Текст книги "Волчья стая (СИ)"

Автор книги: Лариса Куницына

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 46 страниц)

– Не может быть! Они просто, как и все, хотят немного мужской силы, вот и все! – возмущенно зашептала мураш. – Чего еще делать, кроме как болтать, пока до них инструменты для чистки не дошли?

– Они-то дошли. Вон, в ногах валяются, – указал я.

Мураш недоверчиво фыркнула, но дальше спорить не стала. Выудила откуда-то камушек и потерла его руками, затем об антенны, затем снова руками. И затолкала… Куда-то. Нет, серьезно, я вообще не понял, откуда этот камушек взялся и куда делся.

И лучше, наверно, не спрашивать. Во избежание.

Поскольку этих троих мураш записала, мы двинулись дальше, по той же простой схеме. Вдоль стены, высматривая лентяек именно тут, а не среди самых скоплений. В итоге, суммарно вышло еще двенадцать – с неухоженной броней, затупившимся оружием, следами паутины. Меньше, чем рабочих, это уж точно. Сопровождающая всех их вносила в записи на своем камушке.

А под конец мой живот бурчал совсем уж громко, и я, вспомнив, что все-таки весь день не ел, сказал:

– С этими солдатиками все. Веди, где можно поесть, а затем в яму с волчонком.

– Зачем тебе туда? – тут же ощетинилась мураш. – Что ты там будешь всю ночь делать?

Я окинул ее усталым взглядом. Она немедленно подобралась и вытянулась, глядя снизу вверх как насупившийся ребенок. И руки на пояс поставила, и грудь выпятила.

– Спать. Без удобств, зато вместе.

– Но зачем? Почему? У нас есть свободное место, можно заселить тебя… да куда угодно, кроме покоев принцессы!

– И я, из «куда угодно», выбираю именно яму с моей хвостато-ушастой мелочью.

Мураш сдалась и обреченно кивнула. И уныло, откровенно неторопливо отвела меня к солдатским запасам, откуда я без зазрения совести упер фруктов, и воды в свой бурдюк набрал. Тащить сложновато – так то ж не одному мне! Сомневаюсь, что волчонка хорошо тут кормят, добавка ей в любом случае не помешает.

По пути в камеру, недовольное бурчание мураша достигло своего апогея. Настолько, что она попыталась даже прибегнуть к методам паучих. Неловко пыталась телом светить, бросала довольно-таки однозначные замечания насчет того, с кем мне на самом деле нужно жить и проводить время. Ничего серьезного короче, и никаких реальных поползновений.

Кроме попыток взяться за руку, ага. Или влезать под руку. Но я на провокации не поддавался, так что, когда мы пришли, она уже порядком разозленной была. Пыхтела аж.

– Я надеюсь, – сказала она, когда мы подошли к «тюрьме», – Что твою мохнатую тварь все-таки возьмут и отправят на арену! Ох как надеюсь, что королева решит все-таки полюбоваться на схватку! А может, это ее муж захочет посмотреть!

– Не советую. Зрелища не будет, – сухо ответил я. Затем повернулся к стражам тюрьмы, двум мурашам-солдатикам с копьями наперевес. – Впустите. Я буду ночевать с пленницей, с волчонком.

– Но она же еще маленькая! – синхронно ответили эти две…

– Да не в том смысле, дуры озабоченные. Открывайте уже, мне еще поесть надо.

Повинуясь неохотному кивку сопровождающей, они освободили в проход и пустили меня внутрь. С утра тут ничего и не изменилось, разве что светлячки померкли да свет на более теплый поменяли. А так – все та же комната высотой в два метра, в которой ровными рядами были вырыты ямы-камеры, для тех, кто попадется. Сверху эти ямы были накрыты деревянными решетками, придавленными камнями, так что сбежать не выйдет. У меня с мелочью уж точно, а местные тварюшки – могли бы и попытаться.

Когда спустился, волчонок встретила меня радостным тяфканьем и подпрыгивала до тех пор, пока я не выложил свой груз на землю и не взял ее на руки. После чего принялся почесывать, под аккомпанемент довольного фырканья.

