Текст книги "Волчья стая (СИ)"

Автор книги: Лариса Куницына

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 46 страниц)

А я продолжу пялиться на округу. Лениво погляжу на карту, прикидывая предстоящий на сегодня путь. Зевну.

Скука.

Но время движется, пусть и со скоростью сонной улитки, так что мы прилетели. Сперва на горизонте показалась темная черта. Ближе – превратилась в лес. Еще ближе, и стало возможным разглядеть отдельные деревья. И разделяла лес и равнину резкая черта, словно высадили деревца по линейке, пусть и очень пьяной. Вот на самую опушку-то и спикировал вертолет.

Пилоты здесь задерживаться не собирались.

Резкий спуск, торможение – зависли над поверхностью. Снова большой палец из кабины.

– Пошли, пошли! – приказал я.

Дисциплинированно и очень быстро волчицы высыпали на землю, занимая круговую оборону. Мы с Кронекером сошли последними. И лейтенант проводил взглядом взревевший вертолет, стремительно набирающий высоту – ясное дело, что он предпочел бы вернуться на базу. Я тоже. Но у нас есть работа, и ее надо делать.

Вокруг чисто. Скоростная высадка-то настраивала на боевой лад, но никто не бежал в атаку, не спешил засыпать градом стрел там, или дротиков, или чем еще дикари воюют. Просто окраина леса и мы.

– Взвод, перестроиться алмазом, – мой следующий приказ.

Волчицы заняли свои позиции, так что я с Кронекером оказались в окружении первого отделения, рядом с Ташей. Та целиком и полностью игнорировала лейтенанта, словно тот – просто препятствие. Гиноиды, о которых я все стремился позабыть, распределились во второе и третье отделение, рядом с их командирами.

– Итак, дамочки! Мы отправляемся на охоту за чертовыми местными колдунами, и это нихера не фигура речи! Более того, с нами собственный чертов колдун, лейтенант Кронекер, который будет заниматься основной работой, пока мы будем отстреливать все угрожающее и брать в плен всех, кто похож на шаманов или тому подобных.

Кронекер покосился на меня, промолчал.

– Выдвигаемся! Сегодня к вечеру мы подойдем к первому поселению местных дикарей, так что ушки на макушке и следите за округой! Вперед!

Вперед – так вперед. Поделившись с Ташей намеченным на сегодня путем, я отдал управление переходом в ее руки. И мы пошли. Хорошо, споро, неплохим темпом. Не скоростной марш, но и не прочесывание местности.

Один хрен лейтенант не поспевал прямо со старта, так что вскоре пришлось сбавить скорость. Терпимо. Подойдем чуть позднее, но у нас есть ночное видение. А у дикарей?

– Эй, Кронекер! Местные в темноте видят? Ну, с магией твоей? Чего от них ждать? А то ты камеру нам своим лазером знатно пожег.

– Так это все же ты! – вспыхнул он, но тут же успокоился. Чудо! – Нет, думаю, с усиленным зрением не встретимся. Это не упоминается в томе знаний ни в каком видел. Я бы больше опасался их умения прятаться самим.

Разумно.

– Взвод, будет что-то необычное – сразу докладывайте, и плевать, запах это, звук или еще чего. Противник обладает хорошей оптической маскировкой.

А дальше… дальше случилось страшное. Мы с лейтенантом повели вполне спокойный и деловой разговор! Оказавшись в поле, засранец обернулся вдруг вполне нормальным человеком – и это хорошо. Еще лучше, что он стал рассказывать о колдунстве со своей точки зрения, и тут было чего послушать.

Получалось, что во всей этой херне была своя система. Те идолы сомнительной формы – фокусы некой энергии, а злополучный синий спрайт – манифестация этой самой энергии. Совмещаешь одно с другим, вуаля, ты колданул. Но работало только с ним. Другие вовлеченные в это люди пытались, но у них ничего не происходило.

А та древняя книжка – и есть древняя книжка, справочник, переведенный кое-как с горем пополам, но достаточно, чтобы пытаться изучать практическое применение чародейства. Вот он и изучал. Впрочем, тему с изучением он как-то быстро закруглил. Рассказал быстренько и все, молчок, съехал на другое – и это… А, хрен с ним. Подозрительно это. Тут, казалось бы, можно и отложить в сторону нашу вражду, да только оставались поводы ее сохранить.

