Текст книги "Бесконечный лес: Под хвостом у кролика (СИ)"

Автор книги: Давление

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 33 страниц)

Глава 2 – Неприятности с законом

К моему удивлению, повели меня не в дом старосты и даже не в трактир, где мог остановиться отряд, а на противоположный край селения. Именно там стражи разбили небольшой палаточный лагерь. Ничем особым он не отличался, всё было стандартно, как по уставу. Ряды палаток, место для отдыха животины и командирский шатёр. Туда меня и завели, где приковали к деревянной крестообразной конструкции, напоминающей букву «Х», оставив под присмотром четверых вооружённых големов.

В углу стояло пара пустых клеток с мисками и соломой, чуть дальше – дыба, а в противоположном углу – стол с развёрнутой картой и стулья. Ах да, ещё была жаровня, в которой, судя по всему, подогревались темы для разговора.

– Видимо, ваша дознавательница очень занятой человек, – вздохнул я спустя час. Естественно, големы оставались безмолвными. Им отдали приказ охранять – они охраняют.

Живот протяжно заурчал, намекая, что кабана стоило снять с вертела пораньше. О том, с какой довольной мордой его жрёт Плеший, даже думать не хочу.

Чуть попробовал подёргать крепления, вроде держат, но неуверенно. Конструкция явно не рассчитана на такого, как я, и при желании, наверное, даже с ней убежать смогу, но точно не под надзором этих четверых болванов.

Что насчёт дознавательницы, то она, скорее всего, ничем не была занята, а просто давала возможность мне немного промариноваться. Есть у них такая практика, чтобы пленный сам хорошенько в своих страхах искупался, а потом без лишней возни мягенького уже додавить.

И я, думается мне, оказался прав. Примерно ещё через полчаса шторка шатра отворилась, и внутрь вошла она.

Дознавательница. Её фигура, высокая и стройная, была облачена не в доспехи, а в нечто среднее между вечерним платьем и кольчугой причудливого кроя, отливающую тусклым багрянцем. Металл был искусно соединён с кожей, выкрашенной в тот же тревожный алый цвет: узкие вставки подчёркивали линию груди и талии. Странным решением мне показались вырезы по бокам юбки, открывающие вид на притягательные бёдра, обёрнутые в высокие ботфорты.

На плечах лежала накидка, напоминающая о плащах забытой эпохи, а голову венчал цилиндр с холодным стальным козырьком, бросающим лицо в тень. Из этой тени поблёскивал насмешливый, колкий взгляд, а ниже алели губы – яркие, словно свежая рана. Стройная, прекрасная и оттого ещё более опасная.

– Вышли. – прозвучал властный голос, и големы послушно повиновались.

Молодец! Если удачно подловить момент, то можно попробовать сбежать. Главное – до леса добраться, а там чёрта лысого они меня поймают.

Тем временем девушка подошла к столу, сняла головной убор, лёгким взмахом головы распустив черные длинные волосы, и какое-то время молча разглядывала карту.

– Гриз, значит.

– О как… Я думал, вы меня не заметили. – съехидничал в ответ. Меня очень трудно не заметить.

Она выдвинула стул и мягко приземлилась на него, закинув ногу на ногу и состроив милейшую улыбку. Вам когда-нибудь улыбалась змея? Вот примерно такая у неё была улыбка. И бёдра… Ох, мать, какие у неё были бёдра…

– Долго мы вас искали, мистер Гриз. – проворковала дознавательница.

– Могу предположить, что плохо искали, потому как я не особо прятался.

– Правда? Убежали от нас на самый край империи, можно сказать, на границу. Неужели решили в лесное царство податься?

– А если бы и решил, то что?

– Измена родине, мистер Гриз, – она слегка махнула рукой. – Тяжкий грех. Но раз уж мы вас поймали, то может вы наконец расскажите, зачем убили своих товарищей? Целый гарнизон трупов! Говорят, страшное было зрелище. – девушка нарисовала на лице ужас и покачала головой.

– Я никого не убивал.

– Зачем тогда сбежали? – я собирался ответить, но она меня перебила. – Ладно, я всё понимаю. Испугались, что убийства повесят на вас и казнят. Так оно и случится. Но может расскажите вашу версию? Как так вышло, что из сотни новобранцев выжили только вы?

