Текст книги "Галопом по окопам, или Квест для невезучей попаданки (СИ)"

Автор книги: Светлана Малеенок

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 32 страниц)

Ну да ладно, в воду так в воду. Разве что я лучше по старинке зайду в нее. Ползают пусть другие. Кстати, все равно уже давно тело зудит, искупаться совсем бы не помешало. Я быстро избавилась от одежды и, настороженно оглядываясь по сторонам, вошла в воду.

Вода оказалась неожиданно теплая, а песок на дне светлый и мелкий, поэтому было очень приятно зарываться в него пальцами стоп. Стараясь не испугать возможную добычу, я медленно пошла вслед за змейкой. Я пока не поняла, что именно она задумала, но и идея с купанием мне уже была по душе!

Озеро оказалось неглубоким, а дно пологим, поэтому я прошла довольно далеко, прежде чем вода достала мне до подмышек.

– Теперь стой! – скомандовал уже ставший почти привычным голосок в голове. – Стой и жди, когда поймаю рыбу. Тогда хватай меня за хвост и тяни к себе!

Услышать-то я услышала, вот только не совсем поняла смысла этой странной процедуры. Если змейка поймает рыбку, то почему сама с ней не выплывет на берег? Ну да ладно, решила посмотреть, что будет.

Но случилось странное. Поначалу хорошо заметная в воде разноцветная змейка вдруг заморгала, словно лампочка, собравшаяся перегореть, и вдруг… исчезла! Я аж глаза протерла. И все же не совсем она исчезла. Вот только стала белой и почти потерялась на фоне светлого песка на дне.

Зависнув в толще воды, белая тонкая ленточка еле заметно извивалась, чего-то выжидая. Замерла и я, с интересом наблюдая за тем, что будет дальше.

А тем временем потенциальная добыча, потерявшая из виду опасную хищницу, снова занялась поиском еды, шныряя туда-сюда и все ближе подплывая к змейке. А та вдруг резко рванулась вперед и вцепилась зубами в бок огромной рыбине! Ну как огромной, примерно сорок сантиметров в длину. Пожалуй, даже слишком огромной по сравнению с самой охотницей.

– Ну что стоишь? Скорее хватай меня за хвост, да тащи! А то она меня сейчас утащит в глубину!

– К-куда тащить?

– К берегу, конечно!

Я мысленно встряхнулась и, глубоко вдохнув, задержала дыхание и присела, погружаясь в воду с головой, так как иначе я бы не дотянулась до змейки. С первого раза у меня не получилось ухватить ее за хвост. Большая рыба билась за право не стать сегодня чьим-то ужином, и маленькую охотницу мотало из стороны в сторону, как большого червяка на крючке. Не с первой попытки, но мне наконец удалось ухватиться за тонкий скользкий хвост змейки.

Аккуратно повторила захват и второй рукой, стараясь сильно не сжимать пальцы, и медленно побрела к берегу, чувствуя, как сильно бьется рыба на импровизированном крючке.

Уже у самого берега я ловко перехватила руками пойманную рыбину, и только после этого змейка разжала челюсти. Я, довольная крупной добычей, вылезла на берег, бросила рыбу в траву и поспешила одеться. Затем снова вернулась к своему будущему ужину и призадумалась.

Ведь что получается? Огня-то у меня нет! Только водяная чешуйка. А это значит, запечь рыбку не получится. Я вздохнула, принимая тот факт, что придется мне есть ее сырой, что совсем не радовало.

Кстати, а куда делась змейка? В душе мгновенно вспыхнул страх за нее. А вдруг эта огромная рыбища что-то повредила змейке, трепыхаясь. И теперь она… Я в ужасе бросилась к реке, лихорадочно, со страхом выглядывая у берега безжизненную тушку моей кормилицы.

– Мне приятно, что ты за меня волнуешься! Я в тебе не ошиблась! – тоненький задорный голосок в моей голове прозвенел чудесной музыкой! Я с облегчением вздохнула, улыбаясь, и с усиленным вниманием начала искать змейку в реке. Возможно бы и не нашла, если бы не всплеск в стороне.

Там, в таком же неприметном виде, змейка носилась за мелкими рыбешками, скорее, мальками. Понаблюдав немного за ней, я снова вернулась к своей добыче, думая, с какого конца подступиться к ней, ведь у меня не было даже ножа, чтобы ее разделать.

