Текст книги "Руками не трогать (СИ)"

Автор книги: Каспарин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 34 (всего у книги 107 страниц)

– Чёрт! – Финч-Флетчли плюнул на пол и растёр ботинком. – Без тебя я переходить никуда не собираюсь. Что же нам тогда делать?

– Мириться, что же ещё?

*

2-17 ноября

Нельзя сказать, что никаких предпосылок не было. Определённо, они были, если присмотреться. Пуффендуйцы очень редко нарушали правила, в основном они занимали последние места в чемпионатах школы из-за своей слабой успеваемости. Однако после появление на Пуффендуе Поттера и Финч-Флетчли ситуация изменилась. И если раньше с этим мирились, всё-таки Гарри с Джастином играли в сборной и, несмотря на регулярные потери, зарабатывали баллы для факультета, однако палка была перегнута, затем свёрнута и закинута на дно океана, где её не достать.

За октябрь месяц Поттер с Финч-Флетчли потеряли пятьсот баллов на двоих. Пуффендуй побил свой прошлый рекорд по самому малому количеству очков, установленный как раз самим Поттером. Началось всё после завтрака, когда студенты Пуффендуя взглянули на факультетские часы. И продолжалось в течение двух недель.

Между студентами начались переругивания, кто-то был за то, чтобы изгнать Поттера и Финч-Флетчли из Пуффендуя, кто-то против. Сперва Гарри скептически относился ко всему этому, ну где это видано, чтобы какие-то студенты могли изгонять с факультета других, таких же, как они, студентов. Однако на стороне бунтующих была лазейка в виде принятого несколько лет назад правила школы – студентам при согласии Шляпы было разрешено переводиться на другой факультет. А также у них была профессор Стебль – декан Пуффендуя; официально это не афишировалось, но Джинни Уизли по секрету рассказала Поттеру о её участии. Гарри и раньше полагал, что та его не сильно любила, но такого, можно сказать, предательства он не ожидал. Таким образом, их с Джастином могли при желании убрать с факультета.

Припоминали на общем собрании по «делу Поттера и Финч-Флетчли» всё. Эрни, как сосед двух смутьянов, подвергся допросу, и тот, желая отделаться от недоброжелателей, рассказал, что Гарри не всегда приходит спать вовремя и регулярно бродит ночью по Хогвартсу. Для пуффендуйцев это было серьёзным нарушением. Джастин же себя закопал тем, что просто оглушил некоторых ярых сторонников «перемен», а после заявил, что нападёт на каждого, кто посмеет оскорбить его или Гарри.

Затем староста Пуффендуя – Альберта Ахюлш – провела голосование между всеми членами факультета на тему, стоит ли им изгнать двух нерадивых студентов. Узнав об этом, Гарри, по совету Реддла, смухлевал в голосовании и проголосовал от имени несуществующих студентов за то, чтобы он остался. При подсчёте голосов обман раскрылся, и Поттер вновь оказался в плохом свете.

И всё же после повторного голосования большинство было за то, чтобы оставить их. В основном такой результат был из-за того, что Седрик Диггори, который пользовался авторитетом среди всех пуффендуйцев, всячески защищал Гарри, а также во влиянии Тонкс, которая состояла в хороших отношениях со многими старшекурсниками. Но о Тонкс попозже…

Несмотря на голосование, к Гарри и Джастину подошли несколько пуффендуйцев и попросили добровольно перейти на другой факультет. И после некоторых раздумий и совещаний уже с Реддлом Поттер был готов перейти на Гриффиндор, хоть он и не был уверен в правильности такого поступка. Туда их звали близнецы Уизли, которых на этом факультете все любили, даже несмотря на потерянные триста баллов. К слову, Гарри наконец-то научился различать их. Это было несложно, несмотря на практически стопроцентное сходство, у них была немножко разная форма лица. У Джорджа лицо было чуть более вытянуто, чем у Фреда, и если запомнить, какое лицо должно быть у хотя бы одного из близнецов, то их можно было отличить. Свой секрет по отличию одного Уизли от другого Гарри отказался выдавать: если он расскажет, наверняка те смогут сделать что-то с этим, и они опять будут неотличимы.