– Нечего рассказывать. Я лёг спать, а когда проснулся, все были мертвы.

Насмешливый взгляд дознавательницы безошибочно свидетельствовал о том, что она не поверила ни единому моему слову, и, надо признать, поступила абсолютно правильно. Даже я сам не до конца отдаю себе отчёт в том, что же произошло тогда на самом деле.

В нашей части несли службу как отпрыски знатных семейств, так и выходцы из менее состоятельных сословий, и очень часто, пользуясь своей безнаказанностью, первые откровенно издевались над вторыми. Находились даже те, кто осмеливался приставать ко мне, пытаясь спровоцировать на конфликт. Ещё бы – одолеть такого здоровяка! После этого можно было бы целый год бить себя в грудь кулаком и хвастаться перед дамами своими мнимыми подвигами. Я постоянно становился объектом насмешек, колкостей и жестоких шуток, но сносил всё это как мог, хоть и огрызался порой, но весьма сдержанно, ибо прекрасно понимал разницу в силе. Я легонько толкну, а его по плацу размотает, отвечай потом. Тем не менее, однажды это всё-таки произошло.

Друзей у меня там не было, если не считать одну единственную девушку по имени Мария. Рыжеволосая, веснушчатая, невероятно живая и добрая, она была слишком светлой для того мрачного места. Как-то раз эти твари решили над ней поиздеваться, заманив в подсобное помещение с гнусными намерениями. Когда же я зашёл туда, то увидел бездыханное тело Марии и трёх ублюдков, стоявших над ней.

– Если ты кому-нибудь расскажешь… – прошипел один из них.

Но я не рассказал.

Это последнее, что сохранила моя память. Дальше – всё погрузилось в кровавый туман. Я очнулся лишь тогда, когда от всего лагеря осталось лишь месиво из плоти, крови и обломков. Так что, возможно, я действительно причастен к гибели этих новобранцев, хотя и не всей сотни – лишь девяносто восьми.

– Во-о-от как… – пропела Селестия, поднялась и подошла ко мне, разглядывая меня своим цепким взглядом. – Что ж, мистер Гриз… – Какие же у неё губы. Как она, блин, ими шлёпает, интересно и очень увлекательно. – Признаюсь, сначала я хотела вас просто казнить.

А походка… Слегка покачивает бёдрами, извивается, как змея…

– Приглашаю вас на свидание. – неожиданно вырвалось у меня.

Дознавательница так и замерла с открытым ртом и на полуслове. Кажется, я её сломал.

– Извините… Оно само как-то, – пробасил я.

Её алые губы сложились в снисходительную улыбку.

Я закрыл глаза и на секунду представил, как мы живём в большом доме, который построил Гриз. Встаю рано утром, а там Селестия на плите грешника жарит. «Доброе утро, милый!» – говорит она мне. Потом на кухню забегают наши дети – маленькие инквизиторы – и зовут во двор поиграть в «Сжечь ведьму!».

Бр-р-р! Бред какой-то.

– Теперь мне хочется казнить вас ещё больше, мистер Гриз. Но нельзя… Нельзя, мистер Гриз, переводить такой замечательный ресурс, как вы!

Она прошла мимо меня к жаровне, откуда взяла что-то похожее на кочергу. Только на её конце было нечто вроде печати.

– Это будет просто недопустимое расточительство! – всплеснула она руками. – Вам должно быть интересно, что это такое? – поднесла она кочергу ближе.

– Если честно, то вижу впервые. – Я чуть отпрянул, насколько позволяли оковы. Неприятно, когда у тебя перед лицом калёным железом машут.

– Это специальная магическая печать, мистер Гриз! С её помощью из вас можно сделать послушного солдата империи. Вы примкнёте к моему отряду и станете моим верным служащим. Прослужите пару сотен лет, а там… – Она снова улыбнулась. Загадочно так. Сразу видно, что врёт. – Может, я и приму ваше приглашение.

– Что-то мне не нравится эта затея.

– О, а выбора-то у вас особо и нет! – Селестия обняла кочергу, а в её глазах блеснуло настоящее безумие. – Или смерть, или служба на благо императора! Не сопротивляйтесь, мистер Гриз, – промурлыкала дознавательница. – Слышала, что сейчас эту процедуру проводят более гуманно, но я считаю, что для того, чтобы попасть в ряды огненных стражей, нужно пройти через огонь и БОЛЬ!

