Текст книги "Следуя сердцу (СИ)"

Автор книги: Eli Von

сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 31 страниц)

– Военный советник Ли! – признал Чангэ кто-то из них.

– Да, это я, – с облегчением отозвалась Чангэ, поняв, что стрелки были дозорными Соколиного войска. – Где Су Ишэ? Проводите меня к нему.

– Следуйте за мной, советник, – вызвался тот самый мужчина, что первым узнал ее. – Они с Му Цзинем ждут вас со вчерашнего дня.

– Му Цзинь с вами? Как это возможно? Разве он не был схвачен Лей Мэном в Динсяне? – удивилась Чангэ.

– Мгм, – утвердительно хмыкнул мужчина. – Мы встретили его на пути сюда. Он привез приказ тегина.

…

– План Суна – чистое самоубийство, – пожаловался Му Цзинь, когда они закончили с приветствиями и перешли к обсуждению дел. – Ичэнь будет держать Суна взаперти и не позволит лично возглавить Соколиное войско. И как только поймет, что мы не намерены подчиниться, попросту убьет его. А если предоставит оглашение приказа о начале похода шаду, то нам, возможно, не удастся и хана спасти.

– Ты не думаешь, что она захочет сама огласить приказ? – спросила Чангэ. Му Цзинь покачал головой.

– В степях женщина не может лично командовать войсками, – самоуверенно произнес он. Чангэ фыркнула. Он вопросительно взглянул на нее и, смутившись, начал оправдываться: – Ты – это другое дело…

– Ладно-ладно, все понятно, – отмахнулась Чангэ. – Я считаю, что Сун рассудил правильно. Сама она отдать приказ не может. Шаду не доверит. Вы этого еще не знаете, но Шээр очень помог нам в Чанъане сорвать планы катунь. Даже если он никогда не отважится открыто выступить против матери, Ичэнь теперь остережется доверять ему в важных делах. Так что ей придется прикрываться ханом, отдавая приказ. И вы сможете защитить его.

– Почему тегин хочет, чтобы мы присоединились к войскам Тан, тем более, если с нами будет Великий Хан в его нынешнем состоянии? – спросил до сих пор молчавший Су Ишэ.

– Не знаю точно, – подумав, ответила Чангэ. – Но Сун лично знаком с генералом Ли Цзином, тот помог нам в Лояне отбиться от бандитов, приведенных наложницей Цзиньсы, чтобы осложнить политическое положение Тан. Сун не стал бы рисковать жизнью отца. Думаю, он о чем-то договорился с генералом Ли.

– Хорошо, хана мы спасем, – немного спокойнее сказал Му Цзинь. – Но как же Сун? Чтобы ворваться в крепость, нам потребуется время. Ичэнь не станет ждать.

– Ваша задача – спасти Великого Хана, – решительно возразила Чангэ. – Соколиному войску нельзя задерживаться возле Динсяна. Вы должны как можно быстрее увезти его в Тан и договориться с генералом Ли о дальнейших действиях. Насколько я понимаю, Ичэнь уже зашла слишком далеко, чтобы остановиться. Кланы пустыни успешно сопротивляются войскам Ашилэ. Между Тан и пустыней заключен союз, войска Тан вот-вот подойдут к Динсяну. В этой ситуации многие степные кланы неизбежно начинают колебаться. Как только катунь лишится Великого Хана, у нее останется единственная возможность сохранить управление: устрашение.

Му Цзинь, подумав, согласно кивнул. Су Ишэ непонятливо переспросил:

– Что советник Ли имеет в виду?

– Катунь не станет сразу убивать Суна, – хладнокровно объяснила Чангэ. – Сначала объявит о предательстве Соколиного войска, похитившего и убившего Великого Хана. Потом прикажет показательно казнить тегина в назидание другим… Но мы не позволим ей сделать это. Му Цзинь поделится своими наблюдениями, Мими передаст мне подробный план крепости, и мы с нашими друзьями из Тан, – Чангэ улыбнулась Сыту Ланлану, слушавшему ее с заметным восхищением, – спасем Суна, освободим Мими и ее брата. А потом войска Тан помогут нам окончательно разбить Ичэнь.

В душе Чангэ не было места сомнениям.

========== 7.6 Спасение хана ==========

Комментарий к 7.6 Спасение хана

timeline: 47 серия

В душе Чангэ не было сомнений.

