Текст книги "Касиан (СИ)"

Автор книги: Наталья Чернота

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 40 страниц)

Девушка открыла её, и тут же из глубины что-то метнулось в дверь, при этом она ловко отскочила в сторону, и это неведомое существо ударило Дениса прямо в грудь. Рефлекторно он схватил этот живой снаряд, однако при этом не удержавшись, упал на спину, крепко сжимая истошно верещащего птеха, тот неистово махал короткими, но весьма мощными крыльями и норовил клюнуть Дениса в лицо своим чрезвычайно длинным и массивным клювом, одновременно пытаясь добраться двумя мозолистыми лапами, снабженными острыми как бритва длинными когтями, до его груди. Глаза птицы, обычно бледно-голубые, были налиты кровью и казалось, что они пылают. Его хохолок воинственно был поднят вверх и раскрыт, от чего его рыжие с зелёным отливом перья блестели на свету. Как раз сейчас у птехов был сезон размножения, в это время их оперение становилось особо красочным, меняя свой обычный цвет от сизо-голубоватого, на ярко-синий с чёрной окантовкой по всему телу. Однако вместе с окраской менялся и их нрав, становясь невыносимым, и этот экземпляр был тому ярким подтверждением. Несколько мгновений юноша отчаянно боролся с ним, наконец, ему удалось скрутить его и кое-как подняться на ноги.

– Что это?

– Птех, ему опять удалось выскользнуть из привязи, он часто проделывает такой фокус, так что будь готов к таким номерам.

– Отлично, а нельзя было сказать об этом заранее?

– Я забыла, – беззаботно произнесла девушка в ответ, и словно ни в чём не бывало, взяла по-прежнему трепыхающегося и кричащего птеха в руки, и внесла его в клетку. Денис неуверенно вошёл следом, и тут начался целый переполох. При его появлении её обитатели, находящиеся там, стали беспокойно кричать и метаться по клетке, многие из них ринулись в атаку на незваного гостя. От неожиданности тот замер на месте, животные целой оравой накинулись на него, так что он едва успел закрыть голову руками, и тут среди этого невообразимого гама он услышал панический голос Алис.

– Закрой дверь, они же сейчас все разбегутся!

Но прежде чем Денис смог выполнить её приказ, почти половина обитателей клетки выскочила наружу и разбежалась по залу. У Дениса с Алис ушло колоссальное количество времени на то, чтобы выловить их всех и водворить на место. Когда они закончили, девушка закрыла дверь и накинулась на Дениса чуть ли не с кулаками, лицо её при этом раскраснелось, и было непонятно от чего, то ли от беготни за животными, то ли от гнева на незадачливого помощника.

– Какого демона ты попёрся в клетку?!

– Я… Я думал, что мне нужно идти за тобой.

– А я думаю, что тебе и думать то нечем, если бы ты мне там нужен был, я бы сказала. Больше не смей откалывать такие номера, из-за тебя многие из них теперь будут болеть из-за полученного стресса, и я не думаю, что дедушка будет восторге от этой новости. Больше что б и шагу не смел делать без моего разрешения.

Закончив свою гневную тираду, она круто развернулась и пошла к выходу из зала. Отойдя от Дениса на несколько метров, она остановилась и, повернувшись, зло произнесла:

– Ну чего встал как вкопанный?

– Ты же сказала, чтобы я без твоего приказа и шагу больше не делал.

– Господи, до чего же ты пустоголовый, честное слово.

– Слушайте, юная госпожа, если меня поселили на вашей ферме, это не значит, что я обязан терпеть ваши оскорбления!

– И ещё как обязан, и по сравнению с тем, что скажет дедушка, мои оскорбления покажутся тебе похвалой, а сейчас хватит разглагольствовать, идём, я и так потеряла из-за тебя кучу времени, а мою работу никто за меня не сделает. Если вы, пилоты, можете прохлаждаться без забот, то у меня их предостаточно.

