Текст книги "Пари на императора драконов (СИ)"

Автор книги: Мария Лунёва

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 35 страниц)

Глава 44

– Само? – Я рассмеялась, и эхо моего смеха унесло куда-то под потолок. – Ничего себе у тебя «само». Это как взяло и само пари на императора нарисовалось? Вот внезапно ты рот открыла, хотела, наверное, мне здоровья пожелать, а оно возьми и как само вырвись. И условия тоже сами? А ты не при делах, у тебя и в мыслях не было.

– Да нет же... Все не так, – прошептала она.

– Нет, орина Ордо, ты была не просто уверена в себе. Ты была наглой!

Она шумно выдохнула, беспомощно как-то. Я загнала ее в угол, и отпираться она больше не могла.

– Понравился, да, император? – тихо рассмеялась я. – Конечно. Я ещё девочкой была, но видела, как на него смотрели первые красавицы нашей деревни. Как они крутились вокруг него, ловили взгляд, пытались завести разговор, но знаешь... он уже тогда смотрел сквозь них. Такое, как ты, – незаметная пыль. Вы ничтожны в своем стремлении занять трон рядом с ним. Власть... Тебя ведь она привлекла? Сам император за тобой прибыл, лично ко двору доставил. Такой особенной себя возомнила.

– Да нет же, – вскрикнула она и отступила на шаг. – Нет... Просто...

– Что просто? – я приподняла бровь. – Всё у тебя, орина, само да просто.

Ее подбородок дрогнул, но она все же подняла взгляд. Ай, какой смелой пыталась быть. Я сверкнула глазами, выпуская свою тьму, и она сглотнула, растеряв вмиг всю храбрость.

Смотреть противно. Трусиха!

– И вообще, Юниль, чего мы здесь его делим? Он... Император сам сделает выбор. Считаю все это пустым. Наше пари нужно забыть и не вспоминать о нем.

– Еще раз назовешь меня по имени, получишь пощечину! Не забывайся, я тебе, орина Ордо, не подруга, и даже тот факт, что твоя родная сестра – истинная моего дядюшки, дело не изменит. Я еще ему расскажу о том, чем ты тут занималась, когда твоя сестра пропала. Уж явно не о ней переживала, нет. Задрав хвост, ты тут за императором бегала, песенки ему исполняла, улыбки дарила.

– Не было такого! – взвизгнула она. – Я свою сестру люблю! Ясно тебе! И да, я переживаю за нее. Но тебе не понять! Вы темные...

– А вот здесь тебе лучше заткнуться... – резко оборвала ее, – с детства не переношу оскорбления. Могу и вспомнить, откуда я родом, и все космы без магии тебе вырвать. Поверь, справлюсь. И что значит твое это «вы темные»? Ты у нас прямо свет источаешь? Да уже все заметили твою неправильность. Ты...

– Нормальная я, – процедила она сквозь зубы. – Нормальная. И магия моя – воздух. Нет во мне никакой тьмы. Мои родители – чистокровные драконы, и свой оборот я совершила.

Она поджала губы и сложила руки на груди. Это разозлило еще сильнее. Я медленно приблизилась, пока между нами не осталось лишь расстояние вытянутой руки.

– Нет... ты не нормальная... Орина. И я вижу, что ты такое! А насчет Льюиса... Да, он сделает свой выбор, – прошипела я. – Но куда тебе тягаться со мной? Я знала его задолго до того, как ты решила, что достойна со мной соперничать. Я уже слышала от него предложение руки и сердца...

Она хотела что-то возразить, но не осмелилась. А я... А я не стала добавлять ничего больше.

Тени в галерее сгущались. Я смотрела на орину – её испуганные глаза, дрожащие пальцы, сжимающие эту несчастную ленточку пояска.

Ведьма? Скорее насмешка природы.

Но мне вдруг пришла в голову довольно любопытная мысль. Льюис говорил, что выбрал меня. Истинная! Но слова – это лишь ветер. Я хотела доказательств.