В любом случае, для меня информация представляла скорее мимолетный интерес. Так, для общего развития, время скоротать. Говорили-то мы негромко, так что нормально.

Затем разговор завял, и путь продолжился в молчании.

От наших учений обстановка практически не отличалась. Так же топали через лес, так же держались настороже – единственное, тут все взаправду, так что патроны в патронниках и лично я был морально готов начать стрельбу в любого встречного, покажись он противником. Что до волчиц – это для них нормальное состояние, похоже. Спокойные, сосредоточенные лица, выверенные движения, ни капли выносливости не растрачено впустую.

И еще там хрустели всем подряд гиноиды. Как оказалось, переделанные из домашних партнеров инженеры-саперы не слишком-то умеют двигаться по пересеченной местности. Кто бы мог подумать. Они-то и создавали основной шум.

Его-то и услышали.

Шли мы, шли. Три часа в ровном темпе, без всяких проблем. Затем я краем глазом заметил, как Таша на мгновение отвлеклась на гарнитуру. Едва заметно кивнула. Повернула голову:

– Сэр, впереди контакт. Ребенок или женщина, удирает в том же направлении, что и мы. Скорее всего, услышали хруст наших болванок.

– Продолжаем движение. Второму и третьему отделению – выделите по двое и перехватите. Тихо. Без стрельбы, – сориентировался я. —

Язык нам пригодится. А поскольку волчицы очень даже неплохо носились по лесу – стоило попытаться его все-таки взять. Не тревожа округу стрельбой.

И наша военная машина пришла в движение. Лишь едва-едва я сумел заметить за кустами ринувшихся вперед волчиц – налегке, отдавших ранцы сотоварищам. И быстро послышались отрывистые от бега доклады:

– Засекла. Приближаюсь справа. Метров пятьдесят.

– Это парень. Сближаюсь слева.

Томительные секунды. Затем – перепуганный вскрик спереди, приглушенный листвой. Достаточно молодой вскрик, на мой неуверенный слух.

– Взяли. Пакуем.

– Отлично. Оставайтесь на месте, держите оборону. Подходим, – ответил я на отчет.

И вскоре мы вышли на очередную лесную полянку, которая буквально ничем не отличалась от всех прочих. Просто небольшой клочок земли, свободный от деревьев и кустов – однако, пышные кроны очень даже закрывали небо, погружая местность в тень. Грибы еще какие-то под ногами.

И, самое главное, наша добыча.

Вот тут-то я увидел самое живое доказательство родственности моих девчат и семейства псовых. Больно уж походила волчица, коленом упиравшаяся меж предплечий пленника, на какую-нибудь овчарку, которая перехватила грабителя и теперь грозно над ним нависает, не давая пошевелиться. Один в один же, ну.

А сам пленник оказался непримечателен. Худощавый весь, лицо закопано в траву и старые листья, от левого глаза расплывался синяк. Одет он был в нечто отдаленно-древнее – рубаха грязная, грубые на вид песчаного цвета штаны, коричневые кожаные мокасины. Подпоясан ремнем, неподалеку валялась плетеная из чего-то там шляпа. Мычал, дергался, только ничего поделать не мог – руки связаны, а массу волчицы черта с два переборешь.

– Он твой, Кронекер, – сказал я. – Надеюсь, говорить на местном ты научился? Хоть немного?

– Не потребуется, – с ноткой возбуждения ответил тот, сбрасывая ранец. – Заставим говорить по-человечески. Акцент будет дикий, речь ломаная, но мы друг друга поймем. А если говорить не захочет, то… – он неопределенно повел рукой. – Вариантов много.

Много. И скатываться сразу до худших все же не стоило – хотя, этому парню в любом случае судьба-то предстоит нелегкая.

Пока Кронекер копался в ранце, я бочком-бочком так отошел в сторонку, заговорил одними губами – все равно гарнитура по кости уловит:

– Сейчас будет колдовать. Будьте готовы, если что, уложить его наглухо, только не палитесь. Касается всех дальнейших моментов.

