Текст книги "Галопом по окопам, или Квест для невезучей попаданки (СИ)"

Автор книги: Светлана Малеенок

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 32 страниц)

– Но разве не чернь должна заботиться о благоденствии своего господина? – вполне искренне удивился Орм, и я ему посочувствовал, ведь с таким подходом к управлению своими владениями вскоре можно остаться совсем без ничего.

Еще вчера вечером он обмолвился, что с этой малышкой маркизой ему просто повезло! В чем я с Грейстоком был совершенно согласен. У него и титул был скромнее, чем у нее, ну а вместо своей земли он мог похвастаться лишь большим самомнением да завышенными запросами, тогда как семье маркизы Тейлор принадлежит довольно приличные угодья с полями и лесами.

Но ее отец, который совсем недавно скончался, оставил свою жену и единственную дочь самостоятельно справляться с жизненными трудностями, к чему обе женщины оказались совершенно не готовы. Вот маменька и подсуетилась поскорее найти мужа для своей дочери, чтобы переложить на его плечи бразды правления активами этого семейства.

– Вовсе нет, – поспешно ответил я, увидев, что друг все еще ждет от меня ответа. – Если захочешь, приезжай в мой замок, когда я вернусь, расскажу тебе все, что знаю сам. И, пожалуй, смогу порекомендовать тебе хорошего управляющего. Но имей в виду, что даже самый хороший до половины прибыли может успешно отправлять в свой карман, ежели над ним самим не будет должного контроля.

Орм недовольно поморщился. Он, еще обучаясь в Академии, мечтал о вольготной жизни состоятельного землевладельца, и с годами, видимо, к нему так и не пришло осознание, что это большой труд. Что ж, ему же хуже.

Я встал из-за стола, и мои гости тут же поспешно отодвинули от себя тарелки, в которых все это время ковырялись ложками, изображая, что едят. У маркизы тоненько забурчало в животе, и она густо покраснела. Да уж, даже сильный голод не заставил ее и моего друга довольствоваться простой солдатской пищей.

Они оба торопились поскорее покинуть негостеприимное место, да и я был бы рад наконец заняться делами насущными, а потом все же вернуться к вопросу о том, что происходит со мной, когда рядом этот смазливый юнец с глазами моей пропавшей жены.

Да, я ее не любил. В нашей среде крайне редко заключаются браки по любви. И вообще, у меня под боком имелся подходящий вариант для женитьбы. Это та самая Доротея, дочь графа Альмода Гилмора, моего соседа и крупного землевладельца. Как я уже успел убедиться, девица очень яркая и знающая себе цену. Но я не хотел добавлять себе хлопот за счет увеличения земельных угодий, напротив, моей целью было сохранение и укрепление имеющихся.

Но самое главное, я хотел вернуть наследие своих предков, увы, сильно ослабленное многими поколениями. Именно поэтому я искал девушку с подобными моим способностями. Я, например, в момент опасности могу покрываться чешуей, но, увы, не могу говорить с полозами и управлять ими.

Слуга, сопровождающий моих гостей, принес из экипажа вещи маркизы, и мы оставили ее, чтобы она могла переодеться в свежее, а сами направились к экипажу проверить слова слуги о том, что колеса глубоко ушли в промокшую после дождя почву, и пара коней не в состоянии вытянуть ее из грязи.

– Ваша светлость! – конюх, осмотрев тонкие обода колес, увязших в земле, видимо, нашел какое-то решение.

– Говори!

– Можно запрячь еще четырех коней в помощь этим, – мужик скептически осмотрел тонконогих рысаков, нервно гарцующих на месте в попытке хотя бы чуть сдвинуть с места ставший вдруг неподъемным, ранее легкий экипаж. – Я так понимаю, карету нужно вытащить из грязи и вывезти на траву, где колеса уже не будут проваливаться. Но это при условии, если господа будут ехать не останавливаясь, до своих владений, – басовито пояснил конюх.

Он рассуждал правильно, вот только маркиза усмотрела в его словах намек на «скатертью дорожка», отчего высоко задрала нос и, задрав юбки, полезла в экипаж, где и устроилась с каменным выражением лица и такой же решимостью больше не ступать ногой на негостеприимную землю.

