Текст книги "Волчья стая (СИ)"

Автор книги: Лариса Куницына

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 46 страниц)

Голос у нее пообтесался, а вот она сама в общем-то все. Зависла. Как последние слова проговорила, так и встала без единого движения. Ну зашибись.

– Постой-ка тут наготове. Только сразу ее не руби, она нам нужна, – сказал я волчице.

Недовольно нахмурившись, Альфа, с топором в руках, встала в шаге от застывшего «врача». Ну, а искать способ подзарядки оставалось мне – я в технологиях разбираюсь уж явно получше местных ушастых дикарей, а штука это явно технологическая. Пусть и из категории «нереалистично, зато смотрится круто».

Вот и как мне заряжать это дамочку?

Обошел операционный стол, держась подальше от пациента. Руки хирурга так и оставались в его вскрытой груди, но лучше уж перестраховаться. Лучше уж вообще голову отрубить. Чуть позже.

– Так-с… – пробормотал я, не зная, откуда начать искать.

Лохмотья платьица не так уж и много скрывали. Остатки юбки едва-едва прятали бедра, верхняя часть тоже истлела и кое-как держалась на средних габаритов груди, игриво обнажая впадинку между ними и участки живота. Везде та же белая полупрозрачная кожа и едва-едва проглядывающие под ней какие-то темные хреновины. Расположены как кости и мышцы, так что, наверно, опорно-двигательный аппарат.

Куда логично будет ей вгонять энергию? В плане, как там оригинальный конструктор задумывал? В порченом-то варианте ясно, три отверстия, пользуйся. Но это не наш путь… Я надеюсь.

Поднес руки, чтобы попытаться приподнять платье – может, где-то на спине чего. Но в нескольких сантиметрах у меня кончики пальцев защипало. Щекотно даже. Отдаляешь – меньше, приближаешь – больше.

Тут мне как раз вспомнилось кое-что. Как мы с девчатами взвода пытались гиноида оживить, за считанные минуты до похищения меня гребаной суккубой. Они тыкали-тыкали на кнопки – ничего. Попытался я – пробило разряд мне через пах и прибор, и оно внезапно загрузилось. Может, здесь так же?

Пока вспоминал, пальцы так и оставались вблизи тела «врача». На щекотливое щипание внимания не обращал, не такое уж и сильное.

Стоило, как оказалось.

– Эй, она зашевелилась! – сказала Альфа с легким рычанием.

Ага, и в самом деле. Выпрямилась, вытащила из мертвеца покрытые чем-то мерзко-склизким руки, тщательно вытерла их о разваливающиеся тряпки сомнительного цвета, лежавшие на столе с инструментами.

– Ну, или как-то так… – сказал я.

«Врач» бодренько повернулась ко мне. Теперь она двигалась куда как лучше.

– Обращение к памяти, результат – хозяин мертв, – монотонно сказала она, глядя мне в глаза. – Запрашиваю ввод данных нового хозяина и зарядку основного накопителя.

Да блин. Это чего, я ей запас активировал? Ну, надеюсь успеет рассказать, чего куда и как.

– Как ввести?

– Прошу, выставите палец на уровне моего лица.

Хм. Ну, ладно – поднял руку, указательным пальцем ткнул в ее сторону.

А она вдруг резко бросилась вперед. Я и отскочить-то не успел, как палец мой оказался во власти ее рта и губ. Довольно теплых и влажных… какого-то хера.

– Стоять! Не бей ее! Она нам нужна для Эльзы, не забывай! – остановил я волчицу.

Она-то уже топор вскинула и над головой подняла. Вся боевая, ушки торчком и волосы дыбом, а зубы оскалены и из-за них рвется рык.

«Врач» принялась обслуживать палец. Ничем иным я этот процесс назвать не могу. Облизывать, обсасывать – с закрытыми глазами и прорезавшейся сосредоточенностью на нейтральном было лице. Одни из самых странных полминуты в моей жизни.

А под конец этих тридцати секунд меня прошибло уже знакомым ощущением. Уже знакомой молнией, разрядом пронесшейся сквозь яйца и член. И нихера приятного в этом не было вот уж совсем. И, как и в прошлый раз с гиноидом, ноги подкосились и я рухнул на пол, попутно выдернув палец изо рта этой… штуки.

– Новый хозяин… – успела начать она.

Вот закончить не успела. Потому что волчица бросилась на нее со всей дури, и всей перемноженной на массу дурью сбила ее с ног. Ладно хоть рубить не стала – просто встала сверху с топором наготове, водрузив ногу на грудь и грозно рыча.