Одно задание – одним заданием. Но я ж читал… вроде… литературу про всяких там древних богов и неосторожное использование магии. Художественную, ну так и ситуация соответствует! Так что стоило подстраховаться. И парочка волчиц, стоящих к лейтенанту боком, стволы в его сторону, но вниз, это самое то. Нашпигуют пулями в мгновение ока.

Он сам же моих предосторожностей не заметил. Вытащил свою книгу, один из идолов – янтарный. Там даже какой-то жучок застыл, до болезненного несимметрично. И голова у идола была такая, угловатая. Капибара? Да, на капибару смахивало.

Вот он книгу свою раскрыл, стал торопливо листать. И пленник наш чего-то умудрился пискнуть, прежде чем его голову не вмяли обратно в землю.

– Да переверните его пока, – бросил Кронекер.

Я же кивнул, приложив палец к губам. Резкий рывок – и волчица уже упирается парню коленом в грудь, рука в перчатке крепко закрыла рот. Глаза у него такие выпученные, что вот-вот отвалятся, как у мелкой выродившейся собачки. Весь перепуган. И умудрился испугаться еще больше, едва разглядел волчьи уши – сперва у пленительницы, затем у остальных. Забился отчаянно.

– Закрепите, – приказал я. И подошел ближе, присел на колено.

Лицо непримечательное, только синяком наливалось. Лет двадцать дал бы. Волосы пшеничные. И, увидев меня, он на мгновение было успокоился – и тут же забился с новыми силами. Ненадолго. Пока берцами конечности не прижали.

А так, человек как человек. Кожа, вроде, чистенькая даже, вся грязь свежая – значит, моются там в своих поселениях.

Пользуясь моментом, охлопал его по одежде, выискивая спрятанное. Карманов нет, а вот на поясе нашелся крохотный мешочек, хитро закрепленный к ремню через ткань. Взглянул на девок. Пленительница кивнула чуть в сторону – там из земли нож торчал, на достаточном отдалении, чтобы не дотянулся. Нож грубый, кривой, но острый на вид. А чего там в мешочке?

А в мешочке оказались монетки. Мелкие, медь или типа того, судя по легкой зеленоватой пленке, с отверстием по центру. По контуру шла надпись на неизвестном алфавите.

Дикари-то, в моих глаза, стремительно росли по технологическому уровню! Ожидал голожопых и улюлюкающих, а тут прямо цивилизация, да с монетным делом! Круто. Это они хорошо в лесах-то скрываются, качественно.

Или… Или просто случился бардак и я получил неполную информацию. Вполне реально.

Пленник, тем временем, уже как-то смирился с участью. Не дергался, только жалобно глядел на всех вокруг – на меня в основном. Заметил, наверно, что пленительницами я командую. Вот и правильно.

– Лейтенант, пожалуйста, отойдите. И рот оставьте открытым, – сказал сзади Кронекер. – Сейчас научим его языку.

Жест – и волчица медленно убрала ладонь со рта пленника. Кронекер же обошел нас, встал с его головы. В одной руке раскрытая книга, в корешке которой торчал этот самый голубой рисованный спрайт. В другой янтарный идол.

И, вот чудо, кричать-то парень не стал, хотя все это видел. Только часто дышал, и все.

– Начинаю, – сказал Кронекер.

Взял книгу за разворот, повернул, держа открытой. Шепча что-то откровенно неразборчивое, сунул янтарную голову капибары в спрайт. Та будто сквозь текстуру провалилась. Секунда, две – и резким движением он приложил идол ко рту пленника. И по налившимся кровью, искусанным губам прокатилась янтарная волна, пленкой их облепив.

Затем он точно так же коснулся ушей пленника. Те тоже затянулись в янтарную пленку.

– Ну, вроде сработало, – сказал лейтенант. – Эй, дикарь! Ты меня понимаешь?

Глава 9

Он с пару секунд непонимающе пялился на Кронекера. Затем медленно кивнул, насколько это было возможно:

– Д-да…

Акцент – просто жесть. Такой, одновременно слишком мягкий и слишком жесткий, как бы странно оно ни звучало. И это по одному-то слову.

