Текст книги "Следуя сердцу (СИ)"

Автор книги: Eli Von

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 31 страниц)

– Проклятый Ту Кашэ воспользовался твоим отсутствием и решил завоевать всю славу, – нарушил его размышления возмущенный Му Цзинь. – И мы ничего не собираемся предпринять?

– Если хочешь, можешь остаться и посмотреть, как его разобьют, – Сун равнодушно пожал плечами.

– Ты уверен, что его ждет поражение? Если верить нашим лазутчикам, на севере и западе у них не больше двадцати тысяч солдат. В Медвежьем войске больше пятидесяти. Ворота еще открыты… И барабаны до сих пор молчат.

– Ту Кашэ просто идиот, – тихо пробормотал Сун, потом уверенно пояснил: – Губернатору Гунсун Хэну не по чистой случайности столько лет удавалось удерживать город от захвата. С юга – горы, на востоке болота. Достаточно неприступно, чтобы не отвлекать людей на оборону этих направлений. И ты же видел толщину городских стен? Они носят следы недавних работ по укреплению. Как только ворота закроют, город станет неприступным. С имеющимися запасами продовольствия они могут годами выдерживать осаду. А то, что барабаны до сих пор молчат… наводит на мысль о расставленной ловушке.

Му Цзинь повеселел.

– Хочу посмотреть на его морду, когда он вернется в лагерь поджав хвост… Кстати, этот парень, Шисы, ты его серьезно звал к нам жить? Как давно ты его знаешь?.. Сун, да не молчи же! Я первый раз видел, чтобы ты так за кого-то переживал. Кто он такой?

– Друг, – коротко ответил Сун, снова замыкаясь в себе. Больше до самого лагеря Му Цзинь не добился от него ни слова.

========== 2.3 Отражение атаки ==========

Комментарий к 2.3 Отражение атаки

timeline: 11 серия

Они с Адо бежали изо всех сил, чтобы оповестить заставу о приближающейся армии Ашилэ. Нужно было срочно собирать войска для отражения атаки. Чангэ даже не удивилась при виде вышедшего им навстречу губернатора в воинском облачении, настолько она была поглощена мыслями о том, что должно быть сделано в первую очередь для успешного отражения нападения.

– Губернатор, войско Ашилэ на подходе! Скорее! Бейте в барабаны! – прокричала она. Гунсун Хэн, к ее удивлению, ответил совершенно спокойно:

– Не сейчас.

– Не сейчас? Хотите сказать, что не станете собирать армию сейчас?

– Еще не время, – так же спокойно ответил губернатор. – Пусть подойдут ближе.

– Губернатор, подумайте, – взволнованно начала Чангэ, постепенно снова срываясь на крик, – если войска Ашилэ ворвутся в город, Шочжоу уже не спасти. И тогда все государство будет в опасности!

– Враг уже близко, у меня нет времени объяснять, – нетерпеливо отозвался Гунсун Хэн. Потом приказал стражникам: – Отвести их в поместье и взять под стражу.

Безуспешно пытаясь вырваться из рук двух рослых воинов, чуть ли не волоком тащивших ее прочь, Чангэ гневно прокричала вслед развернувшемуся к обзорной площадке губернатору:

– Гунсун Хэн! О чем вы думаете, упрямо не желая развертывать войска? Или собираетесь сдать город Ашилэ?! Гунсун Хэн!

Последовавшие за этим часы взаперти в поместье губернатора показались Чангэ вечностью. Гнев бурлил в ней, не находя выхода, и все, что она могла, это снова и снова повторять беспомощную угрозу:

– Если он сдаст город, я этого так не оставлю!

Когда двери, наконец, распахнулись, впуская Гунсун Хэна и его личного стража Сюй Фэна, Чангэ была на грани взрыва. Она перебила губернатора, начавшего что-то говорить, возмущенными словами:

– Почему в барабаны ударили так поздно? Войско Ашилэ напало неожиданно, мы оказались неподготовленными к атаке. Не удивительно, если наши потери велики. Сколько человек мы потеряли? Десять тысяч?

Гунсун Хэн переглянулся с Сюй Фэном, потом снова посмотрел на Чангэ, не отвечая. Тревога скрутила судорогой ее внутренности.

