Текст книги "Всадник на белом коне. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Юрий Морозевич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 36 (всего у книги 52 страниц)

– Печальное известие, – шеф удрученно покачал головой. Впрочем, было заметно, что трагическая новость его не слишком-то огорчила. – Хотя, если между нами, то скорбеть о кончине своенравного вали, пожалуй, никто не станет. А персонал, конечно, жаль.

Вит выразительно хмыкнул и отвернулся.

«Надо полагать, муж нашей Натальи имеет на этот счет собственное мнение, – подумал Двинский. – Судя по его весьма красноречивой реакции, жалеть там абсолютно некого. Оч-чень интересно... Чем же сотрудники зоны так уж ему насолили? Что он там увидел или узнал, из-за чего естественное сострадание к погибшим коллегам, кажется, полностью покинуло его душу? Видимо, что-то не очень хорошее, потому что на прожженого циника он решительно не похож.»

– Подробности, – сухо сказал он. – Записи видеотекторов... свидетельства очевидцев...

– Все это есть. Изложено в отчете, который я передала вашей Анжеле, – сказала Йола-Наталья и снова покосилась в сторону притихшего на диване экипажа «Леопарда». Словно сомневалась, уместно ли излагать подробности в присутствии незнакомцев. Наконец, решилась и произнесла: – Думаю, не стоит сейчас углубляться в детали. Скажу лишь, что смертельный катаклизм, по моему мнению, случился исключительно по причине вооруженного нападения, инспирированного Орденом.

– Опять Орден, – с досадой проговорил Двинский и тоже посмотрел на Фрэда с Алиной. – А эти-то здесь каким боком?

– Орден развернул настоящую охоту за моим мужем, – мрачно сказала Йола. – Разгром штаб-квартиры «Артемиды»... затем нападение на «Зону мониторинга». И в обоих случаях основная цель – именно он, Виталий Петричев.

– И потому ты привезла его сюда...

Шеф выжидающе поглядывал на свою сотрудницу. Было сильно заметно, что ему крайне не терпится узнать, чем же таким несчастный амнезоид с Марса сумел насолить всемогущей, опутавшей весь мир организации. Однако он сдержался, справедливо рассудив, что подробности и в самом деле лучше узнать из отчета.

– Да, – ответила Йола. – Поэтому. Мы просим у вас защиты.

«Та-ак... Сначала Фрэд с Алиной, а теперь еще и эти... – Двинский озабоченно взглянул на мирно расположившихся на диване недограгалов. – Что же мне с вами со всеми делать?»

– Ты же знаешь, – как можно мягче сказал он. – Орден так или иначе, но все равно добьется своего, а воевать с ними...

Он развел руками.

– Я не прошу воевать, – ответила Йола. – Достаточно отправить нас на Новастру. Думаю, это единственное место во Вселенной, где мы точно будем в безопасности. Короче, нужна срочная эвакуация.

– Похоже, сегодня всем нужна срочная эвакуация, – задумчиво проговорил Двинский и снова посмотрел в сторону дивана.

Потом взял Йолу за руку, кивнул Виту и повлек их туда, где дожидались решения своей судьбы бывшие узники тропического рая. Оба экзота тут же поднялись навстречу, с тревожной опаской поглядывая на очередных жертв зловредного Ордена.

– Знакомьтесь, – сказал Двинский. – Фрэд Ньюман и Алина Фокина – последний экипаж вернувшегося из небытия рейдера «Леопард». И тоже потенциальные мишени наших общих недоброжелателей.

– «Леопард»? – удивленно произнесла Йола. – Я слышала о каком-то «Леопарде», но думала, что это обычная журналистская утка.

– Как видишь, нет.

Вит молча пожал Фрэду руку и кивнул Алине.

