на протяжении половины жизни. И дикая усталость к тому же, которую, впрочем, полностью блокировал пятый наложенный Поттером Авейк.

Гарри знал, что так играться с организмом нельзя и потом ему это может аукнуться, а ведь ему ещё завтра вставать на похороны. Они пройдут в пять часов вечера, но с его режимом это скорее семнадцать часов утра, ведь даже если он ляжет прямо сейчас, то вряд ли встанет в ближайшие двенадцать часов уж точно.

Но Поттер был доволен, а на его лице была улыбка, которая не появлялась со смерти Чжоу. Он добился всего, чего хотел, и далеко не в пустую провёл это время.

Перед тем, как подняться на свой этаж, Гарри зашёл к миссис Финч-Флетчли и попросил впустить студента Дурмстранга, если вдруг тот сегодня придёт. После чего Гарри наконец подошёл к своей комнате, мечтая лишь о тёплой кроватке.

У самой двери Гарри остановился.

«А вдруг за дверью Дамблдор?» – неожиданно подумал он.

И ведь действительно, с момента наложения Обливиэйта и Конфундуса прошёл ровно день, а значит, директор уже получил возможность самостоятельно мыслить и мог до чего-то догадаться.

Но ведь он всё сделал правильно. Обливиэйт должен сработать как надо, а Конфундус точно сработал. Ошибки быть не может, а значит, и Дамблдора за дверью нет, правильно же?

И всё же…

А вдруг есть? Открывает он такой дверь, а там Дамблдор стоит с фениксом на плече и такой: «Ага! Думал, что стёр мне память, да? А вот нифига! Попался! Теперь время идти в Азкабан, муахаха!».

Улыбнувшись своим мыслям, Гарри открыл дверь и осмотрел комнату. В центре комнаты стоял Дамблдор, а его палочка была направлена на Поттера.

«Твою мать».

Комментарий к Глава 138. Казнить, нельзя, помиловать, 2, Не может же какой-то больной ублюдок специально убивать всех людей, чьи имена не начинаются на “Д”?

Может! хыхы!

Помните идею про Побег из Азкабана? Русская версия, которая? Когда я вам проспойлерил сюжет а вы даже не догадались. Так что, реализуем?

====== Глава 139. Here we go again ======

Появление Дамблдора было настолько нелогичным и пугающим, что Гарри так и застыл на пороге комнаты и не мог решить, что ему делать дальше. Он понял, что что-то всё-таки пошло не так, и теперь директор пришёл за ним… Но что с этим делать-то? Никаких вариантов выхода из этой ситуации Поттер не видел. Дамблдору он не ровня, победить его в бою не выйдет, ждать подмоги Джастина, как в прошлый раз? Но если директор действительно всё вспомнил, то тот не подставится? Банально сбежать? Абсурд, догонят. Аппарировать? Кстати, аппарировать! Хороший вариант. Все вещи его, правда, тут. И вряд ли он сможет с кем-то общаться из своих старых знакомых. А значит, всё. Конец старой жизни. Что он может сделать? Забрать деньги из банка и пойти сражаться в Южную Америку? Хмм…

Дамблдор тем временем тоже ничего не предпринимал, а смотрел на Поттера, ожидая его действия. Впрочем, через секунд десять тот наконец подал голос:

– Ну что, Гарри, знаешь зачем я пришёл?

– Да, – признал Поттер, приготовившись при первом же взмахе волшебной палочки директора, аппарировать. Дамблдор пришёл, чтобы забрать его в Азкабан, но он не подставится.

– И зачем же?

А вот это уже было странно. Зачем он пытается выяс… А может, тот всё-таки вспомнил лишь часть из утерянных воспоминаний? И сейчас пытается вытащить из него информацию.

– Вы пришли, чтобы сообщить мне, каким образом будут проходить завтрашние похороны, – Гарри, который уже практически сознался во всех грехах, начал корчить из себя дурака, не забывая при этом внимательно следить за волшебной палочкой директора.