Сказав это, она решительно пошла прочь, а Денис поплёлся за ней, и тут его ждал ещё один неприятный сюрприз. Из-за одного из рядов ящиков с растениями выскочил маленький длинный юркий зверёк, с шестью маленькими лапками, он так быстро перебирал ими, что их почти не было видно, и при этом движения его были абсолютно бесшумны и молниеносны, казалось, он не идёт, а летит.

У него был короткий тёмно-серый мех, единственное светлое пятнышко было на его грудки и на самом кончике невероятно длинного, почти вдвое длиннее самого тела, пушистого хвоста. На остроносой усатой мордочке, блестели пара чёрных маленьких глазок-бусинок. Он немедля вцепился в ногу Дениса своими хоть и мелкими, но достаточно острыми зубами, которых у него ещё к тому же было в два ряда, так что тот только успел охнуть и запрыгал на одной ноге, тщетно стараясь сбросить того с ноги.

– Пошел вон, отцепись, Алис, убери его! – закричал Денис, продолжая отплясывать немыслимый танец на одной ноге и дрыгая другой в воздухе. Неведомый зверь при этом бешено мотылялся из стороны в сторону, но ноги не отпускал. Девушка с минуту молча наблюдала за этой сценой, после чего коротко произнесла:

– Рохт, фу!

Зверь немедленно выпустил свою добычу, плюхнувшись на пол зала, после чего, недовольно фыркая, нырнул между ближайших посадок, только его и видели.

– Кто это? – произнёс Денис, едва переводя дыхание и ощупывая укушенную ногу. К счастью, длина зубов не позволила зверю прокусить его одежду и причинить вред телу. Хотя место укуса все-таки было болезненным.

– Это Хорт, его выпускают после окончания рабочего дня, чтобы он ловил крыст, портящих растения.

– Почему ты не предупредила меня, только не говори, что снова забыла.

– Может, забыла, а может и нет. Если бы не твоя выходка в клетке, нас бы тут уже давно не было, и тебе не пришлось знакомиться с Рохтом.

Денис почувствовал, как в его жилах закипает гнев, однако Алис при этом и бровью не повела, снова отвернувшись от него, пошла прочь, и юноше ничего не оставалось, как следовать за ней, продолжая ощущать кипучую злость, клокочущую в его нутре.

Однако, как и предсказывала Алис, все его злоключения оказались ничем перед гневом господина Порлота. Когда он узнал, что произошло в клетке, он чуть ли не с кулаками накинулся на парня, при этом поливая его отборной бранью. После чего велел внучке постелить ему в черновой комнате, дав ему на ужин лишь стакан чая и маленький кусочек хлеба, он велел полуголодному Денису отправляться спать.

Алис отвела юного заключенного комнату, где его уже ждала узкая, застеленная старой простынёй кровать. Когда он опустился на неё, она противно скрипнула. Оказалось, что под простынёй ничего не было, кроме грубой основы, и Денису пришлось лечь прямо на нее. Он долго не мог уснуть, горестно перебирая в голове все последние события, при этом его взгляд блуждал по окружающей обстановке.

Комната оказалось почти таких же размеров, что и камера, в которой его до этого содержали, только в отличие от неё, здесь всё было завалено всевозможным хламом. Рядом с кроватью был поставлен перекошенный табурет, готовый вот-вот развалиться. На нём, уходя, Алис оставила старый светильник, который то и дело мигал, а вскоре и вовсе погас, оставив Дениса в полной темноте, рассеиваемой лишь небольшим лучиком света, падающим откуда-то из-за большой кучи вещей, поднимавшейся в дальнем углу, почти до самого потолка. Долго Денис ворочался с боку на бок, не в силах найти удобное положение, но, в конце концов, усталость взяла своё, и он заснул. На следующий день его разбудил господин Порлот.

– Вставай, пустоголовый.

Морщась, Денис поднялся со своего жёсткого ложа. Машинально он посмотрел на наручные часы и увидел, что время ещё только четыре утра.

– Господи, рань то какая!

– Это для неженок, вроде тебя, рань, а для нас уже в самый раз, давай, поднимайся и идём завтракать, иначе ничего не получишь до самого обеда.