Как и Сун, она хорошо понимала, что, пока хан Яньли находится под контролем Ичэнь, прямая осада Динсяна неизбежно приведет к его гибели. Лишенная шансов на победу, катунь первым делом избавится от ставшего бесполезным ненавистного супруга. Чтобы спасти хана, его нужно было увезти до начала осады. А для этого требовалось обмануть катунь. План Суна строился на ошибочной уверенности катунь, что он не будет рисковать собственной жизнью и станет послушной игрушкой в ее руках ради того, чтобы сохранить жизнь приемного отца. У плана был лишь один недостаток: привести Соколиное войско из Мобэй в отведенные катунь пять дней было близко к невозможному. Чангэ позволила себе помечтать, что Сун предусмотрел то, что она заранее вызовет Соколиное войско в Динсян. Во всяком случае, теперь они были здесь и имели время восстановить силы, потраченные на переход, прежде чем вступить в противостояние со стражами Динсяна и освободить Великого Хана.

Мими сумела переслать им план крепости с пометками и пояснениями. Одного взгляда на него хватило, чтобы понять – и подробный план, и короткие пояснения были выполнены опытным в военных делах человеком. Чангэ предположила, что этим человеком был шад, которого Мими опять попросила о помощи. Она верила Мими, как верила после событий в Чанъане и в то, что Шээр не будет мешать спасать Суна. Но Сюй Фэн, подозревавший, что им могли расставить ловушку, настоял на том, чтобы проверить правильность плана, и вместе с Ло Шибой ночью по крышам перебрался в крепость. Ожидание их возвращения стоило Чангэ нескольких седых волос, зато полученное подтверждение прибавило всем уверенности в успехе.

Все вместе они тщательно изучили план и наметили, кто и что будет делать, когда окажутся внутри крепости. Оставалось самое сложное для Чангэ – ожидание и бездействие. Два дня до назначенного времени прибытия Соколиного войска в Динсян, прежде чем станет ясно, сработал ли план тегина. Прежде чем она узнает, правильно ли оценила катунь. Прежде чем они с Суном снова смогут быть вместе.

«А-Сун, подожди еще немного. Я приду за тобой», – забравшись на крышу гостевого дома и глядя поверх крепостных стен Динсяна на висящий между дозорных башен яркий диск луны, уверенно прошептала Чангэ.

…

Ичэнь старательно сохраняла видимость честной сделки. Его больше не морили голодом, наоборот, в изобилии снабжали едой и вином, и даже позволили, под присмотром двадцати стражей с обнаженным оружием, вымыться и переодеться в чистые одежды. Цепи, конечно, ограничивали движения, но Сун все равно не сидел на месте, а тренировался, поддерживая тело в боевой готовности. Он был уверен, что катунь не допустит его к войску, но мало ли что может случиться. Пока жив, он не собирался сдаваться.

Катунь появилась снова в назначенный день и вошла в клеть, оставив стражников снаружи. Сун даже не потрудился подняться с лежанки, раз никто не спешил освобождать его от цепей. По спокойно-уверенному виду Ичэнь он заключил, что Му Цзиню удалось привести Соколиное войско за пять дней. Это уже было хорошим знаком, потому что вопрос времени был самым слабым пунктом его плана. В остальном он мог положиться на своих людей.

– Соколиное войско знает, что такое дисциплина и как должно исполнять приказы, – вместо приветствия одобрительно сказала катунь. – Даже если требуется уложиться в сжатые сроки.

Сун неопределенно хмыкнул и ответил любезностью на любезность.

– А ты с самого начала не думала позволять мне командовать моими людьми. Просто использовала, чтобы заполучить Соколиное войско. Хорошая тактика, катунь.

– На войне все средства хороши, – самодовольно отозвалась Ичэнь. – Тебе это прекрасно известно. Когда они вернутся с победой, я позволю тебе поприветствовать твое Соколиное войско… Слышишь? Соколиное войско уже подходит к воротам. Как думаешь, кто отдаст им приказ к выступлению?

Да, он слышал – ржание сотен лошадей, бряцание оружия, тяжелую поступь множества вооруженных воинов. Соколиное войско прибыло в Динсянь.

– Из-за тебя отец слишком болен, чтобы произнести хоть слово, – бесстрастно спросил Сун, надеясь услышать нужный ему ответ. – Как он может отдать приказ?