В конце концов, теперь у него есть подстраховка.

– Думаешь, ради этого?

Точно! Он чего-то не помнит!

– Ну… – Гарри изобразил задумчивость. – Может быть, не из-за этого. Вам лучше знать, зачем Вы сюда пришли. И, директор, не могли бы Вы опустить волшебную палочку, после Отдела Тайн мне немного некомфортно это.

Дамблдор палочку не опустил, но вышел из состояния «боевой готовности», его лицо немного разгладилось, а сам он чуть опустил руки.

– Скажи мне, Гарри, я к тебе вчера не приходил?

– Нет. Последний раз мы виделись в Хогвартсе.

– Странно. Знаешь, что случилось, Гарри? Сегодня я проснулся и понял, что мне стёрли память.

«Так, ситуация проясняется. И как именно ты это понял?»

– Грюм говорил, что человек не сможет сам догадаться, что ему стёрли память. Вернее, если там… в общем, есть какие-то условия, но я про них не знаю, так как ни разу не применял заклятие стирание памяти.

– Аластор прав, Гарри, наш с тобой мозг – чрезвычайно сложный орган, манипуляции с котором практически невозможно обнаружить. Однако ты должен знать про такую вещь, как Омут памяти, и сегодня я обнаружил, что воспоминания в омуте не соответствуют воспоминаниям у меня в голове.

Омут! Чёрт! Но он же знал, что так может быть!

– Может, это что-то произошло с Омутом памяти? Он мог… я не знаю, сломаться.

– Омуты памяти не ломаются, Гарри. И я действительно обнаружил у себя в голове странные воспоминания, и мне это кажется довольно… маловероятным. Я помню, как я пошёл выпить в бар маглов, хотя для этого я всегда посещаю мадам Розмерту, и ещё некоторые детали. В общем, память мне всё-таки кто-то стёр. И знаешь какая странность, Гарри? Последнее воспоминание, которое находилось в Омуте, это то, что я собирался прийти сюда. Странно, правда?

Блин, он закинул воспоминания сразу перед приходом сюда. Худший вариант. Но при этом, Дамблдор очевидно не связывает это происшествия со смертью Пирса Полкисса, а значит, всё хорошо. Не все манипуляции с памятью были обнаружены Дамблдором и к таким же выводам тот прийти вряд ли сможет.

– Так или иначе здесь Вас не было. Может, по дороге Вас кто-то встретил. И ещё мне кажется, что тот человек, который стёр Вам память, должен был Вас победить в бою, вряд ли Вы добровольно разрешили ему покопаться у себя в голове. Я веду к тому, что злоумышленник должен равняться по силе Тёмному Лорду или Долохову. И он мог бы Вас с тем же успехом убить. Я не представляю, для чего ему понадобилось стирать Вам память? Может, всё-таки какие-то проблемы в Омуте?

– Я понимаю, что многое кажется тебе непонятным, и я сам задаюсь теми же вопросами. Но, думаю, в этот раз моя догадка близка к истине, кое-что тоже изменилось. Возьми мою палочку, Гарри, – Дамблдор подошёл к Поттеру и протянул ему волшебную палочку.

«Что?»

– Взять вашу палочку? – осторожно переспросил Гарри.

Он чувствовал ловушку, но не понимал, где она. Вся сложность его ситуации заключалась в том, что если Дамблдор решит, что к его потерянным воспоминаниям причастен именно он, то тот легко одолеет его, как сделал это день назад.

– Да, Гарри, возьми. Смелее. Уверяю тебя, она не кусается, по крайней мере меня за все наши годы совместной работы она меня ни разу не цапала.

Поттер ещё раз внимательно осмотрел волшебную палочку. За всю жизнь он использовал около десятка палочек, так что представляет, как те должны выглядеть, и то, что ему протягивал Дамблдор, было именно волшебной палочкой. Обычная палочка средней длины коричневого цвета, начинка неизвестна, небольшие выпуклости как у дерева, в общем, ничего экстраординарного.