Денис молча стал натягивать одежду и через минуту вошёл в столовую. Здесь уже сидели за столом Алис и хозяин фермы, молча поедая простой фермерский завтрак. Денис, пожелав им доброго утра, и так и не дождавшись ответа на своё приветствие, сел на свободный стул и стал с аппетитом поглощать свою порцию еды.

После завтрака, Алис взяла вёдра и, вручив два из них Денису, велела ему идти за ней. Вместе они пошли в зал с полями, там она показала Денису ёмкость с водой и велела ему заняться заправкой поливальной установки для растений. Сама же, набрав воду в вёдра, пошла к клеткам. Денис покорно занялся делом, и вот когда он почти закончил, он услышал ругань, при этом он понял, что это Алис бранится с кем-то. Так и продолжая сжимать в руке наполовину заполненное водой ведро, он пошёл на звук голосов, осторожно выглянув из-за крайнего ряда с посадками. Он увидел, что девушка стоит перед дверью клетки, отчаянно стараясь освободиться из рук прижавшего её к себе парня.

Тот словно великан нависал над нею, с явной лёгкостью удерживая протестующую против подобного с ней обращения девушку, и не удивительно, ростом он был на две головы выше Дениса, а телосложением больше походил на квадрат. Его голова была покрыта щетиной, коротко подстриженных, торчащих во все стороны огненно-рыжих волос. На нём была одета стандартная униформа фермеров, состоящая из мешковатых штанов серого цвета и рубашки чуть светлее с коротким рукавом и эмблемой, на которой был изображён герб класса фермеров. Недолго думая, Денис поспешно вышел из-за стеллажей и громко произнес, обращаясь к нахалу.

– Эй, а ну отпусти её!

Парень резко обернулся на голос, при этом продолжая сжимать девушку. Окинув посмевшего так бесцеремонно обратившегося к нему нахала, тяжёлым взглядом своих серых колючих глаз, смотрящих на мир из-под кустистых рыжих бровей, надменно бросил:

– Это ты мне что ли?

– Тебе, естественно, отпусти её сейчас же!

– А не пошёл бы ты подобру-поздорову, дохляк! – с угрозой в голосе ответил тот и снова повернул лицо к Алис, намереваясь её поцеловать, но тут произошло то, чего он явно не ожидал. Денис схватил своё ведро и, размахнувшись, выплеснул его содержимое на спину парня, окатив его полностью и частично намочив Алис. От неожиданности она вскрикнула, а парень и вовсе остолбенел. Вскоре он медленно повернулся к Денису и прорычал сквозь стиснутые зубы:

– Ну всё, тебе конец!

Громила ринулся на того с кулаками. Однако Денис легко увернулся от его выпада и, перехватив его руку, сделав бросок, швырнул его на пол. Тот пролетел несколько метров, оставляя за собой мокрый след, словно огромный слизняк. Тут же, вскочив на ноги, он с нечеловеческим рычанием бросился на Дениса, однако его атака была снова отбита и он, полетев уже в другую сторону, ударился в дверь клетки, от которой едва успела отскочить Алис. От удара животные подняли неописуемый крик. Парень же медленно встал на четвереньки и, помотав головой, пошатываясь, поднялся на ноги, с явным намерением снова кинуться на обидчика, но тут его за руку схватила Алис, вцепившись в его запястье обеими руками.

– Торон, остановись, вы же разгромите здесь всё!

Драчун ещё некоторое время подёргался в тщетных попытках освободиться из рук девушки, но та держала крепко. Наконец, он стих, и тогда она его отпустила. Между тем, в зал стали входить и другие фермеры, они озабоченно оглядывались на странную троицу, о чём-то при этом переговариваясь вполголоса. Тут из-за дальнего лотка раздался голос мужчины, звавшего Торона по имени. Тот, бросив короткий взгляд на зовущего, подошёл к Денису и еле слышно прошипел:

– Ты труп, можешь оформлять завещание, долго ты не проживёшь.