– Ты здесь! Ура! – выдавала она порой. – Мне так одиноко было…

А наверху наверняка завистливо скрипели зубами мураши. Может, и нет – но такая картина выглядела достаточно забавно, чтобы в нее хотелось верить.

Глава 27

Утро – дело такое себе. Волчонок мне все ноги отлежала, потому как на коленях спала. А когда не спала – носилась по яме, отчего весь сон был сплошными урывками.

Разбудили нас мураши. Послышался приказ, заскрипела накрывавшая яму решетка. Только глаза продрать успел, а сверху нависала уже бодрая морда все того же муравья, которая меня вчера сопровождала. Бодрая и слишком уж довольная, с ехидной улыбочкой.

– Пора вставать! – крикнула она. – Хватит спать и лениться, сегодня свадьба нашей принцессы!

– Передай ей, что я очень за нее рад и желаю счастливого долгого брака, – прозевал я, потягиваясь всем телом. – Вы там со списком вчерашним разобрались уже?

– Еще утром, на восходе. Все подлые обманщицы убиты, наша армия очищена и лишь окрепла!

Вместо ответа я поймал пробегавшего мимо волчонка, поднял на руки и сунул ей яблоко. Мелочь вгрызлась в него, чавкая, урча и помахивая хвостиком. А сам же попил воды, смывая изо рта противную сухость.

– Вылезай! – крикнула мураш. – Только ушастую оставь, мы о ней позаботимся, хе-хе!

Так. Если вот до этого все было нормально, то неуместный, неуклюжий смешок меня как-то напряг. Достаточно напряг, чтобы я ой как не хотел оставлять мелочь на попечение мурашам.

– И куда пойдем? – ответил, чтобы потянуть время.

– Вернулись фуражиры! Нужно вычистить всю подлую гниль из их рядов! А затем принцесса велела привести тебя на церемонию, познакомить с мужем и чтобы ты с ними все праздник провел. Церемония, парад, схватки на арене… Потом она скажет, что будет дальше.

И снова – арена. Логическую цепочку тут составить нетрудно, так что с волчонка глаз спускать нельзя. Вот совсем. А раз так – придется с собой таскать. Чисто технически, никакого права на это у меня нет, только не плевать ли? Я тут важную работу делаю, сегодня последний день – так что пусть к черту идут.

«Потом она скажет, что будет дальше». Ага. Интересно, а кто там на кого больше влияет? Муженек на свою невесту, или наоборот?

– Сейчас поднимусь, – ответил я. – Но она будет со мной. Я посещу вашу церемонию, для приличия, а затем мы уйдем.

– Нельзя!

– Можно. Захлопни свой ротик и отойди в сторону.

Заинтересованно следившая за разговором мелочь фыркнула. Мураш же стала воздух ртом хватать, затем надулась, обернулась бессильно. Там за ней наверняка стражники тюрьмы стояли, только чего они ей скажут-то? Да ничего не скажут.

– Но нельзя! А как же арена…

Ага, проболталась, скотина!

– Мы с принцессой договаривались о том, что я заберу волчонка с собой в целости и сохранности. И этот пункт не обсуждается. Никакой арены.

– Но она сказала, что так пожелал ее муж…

– Да мне как-то плевать, – пожал я плечами. – Спускай веревку, я вылезаю. Иначе хер вам, а не гниль вычистить.

Поколебавшись еще с минут, скрывшись из виду и, судя по звукам, навернув парочку кругов вокруг ямы, мураш все же показалась вновь, скинув эту самую веревку. Белоснежный паучий шелк, узлы, чтобы держаться было удобнее. Обычная штука.

Усадил волчонка на спину и залез. Правой рукой пользоваться все еще так себе, но раз надо – перетерпел боль и слабость. Как оказался наверху, так сразу сунул мелочь себе под мышку. На плечах ей не покататься, потолок слишком низкий, отпускать бегать одной опасно, а так и при мне всегда, и не напрягает особо. Она ж легкая.

– Правильное решение, – сказал я недовольной муравью. – Это моя девочка, и решения о ее судьбе могу принимать только я. Теперь – веди к рабочим.

Мураш чего-то попыталась сказать, рот парочку раз открыла и закрыла, а затем только рукой махнула и посеменила лапками к выходу из тюрьмы. Охранникам было плевать, только любопытствующими взглядами сопроводили, да и все. Они, кстати, тоже были при параде – хитин с оружием отполированы, чистенькие, без единого пятна.

