Текст книги "Касиан (СИ)"

Автор книги: Наталья Чернота

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 40 страниц)

– Да, признаюсь, нам пришлось убрать того безумца, но он не имел к нам никакого отношения, хотя и пытался попасть в наши ряды. А когда у него не вышло, он, прикрываясь нашим именем, творил свои злодеяния. Хотя, я не удивлюсь, если вдруг выясниться, что он состоял на службе у капитана и действовал по его указанию. Это вполне в духе пилотов – добиваться своей цели любой ценой. А уничтожить наш союз – заветное желание любого капитана. Мы были вынуждены сделать это, чтобы он не мог больше никому навредить и не более того. В отличие от твоего отца, который действовал, побуждаемый страхом, все узнают, чем на самом деле занимались на том заводе. Мы действовали и действуем сейчас только исключительно на всеобщее благо. А вот твой отец, да и все пилоты, думают только о себе и не более того.

– Это ложь!

Предводитель пропустил мимо ушей его выкрик и с невероятным спокойствием продолжил:

– Нет, мой храбрец, это самая настоящая правда. Но нужно сказать, что он не первый, кто жил и правил за счет лжи. Все пилоты настолько держатся за свою власть, что готовы пожертвовать всем Касианом, ради того только, чтобы продолжать править. Вижу, ты мне не хочешь поверить, но у меня есть доказательства этого. Пожалуй, я покажу их тебе, прежде чем решится твоя судьба. Но для начала, скажи, что тебе известно о тех толчках, что вот уже столько времени сотрясают наш мир, приводя к таким катастрофическим последствиям и даже смертям?

– Это всем известно, Касиан вошёл в фазу роста, и скоро эти толчки прекратятся.

Тут в разговор вмешался Арен, все это время, молча буравящий пленника пронзительным взглядом, стоя чуть поодаль от предводителя и самого Дениса.

– Ха, конечно, более глупого предположения просто и представить нельзя. Скажи, ты хоть раз видел, чтобы хоть какая-нибудь машина, росла?

– Причём тут машина?

Тут снова заговорил предводитель:

– А при том, дорогой мой, что наш Касиан ничто иное, как огромная машина. Да-да, машина, и как получилась так, что мы все забыли об этом. Я не знаю, но у меня, как я уже сказал, есть подтверждение этому, я даже могу показать их тебе.

С этими словами, он, не спеша, поднялся со своего места и сделал несколько шагов в сторону. Но тут один из тех, кто стоял за спиной Дениса, поспешно подошёл к нему и громким шёпотом обратился к предводителю, при этом на лице его был написан неподдельный страх.

– Ореот, это крайне неблагоразумно.

– А я так не считаю. Наш юный герой принадлежит к сословию пилотов, если нам удастся склонить его на нашу сторону, это позволит нам избежать насилия, предложенного Ареном. А если нет, что ж, он и так решил убить его, так что, как видишь, мы ничем не рискуем, или скажешь, что это не так?

Тот промолчал в ответ, и тогда предводитель подошёл к дальней стене зала и, вынув кусок верхнего слоя, за которым оказалась небольшая дыра, извлёк из неё какие-то бумаги, после чего подошёл к Денису.

– Вот, прочти это, – произнёс он, протягивая пленнику лист, сильно потрепанный на вид, одновременно давая знак держащим его людям отпустить пленного. Те послушно выпустили его, но остались стоять рядом, готовые при первом же поводе снова схватить его. Денис нерешительно взял бумагу и стал просматривать её. Она по внешнему виду была очень старой, даже пожелтела от времени, а надписи наполовину стерлись, однако разобрать написанное было всё ещё возможно.

39 день полёта.

Корабль «Касиан» продолжает свой путь к намеченной цели. Все его приборы функционируют нормально. Экипаж и пассажиры звездолёта чувствуют себя нормально. Благодаря гидроускорению, намеченное нами на завтра, мы надеемся достичь цели нашего путешествия уже через несколько недель.

Денис перевернул лист и на другой его стороне прочёл.

45 день полёта.

Полёт проходит согласно расписанию, весь экипаж нашего судна готовится к гиперпрыжку. Если только не произойдет ничего незапланированного, уже через три дня мы достигнем цели своего рейса – Куратина, планеты, которую нам поручено колонизировать.