– Двадцать тысяч?.. Еще больше?.. Если не владеете тактикой боя, почему не послушали меня? Почему были так упрямы? Или вы сделали это специально?

Гунсун Хэн, успевший присесть за стол, при этих словах резко выпрямился. Сюй Фэн попытался вмешаться в быстрый поток ее слов, но Чангэ не дала ему и слова вставить:

– Вы… неужели вас совсем не волнует судьба жителей Шочжоу?

– Архивариус Ли, – весомо произнес Гунсун Хэн, обрывая ее, – мы выиграли сражение. Мы победили.

Чангэ неверяще уставилась на него.

– В самом деле?! Как вам это удалось?

И тогда Сюй Фэн рассказал, что губернатор специально позволил коннице Ашилэ беспрепятственно подойти близко к городским стенам, где их встретил град стрел, выпущенных тремя тысячами затаившихся на городской стене лучников. Смешавшиеся всадники не успели развернуть коней, как ворота были открыты и против нападающих выдвинулись городские войска под прикрытием частокола из подвижных щитов с торчащими из них острыми копьями, успешно отражая атаку и внося беспорядок и панику во вражеские ряды.

– Построение полумесяца, – прошептала Чангэ, представляя себе картину боя и узнавая один из известных способов отражения конных атак.

– Архивариус Ли, ты знаешь военные тактики, – с некоторым удивлением произнес Гунсун Хэн.

– Немного изучал их в прошлом, – ответила Чангэ.

– Тогда, что бы ты сделал дальше на месте командующего? – спросил губернатор, испытующе глядя на нее.

– Дальше… – задумчиво проговорила Чангэ. – Использовал бы построение змея. Пока враг атакует тело змея, голова и хвост соединяются, чтобы зажать его в смертельном кольце.

Гунсун Хэн подумал, потом одобрительно кивнул, снова переглянувшись с Сюй Фэном. Тот продолжил рассказ о недавнем сражении.

После нескольких отраженных атак войско Ашилэ уже было значительно прорежено, но его предводитель, Ту Кашэ, отказывался признавать поражение и снова пошел в атаку. И тогда губернатор дал приказ бить в барабаны и подать дымовые сигналы. Когда в ответ на северо-востоке и северо-западе тоже забили барабаны, взвились дымовые сигналы и раздались боевые крики прятавшихся в засаде воинов, Ту Кашэ испугался, что будет окружен, и отступил с остатками своего войска.

– Губернатор, это просто невероятно! – с искренним восторгом выпалила Чангэ, когда рассказ был окончен. – Но почему вы не организовали неожиданную атаку с двух сторон, если у вас были люди в засаде? Зачем было устраивать такой переполох? – Гунсун Хэн, чуть улыбаясь, приподнял бровь. – Или… или… губернатор, может быть, вы блефовали?

– Ты и вправду талантливый юноша, – рассмеялся губернатор. – Обо всем догадался. Ты прав. В засаде было всего две тысячи солдат… – Он поглядел на восхищенно замеревшего Адо, в сверкающие восторгом глаза Чангэ и с необидной насмешкой спросил: – Все еще считаешь, что я из упрямства не желаю развертывать войска?

Впервые в жизни Чангэ почувствовала себя посрамленной и испытала жгучий стыд за свои слова и мысли. Даже то, что полученный в Ючжоу горький опыт заставлял быть настороже и подозревать в первую очередь худшее, не оправдывало ни ее скоропалительного вывода о недостатке боевого мастерства и честности человека, годами защищавшего город и северную границу, ни, тем более, оскорбительных слов, которые она позволила себе в запале слепого гнева, рожденного ее самонадеянной уверенностью в собственной правоте.

Чангэ опустила голову и, сложив перед собой руки в жесте уважения, поклонилась:

– Простите мое невежество. Немного изучив военные тактики, я самоуверенно решил, что знаю все, и вел себя неуважительно по отношению к вам. Мне очень стыдно.

Гунсун Хэн поднялся из-за стола и подошел к ней.