– Ваша светлость! Ну так что будем делать? – конюх с кучером в ожидании распоряжений смотрели на меня, буквально заглядывая в рот. И вот что тут поделаешь? Без особого распоряжения с точными указаниями и делать ничего не будут! Ей-богу, как дети малые! На что рассчитывает Орм, надеясь на жизнь праздную, я не знаю.

– Если считаете, что четырех коней будет достаточно, запрягайте! – с трудом скрыв раздражение, бросил я и, словно что-то почувствовав, повернул голову вправо. Из шатра вышел Демиан, неся в руках охапку моих вещей, чтобы вернуть их на веревку и досушить на солнце. Не заметив меня, он завернул за угол.

Неожиданно подумалось, что теперь мои вещи будут пахнуть… Я тряхнул головой, мысленно отвешивая себе пощечины. Совсем с ума сошел! Похоже, личный помощник из парня хороший выйдет, но… не для меня. Боюсь, мне придется с ним расстаться. Нужно подумать, куда бы его пристроить, чтобы не обидели.

– Вот смотрю я на тебя, Элиас, и не узнаю, – бархатный баритон моего друга прошелся, по-моему, и без того нерадостному настроению, как ржавый гвоздь по золотым доспехам.

– И что же тебе не нравится? – нехотя процедил я, отходя в сторону и пропуская четырех тяжеловозов, которых под уздцы привели солдаты. Этих коней мы использовали для перемещения нашей полевой кухни и продуктовых припасов.

– Мрачный стал, неразговорчивый, да и на своего молодого помощника взгляды странные бросаешь!

– И чем это они странные?

– Ну, как бы тебе сказать, чтобы ты мне лицо не разбил?

– Никак. Занимайся своими делами, а в мою жизнь не лезь! – я следил, как конюх с кучером запрягали тяжеловозов, и мысленно их торопил, мечтая как можно скорее подобру-поздорову спровадить своих гостей.

– Коняшек я верну в твою конюшню, – Орм благоразумно оставил в покое скользкую тему, заговорив на нейтральную. Хотя… да, кони. Они же нам самим скоро понадобятся, их нужно обязательно вернуть.

– Нет, эти кони нам нужны. Я провожу тебя с небольшим эскортом до того места, где мои ребята еще не успели вытоптать траву. А оттуда и твои лошадки неплохо экипаж потянут.

– Сам проводишь? – густые черные брови друга удивленно взлетели вверх. – Почту за честь! – изобразил он учтивый поклон.

– Ваша светлость! Лошади в упряжке! – доложил конюх, указывая на запряженных цугом тяжеловозов.

***

После прошедшего ночью дождя было приятно проехаться верхом, свежий ветерок приятно холодил лицо и тело. Мой конь довольно пофыркивал, радуясь долгожданной прогулке.

Рядом ехал Орм, многозначительно на меня посматривая и демонстративно вздыхая.

– Ну что маешься? Спрашивай.

– Элиас, так все же, что произошло с твоей женой? Ты пойми, разговоры все равно пошли, так хотелось бы знать, что из этого правда, а что злые языки придумали.

– А что придумали-то?

– Ну, – приятель неожиданно замялся, что было ему совсем не свойственно. – Говорят, что не по сердцу ты пришелся гордой красавице, и она предпочла прикинуться больной, даже зная, куда ее за это сошлют. А потом, проведав, что ты собираешься забрать ее из дома призрения, сбежала и предпочла утопиться в реке, но не возвращаться к нелюбимому мужу. Так что на самом деле произошло? – Орм замолчал, искоса бросив на меня взгляд и ожидая ответа.

– Не знаю.

– Это как так? – виконт осадил коня, разворачивая его мне навстречу, и тут же белея лицом, сравнявшись цветом кожи со своей невестой.

Я мгновенно оглянулся. Степь, казавшаяся совсем недавно безлюдной, дыбилась поднимающимися из земли пучками травы, из-под которых показывались вражеские воины.

