Текст книги "Всадник на белом коне. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Юрий Морозевич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 52 страниц)

«Черт бы побрал и тебя самого, и твою приносящую лишь горе амнезию! – подумал он, проходя мимо охранника в жилой корпус. – И неуемную любвеобильность впридачу! Две жены за год – такое не под силу даже незабвенному Мигуэлю Ортеге!»

* * *

Алексей встретил его на пороге едва ли не с распростертыми объятиями.

– О-о!.. Кого я вижу! – радостно провозгласил он. – Ну, наконец-то, а то я совсем заждался!.. Уж вечер близится, а... э-э... тебя все нет и нет...

Казалось, еще немного, и он бросится Виту прямо на шею. Однако, заметив бледный и осунувшийся вид соседа по комнате, сразу посерьезнел и осторожно спросил:

– Что-то случилось? На тебе лица нет.

Вит молча прошествовал к койке и тяжело плюхнулся на край, низко опустив голову.

– Устал, как последняя собака, – объявил он. – Сначала Хайрулла этот, а потом... вообще жесть.

Он безнадежно махнул рукой.

– Это ничего, – засуетился Алексей. – Сейчас чайку организуем... глядишь, и полегчает. Я тут целый день сижу в полном одиночестве, представляешь? Озвереть можно! От нечего делать взялся за изучение кухни... правда, ничего толком так и не получилось... Везет тебе, хоть кто-то внимание обратил. А вот я, в отличие от тебя, вообще никому не нужен. Никому!.. Мне так и сказали: не нужен, говорят, ты нам ни с какой стороны, но и отпустить на волю никак не можем. Секретность, говорят. Весело, правда? Не думал, что придется доживать свой век в таком замечательном месте.

– Ну, это мы еще посмотрим... какие твои годы... А кто сказал?

– Да вчера... этот желторожий, который сцапал нас на дороге. Так и сказал: ты, говорит, застрял здесь надолго... А этот Хай... как ты говоришь?.. он кто?

– Хайрулла, – поморщившись, произнес Вит. – Местный царь и бог, вали по-ихнему. Удостоил меня высочайшей аудиенции.

– Ага... – Алексей долил кипятка в заварочный чайник и накрыл его полотенцем. – Ну и какое впечатление он на тебя произвел?

Вит поднял на него тяжелый взгляд:

– Сложное. Как бы тебе... э-э... пообразнее? О птерозаврах что-нибудь слышал? Или, например, о птеродактилях?

– Это летающие ящеры... верно? – Алексей достал откуда-то чашки и поставил на стойку. – Ну... если не ошибаюсь, то летали они очень давно. Я имею в виду – настоящие... А ненастоящие, бывает, залетают к нам и сегодня... Ты это к чему?

– Хайрулла поначалу произвел на меня впечатление, какое, наверное, произвел бы обычный птеродактиль. Но есть в нем что-то такое... В общем, хочу предупредить тебя, да и себя тоже: он вполне способен перевоплотиться из обычного птеродактиля в птеранодона.

– Э-э... А в чем разница? Между обычным и необычным птерами?..

– Ну, обычные птеродактили были самой разной величины. Большинство из них – просто мелочь величиной с воробья... с палец... с ладонь... По-гречески дактилос – это палец, а на латыни – финик. Понимаешь?

– Чего же тут непонятного? – пожал плечами Алексей. – Что палец, что финик – один хрен. Правда, хрен греко-латинский, не наш. У нас хрены по огородам такие, что всех птеродактилей распугают.

– Да ради Бога, я ведь не против!.. А что это тебя, мой друг, на хренах вдруг замкнуло?

– Не знаю, – Алексей не на шутку задумался. – Может, к дождю?..

– И часто у тебя случаются метеорологические позывы?

– Не чаще, чем у тебя позывы птерометрические, – усмехнулся Алексей.

– Молодец. Один – один, – оценил Вит. – Но я хотел всего лишь напомнить о разнице, вот и все. Имей в виду, кроме птерозавров величиной с воробья были и с размахом крыльев до десяти метров. Наш вали – из таких.

– Ты меня успокоил. А то я уж было подумал, что действительно, дракон какой-нибудь. А тут... – Алексей состроил презрительную гримасу. – У нас на каждого такого птерозавра всегда найдется не меньше десятка кумулятивных зарядов. Так что пусть залетают...