– Он ваш, – сказал лейтенант.

Ага. Великолепно. Я вообще-то рассчитывал, что это он будет допрашивать – насчет магических приблуд у них в поселении, или типа того. Ну, раз я, то и вопросы будут соответствующие:

– Как далеко до твоего дома? – медленно проговорил я.

Тут он вспыхнул паникой, замотал головой. Попытался отползти, но сотня кило на груди – это не шутка. Подрыгался как таракан перевернутый, вот и весь результат. Пришлось дать пощечину. Две. Сработало.

– Почему ты от нас побежал? Куда ты направлялся? – терпеливо, словно ребенку, сказал я.

– Ш-шаги! Громкие… услышал… – ответил пленник.

Мог бы сказать, что у меня от акцента глаз задергался – но нет, я стерпел. Чего ждать волшебства от какого-то там колдовства, правда?

– Куда. Ты. Бежал. Где твой дом?

– В деревню… предупредить… о чужаках!

Вот, это уже другое дело. Карту бы ему показать да уточнить, куда именно он мчался, да только едва ли он умеет их читать. Оставалось только слово за словом вытягивать. Впрочем, по изначальному направлению ясно, что бежал он примерно туда же, куда мы направлялись – так что путь выбран верный.

– Сколько живет в твоей деревне? У вас есть оружие?

– Пять… пять десятков! Нет, у нас нет оружия, только защитный столб! – ответил пленник. С опаской косясь на волчиц, а не глядя на меня, ведущего допрос. Любопытно.

И упоминание про защитный столб – тоже любопытное.

– От чего защищает столб? Засуха, порча, проклятия? – честно говоря, варианты я выбрал максимально случайно. Всплыли просто в голове уроки истории, в которых я эти слова услышал.

– Н-нет… От таких как вы! От таких как эти! – взвизгнул он, глядя на девушку над ним. – Зверей! Монстров!

Ладно, тут он поставил меня в тупик. Ненадолго. Сперва-то я обомлел от того, что дикари местные уже где-то видели моих волчиц, а потом как дошло – да он о монстрах тех, которых мы в подземелье покрошили! Не только я, выходит, заметил сходство.

– Это прирученные монстры, – сказал я. – И мы научили их выслеживать и убивать. Так что будь к ним повежливее.

Страх, недоверие, шок. Пленник еще и вспотел моментально, весь влажными пятнами покрылся. Что ж, один вектор воздействия на дикарей прояснился – мои девчата. Раз боятся своих шерстяных мутантов так, что аж какие-то защитные столбы ставят, то мои разумные и послушные волчицы станут для них настоящим кошмаром.

– Опиши-ка этот защитный столб. Не мне, ему, – я указал на лейтенанта.

Дальнейшие минуты три Кронекер как мог выкачивал информацию. И с терпением у него было туго. Говорил быстро, резко, тогда как парень вечно запинался, сложные слова чуть ли не по слогам проговаривал и жег мощным невнятным акцентом. Но суть, вроде, я извлек.

Очередной тотем, только и всего. Только большой, из ствола дерева, вкопанный в центре поселения. И голова там отнюдь не одна, а штук пять, стопочкой одна над другой, символизирующие защиту от определенного «монстра», разновидности мутантов то бишь. По ночам тотем слабо светился синим. Подбирался «монстр» – красным начинали светиться глаза соответствующей головы. Сигнализация, в общем. И пугалка – «монстры» не подходили, только вертелись вокруг да около, пока голод не брал свое и они не уходили поискать еды в более удачном месте.

Это, получается, тут в лесу прямо своя экосистема. О которой местные государства не сильно-то и в курсе. Или держат в секрете. Или им просто плевать, пока не стали набегать на городки.

– Ладно, подними его, – приказал я, когда лейтенант отстал от пленника.

Заморачиваться рядовой не стала. Наклонилась с хищной ухмылкой, схватила за воротник. Сняла ногу, рывок – и поставила на ноги, с легкостью его подняв. Только одежда затрещала. И порвалась немного, но парочка дыр размером в голову – не критично.

