Текст книги "Бесконечный лес: Под хвостом у кролика (СИ)"

Автор книги: Давление

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 33 страниц)

Как бы то ни было, вскоре мы снова сидели спина к спине, подбрасывая поленья в два костра, ставшие нашим единственным убежищем.

– У-а-а-а-х-х-х... – протяжно зевнула Ако у меня за спиной. – Так спать хочется!

– Если можешь – ложись. Я покараулю.

– Да как тут уснёшь? Там стонут, тут кашляют, здесь что-то ползает, в другом месте топают, смеются, плачут... Я быстрее инфаркт заработаю, чем высплюсь.

И всё же спать хотелось невыносимо. В этом я её прекрасно понимал.

– А знаешь что? – начал я, пытаясь прогнать сон если не у себя, то у неё.

– Что?

– Ты шикарно целуешься.

Вместо ответа мне в бок прилетел первый удар локтем. Потом второй. А затем целая очередь – быстрая-быстрая, словно она пыталась выбить из меня эту дерзкую фразу.

– Пошёл ты, Гриз!

– Хе-хе-хе.

– Забудь всё! Не было этого.

– Ещё как было.

– А я говорю – не было!

Спорить не стал, только улыбнулся. Забывать такое я не собирался, да и не смогу, чего уж там.

Туман продолжал клубиться, костры потрескивали, даруя нам свет и тепло. В не меньшей степени душу грела мысль, что у нас есть котелок с едой. Пусть и немного, но всяко лучше, чем совсем ничего.

Я ожидал, что эта ночь пройдёт так же, как предыдущая, но всё случилось иначе. Где-то в четыре утра все лесные твари внезапно смолкли. И, казалось бы, это повод порадоваться, но я, напротив, напрягся. Ако также насторожилась.

– Чего это они? – спросила крольчиха, крутя головой из стороны в сторону и чуть ли не на триста шестьдесят градусов.

– Кто их знает… – шёпотом ответил я.

И в этот момент прозвучал голос колдуньи.

– Потому что я их попросила помолчать.

Мы как по команде разом повскакивали со своих мест. С шелестом меча Ако, я выхватил топоры, готовясь к бою. Девушка в белом сарафане на это лишь добродушно улыбнулась. Подошла ближе и деловито села на пенёк, оставшийся от срубленной ели, разместив корзинку у себя на коленях.

– Зачем явилась? – рыкнул я, не опуская топора.

– Вас проведать. Узнать, не заскучали ли мои гости.

– Веселимся, аж волосики назад! – фыркнула Ако.

– Ага, только тамада – гнида конченная, и конкурсы – дурацкие, – поддержал я.

– Потешные вы, право слово, – улыбнулась колдунья, игнорируя наши слова, и хлопнула ладонями по бокам своей корзинки. – Но не буду мешать вашему веселью. Я к тебе с тем же вопросом, Гриз. Отдай крольчиху взамен на свободу, и уже к утру ты будешь на опушке леса.

– А меня ты спросить не хочешь?! – вспыхнула Ако. – Сначала накормила каким-то извращенским яблоком, а теперь за моей спиной торгуешь мной!

Незнакомка снова улыбнулась – снисходительно, будто смотрела на непослушного щенка.

– Так ты беспутная. Чего с тобой советоваться? Проблема тут в Гризе.

– Она не беспутная, – пророкотал я басом.

– Да! Я не беспутная! – тут же затрясла головой крольчиха.

Вообще-то, жутко беспутная, но это мы уж как-нибудь между собой разберёмся.

– Что ж... Видимо, нужно дать моим зверушкам возможность познакомиться с вами поближе.

Ха!

– Ты уж постарайся, – рыкнул я в ответ. – А то я устал за ними по лесу бегать.

– О-о-о, Гриз, хе-хе-хе... – гаденько захихикала ведьма. – Ты устал не от этого, а от того, что уже почти двое суток не спишь. Но! Дело твоё. – Девушка поднялась, отряхнула подол сарафана и уже собиралась уходить, как вдруг над лесом пролетел протяжный, тоскливый волчий вой. Громкий. И до боли знакомый.

Мы с Ако, да и сама ведьма, разом повернули головы в ту сторону, откуда он донёсся.