– Что грустишь? Почему не ешь? – я вздрогнула и повернула голову в сторону яркого пятна. Покинув воду, змейка снова окрасилась всеми цветами радуги.

– Люди не едят мясо сырым. Мы его жарим на огне. А у меня его нет.

– На огне? Есть у меня такое! Вот, значит, зачем он нужен!

– У тебя есть огонь? – я недоверчиво посмотрела на змейку, предположив, что она не совсем меня поняла, так как ей-то он как раз вовсе не нужен.

– Ну сейчас. Сейчас-сейчас, – она хаотично заползала по берегу, тычась носом в ветки да полусгнившую кору деревьев. Наконец малявка удовлетворенно хмыкнула, остановившись у довольно внушительного куска поваленного дерева, обвилась вокруг него и замерла.

Вспомнив, что терпение зачастую вознаграждается сторицей, я села на землю и приготовилась ждать непонятно чего. Как вдруг древесина под змейкой вспыхнула. Вверх поднялся дымок, и осторожные языки пламени принялись с аппетитом пожирать свою высушенную на солнце добычу.

Я вскочила, готовая бежать и спасать свою необычную подружку из огня. Но она сама спокойненько сползла со ствола на траву.

– Огонь есть! Можешь жарить рыбу!

– Да, вижу! Спасибо тебе большое! Ты просто невероятная! – чувствуя, как мою грудь аж распирает от благодарности к этой невероятной рептилии, я присела на корточки и взяла ее в руки. Теплая какая! Я аккуратно погладила пальцем по ее словно хрустальной головке.

– Приятно! – промурчал голос в моей голове.

– Напомни, как тебя зовут? Как-то Шуашш… Напомни, пожалуйста!

– Шуашшиши меня зовут, – кокетливо прозвучало в моей голове.

– Еще раз приятно познакомиться! Но длинно очень! Ты не против, если я буду тебя называть… Ну, например… Шуша!?

– Шуша? Шуша. Шуууушшшааа! А что, очень даже мило. Мне нравится! А свое имя напомни.

– Элея, – настороженно ответила я, пытаясь представить, как она переиначит на свой лад мое имя.

Но мне повезло, змейка мягко и протяжно прошептала мое имя, никак его не исковеркав.

– Мне тоже приятно с тобой познакомиться, Элея! Ну, давай, готовь свою добычу, а я сползаю попрощаюсь со своими лесными друзьями.

– Попрощаешься? – удивилась я, опуская змейку на землю и направляясь к горящему дереву.

– Конечно! Ты же здесь не останешься жить?

– Нет, конечно! Вот переночую и дальше пойду!

– Ну вот, а я с тобой! Теперь куда ты, туда и я! Я ведь тебя здесь ждала!

– Меня? – в этот момент подтаскивала горящий кусок ствола на песчаный пляж, чтобы, не дай бог, пожар в лесу не устроить, да так и села на попу, услышав заявление змейки.

– Ну, не совсем тебя, – вроде как засмущалась Шуша, а человека, который сможет меня услышать. Я ждала своего проводника.

– Проводника? Это как это?

– Не знаю. Пока не знаю. Но когда меня, только вылупившуюся из яйца, сюда принес большой красный полоз, он сказал мне так: «Живи здесь, пока не встретишь своего Проводника! А как встретишь, следуй с ним повсюду…» И он, кажется, что-то еще сказал, вот только я тогда была совсем маленькая, мне очень хотелось кушать, и я погналась за большим жуком. Поэтому, что он сказал дальше, я не помню.

– Жаль, что не помнишь. Думаю, это важно! Ведь зачем-то тебе нужно было дождаться этого Проводника и следовать за ним повсюду?

– Да уж, но теперь ничего не поделать! – послышался печальный вздох у меня в голове. – И нужно было этому жуку мне на глаза тогда попасться!? К тому же, он оказался не вкусный!

Я хихикнула, очень уж смешно это прозвучало.

– Ладно, иди, то есть, ползи прощайся со своими друзьями! Вместе так вместе, я не против. Так куда веселей!