Семнадцатого ноября, за неделю до начала первого испытания Турнира Трёх Волшебников, Гарри решился на то, чтобы побеседовать со Шляпой в надежде, что она скажет, что ему подходит лишь Пуффендуй, однако Финч-Флетчли был настроен более серьёзно. Он ещё давно разругался с большей частью факультета и был бы только рад покинуть недружелюбную атмосферу.

– А мы никак не можем никого забрать с собой? Колина там или Джинни? – предложил Гарри.

– Увы, нет. Хотя Фред и Джордж были бы только рады их пополнению.

– Почему?

– Без понятия. Дамблдор так сказал, наверное, не хочет, чтобы факультеты превращались во враждующие между собой банды.

Первым Шляпу надел Финч-Флетчли. Поговорив с ней пять минут, он снял её и заявил, что она его распределит на Гриффиндор, если ему будет нужно. Гарри же не был так уверен в решении Шляпы, поэтому он зашёл в соседний свободный кабинет, попросив Финч-Флетчли не заходить, и только тогда решился надеть её и узнать, что она думает о его личности.

*

4 ноября.

– Кубок был заколдован не тобой.

Оглушающее, полетевшее в Грозного Глаза, было заблокировано ещё даже до того, как Поттер успел его в него отправить. Ничего себе! Гарри даже не думал, что такое возможно.

– И как долго ты здесь сидел? – спросил Гарри, усаживаясь на диван возле выхода из гостиной Пуффендуя.

– Достаточно, чтобы отметить, что ты небрежно относишься к безопасности, – заметил Грозный Глаз.

– Я не уверен, что это было заклятие, отводящее взор, а ты мне летом не успел показать, как его обнаружить. Так что я сделал всё, что смог.

– Пожиратели Смерти не будут спрашивать тебя о том, какие заклятие ты умеешь обходить, а какие нет. Но ладно, следующим летом я тебя научу практически всему, что ты сможешь научиться применять. Где ты был так поздно?

– В комнатке одной, готовился к первому испытанию. Раз уж неизвестно, что там будет, то стоит готовиться как можно лучше. И да, я в курсе насчёт того, что незнание не освобождает от ответственности. Я буду стараться лучше. Ладно, что там с Кубком? Не мы его заколдовали? То есть нам просто повезло?

– Именно. Кто-то взрослый приходил раньше вас и использовал Конфундус на Кубке Огня с тем же условием – тот должен был забыть количество школ, участвующих в Турнире. Затем он бросил твоё имя и ушёл. А потом уже пришли вы. Так что участие троих дополнительных людей не входило в его планы. Защитные чары запретной линии Дамблдора остались нетронуты, так что виновник того, что твоё имя выпало из Кубка второй раз – совершеннолетний. А сама защита настолько хороша, что никто не смог бы её пройти, её особенность в том, что она просто блокирует всё то, что не подходит под описание совершеннолетнего волшебника, даже анимагия и аппарация бы не помогла. У меня, конечно, получилось пройти через неё, но до моего уровня тут ещё никто не дорос. Я проверил всех совершеннолетних…

– Всех? – удивился Поттер. – За три дня?

– Не перебивай. Это достаточно просто, когда знаешь, как именно проверять. В общем, ни у кого за последний год не было никаких связей с Тёмным Лордом и Пожирателями Смерти.

– Тёмный Лорд? Он же пропал на кучу лет, логично, что за последний год с ним никто не общался. И он-то тут причём?

– Я же говорил не перебивать. То, что здесь замешан Волдеморт – очевидно, или ты думаешь, что это пасхальный кролик решил тебя так испытать? Сам Дамблдор подозревает всех, включая меня. Так и надо, так что ты пока ему не говори, что это я предложил тебе идею с Конфундусом. Ненужные конфликты нам ни к чему, тем более я немного переборщил с Каркаровым. Первое испытание секретно, даже я не знаю, что будет в начале, но первое испытание всегда самое сложное, второе всегда самая экстравагантное и необычное, третье самое глобальное. Подготовься как можно тщательнее, почти наверняка на тебя будет совершено покушение на одном из испытаний. Завтра приедет Тонкс.

– Тонкс? Зачем? У неё же работа? – не удержался от вопроса Поттер. Не перебивать иногда бывает очень сложно.

