Текст книги "Касиан (СИ)"

Автор книги: Наталья Чернота

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 40 страниц)

Где-то раздался душераздирающий крик. Денис, а за ним и все остальные касианцы, не обращая внимания на грозные окрики надзирателей, бросились на крик. Вскоре они выскочили на площадь, где царил полный хаос. Крылатые люди всех возрастов метались в ужасе, налетая друг на друга, сбивая с ног и топча упавших. Денис, разделив касианцев на небольшие группы, послал их искать хеттов и, кого смогут, собрать всех у стоил. Сам он, взяв с собой Тренка и ещё нескольких мужчин, бросился в сторону площади. По дороге в толпе они отыскивали своих собратьев, многих из которых приходилось буквально вытаскивать из-под ног, или помогать выбраться из-под различных обломков.

Между тем, снова начались, на время стихшие, толчки. Кругом стали обваливаться здания, погребая под собой всех, кому не удалось из них выбраться. Спасаясь от ливня обломков, касианцы оказались рядом с главной площадью. Денис услышал громкий голос, доносившийся откуда-то сверху. Подняв голову, он увидел парящих над площадью Ареану, её брата и сестру, так же с ними был главный жрец. Они призывали свой народ успокоиться и идти в храм, дабы там, вознося молитвы, усмирить гнев их создателя – великого бога Отеотиса. И народ, слыша эти призывы, постепенно, даже несмотря на толчки, стал успокаиваться. Вскоре, один за другим они последовали за своими правителями к горе и зашли в храм. Денис смотрел на это с возрастающим ужасом. В его голове вдруг возникла отчётливая картина одного из последних его кошмарных снов. Из горы, прямо из входа в храм, вытекает огромный поток жидкого огня.

– Это просто безумие, они там погибнут!

– Да чёрт с ними, капитан! Нам самим спасаться нужно – закричал рядом Тренк, стараясь перекричать очередной оглушительный грохот.

Со склона горы сорвался целый водопад огромных камней. Они лавиной ринулись вниз, и за считанные мгновения наглухо замуровали вход в храм. Теперь все, кто находился внутри, были обречены. Плохо отдавая себе отчёт в том, что он делает, но твёрдо зная, что он не может просто бросить живых существ, обреченных на жуткую смерть, Денис бросился к завалу.

– Капитан, ты куда, капитан?!

Денис не слушал. В голове его пульсировала одна только мысль – он должен попытаться спасти обреченных. Подбежав к завалу, он, как одержимый, стал отваливать камни руками, думая только о том, чтобы успеть. Помедлив мгновение, к нему подбежал Тренк, пытаясь остановить:

– Капитан, ты с ума сошёл? Что ты делаешь?

– А ты не видишь? Пытаюсь освободить их из западни!

– Зачем? Эти твари делали с нами такое… Они заслужили смерть, а нам нужно позаботиться о своих людях!

– А я и забочусь о них. Без отеотисов нам не спастись. Ещё немного, и из храма потечёт жидкий огонь. Он будет двигаться с такой скоростью, что нам не убежать от него. Так что хватит болтать, лучше помоги мне, дорога каждая минута.

Денис снова принялся растаскивать камни. Тренк, помедлив секунду, подозвал остальных, и они дружно принялись разбирать завал. Вскоре, их общими стараниями, среди камней появился проход, так что Денис смог протиснуться в него и попасть внутрь храма. Здесь все отеотисы, стоя на коленях, неистово молились, обратившись лицом к статуе, у которой также, принося мольбы, стояли трое правителей и жрец. Когда Денис зашёл в храм, он громко закричал:

– Скорее, нужно уходить отсюда! Иначе вы все погибните!

На его крик обернулись все присутствующие. По огромному залу прокатился испуганный ропот. Правитель же, резко обернувшись, гневно закричал:

– Как посмел ты, грязный хетт, войти сюда? Осквернитель! Ты почувствуешь на себе гнев Отеотиса.