Даже удивительно, что я это вообще осознать сумел. Сложно в принципе чего-то из окружения понять, когда в члене еще полыхает фантомная молния, и единственное, чего удается делать – так это валяться на полу и зажимать пах. Больно!

– Я… Живой… – прохрипел я. – Ща… Ща пройдет, наверно.

Альфа явно услышала, но слезать с поверженного «врача» не спешила. Только ногу переставила поудобнее да прикрыла слегка оскал.

– Прошу не ограничивать мою подвижность, – безэмоционально сказала штука. – Вы мешаете исполнению моих обязанностей.

– Полежишь-полежишь, никуда не денешься! – прорычала волчица.

А я, тем временем, почувствовал, что больно понемногу стала уходить. Медленно и неторопливо, оставляя за собой ощущение пустоты в яйцах. Вот уж не знаю, что это за беспроводная передача – но я бы предпочел более традиционные методы зарядки.

М-да. Ну, попытался встать. Результат – сомнительный. Слабость во всем теле, конечности под нагрузкой трясутся, будто или перетренировался в хлам, или пару недель без еды просидел. Но не валяться же? Так что решил сперва сесть, а там уж по обстановке.

Справился. Ура, блять.

– Так, – сказал я устало. – Игрушка… Врач. Давай свой статус. Доклад о самочувствии. Вываливай, короче, чего там у тебя по накопителю.

– Все накопители полностью заряжены. Износ внутренних и внешних компонентов незначителен. В данный момент, подвижность Вашей слуги ограничена неизвестной вооруженной девушкой.

– Она пока постоит, на всякий случай. Так, значит, лечить ты можешь? Полостные операции, все такое.

– Ваша слуга готова провести любую необходимую операцию и последующий уход за пациентом. Однако, я настойчиво рекомендую предоставить мне комплект инструментов и лекарственных препаратов – это значительно уменьшит вероятность каких-либо осложнений. В случае необходимости, я могу провести операцию исключительно встроенными инструментами.

Супер. Звучит неплохо. Осталось-то – вывести эту херовину из города, не забыв прихватить из больницы какой-нибудь операционный набор и всякие-разные наркозы с хирургическими нитями.

Хотя, конечно, глядя на ее предыдущую работу в виде вскрытого мертвеца…

– Так, а с этим мужиком ты что делала? – спросил я.

Вот на этот вопрос она ответила не сразу. Секунд пять прошло, если не больше. Уже собирался подползти и глянуть, не повисла ли, как она заговорила:

– Память о последних… неизвестно… операциях повреждена. Прошу прощения, Хозяин, я не могу ответить на ваш вопрос. Однако я могу сказать, что первым пациентом, подвергнутым подобному вмешательству, был мой предыдущий хозяин.

– И что ты с ним сделала?

– Тело предыдущего хозяина было… подвергнуто доработке. Удлинение конечностей и тела, удаление лишней кожи… Дальнейшие данные повреждены.

Так. Так, секундочку, блять!

Это выходит, что ее предыдущий хозяин и та стремная неправильная херовина, вся вытянутая, без глаз, с улыбкой на половину рожи и ярко-красным телом – одна тушка? Я даже знать не хочу, чего она там с мертвецом устроила, что тот аж ожил и стал по городу бродить. Потенциал интересный, конечно…

А путем некоторых рассуждений выводится, что и остальные местные монстры – «доработанные» ею люди. Приключенцы, которым не повезло, или местные жители. А живые они были на момент операции, или нет, то значения сейчас не имеет.

– Теперь твой прежний хозяин носится по улицам и пугает людей. Хотя должен валяться мертвым, если уж на то пошло.

– В таком случае, я предлагаю обратиться к констеблям. В пятиминутной доступности от больницы располагается автоматическое отделение. Полагаю, они сумеют разобраться с этим недоразумением и восстановить порядок, – ответила «врач».

О. Неплохо. Не факт, конечно, что там остался кто-нибудь вроде нее – но там может храниться оружие! А оно, судя по автоматону, должно быть достаточно продвинутым. Револьвер там, винтовка-повторитель…

Да, пожалуй, эту девушку лучше всего назвать автоматоном. До сверхсовременных гиноидов явно не дотягивает, а такое прозвище звучит достаточно архаично, чтобы подойти. Ну и вон, в стимпанке человекоподобных роботов именно так называют.

