Текст книги "Всадник на белом коне. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Юрий Морозевич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 52 страниц)

Вит вдруг подумал, что Йола отчего-то не воспринимает его предложение всерьез. Возможно, существующее положение ее полностью устраивает. Тогда он продолжил более настойчиво:

– Не так... Я хочу публичной помолвки, хочу обручальные кольца... хочу, чтобы нас все поздравляли и посыпали твою фату лепестками пурпуровых роз!..

– Заманчиво...

Она прильнула к нему и ласково провела ладонью по груди, а затем прикоснулась губами к щеке...

– Я люблю тебя, обожаю, мечтаю стать твоим мужем! Хочу, наконец, чтобы это было записано... да-да, записано твердым почерком в нашем брачном свидетельстве!

– Все это уже есть, – произнесла она, сделав упор на слове «это». – И твердый почерк, и следы брызг свадебного шампанского... все как положено. Когда-нибудь я тебе покажу... если захочешь.

Вит рывком приподнялся, опираясь на локоть. Йола смотрела на него чуть насмешливым взглядом.

– Постой... – пролепетал он. – Как это?..

Йола игриво пожала плечами.

– Нет-нет, ты мне напрямую скажи – все это правда? Или у тебя такой предвенечный юмор?

– Правда. Чистая и святая.

Вит помотал головой:

– Не верю своим ушам! Повтори!

– Не веришь – иди к черту, жених... – Йола откинулась на подушку, уставившись в потолок.

– Ох ты... пробормотал Вит. – Правда и вправду святая.

Он склонился, чтобы в упор рассмотреть выражение ее лица, и растерянно проговорил:

– Вот теперь я полный балбес...

– А я – вечная балбесова жена, – сказала Йола, словно поставила диагноз.

– Не-ет... ты вечная моя любовь! – не согласился Вит. – И где же был заключен наш первый брак?

– В небесах.

– Интересно... Что, в каком-нибудь турлайнере?

– Бери выше.

– Тогда... В «Восточном экспрессе»?

Йола наблюдала за попытками разгадать волнующую загадку с легкой, едва уловимой усмешкой.

– Гораздо выше и дальше, – сказала она.

– Неужели где-нибудь в Приземелье? Орбита? Луна?

Йола уже откровенно смеялась, отрицательно качая головой. Мол, опять не угадал... Вит наморщил лоб в тщетной попытке то ли разгадать загадку, то ли вспомнить... Почему-то не получалось ни то, ни другое.

– Если точнее, то во Внеземелье, – сжалилась, наконец Йола.

– Марс?!. – он смотрел на подругу с нескрываемым недоверием. – Не может быть... Мне совестно, но я действительно ничего не помню. – Он обхватил руками голову. – Мозг буквально распирает желание вернуть утраченное, однако я не помню ничего выше земной стратосферы. Больше того, абсолютно уверен, что никогда в жизни там не был!

Йола повернулась на бок, заглядывая ему в лицо.

– Да не волнуйся ты так, – сказала она. – Со временем все вспомнишь.

– Твоими устами... – произнес Вит. – Честно говоря, я уже ни во что не верю.

– Ну и напрасно. Даже если моя инициация не сработает, все равно память постепенно вернется, теперь я в этом нисколько не сомневаюсь. Правда, процесс займет куда больше времени.

Вит некоторое время вглядывался в ее уверенное лицо, а потом вдруг спросил:

– А у тебя... никаких мозговых аномалий?

Она усмехнулась:

– Надеюсь.

И тут же не то утверждение, не то вопрос:

– Ты же ничего такого во мне не заметил?

– Нет, – согласился Вит. – Но меня что-то гложет... Понимаешь... с одной стороны, я не помню ничего из того, что было со мной раньше. А с другой...

Он вдруг замолчал.

– Договаривай, – сказала Йола. – Я не обижусь.

Он упорно молчал. Тогда она закончила вместо него:

– Хочешь сказать, что я с таким же успехом могла запомнить то, чего с нами не происходило?

– Ну... вроде этого, – он смущенно отвел глаза.