Он вознёс руку и, даже несмотря на то, что на Денисе был заветный чёрный кристалл, он почувствовал невыносимую боль. Едва сдержав крик, он рухнул на колени, подумав при этом, что, если бы не кристалл, лежать ему сейчас мёртвым. Кое-как справившись с приступом, он медленно поднялся с пола и, превозмогая пульсирующую боль, произнёс сквозь сжатые зубы:

– Если вы хотите жить, вы послушаете меня и покинете храм. Скоро здесь будет жидкий огонь, он испепелит всех, кто будет на его пути. Послушайте же меня, если вы хотите спастись, нужно уходить и как можно скорее!

И тут, словно в подтверждение его слов, пещера затряслась, и раздался оглушительный треск. Над статуей обрушился кусок свода, попав прямо на неё, и та разлетелась на множество кусков. Несколько крупных и мелких осколков попали в правителя, и тот рухнул на пол без чувств. Также один очень крупный осколок свалился на Ареану, придавив к полу так, что она уже не смогла подняться. Отеотисы, совершенно обезумев, ринулись к выходу, едва не затоптав Дениса и стоящего прямо за ним Тренка. Каким-то чудом, касианцам удалось устоять, кроме того, с трудом протискиваясь сквозь толпу, Денис стал пробираться туда, где остались правители отеотисов. Наконец, ему это удалось. Подойдя к Марсету, он осторожно перевернул его на спину. Правитель был жив, но был без сознания, из носа у него текла кровь, а на голове вскочила огромная шишка. Судя по всему, один из обломков, попав ему по голове, оглушил его. Денис услышал знакомый голос за спиной:

– Он жив?

Обернувшись, он увидел придавленную камнем Ареану. Под обломком застряла её рука и часть крыла. Денис поспешил ей на помощь, но кусок был слишком тяжёл для него одного. К счастью, ему на помощь пришёл Тренк. Вместе они отвалили камень в сторону, и принцесса, наконец, смогла встать.

– Как вы?

– Я в порядке, а что с моим братом?

– Он жив, хотя и без сознания. Нужно вытащить его отсюда и самим убираться, пока не поздно.

Снова раздался оглушительный грохот. Весь зал содрогнулся. Денис услышал душераздирающий женский крик. Резко обернувшись, он увидел Вераоку, сестру Ареаны. Она забилась в угол возле ниши, где ещё недавно стояла статуя, а рядом с ней, прямо с потолка, оттуда, где обвалился кусок свода, потекла тонкая струйка. Ослепительно сверкая и обдавая всех нестерпимым жаром, Денис понял, что это и есть жидкий огонь. Несколько капель попали на одежду принцессы, и она тут же вспыхнула. Все присутствующие бросились ей на помощь. Им удалось сбить пламя, но Вераока к тому времени уже потеряла сознание. Её одежда почти полностью сгорела, а на теле появились жуткие ожоги. Несмотря на это, девушка была жива. Пока все тушили огонь, струйка стала намного шире, а на полу появилась большая лужа жидкого огня, по её краю пол нагрелся докрасна. Огонь подбирался к лежащему на полу правителю.

Чертыхнувшись, Тренк взял пострадавшую девушку на руки и поспешил к выходу. Ареана и Денис подняли правителя и, перекинув его руки через свои шеи, потащили его наружу. К счастью, к этому времени в зале уже никого не осталось, и они беспрепятственно выбрались наружу. Но тут их ждало ещё более жуткое зрелище. По одному из склонов горы пошла трещина, и из неё вытекал поток жидкого огня. Всё, до чего он уже добрался, сгорело без следа. Близлежащие здания были объяты пламенем. Жидкий огонь наступал, и никто не мог противостоять этой несокрушимой мощи. Тренк, выйдя из храма первым, повёл касианцев к воротам, ведущим из города. Денис и Ареана следовали за ними. Оказавшись, вне зоны пожаров, они остановились. Переводя дух, Денис осмотрелся и увидел, как отеотисы продолжают беспорядочно метаться из стороны в сторону, и многим это стоило жизни. Зрелище было просто жуткое.

– Ареана, послушайте, вы должны взять управление в свои руки. Если вы сейчас не позаботитесь о своём народе, они просто погибнут, ослепленные страхом.

Девушка неуверенно бросила взгляд на брата, и Денис, прочитав её сомнения, поспешно произнёс:

– Идите, я позабочусь о нём, клянусь своей жизнью. Идите, сейчас вы нужны своему народу.