Великий полоз! Братья Крамер нашли новую лазейку, воспользовавшись дождем. Их водяная магия раньше была сильна лишь вблизи водных источников, но сейчас одетые во все черное маги воды не спеша окружали нашу небольшую процессию. В их руках извивались тугие водяные хлысты, не оставляя ни малейшего шанса прорваться сквозь это оцепление шестерке лошадей, запряженных в открытый экипаж.

Позади тоненько заскулила маркиза, и вслед за ней испуганно заржали кони. Один взгляд назад, и я понял, что мы окружены. Кони прядали ушами, старясь встать на дыбы, и косились на извивающиеся перед ними тугие струи воды. Те вгрызались и без того раскисшую почву, которая разлеталась в разные стороны, забрызгивая грязью нашу растерявшуюся процессию.

– Окружить повозку! Приготовить фаеры! – начал командовать я, уже не будучи так уверен в нашей победе. Кругом была вода, а это значит, и преимущество было у неприятеля. Нам нужно было только выиграть время, да дождаться подмоги. Выдернув из круга двух воинов, приказал им прорваться сквозь оцепление и позвать помощь.

Несколько мгновений тишину нарушали лишь хлесткие удары тугих струй воды о землю, но никто не решался напасть первым. Был бы я один, без балласта в виде своих гостей, прорвался бы без труда. Но теперь уж как есть.

Теперь и не понять, кто не выдержал первым, но вдруг пространство вокруг нас взорвалось ледяными и огненными брызгами. Мои солдаты окружили экипаж вместе с лошадьми, которых еле сдерживал, буквально повисший на головах двух передних коней, кучер. Но ему одному не справиться, кони могут в любой момент вырваться из оцепления и понести.

Я бросил взгляд на забившуюся в угол экипажа маркизу. Совершенно не ко времени, но я зло усмехнулся. Останемся целы, и маркиза, и мой друг больше никогда не почтут меня своим присутствием на поле боя.

– Орм! – несмотря на громкое шипение воды, встречавшей на своем пути огненные шары, виконт услышал меня и бросил взгляд, полный ужаса. – Если не хочешь остаться без невесты, быстро хватай ее и сажай на своего коня!

Друг продолжал смотреть на меня безумными глазами, а в его расширившихся зрачках отражались разлетающиеся алыми брызгами после столкновения с водой фаеры.

– Если не хочешь остаться без маркизата, спасай маркизу! – такая постановка вопроса быстрее дошла до его объятого страхом сознания, приведя друга в чувство. Виконт резко нагнулся в седле и, схватив за руки визжащую девушку, усадил ее на холку своего коня.

Тем временем мои руки жили своей жизнью, посылая огненные сгустки навстречу водяным хлыстам и испаряя их на лету. Отчего вокруг нас повис густой туман, создающий трудности для прицеливания.

Все реже поднимались водяные хлысты, и реже навстречу им летели фаеры. Ситуация была патовая, наши силы были примерно равны, но на стороне противника была пропитанная влагой почва, а это значит, что он сможет взять нас измором.

Вдруг мне послышался гул со стороны нашего лагеря, и лицо тут же осветилось победной улыбкой! Значит, хотя бы одному из вестников удалось добраться живым. То тут, то там слышались радостные возгласы моих верных воинов. Приободрился и Орм. Вытянув шею, он высматривал в садившемся клочьями тумане спешившую к нам подмогу.

Конский топот услышали не только мы. Солдаты противника, оглядываясь, принялись пятиться, отступая в сторону границы с баронством Крамер.

Оставшийся туман рассеялся, явив скачущих во весь опор воинов. Самым первым мчался Демиан. Я с трудом сглотнул, ощущая, как сердце пропустило один удар, и тихо выругался. Больше так не может продолжаться, отправлю с другом распоряжение своему мажордому, чтобы нашел мне нового личного помощника.

Прискакавшие на помощь всадники бросились в погоню за разбегающимся поверженным противником, к моему величайшему изумлению, тоже сделал и Демиан. Он нагнал одного из недавних нападающих и направил на него своего коня. Один миг, и неприятель кубарем полетел в грязь, но, не удержавшись в седле, вслед за ним последовал и Демиан.