– Ты – её работа. Неофициально, конечно же. Её способности позволяют не только менять внешность, но и превращаться в неодушевлённое существо. Она будет рядом с тобой на испытаниях. Вмешиваться будет только в крайнем случае. Официальная причина – пришла разыскивать василиска и поболеть за тебя. И теперь самое важное. Планы Волдеморта можно нарушить, только вычислив его человека в Хогвартсе. А он точно есть, раз ты бросал своё имя только один раз. Он может быть под оборотным зельем, он может быть анимагом, это объяснило бы тот факт, что я не смог найти контактов присутствующих в Хогвартсе людей. Самый очевидный для меня подозреваемый – Снейп. Только такой хитрый и изворотливый человек мог бы провернуть такую махинацию и обмануть Дамблдора, как и в недавней магической войне. Снейп был Пожирателем Смерти и недавно общался со старым дружком – Малфоем. Однако подробностей разговора я не узнал. И всё же это слишком очевидно, редко, когда бывает так просто, а причин подозревать Снейпа, кроме как, потому что он мудак – нет. Есть ещё Каркаров, тоже мудак и тоже бывший Пожиратель, но этот точно не при чём, скорее Волдеморт возьмёт меня в Пожиратели, чем эту скользкую тварь. Хотя его не было на корабле той ночью, но это не важно.

– Куда ни глянь, везде сторонники Волдеморта. Почти целая школа Пожирателей Смерти, – ухмыльнулся Поттер, даже не надеясь на позитивную реакцию Грюма. Уж чего Грозный Глаз точно был лишён, так это чувства юмора.

– Я тебе и говорю, ты должен быть бдителен. Постоянно. Потенциальных предателей – тьма, и это только те, кого я обнаружил. Есть ещё Крауч, у меня сложилось впечатление, что он под Империусом, причём под кривым Империусом, однако его не было в школе с момента разжигания Кубка Огня. Уехал и вернулся только перед объявлением результатов. Странное поведение, не похоже на Крауча, но подозрения это с него всё же снимает. Бэгмен тоже та ещё птица. Во время прошлой магической войны передавал информацию Руквуду, который оказался Пожирателем Смерти. Его, кстати, сдал Каркаров, вот оно всё как перекликается. Бэгмен – подозрительный, из Хогвартса не выходил, чем занимался – непонятно. Я его прошерстил, он задолжал крупные суммы многим лицам, из-за этого мог вернуться на старую дорожку. То, что никто не видел его рядом с Кубком, – ничего значит, вас, например, тоже никто не видел. Остальные не выделяются. – Грюм закончил свою речь. – Теперь ты, скажи, видел кого-нибудь подозрительного?

– Ну, если так подумать… То есть одна странность. В случае использовании оборотного зелья Пожиратель Смерти, находясь в обличье другого человека, мог немножко изменить его характер. И я тут подумал… МакГонагалл меня всегда не очень любила, а в этом году относится довольно хорошо. Я объяснил себе это тем, что я хорошо экзамены сдал в прошлом году, однако оборотное зелье это тоже объясняет.

– Я понял, буду за ней следить. Ещё кто-то?

– Да вроде нет, остальные ведут себя нормально. Профессора преподают так же, Синистра обещала закончить с физикой и перейти уже непосредственно к звёздам, Люпин собирается показывать невербальные заклятия, Бинс пошёл рассказывать нам программу уже по третьему кругу. Но ведь для оборотного зелья нужны волосы живого человека, правильно? Значит, тот, кто бросил моё имя, мог спокойно узнать о привычках и поведении того человека, которого он изображает, так что это ничего не значит. Кто угодно может быть сторонником Тёмного Лорда.

– Понятно, тогда я буду следить за всеми. И ты тоже, по возможности избегай всех совершеннолетних, не только преподавателей, но и учеников, и Дамблдора тоже, даже меня!

Комментарий к Глава 60. Как не быть изгнанным со своего факультета? Г.Д.Поттер Экспериментирую с нехронологическим повествованием. Что-то какая-то ересь получается, эта глава вообще не понравилась, прямо пазл – собери по кусочкам фанфик.

Кстати, в моей версии вселенной ГП, проклятия наложенного на должность профессора ЗОТИ – не существует.