Змейка, поблескивая чешуйками, ушуршала в кусты, а я занялась готовкой. Накопала у берега глины, облепила ею рыбу и положила в огонь.

Час спустя я, наевшись до отвала, лениво покусывала травинку, лежа на расстеленном на траве одеяле. Закрыв глаза, я вдыхала такие знакомые запахи речной воды, травы и костра, и мне не верилось, что я нахожусь в совершенно чужом мире, где, пусть не на каждом шагу, но встречается магия. Или это просто сверхспособности у ребятишек Гертруды?

А что тогда со мной? Даже если предположить, что общение с помощью телепатии тоже одна из сверхспособностей человеческого мозга, то что тогда сказать о говорящей змее? Хотя нет, не так, о змее, которая умеет думать и рассуждать не хуже человека! Это ли не еще одна из ветвей эволюции!? Жаль, что Шуша почти ничего не знает о своем племени. И интересно, зачем ее оставили здесь одну?

В разноголосый птичий хор вклинился посторонний звук, и я сначала не сразу сообразила, что для меня он означает опасность! Насторожившись, я привстала, желая, чтобы этот звук повторился. Мне было необходимо понять, не померещился ли он мне? А если нет, то определить, в какой стороне опасность?

Сонную тишину леса разорвало ржание лошади. По моей коже словно морозный ветер пронесся. Я покрылась мурашками от страха и, скомкав одеяло, заползла с ним в кусты. Дыхание с хрипом вырывалось из моей груди, а мысли разбегались, как тараканы при виде тапка.

Выходит, они меня все же нашли! Кто-то один прискакал на последней лошади, или нашли остальных двух, потерявшихся во время тайфуна. И тогда сейчас неподалеку все три бандита! Но хоть бы Раун был не с ними! Хоть бы он уже был дома со своей семьей! Если с мальчиком что-то случится, я же себе этого не прощу!

Лошадиное ржание послышалось уже совсем близко, и мой взгляд в панике метнулся к почти погасшему, но все еще дымящемуся костру. Увидев его, мужчины сразу догадаются, что он совсем недавно горел и что я где-то рядом.

Пятясь и стараясь не шуршать, я ползком начала пятиться в глубину густых зарослей, когда ржание раздалось совсем близко, буквально на том месте, где я только что лежала. Но прежде, чем паника совсем захлестнула меня, в моем сознании мелькнула очень даже трезвая мысль.

Я все это время слышу голос лишь одной лошади! И при этом ничего похожего на голоса людей. Конечно, вполне возможно, что человек приехал сюда один. Как бы то ни было, прежде чем бежать сломя голову, нужно разведать, кто это? Вдруг это не кто-то из известной мне троицы!? А для этого мне необходимо незаметно подкрасться ближе.

Взгляд упал на пестрое лоскутное одеяльце в моей руке, и губы сами собой растянулись в улыбке. Оно было сшито из коричневого и разного оттенка зеленых лоскутков. Как раз самое то, чтобы спрятаться среди листвы! Накинув на себя маскировочное одеяльце, я медленно, очень медленно поползла на разведку.

Глава 22. Дезертир

Накрывшись с головой лоскутным одеялом, я осторожно выглянула из кустов и уставилась на очень даже красивого гнедого коня, жадно пьющего из озера. Конь был оседлан, а позади седла, по бокам коня, были приторочены две седельные сумки. Вот только хозяина коня видно что-то не было.

Я снова перевела взгляд на благородное животное. Конь, напившись, поднял голову, чутко прядая ушами, фыркнул и, медленно развернувшись, сделал несколько шагов к траве. Шумно вдохнув, захрумкал ею.

Все это, конечно же, очень мило, вот только где хозяин коня? Отпустил пастись, не расседлав, а сам где-то прикорнул? Не очень правдоподобно. Так или иначе, я не знала, что делать. Но зато одно я знала точно, этот конь не вез кибитку бандитов, как минимум, масть была не та. Значит, это не по мою душу, уже легче! Но где же его хозяин?

Позади меня послышался тихий шорох, и из-под моей руки вынырнула Шуша.

– На что смотрим?

– На коня.

– Что такое конь? Оооо! Какой огромный зверь!

– Ты что, лошадь ни разу не видела?

– Ни того ни другого. А кто они?

– Лошадь и конь, это одно и то же.

