Текст книги "Всадник на белом коне. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Юрий Морозевич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 52 страниц)

Последними покинули тонущий самолет коммодор и сразу же за ним Сип со свертком под мышкой.

Казалось, до заросшего берега рукой подать, однако даже такое незначительное расстояние оказалось возможным преодолеть едва ли не на пределе возможностей. Мерзкая жижа лезла в рот, нос и уши, а наполненный зловонными испарениями воздух буквально отказывался наполнять легкие. Сильно мешала коробка с драгоценностями под мышкой, отчего грести приходилось всего лишь одной рукой. Тем не менее, суша хоть и медленно, но приближалась. У самого берега чьи-то руки с силой подхватили его и выдернули из воды. Сип упал лицом вниз и несколько секунд неподвижно лежал, пытаясь восстановить дыхание. А потом сел и обернулся.

Мэтт, оказывается, отстал, хотя и совсем ненамного, и прямо сейчас его дружно вытаскивали на безопасное место. Ничего удивительного, в тяжеленных бутах особенно не поплаваешь... Самолет практически весь ушел под воду, наружу торчал лишь небольшой кусок хвостового оперения. Еще несколько секунд, и он бесследно исчез. Только гладко срезанные верхушки деревьев молчаливо свидетельствовали о том, что здесь недавно произошла авиакатастрофа.

– Великий Юп! – едва отдышавшись, произнес Мэтт. – Ну и смердит... как в выгребной яме. Эй, скунсяра! Это не ты со страху обделался? Что молчишь?

– Не я, – угрюмо отплевываясь, ответил Квасимба.

– А кто же тогда? Больше некому.

– Бегемоты.

– Ты серьезно? – осведомился Сип.

– Абсолютно. Они иногда собираются огромными стадами голов по восемьдесят... даже по сто, а в итоге большая часть донных отложений и воды начинает состоять из их испражнений. Отсюда и вонь...

Дэсма вдруг зажала рукой рот и метнулась за ближний куст.

– Лучше не продолжай, – сказала Гуайюса. – А то нас сейчас всех вывернет.

– Ты, я вижу, крупный специалист, – усмехнулся коммодор. – Непременно обращусь к тебе, когда нужно будет разобраться с очередным африканским дерьмом.

Квасимба криво усмехнулся.

– А где же обещанные аллигаторы? – неожиданно спросил Агаур. – Что-то не видно пока ни одного.

– Тебе что, приключений не хватает? – вдруг ощетинился Мэтт. – Какие, пиранья тебе в зад, аллигаторы?! Мало нам купания в этом вонючем болоте?! Скажи спасибо, что бегемотам мы оказались неинтересны.

– Спасибо...

– Аллигаторов здесь нет, – снова подал голос Квасимба. – Зато крокодилов сколько угодно. В теплой стоячей воде... на мелководье... Наше счастье, что в такой загаженной воде даже крокодилы не водятся.

Вернулась бледная Дэсма и молча села между Гуайюсой и Гвайтаной.

Сип обвел чудом спасшихся воздухоплавателей глазами и произнес:

– Предлагаю обсудить дальнейшие действия. Задерживаться здесь по-любому нельзя. Верная смерть.

– А что, есть другие варианты? – Эскудеро невесело покачал головой. – Кроме как сдохнуть?..

– Есть. Можно пойти на север, восток, запад или юг. Выбирай... Еще можно просто сидеть и ждать, когда нас обнаружат люди господина Дюэна, а затем сдаться на его милость. В которой лично я сильно сомневаюсь. Ну и, наконец, просто пустить себе пулю в лоб. Чем не вариант? Не хуже любого другого.

– Неплохо было бы добраться до побережья, – мечтательно произнес Агаур. – Там много поселений... и даже городов. А какие там заведения... м-м-м... мечта...

Квасимба фыркнул и покачал головой. Мол, до чего же наивные люди встречаются. Мэтт сверкнул на него глазами, отчего предатель сразу же съежился.

– То есть, на запад, – произнес он. – Красиво... но практически неосуществимо. Ты хоть представляешь расстояние отсюда до океана? Большую часть которого придется протопать по непролазным джунглям? С нашими-то возможностями...

