Текст книги "Пари на императора драконов (СИ)"
Автор книги: Мария Лунёва
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 35 страниц)
Глава 11
Признаться, подходя к этой странной девичьей компании, я испытывала смешанные ощущения. Дара? Нет, не подруга, скорее, она из окружения дядюшки Руни и... еще кого-то важного.
Виски обожгло болью. Тряхнув головой, я не стала вспоминать.
Аделия... Нет, я понимала, что это дочь генерала Хэйла, но до этого я никогда с ней не пересекалась. Хотя она мне определенно нравилась. Что-то теплое всколыхнулось в груди. Да, верилось, что мы могли бы стать подругами.
И Сабрина... Девушка снова вскинула голову, и меня мелко затрясло. Хотелось отшатнуться и позорно сбежать. Страшно, больно. На мгновение показалось, что я слышу женский крик, полный муки. А ее глаза... я знала этот взгляд.
Внезапно в висках появилась нестерпимая боль... Зашипев с глухим стоном, я осела на траву.
Красная пелена застилала глаза...
Я теряла сознание. Понимала это, но сделать ничего не могла.
В ушах гул... крики... женские голоса сменились иными – грубыми мужскими...
Звук дождя. Бой капель по лужам. Журчание воды в мелких ручьях.
Лошади заржали.
Обернувшись, я ужаснулась. Прямо на моих глазах двое с безумными, залитыми кровью глазами избивали молодого паренька, явно из простых людей. Он скулил и молил о пощаде. Его руки скользили по грязи. Лицо залито кровью. Взглядом он то и дело цеплялся за меня.
– Проклятое отребье, – выкрикнул он... Я вздрогнула и тут же ощутила, как кто-то сжимает мое плечо.
Вскинув голову, я утонула в таких знакомых, светлых, как летнее небо, глазах. Она улыбалась, хоть и выглядела измученно.
– Не нужно на это смотреть, Юниль, – почти шепот.
Взяв меня за руку, она погладила большой живот. Моргнув, я сообразила, что женщина, стоящая рядом со мной, беременна.
Меня передернуло от ужаса... неясного, почти животного...
Толчок...
И снова шум. Резкий, злой голос.
Мужской... знакомый.
– ... да никто, Дара, не позволял ей покидать комнату. Что с ней?
Льюис, – быстро сообразила я.
И все же странно, почему я не помнила его? Не станет правитель в такие игры играть. Не будут дети генерала Ярвена меня так жестоко разыгрывать. Честь была для них словом не пустым.
И все же... странно.
Открыв глаза, я снова уставилась на Сабрину. То же лицо, но моложе. Это была она... та женщина, только значительно младше и не изможденная. И взгляд пугливый.
«Зашуганная» – мелькнула мысль в сознании, окутанном болью.
Да, казалось, она пытается примазаться к окружению. Но все равно выбивалась из него. И платья намного проще, чем у той же Дары и Аделии. И вид такой, словно она в следующий момент понесется в кусты.
Странная...
Я снова моргнула, и передо мной появилось очень рассерженное лицо.
– А «да» я тебе, Льюис, все равно еще не сказала, – произнесла упрямо.
– Ну, раз еще не сказала, так скажешь, – процедил он. – Куда денешься, Дара?
– Это не болезнь и не травма. Я не знаю, что с Юниль, но причина в ее голове. Рано ей еще по саду прогуливаться. Уноси.
Лера сложила руки на груди. Выглядела она весьма разгневанной. Видимо, император посмел усомниться в ее силе и способностях.
– Я хочу поговорить с твоим братом, – дракон бросил на нее очередной тяжелый взгляд.
– Слег с видением, – Лера пожала плечами. – Улыбается.
– Всем в этом замке весело, кроме меня, – процедил Льюис.
Снова склонившись, он бережно поднял меня на руки, прижал к груди.
– Гулять без меня запрещаю, – выдохнул.
– Права не имеешь, – фыркнула в ответ.