– Не понимаю.

– Ммм, – я покопалась у себя в памяти, но что-то не нашла ни одного достойного примера, да и не до того сейчас было. – Ну, давай так, лошадь – это самочка, а конь – самец. А вообще, это такое верховое животное, на котором люди ездят.

– А зачем?

– Чтобы быстрее оказаться в нужном месте. Кони очень быстро бегают.

– А лошади?

– И лошади тоже, – у меня все больше складывалось впечатление, что я разговариваю с маленьким, но очень любознательным ребенком.

– Тогда что ты здесь делаешь? Поехали!

Я усмехнулась.

– Был бы он ничейный, мы бы взяли его себе! А так, у него, скорее всего, есть хозяин.

– А где он?

– Это я бы тоже хотела знать, – протянула я задумчиво, наблюдая, как конь, поедая редкую у кромки песчаного пляжа траву, медленно движется вглубь леса, а за ним волочится повод. Порванный повод! – Шуша!

– А?

– Можно тебя попросить сползать на разведку?

– А эта разведка в нашем лесу находится?

Я горестно выдохнула, страдальчески закатив глаза, и, старательно подбирая слова, принялась ей объяснять.

Пять минут спустя змейка ушуршала по моему спецзаданию, а я беспокойно наблюдала за углубляющимся в лес конём. Если он здесь один, то мне очень не хотелось бы его потерять. Вот он уже скрылся из виду, но я всё же время от времени слышала, как тот тихо всхрапывает и ломает тоненькие веточки, продираясь через густые ветви.

– Я не нашла никого на тебя похожего! – ворвавшись в мои вяло текущие мысли, доложила пестрая разведчица.

– Ты уверена? Может, человек спит лежит под кустом, как я, когда ты меня нашла?

– Нет, я хорошо искала! Здесь нет таких, как ты! Поехали!

– Подожди! Стой! – змейка развернулась ко мне, внимательно глядя на меня своими немного выпуклыми радужными глазами с вертикальным зрачком. – Шуша, знаешь, тебе лучше не показываться коню, пока я его не поймаю. А то, увидев тебя, он может испугаться и убежать.

– По-че-му?

– Дело в том, что лошади боятся змей!

– Я не змей, я – полоз!

– Это то же самое! – вздохнула я, в ожидании новой серии этих «почему?». Но, к счастью, Шуша не стала приставать с новыми вопросами.

– И что делать? Я не поеду на «конь»?

– Правильно говорить «на коне»! Поедешь, конечно! Ты маленькая, посажу тебя в карман или сумку, наш коник тебя и не увидит! Позже мы его обязательно научим тебя не бояться.

– Конь большой, я маленькая! Почему конь боится меня? – я горестно вздохнула, чувствуя себя мамой обезьянкой из мультика, где у нее на попечении было пятеро малышей. У меня же от одной малявки голова уже начинала идти кругом.

– Так, держись пока позади меня, я пошла наш транспорт отлавливать, – к счастью, уточнения по еще одному не знакомому слову не последовало, и я, встав на ноги, свернула свое многофункциональное одеяльце, подхватила его под мышку и пошла в сторону пасущегося в лесу коня.

На мое счастье, гнедой оказался очень даже доброжелательным и легко, я бы даже сказала, с удовольствием пошел со мной на контакт. Он шумно меня обнюхивал, фыркал и щекотал своими большими мягкими губами мою ладонь, в которую настойчиво тыкался, видимо, в поисках лакомства.

В первую очередь я расседлала его, хмурясь от четко проступивших полос от подпруги на его коже да от сильно вспотевшей спины. Было видно, что конь не менее двух дней ходил под седлом.

Уздечку я пока снимать не стала, ласково разговаривая, завела коника в озеро и осторожно почистила пучками травы. Затем отпустила его пастись, а сама немного поплавала. Очень не хватало мне здесь мыла. Дома я была известная чистюля, даже спиртовые салфетки в рюкзачке носила, а здесь только вода. Вспомнила, что где-то читала, что волосы можно мыть золой, но нужно сделать зольный настой. Но у меня нет ни посуды, ни кипятка. Так что решила попробовать древесным углем помыть голову.