– Веди нас в свою деревню, – медленно сказал я. – Не вздумай обмануть. Мы хотим поговорить с вашим старостой.

Он испуганно закивал, словно сейчас ему горло резать станут, не иначе.

– Попробуешь бежать – поймаем. И будем по-плохому, – предупредил. – Вперед. Взвод, выдвигаемся!

Вести – это громко сказано, на самом деле. Обозначало это то, что он будет плестись рядом со мной, Ташей и Кронекером, да еще и в сопровождении специально выделенного стрелка, которая ненавязчиво почесывала ему спину стволом автомата. Не очень дружелюбно – зато работает.

Собственно, мы пошли, потихоньку набирая темп. Стоило по пути расспросить его еще о чем-нибудь, но, как назло, в голову ничего толкового не приходило. Какое-то время. Через полчасика ходьбы, ноги накачали-таки крови в мозги, и те со скрипом завертели шестеренками, выдавая мысли.

– Какие еще деревни и города есть в округе? – спросил я. Медленно.

А он все равно испуганно вздрогнул, обернулся. Почесал затылок:

– Ну… вот мы, и вот побольше, там целых полтысячи! И вот там вот вон говорят ажно несколько тысяч живет вокруг горы, только я не верю. Ну как так много и вместе?

Быстро он оправился. Видно, не мне одному ходьба помогла. А может, успокоился от того, что волчицы не стали ничего с ним делать – и это походило на правду, потому что поглядывал-то он больше на них, с опаской и страхом, неловко шарахаясь на ровном месте.

По поселениям же – я сверился с картой. Похоже на правду, однако небольших по размеру деревушек там было отмечено больше. Может, врал, может, кочевали – или просто не знал. Сравнительно же крупное в самом деле было отмечено на склоне невысокой горки в глубине леса. По перепаду высот – это больше холм, хорошенько так затянутый растительностью. Идти до него далеко, пешкодралом дней пятнадцать. Куда перспективнее пройтись по мелочи, ознакомиться толком с местными обитателями, и лишь затем наведаться город. Сверху. На головы упасть.

– Вы давно тут живете? Почему ходите в набеги из леса? – спросил я.

Мелкая деревенщина едва ли знала много, но сбор информации надо ж с чего-то начинать.

– А… – пленник задумался, с открытым ртом уставился в закрытое кронами небо. Только чудом не упал. – Староста наш говорил… Что прадед его… когда с моих годков был, бежали от… От вот таких вот, только не совсем таких.

Указывал он пальцем, разумеется, на Ташу.

– Через такое… Через портал прошли, вот! Бежали, и маг королевства и сподручные его открыли путь в убежище и вот мы тут. Но тут тоже такие же…

Дешифровать лепет труда не составило. Портал? Мгновенное перемещение – может и между планетами, а? Прадед это поколения четыре, сотня лет от силы, ну сто двадцать, а я-то историю планеты все-таки мельком отсмотрел, и никаких магов с королевствами и нашествия всяких шерстяных мутантов там не значилось. Обычная была колония, которая распалась на фракции во время Долгой Ночи, но потихоньку выкарабкалась обратно в промышленную эпоху.

И, не будь со мной Кронекера, который наколдовал тут понимание языка – я б всерьез эту ерунду про порталы и королевства не воспринял. Теперь же многое было… потенциально возможным. Потенциально.

– Что скажешь, лейтенант? – обратился я к Кронекеру. – Насчет предыстории появления?

Тот стер пот со лба, задумчиво уставился вдаль.

– Если брать как источник информации книгу, – сказал он. – Намеки на такое там есть. Да и мое, кхм, появление в том подземелье работает в пользу версии.

– И появление кучи этих волосатых.

– И это тоже. Механизм… неизвестен, – на мгновение запнулся он. – Однако в общих чертах эта история может оказаться правдой.

Я вздохнул. Вот вроде он и как человек себя ведет, а скрывать ничего не умеет, вечно проскочит. И ведь сам это понимает, но злится почему-то на свидетелей, а не себя.

– Знаешь, Кронекер, – сказал я отстраненно. – Будет не очень-то хорошо, если подобное повторится. Подобное подземелью. Ну, орда мутантов выскочит из-за угла, или ты внезапно на базу вернешься. Ты меня понял?