– Глупая пс-сина... – злобно прошипела она.

До меня не сразу дошло, в чём дело и какие у неё с Плешим тёрки, может, он ей тоже поднасрал где-то. А потом – будто громом поразило.

– Гриз, – Ако взглянула на меня. Она тоже всё поняла.

Лицо колдуньи исказилось, на бледной коже проступили чёрные прожилки, а голос приобрёл звонкий, металлический тембр.

– ВЫ НИКУДА ОТСЮДА НЕ ВЫЙ...

Договорить она не успела.

Молниеносный росчерк – и острейший клинок Ако рассек её шею, а сама крольчиха оказалась за спиной колдуньи. Всё произошло так быстро, что я едва успел моргнуть. Голова с глухим стуком покатилась по земле. Но что самое странное – крови не было. Вместо неё из шеи посыпались сухие еловые иголки.

– НИКУДА! – эхом прокатился по лесу её яростный вопль. – НИКОГДА!

Лес буквально взвыл вокруг нас. Стволы елей принялись раскачиваться с неистовой силой, будто налетел ураган, воздух наполнился треском ломающейся древесины, рычанием и леденящими душу стонами. Туман закрутился в свирепые вихри, цепляясь за одежду холодными щупальцами, а из его глубины на нас надвигалось нечто – огромное, мрачное и смертоносное.

Однако.

– Аву-у-у-у-у-у-у-у-у-у!

Волчий вой Плешего, громкий и властный, вновь прорвался сквозь этот адский гам, заставив меня прийти в себя.

– Туда! За мной! – я дёрнул Ако за руку, и мы рванули с места.

Я – впереди, прокладывая путь, крольчиха – следом. Ветви хлестали по лицу, деревья изгибались, преграждая дорогу, а из земли вылезали цепкие корни, норовя схватить за ноги.

– Аву-у-у-у-у! – на этот раз вой прозвучал с совершенно противоположной стороны, заставив нас остановится и замереть в растерянности.

– Гриз? Куда теперь? – в голосе Ако слышалась паника.

Обратно? Вперёд? Почему вой сместился? Это проделки ведьмы? Или... Или это не Плеший перемещается с безумной скоростью. Это сам лес вертит нами, как хочет, меняя направления и пространство.

– Бежим на вой! – принял я решение, заглушая внутренние сомнения. Надеюсь, не придётся о нём жалеть.

Мы снова рванули, и что удивительно – грохот погони, топот и скрежет тут же сместились, настигая нас уже с нового направления.

– Направо! – отчаянно крикнула Ако. – Ясно слышно, оттуда!

Я не различал ничего, кроме общего хаоса, но доверился её ушастому слуху. Мы побежали, спотыкаясь, задыхаясь, обессиленные до дрожи в коленях, но – не сломленные.

– Гриз! – неожиданно вскрикнула Ако.

Резко обернувшись, увидел, что кролик упала из-за того, что её ногу обмотал какой-то корень. Недолго думая, перерубаю его, подхватываю девушку, закидываю на плечо и бегу дальше, ориентируясь на волчий вой.

– А-а-а-а-а-а-а-а-а! – неожиданно завизжала девушка, заставив меня снова обернуться, и тут я чуть сам жидкого не даванул. Потому как за нами на огромной скорости неслось нечто похожее на гигантского даже по моим меркам червя, чьё тело состояло из переплетённых корней, костей, жижи, каких-то отвратительных волосков и тухлого мяса.

– Аву-у-у-у-у! – прозвучал очередной вой Плешего, но на этот раз слева. Я повернул на источник звука и побежал дальше, перепрыгивая поваленные деревья, кочки, пни и корни. В какой-то момент даже заприметил наш прошлый лагерь – пробежал прямо над следами потухшего костра.

– А-А-А-А-А! БОЛЬНО! – неожиданно взвыла Ако. Уж не знаю, что у неё там приключилось, но я больше не оборачивался. Только перехватил её покрепче, чтобы не соскальзывала. А она всё продолжала орать.

Я бегу – она орёт. Бегу быстрее – она орёт ещё громче. На кочках то взвизгивает, то стонет.