– Знаешь, Юниль, поссориться с братом Айданом – правителем северной империи – из-за дочери его палача уже не кажется мне такой уж и ужасной идеей. Зато я смогу просто надеть на твои руки браслеты и наконец заснуть спокойно, – склонив голову, он не сдержал довольно жесткой усмешки. – Мне эта мысль спать не дает.
Развернувшись, он направился обратно к замку.
Обхватив его за шею, я наблюдала, с каким интересом за нами следят придворные орины. В их глазах читалась зависть, недовольство.
Но меня это не трогало нисколько. Сделав глубокий вдох, я пристроила голову на плече императора.
– Больно? – спросил он, касаясь губами моих волос.
– Странно, скорее, – призналась. – Ты ведь говорил, что мы знакомы с детства?
– Да, – Льюис кивнул. – Ты была премилой девочкой, развитой не по возрасту, немного избалованной, упрямой и порой непослушной. Единственное, чего ты боялась – курицы. Очень боялась. Но все же порой набиралась храбрости и входила в курятник, чтобы в следующее мгновение выбежать из него с визгом.
– Но я не помню тебя, – пробормотала.
– Ничего. Главное, что ты жива и в моих объятиях, а остальное – я тебе напомню, родная.
... И снова комната. Уложив меня в постель, Льюис сел рядом в то самое кресло. Он просто смотрел, но мне становилось не по себе от столь пристального внимания. Он не походил на предыдущих моих ухажеров.
Старше.
Много старше.
Характер – такого в оборот не возьмешь.
Тьма в его глазах то появлялась, то исчезала. Зрачок пульсировал, вытягиваясь в тонкую нить, и тогда на меня хищно смотрел дракон.
Жесткий, холодный и немного надменный.
Интересно, он меня целовал?
В голове замелькали образы... Ночь, малина и озеро. Прикосновения, но стоило попытаться ухватиться за них, как виски сдавливало раскаленным обручем.
– Почему я тебя забыла? – выдохнула.
Он приподнял бровь и склонил голову набок.
– Не знаю, Юниль. Но... понимаешь, ведьмочка, главное, я прекрасно тебя помню. Все остальное решаемо.
Протянув руку, он взял меня за запястье. Поднес к лицу и заскользил губами по коже.
– А я все думаю, насколько рассвирепеет Вегарт, если обнаружит браслет на твоей руке?
– А стоит ли? – шепнула, чувствуя, как колотится сердце.
– Ты определенно стоишь рисков. Но... я всегда считал себя частью вашей семьи. И соверши я такой поступок, забери тебя вот так через твое нежелание – это определенно разрушит все. Но...
– Нет, – нахмурившись, я вырвала у него свою руку. – Я не готова. Это подло, Льюис Темный. А подлости я не переношу.
***
Льюис Темный
Она заснула. Я сидел возле постели и крутил в ладонях свой браслет – брачный, с золотым вплетённым узором, в котором была заключена моя магия. Душу жгла злость. Я имел полное право сейчас взять руку Юниль и надеть ей его.
Имел и был бы в своём праве. Вот только...
Она не простит. Это будет война. Юниль с детства ценила свободу, право выбора и...
А подлость... да, она её ненавидела.
Несмотря на взбалмошный характер и избалованность, эта девочка была благородной.
Тяжело вздохнув, я спрятал лицо в ладонях. Всё было неправильно с самого начала.
Всё не так.
Юниль тихо застонала во сне и повернулась на бок, поджимая под себя ноги. Ей снились кошмары.
Склонившись, я уткнулся лбом в её плечо и прислушался к своим чувствам.
Тишина... Сводящая с ума бездна мрака, где не было нас.
– Я тебя верну, Юниль, – прошептав, потёрся щекой о её кожу. – Я верну нас. Чего бы мне это ни стоило. Но никому тебя не отдам... даже отцу. Ты принадлежишь мне... и только мне.
Юниль снова тихо забормотала, подрагивая.
Не выдержав, я обнял её, прижимаясь к ней ближе.
– Льюис, – выдохнув, она обхватила мою руку.