– Не понял...

Алексей с готовностью пояснил:

– На границах Пинского экзархата птерозаврами называют особый подвид ударных беспилотников, что, бывает, заносит к нам снаружи. Ну, их и встречают, соответственно... Не так страшен беспилотник как его название. Лучше наплюй на всяких вымерших завров и иди пить чай... я тут печеньем разжился...

Вит неохотно встал и переместился на стул возле стойки. Алексей немедленно придвинул к нему дымящуюся чашку и наполовину пустую картонную коробку.

– Ешь, – сказал он. – А то, наверное, целый день на ногах, о себе подумать некогда... Конечно, этого мало, но чем Бог послал...

Вит повертел в руках печенюшку и сунул обратно в коробку.

– Не могу, – с отвращением сказал он. – С души воротит.

– Та-ак... О чем же таком вы поговорили с этим... как его? Хайруллой?.. что враз отбило у тебя всякий аппетит. Вообще-то, мне трудно такое представить. Я бы даже сейчас как следует навернул... вот только никто почему-то обо мне не вспоминает. Забыли, что ли?

– Хайрулла предложил сотрудничество...

– Ну? А ты?

–...в качестве подопытного кролика, – мрачно закончил Вит. – Ответ нужно дать завтра.

– Они там что, совсем оборзели! – возмутился Алексей. – Подумать только... хватают людей на дороге, волокут куда-то в преисподнюю... так еще и опыты свои поганые намерены на нас ставить! Не-ет, мы люди, Вит, а не какие-то подопытные животные, так им и скажи! Сотрудничество... – он состроил самую презрительную гримасу, на которую оказался способен. – Пусть идут с таким сотрудничеством знаешь куда?!.

– Не волнуйся, тебя никто не тронет, – Вит криво усмехнулся. – Желтолицый же популярно все объяснил... А вот ко мне отношение особое. Дело в том, что я, как выясняется, не совсем человек...

Алексей так и застыл, не донеся печенье до рта. Несколько секунд он молча всматривался в бывшего пассажира, а ныне соседа по комнате, а потом медленно опустил руку на стол и произнес:

– Ничего лучше не мог придумать? Это они тебе мозги промыли?

– Это не шутка, Алексей. Дело в том, что я видел собственными глазами... да и разговор потом поимел весьма примечательный.

– Ну-ка, ну-ка, выкладывай, что ты там поимел...

Вит собрался с духом и вывалил все как есть: и про загадочное озеро, и про двойников... и про то, как неожиданно повстречался сам с собой... и про внезапно объявившуюся жену... Про одно лишь умолчал: про Белого Всадника, к которому явно питал повышенный интерес хозяин Зоны.

– Ну и дела... – произнес Алексей, едва Вит умолк. – Расскажи такое кто другой, ни за что не поверил бы...

– Почему? Я что, и в этом смысле уникальный?

– Нет... то есть да. А, черт! Не знаю... Просто пару раз довелось общаться с Виталием Петричевым... там, в Пинском экзархате. Не скажу, что у нас было близкое знакомство, нет... Но все-таки перекинулись несколькими словами.

– Ничего не помню...

– Еще в стамбульском иглопорте стало понятно, что с памятью у тебя большие проблемы... Потому как меня ты тогда вообще не узнал. Признаться, я тебя тоже, хотя мы не виделись всего каких-то несколько месяцев. Изменился ты просто поразительно... даже не внешне, нет! Хотя, и это, конечно. Скорее, внутренне... словно бы совсем другой человек стал. Теперь-то все очевидно...

– Что тебе очевидно? – раздраженно спросил Вит.

– Что вас стало двое, – пожал плечами Алексей. – И я, похоже, знаком с обоими.

Вит замолк и плотно сжал губы, угрюмо поглядывая на собеседника. Словно тот оказался виновен во всех его бедах. Потом вдруг спросил:

– Скажи, а жену мою ты знал?

– Флору? Знал, конечно... примерно, как тебя. Красивая женщина. На свадебной церемонии аж светилась от счастья...

