Текст книги "Руками не трогать (СИ)"

Автор книги: Каспарин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 107 страниц)

– Да, всё верно, – Гарри не мог понять, верит ему Дамблдор или нет. – Я точно его слышал. Уверен. Мне не показалось.

– Я тебе верю. Не беспокойся.

Поттер облегчённо вздохнул.

– Скажи мне, а ты когда-нибудь общался с какими-нибудь животными?

– М-м-м… – Гарри не был уверен, как ему ответить. Разумеется, он никогда не разговаривал с животными, но ведь Дамблдор спрашивает про общение, а не разговоры. А ведь он прекрасно понимает Стихию… – Ну… Бывало… С совой своей хорошо общался, я понимал её, а она меня… Наверное…

– Нет, – Дамблдор тепло улыбнулся. – То, что у тебя с твоим питомцем наладились отличные взаимоотношения – это великолепно, но я имею в виду немного не это. Скажи, ты когда-либо разговаривал со змеями? Понимал их?

– Нет, – уверенно ответил Гарри, не понимая, куда клонит директор.

– Точно? Ты уверен, что никогда не общался с ними? В зоопарке, например, не замечал, как они пытаются тебе что-то сказать?

– Да, уверен. В зоопарке я ни разу не был, Дадли был целых два раза, но меня с собой Дурсли никогда не брали.

– Хм-м, – Дамблдор, казалось, был слегка удивлён. – А давай попробуем так. Серпенсортия! Мобиликорпус!

Из волшебной палочки Дамблдора вылетела большая змея с огромными клыками. Она не успел опуститься на землю, а зависла в воздухе, как будто её связало множество невидимых нитей.

– Попробуй поговорить с ней. Не бойся, она тебя не укусит, – сказал Альбус.

Гарри уставился на змею, а та уставилась на него. Она извивалась в воздухе, но невидимые нити крепко держали её, не давая её вырваться, казалось, будто бы у неё было множество невидимых крыльев, и она летала.

– Э-э-э… Привет? – поприветствовал Поттер змею, чувствуя себя полным идиотом.

Но, к его удивлению, змея обратила внимание на эту фразу. Она резко перестала извиваться и ответила:

– Не дай ему убить меня…

– Что? Кто хочет тебя убить? – спросил Гарри.

Пока он размышлял, от кого змея просит его защитить, Дамблдор снова поднял волшебную палочку:

– Эванеско! Отлично, Гарри, ты можешь разговаривать со змеями, я так и думал. Это очень редкое умение, его частенько связывают с тёмными искусствами, так что не советую тебе кому-нибудь о нём говорить; думаю я не ошибусь, если скажу, что в Хогвартсе больше никто этим не владеет… Хотя, учитывая последние события, возможно, один человек все же будет.

– Значит, тот голос… – начал понимать Гарри.

– Да, это была змея. А мистер Криви не умеет понимать змей, поэтому для него это было просто шипение.

– Но почему я её не видел?

– Не знаю, – пожал плечами Дамблдор. – Я, в отличие от моего образа, сформированного общим мнением, не всезнающий. Думаю, на этот вопрос только ты знаешь ответ, я лишь могу только догадываться…

– И какие же у вас догадки?

– Может быть, она была слишком маленькой, и ты её попросту не заметил, или на неё были наложены дезиллюминационные чары. Еще она могла передвигаться по трубам, но это только, если она очень маленькая, в противном случае она не влезет.

У Поттера всё еще было множество вопросов.

– И что же случилось с Миссис Норрис? Почему она оцепенела? Змеи же… По крайней мере, те змеи, которые живут в магловском мире кусают свою жертву, ну, бывает, некоторые еще душат, я читал. А это… Странно… Никогда не слышал, чтобы змеи отправляли жертву в кому. Как так произошло?

– Я не знаю, Гарри, а ты как думаешь?

– Ну… – Поттер призадумался.

Он был уверен, что у директора множество догадок, но, скорее всего, он ни в одной не уверен. Если уж сам Дамблдор не знает, то как ему, второкурснику, разгадать секрет нападения на кошку? Но нужно хотя бы попытаться.