Молчание – знак согласия. В нашей ситуации, очень даже надежный.

Дальше пытаться раскручивать бедолагу на информацию я не стал. Доберемся до деревеньки, там-то уж найдется кандидатов. А добровольно или нет – их проблемы.

Дорога-то выдалась несложной. Вел нас пленник в том же направлении, куда мы шли изначально, бежать не пытался. Я только приказал ведущим солдатам как следует поглядывать на предмет ловушек – чтобы не повторилось вчерашнее. Подумать только – вчерашнее. А вроде бы куча времени прошла.

С каких пор у меня началась такая бурная жизнь? И почему я совсем не против?

Итак, шли мы, шли. Шли да шли. По карте – совсем близко уже.

Тут я заметил, как морщится чего-то Таша. И ладно бы она одна – так все волчицы, которых я видел, приспустили с лица концентрацию и спокойный настрой. Частенько из-под носа пот смахивали.

– Почему не докладываете об изменениях? – негромко сказал я по радио. – Я вижу, как вы под носами чешете.

– Виновата! – практически одновременно донеслось от капралов. Затем инициативу перехватила Астер. – Есть чесотка в носу, легкая, но неприятная. Как перца занюхнуть.

– Что-то изменится – доложите.

Затем я взглянул на Кронекера – тот в порядке. На пленника – тот аж приплясывал нетерпеливо, и украдкой на моих девчат посматривал. Они явно ничего не ощущали. И я тоже. Что, эта хрень чародейская и на моих подчиненных действует?

Конец тогда этому волшебному столбу. Девчата мне важнее местных.

– Всем, мы подходим к поселению. Будьте готовы. Холли, пусть твои с правого фланга носы заткнут или еще чего попробуют, – быстро проговорил я. – Кронекер, тебе бы лучше поискать, как защититься от эффекта этой хероборы, он на моих действует. Иначе я ее разнесу.

В ответ он только утвердительно хмыкнул. И книгу свою на ходу распахнул, и то хлеб.

Затем я подошел к пленнику, по-дружески сжал его сзади за шею. И заговорил, доверительно так, словно со старым знакомым, практически в ухо:

– Тебе нужно будет представить нас в лучшем виде. Чтобы никто не напал, никто не попробовал удрать. Мы пока пришли поговорить, не мстить за рейды. Пока.

– Д-да, все сделаю, как скажете! – протараторил тот. Все с тем же жутким, ну прямо раздражающим акцентом.

– Очень хорошо. И помни, что мы можем перебить всех за считаные минуты. У нас длинные руки. Ваши воины должны это знать.

– У нас нет воинов в деревне!

– Ну, конечно. Конечно нет.

Чего там писали в методичке про действия против партизан? Они всегда действуют на базе гражданских, которые могут их прятать и снабжать продовольствием и прочим необходимым. И эти гражданские редко горят желанием выдать партизан. В начале операции.

А в самом разгаре их уже не слушают.

Волчица на острие нашего алмаза доложила, что наблюдает просвет в деревьях прямо по курсу. И в просвете этом виднелись домики. Прибыли. Так что, не теряя времени, я с Кронекером и пленником прибавили ходу и сами встали на острие. Это несложно, когда на тебе стандартная пехотная броня, а за спиной тридцать скорострельных стволов. И пистолет в расстегнутой кобуре.

– Покричи. Пусть встречают. И чтобы со старостой во главе, – сказал я парню.

Он послушно закричал. Вроде, без паники и подобного, хотя голос и дрожал хлеще, чем у перепуганного алкаша. Тут-то в поселении началась суета, крики. Фигурки жителей забегали, то ли разбегаясь по укрытиям, то ли собираясь дать отпор – да хрен его знает.

Но, в итоге, все складывалось мирно. Более-менее. Ведь к нам вышла делегация из целых пяти человек. Десятая часть всего населения так-то!

И выходили они не слишком-то уверенно, с опаской. А потом вовсе застыли как вкопанные, завидев моих ушастых. Вот прямо встали, ни туда и ни сюда, словно их сейчас резать станут. Мы-то не собирались.