– Черт! – с досадой произнес Вит. – Слушай... Расскажи все, что знаешь, о моей женитьбе... прошу... Ты же видишь, что у меня память дырявая, как дуршлаг!

– Да что я могу знать! – нахмурился Алексей. – У нас в экзархате вообще-то не принято совать нос в чужие дела.

– Прошу... Хоть слухи, хоть сплетни... что-нибудь...

Алексей глубоко задумался, потирая лоб, а потом произнес:

– Ладно. Месяцев восемь... а может, девять назад прошел слух, что ты нашел какую-то интересную работу за пределами экзархата. Никто особо не удивился... И в самом деле, какой интерес физику с твоей квалификацией просиживать штаны в ничем не примечательном захолустье? Никакого простора для профессиональной самореализации. В общем, уехал ты, как все считали, навсегда... вот только вернулся через месяц-полтора... совсем другим человеком. Более внимательным к окружающим, доброжелательным, что ли... Все тут же решили, что смена обстановки на тебя повлияла исключительно благотворно. Словом, грех в такого не влюбиться. Вот Флора и того... влюбилась. А скоро и свадьбу сыграли... сам экзарх вас благословил. Только недолго длилось семейное счастье: где-то через неделю после церемонии ты снова исчез. Сплетен тогда поползло... ужас! А бедная Флора стиснула зубы и отправилась на поиски. Ну и, как я понимаю, нашла в этой треклятой Зоне того, первого... Все! Ничего больше не знаю!

– Спасибо, – устало произнес Вит. – Похоже на правду. Именно так оно и было.

– Что собираешься делать? – спросил Алексей после недолгого молчания.

– Ума не приложу. Противно на душе, слов нет...

– Зато я знаю. Ложись-ка ты, брат, спать, пока твои мозги окончательно не вскипели.

– Ты что? В такую рань?

– Ничего. У тебя был трудный день. Знаешь, как говорят: «Утро вечера мудренее»...

– Ага. «Натощак дурак умнее».

– Вот именно.

Вит бросил взгляд на усиленное ажурной решеткой окно.

Темно, хоть глаз выколи... А совсем недавно казалось, что день в самом разгаре. Видимо, здесь, на юге, ночь именно так и приходит... внезапно, словно одним движением накрывает окружающий мир тонким непрозрачным покрывалом, расшитым яркими бисеринками звезд. Прав Алексей, пора баиньки... Главное, чтобы сон пришел, самый обычный нормальный сон, а не этот... «восточный».

Вит послушно улегся на кушетку и прикрыл глаза. Собрат по несчастью заботливо выключил верхний свет, оставив лишь тускло светящуюся панель в районе кухни, и тоже занял свое место у стены. Несколько минут царила полная тишина, а затем до слуха Вита донеслось какое-то невнятное мурлыканье. Он удивленно повернул голову, не сразу поняв, что происходит. Алексей лежал на спине и тихо напевал себе под нос.

– Ты что? – удивленно спросил Вит.

Звуки стихли.

– Ничего, – сказал Алексей. – Всего лишь ноктюрн. Понимаешь, перед сном я всегда принимаю хотя бы один ноктюрн.

– Хм... Ночная песнь... Ты что, любишь музыкальную эротику?

– Да какая тут к хлюпу эротика! Как правило, я хорошо засыпаю под негромкие звуки фортепиано. Ты видишь где-нибудь здесь фортепиано?.. Вот, и я тоже. Так что приходится самому...

– А-а... Тогда советую исключить из своего постельного репертуара Моцарта и Шопена.

– Это почему? Имеешь что-то против классики?

– Нет. Просто окончания музыкальных фраз у того и другого по своей интимности слишком напоминают прощальные поцелуи влюбленных. Лучше возьми что-нибудь более современное.

– Ага... попробую, – Алексей повернулся на бок и долго устраивался под скрежет, скрип и перезвон матрасных пружин. – Если Большого Хлюпа не будет, тогда выспимся.

– Что за хлюп такой? – равнодушно спросил Вит. – Большой, малый... Местная разновидность нечистой силы?

– Если бы. С нечистой силой мы бы знали, как себя вести... Нет, брат Петрич, это просто такое явление... Ну... звук такой, что ли...

– Чрезмерно громкий?