– Да я ничего... – сразу же сдался Агаур. – Помечтать-то можно?

– Нам нужен конкретный план, – сурово сказал Сип. – А мечтать можно и после. Я предлагаю двигаться на восток.

– Почему именно на восток? – осведомилась Гуайюса.

– Потому что где-то там находится Кубундо. А на севере и юге вообще ничего нет, только пустыня или саванна со львами...

– Ну, не-ет... – заявил Эскудеро. – Только не Кубундо. Нас и везли туда, к этому вашему Вартану... а теперь предлагаете тащиться прямиком в его лапы по доброй воле? Стоило ли прилагать столько усилий для побега?

– А ты что, совсем разницы не ощущаешь, – прищурился на него Мэтт. – Одно дело, когда нас силой волокли в железном ящике... и совсем другое, когда мы сами... А вообще, мне нравится ход твоих мыслей, Сип. Хотя расстояние выходит не меньше, чем до побережья.

– Существенно меньше, если судить по навигатору в кабине. К тому же, в столице нетрудно будет затеряться, – тут же развил мысль напарник. – А там, глядишь, разживемся какой-нибудь летающей колымагой и уберемся куда подальше.

– Глядите, богач какой отыскался, – скептически усмехнулся Эскудеро. – У тебя даже штанов нет, а на тачку замахнулся. Нас же первый попавшийся полицейский патруль мгновенно упечет за решетку... или сдаст тому же господину Дюэну, ты об этом подумал?

– Предложи что-нибудь получше, – возразил Сип.

С конкретными предложениями было не очень. Компаньерос угрюмо переглядывались, и никто не рисковал оспорить озвученный вариант. Наконец, Гуайюса нарушила молчание:

– А ты знаешь дорогу в Кубундо?

– Нет. Кроме того, что город находится где-то на востоке между Атлантическим и Индийским океанами.

– Очень конкретно... – произнес Агаур.

– Я же не настаиваю, что мой план идеален, – пожал плечами Сип. – Но за неимением другого... Возможно, по дороге встретим кого-то, кто нам поможет.

– Ага... Например, аллигаторов, – съязвил Агаур.

– Мы не дойдем, – тоскливо сказала Гуайюса. – По джунглям... с нашим-то снаряжением...

– Короче! – прервал обсуждение коммодор. – Я принял решение. Выступаем на восток. И если нам повезет, то выберемся из этого чертова Ожемба-Томбо, пираньи вам всем в зад! А ну, поднялись, и вперед, пока не стемнело!.. Квасимба!

Сидевший чуть в стороне ото всех африканец поднялся и подошел к коммодору.

– Надеюсь, ты у нас не только знаток бегемотьего дерьма, – произнес он. – Поскольку этот континент для тебя, можно сказать, родной, будешь проводником. Есть предложения, как нам выжить в джунглях?

– Мы не выживем, Мэтт, – тихо сказал Квасимба. – Гуайюса права.

– Я не спрашиваю тебя, выживем мы или нет, – злобно прошипел коммодор. – Я всего лишь хочу знать, что нам следует делать.

Африканец обвел зашевелившихся компаньерос внимательным цепким взглядом.

– Прежде всего, – тоном знатока заявил он, – советую разобраться с остатками одежды. Необходимо по возможности закрыть все участки кожи, потому как там, – он указал на сплошную зеленую стену, вздымавшуюся ввысь всего лишь в нескольких шагах, – просто невообразимое количество всевозможных кровососущих насекомых, и прежде всего комарья. Но хуже всего то, что здесь водится одна большая и злобная муха, полупрозрачная на вид. Ее укус почти незаметен, но потом наступает такая боль, которую не всякий способен выдержать. Поэтому рекомендую быть крайне внимательными и постоянно осматривать себя и друг друга. Ну и напоследок: обувь, которой у нас попросту нет. Пара трофейных ботинок не в счет, они в джунглях долго не продержатся. А босиком там вообще делать нечего. Как решить эту проблему, я не знаю. А потому твердо убежден: намеченный план абсолютно невыполним.

– Свое мнение можешь засунуть себе в зад, – сверкнув глазами, заявил Мэтт. – А за консультацию спасибо... Эй! Все слышали, что сказал наш новый проводник? Одежду долой! Валите в кучу прямо сюда, будем думать, как ей получше распорядиться.