Готовятся, что сюда молодожены заглянут? А вот хер им, парочке этой.

Спустя метров двести я понял, что волчонка нести под подмышкой не слишком-то удобно, но деваться некуда. Только рукой шевелить туда-сюда, чтобы нигде не пережимать.

Сама работа по обнаружению мимикрирующих паучих, как и вчера, оказалась простой. Да даже проще! Рабочие ведь тоже по случаю праздника себя отдраили, пусть и не прекращали делом заниматься, так что ленивых паучих было выделить еще проще. Плюс десять голов в копилку. Лично я никакого ажиотажа среди мурашей уже не вызывал, зато вот гиперактивная мелочь, которая тянулась буквально ко всему подряд и все время норовила выпасть из рук – их привлекла. Не в положительном ключе, нет. Дай им волю на минутку – попытались бы кирками своими распотрошить.

Или забить касками. Ебучими желтыми строительными касками, слишком уж нормальными и привычными, надетыми на головы «кентавров» с муравьиными жопками и антеннами. Я в итоге все-таки спросил, откуда они взялись.

– Это из слюны тли, – неохотно ответила бригадир рабочих. – Камень не страшен, но такую вкуснятину пускать на это… Их ведь даже не съесть теперь!

И ее поддержали легким, едва слышным ропотом. Я же решил не представлять, как тут может выглядеть тля, и сразу выбросил из головы все нечеткие картинки, успевшие там появиться.

Ну, ладно. Делают так делают. Не отменяет того, что каски эти своим видом слишком уж выбиваются из местного средневекового окружения – ну да и черт с ними. Все, довольно об этой ерунде думать!

Как покончили с пауками, и солдат удостоверилась, что все они на самом деле пауки – настала пора встречи с принцессой и ее мужем.

Ведомый мурашом, я вновь спустился под землю. И через какое-то время умудрился даже опознать дорогу! Мы шли к временным покоям, целиком прорытым в камне. Сопровождающая пыталась чего-то ворчать и бурчать на тему «хвостатой твари, которой тут не место», но я все эти недовольства игнорировал.

И почесывал волчонка за ушком, ага. Почему бы и нет.

Итак, подошли ко входу в покои. Вокруг камень, внутрь вела деревянная дверь из крепких досок, перед ней – стража в полном хитиновом доспехе, включая шлемы. Аж шестеро стояли. И с оружием наизготовку, с алебардами. Все начищено и блестело в ровном свете множества светлячков, разумеется.

– Человек, истребитель паразитов, к принцессе! – ровным и четким голосом сказала сопровождающая. – По ее просьбе посетить ее и ее мужа перед свадебной церемонией!

Стражи молчаливо меня оглядели с головы до ног. Наверно. За забралом глаз не разглядеть, а тушками они даже не шелохнулись.

– Почему с человеком это существо? – гулко спросила одна из них.

Тут мураш беспомощно на меня оглянулась и сделала пару шажков в сторону.

На меня все сваливаешь, да? Ну, правильно делаешь.

– Это волчонок из моей стаи. С принцессой был заключен договор – я очищаю вас от внедрившихся паучих, взамен забираю мелочь…

– Это я! – весело вставила волчонок.

– Забираю и со всей остальной стаей беспрепятственно следую к проходу через болота. Паучих вытравили, мелочь забрал и теперь посещаю принцессу по ее просьбе, перед тем как уйти.

Несколько секунд молчания. Затем одна из стражей встала напротив двери, постучалась несложным, но все-таки кодом. Выждала еще пяток секунд и стремительно прошмыгнула внутрь, закрыв дверь за собой.

Я потянулся. Пройтись прошлись, но еще размяться не помешало бы. Сопровождающая стояла на месте, нервно переминалась с лапки на лапку и, разумеется, усиленно потела, глядя в стену. Понятное дело, огребать ей не хочется за то, что выпустила пленницу, а придется.

Еще минуту спустя, стражница вышла из покоев принцессы. Теперь – не закрывая дверь, лишь в сторонку отступила:

– Заходи. С этим. Королева и ее муж любезно согласились принять тебя.