====== Глава 61. Интервью ======

Ситуацию с Чжоу нужно было как-то решать. С момента объявления Поттера чемпионом Хогвартса прошла неделя, а Гарри так и не решился поговорить с ней об этом. Чанг же навстречу не шла и явно ждала первого шага от него самого. Набравшись решимости, Гарри решил подойти к ней после урока зельеварения, где он старался игнорировать насмешки слизеринцев и Снейпа.

– Привет, Чжоу, – поздоровался Поттер.

– Привет, Гарри, – довольно дружелюбно поздоровалась в ответ та.

– Так ты на меня не злишься?

– Может, немного, – пожала плечами Чжоу. – Почему ты меня избегал?

– Я думал, что ты на меня злишься, вот и избегал…

– Я злюсь как раз из-за того, что ты намеренно меня сторонился, – Чанг покачала головой. – Слушай, Гарри, я видела статью Скитер; не думаю, что там написана только правда, но ты немного драматизируешь события. Да, я не сильно одобряю то, что ты нарушил правила для того, чтобы поучаствовать в опасном соревновании, и не рассказал о своих намерениях мне, но это всё. Я не собираюсь обижаться, не разговаривать с тобой только из-за того, что ты совершил необдуманный поступок. Понимаешь?

– Да, я понимаю, просто немного сомневался, – выдохнул Поттер. Проблема решилась куда проще, чем он предполагал. – Тогда если я что-то собираюсь предпринять, то в первую очередь буду сообщать об этом тебе.

– Договорились! – улыбнулась Чжоу. – Ну, раз уж мы всё решили, хочу спросить. Не хочешь сходить завтра вместе в Хогсмид?

– Ну, я-то, конечно, хочу, но с этим есть одна проблема, – замялся Гарри. – Нам в течение года запретили посещать Хогсмид из-за Турнира.

Чжоу помрачнела.

– Ну, тогда можем провести время где-нибудь в Хогвартсе. Я знаю, что тебе нужно готовиться к Турниру, но, думаю, свободный день у тебя найдётся.

– Да, можно, – Гарри начал раздумывать над тем, что в Хогвартсе можно поделать такого интересного, и вспомнил одну деталь. – Хотя подожди, как раз завтра – последний день, когда я могу сходить в Хогсмид. Дамблдор разрешил нам посетить волшебную деревню в последний раз из-за какого-то дела Фреда и Джорджа. Так что наказание начнёт своё действие только послезавтра.

– Отлично, а я уже успела расстроиться. Тогда встречаемся завтра возле поста Филча.

– Да, давай.

Они ещё минут десять поболтали о всяком, а потом разошлись.

*

– Не забудьте про домашнее задание! Самое главное – практиковаться, но и теорию тоже важно знать! – попытался докричаться Люпин до стремительно покидающих кабинет студентов.

Те не сильно обращали на слова профессора: полтора часа, потраченные на безуспешные попытки применить невербальные заклятия, не сильно располагали учеников полюбить предмет. Наконец, почти все четверокурсники Пуффендуя и Когтеврана покинули кабинет, в нём остались только Поттер с профессором.

– Что-то случилось, Гарри? – профессор Люпин был одним из немногих преподавателей, кто называл его по имени.

– Да, случилось, я хотел бы попросить у вас о помощи, – сказал Поттер.

– Насчёт невербальных заклятий, я так полагаю? Не стоит беспокоиться, эта тема пятого курса, и это нормально, что у вас не получается, мы просто сильно опережаем школьную программу, и я решил приступить к более сложной. Хотя от тебя, Гарри, я ожидал успеха, сданные экзамены на «Превосходно» всё-таки заставляют ожидать чего-то особенного, впрочем, пару недель назад ты нам показал, что ждали мы не напрасно.

– Вообще-то, я насчёт Турнира. Мне нужна помощь с первым заданием.

– А что думает на эту тему мистер Грюм? Он разве не для того сюда приехал, чтобы помогать?

– Ну… Не совсем, – упоминать, что Грозный Глаз приехал для того, чтобы шпионить за всем Хогвартсом, всё же не стоило. – Он тоже мне помогает, но я решил ещё и дополнительно позаниматься. Я же самый молодой участник Турнира, мне не помешает любая помощь.