Куча вышла на удивление маленькой: пара брюк, рубашка да две летных куртки. Не считая ботинок: всего лишь две пары на шестерых... Не густо... Сип переглянулся с коммодором, размотал сверток и добавил рубашку второго пилота в общую копилку. Компаньерос недоверчиво покосились на шкатулку, но в основном промолчали. Лишь Агаур хмуро поинтересовался, что за дерьмо в руках у Сипа.

– Важные документы, – ответил тот.

Похоже, группа удовлетворилась столь кратким объяснением, потому что вопросов больше не последовало.

После недолгих колебаний было принято решение: употребить доставшиеся им невеликие ресурсы на то, чтобы соорудить некое подобие обуви, а остальное – как получится. Ботинки по всеобщему молчаливому согласию отдали женщинам. Квасимба, ни на кого не глядя, разулся и подошел к стоявшей босиком Гвайтане.

– Вот, возьми, – сказал он, протягивая ей спортивного вида туфли.

Девушка, не говоря ни слова, отвернулась.

– Не глупи, – продолжал настаивать Квасимба. – Да, я предатель и не стою того, чтобы со мной общаться. Но поверь, они могут спасти тебе жизнь.

– Бери, Гвайтана, – сказал Мэтт. – Пусть лучше мучается это отродье гиены. Так будет справедливо.

Девушка немного поколебалась, а затем взяла подношение и сразу же отошла в сторону.

– Не ожидал, – негромко произнес коммодор, покосившись на глядевшего ей вслед Квасимбу. – Видно, есть еще в тебе что-то человеческое.

В результате недолгих приготовлений группа более-менее подготовилась к нелегкому походу. Выглядели компаньерос на редкость живописно: женщины в мужских ботинках на босу ногу и мужчины в обмотках из разорванных брюк и рубашек. Летные куртки достались Гвайтане и Дэсме, а Гуайюса от дополнительной защиты высокомерно отказалась, понадеявшись на собственную сноровку. Квасимба поглядел на нее в сомнении, после чего предупредил об огромном количестве разного рода колючек и репьев, способных серьезно поранить открытую кожу. Гуайюса презрительно посмотрела ему в лицо и гордо отвернулась. Африканец не стал настаивать, потому что прекрасно понимал: любая одежда все равно превратится в лохмотья даже после краткого путешествия сквозь заросли.

– Выступаем! – наконец, объявил коммодор. – Сип, Эск и Агаур впереди, остальные цепочкой за ними. Вперед!

– Смотрите по сторонам, – предупредил Квасимба. – В траве могут быть ядовитые змеи. И вообще, придерживайтесь правила: все, что летает, прыгает, ползает и плавает стремится вас съесть. Возможно, тогда проживете чуть дольше.

Группа втянулась в заросли.

Сильно потемнело, словно нежданно-негаданно наступил вечер. Сип поднял голову и не увидел неба. Вверху простирался сплошной полог из растений самых разнообразных форм и размеров, полностью закрывавший обзор. Растительный свод казался невообразимо тяжелым, словно сделанным из свинца, а под ним царила невыносимая духота и страшная влажность.

Почти сразу же выяснилось, что джунгли Ожемба-Томбо состояли из трех четко очерченных ярусов: внизу – лианы и папоротники, из гущи которых вверх, к свету, устремлялись деревья каких-то неизвестных пород. Высоко вверху деревья разветвлялись, а их широкие зеленые кроны образовывали вторую галерею, почти непроницаемую для дневного света. Стволы сплошь обвивали бесчисленные папоротники, мхи, фикусы и орхидеи. И, наконец, третья, самая высокая галерея – гигантские пальмы, кроны которых при всем желании невозможно было увидеть отсюда, с самого дна бескрайнего растительного океана. Насколько мог судить Сип, в высоту исполины достигали не менее восьмидесяти метров, уверенно возвышаясь над плотным зеленым покрывалом и получая в награду максимальное количество солнечного света. Повсюду – и в кронах деревьев, и в густой растительности на земле – буквально кишели разнообразные, привыкшие жить в полумраке животные, большую часть из которых составляли самые невероятные насекомые.