– Главное, чтобы все его видели. Со словами ему помогут, – любезно улыбнулась катунь и замолчала, прислушиваясь к доносящимся извне звукам.

Сун тоже напряженно слушал, с кажущимся безразличием отвернув лицо в сторону от катунь. Ориентируясь на звуки, он понял, что Му Цзинь привел в Динсянь не все войско, но, должно быть, достаточно, чтобы прикрыть отступление с ханом.

Вскоре большинство звуков стихло. «Сейчас, – подумал Сун. – Сейчас появится Великий Хан и кто-то провозгласит от его имени приказ о выступлении. Му Цзинь на правах командующего должен принять приказ из рук хана… Ичэнь ждет отзыва Соколиного войска, чтобы убедиться в их повиновении». Руки его непроизвольно сжались в кулаки, когда недолгое затишье сменилось лязгом сшибающихся мечей. Потом к лязгу примешался удаляющийся цокот копыт. Похоже, у них получилось.

Сун искоса взглянул на катунь. Она все еще прислушивалась, нахмурив брови, и выглядела обеспокоенной.

– Принцесса, – выбившимся из дыхания голосом нарушил тишину тюремного подземелья прибежавший с докладом Лей Мэн, складывая перед собой руки и кланяясь на манер Центральных равнин.

– Почему так шумно? Что там случилось? – недовольно спросила его катунь.

– Соколиное войско предало нас, – быстро доложил Лей Мэн. – Они похитили и увезли Великого Хана. У нас недостаточно людей, чтобы прорваться через их заслон и преследовать беглецов.

– Что ты говоришь? – оторопела катунь, глядя на него неверящим взглядом.

Сун облегченно вздохнул. Отец в безопасности. Войска Тан могут идти в наступление. Ичэнь уже проиграла еще не начатую войну.

– Ашилэ Сун, – гневно выдавила из себя катунь, поворачиваясь к нему. – Как ты посмел?! Притворился поверженным, чтобы спасти Яньли.

Сун ухмыльнулся, не скрывая более ни ненависти к ней, ни презрения.

– Что ты говорила? На войне все средства хороши. Ты думала, что все просчитала, но самоуверенность ослепляет. – Он медленно поднялся, не сводя с нее насмешливого взгляда, и снисходительно пояснил: – Ты не мужчина, и не можешь отдавать приказы. Понятно было, что не позволишь сделать это ни мне, ни Шээру. Отец оставался твоей единственной возможностью.

– Ашилэ Сун, да ты великолепен, – зло процедила катунь. – И умереть не боишься, не так ли?

– Ты не отпустила бы меня в любом случае, – спокойно ответил Сун. – Я и не рассчитывал уйти отсюда живым.

Ичэнь окатила его ненавидящим взглядом и резко повернулась к Лей Мэну.

– Лей Мэн. Передай мой приказ всем родам в степях: Соколиное войско предательски похитило Великого Хана. Кавалерия Динсяна не смогла схватить предателей. Великий Хан умер в их руках. Теперь печать Великого Хана у меня, я буду отдавать приказы от его имени. Кроме того, предводители кланов рода Ашилэ должны немедленно явиться в Динсян. В полдень через три дня предатель Ашилэ Сун будет казнен в назидание другим.

– В назидание другим, – задумчиво повторил Сун, проводив взглядом отправившегося исполнять приказ Лей Мэна. – Да лучше умереть или быть казненным, чем быть твоим рабом.

– Не волнуйся, твоя смерть не будет напрасной, – ядовито произнесла катунь. – Я покажу всем, что происходит с теми, кто осмелится предать меня!

Удостоив его еще одного ненавидящего взгляда, катунь спешно покинула тюрьму. Сун медленно перевел дыхание и, снова опустившись на лежанку, прикрыл глаза. «Чангэ, как бы я хотел провести всю жизнь рядом с тобой, – отрешенно подумал он, борясь с накатившей тоской по любимой. – Но боюсь, на этот раз я не смогу сдержать своего обещания. Прости».

…

– Генерал Ли, оставляю Великого Хана под вашей защитой, – сказал Му Цзинь. Он чувствовал себя несколько неуютно, вверяя жизнь хана и тысяч воинов Соколиного войска главнокомандующему Тан, и Ли Цзин, кажется, заметил это.