Забавно. Мужу-то титула, похоже, не досталось.

Ну, не теряя времени, я спокойно вошел в покои. Тяжелая створка немедленно закрылась за моей спиной.

Тут ничего не поменялось, на самом-то деле. Все так же, как и вчера. Ковровая дорожка, полированный камень, внушительная кровать с не менее внушительным балдахином, столик под еду и воду. Ну и множество светлячков на стенах и потолке – в узор складывались. Мох не просто пятнами был, а линиями, ну и жучки располагались на одинаковом расстоянии друг от друга. Красиво, вообще-то. И достаточно эффективно – казалось, будто со всех сторон льется приятный солнечный свет.

Волчонок попыталась вырваться и побежать обследовать комнату, но я успел ее перехватить. Взял поудобнее, и по дорожке двинулся к кровати.

Спасибо освещению – видно было, как за прикрытием балдахина эти двое себя в порядок приводили. Иными словами, одевались. И муж ее заметно торопился. Вот сама королева-муравей двигалась сонно и лениво, медленно и размашисто. Пока один только белоснежный пиджак свой натянула – паренек уже целиком успел.

Да, это был паренек. Видно по силуэту – мелковат для полноценного мужика, но совершеннолетие вполне себе перешагнул.

– А мы вас видим! – весело крикнула волчонок, ворочаясь в моей хватке. – Тили-тили тесто, жених и невеста!

К счастью, обе руки были заняты ею, так что лоб мой остался цел и невредим. Но вот легкая волна неловкого стыда все ж прокатилась по телу, от нее деваться некуда – и я аж глаза прищурил, преодолевая ее.

– Поздравляю, – добавил я.

– С-Спасибо! – неловко ответил паренек.

По голосу уж точно стало ясно, что он молод. Ну и по ответу – засмущался прямо, дернулся всем телом.

– Иди, познакомься с нашим гостем! – скомандовала королева, поправляя волосы. – Твоего положения он достичь не способен, зато на удивление резво выявил всех подлых тварей, пробравшихся в наш дом!

Вот насчет «не способен»… Я бы так уверенно об этом уже не заявлял. Я прямо чувствовал, как пропитавшие все это место феромоны потихоньку, но вполне верно подтачивали мою стойкость. Утром, по крайней мере, заметно было. В руки я себя взял легко, но звоночек тревожный – как и то, что силуэт королевы вызывал где-то глубоко внутри некоторый к ней интерес. Вполне определенного направления интерес.

Мораль проста – валить нужно побыстрее. Еще быстрее.

Тем временем женатик сполз-таки с кровати и вышел из-за прикрытия балдахина. Ну, чего тут сказать? Могло быть лучше, могло быть хуже – а вышло как вышло. Худенький блондин в пурпурном. Одежка выглядела сравнительно богато, была украшена серебром и парой-тройкой мелких драгоценных камней. Сам он гладко выбрит, чисто вымыт и смотрел с умеренным, высокомерным любопытством.

И куда только все смущение подевалось?

Волчонок приветливо тявкнула. И – пареньку это не понравилось, он дернулся, даже отступил на шажок. Лицо скривил, будто чего-то оч-чень гадкое увидел.

– Поздравляю с похищением, – сказал я.

– Я ее люблю! В самом деле люблю, и тебе никак между нами клин не вогнать!

– А ты разве сам сюда пришел?

– Нет, – смутился он. – Но я все равно ее люблю! Она такая… такая… Такое умеет…

– Так, вот что она в постели умеет – меня не волнует.

– Это обидные слова, человечек! – сказала королева.

Она, тем временем, все-таки оделась и слезла с кровати. И немедленно направилась к столику с едой. Одета она была так же, как и при первой встрече – но весьма расхлябанно. Пиджак на одной пуговице держался, фуражка набекрень и штаны на ногах-хелицерах мяты-перемяты. Понятно почему. Вообще, образ привлекательный…

Ущипнул себя за руку и потрепал волчонка по голове. Затем все же опустил ее на землю, пока королева громадными глотками хлебала воду из кувшина, а муж ее с опаской глядел машущую хвостом мелочь. Опустить опустил, но не отпустил – на плече волчонка крепко лежала моя рука.