Глава 33. Инициатива наказуема

Элея

Отец всегда меня ругал за импульсивные поступки, когда я, не зная, смогу ли справиться самостоятельно с проблемой, и не думая о последствиях, сломя голову неслась на выручку кому-нибудь из нашей безбашенной компашки.

Так и сейчас, действуя на одних инстинктах, я оседлала Орлика, и вот уже неслась во главе кавалькады. Как говорится, «вижу цель – не вижу препятствий».

За время недолгой, но бешеной скачки, свежий ветер освежил не только мое горящее от волнения лицо, но и мозги, которые запоздало напомнили мне, что я не только не владею какой-либо магией и не имею при себе хоть какого-никакого оружия, но даже не обладаю силой парня-подростка своего возраста.

Но, как опять же говорил мой папенька: «Если уж начал делать глупость, продолжай, но с уверенным выражением лица. В конце концов, дуракам везёт». Мне же ничего не оставалось, как нестись сломя голову, подстегиваемой воинственным гиканьем братьев по оружию.

Вскоре мы увидели клубы белого тумана, сквозь которые просматривались стоявшие в круг, лицом к противнику, солдаты в коричневой форме. А напротив них растерянно озирались мужчины в непонятного цвета мокрой и испачканной грязью одежде. Едва они нас увидели, как брызнули врассыпную, напоминая тараканов, увидавших хозяйский тапок.

Скакавшие позади меня солдаты повторили их маневр, погнавшись за убегающим противником. Ну, и я, конечно же, в первых рядах. Невысокий кряжистый мужчина буквально вырос у меня на пути. Не желая его сбить, я чуть дернула повод в сторону, но все же задела конём по касательной. Вражеский солдат кубарем покатился под ноги Орлику, который резко остановился, отправляя в полёт и меня.

Правильно падать тоже надо уметь. Моё же умение оттачивалось не только на тренировках по самбо, но также и в конном спорте. Но сегодня я, пожалуй, превзошла сама себя. Вылетев из седла, я сделала сальто и, приземлившись точно на ноги, по грязи подъехала прямо к герцогу. Вокруг мгновенно наступила тишина.

От неловкости момента я, скорее всего, и ляпнула бы что-то, выдав себя с головой, но небеса и в этот раз были на моей стороне. Восседавшая на шее у коня виконта его невеста пронзительно заверещала, перетянув всё внимание на нее, что дало мне пару секунд прийти в себя и вовремя захлопнуть рот.

Оказывается, капля практически погашенного водой фаербола упала на воздушные многослойные светлые юбки девушки, и тончайшая, словно органза, ткань стала таять буквально на глазах, образовывая на платье большую дыру.

Платье быстро потушили, а испуганную девушку вернули в экипаж, который, к счастью, не пострадал. Лошади в упряжке, хоть и были изрядно напуганы, тоже были в порядке. Отправив получивших ожоги солдат назад в лагерь, герцог поручил им конвоирование пленённых солдат.

И лишь тогда он соизволил обратить на меня внимание, хотя один из трёх «языков» был взят именно мной! Мазнув по мне хмурым взглядом, мужчина поджал губы и процедил:

– Поедешь со мной. Не знаю, о чем ты думал, когда поскакал нас выручать, но зато я знаю, чем ты думал. Чем угодно, но не головой! Я уже потерял двух юных помощников из-за их ничем не оправданной смелости, и не хочу потерять еще тебя! Особенно тебя, – добавил он тихо, но я его услышала и от удивления вытаращила глаза, не веря услышанному.

Увидев мое ошарашенное выражение лица, и, догадавшись, что я услышала последнюю фразу, герцог вспыхнул и, пришпорив коня, унесся в самое начало процессии, отдавая распоряжения увеличившемуся эскорту его гостей. И вскоре мы, наконец, тронулись, продолжая их сопровождение.

Мы ехали примерно пару часов, но глинистая почва никак не хотела отпускать из своих цепких объятий колеса экипажа, но и лошадям тоже было трудно идти по скользящей, налипающей на копыта почве. Наконец, показался родовой замок герцога Элиоса Сантерийского.

– Вау! – тихо прошептала я и сжалась, опасаясь, что меня могут услышать. Но люди слишком радовались близкому отдыху, так что мне повезло.

