Текст книги "Пари на императора драконов (СИ)"

Автор книги: Мария Лунёва

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 35 страниц)

Глава 16

Я подчёркнуто обратилась к нему на «вы», но при этом назвала по имени.

– Да, леди Юниль. А в твоей карточке место для вальса мне найдется? В идеале – первого.

Вроде и ради вежливости спросил, но именно этого я и ждала.

– Боюсь, что вынуждена вас огорчить отказом, Льюис, – я раскрыла карточку и показала ему. – Увы, нет. Для вас у меня просто нет свободного танца. Ни первого, ни второго, ни последнего. Я подарила свое внимание другим.

Улыбка медленно сошла с его губ, когда он перечитывал список ухажёров. Да, видимо, к подобным ответам правитель Южной империи не привык. Что же, буду первой, кто не помчался отказывать другим ради него.

– Олсен Стейн, – он забрал карточку. Его кадык дёрнулся.

– Я ведь ведьма, император, невеста для любого свободного орина желанная. А наследник генерала Ивара Стейна в открытую демонстрирует симпатию ко мне. Уже думаю отцу писать. Если он одобрит кандидатуру, то начну официально принимать его ухаживания. Как полагаете, наш союз будет удачным? – протянув руку, вынула из его ладони свою карточку, при этом скользнув по его пальцам своими.

Вроде бы и случайность, но в то же время и нет.

Сабрина, всё это время стоящая рядом, как-то смущенно поглядывала в пол. Куда вся смелость орины делась? Как вызов мне бросать, так нос кверху. А как танцевальную карточку пустую демонстрировать, так смущается.

– Ну, Юниль, ты вроде как недостатка в ухажёрах никогда не имела, не удивлён твоим успехом и здесь, – вмешался генерал Ярвен, – но только не понимаю, почему Дара стоит отдельно? Вы поругались?

– Нет, вовсе нет, – я покачала головой. – Ваша дочь на меня оказывает очень благоприятное влияние. Хотя скорее не она, а фер Комир. Он знакомит меня со своими друзьями. Думаю, знает, что именно среди них мой истинный, так что и в другие стороны смотреть дальше не стоит. Уверена, император Льюис не расстроится, что я достанусь на первый вальс другому. Увы, любовь ведьмы получает лишь самый-самый для нее, – я шутливо рассмеялась, хотя и понимала, что бью по самолюбию правителя наотмашь.

Льюис недовольно прищурился.

Я же, поклонившись, развернулась и поплыла к своим новым друзьям. Да, игра началась. Вот пусть там стоит отвергнутый и смотрит, как я кружусь в объятиях других.

Он не мой император, и я не его подданная. Так-то!

Это даже лучше, чем если бы вальс ему достался. Станцевал бы и забыл. А так... ему сказали «нет». Ему предпочли других и в открытую назвали лучшим не его. Задетая драконья гордость дорогого стоит.

А уж императорская... А Льюис и раньше злился, когда я в его присутствии хвалила других. Его характер не мог настолько измениться.

Так хотелось обернуться, но нет. Я гордо шла вперёд, покачивая бёдрами. Пусть он смотрит.

Я займу его мысли, и он сам не заметит, как начнёт думать обо мне.

Моя улыбка стала шире.

– Леди Юниль, – Олсен стоял там же, где я его и оставила. – Что вы такого сказали императору, что он не сводит с вас взгляда?

– Всего лишь, что буду танцевать вальс с вами, – не смущаясь, заявила я.

– А-а-а, – он поймал мою ладонь и поднес ее к губам, – могу вас заверить, что не отдал бы ему этот танец. Свой шанс я упускать не намерен.

Я кивнула и все же обернулась. Льюис действительно наблюдал за нами. И мне вдруг показалось, что я ощущаю его злость. Но... разве она должна меня волновать?

В конце-то концов я подданная императора Айдана Свирепого, – снова повторила про себя. – Так что фи три раза.

Села на диванчик рядом с Комиром и взглянула на него. А после, по непонятным мне причинам, потянулась и поцеловала его в щеку. Странный порыв. Даже немного глупый, но ответом мне служила счастливая улыбка.