– Н-н-ет... Но мощный, я бы сказал. Такое впечатление, будто что-то ка-ак хлюпнет изо всей силы! Душа в пятки уходит... Человека всего пробирает, до мозга костей достает...

– Где?

– Что где?

– Хлюпает где? В реке? В болоте? В лесу? В избе девидеры? В ясном небе? В пасмурном?.. Где?

– Ну... вокруг. Везде. Во всей Вселенной. Даже коровы в стойлах начинают громко мычать.

– А-а... Млечный Путь, стало быть, тоже, – недоверчиво усмехнулся Вит. – Спокойной ночи.

Пружины матраса на соседней койке протестующе скрипнули.

– Петрич, – окликнул его Алексей. – Я про хлюпы ведь не шучу. Нет...

– Да?

– Нет... то есть – да, не шучу. У нас в Пинском экзархате про хлюпы все знают, любого спроси.

– Если выберемся отсюда, спрошу, – Вит нащупал над изголовьем раковину бра. В ладони тут же вспыхнул показавшийся удивительно ярким свет. – Что же раньше молчал?

– А кто меня спрашивал? – Алексей вдруг приподнялся на локте и взглянул на соседа, озабоченно сдвинув брови к переносице. – Сегодня четверг?

Вит сухо подтвердил:

– Сегодня четверг. По староземному календарю – тридцатое сентября две тысячи триста девяносто седьмого года. И что же?

Лицо Алексея исказила страдальческая гримаса.

– Ну вот, – обреченно сказал он. – Значит, не выспимся. В этом месяце Большой Хлюп бывал исключительно по четвергам.

– А раньше? – заинтересованно спросил Вит. – Бывал, но в иные будни?

– Раньше хлюпы вообще были гораздо реже. И куда слабее. На них особенного внимания как-то и не обращали. А по каким дням недели – вообще не помню. Об этом надо старух нашей девидеры спросить, им до всего есть дело.

– Старух, значит... – Вит основательно задумался. – А ну, вставай!

Мысли кружились в голове беспорядочным хороводом, упорно не позволяя выстроить стройную картину окружающего мира. Мира, до предела наполненного странными, если не сказать фантастическими, событиями и явлениями. Двойники... озеро, с завидной регулярностью генерирующее загадочные двумерные объекты... теперь вот хлюп этот... Интуиция подсказывала, что все это звенья одной цепи. А своему чутью Вит привык доверять.

– Вставай, вставай! – торопил он ничего не понимающего Алексея. – Мы должны это увидеть!

– Что увидеть? – Алексей взирал на горящего энтузиазмом Вита с большим подозрением. Как на сумасшедшего, уж слишком велик был контраст между измученным обессиленным бедолагой, заявившимся в комнату совсем недавно, и этим Витом, внезапно проявившим лихорадочную активность. – У тебя с головой все нормально? Выглядишь так, словно... э-э... немного свихнулся. Самую малость...

– Возможно, – засмеялся Вит. – В последнее время мне об этом твердят постоянно.

– В таком случае, никуда я не пойду. И потом... кто нас выпустит? Я днем уже пробовал – дверь закрыта наглухо, даже пытаться не стоит...

– Хайрулла обещал свободу перемещения. Вот сейчас и проверим.

Вит подошел к входной двери и взялся за ручку. Дверь послушно открылась.

– Ну так как? – спросил он. – Ты со мной?

Алексей больше не колебался.

– А, – с отчаянной решимостью сказал он, выглядывая в коридор. – Была не была. На свободе по-любому лучше, пусть даже в компании явного психа. Идем!

Они осторожно выбрались в пустынный коридор и торопливо направились к лестнице, ведущей на первый этаж, повторяя путь, уже пройденный сегодняшним утром.

– Имей в виду, я не псих, – Вит, наконец, решил сжалиться над пребывающим в неведении напарником. – Просто уверен, что твой Большой Хлюп и озеро как-то связаны друг с другом... можешь назвать это интуицией. И мне очень хочется посмотреть на то, что там будет происходить, когда, как ты говоришь, хлюпнет...

– А вот мне почему-то не очень, – буркнул Алексей. – Хватит с меня и одного озера... без всяких хлюпов.

Но, тем не менее, прибавил шаг, чтобы не отставать.