– Пусть подходят, – сказал я пленнику. – Можешь сказать, что мои волчицы, кхм, одомашненные.

Он снова что-то прокричал. И через несколько секунд их внезапный ступор был разбит, и они все же стали приближаться дальше – очень медленно, очень неторопливо, непрерывно вращая головами и рассматривая волчиц. Видели они, конечно, не всех. Кое-кто спокойно разглядывал их через прицелы, скрываясь из виду, готовые открыть огонь по приказу – но этого я хотел избежать.

Впереди пятерки посланников шел лысый, сморщенный мужчина с густыми седыми усами. Старик, но шаг твердый – и посох, на который он опирался, вполне мог послужить оружием. Также в группу входили два мужчины лет тридцати и две девушки лет двадцати. Эдаким клином, в острие которого старик, а девушки в хвосте. Все они были одеты однообразно. Как и пленник – штаны, мокасины, опоясанные ремнем светлые рубахи. И девушки тоже в штанах, что несколько удивительно.

– Кронекер, еще раз свой переводчик скастуешь? – спросил я, следя за посланниками.

– Без проблем.

– Тогда ты, парень, разъясни им про колдовство с пониманием языка, пока они идут, – сказал я уже пленнику.

Тот снова заговорил. Без крика – мы достаточно близко, чтобы хватало и слегка повышенного голоса. Вот тут староста ответил. Скрипуче так. По тону казалось, что недоумевал и что-то оспаривал – а затем пленник потыкал пальцами в свои губы и уши, показывая, что те все еще затянуты янтарной пленкой.

Попутно я заслушал доклад от Астер, что затыкание носа не помогает. И вообще, у них глаза стали слезиться, а в носу горит порой мерзким такими ощущением, что хочется чихнуть – а не выходит. Понимаю, ох как понимаю.

Защитный столб надо было снести как можно быстрее.

И вот, делегация наконец-то до нас доползла. Глядели они на все широкими от удивления и страха глазами, и лишь старик оставался более-менее спокоен. Даже на волчиц смотреть перестал, теперь водил взглядом между мной и Кронекером. Командира высматривал? Похоже на то.

– Он согласен, чтобы вы одарили его языком, – сказал пленник.

– Ну и хорошо. Вперед, лейтенант, – и указующий жест. Чтобы посланник понял, что это я тут приказы сейчас отдаю.

Он и понял. Стал внимательно меня рассматривать, я же в ответ его. Немолод, но крепок. Жилист, видно было по рукам. И взгляд совершенно ясный, без вот этой вот мути от старческих заболеваний. Держался он ровно, стройно, с самоуважением. Староста, наверняка. Мог выйти кто угодно, но этот мужик выглядел как староста.

Кронекер там снова завел свое чародейство, окуная голову идола в голубой спрайт. Что интересно, староста и мужчины взглянули на это как на что-то обыденное. Девушки вот удивленно зашептались, но спокойная фраза одного из мужчин их заткнула. Выходит, местным эта штука знакома.

Хорошо. Или плохо. Тут как поглядеть. В любом случае, Кронекеру будет чем заняться и о чем с местными поговорить.

А мои волчицы все так же держали лейтенанта на прицеле. Невзначай. Бочком. Всего-то легкое движение рукой, чтобы вскинуть ствол и нашпиговать его пулями. Молодцы, хорошие девочки!

Кхм.

Янтарная чародейская пленка затянула губы и уши старосты. Он аккуратно потрогал лицо, затем прокашлялся. И заговорил – с вполне терпимым акцентом:

– Приветствую вас, Укротители! Чем наша скромная деревушка может вам услужить?

Спокойно, уважительно. Да уж, крепкий он!

– Мы пришли поговорить, – взял я инициативу на себя. – Но сперва – отключите защитный столб. Моим волчицам неприятно, а значит, я недоволен.

Очевидно, старику такая просьба не понравилась. Он резко нахмурился, оглядел девок – тех, которых видно. Затем резко покачал головой:

– Никак не могу. Единственная защита наша, и коли ваши звери с цепи сорвутся…

– Об этом не переживай. Не станете сотрудничать – сам их спущу, – с доброжелательной улыбочкой ответил я. Попутно потрепав макушку Таши.