– Почему ты помогаешь мне, а не Даре и Сабрине? – шепнула так, чтобы слышал лишь он.

«Потому что лучших друзей мы вольны выбирать сами», – вывел он на дощечке. И, немного подумав, добавил: «Действуй, как считаешь правильным, Юниль, судьба и удача наблюдают за тобой».

И я рассмеялась.

... Вальс... Я кружила в объятиях Олсена и не забывала ему томно улыбаться, поглядывая при этом совсем на другого мужчину.

Император Льюис. Такой холодный, надменный и все еще злой. Он нарушил все традиции и не открывал бал. Просто стоял и смотрел. Да, Сабрина находилась возле него. Как же так? Он не пригласил свою предполагаемую истинную на тур. Ай, как нехорошо.

Вот только меня эта мысль не только порадовала, но и ущипнула за душу.

Вот кто нас, ведьм, разберет, а орину эту наглую жалко стало.

– Могу я вас, Олсен, кое о чем попросить? – прощебетала дракону, что слишком уж вольно сжимал меня в объятиях.

– Да, но в обмен на ответная просьба обращаться ко мне на ты.

– Предлагаете быть друзьями? – я приподняла бровь.

– Вот уж извольте, нет ничего страшнее, чем оказаться в друзьях у такой красавицы. Я уж лучше останусь на своем месте – воздыхателя. Но все же на ты.

– Хорошо, тогда вот тебе моя просьба. Девушка возле императора Льюиса Темного. Ее зовут Сабрина Ордо. И карточка ее до безобразия пуста. А у нас так много друзей... Нельзя, чтобы первый бал в императорском дворце и вот так у стенки.

Он легко нашел нужную орину. Взгляд его сделался задумчивым.

– Я что-то слышал о ней. Вроде как драконесса теперь под опекой генерала Ярвена.

– Да, именно так. Император просил, чтобы мы сдружились, но что-то не вышло пока. Но мне неприятно смотреть, как она стоит и скучает...

... возле моего Льюиса, – добавила про себя.

Пусть уж лучше ею займутся местные холостяки. Чем она там будет печально вздыхать, привлекая к себе внимание.

– Хорошо, я шепну о ней кому нужно, – Олсен развернулся и прогнул меня в талии.

Вспомнив о танце, я еще и ручкой повела... ну, чтобы декольте выгоднее смотрелось. У драконов сверкнули глаза... У Олсена от удовольствия, а у Льюиса, кажется, от крайнего неудовольствия.

Как замечательно.

Меня закружили дальше. Я порхала над танцполом. Шелковый подол моего розового платья взлетал, демонстрируя щиколотки и нежно-кремового цвета туфельки.

Как я улыбалась, как изящно, невинно и кокетливо позволила себя приподнять и покружить.

Ну просто ведьминская магия во мне переплюнула сама себя. Папенька был бы здесь, уже бы слег с ударом.

А это только первый вальс...

Глава 17

Беседы. Весёлые, лёгкие. Мы сидели на удобных диванчиках большой компанией и обсуждали последние новости. Вернее, мужчины активно спорили на политические темы, а нам с Аделией только и оставалось, как переглядываться улыбаясь.

Мой взгляд время от времени находил в зале Дару и Сабрину. Они стояли одни. Иногда возле генерала Ярвена. Он хмурился, но ничего не предпринимал. Наверное, всё дело было в Комире, который не отходил от меня ни на шаг, словно охраняя, как цепной пёс. Это слегка пугало. И в то же время я прекрасно знала, что провидец наш надёжен. И если он что-то делает, то так и надо.

– ...Выходит, дипломатическая миссия в пустыню пока отменяется. Жаль, я желал к ней присоединиться...

– ...Что ты забыл у пустынников? Оталы особо чужаков не жалуют, хотя, говорят, торговать с нами не против.

– ...Слышал, на дорогах видели их обозы, но пока до столицы они не добирались...

Я слушала разговор постольку-поскольку, особо не вникая в суть. Но кое-что слегка зацепило.