Замок издалека был очень красив! И, что самое интересное, вовсе не казался мрачным. Его каменные стены имели интересный оттенок, нечто между светло-коричневым и зеленым. Высокие стрельчатые окна оказались еще и довольно широкими, а значит, внутри замка наверняка светло. Но самым невероятным, мне показалась крыша замка! Она была сплошь покрыта искрящимися серебром чешуйками полоза. Учитывая размеры крыши, мне даже трудно было представить, какой величины были покрывающие ее чешуйки.

Мы проехали ажурные ворота и теперь двигались по тенистой аллее. Приятно пахло мокрой землей и свежей зеленью, а в кронах деревьев премиленько пели невидимые птички. Я вздохнула полной грудью, мечтательно прикрыв глаза. Вот бы жить в таком замке, носить красивые платья, прически…

– Тпрру! – резкий голос кучера заставил меня вынырнуть из сладких мечтаний.

Похоже, мы прибыли. Солнце светило прямо в глаза, не давая разглядеть замок вблизи. Я приставила ладошку к глазам, закрывая их от слепящих лучей, и вздрогнула.

В памяти всплыли недавние, совсем не радужные воспоминания, когда, объявив умалишенной и спеленав смирительной рубашкой, меня вывели через огромные деревянные двери. Я помнила и эти широкие каменные ступени, что вели меня к траурно-черной карете. Я вздрогнула, прогоняя от себя неприятные воспоминания, но очарование момента было упущено.

Приподняв изрядно поврежденные огнем юбки запыленного платья, белобрысая маркиза, почти повиснув на руке виконта, поднималась по этим ступеням, спеша привести себя в порядок и отдохнуть.

Я же, оглянувшись на направившихся в сторону конюшни солдат, повернула Орлика туда же.

– Демиан! – я остановила коня, оборачиваясь. У основания лестницы стоял герцог и хмуро смотрел на меня.

Ну что опять я не так сделала?! – так и хотелось мне воскликнуть. Я очень устала и мечтала забиться куда-нибудь в сено да поспать немного. А самое главное, чтобы меня никто не трогал хотя бы один час. Но не с моей удачей, так сказать.

– Пойдем со мной! Отдохнешь в замке.

Я замерла, открывая и закрывая от удивления рот. По сути, я обыкновенный солдат, хоть и на побегушках, а меня в замок приглашают! Чудеса. Вдруг подумалось о горячей ванне с душистой пеной, но такое вряд ли положено простому солдату.

Радостно кивнув, я указала герцогу на Орлика, а потом на конюшню, давая понять, что сначала мне нужно моего коня поставить на отдых.

– Оставь его здесь. Я сейчас распоряжусь, чтобы твоего коня забрали, почистили и накормили, – несмотря на привычно сведенные брови, в голосе мужчины слышалось удовлетворение. Думаю, это вызвано поимкой трех «языков».

Я соскочила с лошади и, потрепав верного друга за холку, прошептала ему в ухо, что скоро его покормят.

– Ты что сейчас сделал? – напряженный голос герцога говорил о том, что он видел, как я разговаривала с конём.

Меня бросило в жар. Один удар сердца, и вот уже покерфейс привычно прячет мысли и чувства за невозмутимым выражением моего лица. Я поворачиваюсь к герцогу и медленным плавным движением шлю ему воздушный поцелуй. Глаза герцога удивленно расширяются, а вслед за этим я слышу вежливое покашливание.

– Друзья мои! Я все прекрасно понимаю, но зачем это делать здесь, на людях? – я подняла голову. На верхней площадке лестницы стоял и довольно улыбался во весь рот виконт Грейсток, самый первый сплетник в округе.

Герцог сжал челюсти и, чуть не испепелив меня взглядом, махнул рукой в сторону огромной входной двери.

Чмокнув Орлика в морду, я запрыгала по ступеням, не желая вызвать еще больший гнев своего командира.

– Попроси любого слугу отвести тебя в свободную комнату прислуги! Скажешь, что герцог распорядился! – рассеянно донеслось мне вслед. Я хмыкнула. Герцог, похоже, забыл, что я не смогу самостоятельно обратиться к кому бы то ни было.