– Не переживай. Мы с братом Цинь заключили честное соглашение. Великий Хан будет в полной безопасности. Но разве ты не останешься со своими людьми?

– Я выполнил задание. У меня еще есть личные дела, – отговорился Му Цзинь и, вежливо кивнув генералу на прощание, быстрым шагом направился к своему коню. Он должен был поторопиться, чтобы успеть вместе с Чангэ спасти Суна. И освободить Мими и ее брата.

– Му Цзинь! – раздался сзади негромкий окрик. Су Ишэ и Нуэр бежали за ним от выделенной для Соколиного войска части лагеря.

– Ты плохой друг, Му Цзинь, – чуть запыхавшись, высказался Нуэр. – Мы же братья, а ты нас не позвал. В чем дело? Решил без нас спасать тегина?

– Точно. Не доверяешь нам, что ли? – добавил Су Ишэ, ткнув его для верности кулаком в грудь.

Му Цзинь окинул внимательным взглядом одного, другого. В глазах друзей светилась непоколебимая решимость. Да, они все были братьями.

– Хоу! – стукнул себя в грудь Му Цзинь, признавая их решение и одновременно давая клятву. Нуэр и Су Ишэ не колеблясь повторили жест, а потом последовали за ним.

Несколько мгновений спустя два десятка всадников во весь опор мчались сквозь ночь обратно в Динсян.

========== 7.7 Освобождение (1) ==========

Комментарий к 7.7 Освобождение (1)

timeline: 48 серия

Все обернулось так, как предсказала Чангэ. Вскоре после того, как Соколиное войско успешно увезло хана, люди Сюй Фэна доложили о новом приказе катунь. За похищение и убийство Великого Хана тегин Соколиного войска должен быть казнен в полдень через три дня в присутствии предводителей степных войск, которым надлежало незамедлительно явиться в Динсян.

К нетерпению, которое Чангэ старательно подавляла в прошедшие дни, добавилось растущее ощущение тревоги. Потому что тщательно разработанный план, который они много раз обсудили во всех подробностях, стараясь учесть все непредвиденные ситуации, имел одно слабое место. В охраняемой сотнями вооруженных стражников крепости они должны были полагаться на эффект неожиданности и быстроту действий. Однако, Сун был закован в цепи и, следовательно, не мог ни быстро передвигаться, ни толком защищаться. Хотя Сюй Фэн был убежден, что ему хватит сноровки разрубить цепи мечом, на это тоже требовалось время. И Чангэ, и ее друзья осознавали, насколько они рискуют. Но это никак не отразилось на их решимости сделать все возможное, чтобы спасти Суна.

В день казни Ло Шиба еще до рассвета ушла по крышам в Динсян. Ее задачей было открыть отдаленные и почти не охраняемые северные ворота для Сыту Ланлана и людей Сюй Фэна, чтобы найти и вывести за пределы крепости содержащихся в заложниках вдовствующую императрицу династии Суй, ее внука и брата Мими, прежде чем поспешить на помощь Чангэ и Сюй Фэну, которые займутся освобождением Суна.

Мими сумела передать еще одно сообщение, в котором говорилось, что, как только Суна уведут из тюрьмы на главную площадь крепости, и стража переместится туда, она откроет служебные ворота, через которые из города доставлялись продукты. Эти ворота располагались ближе всего к площади, Чангэ и Сюй Фэн должны были успеть добраться туда до начала казни.

И так, переодетые крестьянами, с небольшой повозкой, для виду заставленной корзинами с овощами, Чангэ и Сюй Фэн стояли у служебных ворот, остававшихся закрытыми, хотя полдень уже должен был наступить. Чангэ нервно покусывала губы, прикидывая, сколько времени у них еще осталось, и успеет ли учитель добраться до площади прежде чем катунь убьет Суна, если ворота так и не откроются.

Сюй Фэна, очевидно, заботили те же мысли. Откашлявшись, он заговорил:

– Сколько еще ждать? Что будем делать, если?..

Глухой звук снимаемого засова прервал его вопрос. Однако вместо Мими Гули в медленно отворяющихся воротах стоял криво ухмыляющийся шад. Сюй Фэн схватился за спрятанный в повозке меч. Чангэ подавила свой порыв сделать то же, напряженно глядя на Шээра. В его ухмылке не было самодовольства, скорее, некоторая неуверенность.