Принцесса, бросив на него благодарный взгляд, раскрыла крылья и взметнулась вверх. Вскоре над толпой пронёсся её звучный голос. К этому времени, правитель стал приходить в себя, так что Денис один смог нести его дальше. Вскоре, им удалось благополучно достигнуть городской стены, но тут возникла новая проблема. Городские ворота были закрыты. В то утро их так и не открыли, по окончании ночи. Положение усугублялось ещё тем, что поток жидкого пламени почти достиг края города, а впереди него шёл большой пожар. Вот и сейчас одна из боковых башен, из которой можно было попасть в центральную, где и находился механизм, опускающий мост, была полностью объята пламенем. А у второй уже горели нижние этажи. Касианцы собрались у ворот, не зная, что им делать. Некоторые даже попытались перелезть через стену, но их вовремя остановили, ведь сразу за стеной начинался глубокий ров с кольями.

Денис опустил правителя на землю и, выпрямившись, стал медленно осматриваться. Всё вокруг в тот момент словно исчезло для него. Он перестал слышать звуки и замечать мечущихся людей. Всё его естество было настроено только на решение одной задачи – найти выход, и он нашёл его. Им оказалась вторая башня, где огонь горел только на её нижних этажах. Оставив правителя под присмотром Тренка, Денис подбежал к одноэтажному домику и вскарабкался на его крышу. Здесь, вырвав из кровли длинную доску, он перекинул её на крышу соседнего здания и перебрался по такому мостику дальше. Так, переходя с одной крыши на другую, он достиг башни. Там он сумел, используя свой импровизированный мост, достигнуть края одного из окон. Вскарабкавшись наверх, он оказался в комнате, из которой в центральную башню вела узкая крытая галерея.

Едва переведя дыхание, он побежал к средней башне. Наконец, он буквально ввалился в заветную комнату. Здесь было установлено огромное колесо, приводящее в движение подъёмный мост. Комната была полна дыма. Денис, жадно хватая ртом воздух, и отчаянно кашляя, стал пытаться повернуть колесо. Оказалось, это не очень легко, обычно колесо поворачивали двое рослых мужчин, но выбора у него не было. Приложив максимум усилий, ему, наконец, удалось сдвинуть его с места. Сделав несколько оборотов, колесо пошло под своим весом, так что Денис едва успел его отпустить, чтобы механизм не увлек его за собой. Со скрипом оно снизило набранные обороты, а через секунду резко остановилось. Закрывая рот и нос рукавом куртки, он подошёл к окну, сквозь клубы дыма увидел, что мост опустился, встав на своё привычное место.

Дело было сделано, но вот путь к отступлению был отрезан огнём. Он рвался к средней башне, заполнив собой обе галереи. В отчаянии Денис встал в проём окна, тут было больше свежего воздуха. Между тем, огонь уже ворвался в комнату за его спиной. Тяжело дыша, он стоял в проёме и, что странно, в душе его не было страха, лишь облегчение, что теперь его народ имеет шанс на спасение, а что с ним самим будет, теперь не важно. Главное, он выполнил свой долг капитана, сделал все, что от него зависело. Посмотрев вниз, он увидел, что ворота стали медленно открываться. На мост выбежали первые касианцы, вперемешку с крылатыми отеотисами. И тут за Денисом что-то хрустнуло, он почувствовал сильный удар в спину. Не удержавшись на краю, он полетел вниз. Пролетев полпути до земли, он вдруг почувствовал, как кто-то подхватил его под руки, и полёт его стал более медленным и плавным. Вскоре, он благополучно приземлился, только слегка ударившись ногами и руками, приземлившись на четвереньки. Оглянувшись, Денис увидел рядом с собой Ареану, девушка тяжело дышала:

– Ну и тяжёлый же ты, я чуть крылья не надорвала, пока тащила тебя!