Высоченную двустворчатую дверь мне, к счастью, самой не пришлось открывать. Два крепких молодца распахнули ее передо мною с такими покерфейсами на лицах, папочка бы обзавидовался!

Войдя в прохладный вестибюль, или как это называется во дворцах и замках, вопреки ожиданию, никого вроде камердинера не увидела. Логично предположив, что слуг в этом замке предостаточно, решила идти вперед, пока хоть кого-то не встречу.

Широкий, как автострада, коридор впечатлил меня неимоверно! Тогда, когда меня вели связанной к черному экипажу, я почти ничего не замечала, не до того было. Но сейчас меня просто поражали своей красотой и канделябры на высоких подставках у стен, и расписные своды потолков, и высокие напольные вазоны тонкой работы, мерцающие перламутром. Да уж, как говорится: «Красиво жить не запретишь!»

Замок словно вымер. Я уже почти дошла до конца длиннющего коридора, минуя множество его ответвлений, как наконец услышала за одной из дверей голоса. Кажется, два принадлежали мужчинам, и один женщине. Я как раз проходила мимо, когда дверь неожиданно распахнулась, и из нее вышла высокая красивая блондинка.

Я аж мысленно ахнула от восторга, разглядывая это необыкновенное чудо. Девушка была в пышном, похожем на облако, голубом платье, щедро украшенном жемчужинами. Ее мраморной белизны плечи были оголены, и по ним струились белокурые локоны до талии. Лицо красавицы казалось слишком правильным, слишком идеальным, что на миг мне даже померещилось, что это манекен, если бы не нарушившие вдруг симметрию ее идеального лица нахмуренные брови и гневно сверкнувшие голубые глаза.

Заметив мой взгляд, красавица горделиво вздернула свой точеный носик и процедила:

– Что вылупился, болван? Тебе кто разрешал на меня смотреть? Почему вообще герцог позволяет своим слугам шататься без дела? – не дождавшись от меня ответа, девушка окинула меня презрительным взглядом и брезгливо сморщила аккуратный носик. – Думаешь, имея смазливую мордашку, ты будешь в этом доме на особом положении? Гадость какая! Как только я стану хозяйкой в этом доме, ты каждый день будешь порот на конюшне.

Слушая эту красивую змею в человеческом обличье, я все больше поражалась, сколько же во внешне красивом человеке может быть внутренней гнили!

Ведь я ей совершенно ничего плохого не сделала! Наоборот, просто полюбовалась, как совершенным произведением матушки-природы. А она в ответ вылила на меня столько помоев.

– Пошёл вон отсюда, грязь под моими ногами! – девица качнула юбками и, задрав нос, важно двинулась дальше.

Не знаю, как это произошло. Возможно, будь у меня возможность ответить ей словами, этого бы не случилось. Но слишком много за последние дни было не высказано мной. А в не выговорившейся вовремя женщине в какой-то момент скачкообразно подлетает давление, и тогда спасайся кто может.

Крышечку моего «котла» сорвало именно в этот момент. Потому следующее, что я помню, это неимоверно громкий, усиленный большой площадью коридора визг и кружевные панталоны на одетых в белые чулки тонких ногах заносчивой злючки, а ее голубая пышная юбка грустной кучкой лежала на полу.

И вот чудеса, то никого не было в коридорах, а то сразу все набежали! И что тут началось! Перешёптывание, охи, и даже тихий смех. Из залы выбежали два мужчины в возрасте, один из которых оказался моим недосвекром, это он не хотел внуков от больной невестки. А второй мужчина, судя по всему, был отец этой красивой змеюки. От его карающего кулака меня спас герцог, буквально задвинув себе за спину.

– Граф Гилмор, Доротея, приношу искренние извинения за своего слугу! Парнишка сегодня впервые увидел смерть в бою, видимо, это так на него подействовало. Но он обязательно понесет наказание за содеянное! Его сейчас же выпорют на конюшне.

Блондинистая змеюка перестала показательно стонать, придерживая руками спешно поднятые с пола юбки, и ее прелестное личико исказила злобная усмешка.

Я почувствовала, как меня дернули за руку.

– Идем!