– Подожди!.. – Я договорить не успел, как эта сумасшедшая прислонила печать мне ко лбу. – Гха-а-а-а!

Я напрягся всем телом, пытаясь сломать оковы. Цепи скрипели, древесина хрустела, но они продолжали удерживать меня.

– Великолепно! Великоле-е-епно, мистер Гриз! Вы лучший!

– Отвали, сумасшедшая сука! – Рявкнул в ответ сквозь волны нестерпимой боли.

– Ха-ха-ха-ха-ха! Чувствуете, как пахнет горелая плоть? Скоро вы полюбите этот аромат. – Хохотнула дознавательница, убирая печать от моего лба. – Теперь остался последний шаг. – Она достала из подсумка кристалл маны. Именно из таких делают порошок для ружий. – Осталось напитать печать, и вы станете послушным, как щеночек. Скажу бежать, и вы побежите. Скажу прыгать на одной ноге, и вы будете прыгать, мистер Гриз. Достаточно лишь маленького касания…

Селестия протянула руку и… поняла, что не дотягивается.

– Вы не могли бы? – Она чуть привстала на носочках, но хер там плавал.

– Не мог бы. – Фыркнул в ответ. – И насчёт свидания я тоже передумал. Мне кажется, мы не подходим друг другу.

– О, не упрямьтесь. – Селестия оглянулась в поисках подходящего предмета и не нашла ничего лучше, чем взять стул. Это дало мне буквально несколько секунд для того, чтобы перевести дух. К этому моменту напрягал уже все свои мышцы, какие только есть, пробуя сломать крестовину не только за счёт грубой силы, но и просто своим весом.

Послышался тихий треск.

Было, кстати, забавно наблюдать, как её величество дознавательница пытается вскарабкаться на табуретку и величественно не навернуться оттуда.

– Ещё немного, мистер Гриз, – её улыбка стала шире, а взгляд безумнее. Она опёрлась одной рукой мне на грудь, а второй с кристаллом потянулась к моей голове. – И мы будем навеки связаны. – С придыханием прозвучал голос дознавательницы.

Её настолько увлёк процесс моего порабощения, что она даже не заметила моих попыток высвободиться.

«Давай же, зараза! Ну!» – мысленно рычал я, глядя на приближающийся кристалл.

Всё случилось настолько быстро и резко, что сам не ожидал. Одна из балок крестовины лопнула, и моя рука, сорвавшись с места, на полном ходу долбанула дамочку прямо в жбан. Селестия слетела со стула, пронеслась несколько метров и упала на спину, вскинув ноги галочкой. Кристалл вообще куда-то укатился, но мне было сейчас не до него.

Отойдя от шока, предпринял попытку освободить остальные конечности. С ходу не вышло, а потому я тупо доломал стойку, к которой меня приковали. Дальше был самый сложный этап. Отыскав ключи, которые лежали на столе, стал открывать замки, и, мать моя медведица, как же я ненавижу эти грёбаные замки с их крохотными ключиками. Ну почему нельзя сделать НОРМАЛЬНЫЙ ОГРОМНЫЙ КЛЮЧ?! Такой ведь даже потерять сложнее! Для меня же эти мелкие штучки были не больше спички, и это дико раздражало. Я слышал, схожие ощущения люди испытывают, когда пытаются попасть ниткой в игольное ушко. Честно скажу, сам ни разу не пробовал.

Как бы там ни было, вскоре три замка были открыты, и в этот момент дознавательница шевельнулась.

– Что проис…

Бам!

Один меткий удар, и она снова отправляется видеть сны. Вот не люблю я девушек бить. Девушек любить надо, а не бревном по голове гладить. Неправильно как-то всё это.

Но время не ждёт. Разобравшись с последним замком, схватив со стола свои вещи, резанул стену шатра и побежал. Сейчас ночь, даже если у них стоят патрули, то мой побег они обнаружат не…

– ТРЕВО-О-ОГА-А-А-А! – послышался голос из лагеря, едва я его покинул.

Ладно, просто так меня отпускать не собираются. Этого стоило ожидать.

Бросив мимолётный взгляд за плечо, заметил, что за мной следом направляется сразу пара десятков факелов. Прозвучали выстрелы, однако стрельба быстро заглохла. Видимо, решили в темноте патроны не тратить.