Он хотел поблагодарить её за спасение, но тут раздался оглушительный грохот. Он увидел, что огромный поток жидкого огня, перекатываясь, словно бурлящий поток через развалины и завалы, движется прямо на них. Времени на слова у них просто не было. Ничего не говоря, Денис схватил принцессу за руку, заставив подняться с земли, где она сидела, переводя дух, и буквально потащил за собой, увлекая к спасительному мосту. Поток следовал за ними по пятам, все ускоряя своё течение. И вот, когда Денис и Ариана уже были на середине моста, тот с жалобным треском и скрипом стал рушиться. Ничего не успев понять, он почувствовал, как твердь моста исчезла у него из-под ног, в очередной раз полетев в пустоту. И на этот раз принцесса пришла ему на помощь. Схватив его, она прижала его к остаткам моста и буквально прокричала ему в ухо:

– Хватайся же! Думаешь, я вечно смогу тебя так держать?

Денис послушно ухватился за доски. Она отпустила его и он, уже перебирая руками, полез наверх. Вскоре, почти достигнув края рва, он почувствовал, как множество рук схватили его и подняли наверх. Оказавшись на твёрдой земле, он обессиленно рухнул лицом вниз, и некоторое время так и лежал, с трудом переводя дух. Немного придя в себя, он медленно поднялся и, сев, оглянулся. Жидкий огонь, вырвавшись из стен города, стал заполнять собой ров. Люди стояли бок о бок и смотрели на пылающий город, и выливающийся из него жидкий огонь. Денис, с трудом поднявшись на ноги, обратился к стоящей рядом Ареане:

– Принцесса, нам нужно уходить и как можно скорее. Когда жидкий огонь заполнит ров, он потечет дальше, и тогда мы погибнем.

– Ты думаешь, его так много?!

– Да, очень. Так что пока есть время, нельзя его тратить попусту. Нам нужно бежать к воде, это единственное спасение.

Ареана медленно кивнула. Вскоре, повинуясь её приказу, отеотисы поднялись в небо и унеслись прочь. Тренк, пробормотав в их адрес что-то не очень лестное, стал поднимать оставшихся. Нужно было спешить. Измученные люди шли не так быстро, как хотелось Денису. То и дело он просил их постараться ускорить шаг, но в ответ многие лишь бросали на него косые взгляды, однако молча, шли дальше. Вскоре появилось то, что заставило их всё-таки ускорить шаг.

За их спинами появился дым. Затем все они увидели стену огня, идущую прямо на них. Жидкий огонь, всё-таки, заполнив ров, двинулся дальше, сжигая всё на своём пути. Люди с безумным видом бросились бежать. Теперь это была гонка со смертью. Вдали блеснула спасительная полоса воды. Они добрались-таки до побережья. Денис увидел то, что повергло его в отчаяние. В гавани не было ни единого отеотиского корабля, на чём бы они могли уйти дальше в воду. Он с глухим стоном рухнул на колени. Казалось, участь их была предрешена, и все усилия были напрасны. Но тут откуда-то сбоку раздался знакомый властный женский голос:

– Эй, что расселись? А ну подъём, живо за мной!

Денис повернул голову и увидел принцессу, стоящую на том участке берега, где в море уходила узкая песчаная полоса земли. По ней и повела их Ареана. На дальнем её конце их уже ждали три огромных корабля. Не мешкая ни минуты, беглецы взобрались на борт. В это время, жидкий огонь уже достиг берега и с яростным шипением устремился в воду. Над её поверхностью поднялись густые облака пара, вода забурлила, словно в гигантском сосуде, поставленном на огонь. Даже те, что были далеко от этого места, поднимаясь на борт кораблей, почувствовали, как за считанные мгновения вода превратилась в кипяток. Как только последний беглец поднялся на борт, Ареана дала приказ на максимальной скорости уходить в открытое море, как можно дальше от берега.

Глава 21

– Рыбы больше нет, я уже трижды нырял!

– Отлично, но этого мало. Значит, кто-то сегодня останется без ужина. Думаю, ты легко догадаешься, кто именно.

Отеотис дал знак, и стоящий рядом с ним хетт поднял плетёную корзину с ещё трепещущей рыбой, и они оба зашагали прочь. Кроулт смотрел им вслед, и в его чёрных глазах пылала ненависть. Его руки были сжаты в кулаки, так что кожа на костяшках побелела. С его тёмных мокрых волос стекали капли воды, падая на его мощный обнаженный торс, мышцы которого были судорожно напряжены. Глядя на него, казалось, что даже многие дни голода не решили этого великана былой стати и силы. Когда отеотис и невольник скрылись из глаз, он с проклятием, в приступе бессильной злобы, со всей силы стукнул по мачте. Дерево отозвалось долгим гулом.