– Кажется, у всех присутствующих одна и та же проблема – Орден, – сказал Двинский, дождавшись, когда разношерстная компания обменяется, наконец, сдержанными приветствиями. – До сих пор вам удавалось счастливо избегать смертельных ловушек, но долго так продолжаться не может. Естественным образом возникает вопрос: что дальше? Спасибо Наташе, подсказала единственно верное решение, с которым я, кстати, полностью согласен. Если бы это было в моих силах, то отправил бы вас на Новастру хоть сегодня. Однако существет целый ряд технических трудностей, с которыми хочешь не хочешь, а придется считаться. И главная из них та, что прямого сообщения с нашей планетой в настоящее время не существует.

– Разве? – Йола-Наталья удивленно вскинула брови.

– Как тебе прекрасно известно, – терпеливо объяснил Двинский, – пампагнеров, с помощью которых осуществляется выход в гипр, в солнечной системе всего лишь два: один на орбите Земли, а другой вблизи Марса.

Фрэд, услышав незнакомый термин «пампагнер», чуть дернулся, переглянулся с Алиной, однако промолчал.

– Чисто теоретически сообщение с Новастрой возможно только с помощью марсианского пампагнера, – продолжал Двинский, – потому что земной работает исключительно на Дигею. Приземелье никогда не согласится с нарушением графика ради того, чтобы отправить с Земли всего лишь нескольких грагалов. Тем более, что ни свободных торад, ни пилотирующих их дальнодеев попросту нет. Абсолютно все завязано на мигрантов. Дальнодеи вообще работают чуть ли не круглосуточно и без отпусков, так что выделить кого-то из них для спецрейса на Новастру никак невозможно. Если желаете, могу забронировать вам места на Дигею хоть сейчас, достаточно внести соответствующие записи в базу данных. Хотите?

– Нет, – решительно сказал Вит. – Видел я этих ваших мигрантов. Как по мне, так они ничуть не лучше Ордена.

– С чего вы вдруг так решили? – удивился Двинский. – Люди как люди.

– Я могу объяснить, – вмешалась Йола. – Дело в том, что до Мадагаскара мы добирались самолетом из Александрии. Ну, а там...

– А-а... кажется, понимаю. Европейские фундаменталисты... И в самом деле, соседство так себе. Пожалуй, вы правы, белых они не любят почти так же сильно, как Орден грагалов. Но это лучшее, что я могу предложить на сегодняшний момент. Доберетесь до Дигеи, а там – хотите, оставайтесь, а хотите – отправляйтесь дальше, на Новастру.

– Нет, – упрямо повторил Вит.

– Я тоже против, – неожиданно заявил Фрэд. – Новый халифат где-то там, среди звезд, – не лучшее место для белого человека.

Он с сомнением покачал головой и взглянул на Двинского.

– Согласна с Фрэдом, – решительно добавила Алина и, стрельнув глазками в сторону Вита, добавила: – И с вами тоже.

Двинский, нахмурившись, оглядел компанию.

– Редкостное единодушие, – произнес он. – Но с чего вы вдруг решили, что я жажду отправить вас в объятия фундаменталистов?

– А что, есть другие варианты? – осведомился Вит.

– Конечно. Александрия – не единственное место на Земле, откуда к нам, на Мадагаскар, доставляют мигрантов. Юго-Восточная Азия... Арктида... приполярные области Норд-Америки... Как видите, география весьма обширная. И, соответственно, этнический состав мигрантов крайне неоднородный. Так что на Косоварии свет клином не сошелся.

– Не понимаю, – сказал Фрэд, – как они уживаются там, на этой вашей Дигее? Вам не кажется, что, сведя вместе огромное количество людей с разными традициями, культурой, вероисповеданием вы закладываете почву для будущих конфликтов? Грубо говоря, не передерутся ли они там в конце концов? Ничего не могу утверждать про других, просто потому что не знаю, но Европейский халифат, на мой взгляд, всегда отличался крайней степенью нетерпимости к чужакам, насаждая свой образ жизни как единственно правильный и непогрешимый. Причем, зачастую с помощью грубой силы. Правда, это было давно, и за двести лет все могло измениться...

Он с сомнением пожал плечами. Вит одобрительно хмыкнул.

– Надеюсь, вы не думаете, что специалисты Новастры настолько недальновидны и приступили к столь масштабному проекту, не просчитав всех возможных последствий? – Двинский усмехнулся, с любопытством переводя взгляд с одного на другого. – Хочу напомнить: пригодных для жизни планет девять, так что развести всех по углам не составляет никакого труда.