– С делом покончено, проникшие к вам пауки выявлены и убиты, – сказал я ровным голосом. – С моей стороны наш договор исполнен. Только вот кое-кто проговорился, что малышка из моей стаи с чего-то вдруг окажется на вашей свадьбе на арене…

Ну, тут даже гадать не пришлось, кто был инициатором. Королеве плевать, она сосредоточенно кусок мяса жевала. Вот парнишка – ухмыльнулся неприятно. Выпрямил спину, словно палку проглотил, постарался обрушить на меня все свое высокомерие и, видимо, какую-никакую врожденную аристократичность. Или вес своего богатства. Хрен его знает, кем он был, пока сюда не притащили.

Ему не слишком-то помогало, что по росту он меня на добрый десяток сантиметров не догонял.

– А почему бы и нет? – дерзко сказал он. – Почему бы не проверить, сколько она продержится? Это будет очень любопытно!

Волчонок негромко зарычала. Паренек дернулся, но с места все ж не сдвинулся. Понятно. Боится – и не против посмотреть, как объект его страха на части рвут.

Я – против.

– Эта мелочь – из моей стаи. Никто, кроме меня, не в праве ею распоряжаться, – размеренно сказал я. – Сделай себе проще, не упорствуй, признай, что был не прав, и мы спокойно уйдем. И никогда вас двоих больше не побеспокоим, даже не услышите.

– А то что? Что ты сделаешь? Ты ведь просто грязный крестьянин, которому повезло оказаться помеченным этими шерстяными тварями! Я по определению стою выше тебя, а буду еще выше, когда мы проведем сегодня церемонию! Ты и рта раскрывать не смеешь передо мною!

Я вздохнул. Получается, опять не выходит одними только словами разрешить проблему. Которая еще и на пустом месте возникла, потому что один хлыщ боится собак, да так по извращенному, что готов их у других отбирать, чтобы прикончить.

Мелочь, конечно, не животное. Но суть сохраняется. Так раз боится – пусть и побегает, может хоть из головы ерунду вытрясет.

Взглянул на королеву. Та с интересом следила за нашим разговором, пошевеливая антеннами и подозрительно часто проводя ладонями по оголенным частям тела. Поймав мой взгляд, она вопросительно выгнула бровь.

– Фас! – сказал я волчонку. Та недоуменно обернулась. – Да за жопу его схвати.

Она даже не ответила. Ракетой с места сорвалась и в считаные доли секунды уже рядом с пареньком оказалась. Возбужденно рыча. Тот не оценил. Сперва неловко в сторонку отшагнул, снова – а когда волчонок попыталась ухватить-таки его за задницу, так и вовсе запаниковал и побежал прочь.

Мелочь не отставала. Ей вообще весело было, бежать за хлыщом.

Нелепая комедия какая-то. И едва ли это поможет наладить с ним отношения… Ну да плевать. Пусть побегает, может хоть мозги ему прочистит. Уже на второй круг пошел, тем временем!

– Ну и что это такое? – спросил я королеву. – Мы ведь договорились.

Она проследила взглядом за своим мужем, затем перевела его на меня. Немного расстроенная.

– Это он захотел, когда я в перерыве о тебе рассказала. Раз уж пожелал себе такое на свадьбу – то надо.

Я почесал затылок. Посмотрел еще немного, как хлыщ безуспешно бегает от волчонка. Та ни на шаг не отставала, вполне неплохо проводила время и пару раз сумела дернуть его за штаны. Молодец – учитывая, что ноги-то у нее заметно короче.

– Как видишь, он просто трус и боится встретиться лицом к лицу. Вот и решил позлорадствовать, закинув мою мелочь на растерзание.

– Да уж. Трус. Но он мой трус! И никому его от меня не отобрать, и никак ты моей любви не помешаешь! Даже не пытайся теперь, когда я возлегла, снова на себя все внимание перевести! – вспыхнула мураш громогласно.

– Мне плевать на ваши отношения, долбитесь сколько влезет. А я просто заберу волчонка и спокойно мимо вас пройду со своей стаей. Этому мешает только твой муж, – терпеливо проговорил я. – Пусть откажется от своей идиотской идеи, и мы вас покинем вот немедленно.