– Не только сюда они едут, но и на Север. Нам тоже есть что предложить пустынникам, – вставила своё слово.

Комир усмехнулся и кивнул.

– Север всё отстаёт от Южной империи, – на лице Киана Орма появилось выражение лёгкого превосходства, что не могло меня не задеть.

– Ошибаетесь, орин, – хотя я и знаю, что ваши земли богаты, но всё же до Севера вам далеко. Ханым Руньярд отстраивает новые деревни, приглашает целые ведьминские роды. Всё это порождает спрос на товары любого назначения. То, что не купят у вас, на Севере разлетится, как горячие пирожки в стужу. Так что выгоднее товар везти именно в наши края.

– Леди Юниль, вы не только красивы, но ещё и умны, – Олсен склонился в поклоне.

Но смотрела я на Киана. Он крепко так призадумался.

– Говорите, люди сметут то, что не раскупают у нас... – Его глаза полыхнули красным пламенем. – Интересно, а если я направлю к вам обоз с тем, что лежит на моих складах... Вы вложили в мою голову интересную мысль.

Я растерянно хлопнула ресничками. Нет, ну он орин и наследник своего отца, это ясно понятно, но всё же...

– Интересно, кто вы больше, орин Киан, торговец или воин? – кажется, Аделия тоже слушала наш разговор.

– Я, милая орина, тот, кто унаследует богатый край. Так что в мирное время я торговец, ну а если уж в мои земли придёт война, то подниму меч и вспомню всё, чему меня учил отец.

Откинувшись на мягкую спинку диванчика, я внимательно рассматривала молодого орина. Интересен и горяч. Да... всё же он вспыльчив, об этом свидетельствовало биение жилки на виске. Высокие скулы, прямой нос. Беспокойство в глазах. Его пальцы то и дело сжимались в кулаки, он контролировал свой нрав.

Не давал огненной магии овладевать эмоциями.

Мое внимание скользнуло за его взглядом, упрямо возвращавшимся к Комиру. Ага, вычислил, кто из присутствующих ближе всего к моему дядюшке Руньярду.

Хорошо, признаю, Киан Орм еще и умен.

– А может, и мне заслать к вам партию с сушёным виноградом, – задумчиво так, с хитрецой протянула Аделия. – Я уже давно помогаю матушке с виноградниками и готовлю весьма полезные и вкусные смеси из сушёных фруктов...

– Любопытно, я помню вашу матушку, орина Аделия, когда она была примерно вашего возраста. А теперь здесь сидите вы...

Услышав за спиной голос Льюиса, я резко напряглась. Вся легкость вмиг исчезла. Боги, даже не заметила, когда он подошел. И главное, повернуть голову гордость не позволяла. Вскинув подбородок, поймала на себе взгляд Олсена и прищурилась.

Орин изучал меня, нисколько не смущаясь.

– Да, император, матушка рассказывала мне о той встрече, – голос Аделии заметно дрогнул.

Представляю ее смущение, и ведь непонятно, вскакивать и поклоны отвешивать или продолжать сидеть. Ситуация была неоднозначная. Как бы и дружеская обстановка, и тут такой собеседник со спины подкрался.

– Да, мне едва тогда исполнилось четырнадцать. Но свое взросление я прошёл, – Льюис заговорил, а я невольно передёрнула плечами. Было ощущение, что в ловушке. – Из-за высокого статуса мне делали послабление и разрешали с другом посещать балы, танцевать с молодыми оринами и делать вид, что я значительно старше своих лет.

Я снова вздрогнула, скорее почувствовав, что он стоит прямо за мной. В каких-то миллиметрах. Нависает. Я словно ощущала жар его тела. Ладони Льюиса опустились на спинку рядом с моими обнажёнными плечами. Я не удержалась и скосила взгляд. Казалось, вот сейчас его большие пальцы коснутся моей кожи.

Это было на грани приличий. Так близко...

Олсен выдохнул. Его взгляд стал тяжёлым и холодным.