– НЕ УЙДЕТЕ! ВЫ НИКОГДА НЕ ПОКИНЕТЕ ЭТОТ ЛЕС! – разносится голос ведьмы над шумящими деревьями. – ПОХОРОНЮ В ЗЕМЛЕ! ПОВЯЖУ КОРНЯМИ! ВЫСОСУ ВСЁ ДО ПОСЛЕДНЕЙ КАПЛИ!

Между тем вой Плешего звучал уже совсем рядом, а монстр позади нас будто бы ускорился. Я уже чувствовал запах протухшего мяса и болотной воды. Ели буквально выпрыгивали на нас из тумана, хлестая меня по лицу, а Ако по жопе своими ветвями, стараясь загородить нам путь. Лёгкие горели, ноги ныли от усталости, а сердце билось как сумасшедшее.

– Ещё немного. Ещё чуть-чуть. – подбадривал сам себя.

– А-А-А-А-А! – продолжала то ли орать, то ли стонать Ако.

– НЕТ! ДЕРЖИ ИХ! ДЕРЖИ! – разорялась ведьма.

Последний рывок, и мы внезапно вылетаем на просеку, которая отделяла Тихолесье от остального леса. И в тот же миг сразу стало тихо. Ни шума деревьев, ни тумана, ни твари, что неслась за нами, только утихающий волчий вой.

Я обернулся и замер, поскольку на границе леса, под сенью ели, стояла ведьма в своём белом сарафане, плетёной корзинкой в руках и неизменной добродушной улыбкой. Мы смотрели друг на друга, а затем она просто дёрнула головой, как будто поправляла волосы, и улыбнулась ещё слаще.

– Заходи ещё в гости, Гриз.

Собирался ответить, чтобы она прогулялась на хер ослиный, но ведьма развернулась и скрылась в чаще, оставив меня с Ако наедине.

– ГРИ-И-ИЗ! – внезапно заверещала крольчиха так, что я вздрогнул.

– Что? Что ты орёшь-то?

– ТЫ МНЕ ПАЛЕЦ В ПОПУ ЗАСУНУЛ! – попыталась она пнуть меня ногой, а затем добавила чуть тише: – Вытащи, пожалуйста…

О как… Я с перепугу, пока бежал, так в её задницу вцепился, что и не заметил… А сейчас чувствую, как колечко подрагивает, аж самому неловко стало…

Но главное, что из леса мы выбрались.

Бонус:

https://youtu.be/YVXx7qF-boU?si=OPOtv2RVv_Kva5Dp

Глава 10 – Пред Краевградом

– Вытащи, вытащи, сейчас же! – заверещала Ако, барабаня кулаками по спине Гриза.

Гриз, конечно, не собирался устраивать привал в столь пикантной позиции. Он осторожно потянул палец, но тут же услышал новый взрыв протеста.

– Стой! Стой-стой-стой! – взвизгнула крольчиха, замирая. – Остановись.

– Ну что опять? – вздохнул Гриз, чувствуя, как «колечко» снова дёрнулось.

Всякое у него случалось в жизни, но такого никогда.

– Больно, – пискнула она.

Ситуация и впрямь была из ряда вон. Не каждый день твой палец застревает в симпатичной девушке.

– Ладно... Медленно вытаскивать? Или лучше резко дёрнуть?

Гриз был готов сотрудничать в этом вопросе.

– Подожди... Мне надо подумать.

Мужчина мотнул головой, шумно выдохнув.

– Гриз, – вновь раздался голос Ако после паузы.

– Что?

– Я слышала, ящерицы хвосты отбрасывают... А ты... случайно? – в её голосе зазвучала робкая надежда.

– Нет, – твёрдо ответил он. – Не умею.

– Это все люди не умеют, или только ты? – на всякий случай уточнила Ако.

– Все, – последовал смущённый, но категоричный ответ.

– Мне надо подумать, – снова объявила крольчиха, устраиваясь поудобнее на плече гиганта.

– Да чего тут думать-то? Просто расслабься, и всё, – пожал плечами Гриз.

– Расслабься?! – взорвалась Ако. – Расслабься, говорит! А как, интересно, мне расслабиться, когда у меня в попе чужой палец?!

– Не знаю! Подумай о чём-нибудь приятном! О доме! О маме с папой подумай! О чём угодно!

