Текст книги "Волчья стая (СИ)"

Автор книги: Лариса Куницына

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 46 страниц)

Короче, похоже, это люди с людьми подрались.

– Сбегай за остальными. Отправляй их сразу к повозке. Мы тоже идем туда.

Преданно кивнув и взмахнув хвостом, девка умчалась по следу своей соплеменницы. А я достал свой многострадальный нож.

Попробовал им помахать – больно! Без напряжения-то не беспокоила рука, а задействовал как следует, так сразу прострелило. Настолько, что пальцы сами разжались и оружие на землю упало. Вот же ж…

– Что случилось? Ты как? Все хорошо? – сразу накинулась на меня Эльза.

Впрочем, единственное, чего она могла сделать – это посмотреть на мою перевязанную руку, ну и все. Зализать волчицы рану не могли. Выяснено это было в первую ночь перехода, когда я внезапно проснулся посреди ночи оттого, как Эльза пыталась, собственно, зализать. Через несколько невнятно-неловких минут моих попыток молча ее отпихнуть, я все же в итоге сдался. И в итоге все, кроме мелочи, приложили свой язык.

Не сработало. Вообще, ни капельки. У Эльзы на спине лишь шрам бледный, а у меня как было все, так и осталось. И ради чего, спрашивается, неловкость в себе давил в процессе?

– В порядке. Более-менее, – я указал на альфу. – Если будет драка, полагаюсь на тебя. Эльза, ты хватаешь мелочь и ковыляешь навстречу остальным. Всем все ясно?

Все дружно кивнули с навостренными ушками, включая волчонка. Она-то, кстати, нож уже подобрать успела начала с ним играться, пытаясь в стойки вставать. Отбирать не стал. Чего-то я подозреваю, что взрослые волчицы уже навострились драться руками да зубами, Эльзе он погоды не сделает, а мелочь может чего и сумеет выдать.

Двинулись. Направление примерное, но мимо дороги-то не пройдем, так что сойдет. Альфа шла впереди, метрах в десяти от нас, внимательно глядя в горизонт. Я больше головой крутил, высматривая со всех сторон, а волчонок держалась между мной и авангардом – посерьезневшая и подобравшаяся, а не как ребенок-щеночек. Вот и молодец, вот и чудненько.

Меры предосторожности приняли, а на пути все равно ничего не встретилось. Просто поросшая травой равнина, сочно хрустящие под ногами травинки и освежающий ветерок под пышущим жаром солнцем. Нормальное дело. А то я как-то устал от приключений, пусть хоть сейчас какое-то время будут сравнительные тишь да спокойствие.

Впереди появилась темная точка. Чем ближе – тем лучше видно, что это, вообще-то, карета. На мой неискушенный взгляд, сравнительно богатая и красивая, со всякими там кривыми в оформлении, легким серебряным отблеском и высокой крышей. Чуть позже и лошади показались – они паслись сами по себе за каретой, без всякой видимой тревоги щипая с земли траву.

– Кровью пахнет, – негромко сказала Эльза. – И правда, еще свежая.

– Что-нибудь еще чуешь? Кого-нибудь?

Она изо всех сил втянула в себя воздух – тут и ветерок аккурат в нашу сторону дул. Затем скривилась, схватилась за грудь, медленно и осторожно выдохнула. Хотел подхватить ее за плечо, но волчица выставила руку:

– Я… нормально, – пробормотала она. – Кольнуло сильно… Пахнет потом лошадиным и… И людьми, похоже. Вроде тебя, только совсем не так привлекательно….

Ремарку насчет привлекательности я пропустил мимо ушей, а вот то, что учуяла людей – это любопытно. Может, конфликт между кем-то из местных? Если так, то значит, что мы вплотную к цивилизации подобрались, раз уж тут на каретах раскатывают. И, значит, достаточно следовать в ту же сторону – и куда-нибудь, да доберемся.

Надо только все полезное с тел и багажа забрать. Им уже не понадобится.

– Держись позади и береги дыхание, – сказал я. – Мы сами все осмотрим и позовем, если безопасно. И не спорь. Садись!