– Суна уже увели на площадь, – смерив Сюй Фэна неприязненным взглядом, сказал Шээр, обращаясь к Чангэ. – Тебе стоит поспешить.

– Можно ли ему верить? – тихо спросил Сюй Фэн. Недостаточно тихо для шада. Ухмылка исчезла с его лица.

– У вас есть другой выход? – ровно произнес он. – Ли Чангэ. Я стою перед тобой. Мне нужно учить тебя, что делать?

– Почему? – коротко спросила Чангэ.

– Не хочу, чтобы его убили у меня на глазах.

В искренности его тона сомневаться было невозможно. Не оборачиваясь, Чангэ сказала Сюй Фэну:

– Сюй Фэн, отправь сообщение учителю. Наш план только что лишился слабого места. Встретимся снаружи. А ты иди к Шибе.

– Да, – ответил Сюй Фэн, не тратя времени на вопросы. Шээр проводил взглядом его удаляющуюся фигуру, потом спросил Чангэ:

– У тебя есть подходящее оружие, или одолжить?

…

Весенний день радовал теплом солнечного света. Легкие белые облака неспешно плыли по голубому небу. Было по-настоящему жаль покидать этот мир в такой день. Но, глядя на усиленную охрану, окружавшую площадь двойным кольцом, Сун понимал, что шансов на спасение не осталось. Он не смотрел на собравшихся зрителей, знал и без того, что увидит в глазах предводителей мелких кланов рода Ашилэ: ненависть к убийце Великого Хана, страх перед катунь, вынуждавшей их воевать. Сун поднял взгляд на Ичэнь, величественно восседающую на троне, специально установленном на ступенях главного дворца Динсяна, чтобы ей удобнее было наблюдать, как слетит с плеч его голова.

– Прежде чем умрешь, можешь высказать последнее желание, – милостиво предложила катунь.

– Отвезите мое тело обратно в степи, – попросил Сун. – Хочу своими глазами видеть, как там воцарится мир.

– Хорошо. Я позволю тебе стать неприкаянным духом в степи, – снисходительно пообещала она и тут же отдала приказ стоящему рядом Лей Мэну: – Приступайте к казни!

Повинуясь команде Лей Мэна, стражники, державшие Суна в перекрестье клинков, толкнули его к месту казни, заставили опуститься на колени и закрепили на его оковах дополнительные цепи, свисающие со стоящих по бокам столбов. Даже если захотел бы, он не мог двинуться с места. Тем не менее, вокруг него встали шесть стражников с обнаженными мечами, – должно быть, катунь все еще опасалась, что ему придут на помощь.

Ее опасения оказались небезосновательными. Стоило воину, исполнявшему роль палача, примериваясь, надавить лезвием меча на затылок, заставляя Суна опустить голову, как с противоположной стороны площади раздался звонкий голос Чангэ:

– Останови казнь!

Голубая лента в волосах и белое платье, из-за быстрых решительных шагов струящееся позади нее, – Чангэ была похожа на облако, решил мгновенно очарованный Сун. Очень воинственно настроенное облако, поскольку левая рука ее тяжело лежала на плече Шээра, в то время как кинжал в правой руке был тесно прижат к его шее.

Бесстрашно миновав пропустивших и снова сомкнувших строй позади нее стражников, Чангэ подвела шада ближе к лестнице и остановилась в нескольких шагах от Суна.

– Чангэ. Ты не должна была приходить сюда! – взволнованно воскликнул Сун.

Хотя, шад явно был на их стороне. Иначе ему ничего не стоило чуть отклониться назад и, перехватив руку с кинжалом, без усилий прижать его к горлу самой Чангэ. Против катунь это был замечательный ход – какая мать останется равнодушной при видимой угрозе жизни сына?

– Отпусти моего мужчину, – обласкав Суна коротким нежным взглядом, жестко потребовала Чангэ у катунь. – Освободи Ашилэ Суна. В противном случае этот день станет днем смерти твоего сына.

– Даже если я отпущу его, неужели ты думаешь, что сможешь выйти отсюда живой? – голос катунь едва заметно дрожал, неясно, от ярости или страха за Шээра.

Раздался свист летящей стрелы. Быстро оглянувшись через плечо, Сун увидел, как она вонзилась прямо у ног Лей Мэна. Собравшиеся предводители кланов в панике завертели головами, ища глазами стрелка. Лей Мэн скомандовал: «Защитить принцессу!» Но стрелок был невидим, должно быть, прятался за скатом одной из крыш.