Проверить его. Поставить в такую ситуацию, когда другая ведьма будет буквально ложиться в его объятия. Ну а почему бы и нет? И пусть мне будет больно. Пусть! Зато я точно узнаю, насколько правдивы его слова.

Если он правда мой – пусть Орина станет тому доказательством. Если он отвергнет ее и не отступится от меня – выходит, все правда.

А она... Что-то дрогнуло в груди. Жалость. Но я отмела это чувство. Меня она не жалела. Будет ей уроком, как играть со священными узами истинной любви.

Один раз получит, второй раз уже начнет головой думать.

И вообще, пора бы уже вспомнить, что я – тьма!

Медленно выдохнув, я ощутила, как гнев переплавляется в ледяную решимость. Это будет не просто проверка. Это будет испытание.

Для него и для неё.

Я снова взглянула на картину. Она не нравилась мне все больше. И косулю вдруг жаль стало, и собаки эти, в нетерпении скалящиеся, желая разорвать свою добычу. Противно.

Но отступать я была не намерена.

– Пари остается в силе, – произнесла и усмехнулась, заметив, как дрогнули ее ресницы. – Но я изменяю условия. Ты сама начала это, орина Ордо. Сама, так что не стой теперь передо мной овечкой. Хочешь получить моего Льюиса? Да?

Она не ответила. Сглотнула и снова покосилась в сторону выхода. Ясно, сейчас она желала только одного – сбежать от меня подальше. Но нет... Поздно!

– Что же... Давай посмотрим, кто из нас тронет его сердце. Флиртуй с ним, добивайся, смейся над его шутками, касайся его руки, смотри в глаза так, словно он – единственный мужчина на этом свете.

– Юниль... послушай... – Орина чуть подалась вперед, губы ее слегка приоткрылись. – Я не хочу...

– Захочешь, – прошипела я. – Или я превращу твою жизнь в сплошную муку. Пари, орина... Или ты делаешь, как сказала я, или я такое письмо напишу дядюшке, что тебя родная сестра видеть не захочет!

– Ты не посмеешь! – она испугалась по-настоящему.

– Я? – ткнув в себя пальцем, рассмеялась.

Ну, вообще-то, она была права. Я нагло блефовала. Еще не хватало расстраивать истинную дядюшки Руни. Да и ябедничать – это в нашей семье под строжайшим запретом.

Но... Она ведь об этом не знает, что выгодно мне.

– Ты не посмеешь, Юниль...

– Леди Вагни, – снова исправила ее. – Я сделаю все, чтобы тебя навсегда оставили в семье генерала Ярвена приемышем, а родная сестра даже имени твоего не вспоминала. Ну так как? Пари? Если Льюис выберет тебя – он твой.

Глава 45

Я возвращалась в комнату. С одной стороны довольная собой. Нет, я не стану унижаться и бегать за императором.

Еще не хватало, чтобы я так низко падала!

С другой стороны, меня терзал страх и неуверенность в себе. Странные чувства, раздирающие душу. Мучил всего один вопрос:

А что, если у неё получится? Что, если Сабрина сможет увлечь его собой?

То сердце моё разобьётся на мелкие осколки, но при этом я буду знать, что его слова были лишь наглой жестокой ложью. Я рвано выдохнула. А перед глазами мгновенно встала картина: Льюис, притягивающий к себе Сабрину. Его руки, ласкающие её. Её звонкий довольный смех. Его улыбка, от которой бабочки порхают в животе. Но... Эта улыбка будет уже не для меня.

Зажмурившись, я остановилась. Так больно стало, что дыхание сперло.

В груди запекло, словно раскалённым клинком пронзили.

Что это? Что за странное чувство? Я ведьма! Я не могу чувствовать связь истинных. Просто не могу!