– Ладно, я не принял это близко к сердцу. Но я ценю твое беспокойство о жителях Шочжоу, ради которых ты рисковал жизнью, чтобы сообщить нам о вражеской атаке. Позволь от лица всех жителей выразить тебе благодарность.

И он тоже поклонился ей, сложив перед собой руки. Чангэ торопливо остановила его прикосновением руки.

– Губернатор! Я восхищен вашим великодушием. После этой битвы я наконец понял, почему вы непобедимы, и как смогли обеспечить неприступность городских стен и мирную спокойную жизнь Шочжоу. Я бы хотел… я бы хотел…

– Хочешь присоединиться к борьбе с врагами и помочь сохранять мир в Шочжоу? – закончил за нее Гунсун Хэн.

– Да. Именно этого я хочу.

– И я! Я тоже хочу помочь! – присоединился к ней Адо.

– Что ж, я ценю твои таланты в военном деле… Как и твое стремление помочь, Адо. Давайте вместе защищать Шочжоу, – весело и довольно заключил губернатор. Но спустя несколько мгновений он помрачнел и, повернувшись к своему стражу, сказал: – Сюй Фэн, завтра тебе придется нанести визит начальнику гарнизона.

Сюй Фэн молча кивнул, а Чангэ заметила:

– Губернатор, мы выиграли это сражение. Разве вас это не радует? О чем вы тревожитесь?

– Это была лишь небольшая битва, – вздохнул тот. – Ашилэ пришли с недобрыми намерениями, уверен, вскоре последуют новые нападения. Нам нужно подкрепление.

– Для чего неприступному Шочжоу нужно подкрепление? – удивленно спросила она.

– Настоящий наш противник из рода Ашилэ пока не появился… – загадочно ответил губернатор.

…

– Поздравляю Медвежье войско с возвращением! – с издевкой воскликнул Му Цзинь при виде хмурого Ту Кашэ, в сопровождении советника подходящего к своему шатру в походном лагере. Мощная туша предводителя Медвежьего войска медленно развернулась к ним, словно только заметив небольшую группу людей, сопровождающую тегина Соколиного войска.

– Ха, – выдохнул Ту Кашэ, зло сверкнув глазами на Суна, – вот, наконец, и вы пришли ко мне.

– Конечно, – легко согласился Му Цзинь, улыбаясь. – Ты хотел первым захватить победу, потому, никому не сказав, напал на город. Хотя ты потерпел поражение, но, по крайней мере, тебя не полностью разгромили.

Ту Кашэ побагровел от ярости. Схватив за отворот кафтана Му Цзиня, он потянул на себя и, впившись в моментально помрачневшего парня бешеным взглядом, едва сдерживаясь процедил:

– Я сегодня в очень плохом настроении. Тебе лучше заткнуть свой паршивый рот!

Сун с силой сжал руку Ту Кашэ и резко отшвырнул ее в сторону.

– Атака Медвежьего войска насторожила врага, – холодно заметил он. – Если мы потерпим поражение, это будет на твоей совести.

– Чего?! – презрительно бросил тот, делая несколько шагов в сторону и старательно изображая уверенность. – Что за обвинения? Это была просто тренировка для моих воинов! Я знаю, что делаю. Вас это не касается!

– Мне безразличны твои прихоти, – невозмутимо продолжил Сун. – О сегодняшней битве будет со всеми подробностями доложено Великому Хану.

Ту Кашэ потребовалось несколько мгновений, чтобы придумать подходящий ответ. Сун не стал его дожидаться.

– Можешь не стараться! – упрямо прокричал вслед удаляющемуся тегину Ту Кашэ. Против воли, в голосе его проскользнула неуверенность, почти страх. – Я сам ему доложу!

========== 2.4 Затишье ==========

Комментарий к 2.4 Затишье

timeline: 11-12 серии

В походном шатре предводителя Соколиного войска было тихо. Сун сосредоточенно рассматривал карту местности, закрепленную между двумя воткнутыми в землю древками. Расположение Шочжоу, естественно защищенного горами и многочисленными болотами, в самом деле было практически идеальным для обороны. Чувствуя себя в безопасности за укрепленными стенами, городская армия могла сосредоточиться на отражении атак, направленных непосредственно на город, не неся при этом значительных потерь. Таким образом губернатору Шочжоу Гунсун Хэну удавалось годами удерживать город от падения, тем самым перекрывая войскам хана дорогу на столицу Тан и перечеркивая его завоевательские планы.