– Но не хотите же вы сказать...

– Хочу. Потоки мигрантов организованы таким образом, что европейские радикалы попадают на одну планету, а азиаты, скажем, – на другую... монголоидное население России – на третью... Всего в программе переселения задействовано четыре планеты из девяти, так что свобода маневра у нас практически ничем не ограничена. На каждой из планет соседствуют только те этнические группы, которые и на перенаселенной Земле уживались друг с другом вполне миролюбиво.

Фрэд на секунду задумался, а потом сказал:

– Ну хорошо. Допустим, вы предусмотрели если не все, то очень и очень многое. И прибывающих мигрантов, полагаю, вы оставляете не в чистом поле наедине с первозданной природой? Я прав?

– Но это же очевидно, – пожал плечами Двинский. – На каждой из планет выстроены достаточно обширные поселения со всей полагающейся инфраструктурой, а соответствующие службы Новастры полностью обеспечивают переселенцам комфортные условия проживания. Так же, как потребности энергетики и снабжение продуктами питания. Но я не понимаю, к чему вы клоните?

– Сейчас, сейчас... Итак, вы сами сказали: мигранты на планетах Дигеи находятся на полном иждивении Новастры. Как полагаете, захотят ли они когда-нибудь изменить существующий статус-кво?

– Это неизбежно. Предусмотрен постепенный переход колоний на самообеспечение.

– Вот! Уверяю, как только Новастра введет первые ограничения... ну, хотя бы на продукты питания, то сразу же перейдет в разряд самых злейших врагов. Грагалов и сейчас не слишком-то любят, просто вынуждены мириться с их присутствием, а тогда начнут ненавидеть лютой ненавистью. В земной истории такое уже бывало, и не раз, можете мне поверить. Только представьте: вас кормили, поили, обували, одевали, снабжали бытовой техникой и средствами передвижения... а потом вдруг р-раз! – и сказали: «Хватит! Теперь сами!» А люди-то уже привыкли жить на всем готовом. Как начнут относиться к бывшим благодетелям даже самые лояльные из колонистов, объяснять надо? Ответ, полагаю, очевиден.

Двинский нахмурился. В душе начинало подниматься легкое раздражение из-за того, что вместо решения конкретной проблемы ему навязали совершенно ненужную дискуссию по вопросу, в котором он не чувствовал себя в достаточной мере компетентным.

– Это проблема далекого будущего, – сказал он. – А над нами висит задача, которую нужно решить сейчас. Итак, кто согласен лететь на Дигею?

Ответом стало гробовое молчание.

– Значит, никто, – констатировал Двинский. – Что ж, предлагайте свои варианты.

– Позвольте мне, Алексей Агафонович, – произнесла молчаливо наблюдавшая за происходящим Йола. – Хочу пояснить, почему я тоже против. Торады с мигрантами отправляются из Приземелья со станции «Поларис». Это факт, не подлежащий обсуждению. Аксиома. Точно так же, как и то, что станция буквально наводнена адептами Ордена, участвующими в процессе, а также сотрудниками МАКОДа. И стоит нашей компании там засветиться... боюсь, никакая маскировка нас не спасет. Вы этого хотите? Я – нет.

– Хм... – задумчиво произнес Двинский. – Этого я, действительно, не учел.

– А потому, – продолжила Йола, – остается единственный вариант – Марс. Контроль со стороны МАКОДа там символический, да и возможности Ордена в Дальнем Внеземелье хоть и слегка, но все-таки ограничены. А дальше надеяться, что нам повезет, и рейса на Новастру придется ожидать не слишком долго.

– Что ж, ты права, – Двинский обвел взглядом притихшую компанию. – Полагаю, такой компромис всех устроит.

На этот раз возражений не последовало.

Двинский активировал орифлектор и произнес в пространство:

– Анжела!

– Слушаю, Алексей Агафонович!

– Забронируй четыре... нет, пять мест на ближайший марсианский рейсовик.