Денис дочитал записи и несколько минут, молча, смотрел куда-то в пространство невидящим взглядом. При этом он чувствовал, как пошатнулось что-то незыблемое в его сознании, но не смотря на всё увиденное, разум его продолжал отчаянно цепляться за старое. Внезапно, охрипшим голосом, он тихо произнёс:

– Эти записи не доказывают, что пилоты сделали что-то не так. Могло что-то произойти, отчего они не смогли доставить корабль к намеченной цели.

Тот, кого называли Ареном, усмехнулся, и хотел что-то сказать, но его опередил предводитель.

– Да, не спорю. Этот листок лишь часть чего-то более полного. Как мы подозреваем, он часть бортового журнала, который хранится у капитана.

– Так это из-за него вы задумали ваши злодейства? Какая-то книжонка стоит человеческих жизней?

– В этой, как ты выразился, книжонке, хранится свидетельство того, что мы правы, и потому никто, кроме капитана, не имеет права к ней приближаться. Но дело вовсе не в ней, хотя, признаюсь, одна из наших целей – получить журнал. С его помощью мы бы могли раскрыть касианцам глаза на то, кому они сохраняют покорность, не смотря на все преступления. Но это не главное, а главное вот что.

С этими словами он протянул Денису второй листок бумаги. В отличие от первого, он был совершенно новым. На нём, в верхней его части, были начерчены схемы и графики, а в нижней – набор цифр и букв.

– Ты – пилот, и потому тебе не нужно объяснять, что это. В этом документе содержится информация о том, что наш мир на краю гибели. Марет – звезда, вокруг которой вращается наш Касиан, перестала быть стабильной, её сотрясают мощнейшие взрывы. Наблюдатели считают, что скоро на ней произойдёт взрыв, который разнесёт Касиан в пыль, если, конечно, хотя бы она останется от нас. И, несмотря на всё это, капитан и остальные пилоты продолжают бездействовать. Мы хотели похитить людей лишь для того, чтобы заставить пилотов прислушаться к нам и увезти звездолёт подальше от Марет. По нашему плану, как только корабль оказался бы в безопасности, мы отпустили бы всех до единого заложника. Нам важна только судьба жителей Касиана и, если бы после всего этого нас казнили, пусть так, но мы умерли бы с чувством, что спасли многих от верной гибели.

– Но неужели нельзя просто обратиться к касианцам, и тогда капитану пришлось бы подчиниться голосу большинства?

– Ты, мой друг, ещё очень наивен. В глазах большинства касианцев мы – преступники, не более того. И, чтобы убедить их в обратном, нам нужны веские доказательства, а не жалкие клочки бумаги. Выступи мы сейчас в открытую, нас просто уничтожат, а касианцы посчитают нашу казнь великой победой капитана.

– А если достать бортовой журнал, он сможет помочь убедить людей?

– Конечно, но это невозможно. В наших рядах нет пилотов, а кроме них, ни у кого на всём Касиане нет ни единого шанса сделать это.

– Но вы хотя бы знаете, где хранится этот журнал?

– Мы считаем, что в запретной зоне.

– Почему именно там? Не логичнее ли, что он у капитана?

– Потому, что мы не раз предпринимали попытки найти его у него. Обшарили каждый уголок его дома и даже проникали на его рабочее место. И, как ты уже догадываешься, ничего похожего нами не было обнаружено. Впрочем, это и понятно, он не будет хранить такой архиважный предмет там, где его могут обнаружить. Тогда все для него и не только, будет кончено. А стало быть, единственное надежное место на всем Касиане – это запретная зона.

– Так вот почему Тренк обманом затащил меня туда!

– Да, хотя он и был движим благими намерениями, я не одобрил его поступка. Но этот парнишка слишком горяч и порой просто безрассуден. Кстати, это он указал место, где проходят наши собрания?

– Нет, я сам вычислил, где могут они проходить и, прежде чем сообщить об этом, решил сам всё проверить, остальное вы знаете. А теперь, последний вопрос, что все-таки вы намерены делать со мной?

Ореот окинул его пристальным взглядом и ненадолго задумался. Затем, чуть подавшись вперед и глядя прямо в глаза своего юного собеседника, тихо произнес:

– Это зависит полностью от тебя, то есть, от твоих действий. Что ты намерен делать теперь, когда узнал все это?

Мысли Дениса в его голове выплясывали какой-то безумный танец, во рту пересохло. Он лихорадочно пытался сообразить, как убедить этих людей отпустить его подобру-поздорову. Не найдя ничего лучше, он тихо прошептал:

– Мне нужно время, чтобы всё как следует обдумать.