После этого, бурча себе под нос угрозы и проклятия в адрес наглого чужака, пошёл прочь. Денис проводил его взглядом и не успел тот ещё уйти далеко, как он услышал за спиной голос Алис:

– Слушай, у тебя что, мания встревать туда, куда не звали?

– О чём ты, я хотел помочь, он же…

– Что-то я не помню, чтобы просила тебя вмешиваться. Я до этого как-то обходилась без твоей помощи и прекрасно обойдусь впредь, а тебя уже в который раз прошу, не лезь не в своё дело.

Денис был буквально ошарашен. Он, конечно, не ждал от Алис горячих благодарностей, но что она так оценит его старания, он явно не ожидал. Тем временем, она с сердитым выражением на лице зашла в клетку и стала успокаивать разволновавшихся животных. Весь тот день она ни разу не заговорила с ним и старалась даже не замечать его присутствия.

Глава 6

Первые несколько недель на ферме были для юного арестанта сродни бесконечному ночному кошмару, от которого так хочется, но не получается проснуться. То и дело он попадал в нелепые переделки, и за каждый промах ему устраивали взбучку как Алис, так и ее дед. Но, в конце концов, приспособился к такой жизни.

Его обязанностью стало помогать в поле, ухаживать за посадками и после того, как животные смогли к нему привыкнуть, помогал время от времени Алис ухаживать за ними.

Дни тянулись бесконечной вереницей, похожие один на другой. И тягостно для него было не только отношение окружающих его людей, а оно было откровенно недружелюбным и не только со стороны хозяев фермы, на которой он отбывал свое наказание, но и осознание того, что все произошедшее с ним легло тяжелым позорным пятном на весь его дом. И, словно дополнительным наказанием для него было то, что никто из его родных или друзей ни разу не написал ему или позвонил.

Много раз он сам порывался написать матери, но каждый раз чувство стыда останавливало его. Но однажды, ворочаясь на своей жесткой кровати в попытках уснуть, он все-таки взял свой переговорник и принялся писать ей сообщение. Он набирал его снова и снова, стирая и начиная сначала. В нем он пытался не только попросить прощение за произошедшее с ним, но скорее дать объяснение, как вообще такое могло случиться, и не столько ей, а самому себе, но это как раз у него и не получалось.

Только под утро, вконец измучившись, он отправил свое сбивчивое и путанное послание, после чего забылся тяжелым сном. Утром он первым делом проверил свой переговорник и увидел, что ему так и не ответили. Весь тот день он провел в горестных раздумьях, едва замечая ставшие уже привычными колкие замечания Алис.

Вечером, почти силой заставив себя съесть свой ужин, он ушел в отведенную ему комнату и тяжело опустился на свою скрипучую кровать. Тут его взгляд упал на переговорник, лежащий на покосившемся табурете у кровати, и вдруг его сердце подпрыгнуло так сильно, что казалось чудом, что оно не выпрыгнуло вон из груди. На дисплее переговорника мигал огонек нового входящего непрочитанного послания. Дрожащей рукой он включил его и увидел, что пришел ответ от его матери. Во рту вдруг пересохло, а в животе образовалась пустота. Не зная, что его ждет, он нажал иконку «читать на дисплее». Послание состояло из одной короткой фразы.

– Люблю тебя, мой глупый малыш!

И больше ничего, ни упреков, ни еще чего-то подобного. Денис снова и снова перечитывал послание и чувствовал, как его душу наполняет невероятное тепло, а на глазах появляются слезы. Он испытывал необычайное облегчение, но вместе с тем, стыд и осознание своей вины выросли вдвое.

Дни снова шли за днями, но теперь в унылых серых буднях что-то изменилось для него, словно кто-то невидимый зажег маленький светильник надежды в его душе. А между тем, на полях стало твориться что-то неладное. Растения без видимых на то причин стали погибать. Среди фермеров поползли слухи, что к этому причастны пилоты. Они разделились на два лагеря. Одни, и их было большинство, были уверены, что это дело рук пилотов, их оппоненты, которых было явное меньшинство, уверяли, что этого не может быть. Всё чаще между фермерами разгорались жаркие споры, едва не доходящие до потасовок.