Недовольно надув щечки, Эльза все-таки соизволила приземлиться задницей на землю. Я же ускорил шаг и чуть изменил направление – в подобие цепи встать, вместе с альфой. Такая-то цепь из двух человек, ага. Ну, привычку кучковаться из меня в учебке вышибли хорошо…

Поравнялись, продолжили. Неторопливо, с чувством, толком и расстановкой. Волчонок благоразумно семенила позади, так что о ней беспокоиться не нужно было.

О, вот и тела видно. Один, оказалось, кучером сидел впереди кареты, еще двое живописно развалились у колес. Кучер просто в одеждах, болотно-зеленых и с коричневыми сапогами по щиколотку, другие же явно были солдатами – на груди герб вышит, на головах шлемы железные, и мечи так и остались сжимать.

Почему-то – нетронутые. В карету двери нараспашку болтаются, с обеих сторон, так что она насквозь проглядывается, а вот тела будто бы как упали, так и остались. Будто не обыскивали.

Сойдет? Сойдет.

– Проверь их, – приказал я альфе. – Загляну внутрь.

Молча кивнув, волчица быстрым бесшумным шагом ринулась к телам. Я же, заметно громче, подскочил ко входу в карету.

Запрыгнул с разгону на подножку, взглянул внутрь. Хиленький полумрак – пусть крыша и есть, солнечные лучи услужливо залетали через распахнутые двери и небольшие окошки. Полный беспорядок. На полу валялся всякий-разных хлам в виде одежд, пузатой кожаной сумки, а венчала все это безобразие перевернутая тарелочка с чем-то непонятным, но, определенно, сладким. У стен, по ходу и против ходу, были обитые шелком сиденья, над ними висели серебристые побрякушки – птички, цветочки, все в таком духе.

И никого. Пассажиров на земле как-то не наблюдается, так что их наверняка утащили с собой неизвестные налетчики. Значит, экипаж этот полностью наш на разграбление.

Не, можно попробовать обратно лошадей привязать и поехать, промелькнула такая мысль. Но я ни малейшего понятия не имел, как это делается вообще.

– Что там с ними? – спросил я в сторону.

– Все мертвы, у всех горло перерезали, – ответила альфа. – Больше ран не видно. Хорошо сработано, аккуратно.

– Еще посмотри. Не может же быть, что кто-то к каждому сзади подкрался и прирезал.

Сам же завалился внутрь кареты, бесцеремонно топчась по разбросанной одежке. Сплошные кружева да шелка белоснежные – ехала тут женщина, видимо. Ну, понятно это было не только по виду одежды, но и по ее количеству. Много.

Логика мне подсказывала, что под сиденьями должны прятаться багажные отделения. Откуда-то ведь весь этот хлам появился. И там вполне могло остаться чего-нибудь для нас ценное. Еда, питье – ну и, если повезет, немного пропущенных при разбое денег. Мы ж в люди идем, с нищими голодранцами разговор никто не поведет.

Так что сперва я поднял сиденье, которое спиной к ходу движения. Пришлось слегка повозиться, чтобы понять, как его закрепить – но справился. А внутри и в самом деле были три сумки, занимавшие весь объем. Две выпотрошены, третья просто открыта и внутри немного пошарились.

Одежда. Разумеется, все это исключительно под бесполезные тряпки. Может, и красивые, но для нас оно – бесполезное барахло, не считая самих сумок.

– У каждого только одна рана – горло, – сказала альфа, появившись в дверном проеме. – Одежда целая, без дырок.

– Ладно. Залезь на крышу и следи за округой. Не хочу, чтобы к нам подкрались так же, как и к ним.

Кивнув, за парочку ловких движений волчица вскочила сперва на крыло, затем гулко шлепнулась о крышу. Вместо нее в проеме появилась мелочь, которая, целеустремленно пыхтя, вскарабкалась внутрь и моментально устремилась к лежавшей под тарелочкой сладости. Пришлось ее перехватить:

– Не ешь с пола! Сейчас тут все осмотрим, и, если чего найдем, дам тебе сразу и первой. Так, займись пока вот чем – вот эту штуку так же подними, как эту, – я указал сперва на опущенную, а затем на поднятую сидушки.

Надув щечки, волчонок фыркнула и полезла смотреть, чего там да как. Моментально погрузилась по пояс в багажное отделение, одни только ноги с хвостом видны, и, по звукам, стала шарить в сумках.