– Хорошо, я могу тебе что-нибудь подсказать. Но я ничего не знаю про первое испытание, а если бы и знал, то не сказал, любимчиков у меня нет, а ты и так получил кучу бонусов по сравнению с остальными чемпионами… Запустить Конфундус в Кубок Огня… Не знаю никого, кроме Грюма, кто мог бы до такого додуматься.

Люпин был невероятно близок к истине. Гарри незаметно напрягся, ему не хотелось бы, чтобы хоть кто-то догадался про участие в этом Грозного Глаза; если они с Джастином точно будут молчать, Тонкс заслужила доверия, но как поведёт себя Ремус Люпин, который является профессором ЗОТИ – большой вопрос.

– Если бы ты не признался, я бы решил, что это его рук дело… – продолжал рассуждать тот. – Ладно, Гарри, что ты хочешь от меня узнать? Какие-нибудь заклятия?

– Я сам конкретно не уверен, – обрадовался Гарри смене темы. – Что-нибудь о Турнире, а лучше – о первом испытании, я знаю только примерное описание некоторых примеров, и всё.

– Факты о Турнире? Знаешь, какое самое большое количество людей участвовало в Турнире Трёх Волшебников?

– Хм-м… Пять? – предположил Гарри.

– Нет, три. За всю историю существования Турнира Трёх Волшебников ещё никому не удавалось нарушить правила и зарегистрировать себя дополнительным чемпионом.

Поттер не знал, как на это реагировать. Кажется, Люпин был немного зол на него из-за того, что он нарушил правила.

– Первое испытание почти всегда самое сложное, – продолжил профессор. – Однако оно практически никогда не содержит в себе ограничений, теперь просто дают цель, а ты сам можешь использовать любые методы, которые захочешь. В отличие от второго испытания, где чаще всего пройти испытание можно одним-двумя способами. Для того, чтобы пройти первое испытание, надо воспользоваться своими самыми сильными сторонами. Твои стороны – это умения превосходно летать и очень быстро и легко терять очки.

Да, Люпин определённо злился. Ну, да, он, как профессор защиты от тёмных искусств, был одним из ответственных за то, чтобы правила не нарушались, а если бы он патрулировал комнату с Кубком той ночью, то смог бы застать нарушителей. Возможно, ему из-за действия Поттера даже немного влетело.

– Потеря очков тебе никак не поможет, а вот полёт вполне. Можно приманить метлу, можно попытаться её трансфигурировать и наложить соответствующие чары. Способов много. Однако метла тебе не поможет справиться с какой-нибудь преградой. Тут поможет «Бомбарда максима». Если преграда будет магическая, то её можно пробить чем-нибудь сильным. «Призрачный меч» подойдет. Если преграда будет живая и ещё будет отбиваться, то тут лучше не придумывать разоружающее и использовать сонное заклятие. Это мои советы.

– Спасибо, профессор Люпин, извините за неприятности, которые я вызвал.

– Ты меня извини, я иногда забываю, что ты всего лишь подросток, который постоянно общается с Нимфадорой, – Ремус махнул рукой.

Поттер вышел из кабинета и достал волшебный дневник вместе с ручкой.

Что думаешь, Реддл?

Своим участием в Турнире ты нажил себе кучу врагов даже среди друзей. Неразумно. А советы стоящие, может, он и не сильно в восторге от твоего участия, но всё же хочет, чтобы ты победил.

Гарри посмотрел на исчезающие буквы и спустя секунду написал:

«Ты как всегда прав, Том».

*

На следующий день после объявления полного списка пятнадцати чемпионов Поттера и Джастина забрали с урока сдвоенного зельеварения с когтевранцами для того, чтобы сфотографироваться.

– А зачем нас фотографировать? В «Ежедневном пророке» же уже вышла статья с нашими фотографиями, разве нет? – спросил Гарри у Колина, который выступал посыльным мистера Бэгмена.

– Не знаю, – пожал плечами Криви. – Меня просто попросили вас привести.

– В любом случае, я не против, – заметил Финч-Флетчли. – Даже если бы мы шли на пытки, я бы только обрадовался возможности сбежать с зельеварения.

Гарри кашлянул и покачал головой, выразив своё несогласие.