– Кто сказал, что я пришла одна? – невозмутимо парировала Чангэ. – Не совершай необдуманных поступков. Иначе, кто знает, чью жизнь отнимет следующая стрела. – Словно в подтверждение ее слов, еще одна стрела вонзилась в изголовье трона в нескольких цунях{?}[Цунь – мера длины, равная примерно 3,33 см.] от головы катунь. – Даже если я умру, мои люди не оставят твоего сына в живых. Жизнь за жизнь.

Она чуть сильнее нажала на кинжал, заставив выступить алую каплю крови. Шээр поднял подбородок, стараясь уйти от касания острого лезвия, и успокаивающе пробормотал, глядя на мать: «Все в порядке».

– Отпусти Шээра, – не выдержала катунь. – Я освобожу Ашилэ Суна.

– Боюсь, последнее слово здесь за мной. Не забывай, что твой сын в моих руках. Освободи Ашилэ Суна!

Суну показалось, что Чангэ теряет терпение, таким пронзительным стал ее голос. До сих пор она блефовала. Но что будет, если катунь продолжит тянуть время?

– Освободи Ашилэ Суна! – еще яростнее выкрикнула Чангэ, делая движение, будто собиралась полоснуть кинжалом по горлу Шээра.

И катунь сдалась.

– Освободите его, – нервно приказала она.

Казалось, оковы слетели мгновенно, так быстро расправились со всеми запорами и креплениями два стражника. Сун поднялся на ноги, качнулся с пятки на носок, повел плечами, покрутил руками, восстанавливая кровообращение. Едва заметно кивнул на вопросительный взгляд Чангэ. Она выдохнула с облегчением.

– Теперь отпусти Шээра! – с ноткой нетерпения в голосе воскликнула катунь.

Чангэ опустила кинжал, и Шээр медленно двинулся навстречу Суну. «Спасибо», – тихо поблагодарил Сун, когда они встретились на полпути. Мгновением позже он выбил меч из руки ближайшего стражника, подхватил у самой земли, полоснул вставшего на пути и, перейдя на бег, крикнул Чангэ: «Уходим!»

Позади раздался крик катунь: «Убейте их!». Стражники бросились за ними, но их остановили летящие из-за крыш стрелы друзей Чангэ. С теми немногими, что оказались впереди, Сун безжалостно расправлялся мечом.

========== 7.8 Освобождение (2) ==========

Комментарий к 7.8 Освобождение (2)

timeline: 48 серия

Чангэ куда-то целенаправленно вела его.

– Нужно уходить, – настороженно оглядываясь, сказал Сун. – Твои друзья их не остановят.

– Шээр надеется уговорить катунь не преследовать нас… – с сомнением в голосе ответила Чангэ. – Хотя бы ненадолго он их задержит. Мы должны забрать Мими.

Мими ждала их, спрятавшись под стеной беседки, полускрытой разросшимся кустарником.

– Чангэ, они закрыли этот вход цепным запором, я не смогла его открыть, – быстро заговорила она, кивая на массивную дверь между двух строений. – Идите через ту дверь напротив, и прямо по проходу выйдете к воротам Чэнци. Только будьте осторожны, там могут быть стражники.

– Что это значит? Ты не пойдешь с нами? – удивилась Чангэ.

– Я не могу уйти и оставить Бучжена.

– Мими, ты думаешь, я пришла одна? Не волнуйся. Учитель Сыту сейчас спасает твоего брата. Тебе не следует здесь оставаться… Все, быстрее, идемте!

И они побежали в указанном Мими направлении.

На подходе к воротам Чэнци они действительно наткнулись на группу стражников. Безоружная Мими, с трудом увернувшись от чьего-то меча, отскочила за спину сражающейся рядом с ним Чангэ и прижалась к стене, отворачиваясь от кровавого зрелища. Сосредоточившись на последнем противнике, Сун не сразу понял, что произошло у него за спиной, а когда обернулся на вскрик, обнаружил Чангэ, склонившуюся над лежащей Мими, сраженной стрелой Волчьего войска. Лей Мэн снова целился, теперь в Суна, но этой стреле не суждено было попасть в цель. Сун отбил ее мечом и, не раздумывая, вступил в бой с приведенными Лей Мэном стражниками, не давая им приблизиться к Чангэ и Мими и в холодной ярости неся смерть с каждым ударом меча.