Гарри убрал своё оружие в карман и взял из рук Дамблдора волшебную палочку. И ничего не произошло. Ни взрыва, ни укуса, ничего. Просто палочка директора в руках у Поттера. Довольно неудобная, стоит заметить.

– И что теперь? – спросил Поттер.

– Попробуй применить заклятие. Любое. Не на мне только.

А если он прямо сейчас оглушит Дамблдора? Вот возьмёт и оглушит. Внаглую. И затем снова сотрёт память?.. Может ли у Дамблдора быть запасная палочка? Зачем он вообще её ему дал? А даже если запасной волшебной палочки нет, то… Хмм… Нет, не вариант. Дамблдор же знает, что потерял воспоминания после того, как пришёл к Гарри Поттеру. В этот раз он наверняка сделал множество запасных копий своих воспоминаний, он же не полный идиот…

Как же всё-таки прав был Реддл. Самый опасный человек уж точно не Долохов, не Грюм и даже не Волдеморт, а именно Дамблдор, который то отправляет человека в тюрьму без доказательств, то неожиданно делится своей волшебной палочкой, когда к этому нет вообще никаких логических поступлений. Что у него находится в голове? Как это что-то работает? Непонятно.

– Эмм… Орхидеус, – произнёс Гарри.

И вновь реальность не соответствует ожиданиям. Поттер ожидал, что из палочки вылетит букет цветов, и в худшем случае на нём большими буквами будет написано «ГАРРИ ПОТТЕР СТЁР ПАМЯТЬ АЛЬБУСУ ДАМБЛДОРУ», но из палочки не вылетело ничего. Вообще.

– Орхидеус!

Ничего.

– Авис! Шейкл! Акцио очки с носа!

Никакого результата.

Гарри достал свою палочку из кармана.

– Акцио максима очки с носа!

Сработало. С огромной силой очки слетели с носа Гарри и устремились к его волшебной палочке и после небольшого контакта с ней полетели к Дамблдору.

Директор не стал ждать, пока те врежутся ему в нос, а выхватил из-за пазухи свою запасную (!) волшебную палочку и поймал их магией в воздухе.

Вот хитрый старикан! У него была запасная палочка, и он специально провоцировал его на неожиданную атаку!

– Отлично, Гарри, теперь можешь вернуть мне мою палочку обратно. И можешь забрать свои очки, поосторожнее с ними, они ведь могут и разбиться.

Да уже разбивались, раза три как.

Гарри вернул Дамблдору палочку, а сам надел очки.

– И в чём смысл был? – поинтересовался он.

– У этой палочки есть особенность, она слушается только владельца. Если же её владельца побеждают, то она меняет себе владельца и слушается победителя. И так вышло, что сегодня эта палочка перестала меня слушаться.

Ахереть. Так вот оно что… И тут Дамблдор его переиграл, в свою просьбу взять его палочку он завернул аж целых три ловушки. Но ведь Дамблдора-то победил не он. Именно Джастин нанёс удар в спину, значит, палочка теперь слушается его. Теперь главное не дать Дамблдору проверить тем же способом Финч-Флетчли.

– Прости, что сомневался, Гарри. Я думал, что раз меня не убили, то тот, кто стёр мне память, мог быть кто-то из своих. Возможно, я ошибаюсь. Ещё раз извини, я пойду. Я тут навёл небольшой порядок, старая привычка, уж извини старика. Красивая комната. Это ведь дом родителей Джастина, верно?

Отвести диалог от Финч-Флетчли! Любой ценой!

– Вы диалог не отводите от цели! – ох уж это лицемерие. – Что с воспоминаниями? Что с Вами будет?