– Еще на первом курсе я читал легенду о Тайной комнате… Там вроде бы должен быть наследник Салазара Слизерина, одного из Основателей, а может быть, вместе со змеей ходил какой-то человек, который оглушил… Вернее, наложил какое-нибудь заклятие оцепенения на кошку, а змея… Точно! Змея говорила, что она хочет кого-то убить и съесть и что она чуяла кровь, нашу с Криви кровь, а наследник ей обычную кошку предложил, вот она и побрезговала её есть. Ну как вам? – Гарри с надеждой уставился на Дамблдора.

– Очень даже может быть… Спасибо, Гарри, ты мне очень помог, я хочу попросить тебя кое о чём. Этот голос можешь слышать только ты, и если ты еще раз услышишь его, беги как можно быстрее ко мне или к ближайшему преподавателю, даже к профессору Снейпу, в таких делах не может быть места вражде, в случае подготовки второго нападения нужно как можно быстрее донести информацию до меня.

Возвращаясь из кабинета Дамблдора, Гарри снова наткнулся на Филча. Тот по-прежнему сидел возле места преступления и докапывался до какого-то первокурсника. Если у Поттера еще оставались какие-то сомнения, то теперь они окончательно испарились. Он еще сильнее уверился, что сделал правильно, рассказав обо всём Дамблдору. Он не только очень сильно помог директору и Хогвартсу, но еще и многое о себе узнал. Оказывается, он может разговаривать со змеями. А больше никто так не умеет. Это же открывает невероятные возможности! Можно призвать змею и попросить её залезть в спальню к Малфою или проверить дом на наличие в нём Грозного Глаза. Змей же можно использовать вообще для любых других целей, и никто не свяжет их действия с ним, ведь змея – символ Слизерина. Вот если бы он с барсуками умел общаться, это было бы куда хуже. И призвать змей, кажется, очень просто. Благо Дамблдор впервые заклинания вслух проговаривал.

Гарри остановился посередине коридора ведущего в сторону гостиной Пуффендуя, ему внезапно очень сильно захотелось попробовать призвать змею. Он поднял палочку и воскликнул:

– Серпенсортия!

Разумеется, ничего не произошло.

*

К своему первому матчу в качестве загонщика сборной Пуффендуя Поттер готовился невероятно тщательно. Дополнительную мотивацию победить команде давал тот факт, что они играют против действующего чемпиона Хогвартса – Когтеврана. К концу ноября, а именно тогда должны были состояться первые матчи чемпиона по квиддичу, Гарри научился играть на довольно неплохом уровне. Он чётко представлял, что от него требуется на поле, научился корректировать полёт бладжеров в зависимости от скорости ветра: теперь они летели если не в цель, то хотя бы рядом с ней, а у Джастина дела были еще лучше.

Седрик был очень доволен таким прогрессом, однако слабым звеном команды неожиданно стали охотники. Ни Боунс, ни Эпплби, ни Прис не дотягивали до уровня охотников сборной Когтеврана. Седрик провёл с каждым из них разъяснительную беседу, но игра от этого лучше не стала. Сьюзен, по мнению Поттера, панически боялась высоты и была невероятно удивлена тем фактом, что вообще попала в команду. Эпплби было лень тренироваться, он передавал квоффл с какой-то ленцой и частенько не туда. А вот с Присом было всё просто, он просто не мог хорошо играть. Но отборочные уже были проведены и менять состав команды уже всё равно было поздно. Для победы Седрику придётся быстро ловить снитч, а Герберту отбивать куда большую часть мячей, чем вратарю сборной Когтеврана. Для первого матча против не изменившегося чемпионского состава Когтеврана Диггори поставил простую цель – не проиграть, и вся команда тщательно готовилась, чтобы эту цель выполнить.