Вскоре Криви привёл их в огромную аудиторию, из которой были убраны столы и стулья. В ней уже стояли пять человек, которые должны быть пятью чемпионами Шармбатона, Виктор Крам, высокий черноволосый парень, ругающийся с Бэгменом из-за того, что тот не разрешал на фотосъёмку приводить фамилиаров, фотограф и женщина в алой мантии, видимо, репортёр.

– А вот и чемпионы Хогвартса, Гарри, Джастин, входите.

– Стойте, мы ещё не договорили! – возмутился черноволосый парень.

– Ладно, приводите, но если кто-нибудь пострадает, считай, что ты не участвуешь.

– Отлично, – улыбнулся он и направился к двери.

Проходя мимо Поттера, он задал довольно неожиданный вопрос:

– На вас водку брать?

У Джастина на время пропал дар речи, и Поттер быстро воспользовался этим, отказавшись:

– Нет, спасибо.

Парень пожал плечами и, напевая «Калинка-малинка», вышел за дверь.

– А где Фред и Джордж? – Бэгмен не обратил внимание на странное поведение парня.

– Простите, их не было на занятии, мистер Бэгмен, – Колин опустил голову.

– Ничего, нет никаких проблем, мистер Криви, некоторые чемпионы Дурмстранга тоже ещё не пришли. Попросите Дамблдора, чтобы он нашёл этих джентльменов, он наверху с мистером Олливандером.

Колин Криви поднялся по ступенькам и вместе с директором вышел за дверь, а Бэгмен подошёл к Поттеру.

– Как настроение, Гарри? Боевое? – и, не дождавшись ответа, продолжил: – Это всего лишь проверка ваших волшебных палочек, а после церемонии вас будут фотографировать. Познакомься, Рита Скитер, – Бэгмен жестом указал на женщину в алой мантии. – Она делает небольшой материал о Турнире для «Пророка»

– Не такой уж и небольшой, Людо, – поправила Рита, впившись взглядом в Поттера. – Нельзя ли до начала церемонии взять у Гарри коротенькое интервью? – обратилась она к Бэгмену, не отрывая от Гарри глаз. – Самый юный чемпион, несомненно, прибавит статье живости.

– Вообще-то, Гарри старше меня, – вставил Джастин.

Его реплика была проигнорирована и Ритой Скитер, и Бэгменом. Возможно, они знали, что это не так, а может, оба были заинтересованы, чтобы именно Гарри, как виновник происшествия, дал интервью.

– Разумеется! Гарри, ты не возражаешь? – спросил Бэгмен.

– Да нет, наверное, – Поттер склонил голову.

– Вот и отлично, – красные когти железной хваткой вцепились Гарри в руку повыше локтя. Поттер моментально вырвался и бросил в Риту Скитер злобный взгляд. Та хмыкнула, но попытку не повторила и повела его в соседнюю каморку.

– Что ж, приступим, – она закрыла дверь и приступила к взятию интервью.

На протяжении пятнадцати минут Гарри терпеливо и правдиво отвечал на вопросы репортёрши.

Он решил участвовать в Турнире, чтобы проверить свои силы. Да, ему жаль, что он вызвал столько проблем, он считает себя виноватым. Да, он волнуется, даже не представляет, как будет справляться с первым испытанием. Если бы была возможность, он бы не бросал своё имя в Кубок Огня. Да, его волнует то, что раньше чемпионы погибали, но надеется, что на Турнире будет безопасно, ведь приняты все возможные меры. Он не помнит, как убили его родителей. Нет, его участие в Турнире с этим не связано. Если бы родители видели его, то, наверное, гордились.

Лишь на вопросе про «особенную девушку в его жизни» он занервничал и уже начал сочинять подходящую ложь, как его идею сразу же раскусила Рита Скитер.

– Если не хочешь говорить – не говори, врать не надо. Ты в своём праве, но я думаю, читателям хотелось бы узнать правду о твоей жизни.

– Ну, есть кое-кто, – всё же решил не врать Поттер. – Я не очень-то хочу об этом говорить, но ладно. Такая девушка есть.

– И как она отнеслась к тому, что ты решил участвовать в Турнире?

– Хм-м. Ну, она не очень одобрила моё решение.

– Вы поругались?

– Можно и так сказать.