В моей груди шевельнулся страх. Не мой.
Я замер, не зная, ликовать или орать от ужаса.
Я слышал её отчаяние.
– Юниль, – подавшись вперёд, коснулся губами её ушка. – Я рядом и спасу тебя от всего. Не бойся. Я здесь.
Она сжала мою руку сильнее и притихла.
...Протекали минуты. Её тело медленно расслаблялось. Дыхание выравнивалось, становилось глубже и ритмичнее.
Отстранившись, я взял одеяло и укрыл её, подогнув край под ноги.
– Ничего не бойся, – поднявшись, снова поцеловал её в висок. – Теперь я слышу тебя и всегда приду на помощь, – растерев грудь, прислушался.
Ей снилась какая-то приятная несуразица, и это успокаивало.
Оставив своё сокровище в постели, я тихо вышел из комнаты. Дел хватало, полностью игнорировать проблемы империи я не мог, хотя и очень хотел. Пройдя вперёд по коридору, снова растёр ладонью грудь. Ощущение присутствия Юниль не исчезло. Тихие отголоски её эмоций грели сердце.
Моя девочка снова со мной.
Свернув к своему кабинету, удивлённо приподнял бровь.
– Какие посетители, – усмехнулся, глядя на оринов. – Попрощаться прибыли?
– Нет, – Олсен покачал головой, – хотел поговорить о нашей ведьмочке.
И всё бы ничего, я никогда не терял самообладания. Никогда до этого момента.
Глухо зарычав, кинулся на него. Схватив за шею, выбил плечом дверь в свой кабинет и затащил брыкающегося мальчишку. Всё так же сжимая горло, приложил его к столу, оплетая тьмой.
– Чья? – процедил, испытывая внутреннее удовольствие. – Чья она?
Олсен захрипел. Его лицо покрывал ледяной узор. Но что он мог против меня?
– Я тебя предупреждал... долго предупреждал. Но ты не слышал... Сам виноват, – мои пальцы сжались сильнее.
– Ну, откровенно говоря, император Льюис, – раздался за спиной голос Киана, которого я выпустил из виду. – Судя по оговоркам Комира, Юниль и правда наша ведьма. Вопрос лишь в том, что вам она истинная, а нам непонятно пока кто, но явно приближённая. Так что не спешите убивать моего брата. Ему есть о чём вам рассказать.
– Например? – я ухмыльнулся, чувствуя, как Олсен сопротивляется.
Парень пришёл в себя и теперь хватался за мои запястья, при этом и стол, и пол под нами покрывались слоем льда.
– Ну, например, – Киан прошёлся по кабинету и остановился напротив, – например, с чего вообще брат решил свой взор направить на ведьму? Или с чего вдруг Вегарт Вагни так легко оставил дочь и не приказал никому присмотреть за своим сокровищем? Он ведь очень щепетилен к дочерям. А тут...
Его слова медленно доходили до моего сознания. Руку я слегка разжал, чтобы этот ледяной ящеренок не издох раньше времени, но тьма плотно его окутывала – не дёрнется.
– Любопытно, – я поднял взгляд на огненного дракона. – И даже не кинешься его выручать? Брат ведь, пусть и не родной.
– Император, – он с некоторым возмущением приподнял бровь, на которой проступала яркая красная чешуя, – я похож на идиота? Чтобы вы двумя руками нам здесь хребет ломали? Я своё место знаю, и силы соизмерять умею. Да и... несмотря на стихию, я всегда руководствовался здравым смыслом. А он мне подсказывает, что убивать сына своего генерала вы не станете. Потому как понимаете – пинок под зад, опала и Пустыня – куда более унизительно, чем пасть от руки правителя.
Как ни странно, но я его выслушал. Сам же всё это время рассматривал, как злость на лице Стейна сменяется досадой.
– Не тот из вас стремится дипломатом стать, – скривился. – Ну, Олсен, прихлопнуть тебя или унизить? Пинок под зад звучит ну так заманчиво. Вышвырнул бы прямо сейчас.