– Хорошо, Алексей Агафонович.

– Спасибо.

Начальник Службы информационного обеспечения снял орифлекторные очки и убрал в карман.

Алина склонилась к Фрэду и прошептала ему на ухо, тихо, но так, что все услышали:

– Не понимаю. Нас вроде четверо... а пятый кто?

– Не волнуйтесь, – успокоил Двинский. – Не могу же я отпустить вас одних. В качестве охраны и сопровождающего полетит тот, кого вы очень хорошо знаете... Итак, все свободны. О времени рейса вас оповестят. Наташа, проводишь гостей?

Он повернулся и направился к своему рабочему месту.

– Алексей Агафонович!

Двинский остановился на полпути и развернулся. На него смотрела Алина.

«Ну что еще? – с неудовольствием подумал он. – Ведь, кажется, обо всем уже договорились.»

– У меня очень важный вопрос, – слегка запинаясь от волнения, произнесла девушка. – Хотелось бы обсудить, прежде чем вы отправите нас на Марс. Речь пойдет о первом, настоящем, экипаже «Леопарда».

– Алина! – негромко произнес Фрэд и дернул ее за рукав. – Думаю, сейчас не время...

Однако остановить ее не удалось. Резким движением девушка высвободила руку и повторила, глядя прямо в глаза:

– Поверьте, это и в самом деле необходимо.

– Ну, хорошо, я вас слушаю, – мысленно вздохнув, произнес Двинский. – Что с экипажем не так?

Фрэд снова дернул подругу за рукав.

– Как вы уже знаете, – торопливо произнесла Алина, – там, у Регула, мы воспользовались брошенным кораблем, чтобы вернуться домой. Тогда мы сочли, что экипаж не смог пережить катастрофу, забросившую «Леопард» на десятки световых лет от ловушки на Обероне, а потому присвоили себе право распорядиться покинутым рейдером по своему усмотрению. Но только совсем недавно до меня вдруг дошло: а вдруг мы совершили роковую ошибку, и «леопардовцы» на тот момент могли быть еще живы? Тогда получается, что мы украли у них последний шанс на возвращение.

Двинский нахмурился. В словах «блондинки» явно просматривалось нечто рациональное. Йола и Вит поглядывали на девушку со все возрастающим интересом, для них история возвращения «Леопарда» вообще была внове.

– Ваши умозаключения вполне могут соответствовать действительности, – наконец, произнес Двинский. – Однако теперь они не имеют никакого значения. К чему весь этот разговор?

– Я прошу помощи в организации спасательной экспедиции, – единым духом выпалила Алина.

Такого никто не ожидал. Фрэд и Йола смотрели на девушку в немом изумлении, и только Вит задумчиво уставился куда-то в потолок.

– Экспедиции? – повторил Двинский. – Но это же невозможно...

– Почему? – парировала Алина. – Грагалы, насколько я понимаю, широко используют гиперпространство для осуществления полетов на межзвездные расстояния. Вам не нужно путешествовать десятки лет, чтобы преодолеть целые бездны пространства. Я правильно понимаю? В таком случае, что мешает отправить один из кораблей к Регулу? Или возможность спасения нескольких жизней вас совсем не интересует? В таком случае, это бесчеловечно!

– Постойте, постойте... не стоит горячиться. Давайте разберемся спокойно. Прошло столько лет... наверняка те «леопардовцы», которые к тому времени еще могли быть живы, давно и безнадежно мертвы. В подобном путешествии нет абсолютно никакого смысла. Извините, но спасательная экспедиция умерших не воскресит.

– Вы ошибаетесь! – воскликнула Алина, не обращая внимания на попытки Фрэда ее остановить. – Совершенно очевидно, что время здесь и там течет по-разному! Как долго мы пробыли на той планете? – Она повернулась к Фрэду. Тот лишь пожал плечами. – Два часа? Три? А здесь, в солнечной системе, прошло около двухсот лет... если быть точнее, то чуть больше ста восьмидесяти. В таком случае, год, что мы провели на острове, вполне может обернуться считанными минутами там. А значит, шанс на спасение экипажа «Леопарда» до сих пор не нулевой, хотя и становится меньше с каждым прожитым днем... Ну как мне вас убедить? Мы же никогда себе не простим...