Стражников было слишком много. К счастью, Сун не долго бился с ними один. Вскоре на них посыпались выпускаемые догнавшими их Ло Шибой и Сюй Фэном стрелы, и почти одновременно со стороны ворот появились и с ходу бросились на помощь Суну Му Цзинь, Нуэр и Су Ишэ с отрядом своих воинов.

– Зачем вы вернулись? – не останавливая боя, крикнул Сун Му Цзиню.

– Конечно, тебя спасать, брат! – задорно ответил тот, вовсю орудуя мечом.

– Мими Гули ранена, – заметив, как развернулся и исчез Лей Мэн, увидев воинов Соколиного войска, сказал Сун. – Мы должны убраться отсюда, пока Лей Мэн не привел подкрепление.

– Мими? Где она? – сразу взволновался Му Цзинь, мгновенно отвлекаясь, так что Суну пришлось извернуться, чтобы отразить удар стражника, с которым он сражался.

Сун молча качнул головой в сторону прохода и скомандовал остальным:

– Заканчиваем и уходим.

… Му Цзинь сидел рядом с Мими, потерянно глядел в ее неподвижное лицо, и тихо звал: «Мими… Мими, очнись…», гладя ее по щеке. Сун встретился взглядом с кусающей губы Чангэ.

– Лей Мэн целился в меня, но Мими оттолкнула меня, и стрела пробила ей плечо. Все не так страшно. Она без сознания, но дышит, – ответила она на его немой вопрос. – Учитель наверняка может помочь. Нужно быстрее отвезти ее туда, где мы договорились встретиться.

Сун кивнул и тронул Му Цзиня за плечо.

– Му Цзинь, соберись. Нам нужно идти. С Мими все будет в порядке.

– Да, тегин.

Му Цзинь сделал над собой усилие, глубоко вздохнул, обломил оперенную часть стрелы и, вставая, осторожно поднял Мими на руки. Прикрываемые воинами Су Ишэ, они поспешили к воротам. Больше им никто не встретился, как не появились и новые преследователи. Но у самых ворот, все еще распахнутых настежь после прорыва воинов Соколиного войска, прислонившись к стене, стоял шад.

Увидев безжизненную фигурку в окровавленной одежде на руках у Му Цзиня, Шээр бросился к нему, не обращая на остальных никакого внимания:

– Мими! – шад протянул руку к ее лицу, но Му Цзинь немедленно отступил на шаг и с ненавистью выкрикнул:

– Не смей прикасаться к ней!

Словно обжегшись, Шээр отдернул, а потом медленно опустил свою руку.

– Как это могло случиться? – не отрывая глаз от Мими, пробормотал он. – Ли Чангэ, почему ты не защитила ее? Она же все делала ради тебя…

Чангэ опустила взгляд. Она чувствовала себя виноватой. Сун знал это, потому что разделял это чувство. В конечном итоге, Мими пострадала из-за него.

– Как это могло случиться?! – зло повторил Му Цзинь. – Об этом спроси свою мать!

– Шээр, – вмешался Сун, видя, как судорожно сжались кулаки шада при этих словах. – Прямо сейчас в Динсян идут войска Ли Цзина. Ичэнь больше ни для кого не будет угрозой. Ты должен пойти с нами.

– Заткнись, Сун, – недружелюбно, и вместе с тем устало, отозвался Шээр. – Я помог тебе. Но это не значит, что я заодно с Тан. Она моя мать, этого ничто не изменит. Наши с тобой пути расходятся здесь. Убирайтесь, пока не поздно.

Он снова посмотрел на Мими, тяжело сглотнул и отвернулся, всем своим видом давая понять, что его решение непоколебимо. Помедлив мгновение, Сун первым шагнул за ворота.

…

Рядом с лошадьми воинов Соколиного войска, которых они в спешке бросили возле ворот Чэнци, неожиданно обнаружился Сыту Ланлан.

– Учитель! – встревоженно воскликнула Чангэ. – Почему ты здесь? Что-то пошло не так?