В его глазах снова вспыхнул яростный огонёк. Только вот он ничего не мог.
– Гордость, – хмыкнул и сжал его горло сильнее, снова не давая дышать. – Когда-нибудь, бестолковый ты мальчишка, на твоём пути встанет женщина. Та, что затмит тебе небо, и я обещаю, так просто ты её не получишь. Я тебя проучу, Олсен Стейн. Так проучу, что научишься уважать чувства других.
Резко дёрнув его со стола, отбросил этого сопляка в кресло, сам же, размяв руки, прошёл до окна.
На улице тренировались воины. Упражнялись на мечах. Чуть поодаль проходили спарринги.
– Слишком ты мягкотелый, Олсен, даже сопротивляться мне не смог. Слабак!
– Я и не собирался, – прохрипел он. – Я пришёл поговорить, а не портить окончательно отношения. Поговорить о Юниль.
– Что там с Вегартом? – предчувствуя, что ответ мне не понравится, я обернулся к ним.
Моя тьма стелилась туманом, собираясь в огромного змея.
Заметив это, Киан удивлённо приподнял бровь.
– Да, Орм, всё верно. У нас с ней даже тьма схожа. Но моя куда сильнее и опаснее.
Змей поднялся с пола и, собираясь кольцами, раскрыл капюшон на шее, демонстрируя раздвоенный язык.
– Так что там с генералом Вегартом Вагни, Стейн? Лучше вам двоим начать говорить.
Глава 12
Я ждал ответа, но эти двое играли в гляделки, испытывая моё терпение. Что же... поведение молодого Стейна и раньше вызывало множество вопросов.
Слишком нагло и бесстрашно.
Он шёл напролом, при этом я отчётливо видел, что увлечение моей ведьмочкой у него слишком уж несерьёзное. Был подвох, и я его чувствовал, только нащупать не мог, где же та ниточка, за которую нужно дёрнуть, чтобы всё раскрутилось, показав мне суть.
– Мне вас выпроводить с отрядом зачищать дороги от бешеных псов? – я высокомерно взглянул на обоих. – Проветрите там мозги. Или сразу на границу выслать с позором. Или говорите всё как есть, иначе вашим отцам придётся краснеть за своих недалёких увальней.
Киан снова уставился на брата, ожидая действий от него.
– Моему отцу не за что будет краснеть, – Олсен поднялся с кресла. Растирая шею, он покосился на мою магию, что дремала, огромной коброй обвив своим телом письменный стол. – Но вот перед вами, да и Юниль, извиниться мне стоит. Только вот действовал я, не совсем понимая... Вернее, не осознавая реального положения дел. Вам могут не понравиться мои признания...
– Олсен, ты всегда тянешь кота за причиндалы? – я резко обернулся на него и сложил руки на груди. – Что ты мнёшься, как девица на первом свидании? Скажи всё как есть, и свободен.
– Не всё так просто, император, – Киан обошёл стол, спокойно переступил через хвост змея и сел в кресло. Смелости ему было не занимать. – Нас, если можно так выразиться, поймали на слабостях и задурили головы.
– А теперь вы дурите головы мне?! – я оскалился, теряя терпение.
Змей снова поднял голову и зашипел, демонстрируя полупрозрачный раздвоенный язык.
Олсен сглотнул, его лицо покрывали тонкие ледяные узоры. Сделав глубокий выдох, он повернулся ко мне:
– Мы редко когда пересекались, император, и я не был лично вам представлен. Но я хорошо знаком с вашим братом Айданом Свирепым. И генерал Вагни мне совсем не чужой. Я знал, что он привезёт ко двору свою старшую дочь – Юниль. Так же мне было сказано, что девочка она хоть и бойкая, но невинная. И ей тяжело будет находиться здесь, а пристальное внимание отца ей будет не по душе. Да, – Олсен кивнул, – генерал Вегарт так и сказал: «Слишком независимая и терпеть не может, когда ею пытаются управлять». Поэтому по прибытии сюда он обратился ко мне за помощью... Вернее, к нам с Кианом.