Они беспрепятственно покинули здание и, протиснувшись между разлапистых елей, выбрались на край нависавшего над темными водами утеса. За спиной вовсю сиял огнями пятиэтажный лабораторный корпус.

«Надо полагать, тоже готовятся, – подумал Вит. – Ежечетверговые хлюпы, похоже, ни для кого не являются сюрпризом.»

– Это и есть твое озеро? – осведомился Алексей, глядя на темные воды под ногами. – Красота... И рог этот... внушает...

– Какой рог?

– А вот этот, посередине... Знаешь такого мифического зверя – единорог называется? Вот на лбу у него точь-в-точь как этот, только размер другой...

«Действительно, – подумал Вит, всматриваясь в тускло освещенный отраженным светом острый шпиль. – Что-то в его словах есть... и в самом деле похоже на чей-то рог. А вот мне почему-то подобное сравнение даже в голову не пришло.»

Зато откуда-то из глубин памяти вдруг всплыло другое – «Рог Шамбалы». При чем здесь легендарная Шамбала он так и не понял. Просто какая-то дурная ассоциация.

Когда глаза адаптировались к низкому уровню освещенности, он вдруг заметил, что... хм... «Рог Шамбалы» от самого подножия до вершины окутывает легкое, едва заметное свечение. Словно голубоватого цвета прозрачная вуаль...

«Еще одно маленькое открытие. Ни в одном из «восточных» снов ничего подобного не наблюдалось... Впрочем, ничего удивительного, ведь там действие происходило ярким солнечным днем, а тут сумерки. Эх, жаль, не помню, светился ли шпиль на том видео, что демонстрировал мне Хайрулла. Интересно, он вообще-то знает о столь необычном световом эффекте?.. Наверное, да. Ведь не зря же они столько времени ведут наблюдения... мониторят Зону без устали... А с другой стороны, трудно что-то разглядеть, наглухо отгородившись от объекта исследований плотной стеной.»

– Видишь? – спросил он Алексея, желая удостовериться, что мерцающая в темноте вуаль не померещилась.

– Вот это сияние?.. Конечно, вижу, не слепой... Мы так и будем торчать тут всю ночь? И гадать, то ли придет сегодня хлюп, то ли нет? Околеем от холода... – он поежился. – Может, лучше все-таки придавить часок-другой... третий...

– Подождем, – ответил Вит. – Совсем чуть-чуть. Я почему-то уверен...

– Э-эх! Да чего тут ждать?

Алексей нагнулся, подобрал с земли камень и, размахнувшись, запустил его в темноту. Вит дернулся, но помешать не успел. Все, что он мог – это молча наблюдать, как самый примитивный из всех зондов ударился о поверхность, взметнув целую тучу брызг. Совсем как в обычную воду...

– Вот тебе хлюп, – с удовлетворением заметил Алексей. – Правда, маленький, можно сказать крохотный. А Большой – то же самое, только в тысячу раз мощнее, вот и вся разница.

– Не делай так больше, – строго сказал Вит. – Я же предупреждал, там вовсе не вода. Мало ли что...

– Да не бойся... не будет ничего. Мало туда падает всякого разного?.. – беспечным тоном произнес Алексей, хотя было заметно, что слова спутника заставили переоценить возможные последствия необдуманного поступка.

– Надеюсь, – сказал Вит, а про себя добавил:

«И в самом деле, чего уж такого необычного. Хайрулла, вон, пачками засылает туда целые зонды, и ничего... а тут всего лишь какой-то камень. И все равно, неспокойно как-то. Чувство такое, словно озеро готовится к очередному циклу творения, а тут мы... Тревожить его в такой момент – не самая лучшая затея. Неспроста же Рог Шамбалы воссиял...»

Несколько минут ничто не нарушало ночного спокойствия. А потом вдруг Вит почувствовал легкую дрожь под ногами, и тут же мимо него на расстоянии вытянутой руки пронеслось что-то огромное... невидимое... массивное, как... как... Словно целая планета размером с Луну или даже больше. Никакой ударной волны, вообще никаких посторонних эффектов, только ощущение промелькнувшей в мгновение ока смертельной опасности.

Он схватил Алексея за руку.

– Ты почувствовал? – спросил он.

– Что?