Провозилась долго. Было неудобно и муторно. Это не то, что капнуть на руку душистого шампуня и… Эх, обо всем этом придется забыть! Хорошо, что хоть волосы у меня сейчас короткие! А вот что делают длинноволосые красотки со своими шевелюрами?

– Эй! Элея, мы ужинать будем? – я вздрогнула, опомнившись, что все еще сижу в воде и вымываю из волос застрявшие кусочки древесного угля. Ну прям как Маугли стану скоро! Совсем одичала! Еще и грязные потные вещи надевать придется! Хотя…

Я с шумом выскочила из озера, вздрогнув от прохладного воздуха. В лесу стремительно темнело, и я заметалась, выискивая седельные сумки, снятые с коня. Как я вообще могла забыть о них!? Для меня, кроме мешковатой одежды, что была на мне, это же целое состояние, и даже не важно, что в них. Если что ненужное, позже продам или обменяю.

– Так мы есть-то будем? – передо мной материализовалась озадаченная мордашка Шуши. Ее разноцветные чешуйки мягко светились в наступивших сумерках.

– Ого! Какая ты красивая! – искренне восхитилась я, любуясь этой необыкновенной змейкой.

Шуша тут же полыхнула ярким алым светом.

– Мне очень приятно! – промурлыкало в моей голове, и я предположила, что красная окраска чешуек подразумевает зарумянившиеся от смущения щечки.

И тут мне пришла идея!

– Шуша, а ты светиться можешь?

Вместо ответа свернувшаяся в спираль змейка вспыхнула ярким белым светом. И оказалось, что она сидит как раз на сваленных в кучу седельных сумках.

– Можно тебя на шею повесить?

– Это как?

– Вот так, – продемонстрировала я змейке, аккуратно беря ее и вешая себе на шею.

– Интересненько! А зачем?

– Я хочу проверить, что в этих сумках! Может, что-то полезное найдется!? А ты мне сверху посветишь.

– Давай посмотрим!

Шуша свесила с моего плеча свою любопытную головку, освещая ею внутренность сумки.

Итак, в первой нашлись как раз те сокровища, о которых я только недавно мечтала! В ней лежала алюминиевая солдатская кружка, миска и ложка, фляжка из высушенной узкой тыковки, кремень и кресало, отрез мягкой светлой ткани, вполне подходящий для роли полотенца, и, о счастье, целых три куска серого и не очень ароматного мыла! Но всё же. А еще здесь же я нашла настоящую еду! В чистую тряпицу был завернут подсохший внушительный кусок хлеба, три печеные картофелины, правда, уже пропавшие, их пришлось с сожалением выбросить, и несколько тонких полосок вяленого мяса. Мой рот сразу же наполнился слюной. Я тут же запихнула в рот одну полосочку и торопливо открыла вторую сумку.

От вида содержимого этой сумки я открыла рот, и у меня чуть мяско изо рта не выпало! Дрожащими от благоговения руками я достала коричневого цвета явно солдатский костюм, отделанный светлыми полосками тесьмы и какими-то погончиками. После мимолетной радости пришла брезгливость, едва я представила, что буду надевать чьи-то ношенные, пропахшие потом вещи.

Наклонившись, я осторожно понюхала их. Никакого особенного запаха не почувствовала. Или они хорошо выстираны, или вообще новые! Но это я смогу узнать только утром. А пока я сладко зевнула, вспоминая, где я оставила свое одеяльце. Костер разжигать я не собиралась. За ним ведь нужно присматривать, а мне хотелось хорошенько выспаться и набраться сил перед долгой дорогой.

Пройдясь со змейкой туда-сюда, нашла свою пропажу и осторожно сняла Шушу со своей шеи.

– Извини, ужинать я не буду, очень спать хочется! Ты уж пойди, полови себе рыбки! А потом приползай ко мне, надеюсь, ты не только светить, но и греть умеешь, – я ссадила змейку на землю, наблюдая, как она разноцветной сияющей гирляндой заползла в реку, и тут же ее свет поменялся на белый. Я понятливо кивнула, помня, что яркий свет сейчас привлечет к ней много рыбы. Надеюсь, хищная рыба здесь не водится!?