Цокнув, он посмотрел на брата, тот медленно кивнул.
Эти их гляделки...
Создавалось впечатление, что между ними был тяжёлый разговор, в результате которого ледяного орина просто приволокли за шиворот под мою дверь.
– Твой отец присягнул мне на верность, Стейн, я никогда не сомневался в нём. Но похоже, что к тебе спиной поворачиваться нельзя – не нож меж лопаток воткнёшь, так женщину умыкнёшь.
Я думал, он начнёт отнекиваться или ещё что, но орин лишь улыбнулся.
– Если бы это было так, император Льюис, меня бы здесь не было. Но брат прав – заигрались. Да и неприятно признавать, что тебя провели как мальчишку. А это именно то, что провернули со мной. Генерал Вегарт и Комир. Провидец знатно запудрил мне мозги, указывая на Юниль и вычерчивая на своей доске, что вот, рядом...
Он провёл ладонью по лицу, снова замолчав.
Разговор совершенно не клеился.
Я ощущал лишь раздражение. Возможно, не я один.
Набрав полную грудь воздуха, выпустил его и взял свою магию под контроль. Змей медленно истаял, обратившись в лёгкую серую дымку. Расправив плечи, я подошёл к двери в кабинет и плотно её закрыл.
– Никто ничего не услышит. А теперь оба выложите всё как было, – я обернулся на братцев. – С самого начала и подробно. На чём вас подловили?
Олсен, волнуясь, вытер ладони о штаны. Не умел орин оправдываться, но деваться ему было некуда.
– Подловили меня на желании выяснить, кто моя истинная, – начал он. – Я некоторое время путешествовал в отряде генерала Вагни по северу. В доме его не бывал. С семьёй не знаком. Но слышал, что у него подрастают ведьмочки, одна другой краше. Естественно, проявлял интерес. Выспрашивал, но не искал встреч. Никогда. Незадолго до приглашения на церемонию я встретился с провидцем. Он прибыл из родного замка, наш отряд стоял у границы с Северной империей. Понятное дело, я снова и снова спрашивал, где искать свою женщину, и мне было указано в сторону генерала Вегарта. «Рядом», – Олсен кивнул. – Комир так и написал: рядом с ним. А потом показал мне приглашение в Драгонест.
Он прошёлся по кабинету. Его растерянный взгляд блуждал по полкам с книгами.
– Но ты ведь понимаешь, что Юниль не твоя? – прошипел я.
– Естественно, да, – он кивнул. – Но какое-то время я всё же надеялся, что приглянусь ей. Свободная, красивая ведьма, под стать мне. Высокое происхождение. Да и сама она – сложно оставаться равнодушным. Но не в этом дело... Нас с Кианом обманули, даже не ввели в заблуждение, а именно сыграли нами, как пешками на шахматной доске.
– Кто? – спросил, зная ответ.
– Генерал Вегарт Вагни, – Киан вытянул ноги. – Он был весьма убедителен в своей отцовской заботе. Так красиво восхищался нами и всё сокрушался, что такие зятья и мимо его дочерей. А мы, как два легковерных дурака, растопырили уши и позволили влить в них ложь.
– И в чём она заключалась? – мне стало ну очень интересно, что же этот прожжённый лис, мой наставник, наплёл им.
– Ну, хотя бы то, что император Льюис, рождённый в договорном браке, не желает отдавать своё счастье в руки госпожи удаче, – холодно, как-то даже зло произнёс Олсен. – Он решил, что прекрасной парой ему будет ведьма. И не простая, а та, что стоит очень близко от трона повелителя Северной империи. Выгодный политический брак с красавицей, и всего-то и нужно ему, что её в себя влюбить. Но любящее сердце отца не может принять такую вопиющую несправедливость. И девочку нужно спасать из лап хитрого императора. Но он – генерал соседней империи – мало что может, а вот мы... Вернее, я...