За два дня до матча тренировки начали проводится каждый день. У Поттера не было времени на разучивание заклятия призыва змеи, он еле справлялся с выполнением домашних заданий. Лишь изредка позволял заниматься себе чем-нибудь посторонним. Однако вечерний поход к Локонсу был исключением. Златопуст на одном из уроков во всеуслышание заявил, что он прекрасно знает, где находится Тайная комната, кто её охраняет и как этого кого-то убить. На вопрос, почему он сам ещё не избавился от чудовища, Локонс ответил, что он пытался, но не смог, поскольку чудовище каждый раз тщательно прячется, как только он заходит в обиталище монстра.

Гарри думал, что у него, как у лучшего ученика по защите от тёмных искусств, получится убедить преподавателя поделиться знанием о местоположении тайника, но он потерпел полный крах. Локонс наотрез отказывался сообщать хоть какую-то информацию о Тайной комнате:

– Гарри, пойми меня, ты еще слишком юн для такой информации… Даже несмотря на то, что ты уже совершил несколько подвигов: избавил мир от Тёмного Лорда, стал моим лучшим учеником. Для начала это неплохо, очень даже неплохо. Ты бы знал, как много людей возьмут тебя на любую работу, когда узнают, что ты учился у меня, но этого мало для того, чтобы победить чудовище Тайной комнаты. Такое в Хогвартсе совершить могу только я. Но эта зверушка узнала, что за неё взялся сам Златопуст Локонс, и больше она не то, что нападать… Даже высовывать своего носа из укрытия не будет.

У Поттера было двоякое впечатление от этих слов. С одной стороны беспокоиться больше не о чем, Локонс сказал, что всё хорошо, нападений больше не будет, но с другой стороны… А если всё не так? Ведь профессор не предоставил ни единого доказательства. Конечно, Златопуст на протяжении своей жизни совершал множество подвигов, и сомневаться в его словах неправильно, ему ведь вполне по силам избавиться от не самой большой, но довольно агрессивной змеи… И всё-таки нежелание раскрывать детали было довольно подозрительным.

В спальне Гарри никого не было: Джастин в библиотеке с Гермионой, Эрни на сборе кружка по игре в плюй-камни, Захария фиг его знает где. Поттер лёг на кровать и закрыл глаза. Было бы неплохо, если ему удастся рано лечь спать и наконец-то выспаться, ведь завтра утром должна быть тренировка.

– Гарри Поттер!

Из-за громкого вскрика Поттер ужасно испугался, подпрыгнул с кровати и уже привычным движением волшебной палочки отправил оглушающее заклятие в сторону звука. Прямо перед ним вдруг возник маленький человечек, который поднял руки и тоненьким голоском проговорил:

– Стойте, не надо, сэр!

– Ты кто? – спросил Гарри, но как только он произнес свой вопрос, он понял, что уже знает ответ на него.

Перед ним стоял домовой эльф с кухни Хогвартса. Поттеру очень сильно захотелось свернуть шею нерадивому эльфу, в последнее время столько всего произошло… А его каждое живое существо пытается испугать.

– Я Добби, сэр, Добби-домовик, просто Добби.

– И что же тебе нужно, просто Добби? – Поттер старался, чтобы его голос звучал так, как должен звучать у обычного человека, а не как у маньяка-убийцы перед тем как совершить нападение.

– Добби не может с вами долго разговаривать. Вам нужно срочно покинуть Хогвартс! – заверещал домовик. – Плохие волшебники замыслили заговор, он уже воплощается в жизнь, Добби пытался вам сказать еще летом, но ему помешали.

– Ты – домовик Малфоев! – вдруг понял Гарри.

Всё встало на свои места. Летом Драко послал Добби, чтобы тот испортил ему жизнь, но по счастливой случайности Поттер нечаянно оглушил домовика, и сейчас Малфой решил повторить попытку.

– Добби предупреждает вас об опасности! Хозяева не знают о том, что Добби здесь! Добби придётся прищемить уши печной дверцей.

– Я тебе не верю. Летом ты пытался напакостить мне, пытаешься и сейчас. Пошел прочь, Добби!

– Если вы откажетесь покинуть Хогвартс, Добби придется применить силу, жизнь Гарри Поттера…

Услышав про «применить силу», Гарри окончательно потерял терпение и начал действовать. Он даже не стал слушать, какую ложь продолжает говорить домовой эльф, он быстро поднял палочку и воскликнул:

– Ступефай!