Недоумение спутника было неподдельным, он явно не понимал, о чем идет речь. Вит опустил руку.

– Ничего, – сказал он. – Показалось.

Алексей окинул напарника изучающим взглядом, а потом сказал:

– Моя бабушка в таких случаях говорила, что нужно креститься, когда кажется. Ты как, умеешь?

Вит промолчал.

«Ну вот, еще одно подтверждение, что со спутником моему напарнику явно не повезло. Впрочем, я и сам до конца не уверен, что не сошел с ума. Померещится же такое...»

– Смотри, – вдруг сказал Алексей. – Там, по-моему, что-то происходит.

Он первый заметил, как темная поверхность озера сначала застыла, словно на стоп-кадре, а затем медленно начала вспучиваться.

– Началось... – произнес Вит. – Рождение очередного Кольца. Почти как Афродита из пены морской...

«Тогда уж озерной,» – уточнил внутренний голос.

Алексей беспокойно оглядывался по сторонам. Темный водяной горб и в самом деле мог нагнать страху.

– Может, свалим отсюда по добру по здорову, – озабоченно сказал он. – Пока не поздно.

– Подожди, – отмахнулся Вит. – Интересно же... Да и бежать здесь особенно некуда.

Плоская выпуклость вздымалась все выше и выше, окончательно оформляясь в черную кольцеобразную структуру. Темные воды схлынули прочь, обнажив ее нижнюю поверхность, на которой внезапно замелькали бледно-фиолетовые разряды. В полном соответствии с видеозаписью, продемонстрированной седовласым вали. Молнии били все чаще и гуще, временами достигая оставшейся далеко внизу поверхности озера. На несколько мгновений движение вверх приостановилось.

«Сейчас, сейчас, – думал Вит. – Вот сейчас оно соберется с силами и рванет к звездам...»

Он наблюдал за актом рождения, словно завороженный, а потом вдруг ощутил, как Алексей изо всех сил дергает его за рукав и беззвучно раскрывает рот, явно пытаясь докричаться. Только теперь до него дошло, что все звуки мира куда-то пропали, осталось лишь мощное ровное гудение, словно где-то рядом заработал гигантский трансформатор. Вит тряхнул головой, пытаясь избавиться от наваждения, и акустическая завеса неожиданно схлопнулась и сползла вниз, а в уши лавиной ворвались чьи-то громкие панические крики, прерываемые звуками выстрелов.

– Ви-ит! – орал Алексей. – Очнись! Слышишь?!

– Что?.. – ошалело сказал Вит. – Что происходит?.. Они что, стреляют по Кольцу?! Идиоты!!!

Он резко обернулся, изо всех сил вглядываясь во тьму. Впрочем, тьмы как таковой уже не было: во всех направлениях беспорядочно метались лучи мощных прожекторов, а черные небеса то и дело вспарывали яркие росчерки пулеметных очередей.

– Какое там по Кольцу! – закричал Алексей. – Смотри! Вон туда, в направлении трассеров!

Вит, наконец, увидел. На фоне звезд вдруг четко обозначились силуэты бронированных военных машин, падавших с высоты на невидимые отсюда неподвижные цели. Одна, две, три... Насколько можно судить – точные копии глайдера, устроившего разрушительный налет на концерн «Артемида». С головной машины внезапно ударил яркий лазерный луч, мазнул по земле огненным росчерком и угас. Стрельба ненадолго утихла, и тогда вновь стали слышны панические крики.

«Да что же это такое?! – думал Вит, в полном ошеломлении наблюдая, как летательные аппараты пронеслись у него над головой, воспарили над замершим в готовности Кольцом и заложили широкий круг над озером, чтобы вернуться обратно. – Выбраться из одной передряги только для того, чтобы угодить в другую? Как по мне, так это уже слишком...»

– Кто это такие?! – крикнул Алексей. – Нападать на османов на их же территории – надо быть полным идиотом! Или безумцем. Или и тем и другим.

– Не знаю, – произнес Вит, наблюдая, как глайдеры заходят на цель. – Похоже, кто-то с Хайруллой что-то не поделил.