– Знаешь... с головой у меня все в полном порядке. Вместе с осколками времени там хранятся и драгоценные для меня семейные ценности, – она на секунду запнулась, но тут же продолжила: – Понимаешь, я ведь тоже тебя люблю. Очень... Хотя по большому счету ты этого совсем не заслуживаешь.

Вит тут же оживился:

– Я заслужу, вот увидишь. Тем более, что время у нас еще есть. Мне всего-то тридцать восемь. Сколько тебе – не спрашиваю. Но выглядишь ты просто девушкой! Рослой такой девушкой...

– Рослой? – она шутливо сдвинула брови.

– Я хотел сказать – взрослой... лет двадцати...

– Вот спасибо, утешил. Вообще-то, мы с тобой одногодки.

– Не верю, – сказал он, наклоняясь к ее губам. – Для меня тебе лишь двадцать...

– Иди ко мне, – прошептала она. – Ближе...

Вселенная вдруг сжалась в тугой кокон, в котором места хватало лишь для двоих, а затем стремительно развернулась обратно, расшвыривая в стороны пылающие облака туманностей и одобрительно подмигивая огоньками далеких звезд...

Йола потянулась, а затем решительно поднялась и, наощупь разыскав небрежно брошенный на кушетку прозрачный пеньюар, быстро оделась. Вит даже не пытался ее остановить, по опыту знал – бесполезно.

– Знаешь, кого ты мне сейчас напоминаешь? – спросил он.

– Кого?

– Фауну.

Йола повернулась к нему и уставилась недоуменным взглядом.

– Я тут грешным делом подумал, – пояснил Вит, – отчего это художники охотно берутся изображать олицетворение Флоры и никогда не утруждают свою мысль поиском олицетворения Фауны. А ведь персонификация Фауны могла бы выглядеть на полотне более впечатляюще, нежели красавица, выбрасывающая из своего подола цветы и листья. Если бы я был художником, то непременно написал бы тебя в образе Фауны.

– Я поняла. В твоих глазах работа Флоры – жалкая пастораль... – Йола скептически ухмыльнулась. – Как я понимаю, тебе больше по вкусу женщина, способная расшвыривать из своего подола динозавров, носорогов, буйволов и слонов. Табуны лошадей и стаи собак... Ты меня так представляешь?

– С чего ты это взяла, о красивейшая из разгневанных женщин! Хоть собак-то на меня не навешивай!

– Я успела неплохо тебя изучить.

– Вот как... Моя персона уже удостоена изучения... я польщен.

– Вит, это не комплимент.

– Я так и понял. Вообще-то, это даже больше, чем просто не комплимент. Что ж, как-нибудь переживу.

– Не сомневаюсь. Вот такая у тебя... э-э... толстокорость.

– Ничего подобного. Просто я довольно гармоничная личность.

– И никаких отклонений ни при каких обстоятельствах?

– Ну... особо заметных, пожалуй, нет. Амнезия не в счет. А в общении с тобой я вообще ни о чем таком не думаю. Мне кажется, мы с тобой так похожи...

– Да?

– Да. Я это чувствую... даже сам не понимаю как. Впрочем, нам обоим пришлось столкнуться с дилеммой-оборотнем...

– Я уже «Не Я», а ты уже «Не Ты»?

– Ну это же просто ужас, какая ты у меня умная! – восхитился Вит.

Энергия разговора внезапно иссякла. Наступила долгая томительная пауза. А потом Йола повернулась и направилась к выходу.

Вит молча наблюдал, как ее полуобнаженная фигура удаляется в сторону распахнутого в ночь проема. Мимоходом она не глядя протянула левую руку к стоящему на круглом столике ночнику в виде чаши с пылающим внутри пламенем и небрежно-точным движением погасила розово-красный разлив плавающего сияния. Так, словно проделывала это раньше тысячи раз. Вит смотрел провожающим взглядом на ее голые ноги, бедра, туго обтянутые пылающим шелком...

– Йола!

Она обернулась, глядя на него словно издалека, а затем сказала:

– Спокойной ночи, Вит. Завтра у нас трудный день.

– Приятных сновидений, – ответил он. – Тебе и мне... Не знаю только, сбудется ли это мое пожелание.

– Почему бы нет?