– Отлично, а до тех пор, мы найдем, где тебя спрятать, дабы ты не наделал глупостей.

– Вам лучше отпустить меня.

– С какой это стати, думаешь, мы настолько глупы?!

На лице «доктора» появилась снисходительная улыбка, словно он смотрел на малыша, старающегося его обмануть.

– Нет, и именно поэтому я и говорю, отпустите меня. Перед тем, как прийти сюда, я написал послание для капитана. Если утром я не отменю команду отправки в почтовой системе, оно уйдёт по назначению, а там я расписал, куда иду и зачем. Также я назвал имена тех, кого подозревал в соучастии вашей организации. Как я теперь вижу, многие оказались здесь. Да, и не думайте, что сможете отменить послание. Я закодировал его, никто кроме меня не сможет его снять. Если в систему полезет кто-то другой и сделает хоть маленькую ошибку, запуск будет осуществлён немедленно.

– Это что, угроза?

– Нет, лишь предупреждение. Не в ваших интересах задерживать меня, иначе пострадаю не только я.

Арен смерил Дениса испепеляющим взглядом и посмотрел на предводителя. Он же, словно не замечая его взгляда, чуть откинулся назад и, все так же слегка улыбаясь, произнес:

– Что ж, ты умный малый, но не думай, что сможешь перехитрить нас. Мы столько лет хранили свои тайны и укорачивали нос тем, кто пытался влезть туда, куда его не звали. Я не угрожаю, а лишь по-дружески предупреждаю. А теперь, если у тебя больше нет вопросов, ты можешь идти.

По залу прокатился возмущенный ропот. Арен смотрел на предводителя так, словно на безумца.

– Ты совсем из ума выжил? Этот парень в следующий раз приведёт сюда всех охранников Касиана, его нельзя отпускать живым.

Снова раздался гул голосов, и на этот раз он был куда сильнее. Но Ореот сохранял полное спокойствие. Чуть помедлив, он жестом призвал всех к тишине, после чего обратился к Арену. В его голосе звучали стальные нотки.

– Здесь пока что я принимаю окончательное решение. Мы отпустим его, по крайней мере пока.

По его знаку люди отступили от Дениса, хотя и с явным неодобрением на лицах, но возражать открыто они не смели. Денис, не спеша, сделал несколько шагов, пятясь по направлению к выходу. Никто не только не пытался его остановить, но даже не шелохнулся. Сам не веря, что ему так сказочно повезло, он, наконец, повернулся лицом к выходу и, едва сдерживаясь, чтобы не перейти на бег, покинул место тайного собрания саботажников. Как только он ушел, Арен снова обратился к Ореоту, и в голосе его явно читалось возмущение.

– Его нельзя было отпускать.

Предводитель же сохранил полное спокойствие. Выждав, тихо произнёс:

– Успокойся, у меня сложилось такое впечатление, что ты думаешь не о всеобщем благе, а лишь о своей ничтожной жизни. Да-да, и нечего на меня так смотреть. Убить этого паренька мы сможем в любой момент, но он один из пилотов. Кто знает, может, именно он, добьется успеха там, где всех нас ждёт крах. Возможно, он наш счастливый билет к спасению.

– Или гибели?

Ореот сделал вид, что не расслышал его последних слов.

***

Вот уже почти два микроцикла прошло с тех пор, как Денис узнал о том, что Касиан вовсе не живое существо, породившие когда-то само в себе жизнь, а лишь огромная машина. И то, что вскоре он погибнет, если не принять все меры к его спасению. Это терзало его, особенно в свете того, что приближалось его посвящение в пилоты. Он должен был во всем разобраться до этого момента, и время действовало против него.

Однако, чтобы во всем разобраться, нужно снова нарушить закон. Перед Денисом стояла нелёгкая дилемма. Он знал, что его долг, как пилота – пожертвовать всем для спасения Касиана. Так его учили отец и брат, но что, если всё, что ему сказали – ложь, и никакой опасности на самом деле нет. А настоящей опасностью может явиться он, попытавшись проникнуть в запретную зону.