Надоело как-то одно и то же повторять. Но раз нужно для дела – можно и в очередной раз пояснить суть моих требований.

– Эй, мелочь! – крикнул я. – Брось его, иди сюда.

Тявкнув, волчонок уцепилась за штаны паренька и умудрилась-таки сорвать их с задницы. Разумеется, тот немедленно в них запутался и на полном ходу грохнулся – сперва на твердый, полированный каменный пол, а затем еще и лицом чутка ковровую дорожку мазнул. Волчонок же, подпрыгивая, подбежала ко мне и уставилась преданным взглядом, весело помахивая хвостом.

– Мы даже на свадьбе не появимся, чтобы вас не беспокоить, – добавил я мурашу. – Уйдем. Нужно только, чтобы никто не мешал.

Сказал я это уже ей вслед, потому что она бросилась к хлыщу. Подняла его с легкостью за подмышки, внимательно осмотрела – одежка помялась, лицо раскраснелось, волосы растрепаны и, быть может, пара-тройка синяков на теле потихоньку наливалась, а так он был в порядке. Даже нос, и тот цел.

– Она… – запыхавшимся голосом выдавил он. – Она меня сожрать хотела! Ты видела! Нужно ее за это наказать! На Арену! И этого паршивого простолюдина туда же, раз он так привязался!

А вот это совсем уж неправильное развитие событий. Так что стремительно к ним подошел, чуть со стороны – и ухватил хлыща за воротник, приподнимая. Это при том, что королева его все еще держала.

– Не борзей, рожа королевская. Я свою работу сделал, а тебя бы первая же паучиха утащила в нору и не выпускала, пока все соки не выжмет. Так что займи свой рот чем-нибудь другим. Вон, у тебя невеста все еще на ногах держаться может – плохо работаешь!

Он выпучил глаза, не найдя, чего ответить. Я отпустил его, посмотрел на мураша – та с первобытной жадностью его разглядывала. Аж слюна в уголке рта показалась, и соски каким-то невероятным образом проступили через плотную кожу белого пиджака.

– Ступай своей дорогой, человечек, и хвостатую забирай, – стремительно пробормотала она. – Проходу тебе со стаей – до полуночи. И не возвращайся более!

Мне дважды повторять не надо. Мелочь – в охапку, и на выход. Те двое в другом направлении. Вернее, только королева. Она паренька тоже на руках несла, на ходу посыпая поцелуями и, судя по звуку, сбрасывая одежду. Никакого сопротивления с его стороны замечено не было.

Вышел из покоев. Сопровождающая мураш-солдатик заметно скисла, узнав, что никакого развлечения с волчонком им не светит, и что ухожу я все-таки с ней. Ничего по этому поводу она не сделала, поведя нас к выходу – разве что не бормотала уже, а вполне себе говорила, будто бы в никуда:

– Бесполезная тварь. Наверняка вкусная. И вот бы посмотреть, кто победит – молоденькая скорпион, или она? Наверно, скорпион. Ушастая морда вообще ни к чему не годится, только на зрелище пустить. И то жиденькое.

К счастью для нее, подтачивавшая меня феромонная дрянь сделала меня более… толерантным. Иначе бы врезал по лицу, как следует, а то и антенны бы поотрывал к чертям. А так – просто следовал с расслабленным, дожидаясь, когда же наконец окажусь на поверхности.

Как оказался – так и, не оглядываясь и не прощаясь, сразу к лагерю направился. Тут уж волчонок своим ходом топала, разумеется. Держась чуть впереди меня и то и дело оглядываясь, проверяя, в каком я направлении иду.

Ну натурально служебная собака. Довольно сомнительное сравнение – но принять его было легче, чем раньше. Феромоны эти, а может оттого, что мелочь меня укусом своим пометила. Хорошо пометила – на шее вполне себе прощупывались след, вплоть до отдельных зубов, и пропадать они как-то не собирались.

А чего мои боевые девчата подумают? И вообще – может, они тут и сами потихоньку начали скатываться в эдакое полузвериное состояние, наравне с местными волчицами? Или все ж генетические всякие там манипуляции и тренировки с рождения всю эту дурь заранее вышибли? Только один способ узнать. Добраться.