Расстелив одеяло рядом с седельными сумками, закуталась в него, положив под голову ту, что была с вещами, и закрыла глаза, прислушалась. На озере устроили репетицию будущего концерта лягушки, иногда был слышен тихий всплеск играющей рыбы, где-то в лесу заухал филин. А совсем рядом тихо пофыркивал мой собственный конь. Нужно будет дать ему имя! Интересно, а где его хозяин? Может, они потерялись во время тайфуна? А может, он погиб.

Я отогнала от себя тревожные мысли. Что бы ни случилось с хозяином коня, я уже ничего не смогу изменить. Интересно, а волки здесь водятся? Как говорится: «Умная, мысля приходит опосля!» Ну что мне стоило у Шуши об этом раньше спросить!?

Надеюсь, прям сейчас меня не съедят. А вот вернется она с рыбалки, спрошу! – похоже, это была моя последняя мысль, прежде чем мне провалиться в крепкий сон без сновидений.

Проснулась я от двоякого ощущения. Мои ноги, торчавшие из-под одеяла, замерзли, когда телу было даже немного жарко. Я приоткрыла глаза. Светло. Судя по каплям росы на травинках, сейчас раннее утро. Сразу захотелось пить и в туалет.

Я завозилась, потягиваясь, и распахнула одеяло, увидев, что за «горчичник» меня грел всю ночь!

– Доброе утро! – улыбнулась я змейке.

– Это как? – сонно мурлыкнуло у меня в голове.

– Это я тебе желаю, чтобы твое утро было добрым!

– А день? А вечер? А ночь? – зачастила моя «почемучка». И я мысленно застонала. – Все доброе! Все, подъем! Умываемся, завтракаем, и вперед!

– Тебе рыбу ловить? – поинтересовалась змейка, направляясь в сторону озера.

– Нет, себе поймай! Я перекушу тем, что в сумке нашла. Сейчас нет времени костер разжигать. Хочу выехать до жары, а вот в жару найти местечко тенистое для отдыха.

Шуша снова булькнула в воду. А я, подумав, посетила ближайшие кустики, проверила коня, с аппетитом уничтожающего ближайшую полянку с сочной травой, и, прихватив кусок мыла и «полотенце», тоже направилась к озеру.

Купалась я поодаль от Шуши, чтобы не помешать ее рыбалке. С удовольствием помыла волосы с мылом и искупалась насколько это было возможно. На берегу тщательно вытерлась, обернула влажное полотенце вокруг себя и с волнением снова открыла сумку с вещами.

Господи! Да я о таком счастье даже и не мечтала! В сумке, кроме вчерашнего костюма с эполетами, лампасами и прочей мишурой, украшающей военные мундиры, я также нашла хлопчатое белье, правда, только низ, и кожаные сапоги с плотной, но мягкой подошвой.

Прикинув на глаз, поняла, что костюмчик мне будет слишком велик. Ну, примерно, размера на три. А впрочем, что я ожидала от мужского костюма? Ну, зато хоть новый, а не чьи-то обноски.

Скинув полотенце, надела привычные белые трусы с вдетой в пояс бечевкой. Завязала ее на бантик и осмотрела себя. А что, вполне себе нормально сели! Да и то, если учитывать, что у мужчин пятая точка куда меньше женской, так что в самый раз!

Ободренная первой примеркой, я поспешила надеть зауженные брюки с лампасами и китель. Зеркала у меня не было, но, судя по знакомому мне из фильмов крою, мундир очень походил на гусарский.

Ну да, в плечах великоват, на груди еле сходится, на талии болтается, а штаны сели «гармошкой». Впрочем, всё как ожидалось. И вдруг я почувствовала что-то странное. Под одеждой словно пронёсся свежий ветерок, и форма стала меняться прямо на мне! Плечи сузились, в груди чуть раздалось, а в талии сузилось. Но в целом, я бы сказала, что силуэт получился чисто мужской! Словно невидимый портной подогнал одежду под меня таким образом, чтобы и дыхание не стеснять, и грудь не выделялась.

Сама же ткань, на удивление, была хоть и плотной, но приятной на ощупь, и мне в этом мундире совершенно не было жарко! Чудеса! Наклонившись, я обнаружила, что брюки тоже сели на мне как надо. Уже предвкушая очередное чудо, я обула сапоги и замерла в ожидании метаморфозы, которая не заставила себя ждать. Голенища ботфорт плотно охватили мои ноги, а размер стал моим родным, тридцать восьмым!