Но между тем на глаза наворачивались слёзы. Обернувшись, я убедилась, что у моей слабости не было свидетелей. Менее всего я желала сейчас, чтобы рядом крутились близкие и друзья и задавали вопросы.

Сама со всем справлюсь.

Сама!

Сделав глубокий вдох, расправила плечи. Выдохнула. Если Льюис подпустит к себе эту выскочку, младшую Ордо, то это будет означать только одно – он не мой истинный. А значит, тот, кто сделает меня счастливой, просто ещё не встал на моём пути.

Мало ли их, что ли, достойных?

Найдётся и мой.

Я резко развернулась, так что подол платья обвился вокруг щиколотки, и направилась в сторону лестницы, ведущей на мой этаж. Мои уверенные шаги гулко раздавались под сводами коридоров. Игра ещё не началась, а я с чего-то себя в проигравшие записала.

Ещё посмотрим, как Льюис будет доказывать мне, что действительно суженый, и при этом отбиваться от этой Сабрины. И пусть она не врёт, что чистокровная. Я точно чувствовала в ней ведьминскую тёмную магию.

Хочет Льюис разыграть партию – я ему в этом помогу. Узнает, каково это быть всего лишь фигурой на доске. Может, в следующий раз призадумается над своими действиями.

Так, вгрызаясь в свою душу и терзая её, я добралась до лестницы. Навстречу спускались две молоденькие орины. Заметив меня, они гаденько захихикали и принялись шушукаться.

Достали!

Я невольно задрала нос выше и выпустила тьму. Она хлынула по ступенькам, клубясь и приобретая форму огромной змеи. А через секунду лестничный пролёт огласил женский испуганный визг. Такой ласкающий слух ведьмы!

– Что голосим? – я приподняла бровь. – Ну что за неблагодарные драконессы пошли! Я им повод для сплетен даю, стараюсь, чтобы им скучно не было, чтобы жала свои было об кого тереть, а они... визжат.

Они так ошалело смотрели на меня. Такими глазищами.

– Ещё раз я заподозрю хоть одну из вас в том, что таскаете обо мне сплетни, и это, – я указала на свою тьму, замершую в образе огромного питона в шаге от них, – это явится к вам ночью. Во время сна. Прокляну так, что никто не сможет помочь. Ясно?

Они слаженно закивали.

– Замечательно. И другим передайте. А если кому что не нравится, можете пожаловаться на меня императору Льюису Темному, или моему родному дядюшке, правителю северного каганата ханыму Руньярду "Зверю". Ну, или названому дядюшке императору Айдану Свирепому. Они обязательно вас выслушают, а после погрозят мне пальчиком. Намёк ясен?

И снова кивки.

– Превосходно.

Отвернувшись от них, я пошла дальше. Да сколько можно уже быть для всех хорошей? От улыбки щёки треснуть могут и морщинами пойти.

И вообще, они первые начали. Нечего при мне обо мне шептаться и так высокомерно хихикать. Никто не смеет меня унижать!

Дверь в мои покои захлопнулась с таким грохотом, что где-то звонко звякнули хрустальные подвески люстры.

Я взглянула в окно. Нет, этот день ещё не собирался подходить к концу! Кажется, мы успели к ужину.

В животе заурчало. Вспомнилась корзинка, оставленная в карете. А в ней пирог. Наверняка вкусный. Когда я переживала и волновалась, то всегда налегала на еду.

– Хоть что-то в этой жизни остаётся неизменным, – проворчала, бубня под нос. – Даже если это зверский аппетит.

Хотя я тёмная, мне простительно.

Качнувшись, дошла до кресла и упала в него, прикрыв глаза. Когда же я стала его ревновать? Когда? В какой момент обида переросла в нечто большее? Ответ мне был ясен. Как только увидела его во время церемонии рядом с дядюшкой Руни. Сердце забилось быстрее. Он больше не походил на милого паренька, что собирал со мной цветы в поле.

Я выросла и теперь видела перед собой мужчину. Красивого, статного, отстранённого. Поэтому и задело его равнодушие.