Добби не смог договорить фразу про жизнь Гарри Поттера – он, не ожидав внезапного нападения в середине его речи, без сознания повалился на кровать.

Что делать дальше, Поттер решил быстро. Он вышел из гостиной и отправился за деканом Пуффендуя в кабинет травологии. После того, как профессор увидит домовика Малфоев в его спальне, Драко не избежит наказания. Однако когда он вместе с профессором Стебль вернулся в спальню, Добби на кровати уже не было.

====== Глава 33. Проклятье стало нашей силой ======

– Капитаны обеих команд, пожмите друг другу руки, и мы начинаем.

Седрик Диггори и Роджер Дэвис подошли в центр поля и, как и просила мадам Трюк, пожали друг другу руки.

Между командами были теплые, дружеские отношения. Перед матчем охотник Когтеврана – Джереми Стреттон мило беседовал с Эпплби – охотником Пуффендуя, Седрик Диггори вроде бы дружил с Чжоу, которая перед игрой жизнерадостно помахала рукой Поттеру, а тот с радостью помахал в ответ. Гарри не общался с Чанг уже около месяца и неприятно себя чувствовал из-за этого.

Такая дружелюбная атмосфера была немного не свойственна квиддичному матчу – так сложилось, что на спортивных соревнованиях между факультетами постоянно возникали различные ссоры. На вчерашнем матче между сборными Гриффиндора и Слизерина было совершенно другое настроение. Причина была в том, что отец Малфоя приобрёл новые, вышедшие в последние несколько месяцев «Нимбусы 2001», за счёт которых змеиный факультет в хлам разгромил оппонентов. После матча Драко решил поиздеваться над слабой игрой сборной Гриффиндора и моментально получил в нос от Фреда… или Джорджа… Битой…

Произошла небольшая потасовка, в результате которой оба факультета лишились около ста баллов. Лидировавший в межфакультетском соревновании Пуффендуй еще больше упрочил свои позиции относительно Гриффиндора и Слизерина, но ему на пятки наступал Когтевран, отставание орлиного факультета было всего тридцать очков, так что в случае поражения «барсуков» в сегодняшнем матче они потеряют первое место.

– По свистку! – скомандовала мадам Трюк. – Три… Два… Один…

После свистка четырнадцать игроков практически одновременно взмыли в синее небо, и сразу же после этого на поле выпустили два бладжера и квоффл, которым сразу же завладела Боунс. Снитч, как и требовали правила, был выпущен за пять минут до начала матча. Поттер быстро устремился к ближайшему бладжеру, но дорогу ему преградил рослый загонщик Когтеврана – Дункан Инглби, он уже четыре года играл за сборную факультета и обладал куда большим опытом, чем играющий свой первый матч Гарри Поттер. Но в этот раз удача была на стороне Гарри, как говорят, «новичкам везёт». Дункан уже выбирал себе цель, как бладжер внезапно сменил направление полёта и ударил его в живот.

Летящий позади Поттер воспользовался моментом, совершил небольшой рывок и со всей мочи ударил битой по бладжеру, намереваясь послать его в Рэндольфа Барроу – другого охотника Когтеврана. Прицелиться Гарри как следует не успел, так что не было ничего удивительного в том, что большой черный мяч разминулся с охотником противника. Удивительно было другое: бладжер вместо того, чтобы продолжить своё путешествие, кардинально поменял траекторию своего полёта и отправился обратно к Поттеру. В этот раз Дункан опередил Гарри и отправил вернувшийся мяч в Седрика Диггори, который в это время планомерно осматривал поле в поисках снитча. Но бладжер продолжал нарушать все законы физики и волшебного мира, даже не долетев до Седрика, он снова развернулся и устремился обратно к Поттеру.

«Так не должно быть», – понял Гарри.

Он резко устремился ввысь, намереваясь уйти от удара, и у него получилось. Чёрный мяч не смог повторить манёвр Поттера и пролетел чуть дальше. Однако буквально через секунду он снова устремился к Гарри, и тому вновь пришлось маневрировать. Игра в «догонялки» продлилась минут пять. Когда Поттер уже начал выдыхаться от безостановочного преследования, Седрик Диггори заметил, что с его загонщиком происходит что-то не то и попросил тайм-аут.