– Эй, остынь! Если ты разломаешь корабль, плыть нам уже будет не на чем!

– Отлично, лучше утонуть вместе с этими тварями, чем продолжать жить, повинуясь их воле. И зачем только капитан спас их, зачем?

– Хороший вопрос, может, спросишь его самого?

– О чём спросишь?

Оба касианца обернулись и увидели стоящего в паре метров от них Дениса.

– Ну так, и что же ты хотел знать, Кроулт?

– Что я хотел знать? Я хотел знать, зачем понадобилось спасать их, и почему до сих пор мы должны терпеть все это?

– Что же, хороший вопрос, и у меня есть ответ. Я спас их потому, что на это есть веская причина.

– Какая же?

– Они нужны нам.

– Чушь.

Кроулт резко подобрал одежду, лежащую у его ног, и угрюмо что-то бормоча себе под нос, быстро зашагал прочь, на ходу натягивая куртку. Денис смотрел ему вслед, и когда тот скрылся из глаз, из его груди вырвался тяжёлый вздох.

– Прости его, капитан, он ещё слишком молод и горяч.

– Не в этом дело, Тренк, он лишь высказал то, что думают все остальные.

– И знаешь, капитан, их трудно в этом винить. Честно говоря, я и сам не понимаю, зачем нужно было рисковать всем ради этих захватчиков? При этом мы от них даже не дождались никакой благодарности. Они восприняли всё это так, словно мы обязаны были это сделать.

– Тренк, неужели ты думаешь, что я спасал их ради дурацкой благодарности? Да пойми же, без них нам ни за что бы не спастись от жидкого огня. На своих двоих нам было далеко не уйти, надеюсь, ты это понимаешь. А отсюда следует, что спастись мы смогли, только заполучив какое-то транспортное средство. На бутанах мы уехать не могли, они подчинялись только отеотисам, а объезжать их у нас точно не было времени. Кроме того, на них мы могли перемещаться только по суше и, даже несмотря на всю их скорость, там у нас не было ни единого шанса. Наше единственное спасение заключалось в кораблях, но управлять ими могут также только отеотисы. Если бы мы даже попали на борт, от берега бы далеко не ушли, а там нас ждала неминуемая смерть. Заставить команду увезти нас, мы тоже не смогли бы, у нас не было оружия в отличие от них. Так что выходит, как не крути, отеотисы помогли нам спастись. Только они могли отдать приказ, и только им подчинятся все без исключения.

Денис замолчал, Тренк тоже не спешил прерывать молчание, по-видимому, обдумывая всё услышанное. Всё-таки позже он бросил:

– Ладно, мне пора идти, а то мой хозяин меня хватится, не хочу его лишний раз злить.

Тренк зашагал прочь, Денис остался один. Он долго смотрел на бескрайнюю водную гладь, потом не спеша зашагал вдоль борта. Вскоре он достиг того места, где начинались комнаты отеотисов. Проходя мимо одной из них, он услышал обрывок разговора, звучавшего на повышенных тонах.

– Вы нарушили заповедь Отеотиса, вы не подчинились его воле, не принесли этих осквернителей в жертву во искупление. И вот результат!

– Да как ты смеешь, презренный червь, указывать мне, самой дочери Отеотиса, что и как мне надлежит делать?! Да за такие речи мне стоило лишить тебя жизни, не сходя с этого места!

– Воля ваша, божественная, да только моя смерть вряд ли что-то изменит. В искупление греха Великий Отеотис требует жизнь вашей божественной сестры и этого не изменить. Я лишь молюсь, чтобы на этом его гнев и утих, иначе…

– Всё, хватит! Я устала от твоих речей, уходи прочь!

В следующее мгновение, дверь комнаты резко распахнулась, и из неё буквально вылетел жрец, едва не столкнувшись с Денисом. Наградив его уничтожающим взглядом, прошипел сквозь зубы:

– Грязный осквернитель!