Сообразив, о чём он мне здесь поведал, я вдруг зарычал.
Вегарт... Да он мог мне устроить такую подлость. Чтобы добыча лёгкой не показалась...
Или еще хуже... чтобы вовсе не досталась!
Глава 13
– Идиоты, – рявкнул я, справившись с эмоциями. – Вы хоть понимаете, во что влезли? Юниль – моя истинная, и этот интриган всегда это знал. Вегарт растил Юниль как будущую императрицу! Учил ее управлять, заботиться о нуждах людей, показывал, как ставить на место выскочек, и прочее. Но, – я уставился на этих легковерных олухов, – да если бы и было иначе... И мне бы приспичил договорной брак, вы представляете, что бы я сделал с вами? Да перемолол бы, как несущественное препятствие. Вас спасли ваши родовые имена и моя хорошая память на добро. Ваши отцы тенями прикрыли вас, идиотов! Вы чем думали, когда соглашались плясать под дудочку этого лиса? Это же Вегарт Вагни! Вегарт Бессердечный! Палач Северной империи! Кре́тины!
Они опустили головы. А я... так хотелось врезать по морде одному и второму.
– В кого вы только такие... Оба!
Киан заерзал на кресле. Неприятно, наверное, было слушать о себе правду.
Пройдясь вдоль окна, я не мог успокоиться. Ну нет... Вегарт. Я ожидал, что он так легко дочь не отдаст, но что решит устроить мне соревнование с соперником за ее руку и сердце...
Чтобы ценил... А то я плохо к Юниль относился?! Да я на руках ее носить готов...
Но стоило этой мысли погаснуть, как я вспомнил нечто иное. Ту свою холодность на церемонии. Я ведь даже не подошел к Юниль, не поприветствовал ее. Желал казаться ей неприступным. Вегарт не мог не заметить такого отношения к его дочери.
– Когда именно состоялся разговор? До или после подписания соглашения о торговле?
Я вернулся за свой стол и сел. Это было важно: если после – моя вина, если до – то, выходит, предательство.
Орины переглянулись.
– До, – голос Олсена звучал как-то неуверенно. – Или...
– Да, до, за день до церемонии, – подтвердил Киан. – Он выловил нас в коридоре и провел в галерею... Там картины еще были весьма вульгарного содержания. Там и поговорили.
– Комир при этом присутствовал? – я пытался полностью разобрать ситуацию.
– Нет, – Киан покачал головой. – Точно нет. Он к нам и не приближался тогда. Со стороны наблюдал.
– Я пытался с ним еще раз поговорить. Узнать, Юниль моя истинная или нет. Но он отмалчивался. Да, так и есть, – Олсен подался вперед. – Мы же до конца полагали, что все эти ваши разговоры об истинных – игра, нацеленная на Юниль, чтобы ведьмочка поверила и открылась вам. Поэтому никто и не думал, что вы можете настолько потерять самообладание. И уж тем более ни я, ни брат и предположить не могли, что мы пытаемся разбить узы истинности.
– Погребальные костры вы себе сооружали. Оба! – снова сорвался на них. – Отправитесь отсюда сначала на Север, понаберетесь ума там, после – в пустыню. Я вам мозги на место вправлю! Вы даже не пешки, вы так... расходный материал.
Они снова опустили головы. Ну, конечно, я понимал, что оба слишком молоды, опыта нет, но всё же... Идиоты.
– Что было еще? И советую говорить до конца. Начнем с того, что вы под влиянием подданного другой империи выступили против своего правителя. А это измена в чистом виде!
Киан подскочил.
– Сядь, – рявкнул я на него.
Огненный орин моргнул и опустился на свое место.
– Как вы вообще посмели выступить против моих интересов? Вы кем себя возомнили?
Олсен спрятал лицо в ладонях. Кажется, до них начало действительно доходить, во что их вообще впутали.