– Потому что наше трудное завтра, увы, уже наступило сегодня.

Несколько мгновений она неподвижно стояла в дверном проеме, а затем затянутая шелком фигура бесшумно растворилась в ночи.

«Женщину может понять любой человек, кроме влюбленного в нее мужчины», – самокритично подумал Вит и рухнул на постель.

Он испытывал до конца не понятый им страх. В последнее время сон оборачивался не просто сном... Вит одновременно ожидал и боялся очередного явления Белого Всадника на волшебном белом коне. Пустыня, загадочное озеро... и стрелок, которому однажды может повезти. Наконец, Вит окончательно собрался с духом, закрыл глаза и нырнул в глубину черных вод, странно неосязаемых, бесплотных, беспредельных как метагалактический вакуум...

* * *

Подробнейшая схема будущей Т-установки занимала центральную часть сфеарного пространства. Она плавно поворачивалась всеми своими гранями, вовсю демонстрируя эргономичность и красоту выбранных решений. Вит рассматривал ее с нарастающим чувством гордости за прекрасно проделанную работу. Теперь он точно знал, что несмотря на активное сопротивление ГАВКа остановить внедрение субкварковой энергетики ни за что не удастся. Не на тех напал!

Расположившийся в соседнем кресле Анджей Свирский, судя по всему, разделял его мнение. Он так же с нескрываемым удовольствием взирал на дело рук и умов коллег по цеху. Ну и своих тоже, чего уж греха таить... хотя прекрасно осознавал, что если бы не могучая воля и энергия доминатора, вряд ли удалось бы проделать гигантский путь от безумной идеи до ее инженерного воплощения.

– Если я правильно понял, – сказал, наконец, Вит, – то ты предлагаешь усовершенствовать установку путем добавления дополнительного контура... вот сюда. Так?

– Правильно, – ответил Свирский. – Такое решение сразу же поднимет мощность процентов на пятнадцать, а то и на все двадцать. Приземелье и Лунный департамент будут в восторге.

– Не уверен, – задумчиво произнес Вит, внимательно разглядывая хорошо знакомую схему с выделенным ярко-красным цветом нововведением.

– Почему? – нахмурился Свирский, начиная подозревать, что предложенная им гениальная идея имеет все шансы отправиться в долгий ящик.

– Нет, задумано просто замечательно, – поспешил успокоить его Вит, – но крайне несвоевременно. Увеличение мощности – это прекрасно. Вопрос только в том, чем за подобное удовольствие придется заплатить.

Ему никак не хотелось разочаровывать Анджея. Парень-то, безусловно, талантливый... Надо же, самостоятельно додумался до решения, которое далось самому Виту ох как нелегко... и стоило ох как недешево! Кучи бессонных ночей и истрепанных нервов...

– Подобное увеличение мощности, – осторожно сказал он, – неминуемо повлечет за собой катастрофическое снижение надежности и, как следствие, времени безотказной работы. Что как для Приземелья, так и для Внеземелья в целом является критичным. Напомни, какой ресурс заложен в техзадании?

– Двадцать лет бесперебойной работы, – угрюмо произнес Свирский. – При условии регулярного техобслуживания.

– Во-от. А с дополнительным контуром наша Т-установка вряд ли дотянет даже до пяти, можешь мне поверить. И если шейхи Сахары проглотят подобное и не подавятся, то Внеземелье, несомненно, потребует безусловного исполнения каждого пункта технического задания. А иначе... сам понимаешь.

– Мы доработаем, – горячась, произнес Свирский. – Не сомневаюсь, что значительное увеличение ресурса не такая уж неразрешимая проблема.

– Согласен, – вздохнул Вит. – Но есть и другой аспект. Сроки.

Свирский поджал губы и отвернулся. На столь убийственный аргумент возразить было нечего. Он прекрасно понимал, что любая доработка практически готовой конструкции потребует немалого времени, которого у них просто нет.

– До сдачи проекта чуть меньше двух недель, – напомнил Вит, – а мы еще даже не заручились поддержкой зловредного ГАВКа. Вот на что нужно бросить сейчас все силы.

– Так что же теперь, выбросить идею в мусорную корзину? Жалко.