Он очень быстро зашагал прочь. Когда он совсем скрылся из глаз, Денис, немного поколебавшись, осторожно заглянул в полуоткрытую дверь. Там он увидел Ареану, она стояла на коленях у изголовья кровати сестры. Закрыв глаза, она еле заметно шевелила губами. Юный капитан понял, что она молится, и потому он застыл в замешательстве, не решаясь её потревожить. Он стоял и смотрел на неё, и тут в свете, падающем из маленького оконца на её лицо, он увидел бежавшие по её щекам слёзы. Дверь неожиданно скрипнула под порывом ветра, и принцесса, вздрогнув, открыла глаза и увидела его.

– Чего ты хочешь? – в голосе её звучало нетерпение с оттенком гнева.

– Ваша божественность, простите мою дерзость, я случайно услышал обрывок разговора и… Ваша сестра, ей так и не стало лучше?

Ареана встала с колен и, повернувшись к Денису спиной, украдкой стала вытирать лицо:

– Нет, ей хуже, жизнь в ней едва теплится. Отеотису угодно забрать её к себе.

– Ваша божественность, я знаю способ предотвратить это.

– Что?! – Ареана резко повернулась к нему лицом, на нём было написано негодование. – Ты сумеешь воспрепятствовать богу, да кто ты такой?!

– Я не собираюсь препятствовать богу. Я лишь говорю, что есть способ помешать преждевременной кончине вашей сестры, не более того.

– И что же это за способ такой?

– Среди наших приспособлений, есть один, который способен очень быстро заживлять серьёзные раны. Если бы нам удалось найти его, возможно, ваша сестра осталась бы жива.

Ареана задумалась, и вновь, повернувшись к Денису спиной, стала смотреть в оконце. Наконец, она прервала молчание, так и не поворачиваясь к нему:

– Откуда мне знать, что это не искусная ловушка? После того, как вы даже под пытками не захотели открывать секрета, теперь ты сам добровольно хочешь открыть его, с чего это? И не говори мне, что это из-за доброты душевной, потому что в это я точно не поверю.

– Что ж, я могу ответить вам. Во-первых, помощь нужна не только вашей сестре, хотя бесспорно, она пострадала больше остальных, но и многие из моих собратьев также ранены и нуждаются в этом приборе. Кроме того, я ведь не собираюсь учить вас пользоваться им, я сам собираюсь воспользоваться им, если, конечно, на то будет ваша воля.

– А ты не думаешь, что я просто могу воспользоваться тем, что ты сейчас сказал? Я позволю тебе вылечить мою сестру, но не дам воспользоваться твоим чудесным аппаратом для твоих целей, а после и вовсе силой заставить тебя выдать вашу тайну.

– Ваша божественность, мы, конечно, в вашей власти, и вы вольны поступать, как знаете. Только, по-моему, мы уже это проходили. Ваш брат уже пытался вырвать наши секреты силой и, по-моему, если я не ошибаюсь, у него ничего не вышло.

– Всегда можно сделать что-то большее.

– Конечно, в любом случае, решать вам. В сейчас, с вашего позволения, я пойду.

Денис отвесил принцессе глубокий поклон и вышел вон из каюты. Он поспешил прочь, и на душе у него было неспокойно. Весь остаток дня и всю ночь он промучился от сомнений и страхов, что, если он действительно снова обрёк своих собратьев на страшные муки, то изменить уже ничего нельзя было.

На следующее утро, так и не сомкнув за ночь глаз, он вышел на палубу. Дул холодный ветер с моря так, что было очень зябко. Поёжившись, он зашагал к резервуару с питьевой водой и тут, достигнув того участка, где начинались мачты, он увидел, что, несмотря на раннее утро, здесь во всю кипит работа. Отеотисы разворачивали паруса.

– Что случилось? – спросил Денис, остановив пробегающего с рулоном свёрнутой парусины паренька шиотиса.

– Божественные правители приказали возвращаться в город. Мы плывём обратно.

Паренек, услышав гневный окрик отеотиса, поспешил прочь, а Денис остался, рассеянно глядя на всё происходящее. Он просто не знал, радоваться ему или печалиться. Впереди была полная неизвестность об истинных намерениях правителей в отношении их судьбы, и это заставляло его сердце тревожно биться.