– Со мной, Гарри, ничего страшного. Я не знаю, кто, как и зачем стёр мне память. Возможно, по дороге я о чём-то догадался, и решил пойти куда-то в другое место. Но сейчас этого нет. Больше мне никаких воспоминаний не подправили, и моя голова работает по-прежнему. Я придумал способ, с помощью которого могу догадаться, менял ли кто-то мне восприятие реальности, и сейчас этот способ говорит мне, что всё в норме. Я просто продолжу делать то что делал в надежде, что когда-нибудь пойму, что со мной произошло.

Дамблдор глубоко вздохнул.

– Ладно, ещё раз извини меня за мои догадку, будь ты на моём месте, я уверен, ты поступил бы так же. Мне пора, мне надо ещё встретится с Миссис Гойл, она не хочет, чтобы её сына хоронили, думаю, я смогу её переубедить. Да, кстати, завтра в три часа сюда придёт твой крёстный, он возьмёт Джастина и аппарирует вместе с ним на Лондонское кладбище, в Годриковой впадине не получилось. Если захочешь, можешь отправиться с ним, либо, если хочешь, аппарируй сам, если ты вдруг когда-нибудь там был.

– Хорошо. А остальные? – спросил Гарри без прежней мотивации. Теперь ему самому хотелось знать о том, как отправятся в свой последний путь умершие.

– Все родственники умерших могут прийти и люди, состоявшие в вашем отряде…

Прошедшее число. Дамблдор уверен, что отряда больше не существует.

–… Всех желающих позвать не получится, одновременно рядом будут проходить похороны министерских работников и членов Ордена Феникса.

– Я понял… Хорошо, я всё понял. Увидимся завтра.

– Увидимся, Гарри, я рад, что тебе лучше. Жизнь не заканчивается смертью любимых людей, смерть – это лишь начало большого и увлекательного путешествия.

Директор поговорил немного и ушёл, а Гарри остался стоять.

Грусть и печаль в связи с напоминанием директора о смерти Чжоу и его друзей быстро выветрилась, когда Гарри понял, насколько близко он был к тюрьме. Если он бы сознался в преступлении, если бы поддался провокации и атаковал, если бы хоть чуть-чуть не так использовал Обливиэйт, если бы именно он нанёс последний удар Дамблдору, если бы Альбус догадался о том, что в битву вмешаться мог и Джастин…

Да… Пойти не так могло всё что угодно. Но сегодня удача была на его стороне.

Гарри лёг на кровать и расслабился.

Время ложиться спать.

Завтра тяжёлый день, не сравнится, конечно, с днём сегодняшним и вчерашним, но тоже.

Похороны, последняя встреча с Чжоу, непростое общение с выжившими покалеченными членами отряда, и представление им Альбуса в надежде, что Дамблдор будет слишком занят и не обратит внимание на своего тёзку из Дурмстранга.

Комментарий к Глава 139. Here we go again Тысяча лайков. 3к отзывов(из которых половина мои, а треть – срач(обсуждение) на тему фанфика и вселенной Гарри Поттера, и одна шестая ещё тупые шутки, в итоге настоящих отзывов штук 500) Половина ляма(на самом деле 400к, но кого волнует?) просмотров. 1 апреля. Куча причин написать про возможное похождение Поттера и Бабушки в Азкабане. Но мне правда очень-очень лень, поэтому в честь этих событий я могу поставить вот этот смайлик – :) и… нуууу… всё?

Не, если кто желает, может попробовать написать эту историю вместо меня, я с радостью прочитаю, но самому нее-е… i am too lazy:)

====== Глава 140. Парень, который умрёт через несколько глав (не говорите потом, что я не предупреждал) ======

Комментарий к Глава 140. Парень, который умрёт через несколько глав (не говорите потом, что я не предупреждал) Приветствуйте нового члена Отряда Смертников. Чтобы героев можно было убивать, их надо добавлять, я прав? Я прав.