Однако было ещё кое-что странное. Я заметил похожие движения, но на другом конце деревни. Оттуда тоже доносились звуки выстрелов. Возможно, ещё кого-то гоняют, мне сейчас было не до того. Самому бы подальше убраться, а там хоть трава не расти.

Впрочем, с этим проблем не возникло. По прямой через кусты, да ещё и в темноте они меня никогда не догонят. На лошадях по такой темени, да по бездорожью вообще без шансов, а прыгать ещё по лесам быстрее животине ноги переломают.

Как бы там ни было, я не расслаблялся, даже когда достаточно углубился в лес. Позволив себе передохнуть, оглянулся и увидел, что вереница факелов продолжает своё движение. Вероятно, Селестия очнулась и сейчас пускает молнии во все стороны.

Тем не менее о преследователях я больше не беспокоился. Местность для меня знакомая, в лесу ориентируюсь хорошо, так что, простите, уважаемые, но не в этот раз.

Спустя ещё десять минут бега спустился в овраг и уже по нему продолжил своё движение. Однако, не успев пройти сотни метров, услышал шум. Как будто кто-то бежал, врезаясь во всё, что попадётся на пути. К этому добавлялся шум листвы и треск веток.

Я остановился и стал прислушиваться. Вскоре стало очевидно, что этот некто движется очень быстро в мою сторону.

Если это какой-то шустрый страж, хотя таких видеть не приходилось, доспехи всё-таки имеют свои минусы, то встречу во всеоружии, а если деревенский, то встречу как друга. Вместе всяко веселее.

И только эта мысль успела проскользнуть в моей голове, как из сосновых веток что-то вылетело и, судя по удивлённому вздоху, абсолютно не ожидало, что дальше по дороге будет овраг.

Я остановился, держа в одной руке топор, а другую наготове, если этот кто-то окажется мне не врагом, но другом. Луна на долю секунды выхватила силуэт беглеца, и вся моя охотничья сосредоточенность мгновенно превратилась в коровью лепёшку. Потому как на меня со скоростью хищной птицы летела самая настоящая красавица.

Безумно милое и притягательное лицо с большими, охреневшими при виде меня голубыми глазами. Длинные волосы забавного розового цвета. А фигура… Ох… Держите меня семеро, всё равно не удержите. Её как будто сама мать-природа вытачивала. Длинные ноги с округлыми бёдрами, крепкий, но узкий стан, наливная грудь… Не девушка, а сказка. Откуда только такая взялась в деревне?

– У-И-И-А-А-А-А-А-А-А-А!

Так я и смотрел на неё, пока она со всей своей великолепной дурнины не впиндюрилась красивым своим лбом в мой лоб. Визг резко оборвался, и незнакомка с глухим стуком шлёпнулась на землю, аки мешок с прошлогодней картошкой.

Я не особо почувствовал столкновение, только в голове что-то перемкнуло, а вот у неё, по-моему, что-то хрустнуло.

– Эй… – легонько тронул её за плечо. – Эй, очнись!

Не двигается.

Окинув взглядом края оврага, вспомнил, что слышал выстрелы на другом конце деревни. Видимо, гнались как раз за ней.

И неудивительно! Такая красавица… Где только штаны потеряла – на ногах только чулки, считай, что голая. Нехорошо голозадой по лесам скакать.

Предприняв ещё попытку её разбудить, понял, что это занятие бесполезное. Значит, придётся тащить на себе. Впрочем, у меня тут в паре километрах, недалеко от озера, есть тайничок. Там и укроемся.

На моём лице невольно возникла улыбка, потому что я отлично понимал, что это неплохое начало для знакомства. Прекрасный юноша, это вроде как я, спасает прекрасную деву в беде, а потом они по законам жанра должны, нет, просто обязаны жить долго и счастливо. Видимо, богиня леса услышала мои чаяния по поводу жены, вот и подбросила красавицу. Хотя тут вернее будет сказать, швырнула в мои объятия. Если бы поймал как надо, то вообще всё получилось идеально.

Быстро проверив тело девушки на наличие ранений и признаков жизни, обнаружил несколько довольно серьезных ран, ушибов, ссадин и, спасибо небу, дыхание. Пусть и хриплое, но оно было.