В течение почти шестидесяти дней и ночей после своего возвращения из мертвого воздуховода, он задавал этот вопрос себе снова и снова, не находя ответа. Вот и сейчас он бесцельно бродил по извилистым коридорам Касиана, полностью погружённый в свои тягостные мысли. Вдруг, из размышлений его вырвал громкий голос Алис. Вздрогнув, он поднял голову и увидел девушку, стоящую в нескольких метрах от него. Лицо её было раскрасневшееся, волосы в полном беспорядке, и, судя по её жестам и голосу, она была на грани полного нервного срыва.

– И не просите, я не стану извиняться перед этой нахалкой ни за что! После того, как она меня оскорбила, я ещё и должна просить у неё прощение?!

Денис поспешно подошёл к Алис и тут только увидел, что говорит она, а точнее спорит с госпожой Лорут. Та, в противоположность девушке, была бледна как полотно, а глаза её буквально полыхали праведным гневом.

– Алис, госпожа Лорут, что случилось?

– Во-первых молодой человек, добрый день. Хотя после всего случившегося, его вряд ли можно назвать добрым, а всё из-за несдержанности вашей невесты. Её поведение просто ни в какие рамки приличия не входят. Думаю, несмотря на все мои старания, эта девушка так и не усвоила ничего из моих уроков, а стало быть, она не сможет полноценно жить в обществе пилотов. Да, как не прискорбно мне это говорить.

Она еще что-то намеревалась сказать, но ее перебил сбитый с толку Денис.

– Да что же всё-таки стряслось, могу я, наконец, узнать?

– Алис подралась с госпожой Лолит.

– Что?!

– После того, как эта хамка оскорбила меня, назвав грязной фермершей, я никому и никогда не позволяла унижать меня и впредь не собираюсь. Будь-то простой фермер или сам капитан.

– Но лезть в драку – это крайне неприлично, тем более для юной девушки.

– Да…

– Так перестаньте, пожалуйста, вы обе правы. Госпожа Лорут, разрешите я несколько минут поговорю с Алис наедине. Я объясню ей, в чём она не права, может, тогда она поймёт?

Госпожа Лорут немного поколебалась, но всё-таки согласилась.

– Хорошо, у вас пять минут.

Произнеся это, она резко повернулась на каблуках вокруг своей оси и, отойдя в сторону чеканным шагом, села на небольшую скамеечку, стоящую у стены в коридоре. После её ухода, Денис буквально и рта не успел открыть, как Алис обрушила на него весь свой гнев.

– Если ты тоже намерен убеждать меня, что я во всём виновата, то можешь зря не стараться. Я не собираюсь извиняться перед этой хамкой, хоть ты меня на куски порежь!

– Алис, успокойся ты ради всего святого. Я просто хочу во всём разобраться спокойно, а без госпожи Лорут это будет сделать намного проще, разве не так?

Девушка в ответ промолчала, сочтя это, как знак согласия, Денис продолжил:

– Ну, вот отлично, а теперь расскажи всё по порядку, что всё-таки произошло?

Алис не сразу заговорила. Некоторое время она, насупившись, молчала. После чего, по-видимому, сделав над собой усилие, глубоко вздохнула и произнесла:

– Я нечаянно наступила этой самой Лолит на ногу. Я тут же извинилась, как и учила госпожа Лорут, а та в ответ назвала меня неуклюжей грязной фермершей, и стала причитать во всё услышанное. И какой дурак придумал пускать таких, как я, низкорождённых, на их уровень? Мол, если кому-то захотелось пообщаться с такими, как я, так это их нужно отсылать на нижний уровень, ну и всё в том же духе. Я долго сдерживалась, думала, она прекратит, но похоже, чем больше я молчала, тем больше она распылялась. В конце концов, я не выдержала, и когда она попыталась оскорбить моих родителей, я влепила ей по физиономии несколько раз. Ну, короче, мы сцепились, но нас разняли, и я не собираюсь теперь перед ней извиняться ни за что.

Окончание фразы Алис произнесла по слогам, подчёркивая каждый слог жёсткой интонацией. Замолчав, она с вызовом посмотрела на Дениса, а тот в ответ не удержавшись, негромко засмеялся:

– Нет, ты всё-таки необыкновенная. Великий Касиан, чтобы я только не отдал, чтобы оказаться там и собственными глазами посмотреть, как ты её проучила.

От его слов, Алис буквально остолбенела, с полным удивлением глядя на него, словно не веря своим глазам и ушам.