Вернулась сытая и довольная Шуша. Я поспешила похвастаться ей своей обновкой, но змейка меня не поняла, сказав, что ее шкурка тоже плотно облегает ее тело! Ну что с дикарки взять!?

Достав сухой хлеб и вяленое мясо, я наскоро позавтракала, ругая себя, что заранее не приготовила воды, достала голубую чешуйку и с помощью росы приготовила себе питьевой воды.

Затем пристроила чешуйку на развилке двух тонких веточек, под ней поставила фляжку из высушенной тыквы и, пока вода набиралась, пошла седлать коня.

Приторочила позади седла обе сумки, положила в одну из них запас воды и подозвала змейку. Конь ее не видел, но что-то чувствовал. Он бил передним копытом землю и, недовольно всхрапывая, прядал ушами.

– Тихо, мой хороший, тихо, Орлик! Ой! А вот оно, имя само придумалось! – обрадовалась я. Угостила коня оставшимся и слишком сухим для моих зубов хлебом и, пока он довольно жевал, посадила в одну из сумок Шушу. А что, это идея! Всё время давать коню вкусняшку, когда он видит или даже чувствует мою змейку. Таким образом закрепить условный положительный рефлекс на ее появление! Эврика!

Довольная собой, я вскочила в седло и, осторожно проезжая между деревьев, направила коня из леса. На открытом месте я сначала зажмурилась, привыкая к яркому солнцу, а затем, сориентировавшись по нему, пустила Орлика рысью в сторону города Заартаана.

Мы проехали совсем ничего, наверное, не более часа, как позади послышался топот копыт, и не успела я оглянуться, как оказалась окруженной десятью всадниками.

– Кто такой? «Почему не в своем отряде?» – грозно спросил один из мужчин. Судя по более богатому мундиру темно-синего цвета, командир тех, кто меня окружил.

У остальных мужчин мундир был копией моего. А посему у меня для меня было две новости. Хорошая заключалась в том, что, судя по такой же одежде, меня окружили «свои», плохая же новость была в том, что дезертиров не любят как в том, так и в этом мире! А так как я ехала в противоположном от расположения войск направлении, то вывод напрашивался сам собой! Судя по их хмурым лицам, солдаты сейчас думали о том же.

– Так кто же ты такой? – продолжал допытываться командир в синем мундире.

– Эээ, ммм, эээммм, яяя… – вот, собственно, и всё, что мне удалось из себя выжать.

– Юродивый, что ли? – хмыкнул один из них.

А я разозлилась. Второй раз за недолгое пребывание в этом мире меня записывают в психи.

Но, кроме возмущенного мычания, мне снова не удалось из себя ничего выдавить, похожего на вразумительный ответ. Да, собственно, что я могла им сказать? Ну уж явно не правду.

– Обыскать его! – резко скомандовал главный, а меня чуть удар не хватил от ужаса! Опять!

Ко мне подскакал один из солдат и, заставив спешиться, быстро, со знанием дела, похлопал по моим карманам. И тут, как по волшебству, у него в руке оказался белый квадратик некоего письма, который тут же перекочевал в руку командиру.

Я уже еле стояла на ногах от ужаса. Ведь я не знала, что в этом письме, возможно, это мой приговор!

– Ааа, Демиан Русток, приписанный… – а дальнейшее командир читал про себя. Я же с жадностью ухватилась за услышанное имя, которое, видимо, принадлежало хозяину этого мундира и коня.

Прочитав письмо, мужчина поднял на меня пытливый взгляд.

– Так куда ты ехал?

Я снова замычала, с чего-то принявшись размахивать руками.

– Ты немой, что ли?

Я с готовностью закивала, радуясь тому, что не придется отвечать на неудобные вопросы.

– Ладно, Русток, едешь с нами! Его светлость решит, что с тобой делать.

Еле управляя вмиг ставшими словно деревянными конечностями, я села на коня и в окружении отнюдь не почетного эскорта поскакала в неизвестность.

Глава 23. Она?

Герцог Сантерийский

– Ваша светлость! – вкрадчивый голос привратника вклинился в мой чуткий сон, и я, не открывая глаз, нащупал у кровати сапог и запустил его, ориентируясь на голос.