Комир издал смешок. Вот уж кому было весело. Поджав губы, я сложила руки на груди и, исхитрившись, ущипнула его. Он снова неоднозначно хрюкнул.

– Наш Всегдавсезнающий фер весел, – раздалось над нами. – Интересно, что же такого весёлого ты увидел, друг мой?

Я зыркнула на весельчака.

Он же спокойно чуть выдвинул вперёд доску и написал...

«Я вижу результат забега, император. Жаль, Юниль не узнает, чем всё закончится, уедет домой на Север».

– А что должно закончиться? – шёпотом поинтересовалась я. – Что я пропущу?

«Ничего важного для себя, не переживай», – успокоил он меня.

– Уедет? – Льюис склонился ниже.

– Ну да, – я собрала в кулак всю свою смелость и всё же взглянула на него. – Я ведь здесь под вашим присмотром, только пока папенька отлучился.

Стоит. Суровый такой. Не улыбается.

«Всё верно, – появилось на дощечке. – Тебя здесь совершенно ничего держать не будет».

– О, это интересно, – вмешался в наш разговор Олсен, – а не пригласите ли вы меня в гости, леди Юниль? Оказывается, я так много не знаю о Севере. Вы умеете заинтриговать мужчину.

– Орин Олсен, это слишком уж откровенно и навязчиво, – в голосе Льюиса зазвенел лёд.

– Конечно, приглашу, – мягко перебила я его, сделав вид, что и не заметила этого. – Я думаю, милый Олсен, вам очень понравится у нас.

– А мне присоединиться позволите? – Киан как-то незаметно встал возле родственника.

Стало понятно – эти двое выступают как нечто единое.

– Конечно, – я мило улыбнулась. – Как же не пригласить. Отец будет рад видеть в нашем доме сыновей своих друзей. Странно, что мы в детстве не успели познакомиться.

Надо мной раздался очень тихий, почти неуловимый недовольный рык, сделав меня на мгновение весьма счастливой ведьмой.

Глава 18

Разговоры продолжались. Как-то очень тихо и робко к нам подошли Дара и Сабрина, и если драконесса вела себя скромно и как-то неуверенно, то Дара прожигала дыры в брате, словно требуя от него что-то.

Льюис стоял за моей спиной, вызывая мурашки на затылке. Порой мне казалось, что я чувствую его прикосновения, легкие и тайные.

Возможно, я придумывала себе это.

Олсен, заметив орину Сабрину, что-то шепнул Киану, тот лукаво улыбнулся и отошел от него на шаг. Еще через несколько минут карточка молодой, красной как помидор, драконессы была заполнена. Хм... странная скромность для такой хамки.

Эта орина все больше ставила меня в тупик.

Но тем не менее, я довольно выдохнула. Вот и правильно, пусть наслаждается придворной жизнью и проводит время в объятиях других. Подальше от императора.

А пока она там будет бледнеть, краснеть и зеленеть, я выиграю наше пари.

Оставалась Дара. Она с недовольным лицом демонстративно подпирала мраморную колонну плечом, будто выполняла важную миссию – не позволяла ей на нас обрушиться.

При этом она нагло игнорировала освободившееся для нее кресло сбоку. Бедный орин, поднявшись на ноги, теперь не знал, что и делать: то ли плюнуть на гордую магичку и усесться обратно, а то ли сделать вид, что это не он там только что сидел.

– Чего Дара так гневом пылает? – не выдержав, шепнула я на ушко Комиру.

Но фер не ответил. Лишь как-то неопределенно кивнул. Настроение сестры его явно не заботило.

Заиграла веселая мелодия, и передо мной появился очередной воздыхатель.

– Вы позволите вашу руку? – его глаза озорно сверкнули, и я заметила, как раздуваются его ноздри.

«Ну хоть удосужился проверить меня на истинность», – мелькнула мысль в голове.

– Конечно, – я поднялась и почувствовала, как ладонь Льюиса скользнула вдоль моего позвоночника.

Резко обернувшись, приподняла бровь:

– А напомни мне, Юниль, с кем ты танцуешь третий вальс? – спросил он с такой улыбкой, что я подозрительно прищурилась.