– Ладно, слезай с нее и помоги мне подняться, – сказал я Альфе.

– Точно? – она и на миллиметр не сдвинулась.

– Да. Но ты приглядывай.

Вот теперь волчица все-таки слезла с «врача». Медленно, неохотно и не опуская вскинутый топор. Затем так же неторопливо подошла ко мне спиной, не спуская глаз со встающего автоматона.

А та, поднявшись, первым делом попыталась платьице свое в порядок привести – лишь сильнее ветхую ткань разорвала. Одни только клочки остались, криво-косо на груди и на бедрах. Зато с волосами получше вышло, выправила черный хвостик.

Кряхтя и трясясь, сумел-таки с помощью Альфы подняться. На ногах чувствовал себя откровенно неуверенно – даже пару шагов сделать было тяжело.

– Остаемся здесь на ночь, – решил я. – Эй, эта тушка не поднимется случаем?

– Операция была прервана в самом начале, – ответила автоматон. – Восстановление моторных и когнитивных функций, согласно плану, проводится в конце.

– Так. Предположим. Тогда надо его вытащить отсюда, чтобы под боком не вонял. А ты собери пока здесь все, что может тебе в операции пригодиться. Особо не разгоняйся, уносим ручной кладью.

Автоматон слегка поклонилась и немедленно двинулась к шкафам у стен. Я ничего никуда тащить не мог – оставалось Альфе.

Благо, она может и не самая умная девочка в округе, но уж точно не тупая. Сперва в коридор аккуратненько выглянула, посмотрела в обе стороны. Затем быстро взяла мертвеца на руки, утащила его туда и где-то там пристроила.

После мы заперли дверь, забаррикадировали ее подставкой для инструментов, которая у операционного стола стояла, и оказались в сравнительной безопасности. Сидя ночью в единственной освещенной комнате, ага.

Все это время автоматон так и собирала все необходимое. Из одного из шкафов выудила приличных размеров наплечную сумку, и бережно туда складывала всякое. В основном лекарства – зажимы, скальпели, и подобное много места не занимали, даже в чехлах и целыми наборами.

– Так, план следующий, – сказал я. – Отсидимся до утра. Надеюсь, что силы вернутся. При первой же возможности двинемся в то самое автоматическое отделение и глянем чего там. Или поддержку найдем, или оружие.

– Думаешь, так много тварей уцелело? Так хорошо эта штука их сделала? – спросила Альфа.

– Много или нет – не хочу рисковать. Задницы мы им поджарили, они еще между собой передрались, но я лично в драку с ними лезть все равно не хочу, а прятаться по зданиям с этой штуковиной будет не особо-то удобно.

Волчица устало фыркнула и села рядом со мной. Вроде и расслабилась чутка – но ушки все равно следили за автоматоном, да и рассеянный взгляд не такой уж и рассеянный. Молодец. Настоящая часовая. Хорошая девочка.

Потрепал ее макушку, затем почесал за ухом. Она облокотилась на меня, положила голову на плечо – не выпуская из рук топор.

Спать хотелось, но можно было и посидеть еще немного. Альфа за автоматоном присмотрит, но все же…

– Эй! А тебя предыдущий хозяин как называл?

– Марта – ответила «врач», не отвлекаясь от сборов.

Имя как имя, ничем не лучше и не хуже других. Теперь хоть знаю, как обращаться к ней.

– Скажи-ка, Марта – чего ты знаешь об этом городе? Что тут вообще имеется? А то окраины все недостроены, и только ближе к центру есть на что посмотреть.

– Это поселение строилось по стандартному колониальному проекту автоматизированного развертывания…

И дальше она долго говорила, не прерываясь ни на секунды. Да даже на то, чтобы вздохнуть. Чего-то услышанного запомнил даже, а затем ее ровный голос начал меня откровенно вырубать. Я побарахтался немного, сопротивляясь сну, а в итоге все равно так и уснул, прислонившись к стене. Даже спальники не раскатали.

Обошлось без кошмаров, которых я несколько опасался – насмотревшись-то на местных тварей. Просто блаженная тьма забвения. Которая кончилась очень быстро – лучами восходящего солнца, бившими прямо в глаза. Ну и тушка протестовала. Я ж не сказать, что особо-то удобно устроился.

Первым, что увидел, помимо света из окна, так это Марту. Стояла себе смирно у операционного стола, руки по швам, на плече забитая сумка и взгляд небесно-голубых направлен точно на меня. Выглядело… Несколько пугающе, несмотря на вполне себе миленькое лицо.