– Да не буду я о родителях думать, пока твои пальцы там! Это же извращение! И зачем ты его туда засунул? Вот зачем, а? Я же кричала тебе остановиться!

– Ты не кричала, ты орала как резаная! Я обернулся, увидел ту тварь – ну, и подумал, что ты из-за неё...

– А ты попробуй не ори, когда на тебя чудище лезет, а в задницу в это время бревно пытаются засунуть! Ты свои сосиски вообще видел? Они же огромные! Я до сих пор не пойму, как ты умудрился!

– Пальцы как пальцы... Обычные, – пробормотал Гриз.

– Ага, – буркнула Ако и вдруг затихла, потому что к первой проблеме тут же добавилась вторая.

Её кроличье тело решило, что сейчас самое время заняться продолжением рода и активизировало для такого важного дела все необходимые механизмы. Вот вообще все. Физиология у кроликов была такой, что подобное происходит не плавно, как это обычно случается у других видов, а словно дубинкой по голове. Бам – соски встали. Бам – хвост напрягся, задрожал и в животе не бабочки, а стая аистов крыльями хлопает – секса хочет.

Ако от неожиданности аж глаза выпучила.

“Сношаться, сношаться, сношаться! Сношаться до самого утра! О, да-а-а-а-а-а-а! Делать детей! Пора делать детей! Много детей!”

И тут мы плавно возвращаемся ко мне.

– НЕ-Е-Е-ЕТ! – прозвучал истеричный крик.

Я аж вздрогнул.

– Ты чего орёшь опять? Я вообще не двигаюсь!

– Дёргай!

– Чего дёргать!

– Палец дёргай! Резко! На счёт три! Давай, раз, два…

Я всё понял, я не дурак. Дёрнул не дожидаясь “три”. А то у неё колечко так сжимается, будто свой же палец у него украсть хочу.

– И-я-я-яях! – неожиданно простонала Ако. Да так миленько, что у меня у самого в штанах тесно стало. Как бы и до этого всё неспокойно было, а сейчас вообще труба, дерево, скала и дуб растёт.

Тем не менее как только палец оказался на свободе, Ако тут же задрыгала всеми конечностями и поспешила спуститься на землю, где принялась поправлять свою одежду.

Заметил очертания сосочков на её халатике. Кролик в свою очередь выхватила мой взгляд, недовольно фыркнула и отвернулась.

– Нечего пялиться!

– Да я в общем-то… Извини.

В общем-то пялился. У меня до сих пор ладонь горела от ощущения её мягкой кожи.

И вот, знаете, есть такая привычка, любую херню в лесу на запах проверять. Даже след когда берёшь, сядь рядом с оттиском в землю палец мокнёшь, потрёшь, понюхаешь чем пахнет. Так и тут у меня рефлексы сработали и рука сама собой потянулась к лицу. На проверку, хех. Однако, едва она поднялась на уровень груди, как прозвучал шелест металла и у меня перед носом возник острый меч крольчихи.

– Только попробуй. – она моргнула ровно один раз. – Клянусь, это будет последнее что ты сделаешь в этой жизни.

Я сглотнул. Ако вдруг пыхнула лицом, её уши дёрнулись, а сама она неожиданно шлёпнулась на корточки, при этом забавно пискнув.

– Что с тобой? Где болит?

– Ничиво… – прозвучал сдавленный голосок. – С-скоро п-пройдёт.

– Это из-за мяса, да?

– Нит.

– Как помочь-то?

– Атстань. Отвернись и не смотри на меня! Это всё ты виноват! – пропищала она, уткнувшись носом в коленки.

Ладно.

Ладно.

Хорошо.

Я знаю, что у девочек организм устроен… по-особому. Слышал краем уха. Думаю, дальше расспрашивать будет неловко. А то ведь… возьмёт да ответит. Оно мне надо? Нет, не надо.

Примерно с такими мыслями я уселся на землю и стал ждать, пока крольчиху отпустит. Просидел так минут десять, как вдруг почувствовал, что меня кто-то усиленно тянет за рукав. По крайней мере, пытается.

Открыл глаза – передо мной Ако.

– Ты что делаешь?

– Пошли.

– Куда?

– Мыть руки.