Существовало лишь два пути, чтобы захватить практически неприступный город: выманить его защитников из городских стен и разгромить в открытом бою раньше, чем на подмогу подоспеет армия Тан, либо заставить их открыть ворота и сдаться. Сун не думал, что Гунсун Хэн будет настолько беспечен, чтобы пойти на первое. Что же касается второго, тегин уже продумал, как решить эту задачу. Оставалось завершить некоторые приготовления.

Ту Кашэ продолжал вести себя как разбуженный посреди зимы взбешенный медведь. Не прошло и двух дней после первого поражения Медвежьего войска, как он снова направил людей на Шочжоу, надеясь отыграться. Нечего и говорить, что его ожидало ничуть не более славное возвращение, чем в первый раз. Однако, он упрямо продолжал едва ли не каждый день буквально долбиться в закрытые ворота города. Сун игнорировал эти выходки тегина Медвежьего войска, только распорядился, чтобы за его действиями присматривали. Бестолковые атаки были заведомо обречены, но Сун не мог допустить, чтобы тот случайно смешал его собственные планы.

За стенами шатра относительное спокойствие ночи внезапно нарушили отдаленные крики и топот бегущих людей. Сун прислушался, не двигаясь с места. Если случилось что-то важное, Му Цзинь придет с докладом.

Спустя долгое время шум немного утих, а потом появился и Му Цзинь.

– Что там? – спросил тегин.

– Провизия Медвежьего войска в огне. Пытаются потушить. У нас пострадали только несколько палаток, без человеческих потерь, – сухо доложил Му Цзинь, потом вернулся к своей обычной манере речи. – Они нападали внезапно в разных местах и так же быстро скрывались. Это так раздражает! И никого не удалось поймать… Забавно, что опять досталось Медвежьему войску, они и без того несут потери… О чем ты задумался? – спросил он, заметив, что Сун перестал слушать.

– Гунсун Хэн много лет возглавляет оборону Шочжоу. Он никогда не нападает, только защищается. Странно… – начал Сун, но в этот момент полог шатра распахнулся, впуская Су Ишэ.

– Тегин, – приложив руку к груди, сказал он, – наш лазутчик только что вернулся. Начальник северного гарнизона несколько часов назад задержал губернатора Гунсун Хэна предположительно по подозрению в измене. Также, прошлой ночью советник Ту Кашэ на несколько часов покидал лагерь и тайком посетил поместье начальника гарнизона. Только что он снова направился в Шочжоу.

– Что? Гунсун Хэн задержан? Это же все равно что подарить нам Шочжоу! Теперь им не помогут укрепленные стены! – с восторгом воскликнул Му Цзинь.

– Му Цзинь. Ты знаешь, кто этот советник Ту Кашэ? – охладил Сун его восторг.

Тот кивнул.

– Его фамилия Сыма. Он был чиновником Тан, Ту Кашэ захватил его в плен во время похода с Великим Ханом и сохранил ему жизнь, а потом сделал своим советником. Хитрый и подлый интриган. Интересно, что он замыслил на этот раз.

– Должно быть, он как-то связан с арестом Гунсун Хэна, – убежденно заметил Сун. – Но, думаю, даже в отсутствие Гунсун Хэна получить город будет не так просто.

– Почему?

– Нападение на наш лагерь именно сейчас неслучайно. За ним стоит человек, верный губернатору. И у него явно есть какой-то план.

– Думаешь… в Шочжоу появился новый стратег? – предположил Му Цзинь.

– Новый стратег… – задумчиво повторил Сун. Опять Медвежье войско… внезапно нападали и так же внезапно скрывались… раздражает… Смутная догадка начала вырисовываться в его сознании. – Су Ишэ, мне нужно знать, кто занял место Гунсун Хэна после его ареста. И внимательно следите за советником Ту Кашэ.

– Да, тегин, – отозвался тот и покинул шатер.