– М-м-м, – сделала вид, что заглядываю в свою карточку. – Не с вами, император. Определенно не с вами.

Подмигнув Комиру, позволила увести себя на танцевальное поле.

Музыка подхватила... или это был сильный черноволосый дракон. Он кружил меня, не позволяя себе, правда, ничего лишнего. Даже в декольте и то смущаясь зыркал. Милый такой...

А после был еще один танец...

И еще...

Возвращалась я к диванчику раскрасневшаяся и в приятной компании.

Аккуратно присела на свое место и заметила, как Льюис быстро появился за спиной. Ну, как грозный ястреб добычу стережет, – промелькнуло сравнение.

– И о чем ведем разговор? – я осмотрела компанию.

– О вас, – Олсен просиял, – я решил выпросить у Киана ваш второй вальс. Но император считает, что это недопустимо.

Я обернулась. Да уж, сейчас Льюис не ястреба напоминал, а ворона, готового выколоть глаза своему сопернику.

– Да... – прощебетала я, – странно. Всегда считала это приличным. Комир записался к Аделии сразу на два танца. Но простите меня, дорогой Олсен, я не отдам вам вальс, обещанный милому Киану.

Глаза черноволосого орина довольно полыхнули огнем.

– Да я бы и не отдал. Вот еще... – во всем его облике сквозило высокомерие и самоуверенность.

Эти двое вообще были для меня очередной загадкой. Чувствовалось, что росли как братья. Но кто старше? Кто в их тандеме главный... вот так сразу не разобрать. Олсен производил впечатление хладнокровного, расчетливого мужчины. А Киан – живое пламя, способное испепелить в считаные секунды. Огонь и лед, как есть.

– Ну а ты, друг Комир, уступишь мне танец Юниль?

Льюис, кажется, не отступал. Мне показалось это странным.

– Император Льюис, – обернулась и шепнула так, что лишь ему да, собственно, и медведю нашему было слышно. – Нет у меня для вас места... Нигде нет. Если не Комир, значит, я буду танцевать с Олсеном. Он пришелся мне по душе. Думаю, отец одобрит. Он всегда говорил слушать сердцем, а биение вашего я больше не слышу. Чужие, так чужие! На этом всё!

– Я не говорил, что мы чужие, – маска холодного безразличия спала с его лица.

– Зато это сказала я! – в моих глазах полыхнула тьма. – Вы меня знаете, император. Не свой – значит чужой. Выбор вы сделали сами. Я танцую с Комиром, но не с вами.

– Комир? – голос императора походил на рык.

Но светловолосый фер, кажется, нас не слушал. Он что-то быстро рисовал. Угольный карандаш буквально танцевал в его руках. Я видела скачущую лошадь и лежащую девушку на её спине.

– Комир... – тихо шепнула я.

Льюис тоже следил за его руками, не отрываясь. И вдруг карандаш замер, а фер, повернув голову, взглянул на меня абсолютно красными глазами. Улыбнулся... И, положив ладонь на рисунок, стер его, испачкав рукав своего сюртука.

– И что это значило? – Льюис не сводил с него взгляда.

Но ему никто не ответил. Наш медведь снова ушел в себя.

Это смутило.

Бросив еще один взгляд на императора, я села ровно и сложила руки на коленях. Олсен все это время наблюдал за нами. Его лицо сейчас ну никак нельзя было назвать добрым.

Беседы продолжились...

Но я все больше молчала, чувствуя недовольство того, кто был за моей спиной.

Не понимала, что творится в его голове. Чего вдруг воспылал желанием танцевать? То внимания не обращал, а тут откуда что взялось...

Заиграли первые звуки вальса. Вскочив, я сама подошла к Киану, но вместо черноволосого дракона вдруг оказалась в объятиях блондина.

– Я слышал, ведьмы уважают силу и решимость, – Олсен мягко сжал меня за талию. – Я решил украсть ваш танец, Юниль. Второй вальс за мной.

Я и пискнуть не успела, как меня утащили в зал.