– Зачем так категорично? Действительно, жалко... Мысль на самом деле замечательная, просто сейчас не ко времени. Вот разберемся с ГАВКом, сподвигнем Лунный Департамент на изготовление опытной установки, а там, глядишь, и до твоей идеи руки дойдут. Но сейчас – ни шагу в сторону! Улучшать можно до бесконечности, но для того, чтобы воплотить что-то в реальность, иногда требуется остановиться. Понял?

Анджей угрюмо кивнул.

Вообще-то, в глубине души Вит полностью разделял его чувства. Заниматься изготовлением заведомо устаревшей конструкции, в то время как существует значительно более совершенный вариант – на такое требуется немало душевных сил и нервов, а прежде всего – железная воля, собранная в кулак. Чего Анджею пока явно недоставало.

«Молодой еще, горячий, – подумал Вит. – Но ничего. Думаю, справится.»

В воздухе неожиданно прозвенели негромкие мягкие колокола.

«Кого еще принесло? – с неудовольствием подумал Вит. – Я никого не жду.»

Нажатием кнопки он погасил весь функционал, а затем, переглянувшись с Анджеем, произнес:

– Войдите.

Тяжелая бронированная дверь плавно отъехала в сторону, и на пороге возникла Йола в сопровождении здоровенного детины в черном костюме.

«О, черт! – вспомнил вдруг Вит. – Как я мог забыть!»

– Можно войти? – осведомилась она. – У нас к тебе срочный разговор.

Она покосилась в сторону Свирского. Тот быстро все понял, вскочил и торопливо направился к выходу.

– Мы обсудим твое предложение позднее, – произнес ему вдогонку Вит.

Свирский лишь кивнул и, обойдя гостей, выбрался в коридор. Йола и ее спутник терпеливо дождались, когда же он, наконец, освободит кабинет, а затем стремительно прошли внутрь. Дверь бесшумно встала на место.

Только теперь Вит понял, что видит перед собой того самого падре, о котором предупреждал Ортега и которого он заочно ненавидел всеми фибрами своей ревнивой души. Белая полоска на воротнике не оставляла места для сомнений.

«Что он тут делает? – раздраженно подумал он. – И вообще... какого черта Йола притащила его в мой кабинет?»

– Ты выполнил то, о чем мы с тобой договаривались? – Она сходу перешла в наступление. Хотя прекрасно знала, что нет, не выполнил, просто потому, что все опасения вылетели у него из головы, едва она покинула его жилище.

– Э-э... как-то не до того было, – беспомощно пробормотал Вит. Он полностью осознавал свою вину и оттого чувствовал себя немного не в своей тарелке. – Забыл... А что, есть такая необходимость?

Йола и падре обменялись быстрыми взглядами, а затем она снова уставилась на него в упор.

– Ты еще не понял, насколько все серьезно?.. – она уперлась кулаками в стол и теперь взирала на него сверху вниз. Очень выигрышная позиция. Вит невольно отметил, что Йола необыкновенно хороша даже в гневе. – Ну хорошо, мне ты не веришь... тогда послушай, что говорят другие.

Она повела головой в сторону падре.

– Кто это – другие? – холодно осведомился Вит. Он уже выдержал первый напор и теперь рассматривал спутника своей... хм... жены с плохо скрываемым неудовольствием.

– Извини, – с запозданием произнесла Йола. – Я вас не представила... Падре Гуацино, мой хороший друг.

– Очень приятно, – сказал Вит, хотя его тон определенно говорил об обратном. Впрочем, на падре это не произвело никакого впечатления. – Я вас слушаю. Если можно, покороче, пожалуйста...

– Можно.

Голос у падре был под стать росту. Сильный, глубокий... весомый. Таким голосом только заколачивать сваи и отдавать приказы.

– Если совсем коротко, то ситуация просто катастрофическая. Местное население в очередной раз ополчилось на белых мигрантов, обвиняя их во всех своих бедах, что вообще-то говоря, не совсем справедливо. Но кто станет думать о справедливости, когда несчастные горожане ютятся в жалких лачугах, в то время как белые гринго роскошествуют в богатстве и довольстве в просторных современных коттеджах, не говоря уж о фазендах. А коренное население вынуждено наниматься к ним в услужение просто для того, чтобы выжить. Тот факт, что латинос живут гораздо хуже белых пришельцев, как раз и вызывает всплеск ярости и недовольства, нашедший свое выражение в жестоких погромах и беспорядках.