«Я не могу допустить, чтобы Ючжоу попал в руки Ашилэ… Ненавижу того, кто разрушил мою семью. Но я все еще принадлежу Тан…» Пару месяцев назад принцесса готова была рискнуть своей жизнью, чтобы защитить Ючжоу от врага. Здесь, в Шочжоу, она оказалась в похожей ситуации. Сун не сомневался, что Шисы не останется в стороне. Могло показаться странным, но Сун был абсолютно уверен в том, что ночное нападение на лагерь организовано принцессой. Даже интересно, что еще она придумает. Сун усмехнулся, живо представив себе невысокую и стройную принцессу, с легкостью загонявшую в ловушку массивного тегина Медвежьего войска.

– Что тебя так развеселило? – заинтересованно спросил Му Цзинь, разбивая воображаемую картинку. – Какие-то догадки?

– Мгм. Полагаю, мне знаком человек, стоящий за поджогом провизии, – не стал скрывать Сун. – Ли Шисы.

– Ли Шисы?.. Тот парень? – удивленно воскликнул Му Цзинь. – Какое отношение он имеет?.. Постой, ты что, знаешь о нем что-то такое?.. А он? Он знает, кто ты?

Сун покачал головой.

– Наши встречи были короткими, и мы не задавали друг другу неудобных вопросов. Я просто увидел немного больше, чем должен был.

– Что же ты увидел? И кто он такой? – спросил Му Цзинь, сгорая от любопытства.

– Друг.

– Сууун! – наигранно возмущенно простонал Му Цзинь, наклоняясь, чтобы заглянуть ему в глаза. Но суровый взгляд тегина мгновенно положил конец дружеской беседе. К счастью, Му Цзинь понимал, когда следует остановиться. Он вздохнул, выпрямился и серьезно спросил:

– Что с нашими планами? Подождем развязки ситуации, или будем действовать, как уже решили?

– Я не слишком верю, что Шочжоу легко сдастся, но если это произойдет, Ту Кашэ будет слишком счастлив, что обошел меня, и не станет зверствовать. К тому же, Су Ишэ за ним присмотрит. Если же они решат нанести ответный удар, воспользовавшись переговорами о сдаче города как предлогом, это только облегчит нам задачу.

– Уверен, что тебе будет достаточно трех десятков воинов?

– Горы на юго-востоке отвесны, а восточные топи почти непроходимы. С той стороны еще никогда не нападали, поэтому Гунсун Хэн мало о ней заботится. Так что… небольшого отряда достаточно. Мы уйдем завтра в ночь. Как только вспыхнут продовольственные склады, делай свое дело и присоединяйся к нам у восточных ворот.

…

Позже, оставшись один и не в состоянии уснуть, Сун долго перебирал в голове свои воспоминания, связанные с Шисы. Гарцующий на коне юноша, надменно отчитывающий стражников; чжонго команды Тан, грациозно забивающий мяч в кольцо; бесстрашно напрашивающаяся в караван беглянка; раненая принцесса, сцепив зубы вырывающая из плеча обломок стрелы. Они были знакомы не так давно, но казалось будто целую вечность, так часто сталкивала их за это время жизнь. Сун видел боль и гнев в ее глазах, ее слезы и улыбку, ее отчаяние и решимость, признавал ее гордый и независимый характер, восхищался ее внутренней силой, честностью и прямолинейностью. Он называл ее другом, и хотел бы стать чем-то большим. Но понимал, что даже простая дружба, построенная пусть не на прямой лжи, а на умолчании, обречена рассыпаться прахом. Стоит только Шисы узнать, кем был ее друг Ачжунь на самом деле.

Последней мыслью, промелькнувшей в голове Суна перед тем, как ближе к рассвету его все же сморил сон, было: «Шисы, побереги себя».

========== 2.5 Поражение Медвежьего войска ==========

Комментарий к 2.5 Поражение Медвежьего войска

timeline: 12 серия

Душа Чангэ ликовала. Рискованный план, придуманный ею в первую очередь для того, чтобы освободить губернатора из-под стражи, сработал безошибочно, позволив не только вызволить Гунсун Хэна, но и уничтожить значительную часть нападавшего на город Медвежьего войска с очень незначительными потерями.