Я потянулся, зевнул. Мышцы во всем теле отозвались болью, но к работе были готовы и силенок за ночь подкопили все-таки.

– Она так всю ночь стояла, – сказала негромко Альфа. – Все собрала и стояла. А я тебя охраняла.

И, соответственно, ни капли сна она не получила. Зашибись.

– Так, раскатай спальник и вздремни немного. Я пока за улицами послежу.

– Точно? Оставить тебя с ней наедине?

– Подозреваю, что без прямого приказа она ко мне не полезет. Так что не переживай и иди спать. Ты, конечно, молодец, что меня всю ночь охраняла, но теперь тебе надо отдохнуть. Все, дуй давай.

Раскатав спальник, волчица моментально уснула. С топором в обнимку, разумеется, как же иначе. Рука на рукояти, ушки подрагивают. Вся милая до невозможности, короче говоря.

Теперь к Марте. С места она не сдвинулась, позы не поменяла, но глаза непрерывно меня отслеживали.

Вот есть же хрень со всякими «одержимыми» куклами. Обычные пугалки и подделки, которые клепают охотники за привидениями, или просто желающие просмотров набрать. Там-то понятно. А тут кукла – настоящая.

Чего-то я всего уже бояться начинаю. Надо мне отдохнуть. Недельку-другую без забот и приключений, просто отсыпаться, отъедаться и сидеть себе смирно и расслабленно. Но пока нельзя. Отдых будет – когда до взвода доберусь. Надеюсь. Зная мое везение, я и с теми девчатами в какую-нибудь херобору залезу ненароком, и буду рвать задницу, выправляя ситуацию.

А пока – держаться, терпеть и продолжать работать. Отдых еще заслужить нужно.

– У тебя как с зарядом? – спросил я.

– Основной накопитель заполнен на девяносто девять и восемь десятых процентов, – ответила она, повернув в этот раз не только глаза, но и голову.

– Так, хорошо. Вещи, я вижу, ты собрала. Чего-нибудь про своих… пациентов, после предыдущего хозяина, рассказать можешь? Они тоже по улицам носятся, вчера вообще драку устроили.

Секунды две ничего не выражающего взгляда. Показалось даже, будто слышу скрежет древнего жесткого диска – что, наверно, не слишком-то далеко от истины. Любое железо потихоньку выходит из строя от долгой работы или долгого простоя, и автоматон явно не исключение. Все верно, приглядывать за ней надо.

– Память повреждена. Кроме того, разглашение частной медицинской информации было бы неэтично, и мои установки разрешают это лишь в определенных случаях.

– Очень удобно, – ответил я. – Так понимаю, тебя и собрали как врача?

– Да. Однако, я способна выполнять широкий спектр потребностей хозяина, – Марта сделала… э… книксен? Полуприсела в поклоне, отчего в и без того поврежденной одежде еще дыры появились. – Включая работу служанкой, сиделкой, поваром и… и постельные нужды.

И эта туда же. Еще и заикнулась, отчего ровный безэмоциональный голос на последние пару слов приобрел какие-то стеснительные нотки.

– Обойдемся без постельных нужд. Надо будет тебя во что-то более целое переодеть, если получится.

Пока Марта разглядывала свою форму, опустив голову, я заглянул в окно. Из глубины комнаты, все как полагается. Рассвет там уже взошел, солнце еще не особо-то высоко – раннее утро. Улицы пусты. Сейчас, по крайней мере. Ни «строителей», ни тварей. Снова предстояло унылое наблюдение, но это необходимо – и проследить, как сейчас местные бродят, и Альфе дать поспать.

– Моя одежда и правда требует замены, – сказала автоматон. – Вы, мой хозяин, можете одеть меня во что угодно, однако для лучшей работы по первоначальному предназначению, я рекомендую белую, подтянутую и тщательно выстиранную с использованием хлора одежду.

– Ты воды не боишься?

– Моя конструкция предусматривает возможность погружения под воду до девяти футов включительно.

– А кожа моется?

– Мое покрытие создано с учетом возможности попадания телесных жидкостей и подлежит мытью с использованием кипяченой воды и чистящих веществ.

– Значит, если ничего подходящего не найдется – будешь оперировать голой.

– Как прикажете, хозяин, – она слегка поклонилась.