Она, закусив губу, смотрела на Двинского, и только на него.

– Неожиданно, – произнес тот. – Не могу сказать, что вы меня убедили, но, по крайней мере, заставили задуматься. Вообще-то говоря, гипотеза в достаточной степени бредовая, чтобы быть истинной... вы уж извините за резкость.

– А я поддерживаю Алину, – неожиданно заявил Вит. – Возможно, она была не до конца убедительна, но логических нестыковок в ее построениях я не увидел. Считаю, спасательная экспедиция необходима, причем, чем скорее, тем лучше.

– А вы, надо полагать, специалист? – ощетинился Двинский. – В темпорологии, топологии, теории гиперпространства?..

Очень он не любил всезнаек и выскочек.

– Я во многих областях специалист, – усмехнулся Вит. – Даже в мелиорации.

– Вит – один из ведущих физиков-теоретиков планеты, – Йола сочла необходимым вступиться за репутацию мужа. – Советую прислушаться к его мнению.

– Обязательно, – язвительно произнес Двинский. – Кто-то еще хочет высказаться?

Все молча смотрели на облеченного властью начальника Службы информационного обеспечения и ожидали окончательного решения. Он обвел компанию хмурым взглядом и произнес:

– Скажу прямо: вопрос о снаряжении к Регулу спасательной экспедиции не входит в мою компетенцию. Не уверен, что это вообще возможно. Но могу обещать, что направлю соответствующий запрос на Новастру вместе с высказанными здесь теоретическими построениями. А там уж как решат... Надеюсь, это все?

– Спасибо, – сказала Алина.

Двинский развернулся и торопливо направился к своему рабочему месту, ежесекундно ожидая нового вопроса, способного перерасти в очередную затяжную дискуссию. Однако больше его никто не остановил.

* * *

Следующие два с лишним часа начальник Службы информационного обеспечения провел за изучением материалов, касающихся катастрофы в «Зоне мониторинга». Йола-Наталья изложила события сухим официальным языком, на редкость аккуратно и крайне подробно, дополнив отчет собственными умозаключениями. Словно доклад на какой-нибудь конференции по вопросам влияния топологически неравновесных структур на гиперпространственные флюктуации. Причастность Ордена Черного Дракона к бандитскому налету на исследовательский центр не оставляла никаких сомнений, в этом Двинский был полностью с ней солидарен. Ни одна из известных ему террористических организаций не посмела бы вот так, внаглую, напасть на тщательно охраняемую – и не кем-нибудь, а именно османами! – международную исследовательскую группу, курируемую не только соответствующими спецслужбами Приземелья, но в том числе и Новастрой. Даже самые отчаянные безумцы вряд ли рискнули бы связаться с грагалами, разве что Орден... Хотя, как сказать... Нападение на «Артемиду» когда-то тоже невозможно было себе представить. И тем не менее... Рано или поздно случается, казалось бы, даже самое невероятное.

Двинский, окутанный призрачным сиянием сфеарного пространства, уже в который раз внимательно изучал отчет Йолы в той его части, что касалась инцидента в «Зоне мониторинга». Словно пытался отыскать нечто важное, ускользнувшее при предыдущих просмотрах.

«Что же все-таки послужило причиной столь дерзкой спецоперации? – думал он. – Страх перед неизведанным? Или патологическая ненависть ко всему загадочному и необъяснимому, берущему начало в пугающих безднах Дальнего и Сверхдальнего Внеземелья?.. Не говоря о вызывающих оторопь и панический ужас модификациях человеческого организма, в полной мере испытавшего на себе коварные прикосновения Неведомого. Или все вместе?.. Что ж, не исключено. Провокации против находящихся на Земле грагалов, кстати, прекрасно объясняются любым из этих предположений. Уж в нападениях на сотрудников миссии и просто отдыхающих Ордену точно нет равных. Хотя неопровержимых доказательств до сих пор никаких...