Утро у Гарри началось поздно ночью. Ему приснился кошмар, в котором Чжоу с огромным топором отрубает ему голову, громко и страшно крича, что мстит за своё убийство, после чего Поттер проснулся в холодном поту. Он решил не спать, чтобы не столкнуться с ещё одним кошмаром, и планировал занять себя чем-нибудь до утра, но в конце концов не выдержал и улёгся обратно.

Во второй раз он проснулся уже именно утром. Сразу же после того как Гарри встал с кровати, он направился в соседнюю комнату к новому члену Отряда Близнецов. Да… Название точно придётся сменить.

Гарри планировал уговорить Альбуса посетить похороны, чтобы представить его с хорошей стороны сразу всем членам Отряда Близнеца.

Убедить новенького было тяжело, очень тяжело. На каждый аргумент, который приводил Гарри, новоиспечённый Альбус отвечал двумя. И, в конце концов, уговоры удались, вот только немного не в ту сторону.

– Да, ты прав, – признал Гарри. – Встреча может и подождать. Безопасность важнее.

– Именно! – Альбус указал на него пальцем. – Мне всё равно, как ко мне будут относиться твои друзья. Я понимаю твою мотивацию, но я не обязан посещать похороны бывших членов отряда. Можешь так им и передать.

– Нет, так я им передавать не буду, – Гарри задумался, а затем решил оставить всё как и есть. Манящими чарами он призвал к себе книгу о защитных чарах и начал читать главу о чарах брони.

Альбус понял, что Гарри настаивать на своём не будет, и вернулся к своим практическим упражнениям с трансфигурированным манекеном, который обладал зачатком сознания, позволявшим ему защищаться.

Причём манекен побеждал. Альбус пытался вытворять какие-то свои комбинации заклятий, но у него ничего не получалось, он допускал кучу мелких ошибок, связанных с отсутствием практики, и, кажется, злился, но виду особо не подавал. В руках он себя держать точно умел.

Через несколько часов Гарри закончил читать книгу и посмотрел на Альбуса, пытающегося вырастить себе шестой палец на руке. Парня он уже давно хотел о чём-то ещё спросить и вот наконец вспомнил о чём.

– Что ты думаешь о фениксах?

– Фениксы? – Альбус случайно превратил руку в чую-то отрубленную голову.

Страшное зрелище, но тот ничуть этому не покоробился и вернул свою конечность на место.

– Очень полезные существа, – спокойно продолжил он. – Аппарация через антиаппарационные барьеры, поджигают врагов при касании, слёзы против всех ядов. Мечта, а не домашнее животное. Но есть одно но, – Альбус махнул легонько поднятой рукой. – Они согласны дружить только с теми, кто за жизнь ни разу не поддавался гневу и не применял силу в ущерб другим. В общем, для таких как Дамблдор. Я не тот Альбус для этого, увы.

– Жаль. Я бы не отказался, – Гарри разочарованно поставил крест на своих планах поискать в комнате-по-желанию книги о фениксах.

Он всё гадал, как ему стать сильнее в магических битвах, но все идеи не выдерживали испытания реальностью.

– Я бы тоже, – согласился Альбус. – Но чего нет, того нет. Надо играть только теми картами, которые есть.

– Хорошо, я тогда пойду к Джастину. Если Блэк уже пришёл, то аппарирую с ним, я без понятия, где там находится Лондонское кладбище. Ты сам найдёшь, чем себя занять.

– Иди, а я тут ещё побуду. Мои боевые навыки сейчас как у магла, вообще ничего не помню и не умею, поэтому хватит с меня практики, может, пойду прогуляюсь где-нибудь в Косом Переулке, посмотрю, как там всё, что вообще у вас изменилось.

Гарри кивнул, оставил Альбуса и пошёл в комнату Финч-Флетчли.

Джастин уже не спал, а Блэк прибыл раньше срока. Сейчас они вместе рубились в нарды.

