Текст книги "Серая сестра (ЛП)"

Автор книги: Марк Лоуренс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 31 страниц)

– Пора возвращаться.– Регол потянулся к руке Ары.

– Рули думает? – Чайник изогнула бровь. – Возможно, она действительно так думает. В любом случае, я буду наблюдать за вами. И охранять вас. – Чайник осталась на балконе, когда они ушли.

– Какое сообщение ты хочешь, чтобы я передала Ноне? – спросила Ара, когда они подошли к бальному залу.

Ара! Что... Я имею в виду... Заткнись! крикнула Нона.

– Я... – Регол казался озадаченным, даже оробевшим. Совсем не похоже на Регола. – Я не знаю, что ей сказать, когда мы лицом к лицу, так почему сообщение должно быть проще? – Он вздохнул. – Есть только… это то, что у нее есть… Я не очень хорошо говорю, но есть такое...

– Искра. – Ара поморщилась, когда ткнула иглой, прикрепленной к языку, в верхнюю губу.

– Да! Искра! Вот подходящее слово. Как будто в любое мгновение она может вспыхнуть. Как будто она может сделать все, что угодно. Ты знаешь? Я... ну… у нее это есть, и это меня притягивает.

Двери замаячили перед ними, и музыка стала громче, когда два швейцара открыли им дорогу. За ними ожидала сверкающая толпа.

– Так и есть. – Ара отпустила руку Регола и пошла впереди него.

Потребовалось всего несколько минут, чтобы появился Джордо Ситсис. Он пробрался сквозь толпу зрителей, еще раз представился Аре и изящно предложил ей руку.

– Я верю, Арабелла, что музыканты играют нашу песню. – Его принуждение марджал окутало ее теплым одеялом, которое заставляло принимать его так легко. Страхи Ары рассеялись, как туман перед солнцем.

Помни, что ты должна сделать, подсказала Нона, хотя она тоже чувствовала силу магнетизма мальчика.

Ара взяла Джордо за руку и позволила увлечь себя в медленный водоворот пар, каждая из которых была островом из двух, связанных мягкостью музыки. Она ничего не говорила, возможно, опасаясь, что может уколоться коротким кусочком острой стали, прикрепленным к кончику ее языка. Вместо этого она обвила партнера руками, когда он, в свою очередь, обнял ее за талию, затянутую в корсет.

Нона смотрела глазами Ары, стараясь не поддаваться гипнотической красоте ее партнера. Ноне казалось безумием утверждение Регола, дескать она, Нона, обладает каким-то похожим притяжением, которое действовало только на него. Она изучала танцоров так же внимательно, как и Джордо. У него могли быть сообщники в толпе, и, хотя у Ары было только два глаза, ей служили два разума, изучавшие то, что показывали глаза.

В танце все еще были па, но они казались менее формальными, более открытыми для повторения и развития. Каким-то образом десяткам пар, перемещающихся по узорчатому полу, удавалось пройти друг мимо друга без столкновения, словно существовала взаимосвязь множества танцоров, движущихся под одну и ту же мелодию. Он нервного напряжения у Ары пересохло во рту, она чувствовала себя неприятно восковой из-за защитного раствора, которым прополоскала рот, но все равно танцевала хорошо.

Джордо притянул Ару ближе, бормоча что-то о голубизне ее глаз. Ноне казалось ужасным преступлением лгать кому-то в глаза, скрывая убийство в акте любви. Быстрая жестокость боя была чем-то, что она очень хорошо понимала, но эта медленная ложь, эта паутина обмана, использующая все инструменты любви и обольщения… это ранило ее сердце и заставляло страдать. Пока Джордо нашептывал Аре на ухо сладкие и щекотливые пустяки, Нона решила, что ей не хватает стали, чтобы принять Серый Цвет и стать Сестрой Благоразумия. Хотя у нее были секреты и она лгала, это никогда не давалась ей легко и всегда оставляло горький привкус.