Олсен действовал пугающе быстро и решительно.

Кружась с ним, я вдруг натолкнулась взглядом на удаляющуюся фигуру Льюиса. Нет, он не покидал зал, но явно целенаправленно искал кого-то.

Какая-то неясная тревога кольнула сердце.

– Зачем вы так открыто вызываете на конфликт правителя? – тихо шепнула, зная, что Олсен услышит.

– А почему я должен уступать? Ты не истинная ни ему, ни мне. Тут как на войне: кто покорил, того и трофей!

– А мое мнение учитываться будет? – поинтересовалась, не сдерживая возмущения.

– Вам честно, леди? – под его глазами сетью расползся ледяной узор. Голубых чешуек над бровями стало заметно больше. – Я спрошу у вас ваше «да», Юниль. Обещаю!

Он улыбнулся, на мгновение показав крупные клыки.

Вот теперь я остро ощутила разницу между восторженными мальчиками и мужчинами, знающими, что именно от женщины им нужно.

Глава 19

Вечер перестал быть легким и веселым. Я словно оказалась в клетке с драконами, и милым оставался только свирепый белый медведь, который, кажется, решил танцевать только со мной и Аделией. Больше ни в чьих карточках он не отметился. Дара и Сабрина не покидали нашу компанию, но в открытый разговор не вступали. Я вела себя с ними так, словно никакого пари и ссоры не было. Ну а что еще было делать? Не упускать же их из виду. Еще не хватало проиграть спор драконессе.

Улыбнувшись, я поднялась с диванчика и решила прогуляться до столов, ломящихся от закусок. Ну а что? Устала, проголодалась. А аппетит у меня всегда был отменный. Взяв небольшую белую тарелочку, принялась собирать на нее небольшие бутербродики с красной рыбой, сыры, холодное мясо... Что-то отправлялось сразу в рот. В какой-то момент рядом со мной появилась Дара.

Лера хмурилась:

– Вы ведете себя с Сабриной как дети, Юниль, – шикнула она на меня. – Вы хоть понимаете, на кого поспорили? И главное, зачем?! Вы что, скандала хотите? Ваш спор нелепый и опасный! Это неслыханная дерзость! Немыслимая!

– А что такое? – я вскинула голову. – Эта маленькая драконесса поняла, во что влезла, а теперь через тебя пытается надавить на меня и заставить отказаться от пари? Ну пусть сама подойдет и извинится. А я подумаю.

Я довольно ухмыльнулась и нашла в сторонке от мужчин одинокую белокурую фигурку. Ну не орлица, а воробышек напуганный.

– Нет, ты не права. Я пытаюсь достучаться до тебя и призвать быть умнее и мудрее.

Я аж замерла с тарталеткой, наполненной красной икрой, в руках.

– Я и мудрость, лера... Ты пила пунш? Говори откровенно, сколько бокалов?

– Хватит, – ее шипение становилось громче. – И чего это ты с этим Олсеном крутишь?

– Я? – нет, ну я все-таки откусила угощение. – А вам-то что? Или мы и с тобой пари заключим, но теперь на него? А что, в храм под руку сразу двоих поведу!

Она шумно выдохнула:

– И самое противное, что Комир туда же.

– А вот друга моего единственного и верного не тронь, – я ткнула в нее пальцем. – Тебя именно это и задело, да? В нашем споре брат оказался не с тобой заодно. Он ведь тебе сказал – меня держаться нужно. А ты... Эх, лера Дара. Не на ту ты поставила.

– Да я ни на кого не ставила. Нет! Меня раздражает, что вместо того, чтобы дружить, как прежде, я вынуждена разрываться между вами. За что ты ее вот так сразу невзлюбила?

– Дара, это не я предложила пари, – напомнила ей, теряя терпение. – Не я... Так что тебе не со мной отношения выяснять. На этот раз, лера, ты ошиблась.

Между нами вдруг появилась рука и взяла тарелку. Повернувшись, я натолкнулась на усмехающегося Комира.

– То есть мириться ты не намерена? – фыркнула уязвленно Дара.