Около недели длился их путь назад, но вот на исходе шестого дня, вдали, наконец, показался знакомый берег, хотя знакомым теперь его можно было назвать с трудом, настолько он изменился. Там, где жидкий огонь встретился с водой, возник огромный нарост с небольшую возвышенность. Она была настолько причудливой, что напоминала фигуру невиданного существа. Увидев её, среди отеотисов поползли разговоры, что это статуя Шиметиса – бога разрушения. Из-за этого новообразования кораблям пришлось искать иное, более подходящие место для того, чтобы пристать к берегу. К счастью, песчаная коса, с которой касианцы садились на корабли, осталась в прежнем виде. Немного посовещавшись, было решено встать на якорь по обеим её сторонам, благо глубина это вполне позволяла.

Когда с корабля спустили дощатый настил, Марсет и Арена спустились на берег во главе большой группой вооруженных отеотисов, их личной охраны и с несколькими касианцами, включая и Дениса. Здесь тоже произошли большие изменения: берег, раньше усыпанный мелкими гладкими камешками, был сплошь покрыт чёрным наростом, пористым на вид. Двигаясь по нему, как по дороге, люди двинулись к городу. Всюду, где они проходили, им представлялся один и тот же унылый пейзаж – безжизненная выгоревшая равнина. От любого, даже очень маленького дуновения ветерка, с земли поднимался сизый пепел.

Когда путники подошли к тому месту, где ещё так недавно возвышался великолепный город, они увидели на его месте нечто ужасное. От рва не осталось и следа, а стена, местами оплавившись, словно кусок жира, представляла из себя жалкое зрелище. От ворот и моста ничего не осталось, вместо них в остатках стены зияла огромная дыра, походившая на разинутую беззубую пасть чудовища.

Когда путники прошли через неё на территорию города, им предстали обгоревшие и покрытые всё тем же пористым панцирем руины. Гора, виновница катастрофы, больше не извергала ни жидкого огня, ни пламени и даже дыма, что всегда курился над её вершиной, он больше не поднимался к небесам.

Кругом царила полная тишина, нарушаемая лишь хрустом пепла под ногами путников. Пробираясь между руин, они подошли к горе. От входа в храм не осталась и следа, вместо него на боку горы был уродливый нарост, да и сама она стала намного шире, заняв собой теперь площадь, равную территории кольцевой площади, некогда опоясывающей священную гору. Путники обошли гору и увидели развалины дворца. Как не странно, несмотря на все перипетии, он всё ещё сохранял свои очертания, хотя стены его и обвалились во многих местах, и их покрывали сплошные следы пожарища, он пострадал намного меньше всего остального поселения. Подойдя к нему вплотную, путники остановились и молча смотрели на него довольно долгое время. Затем правитель нарушил затянувшееся молчание, обращаясь к стоящей рядом Ареане и, не обращая никакого внимания на стоящего неподалеку Дениса:

– Итак, чтобы добраться до вещей хеттов, нужно каким-то образом попасть внутрь дворца, и не просто, а спуститься в подземелье. Очень сомневаюсь, что это теперь возможно.

– Но мы должны попытаться. Там, быть может, единственное средство спасения Вераоки.

Правитель молча посмотрел на сестру, и с минуту они смотрели в глаза друг другу, потом Марсет, не весело ухмыльнувшись, приказал трем отеотисам, вооруженным жезлами, и касианцам следовать за ним. Вместе они вошли в здание дворца. Внутри, как и снаружи, повсюду были следы огня. Потолок во многих местах обрушился, перегородив дорогу большими кусками, но их можно было обойти. Когда начались коридоры, здесь всё обстояло намного хуже: на этот раз путь перегораживали заторы, которые просто так невозможно было обойти.