Но что касается маниакальной убежденности Йолы в том, будто причиной пиратсткого налета послужил ее муж... Хм... Да кто он такой? Далеко не грагал... но и не человек... вообще неизвестно кто. Йола не поленилась, расписала версию о его возможном происхождении на редкость подробно. Хм... загадочное порождение марсианской аномалии... один из шестнадцати. Правда, после османской катастрофы пропорции существенно изменились. Теперь он один из пяти... или даже трех? Число погибших двойников по-прежнему остается неизвестным. Неужели Орден испугался Виталия Петричева до такой степени, что решился пойти на крайние меры, лишь бы избавить мир от его присутствия? Почему-то верится с трудом. Тем более что в «Зоне мониторинга» он оказался далеко не одинок. Чертов Хайрулла! Теперь уже вряд ли кто узнает, скольких так называемых «амнезоидов» сумел затащить к себе хитромудрый вали. Причем, втайне, с легкостью обойдя контроль Приземелья да и наш собственный, чего уж греха таить... Но зачем? В чем причина столь явно выраженного интереса? Неужели Хайрулла и впрямь рассчитывал отыскать среди несчастных двойников, не помнящих собственного прошлого, загадочного Белого Всадника? Глупо. Глупо и наивно.

Шамбала... В наше просвещенное время верить в подобные легенды просто смешно. Да и что стал бы делать столь убежденный фанатик, если бы и в самом деле нашел способ проникнуть сквозь запертые двери? Завоевывать? Набивать золотом и драгоценностями бездонные карманы? Или принудить управляющих миром мудрецов исполнять собственную волю? Полный бред. Гипотетическим владыкам Шамбалы, обладающим технологиями, частично явленными миру в «Зоне мониторинга», не составило бы никакого труда пресечь подобные поползновения. Да они любого агрессора раскатали бы в блин и намазали тонким слоем... Хм... впрочем, именно это там и произошло. Жаль, что в случившемся катаклизме пострадали не одни лишь фанатики.»

Движением руки Двинский погасил сфеарий, а затем устало откинулся на спинку кресла. Дальнейшие размышления над ролью Виталия Петричева при полном отсутствии достоверных данных он считал бесполезной тратой времени.

«Все, хватит! Османская катастрофа требует вдумчивого расследования, кавалерийским наскоком подобную загадку не разрешить. Пусть информация как следует утрясется, уляжется в голове, а там, глядишь, что-нибудь разумное и получится. А пока займемся текущими делами.»

Он встал, подошел к окну и некоторое время просто наблюдал за взлетом лихтера, уносящего в сияющие небеса очередную партию мигрантов. Давно ставшее привычным зрелище направило его мысли в другое русло.

«Целый год космический мост на Дигею работает в непрерывном режиме, – думал он, – а очередь из желающих покинуть Землю не только не уменьшается, но становится все длиннее и длиннее. И в этом свете почему-то все более и более непосильным начинает выглядеть обязательство, добровольно взятое на себя грагалами. Чем-то сродни попытке вычерпать чайной ложкой мировой океан. Страшно подумать, сколько миллионов человек предстоит пропустить буквально через игольное ушко, сколько еще уйдет на это времени и ресурсов. Однако деваться некуда, альтернативой может стать только полная катастрофа.»

Двинский вздохнул и вернулся к столу. Предстояла рутинная, но тем не менее крайне важная работа.

Прежде всего он сочинил послание для своего марсианского коллеги, в котором подробно описал внезапно возникшие трения с Орденом Черного Дракона, ни с того ни с сего озаботившегося кардинальным решением вопроса с бывшим экипажем «Леопарда», а также Натальей и ее мужем. После чего в постскриптуме попросил всемерного содействия в обеспечении их безопасности. Он нисколько не сомневался, что Игорь Никитин сумеет предпринять для этого все возможное и невозможное, многолетняя дружба с главой марсианского филиала была тому порукой.