– ...хочу поцеловать тебя... – пробормотал Джордо и наклонился, чтобы сделать именно это, заключая Ару в клетку своих рук и усиливая свое принуждение к ее воле. Вопреки утверждению Регола, он не остановился, чтобы посмотреть Аре в глаза. Возможно, мальчик был недостаточно бездушен, чтобы встретиться взглядом со своей жертвой так близко к акту убийства.

Ара уступила наступлению Джордо так же, как она тренировалась с Реголом. Нона чувствовала напряжение в теле Ары. Это совсем не походило на поцелуй с Реголом, который им обеим нравился. Несмотря на свою внешность, Джордо был отвратительным существом, и позволение ему даже прикоснуться к ней, не говоря уже о том, чтобы разделить интимность поцелуя, заставляло Ару корчиться от отвращения.

Осторожно! бесполезно посоветовала Нона, когда губы Джордо встретились с губами Ары. Она была благодарна, что Ара была главной, проявляя сдержанность. Если бы это была Нона, то Джордо уже отшатнулся бы назад, его горло и живот были бы вскрыты ее дефект-лезвиями, и к черту все последствия.

Ара прикрыла иглу зубами и позволила Джордо вторгнуться. Сестра Сало научила их преимуществу тактического отступления, позволяющего врагу перенапрячься. Не было никаких признаков того, что Джордо наполнил рот Ары ядом. Он, вероятно, подождет до самого конца поцелуя, чтобы свести к минимуму яд, который получит сам. Но, поскольку жидкость была невелика по объему, безвкусна и имела температуру тела, ее было бы очень трудно заметить, даже если бы кто-нибудь стал ее искать.

Холодная уверенность овладела Ноной, ужасающая мысль, которая вырвалась из темноты разума и глубоко вонзила в нее свои зубы.

Дело совсем не в Чайник! Это ты, Ара! Все дело в тебе. Он убил всех остальных, чтобы доставить тебя сюда! Нона знала, что была права. Кого еще монастырь мог послать в такое место?

Меня? Зачем кому-то понадобилось меня убивать?

Раньше, чем, возможно, ей следовало бы, Ара высунула язык вперед со скоростью хунска и прочертила линию, которая поцарапала бы нёбо Джордо, если бы ничто не остановило иголку. Она почувствовала какое-то напряжение, как будто иголка вонзилась в плоть или кожу мешочка с ядом.

Сохраняя твердую решимость не глотать, Ара без предупреждения отстранилась от поцелуя, лишив Джордо шанса доставить свой яд.

– Мои извинения, – сказала Ара, – я ужасно плохо себя чувствую. – Она повернулась, чтобы уйти.

– Подожди. – Джордо схватил ее за руку гораздо сильнее, чем позволяли приличия. На его красивом лице был намек на уродство.

Он – орудие Лано Таксиса, сказала Нона. Они притянули тебя сюда, чтобы причинить боль мне. Это месть за его отца. Пытка, которую он пообещал мне! За много миль отсюда тело Ноны содрогнулось. Он сказал, что будет отрезать от меня кусочек за кусочком. И кем была Ара, если не кусочком ее сердца?

– Еще один поцелуй. – Джордо притянул Ару к себе. Они все еще двигались в такт музыке, покачиваясь в потоке танцующих. Теперь на лице Джордо появилась некоторая жесткость.

Он не глотает, сказала Нона, боясь не за себя, а за Ару.

Регол тоже будет в беде, сказала Ара. Они узнают о вас обоих.

Нас обоих? Что такое нас обоих? Нет нас обоих! Но даже когда она протестовала, Нона знала, что что-то есть и что они убьют Регола, с его внешним обаянием и скрытой нервностью. И она также знала, что не может этого допустить.

Тебе нужно выплюнуть любой яд, сказала Нона.

Не раньше, чем он проглотит! возразила Ара.