Правителю пришлось отдать приказ о возвращении. Оказавшись снаружи, он, переговорив с Арианой, принял решение попытаться разобрать завалы и всё-таки проникнуть внутрь дворца. Много дней все хетты, не покладая рук, днём и ночью разбирали завалы, с каждым днём приближаясь к заветной цели. Наконец, когда проход в подземелье был почти восстановлен, пришла ужасная весть – состояние Вераоки резко ухудшилось, девушка угасала прямо на глазах. Когда это случилось, Марсет и Ареана поспешили на корабль, где всё это время оставалась их сестра. По дороге Денис догнал их и обратился к Ареане:

– Ваша божественность, подождите минутку, выслушайте меня!

– Не сейчас.

– Ваша милость, возьмите меня с собой.

– Что?!

– Ваша божественность, возможно, мне удастся помочь вашей сестре.

– Да ты совсем с ума сошёл, хетт?! Уйди с дороги, мне некогда слушать твои бредни!

– Это не бредни, ваша божественность. Я умею продлевать людям жизнь. Почему, по-вашему, никто из моих раненых собратьев, не многим меньше вашей сестры, не умерли? Я смог продлить их жизнь, не вылечить, но они ещё живы. Кто знает, возможно, я также смогу помочь и вашей сестре. Ваша божественность, пожалуйста, поверьте мне, в конце концов, вы же ничего не теряете.

Денис замолк, а принцесса не спешила с ответом, но, в конце концов, она коротко произнесла:

– Ладно, хорошо, идём.

Денис зашагал в конце процессии, при этом успев услышать гневный шёпот за своей спиной:

– Предатель.

Это больно полоснуло его по нутру, но решимость его была непоколебима. Уже почти ночью, продвигаясь в свете факелов, они вышли на берег и поднялись на корабль. Здесь, не задерживаясь ни на секунду, они прошли в каюту, где возле ложа умирающей находились верховный жрец и ещё двое его приближенных. Жрец читал какие-то молитвы. При появлении Ареаны и Марсета, он замолчал и склонился в глубоком поклоне, но тут, выпрямившись, он увидел стоящего позади всех Дениса.

– Что здесь делает этот нечестивец?

– Это не твоё дело, жрец. Он вызвался помочь нашей сестре, раз твои молитвы бессильны.

– Ваша божественность, вы можете сколь угодно сомневаться во мне, но вашей сестре уже никто и ничто не поможет. Несколько минут назад она вознеслась в чертоги своего отца.

Ареана и Марсет от услышанного просто замерли на месте. Денис же, напротив, решительно направился к ложу. Жрец говорил правду, девушка была мертва, но её тело ещё было тёплым. Очень осторожно он поднял её голову и прижал к своей груди, так обхватив рукой голову, что его ладонь прижалась к её лбу, вторую руку он положил ей на грудь и, закрыв глаза, сосредоточился. Но тут за его спиной раздался гневный крик:

– Не смей её трогать, грязный хетт!

– Брат, остановись, прошу тебя. Это наша последняя возможность, не мешай ему!

Денис невероятным усилием воли подавил все мешающие ему мысли, оставив лишь одну – желание помочь несчастной. Снова, как было уже не раз, он почувствовал всё нарастающий внутренний жар. Вот, горячая струя потекла по его рукам, минута, другая, время казалось застыло, превратившись в вечность, но вдруг под его руками девушка сделала судорожный глубокий вдох. Поток постепенно иссяк, и жар тоже угас, оставив после себя ощущение огромной пустоты. Денис открыл глаза, бледные щёки принцессы покрылись слабым румянцем, её грудь мерно поднималась и опадала в такт её дыханию и, хотя глаза её были по-прежнему плотно закрыты, всё же она была жива.

Он осторожно опустил её назад на постель и поднялся. Его охватила огромная слабость, так что он едва держался на ногах. Медленно оторвав глаза от оживленной им принцессы, он перевёл взгляд на окружающих. Все они словно окаменели, Ареана стояла неподвижно, прижав ладони ко рту, в её глазах стояли слёзы, на лице Марсета застыло выражение огромного изумления. Жрец же стоял с полуоткрытым ртом, его глаза буквально вылезли на лоб, а лицо перекосила такая гримаса, что, если бы не огромная усталость, Денис точно бы не удержался и расхохотался. Теперь ему было не до смеха, мир вокруг него вдруг угрожающе расплылся, а через мгновение, рассыпавшись на тысячи осколков, погрузился во тьму.