– Почему гринго? – недоуменно спросил Вит. – По-моему, этот термин всегда употреблялся по отношению к американцам, разве не так? Ну, или к тем, кто говорит по-английски. А мы здесь в основном русские.

– Дело не в терминах, – возразил падре. – Для них сейчас все белые – гринго. Национальность не имеет значения.

Он помолчал, а затем добавил:

– Идея стара как мир: все отобрать и поделить. Вот тогда-то и будет всем счастье.

– Не в первый раз и не в последний, – сказал Вит. – Обходилось раньше, обойдется и сейчас.

– Не обойдется, – возразил падре. – Тысячи горожан уже направляются сюда с самыми серьезными намерениями. Достаточно сказать, что они разрушили попавшийся им на пути церковный приход всего лишь за то, что священник – белый. И это, заметьте, в практически поголовно религиозной стране... Можете себе представить, чего ожидать от них дальше? А все, что у вас есть, – какая-то жалкая сотня охранников, совершенно не способная никого остановить. Да еще оранжевый уровень безопасности, который вы почему-то никак не желаете поднять до красного. Хотя и эта мера по сути бесполезна...

– Не понимаю, – нахмурился Вит, – чем конкретно им помешал концерн «Артемида»? Мы существуем здесь не первый год практически автономно и в дела города стараемся не влезать. Какого черта?

– Не стоит поминать врага человеческого, – сурово произнес падре, – когда ситуация и без того критическая. А по сути... ваш суперсовременный концерн и ваши белоснежные коттеджи всегда были у горожан бельмом на глазу. Как яркий пример той жизни, которая никому из них никогда не будет доступна.

– Но почему именно сейчас... – с тоской произнес Вит.

Он вдруг отчетливо понял, что в случае прорыва погромщиков на территорию концерна о субкварковой энергетике как и о «Восьмиярусном озере» можно будет забыть надолго... если не навсегда. Никакая тончайшая технология не способна выдержать столкновение с дубиной народного гнева...

– Мы и сами до конца не понимаем, – сказал падре, переглянувшись с Йолой. – В отличие от предыдущих выступлений на этот раз протесты зашли слишком далеко. Впечатление такое, будто дестабилизация региона кому-то на руку...

Вит опустил голову, переваривая безрадостную информацию. Он и в самом деле не предполагал, что когда-либо придется заниматься решением подобного рода проблем. До сего момента ему вполне хватало теоретической физики... если не брать, конечно, в расчет загадку Белого Всадника.

– Позитивные предложения будут? – наконец, спросил он.

– Самое время объявлять всеобщую эвакуацию, – немедленно отреагировал падре. – Наверняка подобные мероприятия предусмотрены... хотя бы на случай природных катастроф. Главное сейчас – сохранить жизнь людей.

«Этот иезуит, безусловно, прав, – подумал Вит. – Сохранив людей, мы сохраним все. Не могут же погромы продолжаться бесконечно.»

Он решительно потянул из кармана орифлектор, выбрал на виртуальном экране пункт «Всеобщее оповещение» и твердым голосом зачитал распоряжение о немедленной эвакуации. После чего вызвал на связь начальника охраны.

Мигуэль Ортега выглядел непривычно растерянным. Его на удивление неуверенный вид косвенно подтверждал слова падре о том, что ситуация в городе практически вышла из-под контроля.

– Погромщиков как минимум несколько тысяч, – сообщил он, бегая глазками из стороны в сторону. – Не уверен, что силовые барьеры сдержат их надолго.

– Ну так повысь уровень безопасности до красного, – распорядился Вит.

Мигуэль некоторое время молча хлопал глазами, а потом осторожно произнес:

– Но как же... у меня приказ. Генеральный директор...