– Сейчас? – Я вскинул бровь и демонстративно обвел взглядом непроглядную темень вокруг. Луны на небе было маловато, чтобы это хоть как-то помогало.

– Есть другие варианты? – не унималась она. – Пока не найдем воду, спать никто не ляжет! Ясно?

– Давай я просто травой оботру… – попытался я предложить менее радикальный путь.

– А давай я просто тебе этот палец отрежу, – парировала она без тени сомнения.

Конечно, это была пустая угроза – мы оба это понимали. Но и вступать в препирательства не было ни сил, ни желания. Спорить – значит говорить, шевелить губами, языком, подбирать слова и доводы. На это требовалась энергия, а ее у меня оставалось ровно ноль.

Я тяжело вздохнул – капитуляция была неизбежна – и поплелся следом. Однако уже через пару минут во мне зазвенел один насущный вопрос.

– И куда, если не секрет, мы идем?

– К ручью. – отчеканила она, не сбавляя шага. Вообще не сомневается в том, что делает.

– А с чего ты взяла, что он тут есть?

– Вода, Гриз, есть везде. Иди в любом направлении – рано или поздно обязательно на что-нибудь наткнешься. Хоть на ручей, хоть на реку.

Железная логика, мать. Тебе бы в следователи.

– М-м-м… – невольно вырвалось у меня.

– Что?! – она тут же насторожилась.

– Ничего.

– Нет, ты начал, теперь заканчивай! Сказал «А», говори «Б»! Хотя стоп… Ты ничего не скажешь, потому что знаешь – я права!

А я не любил разговаривать. Даже когда она была не права.

– Спать хочу, – пробормотал я, подводя черту под дискуссией.

– Потерпишь. Не маленький.

Разумеется, я потерплю. К этому моменту меня уже почти не беспокоило то, где побывал мой палец, ни тот факт, что под юбкой у Ако сейчас ничего нет. Меня интересовал только сон. Клянусь, еще пять минут – и я бы рухнул под первое же дерево. Но…

– Ха! А я что говорила?!

Невероятно. Фантастически невероятно, но эта сумасшедшая крольчиха каким-то непостижимым образом привела нас прямиком к воде. Ручей и впрямь журчал в двух шагах. Небольшой, конечно, настолько, что его можно было перешагнуть, но он был. Настоящий.

– Молодец, – коротко бросил я, с трудом выдавливая из себя даже это простое слово, и, не теряя ни секунды, принялся умываться.

– И под когтями не забудь! – тут же напомнила Ако. – Раз любишь в чужих попах ковыряться, будь добр, и под когтями всё вычистить!

Боже, когда она уже заткнётся?

– У людей не когти, а ногти, – пробормотал я, проводя ладонью по лицу.

– Чего?

– Не когти, а ногти, – повторил я чуть громче.

– Много чести, отдельное название для них придумывать, – фыркнула Ако и демонстративно выставила вперёд свою пятерню тыльной стороной. – Видишь отличия? Вот и я не вижу. Одно и то же.

Пока крольчиха изливала на меня поток мыслей о «человеческой несуразности», я успел не только умыться, но и наполнить водой оба бурдюка. Мне даже удалось на пару минут абстрагироваться, отодвинув её безудержное щебетание на второй план. Увы, передышка оказалась недолгой.

– Вот уши, например! – её голос вернул меня из кратковременного забытья. – Уши-то у нас разные! У тебя они похожи на странные пельмени, а у меня – красивые, кроличьи, розовенькие! Но вы же не придумываете для них отдельное слово, верно? А чем когти провинились?

Поднявшись, стряхнул с лица остатки воды, вытер ладони о штаны и устало взглянул на расходившуюся собеседницу сверху вниз.

– Я спать.

– А я? – Ако разом смолкла и лишь удивлённо захлопала длинными ресницами.

– И ты спать. Можешь умыться, пока я буду расстилать шкуру. Твоя – рядом. И не забудь рюкзак спрятать, прежде чем лечь.

При словах о рюкзаке девушка мгновенно притихла, вжала голову в плечи и опасливо оглядела темноту. Видимо, вспомнила, что где-то поблизости Плеший бродит.