В чём-то Льюис прав, мы больше не друзья.

Это что-то глубже и куда сложнее. Но вот что со всем этим делать, даже предположить не могла.

– Да будь ты проклят, Льюис Тёмный! Чтобы одна лишь истинная тебя по-настоящему полюбить и смогла! – выдохнула в сердцах. – Нельзя играть с женскими сердцами. Нельзя! Взяли в привычку на бедных ведьмах в счастливую семейную жизнь выкатываться. Что пустынные оталы, что...

Выдохнула. Эмоции просто мешали дышать. В дверь тихо постучались. Уже наученная появлением Льюиса, не поленилась и, встав с кресла, прошла к двери, приоткрыла, готовая захлопнуть её в следующий момент.

Но на пороге стояли воины генерала Ярвена с моим дорожным сундуком.

– Его заносить или пока не стоит? – поинтересовался один из них, открыто улыбаясь.

– А каковы шансы мне уехать так, чтобы император не появился снова у нас на пути? – ответила я вопросом на вопрос.

– Они ничтожны, леди, – как-то смущённо ответил мне ближайший черноволосый орин.

– Тогда заносите! Не буду же я переодеваться, в конюшню бегая. Но если прознаете способ мне улизнуть из замка на север, то я непременно его выслушаю.

– Простите, леди, но был приказ следить за вашим передвижением. Приказано охранять, оберегать и... – говоривший запнулся и странно улыбнулся.

– Что? Дайте-ка угадаю. Не обнюхивать, руками не трогать и вообще в мою сторону взгляд не опускать, – смекнула я, что к чему. – Хорошенькое дело, а если среди вас окажется мой истинный?

– Тогда он умрёт молодым и счастливым, леди, – орин улыбнулся.

Они протащили сундук через комнату и поставили к стене.

– Ещё пожелания будут, леди Вагни?

Я не ответила, услышав лёгкий глухой удар. Какой-то слишком мягкий. Повернулась в сторону балкона и уловила мужские смешки. На полу террасы лежал скромный букетик, явно собранный неумелой рукой.

Глава 46

Выдворив весельчаков из личного отряда генерала вон, я распахнула дверь на балкон. Холодный ветер ворвался в комнату, сорвав с туалетного столика несколько листков чистой бумаги. Они медленно закружились в воздухе и опустились на пол.

Взглянув на них, я все же вышла. Положив ладонь на красивые металлические перила, взглянула на презент. Кажется, Олсену уже доложили, что я вернулась. Правда, он явно торопился, потому как букетик выглядел ну просто нелепо. Присев, подняла его и улыбнулась. Стебли не срезали, а ломали. Странное сочетание фиалок и ромашек.

Листья не оборваны, а замяты...

Что-то явно не то с орином, вкус ему изменил, или в прошлый раз Комир букетики оформлял? Ну нет. Я покрутила эту крайне сомнительную красоту в руках. Сама мысль, что Олсен мог надрать такое, казалась донельзя нелепой.

Нет, ну... Боги... одуванчик!

Я нашла желтый цветочек и, зажмурившись, покачала головой. Кто-то, кажется, совсем не понимает, что такое благородный цветок, а что есть сорняк...

Хотя, а я любила одуванчики. Еще помнила, как плела из них венки. И сестренок учила.

Поднявшись, выглянула в сад и поискала взглядом дарителя. И тут же замерла. Он стоял там же, где и в прошлый раз. Хмурый, взгляд суровый, настороженный.

Льюис.

В голове все мгновенно встало на свои места. Да... Вот он как раз и мог подарить мне подобное... Но.

– На сей раз это действительно от меня, Юниль, – произнес он громко. – Да, я не умею красиво, но раньше тебя это особо не заботило. Ты была рада любому букету и говорила, что главное – он от души.