Было серо, душно и влажно. По телу непрерывно струился пот, ни одна капля которого не желала испаряться. И запах... буквально преследующий по пятам запах гниющего дерева и прелых листьев, перемешанный с остаточным ароматом бегемотовых испражнений... Широко раскрытые рты вовсю пытались вобрать в легкие тяжелый липкий воздух, однако безуспешно... уже через несколько десятков шагов его катастрофически стало нехватать. Сип полностью потерял направление, и не смог бы с уверенносью ответить на вопрос, движутся ли они на восток... или на юг... а может быть даже на запад. В голове окончательно все перемешалось, и осталась лишь необходимость передвигать непослушные ноги и рвать руками преграждавшие путь упругие лианы...

Ночь упала совершенно неожиданно. Словно кто-то взял и повернул выключатель, а в результате тропический лес мгновенно окутал непроницаемый мрак. Уставшие до крайних пределов компаньерос буквально повалились в густые папоротники, полностью пренебрегая советом Квасимбы соблюдать предельную осторожность. Сейчас наверняка не помешал бы уютный костерок и сытный ужин, однако ни того, ни другого взять было неоткуда. Голодные, измотанные неравной борьбой путники инстинктивно придвинулись поближе друг к другу, пока не сбились в одну большую кучу. Оставалось надеяться, что притаившихся во тьме ночных хищников не заинтересует горстка несчастных беспомощных людей. Хотя большинству из них собственная участь стала окончательно безразлична.

Мэтт хотел было распорядиться насчет дежурства, но потом передумал и просто махнул рукой. Бесполезно. Даже если случится что-то совсем уж нехорошее, в нынешнем состоянии сопротивляться они просто не смогут. Поэтому лучше набраться сил перед завтрашним марш-броском, а те, кто выживут, пойдут дальше.

Утро началось столь же неожиданно. Вероятно, тот, в чьей власти находился неведомый выключатель, вдруг решил, что пора. Зевнул, потянулся и нажал... Царившая под душным пологом тьма стремительно сменилась обычным серым сумраком.

Сразу же стало понятно, в каком жалком состоянии пребывал отряд. Изодранные куртки женщин... лохмотья вместо обмоток... глубокие царапины и порезы на более-менее открытых участках тела... В довершение всего выяснилось, что ботинки Дэсмы бесследно исчезли. Где и когда она их потеряла, вспомнить оказалось совершенно невозможно. Ступни девушки представляли собой страшное зрелище: сплошная корка из запекшейся крови и засохшей грязи. Сип сильно сомневался в том, сможет ли она продолжать путь.

Он молча смотрел на обессиленных товарищей и понимал, что сегодняшний день скорее всего станет последним днем безнадежного путешествия. Джунгли явно оказались намного сильнее. А если вспомнить, что они способны победить даже богов, то что уж говорить об обычных людях... Призрак Кубундо окончательно растворился в наполненной душными испарениями серой пелене.

Эскудеро со сдавленным стоном поднялся на ноги, и тогда сразу же стало видно, что его неприкрытая спина превратилась в один огромный, жуткого вида синяк. Очевидно, бесчисленное злобное комарье повеселилось здесь на славу. Сип не без оснований подозревал, что его собственная спина выглядит ничуть не лучше. Все тело болело и невыносимо чесалось.

Подгоняемые окриками и неистовой руганью коммодора, остальные компаньерос неохотно встали с насиженных мест. Пошатываясь и опираясь друг на друга, они с полнейшей безнадежностью в глазах ожидали дальнейших распоряжений. Сип отчетливо понимал, что в следующий раз они ни за что не встанут.

Несчастной Дэсме из чьих-то лохмотьев наспех соорудили некое подобие обмоток, и она, поддерживаемая под руки подругами, со страхом ожидала команды выступать. Впрочем, как и все остальные.

Сип, вновь вооружившись драгоценным ножом Гуайюсы, упрямо пошел вперед. Небольшое по размеру лезвие – это, конечно, не мачете, но за неимением лучшего... Он жалел, что не вспомнил о нем вчера, тогда можно было бы обойтись без изодранных в кровь ладоней. С ножом дело явно пошло веселее.