На этом наш сомнительный разговор закончился, и я остался наедине с мыслями. И наблюдением, конечно. Было, о чем подумать – но сейчас стоило прикинуть, как именно действовать дальше, а не над далекими перспективами задумываться.

Весь этот автоматизированный город – одна большая перспектива, судя по ночному рассказу Марты.

Так. Согласно плану, надо было добраться до констеблей. Автоматизированный пункт, он же место базирования, управления и арсенал. Судя по тому, что по улицам так и курсировали автоматоны, да и Марта вполне работоспособна – блюстители порядка уж точно должны сохраниться. Вот их-то и стоило попытаться использовать против тварей. А не выгорит – оставался арсенал. Про оружие Марта ничего не упоминала, но самого слова в сочетании с предназначением здания было достаточно, чтобы прикинуть, чего там может храниться.

Итак, план А. Выпустить констеблей сражаться с тварями. План Б. Взять оружие и пробиваться с боем. План В. Если оба варианта невозможны или провалятся по тем или иным причинам, оставалось только потихоньку-помаленьку пробираться из города, стараясь вот вообще ни с кем не встречаться. Больно уж ценный у нас груз, чтобы им рисковать.

На улице, тем временем, пошло какое-никакое шевеление. Снова «строители», снова лезли к лампам. Только на этот раз они катили за собой бочку на колесах. Вполне внушительных размеров, литров эдак на три тысячи – и катили они ее вдвоем, медленно, но уверенно. Остановились у одной из ламп, не у ближайшей, вытянули гибкую трубу и воткнули ее куда-то в основание фонарного столба. Затем один из них принялся работать ручным насосом.

Заправляют, значит, фонари. Интересно – а горючка откуда? Что, у них вышка тут еще где-то прячется и нефть качает, и маленький перегонный заводик где-то во дворе стоит вдобавок? Тоже, так-то, было бы неплохим приобретением.

Я ждал, что и монстры появятся – но нет. Лишь эти двое, в своих желтых касках и оранжевых жилетах. Они и заправить успели, а это заняло эдак с полчасика, и дальше свою бочку покатили.

А монстров все нет. Ни единой стремной тварюшки. И даже того вытянутого, первого хозяина Марты.

Едва ли они все разорвали друг друга на куски. Скорее, раны зализывают. А это значит, что лучше бы нам прибавить в осторожности – кто знает, где именно они сейчас. Может, кто-то рядом с констеблями сидит, а? Сидит и ждет глупого свежего мяска.

Солнце поднялось достаточно высоко. Больше никого не проходило, так что пора бы выдвигаться.

– Вставай, выходим, – сказал я и потряс Альфу за плечо.

Одним глазом на ее топор поглядывая, ага. Она ж может и врезать. Садившихся на нее насекомых так точно убивала молниеносно и беспощадно, даже не приходя в сознание.

–Еще немного… – она заерзала, сонно приоткрыла глаза.

А затем все-таки поднялась. Даже не села, как обычно просыпаются, а сразу на ноги вскочила, не выпуская своего топора. Моментально оглядела комнату, на мгновение зацепилась взглядом за Марту, зевнула и стала скручивать спальник. Пары минут не прошло, как она была готова – вся взъерошенная, но готова.

– Марта, ты идешь между мною и волчицей, – сказал я автоматону. – Пока мы идем по улице – не задавай никаких вопросов, не проси подтверждений. Там опасно.

– Я поняла вас, хозяин.

Убрали баррикаду. Первой в коридор выглянула Альфа. Огляделась, позвала нас и мы двинулись к констеблям.

Глава 42

Всю дорогу я ждал, что какая-нибудь херовина возьмет и выскочит – но нет, тишь да гладь. Ни диной твари не появилось на горизонте, и Альфа тоже ничего подозрительного не услышала. Само по себе подозрительно.

Так или иначе, мы добрались до автоматического участка. Недалеко, метров двести максимум от больницы. По пути еще миновали «энергостанцию» – скромное приземистое здание, над простенькой железной дверью в которое висела одинокая лампочка, мы ее еще ночью заметили. Заходить не стали – но место важное, так что взял на заметку.

Само место базирования констеблей выглядела простенько, грубо, но с эдаким шармом. Оно собою представляло небольшой «парадный» домик для посетителей, за которым высилась крепость в миниатюре. Три этажа голого бетона и бойниц, а на крыше так вообще зубцы были, как на крепостных стенах. Там же и флагшток виднелся, но флаг, видимо, давно унесло.

Вошли в парадную, не забыв прикрыть за собой дверь. Первой снова Альфа.