Честно говоря, вряд ли он сегодня появится. Скорее всего, подождёт, пока я начну готовить мясо, вот тогда и придёт. Не знаю, в курсе ли он, что спас нас от верной гибели, но я его всё равно отблагодарю. Справедливо это.

Мы устроились на ночлег неподалёку от ручья. Не знаю, как Ако, но я вырубился почти мгновенно. Стоило лишь голову уложить, как провалился в сон – тяжёлый, беспробудный, как в забытье. И это было не очень хорошо, поскольку мы стояли у воды, где частенько водится всякая погань. Да и крупные хищники могли нагрянуть на водопой. Но я спал настолько крепко, что, кажется, даже если бы вокруг нас десяток Плеших принялся водить хоровод с песнями и плясками, я бы и ухом не повёл.

В общем, спокойной ночи.

***

Утро выдалось отличным. Не просто хорошим, а буквально отличным. Хотя, наверное, это было не совсем утро, поскольку, если судить по солнцу, встал я часов в одиннадцать. И тем не менее, на небе ни тучки, солнышко, зелень, птицы щебечут, ветерок дует, тихонько шелестя листочками и трава… много травы. Как же я рад видеть траву. Без шуток, специально присел и потрогал её. Люблю трогать траву после Тихого леса.

К тому моменту как в котелке закипел отвар из различных листиков и ягод, Ако всё ещё спала. Крольчиха лежала завернувшись в шкуру вместе с головой, да так, что только уши её розовые торчали. Я не спешил будить, молча наслаждался горячим чаем и живой тишиной. Не такой как в Тихолесье, а именно живой со всеми присущими нормальному лесу звуками природы, включая журчание ручейка.

Как бы там ни было, когда первая кружка была опустошена, я плеснул вторую и легонько пнул кроличий рулет, откуда вскоре послышалось недовольное бормотание.

– Доброе утро. – улыбнулся, глядя как Ако усаживается напротив. По лицу было видно, что встать-то она встала, а проснуться ещё не проснулась. Сидит, стеклянным взглядом в костёр смотрит.

–Доброе. – наконец ответила она после длительной паузы и приняла кружку с отваром.

В общем, на этом наш разговор закончился.

Хорошо. Мне нравится так. Отличный день начался отлично.

Дождавшись, когда Ако придёт в себя отправился на охоту, естественно вместе с ней, поскольку отходить друг от друга далеко мы не могли. Затем был завтрак, хотя по времени обед и вот тут случился интересный момент.

Разделываю я, значит, парочку зайцев, кабана на вертел без разделки забросил – он Плешему уйдёт, а Ако сидит дальше втыкает.

– Ты что-то без зелени совсем. – кошусь на неё, жду чего ответит. – Голодовку объявила что ли?

Девушка зевнула, потянулась, а затем ответила.

– Я же с тобой охотилась.

– И-и-и? – гляжу на неё исподлобья.

– Значит половина тут моя.

У меня аж брови взлетели. Прям две. Прям одновременно.

– Так тож мясо.

– И чего? – искренне удивилась Ако. – Я теперь и мясо, как видишь, ем. Или ты пожадничать решил?

– Ха! – усмехнулся, не сдержавшись. – Ешь конечно! Здоровее будешь.

Если често, то мне еле удавалось сдерживать смех от того как именно она его ела. Возьмёт ножку, как початок кукурузы и давай его по кругу хом-хом-хом. А косточку потом через правое плечо и в кусты.

– Так что там… Где твой Краевград? Долго до него? – заговорила Ако, когда обкусывала очередную кость. Правильнее, наверное, сказать обгладывала, но нет, именно она его обкусывала.

– Полдня пути примерно. Точнее смогу сказать, когда пойму где мы.

– А пока не понял?

– Пока нет. И это…

– Что?

Я на секунду замялся. Надо было ей кое-что рассказать о Краевграде, чтобы она, так сказать, морально была готова к некоторым его особенностям.

– Доешь сперва. Потом скажу.

Ако с подозрением покосилась на заячью ножку в своих руках – словно дело могло быть именно в ней, – но жевать не прекратила. К слову, на мясо она перешла как-то уж очень быстро. Даже подозрительно быстро.

– Ладно, я готова, – хлопнула она себя по коленям и откинулась назад, приняв важный вид. – Удивляй.