– Успокойся, ученица моя, – улыбнулся он. – Все прошло по плану. Но кое-что изменилось, так что я пришел за вами. Увидел, как эти доблестные воины ломают ворота, и решил, что моя помощь не потре…

– Учитель, Мими ранена, – перебила его Чангэ, делая шаг в сторону, чтобы он увидел несущего Мими Му Цзиня. – Ты можешь помочь?

Сыту Ланлан посерьезнел, подошел, взглянул на торчащий обломок стрелы, взял руку Мими и некоторое время выслушивал пульс.

– Думаю, она просто потеряла сознание от боли, – спокойно сказал он. – Рана не кажется слишком серьезной, и крови вышло не много. В лагере генерала Ли несомненно найдется лекарь и заживляющие мази.

– Пока мы доберемся до лагеря генерала Ли, Мими может умереть! – горячо возразил Му Цзинь.

– Ах, да, я же здесь как раз, чтобы сказать вам, – ударил себя в лоб мечник. – Ли Цзин опередил пешее войско и с трехтысячной конной армией совершил неожиданное нападение на войска, стоящие на страже Динсяна. Мы столкнулись с ними, когда они возвращались в походный лагерь. Лагерь разбит на границе Тан в трех десятках ли отсюда. Мы уже переправили туда заложников из Динсяна. Принцесса Тудзя с ними. Я покажу дорогу. Доберемся вмиг.

Чангэ стало наконец понятно, почему их прекратили преследовать. У катунь появились другие заботы, и ей уже было не до поимки горстки беглецов.

Тем временем Сюй Фэн привел их коней, спрятанных неподалеку. Немного смущенно Чангэ пояснила Суну:

– Мы думали, тебе придется ехать в повозке, Мими тоже… поэтому у нас только три лошади.

Сун широко улыбнулся.

– Так даже лучше. Ты же не против, если я поеду с тобой? Я так скучал…

Не дожидаясь ответа, он легко забросил Чангэ в седло, вскочил следом сам, и взявшись за поводья одной рукой, другой крепко прижал ее к себе. Нуэр и Су Ишэ помогли Му Цзиню с Мими, и небольшой отряд быстро покинул Динсян, следуя за скачущим впереди Сыту Ланланом.

Комментарий к 7.8 Освобождение (2)

… И да, ни к чему нам нелепая смерть Мими. Пусть будут счастливы с Му Цзином!

========== 7.9 Одиночество ==========

Комментарий к 7.9 Одиночество

timeline: 48 серия

Неподвижно застыв в проеме ворот, Шээр безучастно наблюдал, как они седлают коней и уезжают. Сун, окруженный преданными друзьями, прижимающий к себе любимую женщину, ради его спасения рискнувшую своей жизнью. Му Цзинь, бережно держащий в руках сокровище, к которому сам шад не смел даже прикоснуться, – потому что Мими была ранена из-за его матери, и потому, что ее сердце никогда не принадлежало ему, а было отдано этому не особо примечательному парню. В душе его не осталось ни зависти, ни ревности. Он чувствовал себя опустошенным.

Матушка не собиралась останавливаться. Ни уговоры, ни его беспомощные угрозы на нее не действовали. Сегодня Шээр наконец понял, что и слова ее о том, что все делалось ради него, не отражали полной правды.

Там, на дворцовой площади, стараясь задержать погоню за Суном и Ли Чангэ, Шээр сделал последнюю отчаянную попытку убедить ее отказаться от воинственных планов. Вдавив острие кинжала себе в грудь.

– Матушка, позволь им уйти, – сквозь боль попросил он. – Или тебе придется потерять меня. Разве ты не говорила, что делаешь все это для меня? Теперь – не надо.

Он в самом деле готов был умереть. Но катунь с неожиданной силой дернула на себя его руку с кинжалом, успевшим глубоко распороть кожу, но не доставшим до сердца. В ее глазах зажглось внезапное понимание.

– Так значит, ты был заодно с Ли Чангэ? – глядя разочарованно, произнесла она обвиняющим тоном. – Ты просто притворялся, чтобы его отпустили. Потому что знал, что я не дам навредить тебе. Ты использовал меня. Мой драгоценный сын, ты такой верный друг. – Она резко потянула его руку выше, так что лезвие кинжала почти коснулось ее горла, и уже не скрывая ярости, с вызовом воскликнула: – Почему бы тебе не убить меня? Не только спасешь Ашилэ Суна, но и отомстишь за своего отца. Давай, убей меня. Убей меня!