– Ладно… – сглотнул я, соображая, как бы её так ухватить-то, чтоб честь девичью не поранить. Она ж как куколка, только без штанов и без платья.

Короче, закинул её на плечо и побежал дальше, даже не подозревая, как сильно вскоре изменится моя спокойная лесная жизнь.

Глава 3 – Нечисть ушастая!

Добрались мы до моей нычки без особых приключений. Хотя, если быть точным, это я добрался, в то время как принцесса болталась у меня на плече безвольной куклой. Всё переживал, как бы головой её обо что-нибудь не ударить, пока несу.

Что касается нычки, её я вырыл собственноручно, выбрав для надёжности склон глубокого оврага. Внутри – из элементов комфорта только голая земля, присыпанная сухой травой. Вход закрывали грубые доски, щедро обмазанные глиной и прикрытые дёрном с растущими на нём полевыми цветами, так что снаружи это выглядело как естественный холмик.

Немаловажным преимуществом этого укрытия было то, что я строил его, что называется, под себя. Несмотря на бедную обстановку, здесь было просторно настолько, что лёжа я мог вытянуть ноги и даже пристроить рядом какие-нибудь пожитки. Так что хрупкая девушка нисколько не стесняла моих движений, а я не боялся в темноте наступить на нее.

Сняв с плеча медвежью шкуру, уложил на неё свою гостью и аккуратно обернул, чтоб не замёрзла. В землянке, несмотря на летнее время, всё-таки было немного сыро и прохладно. А после полез проверять тайник, который был припрятан в дальнем углу. Ничего серьёзного: моток джутовой бечевки, огниво, пара деревянных чурок, прям совсем небольших, печки тут всё же нет, и ма-а-аленькая баночка с солью. Я просто не знал, что ещё можно сюда засунуть. Недостатка в соли вроде никогда не испытывал, докинул просто чтобы было.

Чуть копнув стену землянки, настругал туда щепок, накрошил бечевки, чтоб разгоралось лучше, и накрыл парой деревяшек. Немного пришлось повозиться с огнивом, но вскоре пламя вспыхнуло, осветив наше небольшое укрытие.

Сейчас надо чуть-чуть подождать, дым вытянет и станет легче.

– Кхе-кхе… – помахал ладонью перед лицом и решил осмотреть гостью получше.

Быстро пробежавшись по ней взглядом, заметил две серьёзные раны на бедре. Не смертельные, но бегать она пока вряд ли сможет. Остальное – мелкие ссадины и синяки, то есть, в принципе, ничего страшного, однако с ранами нужно что-то делать.

Только вот что? Бинтов-то у меня нет…

А может, у неё есть?

Пришлось повозиться, чтобы стянуть с неё рюкзачок, но в итоге у меня получилось. Правда, внутри ничего путного не нашёл. Вернее, нашёл платье или халатик, похожий на тот, что был сейчас надет на ней.

– А вот это, кажется… – я уже обрадовался, заприметив белый лоскуток, когда понял, чем он является на самом деле, положил обратно. Нехорошо это, конечно, в девичьем исподнем копаться, но ситуация у нас нестандартная.

Также обнаружил слипшиеся мокрые пироги, парочку морковок и какую-то странную продолговатую деревяшку округлой формы. По ощущениям он был склизким и как будто сделан из какого-то корешка. Может, целебный, чёрт его знает. Но вообще странный набор в дорогу…

– Что ж, прошу прощения. – вздохнул я, понимая, что придётся стягивать с неё чулок. Иного выхода просто не видел. По-хорошему, раны бы обработать, но выходить из землянки сейчас было опасно.

Разорвав ткань на три лоскута, двумя перевязал раны, а третьим аккуратно обтер ссадины. Девушка пару раз издала какие-то красивые и приятные моему слуху звуки, но глаз так и не открыла.

Закончив с оказанием первой помощи, подкинул ещё пару дощечек в огонь и уселся рядом, разглядывая принцессу. Снаружи несколько раз доносились подозрительные звуки и чьи-то голоса, но нас они так и не нашли. В любом случае пока выходить из укрытия я не планировал.