– Ладно, перейдём к последнему вопросу: как ты оцениваешь свои шансы на победу в Турнире Трёх Волшебников. Ранее ты заметил, что ты не знаешь, как будешь справляться с первым испытанием, означает ли это, что ты считаешь себя аутсайдером? А кто из чемпионов, по твоему мнению, возьмёт кубок?

Гарри ответил, что испытывает неуверенность, но не считает себя хуже других и думает, что ему по силам финишировать в первой пятёрке, а фаворитом он считает Седрика Диггори. На этом интервью было окончено. Они вышли из каморки и как раз застали момент, когда Дамблдор привёл Фреда и Джорджа Уизли.

– Все чемпионы в сборе, можем начинать, – сказал Бэгмен. – Позвольте представить вам мистера Олливандера.

Во время проверки палочек у студентов Дурмстранга Гарри встал поближе к Фреду и Джорджу.

– Вы где были? – спросил он.

– Бегали от Филча, – ответил Фред.

– С нас сняли пятнадцать очков за прогул защиты от тёмных искусств, – это уже был Джордж.

– И двадцать за то, что мы покрасили Миссис Норрис, – закончил за него Фред.

– Вы неисправимы, – Поттер покачал головой и продолжил наблюдать за процедурой проверки палочек. Олливандер использовал некоторые интересные заклинания, и Гарри старательно запоминал их.

После процедуры проверки палочек начались снимки. И вот тут у фотографа возникла проблема. Пятнадцать человек с медведем – да, у того темноволосого студента Дурмстранга был ручной медведь, с которым тот собирался фотографироваться – никак не умещались в один кадр, и вскоре фотографом было принято решение разделить чемпионов по школам. В итоге было сделано множество снимков каждой школы по отдельности: у Дурмстранга был выдвинут на первый план Виктор Крам – медведю место не досталось, у Шармбатона – мадам Максим, а у Хогвартса – Гарри Поттер. Не обошлось без прецедентов, Дамблдор снял с Гриффиндора ещё пять баллов за то, что Джордж Уизли поставил ему «рожки».

====== Глава 62. В преддверии первого испытания ======

5 ноября – 21 ноября

Тонкс действительно прибыла в Хогвартс на следующий день, однако, как понял Гарри, Грюм немного переборщил, заявив, что она приехала только для того, чтобы быть его телохранителем. Хотя «немного» – не совсем подходящее слово.

– Чего? – недовольно воскликнула Тонкс, когда Гарри у входа упомянул слова Грозного Глаза. – Не собираюсь я тебя опекать! Я уж думала, что, наконец, отдохну, а меня нянькой к тебе приставить хотят? Нет уж! Нечего было бросать имя в Кубок Огня! Теперь сам разгребай последствия.

– Но Грюм же сказал, что… – опешил Гарри.

– Ну, и что? Я не в ответе за его слова, он выбил для меня годовой отпуск в Хогвартсе, я согласилась, только и всего. Посижу, посмотрю, как ты провалишь испытания, поболею за тебя, если ты так хочешь. Финч-Флетчли, кстати, тоже же участвует, да?

– А ты не в курсе?

– У меня не было времени ознакомиться с новостями, газеты я не читаю, а Грюм сказал, что ты участвуешь, только и всего. Покажешь мне, где у вас на факультете пустые комнаты?

– Пойдём за мной, – Гарри махнул рукой Нимфадоре. И пошёл в сторону гостиной.

Они пошли по коридорам Хогвартса, позади Тонкс летели её вещи. Каким образом они не задевали мимо проходящих учеников – загадка.

– У меня там на факультете конфликт из-за Кубка Огня небольшой возник, с меня баллов много сняли из-за участия, так что вполне возможно, что скоро наша комната станет свободной. Джастину тоже досталось, он теперь чемпион Хогвартса, теперь у нас не три участника, а пятнадцать.

– Я тебя помирю, у меня с Пуф… Подожди, что? Пятнадцать? – Тонкс от удивления даже остановилась. Красный чемодан врезался в спину Гарри. – Извини, – Тонкс извинилась за чемодан. – Как пятнадцать? Каким образом вас могло стать пятнадцать? Что ты натворил?

– Ну, я ещё Фреда и Джорджа позвал…

– Так они тоже участвуют?! Ты действительно посчитал хорошей идею пригласить самых отъявленных хулиганов представлять Хогвартс в самом ожидаемом и престижном Турнире за последние много лет?