Покончив с этим важным делом, Двинский глубоко задумался. Предстояло самое, на его взгляд, неприятное. Высказанное Алиной предположение о том, что первый экипаж рейдера может оказаться до сих пор жив, не находило в его душе никакого отклика. Ну не верил он в подобные чудеса, хоть убей! Фокусы со временем, текущим по-разному в системе Регула и здесь, на Земле, не выглядели для него сколько-нибудь убедительно. И тем не менее, обещание дано, а значит, нужно его выполнять.

Он вздохнул и принялся за составление подробной записки. Когда он, наконец, закончил, то почувствовал себя вымотанным до последней степени. Оказывается, невероятно трудно описывать то, во что сам не веришь, и уж тем более просить содействия по столь сомнительному вопросу. Возникло стойкое ощущение того, что поддержка высказанного «блондинкой» бредового предположения может привести к серьезным репутационным издержкам. В душе теплилась слабенькая надежда на то, что специалисты на Новастре, ознакомившись с посланием, не сочтут его сумасшедшим.

«Но даже если так, – с мрачным отчаянием вдруг подумал он, – ну и ладно, пропади она пропадом, моя репутация. Переживу как-нибудь. Пусть даже поднимут на смех, я этого все равно не увижу. А данное слово нужно держать, по-другому я просто не умею.»

– Анжела! – сказал он в пространство.

В центре сфеарного пространства протаяло окно, откуда выглянуло довольно миловидное личико, обрамленное вьющимися белокурыми локонами.

– Слушаю, Алексей Агафонович, – девушка лучезарно улыбнулась.

«Опять сменила имидж, – подумал Двинский. – Сегодня она у нас блондинка. Вот же, черт... везет мне на них.»

– Я переслал тебе две записки, – сказал он. – Первую нужно отправить на Новастру, а другую на Марс, Никитину. Я указал, какую куда, надеюсь, не перепутаешь.

Затем немного подумал и добавил:

– Копию – Поповичу.

«Пусть, – решил он. – Глава марсианской Службы Безопасности должен быть в курсе того, насколько проблемных гостей ему предстоит принять. Надеюсь, он меня за это не проклянет. Может случиться так, что содействие столь влиятельного чиновника нам еще понадобится. Во всяком случае точно не помешает.»

Анжела кивнула и вдруг отвлеклась куда-то в сторону. За ее спиной возникло какое-то движение.

«Что там такое? – с неудовольствием подумал Двинский. – Опять посетители? Видеть никого не желаю. Хватит.»

– Алексей Агафонович! – сказала Анжела и состроила виноватые глазки. – Это к вам.

– Ангел мой, – проникновенно сказал он. – По-моему, я доходчиво объяснил, что меня ни для кого нет. Что здесь непонятного?

– Извините, но это такие посетители, которым невозможно отказать.

– Кто такие?

– Двое офицеров МАКОДа.

«Что ж, ожидаемо. Оперативно работают, ничего не скажешь. Правда, лицезреть их именно сегодня – удовольствие, прямо скажем, так себе. Впрочем, МАКОД всегда является незванным и всегда некстати.»

– Хорошо, пусть пройдут в кабинет.

Агенты выглядели, словно близнецы-братья: одного роста, темноволосые, к тому же одетые одинаково – песочного цвета брюки и такие же рубашки с короткими рукавами. На левой стороне у каждого красовалась эмблема МАКОДа, а на плечах можно было разглядеть нечто вроде погон со знаками отличия. Гости подошли вплотную и остановились, сурово поглядывая сверху вниз. Представиться они, конечно же, забыли, поэтому Двинский немедленно окрестил их сам: тот, который слева, стал Первым, а его спутник, соответственно, Вторым.

– Чем обязан? – нарушил молчание хозяин кабинета.

Сесть нежданным гостям он так и не предложил.

«Ничего, переживут, – злорадно подумал он. – Зато задерживаться не станут.»

Макодовцы переглянулись, а затем Первый сказал:

– Совершено нападение на один из островов архипелага Чагос в Индийском океане. Разрушена научная лаборатория и похищены двое ее сотрудников.

«Как же они все-таки предсказуемы, – мельком подумал Двинский. – Не нужно иметь большого ума, чтобы экстраполировать, что же будет происходить дальше. Но как же я угадал!»