Ну, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы в розетку не лезло.

Сам выбрался наружу, поморщился от яркого света. Двинулся сам на тела взглянуть, более… цивилизованным взглядом. Насчет ран поверил уж без дополнительных вопросов, но всякое интересное волчица могла попросту не распознать. Вот, скажем, гербы.

Подошел к тому убитому, что ближе. На лице застыла испуганная гримаса, кровь окрасила нижнюю челюсть с шеей в багровый оттенок. Уже успела подсохнуть и начать шелушиться. Одежда, разумеется, тоже пострадала, вся в пятнах. Но герб вполне себе виден: квадрат, в нем от угла к углу скрещенные копья, по центру щит, а сверху и снизу по грубому силуэту птицы с расправленными крыльями. Солдаты какого-нибудь фрайхерра, или вроде того.

На поясе обнаружился кошель, в котором таилось богатство – крохотная, с ноготь большого пальца, серебряная монетка, и пяток медных, уже побольше. Черт его знает, что за это можно купить, но кошель немедленно перекочевал ко мне. Вместе с поясом. Благо, до него кровь не дотекла.

У штанов оказались карманы. Пустые, не считая тонкой коричневой пластинки, от которой откровенно несло табаком. Не слишком-то нужная штука, когда волчицы на моей стороне – но прибрал. Взглянул с интересом на сапоги, но решил, что не к спеху.Кое-как разжав пальцы, сумел освободить меч – поднял, примерился поосторожнее. Не такой уж и тяжелый, плюс внушает чувство того, что можешь дать отпор. В моем исполнении этот отпор смотрелся бы нелепо, но прихватить не помешает, так что перевесил ножны себе, туда же меч и сунул.

Следом осмотрел оставшихся. У второго солдата тот же набор, только монетки все медные. Вот у кучера нашлось кое-что интересное – спрятанная за пазухой бумажка. Грубая, желтая, комковатая и неоднородная, но все же бумажка. На ней…

А хрен его знает, чего на ней. Язык незнакомый, почерк угловато-скоростной. По форме походило на что-то официальное – вот заголовок, вот основной текст, вот ниже подпись.

– Я смогла! Смотри! – радостно крикнула из кареты волчонок.

Следом раздался пронзительный, перепуганный женский визг. Не ее голосом. Длился он пару секунд, после чего резко оборвался. Чего-то стукнулось о стену кареты так, что ее покачнуло – и из двери вывалилась молодая полуголая девица. Оглянулась бешено…

И рванула просто в поле. Напрямик. Не особо-то быстро, на самом деле.

Проводил ее взглядом несколько секунд. Затем обернулся к альфе. У той уже охотничий инстинкт взыграл – сидеть сидела, но взгляд приклеен к спине девушки, хвост замер в воздухе и поза такая, что сорваться из нее в бег будет делом мгновения.

– Тащи ее сюда, – махнул я рукой.

Волчица пулей слетела с крыши кареты и ринулась вдогонку. Судя по скорости обеих девушек, это было как гарпун против кита. Я едва успел на подножку кареты встать, чтобы глянуть, чего там с мелочью – а за спиной уже вспыхнул и резко оборвался крик.

Мелочь в порядке – навстречу мне вывалилась.

– Она меня в стену бросила! – обиженно пожаловалась она. Только хвост так и носился туда-сюда возбужденно, так что понятно, что волчонок это больше за игру приняла и совсем не в обиде.

– Иди, помоги сестре притащить ее сюда, – я мазнул ее по макушке.

Волчонок умчалась к альфе. Там еще в сторонке из травы Эльза выглядывала, но я успокоил ее жестом.

Альфа церемониться с беглянкой не стала от слова совсем. Сунула ей в рот ее же волосы, одной рукой схватила за шею, другой за предплечье и так и поволокла. Девица дергалась и пыталась вырваться, но без особого успеха – даже на ноги встать не смогла, так и волочилась по траве.

Ну, зато я сумел ее рассмотреть. Одета она была легко – весьма легко. В кружевные чулки и рваное кружевное платье. Такие же рукавицы. Все белоснежное. Сама она блондинка, волосы связаны в косу. Фигурка – вполне ладная, бедра в наличии и грудь болталась, вывалившись из платья. Не в моем вкусе, но вполне себе привлекательная.