– Что, блин, у вас происходит? На тренировке же все нормально было, а тут мы проигрываем вчистую, уже сорок – ноль. Боунс, ты можешь перестать сразу же после получения квоффла передавать его ближайшему охотнику, попытайся хотя бы изредка брать игру на себя и сделать бросок! Поттер, что за фигня у тебя с бладжером? Почему ты от него уворачиваешься вместо того, чтобы бить? Финч-Флетчли не справляется сразу с двумя загонщиками, и меня регулярно обстреливают!

– Он заколдован! Для него не существует других целей, кроме меня! Он носится за мной по всему полю, пытаясь сбросить меня с метлы!

Седрик мрачно уставился на Гарри.

– Вероятно, кто-то зачаровал его… Надо настаивать на отмене матча…

– Нам же техническое поражение засчитают, – воскликнул Флит. – А ведь мы всё еще можем выиграть – надо быстро поймать снитч, а потом уже всем будет плевать, насколько плохо мы играли. Я попробую дальше квоффл выбивать, чтобы они больше времени тратили.

– Легко сказать, поймать снитч. Мне не дают даже головы поднять, и это даже всего лишь с одним бладжером.

– Стойте, у меня идея, – сказал Джастин. – Гарри, я правильно понял, что за тобой по пятам следует бладжер?

– А можно без наводящих вопросов? – вмешался Прис.

Финч-Флетчли проигнорировал фразу охотника и уставился на Поттера, ожидая ответа.

– Да, ты всё понял правильно.

– Так это же идеально! Ты же загонщик, как ты можешь не понимать? Бладжер гонится только за тобой, это всё равно, что он всегда у тебя, это значит, что бьешь по нему тоже только ты.

– Но он же не долетает до цели, на полпути снова возвращается ко мне.

– Ну так подлетай ближе, в чём проблема? Ты же книжки умные читал, неужели так ничему и не научился?

– Ну, я попробую… – неуверенно ответил Гарри.

План Джастина имел право на существование, но Поттер не был уверен в своих силах.

– Я правильно понимаю, что мы продолжаем игру? Не будем настаивать на отмене?

– Я против, – Прис уселся на скамейку. – Условия явно не в нашу пользу, а это нечестно.

– А я за! – воскликнул Джастин. – Давайте голосовать!

Не считая Седрика, который воздержался, все присоединились к мнению Финч-Флетчли. Матч решено было доигрывать.

*

По свистку Гарри взлетел самым последним, ему нужно было заметить бладжер, который явно хотел его уничтожить. Когтевранцы тоже с пользой провели тайм-аут, Дункан Инглби даже не пытался лететь за Поттером, он присоединился к другому загонщику и вместе с ним насел на Джастина.

Поттер начал пытаться реализовывать план Финч-Флетчли. За счёт отвратительной маневренности черного мяча было довольно легко корректировать направление его полёта.

Приблизившись к Джереми Стреттону, Гарри, даже не целясь, как можно сильнее ударил по бладжеру, и тот попал бы в голову охотнику Когтеврана, если бы он не проявил чудеса реакции и не перевернулся на метле. Поттер принялся выбирать себе новую цель, даже не пытаясь догнать улетевший бладжер, ведь он заколдованный – обязательно вернется. Игра еще не потеряна…