Пока она расправлялась с зайцем, я тщательно обдумал, как подступиться к этой теме, и решил действовать осторожно – издалека и маленькими шажками.

– В общем, как ты, наверное, уже догадалась, Краевград – это город человеческой империи.

– Ага. Очевидно же.

– Находится он прямо на границе, у самой реки Росянки.

– Пока всё понятно, – она даже самодовольно ухмыльнулась.

– Периодически, – продолжил я, стараясь сохранять спокойный тон, – отряды людей наведываются в Бесконечный лес и приводят оттуда... магозверей.

Вот тут её ухмылка мгновенно испарилась, лицо стало настороженным и хмурым.

– И-и?

– Во-первых, в этом городе очень много рабов. А во-вторых, там существуют строгие правила.

– Давай ближе к делу, Гриз! Я и так знаю, что человечи – злобные существа. Успела на одного такого насмотреться, – язвительно бросила она.

Я глубоко вздохнул, посмотрел на крольчиху исподлобья, потом перевёл взгляд на землю – земля была красивой, – а после достал из-под полы шкуры тот самый предмет. Он представлял собой застёгнутый в кольцо ремень с привязанной к нему верёвкой. Проще говоря – ошейник с поводком.

– Тебе придётся надеть это, когда мы приблизимся к городу.

Ако несколько секунд тупо смотрела на предмет, не в силах осознать, потом её лицо исказилось. Уши встали торчком, глаза округлились, а верхняя губа нервно задёргалась.

– Это ещё что такое, Гриз? Ты чего? Ты серьёзно? Скажи, что ты шутишь!

– К сожалению, нет.

– Ты реально хочешь, чтобы я надела ЭТО? Ты с ума сошёл?! – Крольчиха резко вскочила с бревна и забегала из стороны в сторону, размахивая руками. – И ты не мог сказать об этом РАНЬШЕ?

Сколько раз она уже сказала «ты»?

– Каждый раз, вот ка-а-аждый чёртов раз, когда я начинаю к тебе хоть чуточку лучше относиться, ты... – и снова «ты»! – то в какой-то странный лес заведёшь! То трусы мои украдёшь, то друг твой мне в рюкзак насрёт, то палец в жопу засунешь, то ещё какое-нибудь свинство устроишь! А теперь вот ЭТО! – она почти швырнула в меня ошейником. – Хочешь, чтобы я в ЭТОМ ходила?!

Я молчал. Потому что это и вправду было унизительно. В некоторых районах Краевграда, особенно возле храма и административных зданий, магозверям запрещено не только разговаривать, но и передвигаться на двух ногах – только на четвереньках. Но ей, по крайней мере пока, об этом знать не стоило.

– Меня это так же не радует, как и тебя, Ако, – попытался я говорить как можно ровнее, – но таковы правила. Помнишь, что произошло в прошлый раз, когда ты решила их нарушить?

Ако замялась. Ведь в прошлый раз из-за того, что именно она нарушила правила, а не по моей вине, её трусы оказались на ёлке, а нас чуть не сожрала какая-то мистическая ебака.

Кролик далеко не сразу согласилась на эту авантюру. Примерно полчаса или даже час она наворачивала круги вокруг злосчастного ошейника. Временами остановится, посмотрит, фыркнет и давай снова ходить, но уже в другую сторону.

– И что… Без этого совсем никак?!

– Поверь. Ты будешь привлекать внимания намного меньше в нём, чем без него. И я не заставляю тебя всё время ходить в ошейнике. Доберёмся до дома моего товарища, и там снимешь. Потом, как из города выйдем, вообще можешь выбросить.

Прошло ещё полчаса. На этот раз кролик просто стояла над ошейником, скрестив руки, и очень быстро молотила ступнёй по земле. Уверен, она прекрасно понимала, что без этого не обойтись, но и просто согласиться не могла, потому как вредная до невозможности.

– Ладно! – наконец выкрикнула она, всплеснув руками. – Хорошо! Я согласна! Но…

– Но?

– Если будет хоть одна шуточка от тебя, Гриз, на эту тему, – зашипела Ако, ткнув пальцем мне в грудь. – Клянусь, я тебя догоню, изрублю в капусту, а потом съем! Я теперь тоже хыщник!