По одежде так и напрашивался вывод – на свадьбу ехала. Слишком уж характерно выглядела, как по мне.

Что ж, не повезло ей тогда. Можно посочувствовать – но как-нибудь потом. Сейчас скорее решить надо было, чего с ней делать и куда девать. Вроде, и мешаться только будет, но заявиться со спасенной девушкой – это ведь, считай, какой-никакой плюс к первому впечатлению от нас.

А пока я просто ждал, пока альфа дотащит до меня брыкающуюся девицу.

Чем ближе, тем лучше были слышны отчаянные мычания. Косу изо рта выплюнуть у нее никак не удавалось, свободная от хватки рука без толку шлепала спину волчицы, а из уголков глаз потихонечку растекались темные струйки поплывшего макияжа, лишь подчеркивая дополнительно общий вид. Ну… вполне себе видок-то получался, привлекательнее, чем должен бы.

Так, вот эти мыслишки сразу лесом. Знатно я муравьиной дрянью надышался, раз такое все еще в голову лезет. И как бы не посильнее, чем было раньше.

– Вот! – гордо заявила волчонок, держась за край юбки девицы.

Альфа промолчала, но с гордой преданностью во взгляде. Словно собака, которая вернула брошенную палку и сидит теперь, хвостом помахивает с улыбкой.

– Обе – молодцы. Так, давай-ка ее сюда, она тебя боится.

Взял девицу за предплечья, рывком поставил на ноги. Заставил посмотреть на себя, затем вытащил у нее из пухлых алых губок волосы. Смотрела она со страхом, дрожала, ползли по лицу слезы, размазывая макияж.

Не уверен, что в средневековье вообще была косметика – но тут и средневековье неправильное, так что просто сунем этот момент в ящик «обычное дело».

– Не бойся. Они с тобой ничего не сделают… без моей команды, – неторопливо сказал я. – Давай-ка, дыши поглубже. Вдох и выдох, вдох и выдох…

Испуганная и удивленная, она все же последовала моим словам и стала успокаиваться понемногу. Довольно быстро перестала трястись, а затем еще разок глубоко выдохнула, моргнула пару раз, носом шмыгнула и взглянула уже с невинным интересом зеленых глаз.

И это несмотря на то, что рядом наворачивала круги мелочь, разглядывая ее со всех сторон. И подпрыгивая, куда уж без этого.

– Начнем с простого. Кто ты, и что случилось? – сказал я.

– Я… ох… на нас напали! Я только чудом успела спрятаться, когда налетела эта проклятая тварь! Я слышала, как она всех убила и все в карете вверх дном перевернула! – с придыханием ответила девица, глядя мне прямиком в глаза. – Вы… Вы спасли меня! Я даже не знаю, как вас благодарить! Только представьте, как я пыталась бы идти одна! Жуть!

Еще и прижаться ко мне попыталась, но я вовремя отстранился. Чего-то вот не нравилось мне ее поведение.

– Кто напал? Долго тут были?

– Жуть! Зеленая жуть! Тварь, проклятая девка-богомол! Она ни разу не моргнула, я не видела, чтобы она моргала!

Так. Резкий жест:

– Тащи сюда Эльзу и помоги ей подняться, – альфа с места ринулась к сестре. Следом указал на мелочь: – А ты прямо сейчас залезай и следи, чтобы к нам никто не подкрался.

Пыхтя, волчонок полезла на крышу кареты. Не так споро, как альфа, но достаточно ловко. Следом мягко отстранил от себя девицу, которая опять попыталась к моей груди прильнуть.

Вот опять ведь в какую-то жопу лезу. Чего-то со спасенной не так, пусть и выглядит она вполне себе по-человечески, без дополнительных украшательств. Так что надо бы и самому держать ушки на макушке.

– Ох, они такие послушные! У вас такой голос, такой властный, – проследив за моим скептическим взглядом, она вся зарделась и прикрыла грудь руками. – Я так благодарна за спасение! Чем же я могу вас отблагодарить?!

И глазки потупила, ага.