Что насчёт принцессы… Почему я вообще продолжаю называть её принцессой? Ну, она красивая. Очень. Даже несмотря на потрёпанные волосы, грязь на лице и многочисленные ссадины, эта незнакомка выглядела просто сказочно. Высокая, молодая, с тонкой талией и округлыми бёдрами. Черты лица такие милые-милые, аж глаз не отвести. А грудь… Ох… Не большая, не маленькая, но выглядела она очень соблазнительно. Оба холмика как в гамаках покоились в полах её халатика.

Наряд, к слову, был уж очень странный. Какой-то иноземный. Я такого раньше никогда не видел. Как сказал ранее, на ней был белый халат с широкими короткими рукавами, расшитый тёмными веточками и розовыми цветами вишни. Широкий пояс, туго стянутый вокруг талии, подчёркивал все её изгибы – и тонкий стан, и округлость бёдер, и упругость груди.

А вот ниже… Какое бесстыдство! Я сначала подумал, что она просто потеряла штаны по дороге, но нет. Под халатом красовалась коротенькая юбочка, едва прикрывающая бёдра.

– Как тебя родители-то в лес в таком виде отпустили, дурёха? – тихо пробурчал я, неодобрительно качая головой.

Чулки хоть и немного сглаживали ситуацию, но всё равно… «Стыдоба-то какая!» – нахмурился я, но сам не мог отвести глаз от её ног.

– М-м-м… – неожиданно простонала девушка и снова затихла.

Я сглотнул так громко, будто проглотил булыжник, потому что в этот момент она подогнула ногу, и мне открылся вид на её гладкое бархатистое бедро и едва прикрытый тонкой белоснежной тканью бугорок.

Дыхание перехватило.

Конечно, многие подумают: «Ну чего ты, Гриз! Такой большой и страшный! Никогда что ли девушку не видел? Ты же мужик!»

И да, не видел! Они шарахаются от меня как от прокажённого! А я ведь никогда никому ничего плохого не делал! Галчонок, дочь мельника, при моём появлении сразу на чердак убегает. Сойка, внучка кузнеца, тоже прячется. Только их испуганные шёпоты в спину и слышал. А тех, кто меня не боялся, родители быстро в дом загоняли.

Эх…

А тут прямо передо мной лежит и дышит. Я украдкой наблюдаю, как при каждом её вдохе грудь плавно поднимается и медленно опускается…

Снова сглотнул. Готов всю ночь на это смотреть.

«Ещё бы она ножку чуть повыше приподняла…»

– Так! Отставить! – мысленно дал себе оплеуху и встряхнул головой.

И всё же… Передо мной взаправду лежал самый настоящий цветок, какой редко можно встретить в наших краях.

***

Забудьте всё, что я сказал! Это не цветок – это сорняк! Кровопийца! Сумасшедшая, сумасбродная дура! Но обо всём по порядку.

Несмотря на то, что живот требовал еды, напоминая мне об упущенной кабане, а голова активно подкидывала образы довольного волчары с раздутым пузом, я всё-таки умудрился задремать. Это был неглубокий сон, и вскоре, может, спустя пару часов, сидя спать не так удобно, как лёжа, вздрогнув, проснулся.

Девушка всё ещё была без сознания, а я лишний раз восхитился тем, какая она милая, красивая и нежная. Руки аж сводило её обнять, но держался как мог. Позволил себе только прядку волос с её лица убрать. Уж очень они манили своим необычным цветом.

И вот тут важный момент, ребята. Запомните: всё, что в природе имеет яркий и вызывающий окрас, скорее всего, ядовитое, и лучше руками это не трогать и вообще не подходить. Не делайте как я!

Так вот, стоило мне коснуться её волос, как принцесса внезапно открыла глаза. Не просто открыла, а распахнула, как будто и не спала вовсе.

«А глаза у неё были голубые-голубые…» – подумал я, а сам замер, дышать лишний раз боюсь, чтоб не спугнуть.

И она тоже… Банки свои вытаращила и смотрит на меня не моргая.

Ладно… Ладно… Только без резких движений.

Я прекрасно понимал, что мой грубый и диковатый внешний вид может напугать девушку, а потому аккуратненько, осторожно и очень неспеша стал убирать руку от её лица.

Стоило мне освободить воздушное пространство над головой незнакомки, как она резко сорвалась с места и, быстро перебирая всеми конечностями, забилась в угол, откуда продолжила на меня таращиться.