– Ты прекрасно знаешь, что Рамона здесь нет, – мрачно процедил Вит, – и замещаю его именно я. Поэтому настоятельно советую исполнять приказы без лишних разговоров, а также сообщаю, что саботажа с твоей стороны не потерплю. И еще... На всякий случай заверяю: в случае чего тебя не спасут никакие родственные связи. Уразумел?

Охранник молча сверлил его глазами, а затем неохотно произнес:

– Слушаюсь... красный уровень...

– Так-то лучше. И еще... оповести Службу Безопасности. Думаю, их помощь нам никак не помешает. Хотя, им наверняка и без того известно больше нашего.

Ортега кивнул и пропал из поля зрения. Доминатор с отвращением смахнул орифлектор с лица. Йола и падре молча наблюдали за его действиями.

– Тот еще работничек, – прокомментировал Вит на редкость содержательный диалог. – Бегать за юбками – тут мы герои, а как доходит до дела...

Он безнадежно махнул рукой. А затем сказал после недолгой паузы:

– Йола! Прошу... проконтролируй ход эвакуации. А также оповести СБ, а то я этому Казанове не очень-то доверяю. Сделаешь?

– Конечно. А как же ты? Намерен выполнить собственный приказ?

– Обязательно. Вот только... Закралась у меня одна крамольная мыслишка... А что если весь этот погром затеян с целью заполучить секреты нашего КБ? Утилизация туннелированной энергии – настоящий Клондайк, наложить на него лапу найдется немало желающих. Понимаю, звучит не очень... но все же. Конкурентов пока никто не отменял... есть парочка отмороженных кандидатов. А потому... обещаю, что присоединюсь к вам, но немного позднее.

– Что собираешься делать?

– Прежде всего обеспечить сохранность секретной документации. Коды доступа есть только у меня и Рамона, а потому сейчас это только моя забота.

Йола некоторое время молча смотрела ему в глаза, а потом произнесла:

– Хорошо. Я буду ждать тебя. Помни.

– Когда закончите, спускайтесь на первый этаж, – деловито добавил падре. – Лифтом не пользуйтесь, только по лестнице. Там слева есть коридор... ну, тот, где сотрудники переодеваются в рабочую одежду. Ждите там и не высовывайтесь, что бы ни случилось.

– Вит, прислушайся, – закусив губу, сказала Йола. – Поверь, это очень серьезно.

– Да понял я, понял...

«Никакой это не падре, – думал он, глядя вслед посетителям, торопливо покидающим кабинет. – Теперь я уверен в этом на все сто. Рассуждает как стратег, спланировавший рискованную операцию. Тоже мне... священник... Скорее, телохранитель какой-нибудь или вообще ряженый спецназовец... Вот только что он делает рядом с Йолой?»

Мановением руки Вит снова задействовал функционал кабинета, разыскал среди витающих над головой разноцветных шаров тот, что обеспечивал запуск процедуры экстренного переноса данных в «небесное хранилище», ввел необходимые коды и расслабленно откинулся в кресле в ожидании ее окончания. Теперь от него практически ничего не зависело. Информация с внутреннего сервера концерна начала поэтапно переноситься в удаленное хранилище, распределенное сразу по нескольким городам Приземелья.

Зрелище оказалось на редкость красивым, Вит наблюдал такое впервые. Сначала многочисленные шары, каждый из которых содержал в себе полный спектр наработок того или иного отдела, а также техническую и деловую документацию, сгруппировались вместе, образовав поразительно красочную и довольно высокую пирамиду с широким основанием, а затем поодиночке и небольшими группами принялись всплывать вверх, бесследно растворяясь где-то над головой... Вит прекрасно осознавал, что означает подобное вознесение: очередная порция данных обретала новое жилище в буквальном смысле слова «на небесах», безвозвратно исчезая с внутреннего сервера «Артемиды». Гипотетическим злоумышленникам теперь придется изрядно потрудиться, чтобы вновь собрать все воедино. Да и то вряд ли, поскольку разрозненные части интеллектуальной собственности концерна в дополнение ко всему подвергались многоступенчатой процедуре шифрования...

Пирамида улетучилась практически наполовину, когда кресло под доминатором вдруг сильно качнулось, а ушей достигли хотя и приглушенные, но все-таки на удивление сильные раскаты близкого взрыва.