– Да есть чем…

Глава 29

Девица и правда по полной отработала свое спасение, до того, что у нее попросту рот пересох. Понятное дело – я ее расспрашивал. Час, а то и два. Тут уже и все остальные волчицы стаи подойти успели, и карету стали потихоньку потрошить на предмет полезностей – а расспрос все продолжался.

Притом я держался отстраненно. Девица все норовила прильнуть к груди и посмотреть снизу вверх широко распахнутыми глазами, да еще и дать заглянуть в декольте, но хрен ей. Сперва сам, затем уже мелочевка спасла. На колени мне уселась и уставилась на нее пристально. Тут то спасенная и приуныла. И отсела подальше.

Не нравились ей мои девчата. Почему-то, ага. Хотя кусаться они не пытались, просто принюхивались да поглядывали – ну, еще пару-тройку раз кончиками хвостом зацепили, махнув как следует, но разве ж то повод?

Вызнал достаточно. С платьем не угадал – она не невестка, пока еще. Всего-то ехала в крупный местный городок, тысяч на пятнадцать населения, себя показать сынку его владельца. А к Диким землям завернула – так это потому, что соседи ее семейства не хотели даже шанса на выгодный брак давать, так что могли и задержать, напасть, еще чего. Решили поехать в объезд…

И тут уж хрен его знает, случайность или кто-то подослал. Карета наткнулась на девку-монстра, насекомое с оч-чень острыми лезвиями и холодным безразличием к убийству. Сама девица едва спрятаться успела, а охрану и кучера убили. Ее бы и саму убили – да только тот багажный отсек, куда заползла, открывался похитрее другого, а сама сидушка вообще не выглядела как поднимающаяся. Вот и отсиделась.

На этом моменте рассказа я хорошенько почесал волчонка за ушками. Молодец! Сумела ведь открыть!

– А я правда молодец? – зачарованно спросила она.

– Правда-правда. Хорошая девочка, – ответил я.

Спасенная скривила лицо и отползла еще сантиметров на тридцать подальше. Затем опомнилась – и вновь состроила всю такую из себя милашку, которую только брать и… И еще раз шесть взять, чтобы наверняка.

Кхм.

А самым главным было то, что девица слышала о том фрайхерре, фон Метце, с которым я и мои девки встретились, когда мы сюда попали. И, вот так удачное совпадение – он в той же стороне, что и городок! И до городка осталось, может, часов десять-двенадцать ходьбы по дороге.

Оставалось только взять – и дойти.

Взять – взяли. Все съедобное из кареты выгребли, тут же и пообедали. С тел тоже все полезное прибрали. Я, в кои-то веки, переоделся в сравнительно чистое. И сапоги тоже стянул, у кучера были как раз под мою ногу. Кольчугу, разумеется, напялил, а поверх старую рубаху, чтобы без всяких гербов.

Второй меч достался альфе, ей же и вторая кольчуга. гончая получила кинжал кучера.

А спасенная требовала, чтобы мы все ее барахло с собой прихватили, только это было проблематично. На себе тащить – дураков нет. Поехать же на карете…

Как? Вот серьезно. Я лошадей вообще впервые вживую увидел. Чего да как их впрягать – ни малейшего понятия. То же самое было и с волчицами, но у них еще веселее.

Они ведь того, хищники. Пахнут. А лошадки оказались пугливые. Стоило какой-нибудь ушастой метров на двадцать подойти, как лошади со ржанием от них отбегали. Путем загонной охоты мы их выгнали обратно на дорогу, и сели у кареты – думать.

– Как же я в таком виде появлюсь? – обеспокоенно спросила девица. Крутясь и как бы невзначай выгибаясь, чтобы фигурку в кружевном, рваном платьице продемонстрировать.

А до меня как-то с опозданием дошло, что я даже имени спросить не удосужился. Плевать? Ну да. Потом как-нибудь узнаю. Она же продолжала:

– Что обо мне подумают? Нет, так нельзя, решительно нельзя!

– Так переоденься, нашла проблему! – фыркнула альфа,

Девица мазнула по ней злобным взглядом.

– Если умеешь ехать верхом – вперед, не возражаю, – сказал я. – И доберешься быстрее, и с нами идти не придется.