– Вы еще зеленые мальчишки. Вам бы домой, под материнские подолы. Рано вы оттуда выползли, оба. Назовите мне хотя бы одну причину, по которой я не должен сейчас отправить вас в темницы и не вызвать сюда ваших отцов. Не бросить им, как главам родов, обвинение в измене. Вы позор своих семей! И вас в своих целях вот так легко использовал генерал союзной империи. Как щенят слепых, – меня испепеляла злость на этих дураков. – Какие вам истинные? С головой своей сначала подружитесь.
– Император, – Олсен убрал руки от лица.
– Молчать! – от моего окрика он вздрогнул. – Сколько раз еще вас будут спасать тени ваших отцов? Сколько позора еще нужно вам пережить, чтобы повзрослеть?
Они молчали оба. Сидели, как псы побитые, и таращились в пол.
– Ну что, высечь вас прилюдно? За решетку засадить?
Олсен и вовсе спрятал голову в руках. Я знал, что он очень горд, самонадеян.
– Полагал, что если вступишь в борьбу за женщину с императором, то это придаст тебе весу в моих глазах, Стейн? Ты понимаешь, какого врага себе наживаешь и, главное, – по какому позорному случаю? Ты хотел разрушить истинные узы своего правителя. Ты посмел попытаться увести его единственную. Причина, Олсен Стейн, по которой я не должен тебя сейчас выкинуть с позором за границы империи.
Он растер лицо ладонью и поднял на меня взгляд.
– Не вижу ни одной, – его голос звучал ровно.
Усмехнувшись, я встал и прошелся по кабинету.
– Ну, хоть здесь мы с тобой сошлись во мнении. Ни одной причины. Ни единой! Что еще наплел вам Вегарт Вагни? Вспоминайте любые детали. От этого зависит даже не ваша жизнь, а честь вашей семьи.
Олсен подобрался. На его лице появилось жесткое выражение. Нет, не испуг. Скорее, до него, наконец, дошло, как же им поиграли.
– Более ничего, император Лью́ис. Он нажимал на то, что у его дочери должен быть выбор. Что она не должна достаться вам, потому как ценить вы ее не будете. Генерал Вагни несколько раз повторил это. Он не желал, чтобы Юниль становилась легким трофеем в ваших руках. И он выглядел искренним. Я до сих пор не могу поверить, что это ложь. Но вы неделю сидели у постели Юниль, ухаживали за бедной девочкой. А не стал бы это делать тот, для кого она всего лишь удобная игрушка. Не стал бы... – его голос упал.
Выдохнув, я сел на край стола и по очереди взглянул на этих благородных олухов.
– Это будет вам уроком. Жестоким уроком. Я действительно дал повод Вегарту Вагни усомниться в себе и своем отношении к его дочери. Вот только после его предательства! Он поступил так, как посчитал верным – его выбор и решение. Да, он использовал вас, потому как понимал – я не трону сыновей своих генералов. Но как вам самим в роли пешек? Понравилось?
– Нет, правитель, – Киан искусывал нижнюю губу.
– Тогда почему вы допустили такое? Чем думали?
– Ничем, – Олсен разминал шею, словно готовил ее к плахе. – Вы правы, мы оба даже не поняли, с чем играем. Не просчитали, к насколько серьезным последствиям для нас эта игра может привести. И я готов понести наказание. Но отец... моя семья...
– А о семье, Стейн, нужно думать до того, как совершить очередную идиотскую выходку, – процедил я, подавшись вперед. – Дипломат?! Да ты себя огородить от неприятностей не можешь. Вверять тебе интересы империи? Ну нет. На Север для начала, а после – в Пустыню. И я буду пристально следить за вами обоими. И ни приведи боги, вы еще раз дадите мне повод швырнуть вас в темницу. Тогда уже ничего вас не спасет.
– И что нам делать в пустыне? – выдохнул Киан.
– Взрослеть!
Он медленно кивнул и уставился на брата. И в этом взгляде было нечто такое, что на месте Олсена я бы провалился сквозь пол.
– Хотя, – хмыкнул я. – Нет, тебе, Орм, и Севера хватит.
Он выдохнул с каким-то облегчением.