Накануне, получив приглашение от начальника северного гарнизона Сыма Ту, Гунсун Хэн сразу предположил, что может не вернуться. Отношения с военным чиновником, которому очень не нравились доверительные отношения губернатора, бывшего служащего династии Суй, с вверенными ему войсками, не заладились с самого начала. Подняв собственным приказом, без согласования с начальником гарнизона, городскую армию для отражения неожиданного нападения Ашилэ, губернатор дал тому повод для обвинения в готовящейся измене.

Первым порывом Чангэ, пораженной несправедливым арестом губернатора в момент нависшей над городом наивысшей опасности, было немедля броситься на выручку Гунсун Хэну. Однако, она понимала, что тем самым можно только ухудшить ситуацию. Позже пробравшемуся в поместье начальника гарнизона Сюй Фэну удалось подслушать разговор того с советником Медвежьего войска, оказавшимся двоюродным братом Сыма Ту, и стало ясно, что начальник гарнизона продался врагу и планирует откупиться от Ашилэ ценностями городской сокровищницы, нажившись при этом, а потом обвинить во всем губернатора Шочжоу. Подавив негодование, Чангэ сконцентрировалась на поиске решения проблемы и, кое-что придумав, пошла посоветоваться с управляющим Цинь. Ее план был рискованным, требовал подключения городских войск, и в случае провала грозил еще большими неприятностями губернатору, но выхода не было.

К удивлению Чангэ, господин Цинь ждал ее. Выслушав ее план, он протянул ей именную бирку губернатора, позволяющую поднять армию, и заранее написанное рукой Гунсун Хэна краткое распоряжение для генералов: «Выполняйте его приказы». Тем самым губернатор полностью доверял ей защиту города в свое отсутствие.

Приглашенные на совет генералы армии Шочжоу с воодушевлением восприняли задумки Чангэ, и уже поздним вечером начали их осуществление.

Скрытые ночные атаки на лагерь Медвежьей армии раздразнили противника, прежде не получавшего отпора на своей территории, особенно потому, что нападавшие оказались неуловимыми. Отряд, проводивший атаки, вернулся в Шочжоу без потерь. Разъяренный тегин Медвежьего войска, как и ожидала Чангэ, потребовал от начальника гарнизона избавиться от организатора атак и, обнадеженный заверениями того, что архивариус Ли мертв, наутро третьего дня появился с частью своего войска перед воротами города, чтобы получить город и обещанные ценности. Естественно, ни он, ни Сыма Ту, собиравшийся именем губернатора сдать Шочжоу врагу, не ожидали, что мнимое убийство окажется хорошо разыгранным Чангэ и Сюй Фэном представлением. Выстрелом из лука неожиданно появившаяся на стене Чангэ выбила из рук Ту Кашэ список ценностей, которые собирался передать ему Сыма Ту, и отдала приказ тысяче лучников расстреливать не ожидавших такого поворота воинов противника. Их попытка атаковать была мгновенно смята, хаотическое отступление превратилось в бегство, и тогда из засады появились ожидавшие там отряды городской армии, погнавшие врага к полноводной реке Удин, служившей естественной границей между Тан и Ашилэ, где сильно замешкавшиеся на переправе воины были практически полностью перебиты. Лишь небольшой группе во главе с Ту Кашэ удалось уйти.

Сыма Ту был убит Ту Кашэ, заподозрившим предательство с его стороны, когда Чангэ появилась на стене. Это послужило основанием для немедленного освобождения Гунсун Хэна из-под стражи, поскольку, согласно закону Тан, в случае смерти военного чиновника во время военных действий его место должен был занять гражданский чиновник высшего ранга.

– Замечательная идея – заманить врага в ловушку обещанием легкой победы и избавиться от Сыма Ту руками Медвежьего войска. Благодаря точным планам архивариуса Ли город избежал серьезной опасности, – завершил свой доклад губернатору генерал Гао позже, когда все собрались, чтобы отпраздновать победу и возвращение Гунсун Хэна. – Но могу я спросить, отчего вы были так уверены, что они не откажутся от нападения?