Он прищурился, явно дожидаясь моей реакции. Я же снова взглянула на букетик. Ну не такой уж и нелепый. Подумаешь, ромашки, но красивые же. И одуванчик милый. А фиалки я вообще обожаю. Особенно вот такие голубые.

Я прикусила губу, чтобы не улыбнуться. Рано было сдаваться. Рано...

– А ей ты такой же подарил? – не удержалась от вопроса. – Этой Сабрине, которую ты самолично сюда притащил? Или для нее лучше постарался?

Усмехнувшись, положила букет на широкое перило и развернулась в сторону двери, желая вернуться в комнату. Но, не удержавшись, снова взглянула на Льюиса. Он так и стоял внизу, не двигаясь. Ветер трепал его густые темные волосы. Взгляд такой злой, тяжелый...

– При чем здесь она, Юниль? – прорычал он. – Я ничего ей не дарил и дарить не собирался! Зачем ты вспомнила о ней?

– Ну как же? Льюис, ты не мог не заметить ее магию. Ведьминская. Темная. И главное, она готова хоть сейчас тебе руки для браслетов протянуть, и можно даже чтобы при этом не любил. Зачем тебе такая вредная я, когда есть доступная она? Бери и в храм.

Я засмеялась. А самой так больно стало. Словно сердце когтями рвали.

Он скривился и потер грудь.

– Ты говоришь такую чушь, Юниль. Принес сюда, потому что она сестра истинной моего некровного брата, твоего дядюшки. Его Кассандра наверняка переживает о ней, вот я и побеспокоился. Эта Сабрина теперь часть твоей семьи...

– Нет! И ноги ее в моем доме не будет. Она не часть моей семьи, – вырвалось у меня, голос звучал резче, чем я хотела.

– Юниль, не надо так, – казалось, мои слова его испугали.

– О, какая забота. Значит, она не пропадет. Но я не допущу, чтобы эта корыстная особа приблизилась к моим родным! Ты ее притащил – ты с ней и возись. Счастья вам обоим!

Развернувшись, я все же шагнула к двери. Сердце бешено стучало.

– Юниль, ты никогда не была столь жестокой! – прилетело мне в спину.

Вот так да!

– Жестокой? – я вернулась к перилам. – Да что ты знаешь обо мне, Льюис? Что? Ровным счетом ничего. Я не обязана впускать в свою семью эту твою... И не надо мне рассказывать, зачем ты ее тащил сюда. Единственная... такие надежды возлагал! Вот иди к ней, нечего торчать под моим балконом! И цветы свои забери. Ей дари!

Взяв букет, я все же не смогла бросить им в него. Рука не поднялась, но и забрать его после таких слов уже никак.

Не придумав ничего лучше, я уронила цветы себе под ноги и тут же пожалела. Хотелось поднять...

Да чтоб его.

– Отправляйся к своей Сабрине, Льюис! – закричала на него и стиснула зубы. Ветер трепал мое легкое платье, но я не чувствовала холода. – А меня отпусти домой. Ты держишь меня здесь против моей воли. И не имеешь на это никакого права!

– Держу? – он зло рассмеялся, но в глазах не было веселья. – Я вернул тебя туда, где ты в безопасности. И я никакого отношения к Сабрине Ордо не имею! Услышь ты наконец. Да, принес, но не более. Она теперь часть семьи Руни.

– Она притворщица с ведьминской кровью, нацеленная на тебя. Не теряйся, император. Славная императрица из нее выйдет. Продуманная и подлая.

Он как-то выдохнул и обтер ладонью лоб. Зарычал, словно от бессилия.

– Послушай, Юниль, давай просто начнем сначала. Я хочу пригласить тебя на прогулку! Прекрасная погода. Здесь красивый парк. Согласись, я прошу тебя.

– Парк? – приподняла бровь. – Что же, я туда схожу...

Он улыбнулся.

– Только не с тобой, – продолжила. – Я еще с твоими соперницами не билась за императорское внимание. Больно надо. Но спасибо за столь интересную мысль.