Впрочем, путешествие сквозь заросли продлилось недолго. Несколько десятков шагов, и отряд выбрался на берег широкой то ли протоки, то ли реки. Течения практически не ощущалось, но и с болотом явно не было ничего общего. Вода производила впечатление относительно чистой... и бесконечно... бесконечно вкусной. Сип облизнул запекшиеся губы. За его спиной ощущалось тяжелое дыхание: товарищи по отряду тоже испытывали невыносимую жажду, однако благоразумие пока еще брало верх, удерживая от необдуманных шагов.

Первой не выдержала Гвайтана. Не слушая вялых предостережений коммодора, пошатываясь, она спустилась к самой воде и зачерпнула ладонью. Остальные смотрели на нее с неприкрытой завистью, тем не менее последовать примеру пока еще не решались. Мало ли что там, в этой воде... Отчего-то сразу же вспоминалось бегемотье болото.

– Вкусно, – обернувшись к спутникам, сказала Гвайтана и зачерпнула снова.

Предостерегающий крик Квасимбы заставил всех вздрогнуть и буквально замереть на месте.

– Беги!!! – оглушительно заорал он, и девушка машинально отпрянула прочь от воды.

Все случилось за несколько секунд, так что никто не успел не только прийти на помощь, но даже понять, что происходит.

Гладкая темная поверхность внезапно вскипела, и оттуда высунулась омерзительного вида раскрытая пасть, усеянная множеством длинных острых зубов. Челюсти лязгнули буквально в сантиметре от вовремя убранной ноги. Гвайтана взвизгнула и шарахнулась на несколько шагов назад, но вдруг споткнулась о какую-то корягу и упала. Сил на то, чтобы подняться, уже не оставалось.

Крокодил явно не собирался упускать верную добычу. Он стремительно выбрался на берег и, виляя всем телом, направился прямо к поверженной жертве.

Истошный, нечеловеческий крик девушки совпал со звуком выстрела. Рептилию словно подбросило в воздух, она, извиваясь, всей тяжестью рухнула на спину и мгновенно затихла. Гвайтана смотрела на нее округлившимися глазами, веря и не веря в нежданное спасение и боясь пошевелиться от пережитого ужаса. Гуайюса подбежала к ней и помогла подняться на ноги.

– Хороший выстрел, коммодор, – сказал Сип. – Если не ошибаюсь, точно в глаз. Где научился?

– Жизнь заставила. Опыт, знаешь ли... – Мэтт не торопился убирать оружие, беспокойно осматривая успокоившуюся воду.

– Да-а, опыт – великая сила... Я с тобой уже целый год, но до сих пор почему-то не замечал особых способностей к снайперской стрельбе.

– Просто повезло... я даже не целился.

– Да нет... думаю, тут другое. Подобные рефлексы оттачиваются лишь специальной тренировкой. Это я тебе как бывший десантник говорю.

– Любопытный ты парень, Сип... – недобро прищурился Мэтт. – Причем, совершенно не к месту. Я же, кажется, предупреждал тебя...

– Ладно. Не хочешь, не говори.

Коммодор устало присел на подвернувшуюся корягу и вдруг сказал:

– Не знаю... может, я и в самом деле бывший десантник... или спецназовец... Иногда внутри вдруг что-то просыпается... вот как сейчас.

– Как такое может быть? – удивился Сип.

Мэтт пожал плечами:

– Один лишь Юп знает... Примерно год назад, еще до нашей с тобой встречи, случилось у меня... выпадение памяти, что ли? Имя помню, а кто я... что я... ничего, словно кто-то взял и смахнул всю мою жизнь в помойное ведро... Дьявол! Я даже не знаю, как оказался без ног и с перекошенной рожей... Ну, а потом завертелось: «Защитники народа»... приговор... Южноафриканский Централ...

Сип рассеянно покивал, сосредоточив внимание на суетившихся вокруг Гвайтаны компаньерос.

– Мы не дойдем до Кубундо, – тихо сказал он. – Ты знаешь?

– Знаю.

– Что будем делать?

– Идти, конечно.

– Куда?