– Сыма Ту сам навлек на себя смерть, – ответила Чангэ. – Он думал откупиться от Ашилэ, не понимая, что Медвежье войско желает не просто ограбить город, а полностью завоевать его. Их жадность не знает границ. Шочжоу все равно подвергся бы нападению после передачи ценностей. Так что я просто воспользовался этой возможностью. – Она повернулась к Сюй Фэну и продолжила, уважительно складывая перед собой руки: – Без помощи Сюй Фэна в нашем небольшом представлении мы бы не смогли обмануть Сыма Ту.

– Ради спасения моего господина я не пожалел бы жизни, – спокойно ответил Сюй Фэн, возвращая жест уважения. – Мы все верно служим ему уже многие годы. Архивариус Ли заслужил мое восхищение за пренебрежение жизнью и смертью, поскольку он недавно с нами… Архивариус Ли. Если бы я ударил чуть сильнее, то рана могла бы стать смертельной. Как вы могли так довериться мне?

– Я доверился вашей верности губернатору, – просто ответила Чангэ.

– Хорошо сказано! – торжественно кивнул Гунсун Хэн и, сложив перед собой руки в жесте уважения, поклонился всем присутствующим. – Мне действительно посчастливилось работать с такими верными воинами, как вы.

– Командующий Ли, я тоже хочу поблагодарить вас, – улыбаясь, произнес управляющий Цинь.

– Господин Цинь, как вы меня назвали? – с недоверчивым удивлением переспросила Чангэ.

– Командующий Ли Шисы, – повторил тот.

Гунсун Хэн подтверждающе кивнул головой, и все одобрительно рассмеялись.

– Командующий Ли, это был прекрасно разработанный стратегический план, – произнес губернатор. – Благодаря ему Шочжоу снова в безопасности и не сдан врагу. Думаю, Медвежье войско понесло значительные потери и больше не представит угрозы. Но не знаю… – Гунсун Хэн задумался, нахмурив брови.

– Вы боитесь, что скоро объявится Соколиное войско? – встревоженно спросил управляющий Цинь.

– Соколиное войско? – Чангэ вопросительно посмотрела на губернатора, но ответил ей генерал Гао:

– Соколиное войско – самое сильное и быстрое среди войск Ашилэ. Они не так просты, как воины Ту Кашэ, а их предводитель – осторожный и умный стратег, в ловушку его заманить вряд ли удастся.

Чангэ подумала и высказала свои мысли вслух:

– Значит, враг еще достаточно силен… Удин после прошедших дождей разлилась и полноводна. Судя по всему, воины Ашилэ не слишком хорошо плавают, так что постараются воздержаться от этого пути. Горы и особенно восточные топи делают малодоступными для большого войска южное и восточное направление. Наиболее вероятно, что они придут с запада. Думаю, мы должны перебросить гарнизон за восточными воротами на западное направление.

Предложение показалось всем разумным. После недолгого обдумывания Гунсун Хэн обратился к генералам:

– Делайте, как сказал командующий Ли.

… Насколько ошибочным окажется это решение, стало понятно спустя чуть менее суток, когда внезапно полыхнули огнем городские склады провизии, расположенные в южной части города. Пожар, уничтоживший годовой запас зерна и других продуктов, был вызван горящими стрелами с клеймом Соколиного войска на наконечниках. По счастью, никто из жителей не пострадал, так как воинам городской стражи удалось спасти от огня близлежащие дома. Им еще только предстояло узнать, что войска Ашилэ на корню сожгли посевы и уничтожили в округе все крестьянские хозяйства, снабжающие город продовольствием. Теперь в случае длительной осады жителям Шочжоу грозила голодная смерть.

Возле болот, что растянулись вплоть до восточных ворот, были найдены обломки досок из легкой павловнии{?}[Павловния – лиственное дерево с легкой древесиной, растущее в Юго-Восточной Азии.], очевидно, позволившие быстрой коннице Ашилэ пересечь восточные топи и незамеченными пробраться к южной части города, чтобы поджечь склады. Незащищенные войсками гарнизона восточные ворота с минуты на минуту могли подвергнуться осаде.

– Губернатор, это случилось из-за моей небрежности, – виновато склонилась в поклоне Чангэ. – Я слишком понадеялся на природные преграды и перевел войска с востока на запад. Позвольте искупить вину…

– Достаточно, – прервал ее Гунсун Хэн. – Невозможно предусмотреть все действия противника. Это не совсем твоя вина. Я просто не ожидал, что войско Ашилэ окажется таким хитроумным.