– Привет, – начал я. Надо ведь что-то сказать, да? Поздороваться, например. – Меня зовут…

– Ты кто?! – выпалила она перепуганным голосом. Даже со своего места слышал, как у неё сердце колотится. Будто лошадь в галоп пустили.

– Гриз. Меня зовут Гриз, и это я тебя спас.

Прям гордость за себя почувствовал. Вот такой я молодец.

– Спас?

Девушка отвела взгляд, прищурилась, а затем неожиданно крякнула и замотала головой.

– Не-не-ене-енененененене, нет. Определённо и абсолютно точно нет.

Я аж растерялся. Настолько уверенно она это говорила.

– Да как нет-то, когда да. Сам лично на себе тащил.

– Думаешь, у меня память плохая? – подалась она вперёд. – Точно помню, как за мной гнались какие-то злыдни в красных железках, а я изящно и грациозно, будто само воплощение восточного ветра, ускользала от них, прокладывая свой маршрут по ветвям могучих деревьев. Если бы ты внезапно не возник на моём пути, то и спасать меня тогда не пришлось. Сам натворил, сам исправил. Так что если ждёшь моей благодарности, то зря ждёшь. Шиш тебе.

– Грациозно? Изящно? – у меня аж бровь приподнялась. А она, между прочим, тяжелая и очень кустистая. – Да ты влетела в меня, как мешок с прошлогодней картошкой! Если бы не я, то расшиблась бы об какой-нибудь пень!

У неё после моих слов аж хохолок поднялся. И, внезапно, кое-что ещё.

– Так я и расшиблась об пень! Говорящий! – впился противный визг в мои не привыкшие к подобному уши. – Передо мной сидит и губищами своими хлопает! Обмануть меня пытается! Никого тебе не напоминает?! Голова теперь из-за тебя болит, слышишь?! Что… Куда ты уставился?!

– Во-первых, не кричи, нас могут услышать, а во-вторых… – моя рука сама собой поднялась и указала в сторону её макушки. – У тебя там это…

– Что? – нахмурилась она и подняла глаза вверх. После этого принялась ощупывать волосы. Однако, не обнаружив никаких странностей, переключилась на свои кроличьи уши, которые торчали из её макушки. Судя по отсутствию какой-либо реакции, они для неё были такой же обыденностью, как небо над головой.

В итоге, не обнаружив ничего интересного, крольчиха решила, что я говорю о шишке на её лбу.

– Большая? – спросила она, хлопнув несколько раз своими длинными ресницами.

– У тебя уши.

– И что? У тебя тоже. Уши. Шишка, спрашиваю, большая? Сильно видно?

– У тебя кроличьи уши на голове. – Я всё ещё не мог отойти от шока. Свалилось, блин, счастье на мою голову. Причём буквально. – Ты… магозверь.

После моих слов она чуть склонила голову на бок так, что одно её ухо завалилось, а второе осталось стоять, и взглянула на меня как на имбецила.

– И? А ты нет, что ли? Я тебя так сильно по голове ударила?

Вопрос ещё большой, кто и кого сильно по голове ударил. Впрочем, у меня ощущение, что тебя мать от рождения периодически нет-нет да на пол роняла.

– Вообще-то нет. – пробасил я.

– Хах, а кто же? – хихикнула она. Теперь в её взгляде я видел своё отражение уже не на уровне имбецила, а какого-то конченого сумасшедшего, с которым надо разговаривать медленно и по слогам.

– Человек.

– Аха-ха-ха-ха! – звонко рассмеялась она. Утёрла слезу, а после с насмешкой окинула меня взглядом. – Конечно. Да. Человек, ага. Да как тебе в голову вообще такое о-о-о-о-о-о-о…

Её лицо изменилось с насмешливого на жуть какое возмущённое.

– Ты трогал мои вещи! – крольчиха схватила свой рюкзачок и принялась шерудить там рукой.

Мать лесная, какая же она шумная.

– Я искал, чем перевязать твои раны.

– И в итоге порвал мой чулок! Что ты за зверь такой?! Да как… Как так можно-то вообще?!

Никак нельзя. Я уже жалею, что подобрал тебя.

– Так, ладно. С вещами разберёмся потом. – захлопнула она рюкзак и взглянула на меня серьёзным взглядом. – Хорошо, Густав. Раз уж ты человек, то будь так любезен, принеси мне воды. Я хочу пить.