Мэтт на секунду задумался, потом сказал:

– Вряд ли мы переправимся через эту лужу, во всяком случае здесь. А значит, будем топать вдоль берега, пока не придумаем что-то другое. Вот туда...

Он махнул рукой направо.

– А почему именно туда? – полюбопытствовал Сип.

– Потому что я так сказал! Есть возражения?

– Пожалуй, нет. Похоже, направление больше не имеет значения. Но замечу, что выступать нужно прямо сейчас, пока никто ничего не понял...

– Согласен.

Мэтт поднялся на ноги и вдруг заорал:

– Эй, вы там! Кончай базар! Собираетесь торчать здесь до вечера?.. А ну, шевелись! Пошли, пошли, пираньи вам в зад!.. Иначе придется кормить этих долбаных крокодилов!

Отряд зашевелился и предпринял попытку выстроиться обычным порядком. Однако выступить сразу не удалось. Никто из компаньерос, озабоченных чисто земными приключениями, не обратил внимания, что в небесной канцелярии кое-что изменилось. Маленькие тучки, прекрасно видимые на доступном обзору участке неба, внезапно слились воедино, образовав над головами черный, абсолютно непроницаемый свод. Казалось, еще немного, и он повиснет на кронах гигантских деревьев, хотя Сип прекрасно понимал, что грозовые облака находятся на высоте не менее нескольких километров. Правда, чувства утверждали обратное.

Дневной свет померк, окружающая природа неожиданно приобрела темно-зеленую окраску, в которой буквально растворились все до единого цвета. Только зеленый, темно-серый и черный... Сверкнула ослепительная молния, и сразу же ударил оглушающий гром. А вслед за ним сверху обрушился самый настоящий водопад. Ничего похожего на обычный ливень... сплошная стена воды, сбивавшая с ног и превращавшая землю в скользкую чавкающую жижу...

– Пошли, пошли!!! – орал Мэтт, однако его почти не было слышно за новыми громовыми раскатами.

Компаньерос с невероятным трудом вновь углубились в заросли. Стало немного полегче, все-таки раскинувшийся над головой растительный полог смягчал напор разыгравшейся стихии. Хотя и в очень небольшой степени. Сип поймал себя на том, что движется почти на автопилоте. Цель похода полностью растворилась в залившей весь мир водной стихии, остался чисто механический процесс: хватать рукой очередную лиану, разрезать ее, отбрасывать в сторону и протискиваться вперед... вперед... только вперед...

Когда чудовищный ливень, наконец, иссяк, оказалось, что день уже перевалил за половину. Пройденное расстояние оценить было совершенно невозможно, однако Сип подозревал, что оно не настолько велико, как хотелось бы. Покойный шеф-пилот был прав: Ожемба-Томбо оказалось смертельной ловушкой.

Кубундо, мне не пить твое вино

И не утюжить клешем мостовые,

– почему-то вдруг вспомнились слова древней песенки. Правда, в оригинале речь шла совсем о другом городе.

Едва придя в себя после вселенского потопа и осмотревшись, Сип даже не сразу понял, где находится. Темно-зеленая стена джунглей маячила в сотне метров за спиной, а сам он стоял едва ли не по пояс в воде и со все возраставшим изумлением взирал на раскинувшееся прямо перед ним свободное пространство.

Цепко держа драгоценную шкатулку и загребая свободной рукой, подошел Мэтт и произнес, натужно дыша:

– Великий Юп! Как нас сюда занесло?

– Понятия не имею, – рассеянно ответил Сип. – Наверное, ливень виноват.

Медленно, с трудом передвигая непослушные ноги, подошли остальные члены отряда и сгрудились вокруг вожаков, окидывая пейзаж взглядами, полными безнадежности и полнейшего равнодушия к собственной судьбе.

Повсюду была только вода. Даже джунгли за спиной, и те возносились ввысь прямо из блестевшей на солнце зеркальной глади. Лес уходил в обе стороны широкими зелеными рукавами, а дальняя его кромка просматривалась на расстоянии не менее километра. Из воды тут и там торчали маленькие островки, сплошь заросшие высокой острой травой, а на самом крупном из них даже торчало большое корявое дерево с кроной, похожей на зонтик. Чуть дальше трава образовывала широкие протяженные полосы, а за ними... Огромное, неисчислимое количество крупных розовых птиц с длинными изогнутыми шеями и устрашающего вида клювами. Сип никогда раньше не видел стай такого размера.