Джордо наклонился для второго поцелуя, обеими руками обхватив Ару, его сила была больше, чем у нее. Нона предположила, что Ару парализовал какой-то детский инстинкт, приличия Сис, страх скандала, страх опозорить свой дом. Нона не испытывала таких колебаний. Она взяла под контроль ногу Ары и ударила коленом в пах Джордо. Сильно.

Джордо отшатнулся, издавая слабые задыхающиеся звуки, когда внезапная боль захлестнула его голос. Нона с удовлетворением отметила, что в конце своего первого долгого вдоха он сглотнул.

Иди! Найди Регола и убирайся отсюда! Беги!

Джордо рухнул на колени, зажав обе руки между ног, затем повалился на бок. Это зрелище подтолкнуло Ару к действию. Она переступила через него и выплюнула полный рот слегка синеватой слюны, прежде чем поспешить прочь сквозь толпу танцующих. Все Сис вокруг Джордо остановились, осознание того, что что-то не так, стало распространяться по залу. Однако Ара двигалась быстрее и через несколько мгновений схватила Регола за руку:

– Все сделано. Нам нужно уходить. Быстро!

Регол нахмурился.

– Мне кажется, что яд подействует через несколько дней. Верно? Поспешное бегство будет выглядеть подозрительно. – Хотя, к его чести, он уже двигался, даже когда протестовал.

– Мне пришлось ударить его коленом. И Нона думает, что мы – мишени, ты и я.

– Почему? – Они уже выходили из бального зала, швейцары отвесили короткие поклоны, закрывая за ними двери.

– Это Таксис. Он пытается причинить ей боль и...

– Подожди. Что? Нона сказала тебе это? И ты говоришь мне об этом только сейчас?

– Для меня это было новостью. – Ара поспешно повела их по длинной галерее, которая, как предположила Нона, вела обратно к главному входу.

– Нона здесь? – Регол казался озадаченным. – Наблюдает за нами с Сестрой Чайник?

– Угу... что-то в этом роде. – Ара оглянулась через плечо. Группа мужчин в темном вошла в галерею и быстро приближалась к ним. – Нам нужно бежать.

Пока она говорила, впереди них открылась боковая дверь. Еще больше людей, которые, как подозревала Нона, были личной охраной Лано Таксиса, начали выплескиваться в галерею; все они были одеты в черное и без знаков различия дома. В свете лампы блеснули лезвия ножей. Первые двое были огромными, по меньшей мере герантами пол-кровками, ростом более семи футов и мускулистыми.

– Нам придется с ними сражаться, – сказала Ара.

– С помощью чего? Резких выражений?

– Ну, у меня действительно острый язычок... – Ара поднесла руку ко рту и вытащила иглу за острие.

Регол остановился и поднял кулаки. Нона знала, что он хорошо покажет себя даже безоружным. Но охранники, приближавшиеся к ним с обеих сторон, выглядели хорошо обученными.

– Лано это с рук не сойдет! – Ара повысила голос, для приближающихся охранников. – Только не под чужой крышей. За это придется заплатить чертовскую цену!

Нона задумалась, где же охранники того, кому принадлежал этот особняк. Она устроилась на задворках сознания Ары, зная, что ее подруга – смертоносный воин. Против дюжины обычных охранников Ара, скорее всего, одержала бы верх, даже безоружная и столкнувшаяся с ножами. Но качество этих врагов еще предстояло узнать.

Охранники молча бросились на них сзади и спереди. Регол присел на корточки и заплел ноги двум мужчинам. Ара подпрыгнула, ударив правой ногой в грудь одного охранника и, одновременно, левой в лицо охраннику, напавшему на нее сзади.

В следующий удар сердца Ара и Регол оказались среди врагов. Ара схватила за руку одного охранника и направила его на другого, потом ударила локтем женщину с жестким взглядом в горло, сбила с ног другого мужчину сокрушительным ударом ноги в колено. У некоторых врагов была кровь хунска, но скорость Ары все равно застигла их врасплох. Она вывернула нож из руки охранника, запястье которого только что сломала, и бросила его в бородатого геранта, пробивавшегося к ней. Клинок ударил того в глаз. Еще одно лезвие прочертило горячую линию вниз по ее руке, разрезав платье, пока она изгибалась.