Следующая тридцатиминутка игры была самой грязной в истории школьных чемпионатов по квиддичу. Поттер превосходно приспособился к странному поведению бладжера, он смог направлять биту так, как будто бы она была частью его тела. Первой жертвой стал Дункан Инглби, Гарри летел рядом с ним так, чтобы между ним и неадекватным мячом всегда был рослый Инглби. Большой черный мяч летел напрямик к Поттеру, не видя никаких препятствий. Пять раз загонщик Когтеврана битой отправлял бладжер обратно в небо, но на шестой не справился и пропустил удар. Следующее попадание стало для него критическим, и он вышел из игры. Следом за ним вышел из игры второй загонщик – Джейсон Сэмюэлс, он оказался менее мастеровитее своего сокомандника и выдержал всего четыре удара. После того, как сборная Когтеврана лишилась загонщиков, Джастин завладел вторым бладжером и принялся бомбардировать охотников орлиного факультета. За полчаса от семерых игроков на поле осталось лишь два игрока сборной Когтеврана. Это Чжоу Чанг – Гарри просто не хотел сбивать её с метлы и лишь периодически мешал ей в поисках снитча, направляя бладжер рядом с ней – и вратарь, Грант Пейдж. Он остался только потому, что вратарей нельзя было сбивать бладжерами. Когда Финч-Флетчли решил попытаться, мадам Трюк, которую ситуация на поле, похоже, не смущала, назначила пенальти в ворота Пуффендуя, которое Гранту же и пришлось исполнять. Игра превратилась во что-то странное, игроки барсучьего факультета занимались каждый своим странным делом: три охотника перебрасывали квоффл друг другу, наблюдая за тем, как Грант пытается защитить сразу три кольца одновременно, и лишь периодически бросали мяч в цель. Седрику стало глубоко плевать на снитч, он следил за игрой охотников, выдавая какие-то замечания, как будто все они находились на тренировке. Гарри с Джастином по очереди били битами по неадекватному бладжеру, пытаясь попасть им в свои кольца. Вратаря там не было, Герберт Флит приземлился и ушёл в неизвестном направлении сразу же после того, как последний охотник сборной Когтеврана выбыл из игры.

Но болельщикам Пуффендуя всё это явно нравилось, они кричали и поддерживали свою команду, как будто бы на поле происходит невероятно напряженная игра. А когтевранцы издавали громкое «У-У-У!» Они были чрезвычайно недовольны, половина болельщиков уже ушла со стадиона, некоторые из которых подходили спорить к мадам Трюк, однако та не считала, что сборная Пуффендуя каким-либо образом нарушает правила.

*

Однако всё хорошее когда-нибудь заканчивается, оставшаяся без присмотра на пару минут Чжоу Чанг смогла схватить снитч, и мадам Трюк сигнализировала победу сборной Пуффендуя со счетом 1030:200. Конечно, после игры пошёл разбор полётов, на бладжере были обнаружены посторонние заклинания, и большая часть когтевранцев потребовала не засчитывать результат игры, однако ситуация быстро разрешилась. Гарри объяснил, что к происшествию с бладжером может быть причастен Малфой или его домовик.

Драко свою вину отрицал, сказал, что эльф действовал без его согласия, да и вообще свалил все свои грехи на домовика. К глубокому разочарованию Поттера, лжи, а в том что это была именно ложь, он не сомневался, поверили, и Малфой избежал наказания, а вот Добби отправился в комитет по преступлениям, совершенным магическими существами, чей интеллект близок к человеческому. Ситуация разрешилась.

Вечером после матча в гостиной Пуффендуя какие-то старшекурсники закатили пирушку, которая продлилась до ночи. И Гарри Поттер был на ней главным гостем. Все пуффендуйцы почему-то решили, что только благодаря его действиям барсучий факультет добился самый разгромной победы в истории чемпионатов по квиддичу в Хогвартсе. По существу, это действительно было именно так, и Поттер это понимал, но его вклад в эту победу был не сильно большой, ему просто повезло оказаться в то время и в том месте. Даже Джастин был причастен к этой победе больше, чем он, ведь именно он подал идею. Однако студенты Пуффендуя думали иначе, Гарри Поттера провозгласили игроком матча, и все решили, что он какой-то суперигрок в квиддич.

Разумеется, что многим стали интересны подробности игры и некоторые моменты становления Поттера великим загонщиком. На Гарри посыпались вопросы:

– Ты понимаешь, что мы сегодня серьезно оторвались от Когтеврана в борьбе за кубок школы? А в квиддиче восемьсот очков преимущества; они не отыграют, даже если сильно захотят, это же круто, да?

– А это правда, что тебя в квиддич профессор Локонс научил играть?