«Фламинго, – безошибочно определил он. – А шеф-пилот, помнится, утверждал, что им здесь и сесть негде. Вот и верь людям на слово...»

– Коммодор, – вдруг послышался голос произведенного в проводники Квасимбы. – Нужно убираться отсюда и как можно скорее.

– Он прав, – подтвердил его слова Сип. – Наша крокодилья протока почти наверняка впадает в озеро, а новой встречи с зубастыми друзьями мы можем и не пережить.

– Согласен, – хрипло произнес Мэтт. Он обвел взглядом измученных людей. – Двигаем назад. Главное – выбраться из этого мокрого дерьма живыми. Давай, давай, чего встали, пираньи вам всем в зад!..

Компаньерос неохотно зашевелились. Очевидно, туманная перспектива окончить жизнь в крокодильем желудке пугала их меньше, чем возвращение обратно по собственным следам. Осознание того, что сегодняшние страдания оказались абсолютно напрасны, вселяло в сердца полнейшее уныние и ощущение безнадежности.

Неожиданный вопль Квасимбы заставил всех замереть на месте.

– Назад!!! – заорал он, глядя в сторону леса безумно выпученными глазами и указывая на что-то дрожащей рукой.

Сип проследил направление и не увидел ничего, кроме обычного темного бревна, покачивавшегося на поверхности у самых зарослей. Именно на него смотрел Квасимба с выражением неподдельного ужаса на лице.

– Ты что? – спросил он. – Какая муха тебя укусила?

– К-крокодил... – запинаясь, произнес Квасимба, тыча пальцем в сторону джунглей.

Сип нахмурился. Загадочное бревно, на которое указывал испуганный проводник, не выглядело особенно страшным или угрожающим. Правда, теперь оно уже не было одиноким, их почему-то стало два... Сип моргнул, прогоняя видение, однако дубликат исчезать отказался категорически. Более того, он вдруг зашевелился и неторопливо поплыл в сторону испуганно замерших людей. Правота Квасимбы стала очевидной. Путь к спасительному лесному пологу оказался полностью отрезан.

– Назад! – крикнул Сип, ухватил ничего не понимающего Мэтта за руку и потащил чуть ли не волоком. – За мной!

Остальные компаньерос быстро развернулись и со всей возможной скоростью устремились вслед за вожаками. До них, наконец-то, дошло, что речь и в самом деле идет об их жизни.

– За мной! – хрипел Сип. – На остров с деревом! Шевелись, мать вашу!!!

Страх близкой смерти явно придал людям сил. Вброс в кровь лошадиной дозы адреналина заставил измученных компаньерос бежать так, как никогда в жизни. Даже вода, местами поднимавшаяся чуть ли не по пояс, не смогла существенно задержать панического отступления. Спасительный остров становился все ближе и ближе...

Оглянувшись, Сип увидел, что Гуайюса и Гвайтана буквально тащат на себе окончательно обессилевшую Дэсму. Расстояние между ними и рептилией медленно, но неумолимо сокращалось. Чертыхнувшись, он вернулся назад, схватил почти потерявшую сознание девушку в охапку и потащил к маячившему впереди желанному берегу. Подруги пытались помочь, однако он безжалостно прогнал их, не особо заботясь о выражениях... Вперед, вперед... совсем немного осталось...

Первым выбрался на крохотный островок коммодор. Едва утвердившись на непослушных ногах, он достал оружие и сразу же начал палить куда-то поверх голов отчаянно борющихся за спасение товарищей. Однако выстрелы из мощного двухсотзарядника Зубова почему-то не произвели на приближающуюся рептилию никакого действия. То ли Мэтту изменила его обычная сноровка, то ли крокодилья шкура оказалась пуленепробиваемой... В конце концов тварь нырнула и пропала из виду.

– Быстрее! Быстрее! – заорал Мэтт, не испытывая никакой уверенности в том, что выстрелы достигли цели.