«Что за черт?! – встревоженно подумал Вит. – Чему у нас здесь взрываться? А рвануло, судя по всему, неслабо, даже звукоизоляция кабинета не спасла.»

Он торопливо нацепил орифлектор и принялся бегло просматривать информацию с камер наблюдения. Внутренние помещения выглядели абсолютно неповрежденными, хотя и непривычно пустыми.

«Надо полагать, эвакуация завершилась успешно, – мельком подумал он. – Молодец, Йола. Ну, и падре... наверное...»

Тогда он переключился на внешние камеры. Как только на виртуальном экране появилась широкая площадь перед главным входом, все встало на свои места. Правда, никакой ясности увиденное не добавило, скорее наоборот...

Мигуэль Ортега пунктуально выполнил требования «красного уровня безопасности». У правого края площадки бок о бок застыли три авиетки вооруженной охраны концерна. Крайняя пылала, извергая густые клубы черного дыма с многочисленными вкраплениями яркого и, судя по всему, невероятно жаркого пламени. Многочисленные фигурки в форме внутренней охраны опрометью разбегались с площади и с разбега ныряли в густые заросли, окружавшие здание концерна со всех сторон. Некоторые, надо полагать самые любопытные или глупые, стояли неподвижно, задрав головы куда-то вверх, в то время как другие отчаянно палили из автоматов... Тоже вверх.

Недоумение Вита рассеялось, когда в поле зрения плавно вплыл виновник необычайного переполоха – большой тяжело вооруженный десантный глайдер. Вит видел такой вблизи в первый раз в жизни, хотя... С диагнозом «амнезия» ни в чем нельзя быть уверенным.

Глайдер опускался медленно, однако абсолютно неотвратимо. Словно рок. Редкие автоматные очереди, судя по всему, не доставляли ему никакого беспокойства. Откуда-то из-под днища неожиданно ударил ослепительно-яркий лазерный луч, уперся в следующую авиетку и мгновенно угас. Легкий летательный аппарат вспыхнул словно спичка и разлетелся буквально на куски. Кресло под доминатором вновь качнулось.

«Ничего себе, – растерянно подумал он, глядя, как довольно-таки габаритная флаинг-машина разворачивается, выбирая место для посадки. – Протестующие горожане, оказывается, на редкость хорошо экипированы.»

Едва посадочные опоры глайдера коснулись каменных плит, как из него градом посыпались вооруженные до зубов налетчики, наглядно демонстрируя всем желающим отменную спецназовскую выучку.

«А может, это и в самом деле Служба Безопасности? – в замешательстве думал Вит, беспомощно наблюдая, как нападавшие, остервенело огрызаясь ответным огнем на все более редкие автоматные очереди, неуклонно продвигаются к главному входу. – Да нет, не может быть. С какой стати им расстреливать нашу охрану?.. Обычные горожане? Хм... тоже вряд ли. Это же до какой степени нужно озвереть, чтобы пойти на такое...»

Он бросил взгляд в глубь сфеарного пространства. Пирамида из разноцветных шаров практически перестала существовать, вихрь разрушения уже достиг основания. Еще пара минут, и процедура переноса полностью завершится, после чего автоматически вырубится весь кабинетный функционал. Гипотетическим конкурентам не достанется ничего.

«Отлично, теперь самое время подумать о собственной безопасности. Нападавшие вот-вот окажутся внутри здания, а сталкиваться с ними нос к носу почему-то нет никакого желания.»

Вит торопливо выбрался из кресла и, раскрыв дверь, осторожно выглянул в коридор. Никого, и это просто замечательно. Он бегом рванул в сторону лифта, однако вовремя вспомнил слова падре и на полпути свернул на лестницу. В обычных условиях ей никто и никогда не пользовался, она и существовала-то только на случай какой-либо серьезной аварии... скажем, пожара или землетрясения, которых здесь, правда, отродясь не видывали.