Когда меня вели по коридору, я еще не вполне пришла в себя. Мне не верилось, что это происходит со мной! Что вместо долгожданного отдыха я получу плетей на конюшне. А если меня перед этим разденут!? Я аж задохнулась от ужаса.

В нос ударил запах конского пота и сена. В стойлах мирно всхрапывали довольные и сытые кони. Даже их почистили и покормили, а вот мне сейчас достанется что-то совсем другое! И что меня дернуло скакать на помощь герцогу? Сидела бы сейчас спокойно со своей змейкой в палатке.

– Стой! – я растерянно заморгала, снова выныривая из своих мыслей и оглядываясь.

Я, герцог и еще один мужчина, по-видимому, конюх, стояли у пустого стойла, последний, в руке держал кнут. Я сжалась от ужаса и стиснула зубы. Если меня не станут раздевать перед поркой, то нужно как угодно удержаться, но не попросить пощады, не заговорить, иначе все напрасно!

– Демиан!

Я моргнула, переведя блуждающий взгляд на герцога.

– Демиан, ты меня слышишь?

Я кивнула.

– Пойми, я не могу ссориться с соседом, сейчас и так у герцогства врагов хватает. Поэтому ты уж постарайся подыграть нам с Томом, кричи погромче, понял?

Я удивленно моргнула, еще ничего не понимая, переведя взгляд на добродушное лицо худощавого высокого мужчины. Тот подмигнул мне, размахнулся, и плетка со свистом рассекла воздух, обвиваясь вокруг столба.

– Кричи, Демиан, кричи громче!

Глава 34. Оставьте меня в покое!

Элея

Герцог, сжав челюсти, бросил на меня нечитаемый взгляд и быстро вышел из конюшни. Я же настороженно посмотрела на конюха, не зная, что ожидать от этого мужчины. Надеюсь, он правильно понял распоряжение своего хозяина бить не меня, а деревянный столб.

– Ну давай, кричи, как Его светлость велел! – Голос у мужчины был неожиданно высоким, во всяком случае далеким от баса. Конюх снова размахнулся хлыстом, и моей щеки коснулся холодный ветерок от рассекающей воздух плети.

Я сдавленно пискнула, изобразив нечто похожее на кукареканье придушенного петуха, отчего мужчина поморщился.

– А громче можешь?

Я повторила «на бис» хрипловато-сипловатый писк, мало напоминающий крик, и сокрушенно покачала головой.

Из-за приоткрытой створки ворот послышался хруст гравия под чьими-то ногами, взгляд невольно скользнул в ту сторону, а глаза расширились.

Прямиком к конюшне, приподняв юбки нового, лазурного цвета платья, спешила та самая токсичная блондинка.

Мы с конюхом взволнованно переглянулись.

– Извини, малец, – бросил он и замахнулся.

Спину, а особенно оголенную часть шеи обожгло, словно огнем, а затем след от удара кнутом запульсировал болью. Я порывисто вздохнула, смаргивая мгновенно выступившие слезы и успевая еще пару раз прерывисто вздохнуть, прежде чем услышала знакомый свист кнута и мою спину с шеей снова обожгло ужасной болью.

Возможно, позже бы я и закричала, но пока крик словно застрял у меня в горле, и лишь судорожный вдох да дрожь моего тела выдавали ту степень боли, что я сейчас ощущала.

– Прекратите! Прекратите немедленно! – Заносчивая блондинка буквально ворвалась на конюшню, размахивая свободной рукой, второй же придерживая свою юбку, отчего из-под нее пикантно выглянули оборки дамских штанишек.

Конюх замер с занесенной над головой плетью, с жадностью уставившись на бесплатный стриптиз высокородной девицы.

– Прекратите! Я прощаю этого юношу! – Напыщенно произнесла эта «кукла Барби» и бросила на меня взгляд, который как бы спрашивал: «Вот видишь, какая я милосердная»?

Некоторое время мы с заносчивой красавицей молча шли рядом, направляясь в сторону замка. Мне не терпелось поскорее получить свою порцию отдыха, перед этим искупавшись. Ведь я уже несколько дней даже не раздевалась, боясь, что мою очень даже женственную фигуру кто-то увидит. Я даже спала в мундире, лишь расстегнув две верхние пуговицы. Правда эта часть плана, несколько померкла, от жгучей боли в спине, из-за двух ударов плетью.