Наконец, группа добралась до берега. В полном составе. Даже Сип с совершенно бесчувственной Дэсмой на руках. Пошатываясь, он выбрался из воды и, судорожно хватая ртом воздух, прохрипел:

– Все в центр... ближе к дереву!

Уговаривать никого не пришлось. Столь счастливо избежавшие гибели люди прекрасно понимали, что ничего еще не закончилось. В любой момент чудовище способно выбраться на сушу, и тогда неизвестно, кто станет победителем. Из последних сил компаньерос доковыляли до дерева и остановились, тяжело дыша и прижавшись спинами к шершавому стволу. Островок оказался слишком пологим и слишком маленьким для того, чтобы чувствовать себя в безопасности.

Сип передал очнувшуюся Дэсму на попечение подруг, а сам предпринял попытку взобраться на дерево. Это ему удалось, причем без особого труда, благо толстые ветви начинались не слишком высоко от земли. Тогда он влез повыше и осмотрелся.

Ситуация выглядела еще хуже, чем он предполагал. С высоты мелководье просматривалось просто замечательно, а там... Не один крокодил, и не два... по крайней мере десятка полтора злобных тварей окружили островок со всех сторон и замерли в ожидании желанной и легкой добычи. Бежать было некуда, группа оказалась в настоящей западне.

– Ну, что там? – спросил Мэтт, едва он спустился обратно на землю.

– Безнадежно, – покачал головой Сип. – Мы в осаде.

– Эль дьябло! – Эскудеро с досадой стукнул кулаком по стволу. – Зачем было бежать? Чтобы нас сожрала тупая злобная тварь? Уж лучше бы нас доставили на разборки к этому вашему Вартану! Больше шансов уцелеть...

– Побазарь мне еще... – злобно прищурился коммодор. – Много ты знаешь о Вартане. Он бы с нас живьем кожу содрал...

– С тебя – возможно. Кто из нас в ответе за провал операции? Ты. А мы – так, всего лишь исполнители. С нас и спросу нет...

– Ах ты, скунс недоделанный... – Мэтт потянул из-за пояса двухсотзарядник. – А ну, заткни свою поганую пасть, пока не поздно! Или помочь?

Эскудеро сжал кулаки и смотрел на вожака с мрачной решимостью.

– Остыньте вы, оба! – брезгливо сказал Сип. – Когда нас везли в железном ящике, решение бежать почему-то ни у кого не вызвало возражений, а значит, и расхлебывать тоже будем вместе. Мое предложение: пока есть силы, взобраться на ветви, там нас точно никакие крокодилы не достанут. А потом станем думать, как нам вылезать из этого дерьма.

Как ни странно, его призыв возымел действие. Страсти улеглись, кулаки разжались... Продолжать свару, очевидно, не хотелось ни тому, ни другому. Впрочем, Сип был уверен, что слов Эскудеро Мэтт наверняка не забудет и при случае припомнит... Если, конечно, они сумеют уцелеть в этой передряге.

Солнце уже начало клониться к закату, а никаких вариантов спасения так и не возникло. Осада острова по-прежнему была плотной, что хорошо просматривалось с высоты. И, судя по всему, снимать ее рептилии не собирались.

Ужасно донимала жара и духота, а также отсутствие питьевой воды. Несмотря на то, что вокруг ее было целое море. Подходящими емкостями группа не располагала, а повторить подвиг Гвайтаны отчего-то никто не спешил. Скорее всего, потому, что страх смерти оказался сильнее жажды. Пока.

Все впали в полудремотное состояние, и только Сип и Мэтт сохраняли ясность сознания, с отвращением разглядывая осточертевшее до последней степени залитое водой пространство. Реалистичных идей спасения по-прежнему не было. Предложение Мэтта перестрелять чудовищ с высоты не встретило у напарника никакого энтузиазма.

– Ты уже пробовал, – с досадой сказал он. – Ну и как? Успешно?

– Не знаю, – честно сознался Мэтт. – Скорее всего, нет.

– Вот то-то и оно... Даже с одной тварью не получилось, а тут их десятки. Придумай что-нибудь получше.

Мэтт замолчал и, нахмурившись, уставился на стаю розовых фламинго, до которых, казалось, рукой подать. Ничего подходящего он придумать не мог, и умственное бессилие раздражало его просто неимоверно.