Спасенную хотелось слить побыстрее, но не оставлять же ее тут одну. Так что вариант «бросить на месте и забыть» я вычеркнул сразу, это ж просто мудацкое поведение и все. Но чуял я, что девица не особо-то приспособлена к длинным походам. Особенно на своих запылившихся туфлях с каблуками.

– Верхом? – она покраснела. – О… но у них нет седел, а у меня – подобающей одежды! Без всего этого оседлать я могу лишь… кхм! Что за намеки!

И шмыгнула в карету, где и закрылась. Ну и черт с ней, на самом деле. А мы вернулись к делу – пытаться понять, как бы лошадок-то все-таки с собой прибрать. Хотя бы на продажу, раз сами владеть не умеем. Подойти-то ладно – меня не боялись, только косились да продолжали себе травку на обочине жевать, похлопывая по бокам хвостом. Я каждой даже по яблоку скормил, которые мы в телеге нашли.

Угощение сожрали с удовольствием. За мной же шли неохотно, когда я попытался тянуть их за сбрую. Тянул несильно, чтобы копытом в морду не огрести, но все же. Очень медленно они двигались, десяток-другой метров-то ладно – а вот всю дорогу так за собой тащить, мы и за несколько дней до города не дойдем.

В итоге я плюнул, и мы вернулись к показавшей свою работоспособность тактике. Загону. Все нужное для этого у волчиц имелось, включая скорость и громкие крики. Страхом заставлять лошадок идти куда нужно – наверно, не самая лучшая идея, но деваться-то некуда.

Отработали быстренько. Полукруг из девок вполне себе успешно гнал скотину туда, куда нужно. Так что собрали все, что осталось, и двинулись по дороге. Спокойным, уверенным шагом, не слишком быстро и не слишком медленно.

И снова Эльза у меня на плечах. Вот ее хорошо бы погрузить на кобылку – да только чуяли они превосходно, и не отбегали, даже если это я волчицу к ним поднести пытался. Даже страшно представить, как они перепугались бы, окажись Эльза у них на спине, схватившись за загривок.

Метров на пятьдесят отошли, и сзади распахнулась дверь кареты:

– Подожди! Подожди меня, не смей меня бросать!

Как-то вылетела девица из головы…

Она, кстати, переоделась. Избавилась от своего платьица, взамен напялила другое, более практичное – без изысков и украшательств, однотонное бордовое со свободной юбкой по щиколотку. Туфли сменились сандалиями. И за спиной у нее виднелась туго набитая сумка, из которой торчали края запихнутой туда одежды.

Догнала – быстрым шагом. Вся недовольная, и особенно скривилась, разглядев на мне Эльзу. Задергалась аж, то чуть в сторонку отступая, то пытаясь ко мне поближе подобраться. Затем вообще вперед вырвалась, виляя задницей. И все это – стараясь держаться подальше от прочих волчиц. Особенно как всегда бегавшей вокруг мелочи.

– Сперва ты меня спас, а затем чуть не бросил! – сказала девица. – Это недостойное поведение! Ничего, я отблагодарю тебя, когда мы придем в город! Я выйду за тебя замуж, вот какая будет моя благодарность!

Я одновременно и поперхнулся, и с шага сбился. Чуть мордой в землю не грохнулся – благо, Эльза успела соскочить. И теперь она, чуть пригнувшись, явственно готовилась прыгнуть и вцепиться спасенной в шею.

Да чего уж – тут вообще все разом стали на нее коситься. Кроме волчонка. Она-то просто сперва вприпрыжку вдоль дороги неслась, а затем вдруг резко сменила курс и ринулась прямо на девицу:

– Не твое! Не твое! – обиженно кричала она. – Не трогай!

Собрав, наверно, всю волю в кулак, девица не побежала от волчонка прочь. Она сделала кое-что похуже – влепила пощечину на подходе. Хлесткую, словно выстрел.

– Не сметь, тварь! – рявкнула она. – Я не боюсь твоего укуса! Меня обратить не выйдет, это уж чародей моего отца постарался! Не смей лезть ко мне!

Негромко заскулив, волчонок отбежала к альфе и вцепилась в ее ногу. Девица же высокомерно хмыкнула и обернулась.