– Они хотят вогнать нас в долги, мы вынуждены будем брать у них всё новые и новые кредиты, а расплатиться не сможем.

– Но это глупо, зачем пилотам портить поля, ведь они точно так же нуждаются в пище, как и мы, а если погибнут растения, касианцы начнут голодать.

– Откуда нам знать, может, они этого и добиваются, чтобы упрочить свою власть.

Денис слушал этот разговор, то и дело ловя себя на том, что хочет встрять, но время, проведенное среди фермеров, не прошло даром, и он научился сдерживаться. Потихоньку, он отошёл от группы спорящих и подошёл к одному из лотков. Здесь уже были видны следы, охватившей растения эпидемии. Они стояли поникшие, на многих листьях были большие пятна коричневого цвета, ещё немного и всё растение станет такого же цвета, полностью погибнув. Денис медленно стал переходить от лотка к лотку, внимательно осматривая посадки. Было странно то, как распространялась зараза: некоторые лотки были полностью поражены, некоторые только до половины, потом несколько рядов могли быть совершенно не тронутыми, после чего снова были зараженные зоны.

Он шел сосредоточенно, обдумывая эту аномалию, и вдруг обо что-то споткнулся. Посмотрев вниз, он увидел небольшую бутылочку, подняв её, стал изучать. Судя по этикетке, это был прохладительный напиток, однако внутри почти пустой ёмкости была странного цвета жидкость. Он открыл крышку, и тут же в нос ему ударил резкий неприятный запах. Он поспешно отвёл горлышко в сторону и взболтнул жидкость, та, зашипев, стала пениться, источать ещё более сильный запах. Что-то в этом веществе было ему знакомым, Денис стал усиленно вспоминать уроки химии, но он не был силён в этом предмете. Догадка казалась так близка, но всё-таки, не доступна его уму.

Юноша поспешно закрыл крышку. Ещё пристальнее он стал всматриваться в странную жидкость, и тут, действуя по наитию, он подошёл к лотку и, открыв бутылку, плеснул из неё на ближайшее растение. Вещество, попав на землю, запенилось и, зашипев, стало впитываться, и вскоре растение стало на глазах увядать.

– Ах ты, вредитель! – услышал он чей-то гневный крик, он резко обернулся и увидел за спиной господина Филта, одного из фермеров. Это был весьма пожилой и жилистый фермер, годами он был старше господина Порлота, но в остальном давал фору многим молодым. Он славился весьма вспыльчивым характером, и сейчас его поблёкшие от времени глаза, глядя на Дениса, буквально метали огонь.

– Вот, кто портит наши посадки, ну я тебя сейчас проучу, на всю жизнь запомнишь!

Он кинулся на юношу с кулаками, Денис стал уворачиваться, одновременно пытаясь всё объяснить, но разъяренный мужчина не желал ничего слышать. На шум прибежало ещё с десяток обитателей этого уровня, они кинулись разнимать дерущихся и, в конце концов, растащили их в разные стороны.

– Эй, что всё это значит, Филт, ты что, совсем спятил, какого чёрта ты накинулся на паренька?!

– Этот паразит отравляет наши поля, я поймал его с поличным, он поливал какой-то дрянью посевы Парсона, можете сами полюбоваться на его дела.

Фермеры посмотрели туда, куда указывал старик своей морщинистой узловатой рукой, и увидели, как посреди лотка, с края, где стоял Денис, появилось пятно примерно в полметра диаметром завядших растений, а то, возле которого Денис вылил жидкость, и вовсе стало коричневого цвета.

– Теперь видите, а у его ног найдёте неоспоримое доказательство, в бутылке.