Он повернулся к Сюй Фэну:

– Сюй Фэн, собери всех. Дадим отпор врагу у восточных ворот.

========== 2.6 У восточных ворот ==========

Комментарий к 2.6 У восточных ворот

timeline: 13 серия

На расстоянии полета стрелы от восточных ворот тегин Соколиного войска, в роскошном белом меховом плаще под серебристыми доспехами и со скрывающей лицо маской, внимательно наблюдал за разворачивающейся перед его глазами осадой городских стен пешими воинами Ашилэ. За его спиной замерли в ожидании тридцать всадников на боевых конях.

Пешие отряды были направлены к восточным воротам долгим обходным путем два дня назад, а сам Сун с небольшим отрядом всадников прошлой ночью благополучно пересек восточные топи и, прежде чем возглавить осаду, точно направленными через неохраняемую часть городской стены горящими стрелами поджег городскую житницу. На протяжении всего пути они не встретили ни одного воина городского гарнизона, что удивляло и несколько настораживало, но в то же время значительно упростило им задачу.

Подходя к восточным воротам, тегин не ожидал значительного сопротивления, пока на городской стене неожиданно не появился якобы арестованный губернатор Гунсун Хэн, а воинов Тан не оказалось гораздо больше, чем должно было быть по донесениям лазутчиков. По всей видимости, Ту Кашэ опять потерпел поражение. Ряды наступавших солдат Ашилэ по приказу губернатора были осыпаны градом стрел, а сумевшим взобраться по осадным лестницам воинам приходилось немедленно вступать в ожесточенную битву на мечах с защитниками города. Конечно, тегин не мог не заметить, что стрелы летят не слишком густо, противоосадных решеток недостаточно много, и тяжелые катапульты отсутствуют, из-за чего камни, очевидно, заготовленные на стене на случай осады, сбрасываются вручную только непосредственно вниз. Восточные ворота, как он и рассчитывал, оказались плохо подготовлены к нападению. Однако ему было ясно и то, что под командованием Гунсун Хэна сопротивление защитников Шочжоу будет отчаянным, и победа, хотя тегин был в ней уверен благодаря значительному численному превосходству своего войска, потребует немалых жертв с обеих сторон.

Наметанный взгляд зацепился за яростно сражающуюся фигуру в ратных доспехах Тан. Сун сузил глаза в неприятном осознании. Конечно, Шисы была рядом с губернатором. Су Ишэ успел доложить ему о новом архивариусе Гунсун Хэна, который явно предпочитал сражение бумажной работе. Движения Шисы были быстрыми и четкими, но Сун понимал, что это не продлится долго.

Он не отвел от нее взгляда, когда со стороны послышался приближающийся цокот копыт. Му Цзинь привел с собой тысячу всадников.

– Яло уничтожил принадлежащие городу поля и амбары согласно твоему плану. Гунсун Хэн скоро узнает об этом, – доложил он, подъезжая к Суну.

Сун протянул ему медную маску: – Надень.

– Зачем скрывать мою красоту? И сам я бы выбрал маску получше, – шутливо воспротивился Му Цзинь, но Сун сделал вид, что не слышит, продолжая наблюдать за Шисы. Она посмотрела в сторону только прибывших всадников, потом начала говорить что-то, оживленно жестикулируя, двум внимательно слушающим воинам. Гунсун Хэн больше не появлялся, что позволяло надеяться на возможное ранение губернатора. Стоило воспользоваться этим и попытаться сломить боевой дух защитников города.

– Это Ли Шисы?! – воскликнул все же надевший маску Му Цзинь, проследив взгляд друга. – Ты боишься, что он узнает нас?

– Заткнись, – резко бросил Сун, лихорадочно обдумывая, как поступить, чтобы не нарушить приказ Великого Хана, но и не допустить лишних смертей, а, самое главное, не позволить умереть Шисы. Однако, Му Цзинь не желал затыкаться.

– Значит, вы не настоящие друзья? Так даже лучше. Убить его – и все их сопротивление развалится!