Была у нее на лице самодовольная улыбочка такая. И на нет сошла буквально за полторы секунды, разглядев реакцию окружающих. Включая, чего уж, меня.

– За это – обойдешься без еды и воды, – ровно сказал я. – Извинений не принимается.

– Извинения?! – вспыхнула она. Развернулась до конца, ко мне подошла – сейчас-то ее не заботило, что рядом Эльза, буквально подрагивающая всем телом от желания броситься в атаку. – Это ты неправильно воспитал этих тварей! Да, я боюсь собак! И когда мы поженимся, я первым же делом потребую, чтобы этих шавок бросили в реку, где им и…

Ну, тут уже я не выдержал. Надоели. Одна мразь после другой мрази, ну сколько можно то? Еще и считает, что она все уже решила и что все будет по ее сценарию, ага!

Врезал уже сам. Пощечину, раскрытой ладонью, молниеносно. Получилось далеко не так хлестко, как выдала она сама – но все же достаточно, чтобы звук принес немного удовлетворения. А уж как она застыла, так прямо зрелище. Стремительно краснеющая щека, ошеломленный, не верящий взгляд.

– Объяснять ничего не буду. С дороги, – сказал я.

– Д-да… – проблеяла она. Затем сглотнула слюну, и добавила: – Г-господин!

Я вот процентов на девяносто девять, и еще девяток семь после запятой уверен, что у нее зрачки на долю мгновения сложились в сердечки. Вот уверен – видел ведь!

Но осознал уже после того, как оттолкнул, махнул:

– Идем дальше! Не отставать, следите за округой!

И прошел мимо.

Все желание помочь как-то испарилось, так что и оборачиваться не стал. Очередная свихнувшаяся, да и вообще наверняка не человек даже. Пусть кажется – а на деле какая-нибудь симулякра, или там вообще призрак. И тело где-то прикопано, ага. Плевать. Еды с водой от нас не получит, как хочет, так пусть и сама себя и выручает.

Она-то плелась следом, чего-то там бормотала повинно, только уже через несколько секунд все слова стали пролетать мимо ушей, словно привычный поток уличной рекламы.

Получив утешение от альфы, мелочевка прибежала ко мне и попросилась на руки. Поднял, чего уж. Эльза пока и пешочком может, еще не задыхается – да и она сама на меня запрыгивать не торопилась. Шла эдак в пол-оборота, пристально следя за оборзевшей девицей.

Вот в такой обстановке большую часть пути и провели. Эльзу, конечно, пришлось все равно нести на себе, и за упорно волочащейся девицей поглядывали уже другие, но суть от этого не менялась.

Зато поведение ее менялось. Только успел к одному потоку слов привыкнуть, как резко начинался другой. Словно чувствовала, когда я начинал ее игнорировать. Из приторно-послушной – в гневную владычицу, а оттуда в скромную, но настойчивую невестку. Эдакий перебор личностей. А ну как подойдет какая, вскроет броню равнодушия?

Не, точно не человек.

А может, это я уже крышей еду.

Короче, к городу мы стали подходить, когда солнце уже практически зашло. Появились поля, домики, деревеньки, ответвления от дороги. Собственно, мы на главную, широкую и утоптанную с ответвления-то и вышли.

Здесь пора было подумать о том, как бы нам перегруппироваться. Ночь уже на дворе, и мы в каких-никаких, а населенных землях – надо как-то лошадей нормально уже вести, а не просто гнать неуклонным приближением.

А учитывая, что спасенной я уже не доверял – просить помочь не стал. Оно бы, конечно, хорошо было подставить ее под вероятный удар копытом, да только выкинет еще чего. Придется самому.

– Так, примите спокойный вид. Лица кирпичом, мелкой носиться не давайте. Вы двое – помогайте Эльзе, я буду коней вести.

– А с этой что? – кивнула альфа в сторону девицы.

Взглянул. Та вся выдохшаяся, в пыли, еще и всю морду заплакать успела. Но забитую одеждой сумку так и не бросила. Заметив мое внимание, она подняла взгляд и неуверенно улыбнулась, всем телом ко мне потянувшись.

– Пусть идет как хочет. Ей в город – там и останется. Не помогать, не разговаривать, ну вы поняли.

– Но почему?! – воскликнула та на всю округу. – Я просто хочу отблагодарить своего спасителя!