Резкий хлопок, и над головой, оставляя за собой длинные белесые хвосты, с оглушительным свистом пронеслись две ракеты. Очевидно, система ПВО Зоны, наконец-то, пришла в себя и нанесла ответный удар. Одна из ракет тут же нашла свою цель и взорвалась с жутким грохотом. Глайдер подбросило вверх, из его кормы вырвался густой клуб черного дыма. Машина, резко завалившись набок, тут же начала падать, с жутким грохотом ударилась о лужайку перед жилым корпусом и загорелась. Покинуть полыхавшие обломки никто почему-то не торопился. Выживших либо не было, либо они не имели никаких возможностей для спасения. Сильный взрыв окончательно перечеркнул всякие надежды. Ближайшие к месту крушения ели вспыхнули словно свечки.

Вторая ракета промахнулась и угодила прямо под Кольцо. Несколько фиолетовых молний тут же хищно облепили узкий металлический корпус.

«Сейчас что-то будет, – подумал Вит. – Неужели озеро и теперь никак не отреагирует?»

Яркая вспышка и удар близкого взрыва. И это все. Никакой реакции, чего Вит, с одной стороны, все-таки опасался, а с другой – страстно желал. Любое ответное действие неминуемо добавило бы толику знаний, необходимую для понимания природы «аномального объекта». Однако озеро безропотно стерпело даже столь откровенное силовое воздействие.

Уцелевшие глайдеры, сильно замедлив ход, прошли прямо над головами и принялись методично полосовать лазерами территорию Зоны. Что конкретно происходило на земле, разглядеть оказалось никак невозможно: обзор практически полностью перекрывало невозмутимо сиявшее огнями здание лабораторного корпуса. Вит сильно подозревал, что ничего хорошего. Впрочем, оборона пока держалась, время от времени огрызаясь на падавший с небес огонь не причинявшими особого вреда пулеметными очередями, однако инициатива явно была на стороне противника.

Ослепительная вспышка и почти сразу же оглушающий удар такой силы, что каменный утес под ногами ощутимо дрогнул.

Справа от лабораторного корпуса стремительно вознесся в небо огненный гриб пополам с черными жирными дымными клубами. Нападавшим сильно повезло: очередной лазерный импульс поразил на земле нечто легко воспламеняющееся и на редкость взрывоопасное.

«Склад боеприпасов, – подумал Вит. – Либо ГСМ. В любом случае, оборона Зоны накрылась медным тазом. Не могу понять, для меня это хорошо или плохо? С одной стороны, отпала необходимость давать ответ Хайрулле... это, безусловно, плюс. А с другой... неизвестно, кто придет ему на смену. Есть немаленький риск попасть из огня да в полымя.»

– Горючка, – произнес Алексей, глядя на полыхавший за лабораторным корпусом пожар. – Видел я такое однажды... Тебе не кажется, что пора уносить ноги?

– Кажется. Я даже креститься не стану. Вот только куда? Наш утес, похоже, самое безопасное место в этом аду.

– Уверен? Тогда обернись.

Сердце дало ощутимый сбой, а по телу снизу вверх пронеслась волна обжигающего холода. Завороженный ходом боевых действий, Вит совсем забыл про Кольцо за спиной! А между тем, процесс генерации шел своим чередом с абсолютной неотвратимостью. Словно запущенная цепная реакция... словно рождение ребенка... «Объекту мониторинга» явно было наплевать на человеческие разборки, он действовал по собственной программе, нарушать которую не имел ни малейшего намерения. И угораздило же налетчиков выбрать настолько неподходящий момент!

Вит резко обернулся.

Увиденное повергло его в ужас. Озеро со всей очевидностью продемонстрировало, что силовое воздействие не прошло бесследно.

Фиолетовые разряды в нижней части Кольца едва тлели, а само оно больше не придерживалось равновесного горизонтального положения. Ближний край, куда угодила зенитная ракета, полностью потух, накренился вниз и практически касался «водной» поверхности, в то время как дальний задирался все выше и выше. Кольцо, несомненно, вознамерилось встать вертикально, «на попа». Что в таком случае произойдет, Вит боялся даже представить.

Очередной лазерный луч прошел совсем рядом, воспламенив близкие ели, скользнул по застывшей зеркальной поверхности озера и уперся прямо в Кольцо. Вит даже не успел сообразить, случайно это произошло или намеренно... По Кольцу пробежала мгновенная дрожь, словно реакция на болезненный укол, а затем оно одним рывком перевалило через вертикаль и медленно, но с полной неотвратимостью, начало заваливаться прямо на утес.