– Гарри? Дамблдор говорил, что встречался с тобой, – аккуратно начал Сириус, первым заметив прибытие Поттера.

Блэк сидел лицом к двери, а Джастин спиной. Он, услышав обращение Сириуса, немного повернулся в сторону входа.

– Ничего особенного, – Гарри махнул салютующему ему Финч-Флетчли. – Просто поговорили о своём. Джастин, если вдруг кое-кто будет тебе предлагать взять палочку, не бери и беги от этого человека. Потом объясню.

– Чего? Ну… Ладно, – Джастин вернулся к созерцанию своего неприятного положения на доске.

Гарри не был до конца уверен в том, что Дамблдор откажется от своих попыток найти виновника происшествия с его памятью, и Джастина лучше предупредить на всякий случай.

– Если ты готов, Гарри, можем отправиться хоть сейчас, – Сириус передвинул чёрную фишку через пару полей. – Я заранее пришёл на всякий случай.

– Да, хорошая идея, – Финч-Флетчли встал со стула и немного отодвинул доску. – Пойдём заранее, может, кто-то уже пришёл.

– Так что, признаёшь своё поражение? А ведь говорил, что ты ни разу не проигрывал! – хохотнул Блэк.

– Херня, я поддавался, – Джастин махнул рукой. – Это, кстати, нормально, что мы тут перед похоронами в нарды играем и шутим? Насколько я знаю, на таких мероприятиях все серьёзные и грустные. Ну, кроме армян. Они и там в нарды играют.

– Ну, так мы ещё не на похоронах, чтобы грустить. И вообще, ты планируешь всё время плакать? – Сириус начал складывать фишки в небольшой пакет. – Когда погибли все мои близкие друзья и любимая девушка, я тоже немного перегорел. Направился убивать предателя Петтигрю, а потом сразу Азкабан. А там дементоры, и я постоянно это переживал, а времени для того, чтобы пошутить, особо не было. Не очень отпуск получился. Но вот я вышел и смог жить дальше. Так что, Гарри, не один ты после трагедии решаешь посносить пару голов.

– Эээ… Что? – Джастин заметно напрягся.

– Он в курсе, Джастин, – Поттер успокоил друга. – Кстати, Сириус, так ты не хочешь к нам присоединиться? Наш отряд всё ещё жив, вскоре будут новые люди.

– Нет, Гарри, я правда очень хотел бы тебе помочь и не против сражаться с тобой на одной стороне. Но, по-моему, твоя затея не оправдала себя, половина членов погибла в первом же сражении, это… провал… Надеюсь, ты не в обиде, что я об этом напомнил?

– Нет, я не в обиде. Но у нас могут быть другие козыри, не обязательно боевые навыки. Например, лидер, который талантливее Дамблдора.

– И вновь прости, Гарри, но я думаю, что Дамблдор знает, что делает, он старше и опытнее тебя.

– Во время прошлый войны Волдеморт почти не выходил за пределы Англии, а Орден Феникса всё равно проиграл, – поделился Гарри своими знаниями о первой войне. – Сейчас на его стороне полтора континента, и ты думаешь, что вы победите?

– Я не говорил, что думаю, что мы победим. Я знаю, что у нас всё плохо, Орден Феникса терпит поражение за поражением, тогда у нас не было толком нормальной помощи со стороны, а сейчас есть. Объединённая Европа ещё держится, но тоже не преуспевает. Никто ещё как следует не отбрасывал людей Волдеморта назад. Хотя есть боливийцы, вновь вернувшие контроль над страной. Но их мало, и они хорошо прячутся, поэтому так выходит, а не из-за каких-то великих магов на их стороне. Наши шансы малы, но я верю в нашу победу. Есть пророчество, в котором, вероятно, сказано, что ты победишь Волдеморта. Дамблдор тоже делает всё возможное, он прямо сейчас отправился на переговоры с японцами. И не только с волшебниками, хочу заметить, но и маглами.