– Дай мне убить его! На этот раз разорвать!

– А кто первый придумал использовать летающий за тобой бладжер? Это же был ты, да?

Гарри застыл как вкопанный. Среди града вопросов он внезапно услышал тот самый голос змеи! На кого-то снова планируется нападение!

– Как думаешь, нам по силам выиграть у Слизерина, говорят, они летают быстрее ветра. А их новые мётлы…

Поттер даже не обратил внимания на вопрос, он быстро побежал к выходу из гостиной, пытаясь понять, откуда звучал этот голос. Точно не из гостиной, скорее, ближе к кухне… Дамблдор же сказал как можно быстрее рассказать ему!

Гарри со всей мочи побежал к кабинету директора, на лестницах он перепрыгивал сразу через пять ступенек. Так он бежал только в детстве, когда за ним гналась банда Дадли и Пирса. Когда он уже запыхался, то увидел в нескольких метрах перед собой двух горгулий, охраняющих проход в кабинет директор.

– Можно… Можно мне пройти к Дамблдору? У меня срочное дело!

«А вдруг не сработает?» – со страхом подумал Гарри.

Но его опасения были напрасны: левая горгулья повернулась на сто восемьдесят градусов, и проход в директорский кабинет открылся. Поттер взбежал по лестнице и быстро открыл дверь в кабинет. Дамблдор мирно спал на огромной красной кровати у стены возле портретов прошлых директоров Хогвартса. Гарри на мгновение остолбенел и забыл о том, зачем он вообще в середине ночи сюда прибежал. В его голове метались две мысли, каждая из которых была неуместна в данных обстоятельствах:

«Интересно, откуда тут стоит эта королевская кровать, директор её наколдовал или притащил?»

«О, он умеет спать, круто!»

Однако Гарри быстро вернулся в реальность и сильно потряс Альбуса за плечо.

– Директор! Профессор Дамблдор! Снова этот голос! Только что прямо, вы просили сообщить!

Одно мгновение назад директор Хогвартса только открывал глаза, а сейчас он уже одетый выбегал из кабинета. Гарри на мгновение опешил от такой скорости, так быстро двигаться чисто теоретически невозможно, тут точно не обошлось без магии…

– Где? Где ты его слышал? Быстро, Гарри!

– В гостиной Пуффендуя, – ответил Поттер. – Но звук исходил не оттуда, кажется, змея где-то рядом с кухней!

– Я пойду первым, ты беги на кухню, если змея еще не напала, мне нужно будет, чтобы ты установил местоположение голоса, – сказал Дамблдор и… Исчез?

Гарри послушался директора и побежал обратно в сторону гостиной Пуффендуя. В этот раз он бежал куда медленнее и пару раз даже останавливался отдохнуть – его организм попросту не справлялся с такой нагрузкой, к тому же сказывалась усталость от прошлого забега.

Не добежав до кухни, Гарри заметил Дамблдора, он махал волшебной палочкой в нескольких метрах от лежащего на полу тела.

– Ушла, – произнёс он, заметив Поттера. – Я не успел предотвратить нападение, но не дал змее съесть жертву, тут снова оцепенение. Ты же больше не слышишь голос?

Гарри покачал головой и уставился на лежащего человека. В его руках находилась камера, кажется, он фотографировал что-то прямо перед нападением. Причём камера была современная, выпущена не позже, чем полгода назад, такую же он дарил… Стоп…

– Это же Колин! Колин Криви!

– Да, я заметил, он фотографировал перед тем, как на него напали. Интересно, мог ли он запечатлеть нападавшего?

Гарри попытался взять камеру, но едва её коснувшись, тут же одёрнул руку, она была невероятно горячей.

– Обжегся? – спросил Дамблдор. – Давай я посмотрю.

Альбус взмахнул палочкой, и его правая рука покрылась какой-то синей коркой, этой рукой он с легкостью достал камеру.

– Она ужасно горячая. Я даже через ледяной барьер это чувствую. Как она вообще не расплавилась?