Тут мужчина крупного телосложения с чёрными коротко остриженными волосами и гладко выбритым лицом с чуть грубоватыми чертами и пронзительными карими глазами, протиснулся через плотную толпу, окруживших Дениса, и приблизился к нему вплотную. В нём Денис узнал одного из судей, их назначал сам капитан, выбирая самых достойных из числа тех, кем им предстояло управлять от его имени. Их было по несколько десятков на каждом уровне, от остальных жителей их отличали по форме очень похожей на ту, что носили охранники, но у тех она была серой, а у судей – чёрная с эмблемой в виде взятого в красный круг изображения бластера, перечёркнутого двойной молнией.

Им обязаны были подчиняться все без исключения, они считались представителями самого Великого Касиана, и подчинялись они лишь самому капитану. В их задачу входило поддерживать правопорядок на вверенном им участке, а потому после начала странных происшествий на полях и, как следствие, волнений среди фермеров, судьи всё чаще находились там, где назревал конфликт. И сейчас Денис обрадовался ему как никогда в жизни. Судья, подойдя к нему, поднял валяющуюся у ног юноши бутылку. Открыв крышку, он понюхал её содержимое, но от резкого запаха тут же отпрянул и поспешно закрутил её, после чего сурово посмотрел на Дениса.

– Так вот, значит, чем мы занимаемся.

– Всё не так, как вы решили. Я нашёл эту бутылку всего пару минут назад, я просто хотел проверить свою догадку, что именно этой жидкостью кто-то травит поля, и тут господин Филт набросился на меня, и я ничего не успел объяснить.

– Враньё, надо проучить его как следует и сейчас же! – крикнул кто-то из собравшихся, и насколько Денис смог услышать, это был голос Торона, его восклицание поддержали остальные одобрительным гулом.

– Но послушайте же, я все время под присмотром, я не смог бы отравить так много полей незамеченным и не вызвав подозрений своим отсутствием. Мне ведь еще и свою работу нужно сделать, я не успел бы все это никак. Да черт возьми, я и минуты не остаюсь наедине, вы все за мной наблюдаете, разве не так?! Даже по ночам за мной следит система, я ведь обязан быть на ферме ровно в десять, и не имею права выходить оттуда до утра. Если бы я хоть одну ночь нарушил это условие, за мной тут же явился офицер охраны.

– Ложь, он сейчас и не то нам наплетёт, чтобы вывернуться. Хватит его слушать, пора намять ему бока как следует, – выкрикнув это, один из фермеров ударил Дениса в живот так, что у того потемнело в глазах. Двое фермеров крепко держали его за руки так, что тот был полностью лишен возможности защищаться или увернуться. Толпа одобрительно взревела, и многие ринулись вперёд, однако их остановил судья, преградив им путь, широко расставив руки, загородив собой Дениса от них.

– Нет, чёрт возьми, вы не тронете его, он пилот.

– И что с того, если он один из них, он может творить, что захочет, а может его специально к нам подослали, чтобы сотворить всё это. Да гнать его нужно, пока не поздно.

– Точно, правильно, прогоним его, пока он не довёл нас до голода!

– Успокойтесь все немедленно, никто никого не выгонит, по крайней мере, пока я здесь командую, никто этого парня и пальцем не тронет, иначе будет иметь дело со мной.

– Правильно, Ролт, давай покрывай его, а может, ты заодно с ним.

– А может, у вас совсем мозги высохли? Проблемы с пилотами ни к чему хорошему не приведут, неужели это так трудно понять? Однако обещаю вам, что просто так я всё это не оставлю, сегодня же сообщу капитану обо всём случившемся, а до той поры чтобы никто мальчишку не трогал, это приказ. Порлот, отведи его на свою ферму и глаз с него не спускай. А вы все расходитесь, что вам заняться больше нечем?

Недовольно бурча, фермеры стали расходиться. Господин Порлот между тем, схватив Дениса за руку, повёл прочь из зала с полями. Когда они вошли в дом, Алис как раз готовила пищу и была очень удивлена внезапным приходом Дениса и деда.

– Что произошло?

– Кажется, нам удалось, наконец, поймать того, кто портит посадки, – бросил он на ходу, идя в черновую комнату, где, швырнув Дениса на его койку, взял из дальнего угла цепь от какого-то механизма, валяющегося там. С её помощью он приковал Дениса к трубе обогрева, проходящей рядом с его кроватью.