– Да-да, и не смотри на меня так. Эта Лолит – настоящая заноза в одном неприличном месте, и всегда такой была. Иногда мне кажется, что медики при её зачатии чего-то напутали и приделали ей вместо языка острое жало. Из всех, кого я знаю, только мой брат мог по достоинству дать ей отпор, а остальные… О, если они попадали в её немилость, то это можно было с ума сойти. Я так долго мечтал, что кто-то сможет, наконец, укоротить её длинный язык, и вот этот человек стоит передо мной. Браво! Если бы не окружающие, я бы просто рукоплескал тебе.

– Ты что это серьёзно?!

– Серьезнее некуда, но надо что-то делать с госпожой Лорут. Возможно, мне удастся убедить её, что ты полностью права. Только, пожалуйста, предоставь это мне, ладно? Надеюсь, я не утратил свой дар управлять ею.

С этими словами, Денис и Алис подошли к госпоже Лорут. Та при их приближении поднялась со своего места.

– Ну, и?

– Госпожа Лорут, выслушайте меня, пожалуйста. Не подумайте, что я оправдываю поведение Алис, но если то, что она говорит – правда, то Лолит сама виновата в том, что с ней обошлись подобным образом. Никто ведь не давал ей права оскорблять Алис, а уж тем более её покойных родителей. Нас всех учили уважать друг друга, разве нет?

– Возможно, госпожа Лолит и повела себя не совсем корректно, но лезть в драку – это просто недопустимо для юной особы, и госпоже Алис придется понять это.

– Да, конечно, но вы тоже поймите, она сделала это из-за порыва возмущения, не более того. Думаю, после того, как Лолит подобным образом обошлась с ней и, по-моему, совершенно незаслуженно, Алис не обязана извиняться перед ней, а скорее, даже наоборот. Что скажете, госпожа Лорут, если бы вас оскорбили подобным образом, разве вы бы стали извиняться?

– Я воспитанная женщина, молодой человек, и уж точно не стала бы устраивать постыдную драку.

– Да, конечно, но вы бы смогли ответить на оскорбление словесно, как нас всех учили. Но Алис этого не умеет, и потому поступила так по незнанию. Прошу вас, не судите её строго, ведь по большому счёту, она всё-таки права.

Госпожа Лорут не сразу ответила ему, но в конце концов сменила гнев на милость.

– Ладно, хорошо, но впредь попрошу вас быть более сдержанной, госпожа Алис, иначе мне придется отказать вам в своём покровительстве.

С этими словами она повернулась к ним спиной и пошла прочь. Глядя ей в спину, Алис полушёпотом произнесла:

– Откажет в покровительстве? Да я сама скоро сбегу от неё. Господи, Денис, я и не представляла, насколько же сложно войти в ваше общество. Может, дедушка прав, и мне здесь не место?

– Алис.

– Да я с трудом выдерживаю все эти нравоучения, а эти правила, им просто нет числа.

– Я понимаю, тебе тяжело, и мне очень жаль, что из-за меня ты вынуждена всё это переносить. Но, прошу тебя, потерпи ещё немного. Может, у тебя всё-таки получится, и ты привыкнешь ко всему этому.

– А если нет, что тогда?

– Ну, тогда у нас остается лишь один выход. Я стану фермером.

– Что?!

– Да, а почему бы и нет? В конце концов, ради тебя я готов на всё.

– И ты сможешь отказаться от своего положения пилота?

В голосе Алис было огромное сомнение.

– Да, вполне. Ведь совсем скоро случится то, что раз и навсегда изменит всю нашу жизнь.

– Ты это о чём?

– Да так, ни о чём, просто…

– Госпожа Алис, долго мне ещё прикажете вас ожидать? У меня ведь ещё много дел.

– Ладно, иди, не стоит вновь злить её.

– Но что ты имел в виду, говоря, что скоро наша жизнь изменится, что должно случиться?

– Я потом всё тебе расскажу, а сейчас иди, пожалуйста, иди.

Снова послышался недовольный окрик госпожи Лорут, и Алис вынуждена была подчиниться, хоть и с большой неохотой. Денис вдруг понял, что его долг – узнать всю правду о том, что на самом деле происходит на Касиане, и это решение было в нём незыблемо.

Если всё, что он узнал от предводителя саботажников, правда, значит, его долг, как пилота – сделать всё для предотвращения катастрофы. В конце концов, от этого зависит жизнь всех касианцев и в частности Алис. Это теперь для него намного важнее всего остального. А если же нет, возможно, в наказание его лишат статуса пилота, и он сможет стать фермером, что само по себе не так уж и плохо.