Теперь у Регола было два ножа, и он использовал их, чтобы взобраться на геранта, прежде чем нырнуть в гущу еще большего числа врагов. Его тело было покрыто кровью, но была ли это его кровь, Нона не могла сказать.

Еще больше охранников присоединились к сражению. Нона понятия не имела, как Лано Таксис смог собрать на месте так много своих собственных войск или какое оправдание он мог бы предложить императору за резню, но сейчас для Ары и Регола было важно выжить. Ара была смертоносной и способной, но ей все еще предстояло окончить Мистический Класс, а затем Святой Класс, прежде чем она пройдет испытание мечом и станет Красной Сестрой. Как бы она ни крутилась и ни поворачивалась, это будет лишь вопросом времени, когда один из этих ножей, летевших к ней со всех сторон, погрузится по рукоятку в ее тело.

Иди по Пути. Это единственный выход, крикнула Нона.

Не могу. Ара боролась в трансе безмятежности, но ей было слишком трудно найти дополнительное спокойствие, в котором она нуждалась. Каждая клеточка ее тела была натянута до предела, двигаясь по морю тел, не позволяя ни одному из мерцающих лезвий ножа дотянуться до нее сквозь тонкое платье.

Позволь мне сделать это для тебя!

Ара ничего не ответила, но Нона почувствовала ее страх. Ни один из них не знал, как это будет работать, кто сможет овладеть силой, которую Нона принесет с Пути. Но Нона знала только одно – через дюжину ударов сердца Регол и Ара будут мертвы, несмотря на бойню, которую они устроили среди врагов.

Ноне не нужна была безмятежность, чтобы найти Путь. Ей не нужен был период спокойного созерцания. Или даже нескольких глубоких вдохов. Ей было нужно только одно – пылать от ярости. Еще одно лезвие полоснуло по ребрам Ары, и Нона была там, мчась по Пути так быстро, что, казалось, она летит.

Ярость Ноны заставляла ее бежать, но, хотя она хотела взять так много энергии, чтобы сровнять с землей особняк и превратить всех в нем в горящую скорлупу, она знала, что ни она, ни Ара не могли обладать такой силой. С проклятием она бросилась прочь всего через несколько шагов, кувырнувшись с извилистых поворотов Пути в темноту, которая должна была привести ее обратно к Аре.

– Нона! Какого ч...

Джула отшатнулась, закрыв лицо руками. Четыре шага заставили плечи Ноны упереться в полки. Свет, исходящий от кожи Ноны, отбрасывал угольно-черную тень Рули на ряды ярко освещенных книг, когда она тоже в смятении отступила назад. Еще несколько мгновений, и корешок каждой книги начнет тлеть. Из высокого окна библиотеки, застекленного единственным листом драгоценного стекла, в ночное небо ударил луч белого света.

– Нет! – Нона взвыла. – Не здесь!

С необузданной силой Пути, сотрясающего ее, она попыталась сосредоточиться на поцелуе, который теперь казался таким далеким, таким давним. Она видела два мира, один лежал поперек другого, раскаленную библиотеку и залитую кровью галерею, где Ара и Регол сражались за свои жизни.

Нона потянулась к Аре, и внезапно два мира превратились в один. Ара ахнула и напряглась. Один нож вонзился ей в живот, другой – между лопаток. Она выпрямилась, ее плоть начала светиться розовато-золотистым светом. Ни одно оружие не пронзило ее кожу, несмотря на желание врагов ее убить. Ее окутали доспехи Пути.