Угу. Может, и благодарность – да только наверняка не в одном лишь этом дело. Владеет какой-нибудь хероборой, как и прочие девки-монстры, вот и пытается ее применить, поймать себе жертву. С моей ослабшей в муравейнике защитой – надо таких на пушечный выстрел не подпускать, по хорошему-то.

А что волчонок куснула, да так, что на шее все еще спокойно след прощупывается, до каждого мелкого зубика… Да и пусть. Я ж едва ли уши с хвостом отращу – в отличии от местных женщин, для которых это, по-видимому, реальная угроза. Ну и, тем более, к ней не полезу. Мог бы полезть к альфе… Так, стоп машина!

Выбросил из головы подлую мыслишку с привлекательной картинкой. Глубоко вздохнул. И, не отвечая девице, подошел к лошадям.

Не сзади, конечно – мне огрести в грудь от животины в несколько сотен кило не улыбалось. Спереди зашел. Покормить нечем, но и сами лошади ничего особо не делали. Так, стояли да травку щипали. Медленно, неторопливо, устало. Ясен хрен, мы ж их, считай, весь день на одном только страхе гнали.

Ну… поехали.

Еще глубокий вздох, взялся за поводья на сбруе – повел за собой. И, вот так чудо, они покорно побрели следом. Неторопливо, но и без сопротивления. Без всяких там брыканий головой и недовольного ржания.

Вот и хорошо!

– Держитесь поодаль, не пугайте их, – приказал я волчицам. – Все, двинули.

Оставалось недалеко, так что и шлось бодрее. Тем более, что на горизонте проглядывался слабый-слабый, но все-таки свет поселения – здесь не мегаполисы, которые за десятки километров видно. По сторонам от дороги перемежались домики и поля, а то и ответвления к деревням.

Нам бы найти какую ночлежку. Но таких не попадалось. Либо я не мог распознать – я-то искал вывески. Любые, на самом деле, от текста до коряво нарисованных кружек. А еще света в окнах нигде не было, так что гостей тут явно не ждали.

Волчицы с любопытством вертели головами. Мелочь упорно пыталась вырваться и поближе поглядеть, но самая младшая из взрослых держала ее крепко, давая лишь подпрыгивать на ходу. Для меня же все это выглядело… бедно. Непривычно. Одну деревушку-то мы со взводом видели, когда тут очутились, но здесь масштаб поболее.

Впереди показалась стена. Поверх нее с равными промежутками располагались лампы. Светили они вперед и вниз, на подходы, и вполне себе неплохо – не электрические прожекторы, но проскочить незаметно под желтоватым «взглядом» будет проблематично.

Дорога вела, очевидно, в ворота. Высотой метра три, деревянные – и закрытые на ночь. Это не беда, потому что в некотором отдалении от стены и ворот располагалось то, чего я и пытался найти. Придорожные… Таверны? Кабаки? Ночлежки? В общем-то глубоко наплевать, как они там правильно называются. Лишь бы ночь отсидеть, лошадок загнать и, если очень повезет, вызнать чего-нибудь насчет моих девчат.

Подошли. Народу на улице не шаталось, но из окон горел свет, если прислушаться, можно было уловить пьяную песнью и голоса, ну и едой пахло. Мясом жареным. Сам-то невольно слюну сглотнул, а волчицы все возбудились разом, хвостами замахали.

– Так, спокойно! Всем все будет, просто ведите себя прилично и не лезьте никуда! – прикрикнул я.

Заведений четыре, по две на каждую сторону дороги. Вполне крепкие на вид, полноценные здания в два этажа. Вот и вывески, кстати, нашлись сразу – грубый рисунок жареной куриной грудки, кружка пенящаяся, кувшин, из которого что-то алое льется. Особой разницы между ними не наблюдалось, так что привел лошадей и подвел волчиц к ближайшему. Там еще можно было сойти с дороги и на задний двор попасть – где, наверно, всякие служебные помещения и конюшня.

Коней пока и привязать хватит, только беглым взглядом я ничего подходящего не нашел. Но… Убегать они явно не торопились. Скорее засыпали на ходу, так что своим ходом никуда деться не должны. Что до кого-нибудь постороннего…