– Вот так, теперь-то ты никому больше не сможешь причинить вред, – сказав это, он ушел прочь и, захлопнув за собой дверь, закрыл её на замок.

После его ухода, Денис стал обдумывать всё случившееся. Фермеры были уверены, что это он портит их поля, и переубедить их может только одно – если кто-то сумеет поймать истинного виновного, но судя по всему, никто этим заниматься не станет, а пока до них дойдёт, что они поймали не того, будет слишком поздно, поля будут безнадёжно испорчены и на Касиане действительно может начаться голод.

И тут он понял, что просто обязан это предотвратить, ведь в его жилах течёт кровь пилотов, а стало быть, он обязан заботиться об обитателях Касиана, чего бы это ему не стоило. Кроме того, его гложила ещё одна мысль – это происшествие снова поставит на его репутации пятно, а стало быть, на всех пилотах Касиана, а это было просто недопустимо. Пришло время действовать, и он принялся за дело.

Длина цепи, которой его сковали, позволила ему дотянутся до маленького ящика с инструментами, стоящим в углу комнаты. С их помощью ему удалось снять цепь, и тут он увидел на своей ноге датчик, закрепленный охранником. Если он выйдет за пределы фермы, об этом немедленно будет известно и его схватят ещё до того, как он попытается спасти своё честное имя.

Поколебавшись с минуту, он снял датчик и вскрыл его, немного покопавшись в его устройстве, замкнул несколько узлов и положил его на пол возле койки.

Теперь ему предстояло самое трудное – выбраться из заперти. Подойдя к двери, он прислушался. Тишина, слышны были только чьи-то приглушенные голоса. Стараясь не издавать много шума, он стал ковырять замочную скважину, пытаясь открыть дверь, но замок, никак не желал поддаваться, и вдруг он услышал чьи-то шаги. Денис замер, внимательно прислушиваясь. Он надеялся, что тот, кто издавал звук, пройдёт мимо, но не тут-то было, кто-то подошёл к двери, за которой он находился, и стал открывать её.

Он отпрянул в сторону, и как раз в этот момент дверь открылась, так что он оказался за ней. В комнату зашла Алис, неся в руках небольшой поднос с едой. Из-за того, что в комнате царил полумрак, она не сразу заметила, что внутри никого нет. Сперва хозяйка дома подошла к его койке и поставила поднос на старый табурет, находящийся рядом с ней. Затем она подошла к противоположной стене и, щёлкнув переключателем, зажгла свет, и тут только поняла, что Дениса нет. Он же между тем толкнул дверь и, сделав стремительно несколько шагов, подошёл к ней из-за спины и закрыл её рот ладонью, прижав к себе.

Девушка стала выворачиваться, стараясь вырваться, но Денис держал её крепко. Одновременно лихорадочно придумывая, что ему делать теперь, и, похоже, выход в сложившихся обстоятельствах у него был только один.

– Прости, – прошептал он ей на ухо и резким движением надавил на участок ее шеи, применив прием, которому его научили на занятиях по военной подготовке для обезвреживания противника. В ту же секунду Алис обмякла в его руках, потеряв сознание. Он бережно положил ее на свою кровать и, глядя на бесчувственную девушку, почти извиняющимся тоном прошептал:

– Извини, у меня нет другого выхода, мне нужно поймать того, кто травит поля. И это нужно не только мне, но и всем жителям Касиана.

Ему нужно было торопиться, Алис могла очнуться в любой момент, и тогда откроется, что он сбежал. Выскользнув из черновой комнаты, он закрыл за собой дверь и, стараясь двигаться бесшумно, пошёл к входной двери. По дороге он миновал ярко освещенную столовую, где в это время сидело трое фермеров, включая и хозяина дома. Вскоре ему удалось выбраться во внешний коридор. Озираясь по сторонам и стараясь никого не встретить, беглец стал пробираться к залу, где располагались поля. Там царил полный мрак, на ночь здесь полностью гасился свет, и тут его посетила неожиданная мысль: что, если злодея здесь не окажется, что ему тогда делать?