Ара вложила всю свою энергию в скорость и прошла сквозь ассасинов Таксиса, как будто они стояли без движения. Свет, льющийся от нее, осветил врагов, обнажая застывший ужас на лицах людей, пойманных в ловушку мгновения. Те, кто стоял у нее на пути, разваливались на части, как будто были гнилым мясом, едва способным удержаться на ногах.

Регол, сражавшийся со скоростью полн-кровки хунска, сумел медленно повернуться и в шоке уставился на Ару, пришедшую ему на помощь. Она вонзила ногу в ближайшего из нападавших, как будто тот был не более чем кучей снега. Удар послал волны, пробежавшие по плоти следующего нападавшего, дробя кости везде, где они были.

– За мной! – Ара повернулась, отбросив опускающийся нож в сторону с достаточной силой, чтобы сломать лезвие.

Она пошла впереди по галерее, оставляя за собой трупы. Регол последовал за ней, нанося удары руками и ногами любому, кто остался стоять. Они прошли через двери в дальнем конце и оказались в большом вестибюле почти до того, как тела тех, кого Ара убила первыми, успели упасть на пол.

На темной площади в четверти мили от особняка Ара и Регол остановились, тяжело дыша, легкими порывами налетал дождь. От Ары все еще исходило слабое сияние. Оба были липкими от крови. Платье, которым так восхищалась Нона, теперь висело, разодранное на ленточки, которые развевал ветер, обнажая слабо светящуюся плоть.

– Это. – Регол сделал глубокий вдох. – Это было невероятно!

Ара склонила голову в знак согласия:

– Очень важно, убивая послушницу, не забыть привести с собой армию достаточного размера.

– Серьезно... – Регол кивнул. – Вы все можете такое делать?

Ара покачала головой и откинула прядь волос там, где кровь прилипла к ее щеке.

– Мне помогли, – сказала она. – Нона.

– Нона? – Глаза Регола расширились.

– Да. – Ара кивнула. – У нас есть связь, у Ноны и меня.

Было что-то в том, как она сказала это ему, что-то, что Нона уловила в тоне ее голоса. Вызов? Предупреждение? Ара защищала ее?

Регол, казалось, собирался что-то сказать, но, как только он открыл рот, к ним подбежала Сестра Чайник. В руке она держала окровавленный нож, ее одежда была разорвана в нескольких местах, а это означало, что она тоже поучаствовала в драке.

– Вы знаете, что это должна была быть Серая операция? Тонкая охота за подсказками. Вошли и вышли, и никто вообще не знает, что мы здесь были? – Она стояла, глядя на окровавленную пару перед собой. – И теперь у нас есть галерея Венсис-холла, похожая на бойню... галерея, на которую напали рейдеры Дарна... а затем подожгли!

– Мы ничего не поджигали! – запротестовала Ара.

– Тогда, предположу я, эти подсвечники сами столкнулись с гобеленами. – Чайник покачала головой. – Это должен был быть один поцелуй!

Моя вина… Нона передала эту мысль по нить-связи, которую она разделяла с Чайник. Я просто пыталась спасти Ару.

– Даже не знаю, сколько мертвых ты оставила. Слава Предку, что ни один Сис не умер! – Чайник перевела взгляд с Ары на Регола.

– Ну, один умрет. Через пару дней, – сказала Ара. – Но он этого заслуживает.

Это моя вина, повторила Нона. Все это. Лано Таксис пытался выманить Ару. Она все это время была мишенью. Джоэли, должно быть, сказала ему, как мне будет больно, если она умрет.

Чайник опустила голову, глубоко вдохнула и выдохнула.

– Мы вернемся в монастырь и ответим за свои поступки. Что сделано, то сделано, я полагаю. – Она начисто вытерла нож о складку своего одеяния. Настоятельнице Стекло просто придется учесть этот фактор в своих уравнениях. X – это Нона Грей. И никто не знает, что это такое. Чайник снова вздохнула и изобразила улыбку. – И это не значит, что я не понимаю, к каким неприятностям может привести один маленький поцелуй...