– Бежим!!! – заорал Алексей, схватил Вита за рукав и потащил куда-то в сторону.

Потом отпустил и что есть мочи помчался по дорожке. Вит, преодолев мгновенное оцепенение, из последних сил рванул вслед за ним.

«Успеем или не успеем? – билась в голове тревожная мысль. – Накроет... как пить дать накроет... Хорошо, что мы близко от края... может, и уцелеем...»

Они проскочили мимо административного корпуса, темного, абсолютно безжизненного, и понеслись дальше. Впереди сквозь частокол елей нарисовались титанические входные врата.

«Не успеем, – подумал Вит. – Ко всему прочему, там охрана. Как бы не расстреляли сгоряча...»

Алексей вдруг остановился и нагнулся, упершись руками в колени. Он часто-часто дышал, время от времени срываясь на кашель.

– Все... – хрипло сказал он. – Больше не могу. Пусть меня лучше пристрелят...

Вит затормозил и обернулся. Кольцо мрачной глыбой возвышалось совсем рядом, но все же не над головой.

– Кажется, выскочили, – сказал он. – Может, еще поживем... Смотри...

Алексей разогнулся и взглянул назад.

Титанический объект навис над ближним берегом, однако его край все же находился на безопасном расстоянии от чудом выскользнувших из-под черного зонтика беглецов. Жаркий огонь полыхающих елей жадно лизал его опиравшуюся на землю часть.

– Сгорело бы оно совсем что ли, – произнес Алексей. – Мало нам террористов...

– Вряд ли, – возразил Вит. – Это тебе не листок бумаги, а часть чего-то... непредставимого. Я же объяснял... Наверняка обычный костер ничем не способен ему повредить. Даже не надейся.

– А жаль... Вот зараза! Ты только посмотри, что оно делает!

Перевернувшееся вверх тормашками Кольцо неторопливо пало на сиявший огнями лабораторный корпус, разом погасив еловый пожар у своего подножия. Вит, разинув рот, в полном ошеломлении наблюдал, как мощное, казавшееся абсолютно несокрушимым, здание за какие-то считанные мгновения потеряло объем, словно близкое присутствие чужеродного объекта разом съело одно из измерений, превратив солидную бетонную конструкцию в некое подобие тончайшего бумажного листка... что-то вроде наклейки... А потом Кольцо накрыло его полностью.

– Чур меня, чур... – бормотал где-то рядом напуганный до полусмерти Алексей.

Внезапно Кольцо отскочило от поверхности, словно мячик, и двинулось в обратную сторону. Там, где оно только что возлежало, не осталось ничего: ни сверкавшего электрическим светом лабораторного корпуса, ни пылавших елей... ни выложенной брусчаткой дорожки... Даже верхний слой почвы бесследно исчез. Только голое, до блеска отполированное каменное основание.

Чуть дальше по-прежнему возвышался жилой корпус, правда, погасший, без единого огонька. Жуткая метаморфоза счастливо обошла его стороной. Вит невольно обратил внимание на гладко срезанную часть галереи, совсем недавно соединявшей два здания, из которых теперь уцелело лишь одно. Аккуратный срез поблескивал стеклом и металлом точно в том месте, куда обрушился край чуждого всему земному чужого пространства.

Кольцо стремительно поворачивалось, вновь принимая вертикальное положение. В глубине черной поверхности отчетливо просматривалось невозмутимо сиявшее огнями злосчастное здание... только плоское, словно детский рисунок... словно оттиск... О судьбе наполнявших его исследователей можно было только скорбеть.

Некоторое время Кольцо пребывало в полной неподвижности, словно гадая, в какую сторону двинуться дальше: то ли продолжать незавершенный переворот, то ли вернуться обратно на землю. В конце концов, оно, не выбрав ни один из вариантов, принялось медленно поворачиваться вокруг вертикальной оси. Вит, затаив дыхание, наблюдал за довольно неожиданными эволюциями, гадая, какой новой неприятности ожидать от загадочного в своей непредсказуемости объекта.