Он постарался отогнать от себя эту мысль и шагнул в темноту зала. Двигаясь почти на ощупь, между лотками с посадками, он стал обходить зал, стараясь уловить чужое присутствие, но всё было спокойно. Он бродил меж полями и все больше понимал, что его затея провалилась, здесь никого не было. Скорее всего настоящий вредитель был в курсе поимки Дениса и, не желая невольно его оправдать, решил пока не заниматься своей деятельностью. Часы текли, неумолимо приближалось утро, теперь уже окончательно стало ясно, что ему никого не удастся поймать, а скоро придут фермеры и схватят его самого. Все сильнее его охватывала паника, в голове мелькали мысли, что ему теперь делать, на ум приходили идеи одна безумнее другой.

И вот в зале стали медленно загораться светильники, разгоняя мрак ночи. Денис отчаянно искал место меж полей, где бы ему спрятаться, и тут его взгляд наткнулся на старую панель, закрывающую отверстие одного из воздуховодов. Он поспешил к ней и стал отгибать ее край. Когда отверстие стало достаточно большим, он с трудом, но все-таки протиснулся в него.

Он оказался в длинном тесном тоннеле, по которому Великий Касиан даровал своим созданиям необходимый для жизни кислород. Здесь была очень мягкая поверхность, которая прогибалась под его весом. Мысленно он стал просить прощение у него за свое вторжение и снял обувь, надеясь, что так он причинит меньше беспокойства его телу своим присутствием. Затем он постарался как можно плотнее пригнуть на место край панели и замер.

Минуты тянулись как целая вечность, но вот до него донеслись далекие голоса людей. Он прислушался и вжался в стену тоннеля. Голоса приближались, это была группа фермеров, и они были явно чем-то взбудоражены. Юноша прислушался и оказалось, что они обсуждали его исчезновение. Говорившие прошли мимо, не заметив отодвинутого края панели, и Денис смог вздохнуть с облегчением. Весь тот день он просидел в своем укрытии, то и дело подслушивая обрывки разговоров, и в основном они были о нем. Похоже, его объявили в розыск, как беглого преступника, и на его поиски была отправлена вся охрана Касиана.

Следующих три дня беглец провел, перемещаясь по тоннелям воздуховода, сумев ничем себя не выдать. Несколько раз он видел, как в залах появляются группы охранников, что-то расспрашивающие у фермеров и тщательно все осматривающие. Сказывалось и отсутствие пищи. Страх быть пойманным, так и не доказав свою невиновность, притуплял чувство голода, но все же он становился все сильнее, однако он твердо решил, что лучше умрет от голода, чем снова будет опозорен. Хорошо хоть у него был доступ к воде, он утолял жажду по ночам из резервуаров для поливки полей.

И вот на четвертую ночь он стоял у резервуара и мучительно раздумывал, что ему делать, и сколько он еще выдержит без еды. Вдруг уловил мелькнувший впереди лучик света. Он тут же погас, но он чётко зафиксировал, откуда он исходил, крадучись пошёл туда.

По дороге до него донёсся шорох и звук, похожий на шипение. Он узнал этот звук, такой же был, когда он плеснул яд в лоток с посадками в тот злополучный день. Нужно было действовать быстро. Буквально скользя между лотков, Денис ускорил своё движение, вскоре он увидел слабый свет и в нём чью-то фигуру. Тут он случайно задел стойку одного из лотков, от чего раздался глухой гул. Сердце пилота буквально упало ему в пятки и замерло где-то там, как и он сам. Незнакомец резко обернулся, и Денис смог увидеть его лицо, мертвенно бледное в неясном свете переносного светильника, поставленного им на край одного из лотков.

Это было лицо молодого человека, едва на много старше Дениса, сильно худое с впалыми щеками, заостренным подбородком и невероятно большим носом, хотя это могло казаться из-за освещения, но больше всего на этом лице выделялись глаза, они у парня были навыкате, и в них читалось безумие.