– Я знаю, там защита стоит, – у Поттера был уже готов ответ. – Это я её покупал, подарок сделал, камера антивандальная, она может выдерживать огромную температуру, недолго, правда…

Дамблдор снова взмахнул палочкой, и такой же, как на его руке, ледяной коркой покрылась камера.

– Низкую температуру тоже может выдерживать?

– Да. Слушайте, профессор Дамблдор, возможно, это не время и не место для данного вопроса, но почему нельзя попросить помощи у Локонса? Он говорит, что знает, где находится Тайная комната; если его уговорить поделиться этой информацией, то мы сможем поймать змею именно там.

– Профессора Локонса, Гарри, и он не знает, где находится Тайная комната, лишь говорит, что знает. Его назначение это, наверное, самая большая ошибка… А впрочем, я не должен с тобой о таком говорить… Камеру я охладил, сейчас посмотрим, что там мистер Криви успел наснимать.

Взмахом палочки Дамблдор убрал ледяную корку и включил камеру. Около минуты он нажимал на стрелочки и разбирался с работой, что и как работает, затем резко побледнел и протянул камеру Гарри. Поттер взял камеру и уставился на последний сделанный снимок. На ней была изображена невероятно огромная голова змеи, которая смотрела прямо на фотографа.

====== Глава 34. Змеи. Много змей. Очень много змей ======

Нападение на Колина Криви оказало огромное влияние не только на остальных студентов, но еще и на попечительский совет. Пошли разговоры о заключении под стражу Хагрида – он то-тут вообще при чём? – и отставке Дамблдора. На следующий день после того, как все узнали, что Колин Криви так же, как и Миссис Норрис, оцепенел, в школу пришла комиссия, которая проверила каждый угол школы и отобрала у великана его рыбок. Гарри же вступал в жаркий спор с каждым студентом, кто заявлял, что директор Хогвартса делает недостаточно для того, чтобы поймать чудовище Тайной комнаты. Почти все эти студенты были старшекурсниками Слизерина, но Гарри это не останавливало, и пару раз спор заканчивался жаркой дуэлью, из которой Поттер почти во всех случаях выходил проигравшим. Всё-таки старшекурсники знали куда больше заклятий, чем даже самые одарённые среди второкурсников.

После того, как Альбус Дамблдор объявил, что у них по школе спокойно себе ползает огромный василиск, студенты принялись считать дни до начала зимних каникул. И многие из тех, кто планировали уехать через две недели, возвращаться не собирались. В Хогвартсе были введены новые меры безопасности: директор Дамблдор и заместитель МакГонагалл натрансфигурирововали множество петухов, которых они равномерно расселили по всей территории школы. Студенты подняли на смех такие меры безопасности. Поттер сперва тоже не понимал, в чём здесь дело, и лишь после объяснений Дамблдора, что крик петуха смертелен для василиска, он понял смысл этих действий.

Тем временем, Гарри достиг успеха в изучении заклятия «Серпенсортиа». Не сразу, конечно. Узнав из книг, что успех в этом заклятии напрямую зависит от успеха в трансфигурации, Гарри попытался обратиться за помощью к профессору этой дисциплины – Минерве МакГонагалл. Он немного боялся обращаться к строгому декану Гриффиндора, тем более, если учитывать их предыдущие, не самые дружеские, отношения. Но, вспомнив рекомендации Седрика и сам факт того, что он сдал итоговый экзамен по трансфигурации на «П», Поттер всё-таки решился. Однако заместительница директора Хогвартса уверенно отказала:

– Мы и так всей школой змею ищем, новые нам не нужны, лучше бы вы, мистер Поттер, такое рвение на моих уроках проявляли.

Услышав это, Гарри очень сильно обиделся. Он почувствовал себя оскорблённым и недооценённым, ведь если бы не он, никто так и не узнал бы, что чудовище Тайной комнаты – василиск. После этого Поттер обратился к Седрику, он превосходно помог с трансфигурацией на первом курсе, может поможет и сейчас? Но и тут Гарри потерпел неудачу, Диггори тоже отказался помогать, объяснив такой ответ нехваткой времени, он усиленно готовился к сдаче СОВ и отвлекался только лишь на тренировки по квиддичу.