Правда, то, что пришлось до этой самой макушки тянуть руку – несколько смазало эффект, как мне кажется. Зато сама волчица не подвела. Такое глухое рычание выдала, что посланники все как один отшагнули.

– И тогда – разнесем ваш столб на куски, будете как-нибудь сами защищаться, – продолжил я. – Выключишь добровольно – так и быть, постоим на страже, пока не уйдем.

Чего-то я, кажется, говорок начал копировать. Старо-деревенский. Ну да и хер с ним. Если помогает в переговорах, то пусть, главное потом вернуть нормальную речь… И заглушить чувство ебучего стыда за эту хрень. Да.

Слова посеяли зерно сомнений – и ладно. Старик кратко что-то сказал своим спутникам, и они впятером ушли в ожесточенный спор. Даже кругом стали. Староста-то держался спокойно, вот остальные друг перед другом руками махали и пытались собеседников перекричать. Пусть я не мог понять ни слова, зато сам факт спора означал, что кто-то на условия все-таки согласен

В итоге, старик вновь обратился ко мне:

– Нет, никак не можем! – сказал он быстро. – Чародей наш сгинул, а мальчонку своего обучить не успел! Есть у него книги, да что толку с этих книг, коли…

– Кронекер, займись, – приказал я. – Тогда с этим разберется наш. Только путь покажите.

Пару раз моргнув, старик обреченно вздохнул. Плечи опустил, сгорбился, вот это все – и не понять, когда именно он притворялся. То ли ранее, чтобы нагнать авторитета, то ли сейчас, чтобы разыграть собственную безобидность.

Так или иначе, мы вошли в деревню.

Громкое слово для поселения на полсотни человек. К словам пленника стоило, конечно, относиться скептически – но визуальное наблюдение подтверждало. На этом хуторке столько и проживет, не больше.

Домики деревянные, тропинки земляные. Все низкое, наполовину вкопанное в землю, и выглядело достаточно надежно – не первый год они тут. Местные жители наблюдали за нами из-за обтянутых чем-то полупрозрачным окон и приоткрытых дверей, не рискуя показаться наружу. Если прислушаться, можно было услышать перепуганные шепотки… Но это уже фантазии. Не такой у меня хороший слух. Волчицы могли бы услышать, но сейчас им было явно не до этого.

Чем ближе к центру поселения, к тому защитному столбу, тем хуже им становилось. Доклады все такие же холодные и отрывистые, но в голосах проглядывали нотки недовольного рыка. Не будь они разумными, прирожденными и выученными подчиняться, то давно бы уже сбежали подальше. А так – терпели.

Ради меня, или потому что так нужно? Этот вопрос я постарался выбросить из головы, но он упорно всплывал обратно. Скотина.

Так что я прибавил ходу. Чем быстрее вырубим эту чертову штуку – тем лучше. Больно было смотреть, как лица девушек то и дело сводило в спазмах, носики вечно были напряжены, а глаза уже откровенно раскраснелись.

К счастью, с собой я взял только взвод Таши, остальные стояли вне поселения. Им было немного полегче.

Мы вышли на небольшую площадь в центре деревеньки. Вот он, защитный херов столб! Стопроцентное попадание в описание.

Ствол дерева, вкопанный в землю. Верхнюю половину ошкурили, вырезали головы животных, стопочкой уложенных друг на друге. И у одной длинноносой морды горели красным глаза – у волчьей морды. Взять бы, да разнести из гранатомета – зря что ли с запасом брали? Так нельзя. Я все еще рассчитывал на более-менее дипломатичный подход, а не резню.

– У вас пять минут, – громко объявил я. – И к тебе, Кронекер, это тоже относится. Если не успеете, тогда… Тогда вам не понравится. Время пошло!

И, подчиняясь парочке жестов, волчицы встали кругом вокруг столба, спиной к нему. С откровенно злобными лицами, по которым так и читалось желание рвать и метать. Из уголков красных глаза капали слезы, да и сопли пустили. Но – держались. Переполняя меня гордостью и стремлением как-то помочь.