Но пока я только до лагеря добрался. Волчонок с радостными криками вприпрыжку умчалась к альфа-самке, я же подошел спокойно, устало. Ну и «гончую» за макушку потрепал, раз уж первой встретила – смущенно покраснев, она отошла в сторонку и продолжила следить за окружением.

– Что с Эльзой? – спросил я.

– Спит, набирается сил, – ответила альфа, взяв мелочь на руки. – Дышать тяжело, но помирать не собирается, рану мы зализали. Поспевать в нормальном темпе точно не сможет.

Затем она подошла вплотную – и внезапным, стремительным движением ткнулась носиком в щеку, едва-едва пройдясь губами по коже.

– Я не верила, но ты ее вернул и вернулся сам, – пробормотала она. – Самый настоящий вожак! Не зря я чувствам своим поверила, не зря!

И ее тоже за ушком, чего уж. Ответить поцелуем? Идейка промелькнула, но мою броню еще не настолько пробило. Просто почесушки в чувствительном месте, вот и все.

– Времени пройти у нас до полуночи, – сказал я громко, всем сразу. – Собирайте барахло, пополняйте запасы воды и идем. Эльзу я потащу на себе. С едой у нас как?

– Мы немного поохотились, – ответила альфа. – Сырое… Но ты ведь умеешь создавать огонь.

Последнее предложение она произнесла с благоговением, словно это какая-то божественно-мистическая штука. Ну, это мы из них уберем, когда доберемся до моего взвода. Подтянем, так сказать, в технологическом развитии, для их же блага.

– Не думаю, что на болоте много топлива для костра. Прихватим с собой немного валежника, а там разберемся на ходу. Все, девчата – за работу!

Глава 28

Переход через болото был занятием долгим, скучным и откровенно неинтересным. По видимой сквозь мутную воду каменистую дорожку, от островка до островка, и так два с половиной дня подряд. Проход достаточно широк, чтобы двое могли стоять плечом к плечу – но не более. Так что надо было следить, куда ногу ставишь.

А еще вся эта застоявшаяся вода попросту воняла. Что мне было неприятно, а уж чувствительные волчицы вообще старались носом не дышать, с силой прогоняя воздух через сомкнутые зубы.

Эльза крепко прописалась у меня на спине. С дыханием у нее и правда были проблемы – видимо, легкое все-таки зацепило. Но толком ничего диагностировать я не мог, помочь тоже, вот и оставалось – немного прошла сама, запыхалась, водрузил ее на себя и понес дальше. Под завистливыми взглядами других. Кроме, разве что, волчонка, которая даже по пояс в воде умудрялась туда-сюда носиться, задрав повыше хвост.

Хвороста было не набрать – округа вся влажная, а местность открытая, с редкими деревьями. Я запретил пытаться до них добраться, так что рассчитывать оставалось только на то, что на своем горбу могли унести. На подсушить одежду хватало, и то хорошо. Иногда и на островках попадались кустарники и мелкие деревца, с них бесцеремонно обрезали и срезали все, что могло гореть.

Сон – вплотную друг к другу. Иначе мы порой и уместиться-то на одном островке не могли. Главный плюс – тепло. Главный минус – девки в прямом контакте проникали-таки через подточенную муравьиными феромонами броню нежелания, так что надо было прикладывать какие-никакие усилия, чтобы держать себя в руках. Ибо нехрен тут.

Главное, что в итоге все-таки выбрались на твердую, сухую землю. На бескрайнее зеленое поле, вполне схожее с тем, где я с взводом оказался. Изумрудная трава, и вот это вот все. Чистый ровный горизонт, никаких следов разумной жизнедеятельности – иди теперь, ищи свой отряд.

Ну, первым делом мы пересчитали запасы. Воды еще на денек оставалось, а вот еда кончилась. И никаких рощ или даже одиноких деревьев не виднелось, чтобы было из чего костер разжечь. Так что…

– Идем дальше, – приказал я, натягивая еще влажную обувь. – По пути – поглядывайте за местной живностью, и ловите, если найдете кого съедобного и достаточно большого. А вы тут вообще были хоть раз, или только слышали?