Сбегая по звонким ступеням, Вит думал, что выглядит на редкость по-дурацки. Лететь вниз по лестнице, рискуя переломать ноги, в то время как совсем рядом, прямо за стеной, находится комфортабельная, снабженная кондиционером кабина – полное безумие. Можно сказать, убедительное подтверждение диагноза, поставленного бесстрастным ГАВКом. Но слова падре-спецназовца почему-то прочно засели в мозгу, и им хотелось верить. Раз сказано «лифтом не пользоваться», значит, не будем. Видимо, сейчас тот самый случай.

Достигнув первого этажа, он предусмотрительно притормозил и, соблюдая меры предосторожности, выглянул в вестибюль. Одного мимолетного взгляда хватило на то, чтобы резко отпрянуть обратно и прислониться спиной к холодной стене. Прямо у дверей лифта стояли двое с автоматами наперевес и, задрав головы вверх, внимательно наблюдали за бегущим огоньком индикатора в ожидании прибытия кабины.

«Если бы я находился внутри, – подумал Вит, – то попал бы прямиком к ним в объятия. Спасибо падре, уберег...»

Судя по всему, сопротивление внутренней охраны оказалось полностью сломлено. Двое налетчиков не выказывали никаких признаков беспокойства, несмотря на то что с площади по-прежнему доносились редкие автоматные очереди.

– Послушай, Мэтт, – вдруг произнес один из них. – Может быть, теперь все-таки объяснишь, какого черта мы здесь забыли? Я понимаю, ты босс, тебе виднее... но все-таки...

Вит слушал, затаив дыхание. Нападавшие находились настолько близко, что, казалось, сделай кто-то из них шаг в сторону, и его ненадежное убежище сразу же будет обнаружено.

– Это хорошо, что ты, Сип, наконец-то усвоил, кто здесь главный, – хохотнул невидимый Мэтт. – Заруби себе на носу, мне не очень по душе твое неуемное любопытство, все тебе разъясни да обоснуй... Когда-нибудь оно будет стоить тебе жизни. Но теперь, похоже, действительно время... Короче. Поднимаешься на третий этаж, там находится офис КБ «Эос». Находишь кабинет этого... как его... доминатора. Зовут Вит-Петрич. Твоя задача взять его, но так, чтобы на нем не было ни царапинки! Понял? Заказчик распорядился доставить клиента в целости и сохранности. Причуда, конечно, но раз он платит деньги...

– Вечно ты сваливаешь на меня самое трудное... А если его там нет? Вдруг он уже сбежал?

– Значит, отыщешь... хоть под землей! Хоть над! Не мог он далеко убежать. Главное, помни, что отвечаешь за него головой!

– А ты?

– Таких вопросов боссам не задают. Говорю же, любопытство тебя погубит. Но ладно, так и быть. Тем более, что твоя помощь еще может понадобиться... Я на седьмой этаж.

– А что там?

– Кабинет директора. Надежный источник сообщил: там есть чем поживиться. Совместим приятное с полезным, а Сип?

Он снова хохотнул. Но как-то неприятно, совсем не весело.

– Главное, потом поделиться не забудь, – буркнул Сип.

– Ты будешь мне указывать?!

– Что ты, даже не думал. Но вдруг ребята узнают...

– Если такая неприятность случится, то я знаю, с кого спросить.

Угроза подействовала. Сип замолчал, только слышалось громкое обиженное сопение.

С тихим шелестом раздвинулись двери лифта. Двое налетчиков шумно протиснулись внутрь, двери закрылись, и кабина пошла вверх.

Вит по-прежнему стоял, боясь шелохнуться. А потом, словно очнувшись, выскочил в вестибюль, скатился вниз по невысоким ступенькам и сразу же свернул налево, где чернел вход в глубокую потерну, в глубине которой размещались комнаты для переодевания, о которых говорил падре. Он даже думать не хотел о том, почему там не работает освещение, для размышлений существовали куда более веские поводы.

«Получается, террористам нужен именно я, – изумлению Вита не было предела. – Не может быть, чтобы все эти страсти происходили из-за моей несчастной, пораженной амнезией персоны. Не верю. Стрельба, взрывы... городские беспорядки, в конце-то концов. Зачем? Для чего? Немного лестно, конечно, осознавать свою значимость... можно сказать, известность, хоть и в бандитских кругах... но мне-то ничего этого не надо. Оставьте меня в покое!»