Кажется, Тонкс злилась. Нехорошо.

– Ну… А почему нет? – придумал гениальный аргумент Поттер. Увидев, что Нимфадора открывает рот, он поспешил добавить: – Но всё устаканилось. Из-за четырёх дополнительных чемпионов Хогвартса каждая школа предоставила ещё по четыре чемпиона. Никто не в обиде, всех всё устраивает.

– Невероятно! И как тебя ещё не выгнали? Это же просто поразительно! Провернуть такое… Саботировать Турнир Трёх Волшебников, причём так тупо, нагло, да ещё и с близнецами… Список участников есть?

– Да, тут рядом висит, я покажу, – тихо сказал Поттер. Он надеялся, что Тонкс его поддержит.

Имена всех чемпионов каждой школы были объявлены Дамблдором за завтраком через три дня после выбора Кубка Огня, однако эта информация была продублирована в виде объявлений, расклеенных заклятием приклеивания по всему Хогвартсу.

Чемпионы Хогвартса:

Седрик Диггори

Фред Уизли

Джордж Уизли

Гарри Поттер

Джастин Финч-Флетчли

Чемпионы Дурмстранга:

Виктор Крам

Юхан Лундрен

Антон Бабушка

Георгий Гипотенуза

Йохан Отто

Чемпионы Шармбатона:

Флер Делакур

Жюльетта Лоран

Базель Франсуа

Эвет Ру

Адриан Ру

Тонкс минуты три осматривала список. Было непонятно, о чём она думала, возможно, ей требовалось время, чтобы как следует проникнуться информацией.

– Ну, что могу сказать, – задумчиво протянула она. – Официально заявляю, ты крут!

– Так ты всё же считаешь, что всё не так плохо? – просветлел Поттер.

– Нет, конечно. Всё плохо, причём ты вряд ли представляешь, насколько. Я бы на такое никогда бы не решилась. Из-за одного тебя одиннадцать дополнительных людей получили шанс поучаствовать в Турнире. Людям, которые занимались подготовкой трёх туров Турнира, придётся всё переделывать, менять правила и многое-многое другое. Хорошо, что я сюда приехала. Это будет очень интересный год.

*

С приходом Тонкс в Хогвартсе стало веселее. Через пару дней после её прибытия между ней и Грозным Глазом всё же состоялся разговор, так что Нимфадора частенько проводила время в компании Гарри, таким образом охраняя его. Грюма это удовлетворило. Поттер осознал, что он довольно много не знает о Тонкс, чем она интересуется, как проводит свободное время. Гарри провёл с ней магическую дуэль, думая, что выиграет, однако не продержался и десяти секунд.

– Как-то слабовато, – сказала Тонкс, когда подавала ему руку. – Нет, для четверокурсника очень даже неплохо, но вот для чемпиона Хогвартса очень и очень слабо.

Самомнение Гарри опустилось с отметки «По крайней мере, Снейпа я осилю» до уровня «Я ничего не умею». Однако вскоре с Тонкс сразились Джастин (шесть секунд), Фред (семь секунд) и Джордж (восемь секунд), Колин (одна секунда) и Седрик Диггори (десять секунд), и Гарри вновь почувствовал себя не таким уж слабым. Вскоре, правда, выяснилось, что Тонкс даже не показывала своей настоящей силы. Нимфадору решил испытать Грозный Глаз Грюм, и битва была уже совсем на другом уровне; несмотря на то, что она продлилась всего семь секунд, Гарри смог ощутить истинную мощь обоих: Грозный Глаз просто выстреливал неизвестными заклинаниями со скоростью автомата, а вот Нимфадора постоянно изменяла свою форму, пытаясь их избежать. Особенно Поттеру понравился тот момент, когда Грюм пустил какой-то фиолетовый шар, который за одно мгновение достиг Нимфадору, но та вместо того, чтобы увернуться, просто сделала в своём теле огромную дырку, а когда шар через неё пролетел, просто вернула часть тела на место, выглядело это очень круто. Правда, потом этот же шар её и добил со спины, но то, что вытворяла Тонкс – впечатляло. Грюм был другого мнения.