– Ни разу, – покачала головой альфа. – Мы только знали, что здесь можно пройти.

– Жаль. Ладно, разберемся. Двигаться будем в том же направлении.

Мне еще помнилась карта, которую показывал фрайхерр. Толку с этого не слишком много – некуда привязаться, нет ориентиров, но по ней понятно было, что между первыми поселениями и границами Диких земель как раз и лежало громадное поле.

Правда, есть одна проблема… Чего-то я не припомню, чтобы там было какое-то болото обозначено. Ну, например то, через которое мы только что прошли, ага.

Ладно. Никаких особых вариантов нет, так что продолжаем двигаться в том же направлении. В надежде наткнуться на хоть кого-то. Задачку можно и упростить немного. В конце-то концов, у меня ведь под командованием пять боеспособных волчиц, часть которых можно веером пустить вперед – охватим больше территории, больше шанс кого-то или что-то встретить.

Вот троих и послал. Когда подальше продвинулись, чтобы болотная вонь не мешала:

– Если пахнет гарью, дымом, чем-то таким – сразу возвращайтесь и докладывайте, – приказал я.

Трое младших волчиц и гончая убежали вперед. Легко и просто, даже с удовольствием, получив наконец-то возможность как следует ноги размять и подвигаться. Мелочь и так круги вокруг наворачивала, Эльза слезла со спины, захотев пройтись и немедленно прилипнув к моему левому плечу, а альфа просто с наслаждением потягивалась на ходу, слишком уж демонстративно напрягая мышцы.

А я и не против. Картинка-то неплохая.

Болтать не о чем, шли в тишине. Пусть земля и мягкая, но шагать было проще, чем в воде, так что скорость была ограничена лишь Эльзой. У которой быстро потяжелело вновь дыхание.

– Не напрягайся, – сказал я. – Мы никуда не спешим.

– Надо… самой… ногами перебирать, – пропыхтела она. – Не все же… ты меня… как щенка…

Слова-то правильные, но больно уж тяжело сказанные. Так что я сбавил скорость. Нечего ее перенапрягать.

Вскоре солнце зашло в зенит и напомнило, что идти по равнине – это не то же, что под бесконечными кронами деревьев. Тут от него не спрячешься, и безоблачное голубое небо совсем не предвещало облегчения. Жарко! И пусть было у нас, чем прикрыть головы, все равно идти сложно. Особенно Эльзе.

В какой-то момент я просто ее поймал и осторожно погрузил на плечо, невзирая на все протесты. Пусть машет ногами, руками да хвостом сколько влезет – спускать, пока сам не выдохну, не собирался. А тут и мелочь подключилась. Следуя за мной по пятам, волчонок подпрыгивала и пыталась дотянуться до макушки Эльзы.

Вот так и шли. Под палящим солнцем, по густой траве, примерно в нужном направлении. За убежавших вперед девок я не беспокоился – обратно по следу вернутся и нас нагонят, если что. Вот в своей способности шагать прямо без ориентиров – уже сомневался. Одна нога ведь всегда чуть короче другой, так что люди в итоге, пытаясь прямо идти, обычно начинают круги наворачивать. Приходилось примерно выдерживать направление по звезде. Ключевое слово – примерно.

Когда, по прикидкам, время подбиралось к шести вечера, впереди показалась одна из передовых волчиц.

Примерно с двух часов, заметно правее нашего маршрута – туда и посылал. Подбежав ближе, она оказалась самой младшей из взрослых. Хотелось бы услышать что-то хорошее, но, на всякий случай, я насторожился и поставил Эльзу обратно на ноги.

– Там дорога! – возбужденно сообщила разведчица. – Брошенная повозка с крышей, несколько тел, и две лошади рядом пасутся, а больше никого. Я подходить не стала, но оттуда кровью несет густо, не самая старая. Наверно, утром всех поубивали!

Здорово. И неиронично здорово – потому что дорога и карета означают, что здесь где-то поблизости есть-таки цивилизация. И иронично – потому что вопросец еще тот, кто тут напасть мог, и на кого. Пока мы шли через болото, никаких других девок-монстров не замечали. Комары с лягушками – и те самые обыкновенные. И по ночам дежурные, включая меня, никого не видели.