Усмехнувшись, я подняла букетик, показала ему и положила на перила.

– Можешь забрать и притащить его Сабрине. Визгов восторженных будет... М-м-м. Она с тобой и в парк, и в храм, и браслет на руку... А если прикажешь, так, минуя все это, сразу в твои покои. Не трать со мной свое время. Я все равно выберу другого.

Он смотрел на меня, не шелохнувшись. Солнце почти скрылось за горизонтом, окрашивая его профиль в багровые тона.

– Я не отступлюсь, Юниль. Ты примешь мои цветы завтра, – устало выдохнул он. – Или послезавтра. Пока не перестанешь лгать самой себе. Мы созданы друг для друга. А если ты выберешь другого, я вызову его на дуэль. И так будет раз за разом, пока ты не дашь мне шанс. Один шанс, Юниль.

Он развернулся и ушел, оставив меня с дрожащими руками и бешено стучащим сердцем. А я... А я схватила бедный потрепанный букетик с увядающим одуванчиком и забежала в комнату. Нашла для него вазочку и поставила на прикроватную тумбочку. Ну и что, что неказистый, и стебли оборваны и кривые, разной длины.

Он все равно был самым лучшим.

Он был для меня.

Глава 47

Я спускалась по широкой лестнице, чувствуя, как тяжелый шелк платья скользит по ступеням.

Ужин! Переживания, чувства... но голод никто не отменял.

Потянув носом, уловила дивные мясные ароматы. Я вообще сегодня ничего не ела, поэтому перед глазами так и проплывали мясные рулетики с грибами, холодные стейки из оленины, утиная грудка под сладким соусом.

Ой, да я бы сейчас и тушеное дядюшкой Руни в простой деревенской печи мясо кабана руками потянула.

Вздохнув, ускорила шаг. Впереди слышались голоса. Смех.

Ужин был в самом разгаре, а я опаздывала. Ненавидела являться в столовую одной из последних и ловить на себе взгляды всех и сразу.

Чего я провозилась так долго-то? Но развернуться сейчас означало остаться голодной до самого утра. Служанку я уже отпустила, а самой в столовую бежать и тревожить поваров – не по статусу.

Сапфировая столовая встретила меня уже знакомым холодным блеском: фонтаны, картины, выполненные в синих тонах, рамы, украшенные камнями. Свечи дрожали в подсвечниках, отбрасывая трепетные тени на стены, выложенные бирюзовой мозаикой.

Мой взгляд невольно метнулся к центральному императорскому столу. Он был там. Угрюмый. Льюис смотрел на своих советников тяжело и предупреждающе.

По залу прокатились неприятные шепотки. Женщины, прикрываясь салфетками, принялись что-то шептать друг другу, не забывая при этом коситься на меня.

Так противно.

Но через мгновение мне стало не до них. Мой взгляд встретился со злыми медовыми очами правителя. Он замер. Ложка тихо выпала из его рук и осталась на тарелке.

Я усмехнулась. Льюис медленно поднялся со своего стула и взялся за спинку соседнего, того самого, на котором когда-нибудь будет сидеть его истинная. Его взгляд изменился. Стал таким простым и в то же время просящим.

Сердце бешено застучало, будто пыталось вырваться из груди. Но я нашла в себе силы и едва заметно покачала головой. Нет уж, не так просто, император.

Резко отвернувшись, я нашла столик, за которым ужинала раньше. Они все были там: Аделия, Киан, Олсен... И Комир. Фер поднял голову и улыбнулся. В его взгляде не было удивления.

Все он знал. Вздохнула.

Этот медведь порой пугал. Но раз он не хмурится, значит, все идет так, как и должно быть. Пока меня не заметили, я тихонько скользнула к друзьям. При этом ощущала взгляд, направленный в спину Льюиса. Я знала, что он смотрит. И злится. Хотя, скорее, даже в ярости. Но...

Хочешь получить ведьму – начинай вертеться.