– Я Гри-из. – протянул своим клокочущим скрипучим голосом.

– Ха! Вот ты и попался! – хмыкнула ушастая неприятность, уперев руки в бока. – Но ты же сказал, что являешься человечем. Даже маленький ребёнок знает, что всех мужчин-человече зовут Густав, а всех женщин – Бумка. А раз тебя зовут Гриз, ты сам это, к слову, сказал, значит, ты не человече. Всё просто и логично.

И вот в землянке наступила тишина. Звенящая. Страшная, сука, тишина. Я смотрел на самодовольное лицо крольчихи, она с лицом умственного и морального превосходства смотрела на меня в ответ. Мой мозг просто смотрел на всё это и думал, за что схватиться, с чего начать, и не знал. Не зна-а-а-ал! А он старался!

– Честно, Гриз! Я стараю! Стара-а-аюсь! Не получается! Тут какой-то п*здец, мужик! Беги от неё в лес, петляя из стороны в сторону, чтобы поймать было сложнее!

В общем, он не мог определиться, потому что эта глобальная катастрофа с двумя розовыми ушам такой херни накидала, из которой даже слово «жопа» не складывалось.

Я глубоко вдохнул. Очень глубоко. Мне понадобилось очень много воздуха. А затем выдохнул.

Даже после этого мне понадобилась короткая пауза.

– У мужчин-людей бывают разные имена, в том числе Густав, но это не значит, что нас всех зовут Густав. Это нелепо. Во-вторых, женщин… Бумка… Такого имени даже не существует! Как ты вообще здесь…

– Ладно, ладно! – замахала она ладошкой перед лицом. – Бумка, Густав… Какая разница? У меня нет времени тут рассиживаться. Ты можешь и дальше тут сидеть, а я пошла.

К этому моменту я уже накрыл глаза ладонью и не спешил эту ладонь убирать, поскольку она хоть немного, но смягчала столкновения с её твердолобостью.

– Куда?

Крольчиха на секунду замерла.

– Ах да… В какой стороне город «Грибная шляпка»?

– Грибная… Что? – ладонь не выдержала и соскользнула.

– Понятно. Ты ещё и в местности плохо ориентируешься. Здоровенный, глупый бурдюк.

Держись, Гриз. Заклинаю тебя, держись. Девушек бить нельзя – так отец говорил.

– Я прекрасно ориентируюсь на местности и могу тебя заверить, что отсюда на расстоянии ста километров нет никакой Грибной шляпы.

– Шляпки. – поправила она меня.

– НЕ ВАЖНО.

– Как нет? – в воздух поднялось сразу оба уха. – Как это нет? Должна быть! Это великий город, которым правит мудрая девятихвостая лисица!

– Да хоть сама лесная мать! Тут в паре километрах деревня Сосновка и ничего более. И, к слову… – до меня начало доходить. Сперва откинул эту мысль, но, глядя на этого сумасшедшего кролика, понял, что стоит всё же уточнить один моментик. – Ты ведь в курсе, что сейчас находишься на территории человеческой империи?

И снова тишина. Тихая такая, приятная. Крольчиха уставилась на меня шокированным взглядом. Несколько раз хлопнула глазами, пару раз губами, дёрнула головой, видимо, хотела возразить, но, похоже, в её голове что-то наконец начало работать. Не мозг. Я пока не готов говорить о мозге. Возможно, там кедровая шишка притаилась.

– Ты уверен?

– Абсолютно.

– Если это какая-то шутка, Густав…

– ГРИЗ.

– Да не важно. – снова махнула она рукой.

– ВАЖНО! – взревел я, поднимаясь с места. – ЭТО МОЁ ИМЯ! И МЕНЯ ЗОВУТ ГРИ-И-З! ЗАПОМНИ! ГРИ-И-И-ИЗ!

Кролик от моего рёва снова вжалась в стенку землянки и, пока я на неё орал, опять разучилась моргать.

– Х-хорошо, Густ… Гриз. – моргнула. – Я запомнила. – опять. – И если ты не возражаешь, то… – девушка мотнула головой на дверь. – Мне надо идти.

– Ну, иди.

Задерживать её не стал. Да и, собственно, зачем? На фоне неё даже долбанутая об шпалу инквизитор Селестия выглядит настоящим подарком.