– Я тебя сейчас помиловала, но ты не спеши радоваться, – буквально прошипела красавица. – Держись подальше от герцога, или, когда я стану его женой, тебе не поздоровится!

Я бросила на нее удивленный взгляд и ускорила шаг, уже начав сомневаться в адекватности юной особы. Похоже, она реально ревнует меня к герцогу! Неужели он и правда любитель красивых мальчиков? Хотя, не считая странных взглядов, что я частенько на себе ловила, больше его не в чем было упрекнуть, он даже не пытался ко мне приставать.

– Хотя… – Я снова вернулась в «здесь и сейчас», удивленно взглянув на пытавшуюся идти со мной вровень блондинку. – Она прошлась по мне сканирующим взглядом, задержав его на моем лице. – Лучше держись от герцога подальше, а ко мне поближе. Надеюсь, мы с тобой подружимся, да? – Промурлыкала девушка многозначительно и, приподняв край юбки, вступила на первую ступень парадной лестницы.

Лишь когда неадекватная девица скрылась за массивными дверями, я сдвинулась с места и неспеша поднялась следом.

Просторный холл по-прежнему был безлюден. Но не прошла я и пяти метров, как из бокового коридора появился невысокий полный мужчина с румяными щеками и грустным взглядом. Заметив меня, он одернул полу бордовой ливреи и направился в мою сторону.

– Юноша, видимо Его светлость вас имел в виду, распорядившись проводить… Элея!? Простите, Ваша светлость! – Поспешил опустить мужчина голову, кланяясь мне.

Я же отшатнулась, лихорадочно думая, как мне выпутаться из этой ситуации. По всему видно, что слуга знал настоящую хозяйку теперь моего уже тела.

Я активно замотала головой, всем своим видом показывая, как я удивлена подобным обращением и что мужчина ошибся, приняв меня за другого человека.

– Нет? Это не вы? То есть не она? – Пухлые щеки мажордома печально повисли. – Тогда прошу меня простить покорнейше! Просто вы невероятно... – Но тут мужчина понял, что, по-видимому, сболтнул лишнего, и быстро прикрыл рот рукой. – Следуйте за мной, юноша. – Он снова бросил на меня удивленный взгляд и повел в боковое крыло, указывая дорогу.

Мне выделили скромную, но вполне себе уютную комнату, что уже являлось показателем того, что к слугам здесь относятся хорошо, обеспечивая им вполне комфортные условия для проживания.

В узкой прямоугольной комнате с одним окном стояла кровать, застеленная свежей постелью, грубой работы комод, стул у небольшого столика, да кувшин с водой на полке. Рядом, на крючке, меня ждало видавшее виды, но чистое полотенце, а в углу пустое ведро.

Я же невольно усмехнулась, подумав, как же наивны были мои мечты о пенной ванной. Заперев дверь на задвижку, я поспешно разделась и с удовольствием, до красноты, растерла себя влажным полотенцем. Полотенце я периодически споласкивала и выжимала над ведром – вот и все купание! Вот только мне приходилось действовать осторожно, стараясь не задеть свежие следы от хлыста. Особенно болели и пульсировали следы на шее, которая была почти незащищена, и все же я нечаянно их задевала, изредка шипя от боли.

Едва скромные гигиенические процедуры были окончены, и я поспешила одеться, как в дверь постучали. Бросив грустный взгляд на застеленную кровать, открыла щеколду.

– Ваша милость, Его светлость герцог Элиас Сантерийский ожидает вас у парадного!

Я кивнула и вышла из комнаты. – Надо же, как обратился, видимо, успел узнать о моем якобы титуле.

Я быстро прошла тем же маршрутом назад, вскользь бросая взгляд на колонны, позолоту и массивные предметы декора. Все же я не хотела бы жить в таком месте постоянно. Слишком давяще и неуютно. Если это не храм, то музей, но никак не уютное жилище. Хотя, мне здесь и не жить, так что нечего об этом и думать.