– Я с тобой и не ссорилась, а с ней, – я кивнула на мнущуюся в сторонке Сабрину, – дружна не была.

– Да чтобы вас обеих! Упертые ослицы! Одна молчит и не признается, зачем вообще тебя на спор подбила, а вторая не желает думать и слышать голос разума.

– Ну почему же? – я пожала плечиками. – Слушаюсь я Комира. Честно говорю. Правда ведь, разум мой? – я поймала его за руку и сжала.

Он, важно кивая, набивал тарелку до отвала.

... Усталость медленно сковывала тело. Перерывы между танцами стали делать длиннее, разговоры велись громче. Споры становились жарче.

Дара злилась, Сабрина делала вид, что милая драконесса. Она танцевала, пыталась улыбаться многочисленным оринам. Но чувствовалась в ней некая робость. И чего она вообще ко мне полезла? А такая храбрая была, когда говорила, что моего Льюиса к рукам приберет. Или притворяется перед ним и другими? Строит из себя невинную ящерку.

Я недовольно фыркнула. Ну да. Видимо, когда рядом нет мужчин, маска невинной овечки спадает. Слишком уж она тогда вызывающе себя вела, когда мне спор навязывала.

У-у-у, гадюка двуличная.

… И снова звуки вальса… Третий танец!

Повернув голову, я взглянула на жующего Комира. Он не двигался. Словно и не слышал.

Смутилась. Прищурилась. А медведь знай себе сидит и уплетает бутерброды. Ну что за фер, а?

– Леди Юниль, – вздрогнув, подняла голову и уставилась на Олсена.

– Совесть есть? – вырвалось у меня.

– Дома оставил, – он протянул мне руку.

– Третий вальс, – напомнила ему.

– Был бы четвертый, я бы и его не упустил.

– Олсен Стейн! Это уже неприлично.

– Да ладно. Готов к официальным ухаживаниям.

Ну что за дракон, а? Зла на него не хватает.

– А я вас точно домой приглашу, как сестрички повзрослеют. Вот не забуду. Три ведьмы на вашу голову, и пусть они вас делят.

– Какие милые угрозы, Юниль. Если они похожи на вас, то я готов. А сколько им сейчас?

– Тринадцать. Милый возраст, – я сознательно тянула время, не поднимаясь с дивана. Все надеялась, что кое-кто набьет брюхо и вспомнит о том, что записан в моей карточке.

– Хм... Умеете заинтриговать, но я желаю заполучить вас... леди. И проигрывать я не привык.

Он сделал шаг ко мне.

– Ко-о-омир! – прошипела я.

Дракон усмехнулся, протянул руку, но замер. На мое плечо опустилась тяжелая медвежья лапа.

– Наелся, друг мой драгоценный, – продолжала я шипеть.

Он кивнул и, нехорошо так взглянув на Олсена, встал. Я за ним, не зная, то ли его поцеловать от радости, а то ли кулаком зарядить между лопаток.

– В следующий раз станцуем, – я нарисовала на лице улыбку и кивнула настойчивому орину.

– О, поверьте, так и будет, – он кивнул в ответ и отошел.

– А с тобой спорить не осмелился, – шепнула я Комиру, стоило нам немного отойти.

Рука фера опустилась на мою талию. Я пристроила свою ладонь на его плечо, и мы сделали первые шаги.

– Они так боятся тебя, Комир. Ты и правда можешь в обороте разодрать дракона?

Я поймала его взгляд. И он качнул головой подтверждая.

– Но дело не только в этом, да? Льюис – сильнейший темный, но Олсен рискнул пойти против него. Есть еще что-то?

И снова кивок.

– Дело в твоем даре?

Моргнул.

«Нет», – поняла я.

– Ты действительно необычный. И знаешь, в чем странность? Я ведь в тебе не брата вижу. Мужчина, опасный и сильный. Но при этом с тобой так легко. Ни смущения, ни страха. Это что-то значит?

Он улыбнулся.

– Друзья, да?

Довольный кивок.

– Повезло же мне, – выдохнула, позволяя ему вести себя в танце.