За нашим столом, как всегда, о чем-то беседовали. Жарко, эмоционально.

– Ее нужно было остановить, – донеслось взволнованно от Олсена. – Дороги опасны.

– Ей выделили охрану.

– Помнится, у Кассандры Ордо охрана тоже была, – вставил свое слово Киан, – а теперь ее ищет весь императорский гарнизон.

– Как скучно меня вернули, – возмутилась я, подобравшись к столу, – надо было дожидаться гарнизона. Продешевила.

Комир хохотнул. Остальные подняли головы. Вот на их лицах удивление как раз-таки и было.

– И Комир вам ничего не сказал... – смекнула я. – Хотя... ладно Комир, вы что, совсем сплетни не слушаете? Обо мне сегодня даже мыши в полу шушукаются.

– Юниль, – Олсен поднялся и выдвинул мне стул рядом с собой. – Как я рад снова так быстро увидеть тебя.

– Так, то есть, сумки пока разбираем и на Север не скачем, – Киан приподнял бровь и взглянул на брата. – Ну вот, а там ведь где-то моя маленькая фера игрушки шьет. И без меня. Непорядок.

– Прости, друг милый, если бы знала, что так подведу тебя, то пешком бы в родные земли побежала.

– Да чего уж, – он отмахнулся. – С тебя должок. Как предоставится случай, прокатаешься со мной по всем домам, где вообще может моя истинная оказаться.

– Э-э-э, – я как-то даже растерялась, – а сам?

– А сам я, Юниль, и трети не знаю. Так что заранее благодарю.

Он кивнул и взялся за ложку.

– Юниль, не стой, – радостно прощебетала Аделия.

И я выдохнула и села.

– Но все же, – рыженькая орина подалась ко мне, – ты же уехала. И так решительно. Тогда что ты здесь делаешь?

Я склонила голову набок, не зная, какие слова подобрать. Правду говорить не желала, а врать не хотела. Вот такая вот незадача.

И можно было бы отмолчаться, только вот я отчетливо видела, как Олсен прищурился и, в ожидании моих откровений, крепко сжал пальцами бокал с вином. При этом смотрел он мимо меня. Куда-то в глубину зала.

Я проследила за его взглядом и замерла. Льюис все еще стоял. Его советники сидели истуканами и, кажется, не дышали. В зале стало тихо.

Напряжение тотчас же стало почти осязаемым.

Он смотрел. На меня, не отрываясь.

Как будто все еще ждал, что я сейчас покину этот столик и отправлюсь к нему.

С чего только?

Невольно сев ровнее, я взяла тарелочку и положила на нее несколько кусочков мяса. Немного овощей и зелени.

Но сил, чтобы поднять вилку и поднести ко рту, в себе не находила. Я чувствовала его взгляд. Тяжелый. В груди становилось все больнее.

И вдруг отпустило.

Я снова бросила короткий взгляд в сторону императорского стола. Льюис сел. Но ложку в руки так и не взял.

– Юниль, так приоткрой нам тайну своего возвращения? – мягко вернул мое внимание Киан.

– Передумала, – я пожала плечиками. – Стало стыдно, что с вами не попрощалась. Вот и прибежала обратно исправляться.

Он улыбнулся. И все бы ничего, но его темные глаза следили вовсе не за мной.

За императором. Кажется, этот орин, в отличие от своего брата, хоть и был огненным драконом, но с пламенем играть не любил.

– Это так замечательно, что ты не оставила меня одну, – рассмеялась Аделия.

– А ты не одна, подруга, у тебя вон какой большой и сильный медведь есть.

– Ну ты скажешь, – она мгновенно покраснела.

Комир же мило улыбнулся.

Ужин пошел своим чередом.

Напряжение, царившее в сапфировой гостиной, немного спало. Только вот я все еще ощущала колючий взгляд, устремленный мне в спину. Кажется, император решил дать всем понять о своих намереньях относительно меня.