– Сочувствую, – сказал он. – И какое же отношение столь вопиющее нарушение общественного порядка имеет к нам?

– Непосредственное, – сдвинул брови Первый. Его попытки подчеркнуть серьезность происшествия отчего-то показались Двинскому смешными. – По нашим данным в инциденте замешан гражданин Новастры грагал Ивар Янсонс. Необходимо провести всестороннее расследование бандитского нападения на мирных ученых и незамедлительное их освобождение. Службой Безопасности Земли и Приземелья возбуждено уголовное дело. Мы требуем немедленной выдачи упомянутого Ивара Янсонса и передачу под нашу юрисдикцию захваченных заложников – Фрэда Ньюмана и Алины Фокиной.

Он замолчал и сурово взглянул на хозяина кабинета. Словно ожидал, что начальник спецслужбы Новастры прямо сейчас испугается и тут же начнет каяться во всех смертных грехах.

– Понятно, – Двинский тоже сдвинул брови и строго взглянул на грозных гостей. – Поверьте, я полностью разделяю ваше негодование. В самом деле, вооруженный налет – это недопустимо. Но я одного не понимаю: с чего вы вдруг решилии, что Новастра имеет к инциденту с лабораторией хоть какое-то отношение? Равно как и к похищенным, по вашим словам, ученым?

– Мы отследили маршрут глайдера, на котором пленников вывезли с острова, – подал голос Второй. – Он обрывается здесь, на Мадагаскаре.

– А-а... ну тогда конечно...

– К тому же, мы абсолютно убеждены, что вы полностью в курсе происходящего, – добавил Первый. – Укрывательство преступника – это знаете ли... Не советую.

– Значит, убеждены... это хорошо. Тогда скажите, кто такие эти Ньюман и Фокина? И что они делали на этом вашем острове?

– Какое это имеет значение? – картинно возмутился Первый и переглянулся со Вторым. – Скажем, ученые... океанографы, наверное. Это что-то меняет?

– Наверное... – сокрушенно покачал головой Двинский. – Одним словом, не знаете. Тогда я вам скажу. Ньюман и Фокина – экзоты, инициированные марсианским темпор-объектом много лет назад. А следовательно, подпадают под юрисдикцию Новастры. Полагаю, МАКОД обязан с этим согласиться, в противном случае встанет вопрос о незаконном удержании потенциальных грагалов в зоне спецкарантина, коей и являлся ваш остров. А также о роли во всем этом вашей уважаемой организации. Поверьте, у нас имеются все доказательства.

Макодовцы переминались с ноги на ногу, угрюмо выслушивая обвинения, которые бросал им в лицо начальник Службы информационного обеспечения. Судя по мрачному виду, столь решительного отпора они не ожидали. Наконец, Первый произнес:

– Ваше утверждение требует проверки. Но даже если данные подтвердятся, остается еще бандитское нападение на лабораторию и гибель ее сотрудников. Мы по-прежнему требуем выдачи грагала Ивара Янсонса.

– Который не имеет к нападению на остров никакого отношения, – закончил Двинский. – Поэтому мой ответ – нет, никакой выдачи не будет. Советую поискать виновных в другом месте.

– Интересно, в каком?

– Настоятельно рекомендую обратить внимание на праворадикальное крыло Ордена Черного Дракона. Можете быть уверены, в таких делах мы не ошибаемся.

При этих словах Второй заметно вздрогнул и почти с испугом взглянул на коллегу.

«Боится, – удовлетворенно подумал Двинский. – И правильно делает.»

– Мы проверим, – повторил Первый, кивнул напарнику, и оба направились к выходу.

– Если потребуются доказательства – милости просим, – произнес Двинский им вслед.

В данных обстоятельствах подобное предложение прозвучало особенно изощренным издевательством.

Макодовцы не обернулись. Возникло стойкое ощущение того, что больше они здесь не появятся.

Хозяин кабинета проводил нежданных посетителей долгим задумчивым взглядом, а потом вызвал Анжелу.