– Ой! Ваша светлость! Я бы не решился прерывать ваш сон, если бы не чрезвычайное происшествие!

– Что? У повара каша подгорела? – недовольно пробурчал я. Судя по царившей в лагере тишине, сиеста была в самом разгаре. В жару никому не хотелось воевать, и нашему противнику тоже.

Глаза открыть все же пришлось. Зная Бьёрна как облупленного, я мог бы уверен, что во время моего отдыха без веской причины он бы и муху в шатер не пропустил без специальной официальной бумаги с несколькими печатями.

С трудом открыв словно запорошенные песком глаза, с хрустом потянулся и сел на кровати.

– Сапог!

Полог шатра тут же зашевелился, впуская внутрь кряжистую фигуру бывшего привратника.

– Ваша светлость! – словно бы смущенно подергал он себя за длинный белый ус. – Там прискакал отряд дозорных, докладывают, что поймали дезертира!

– Что? – я мгновенно проснулся, обувая сапог и протягивая руку за вторым, который Бьёрн продолжал держать в руках.

Мысль о наличии дезертира сама по себе была абсурдной! Все мои воины сплошь были добровольцами. Конечно, каждый из них преследовал свою собственную цель на поле боя. Кто-то надеялся убить противника, обладающего большей магической силой, и забрать ее себе. А кто-то просто желал отметиться передо мной и попасть в круг доверенных лиц или хотя бы просто приближенных. Поэтому совершенно не было повода сбегать тайком.

Обувшись, я надел китель поверх белой рубашки и пригладил волосы.

– Веди! – бросил привратнику, выходя из шатра.

После полумрака яркий свет резанул по глазам. Я на миг зажмурился, прикрывая глаза рукой.

– Ваша светлость! Вот этот бегунок! – рявкнуло рядом. Открыв глаза, я встретился взглядом со… своей собственной женой! Ее карие, раскосые глаза смотрели на меня испуганно и насторожено, но даже искры узнавания я в них не увидел.

Странно! Я медленно окинул ее взглядом. Хрупкая фигурка юноши в солдатском мундире и сапогах, а бывшая когда-то шикарной грива русых волос превратилась в короткую мужскую стрижку простолюдина. Возможно, мне это показалось, но сейчас волосы были светлее, почти соломенного цвета, а кожа, наоборот, приобрела ровный цвет легкого загара, как у человека, довольно много времени, проводящего под солнцем.

Насколько мне известно, в доме призрения пациенток никогда не стригли так коротко! Волосы им срезали максимум до плеч.

И никакая женщина добровольно не пойдет на то, чтобы на ее голове оставили лишь короткий ежик волос. Но даже если предположить, что это Элея, то откуда она взяла мундир и такого коня? Насколько мне известно, она сбежала в одном ночном платье, и если даже ей каким-то образом удалось переплыть реку, то в бедном поселении она вряд ли нашла бы что-то подобное. Ведь «парнишка» держал в руке за повод оседланного породистого коня. Дорогое седло на скакуне и две кожаные седельные сумки говорили о хорошем достатке. Все это было очень странно!

– Ваша светлость! – я перевел взгляд на вытянувшегося во фрунт командира отряда дозорных. – При нем было обнаружено вот это письмо! – Вояка щелкнул каблуками и протянул мне белоснежный квадрат письма. Становится еще интересней!

Бросил взгляд на лицо «парнишки». Только растерянность. Страха уже нет, но и узнавания по-прежнему тоже. Мы с женой, конечно же, были знакомы до свадьбы совсем ничего, да и после свадьбы и суток не прошло, как мне пришлось срочно отбыть в расположение своего войска, но это не значит, что она бы не смогла меня узнать.

Тогда братья Крамер, видимо, решили преподнести мне такой вот своеобразный «свадебный подарок», напав на дозорных во время нашей с Элеей первой брачной ночи!

Взяв письмо, поспешно развернул его и пробежался глазами по трем коротким строкам, в которых сообщалось, что молодой барон из обнищавшего древнего рода хочет на поле брани вновь поднять престиж своей семьи и заработать денег на восстановление замка рода Русток.

– Демиан? – назвав имя, я пристально посмотрел в глаза парнишке.