– Так. Думаю, нам к этому молодому человеку, – сказал я, осмотрев помещение.

Обстановка здесь неплохая… была. Домик-то пусть тоже бетонный, но изнутри весь обделан лакированным деревом. Цветочки-кустики в горшках, на стенах затянутые пылью картины, мебель с виду простенькая, но со всякими изгибами литого чугуна и дерева – даже если штамповка, то все равно красивенько.

Это на стороне для посетителей. Ровно посередине комната разделялась решеткой с толстыми прутьями, за которой уже находилась часть для автоматонов. У стены примостилась тяжелая на вид дверь, а по центру за этой решеткой стоял стол дежурного, за которым прямо сейчас этот самый дежурный и сидел. И на констебля он не особо-то походил.

На солдата, скорее. Очень характерная широкополая каска, чей вид настойчиво щекотал мне мозги, но я никак не мог вспомнить, кто где и когда такие носил. Болотно-зеленая одежда – военная униформа, вот уж точно. Лицо совершенно не настолько человеческое, как у Марты, а куда как попроще – и, оттого, его даже бояться-то сложнее было. Оно больше на какой-нибудь прибор походило, в котором ненароком разглядишь лицо и хрен потом избавишься от этого. Два зеленоватых механических глаза, решетка рта, ну и все.

– Это не констебль, – произнесла Марта. – Это Томми. Полагаю, я ошиблась и местный пункт не успели перевести под гражданское управление.

– Томми? – спросил я.

– Автоматический солдат. Массовый образец, который можно использовать для всех тех же нужд, что и живого солдата, без необходимости растить его шестнадцать лет.

Супер.

– Это нам помешает?

– Простите, хозяин, но я не знаю. Он должен выполнять те же функции, что и констебль, но я не могу знать, какие приказы оставила Армия.

– Будем разбираться.

Что ж. Теперь можно с уверенностью говорить, что у местных найдется какой-нибудь огнестрел. А то целый массовый автоматический солдат, сражающийся копьями и мечам – это попросту нелепица какая-то. И этот огнестрел мы, несомненно, попытаемся заполучить.

Я неторопливо и спокойно подошел к вырезу в решетке, за которым сидел дежурный. Чуть пригнулся, ведь, разумеется, никогда, ни в каком государственном заведении нельзя такие окошечки сделать человеческой высоты, всегда или слишком высокие, или слишком низкие. Здесь это правило тоже сработало.

– Доброе утро, – сказал я. – Я хотел бы сообщить о массовом нарушении правопорядка на улицах. Это возмутительно! Некие смутьяны устроили массовую драку, подожгли друг друга и участвовали в каком-то дикарском ритуале с поеданием собственной плоти! Более того, они стреляли в одного из рабочих, который в это время зажигал фонари!

Томми уставился прямо на меня. И я физически, буквально, услышал скрежет и щелканье его механических мозгов. Хрустело словно чипсы под катком, так что я даже немного испугался – а вдруг этого бойца сейчас переклинит? Возьмет, да и сломается.

Однако, спустя пяток секунд, он заговорил:

– Доброе утро, сэр. Сожалею, но в данный момент осуществляется передача полномочий. Прошу вас сесть и подождать. Предположительное время ожидания… Неизвестно.

Ага. Великолепно. Ладно, сходу натравить не получилось – жаль, но чего-нибудь да придумаем. Чисто теоретически, можно ж пролезть через окошечко…

– Мне кажется, полномочия так и не будут переданы, – сказал я Томми. – Может, вышлите хоть небольшой патруль?

– Сожалею, сэр, но это невозможно. Прошу вас сесть и подождать.

При разговоре он двигал только глазами, следя за моими небольшими передвижениями. А я вымерял окошко – получалось, что пролезть будет сложно. Или невозможно. Альфа чуть поменьше меня будет в габаритах, но и она едва ли протиснется. Волчица ведь, в конце концов, а не кошка. Да и Марта не влезет.

– Может, позовете главного? Кого-нибудь из людей?

– Сожалею, сэр, но в данный момент осуществляется передача полномочий. Мой командир и капитан констеблей сейчас участвуют в процессе. Прошу вас…

Сесть и подождать, да-да.

– Что ж. Уставу эти ваши Томми следуют безукоризненно, – сказал я Марте. – Что означает «передача полномочий»?

– Я не могу знать точной процедуры, хозяин. Однако я предполагаю, что это формальное мероприятие, завершающееся сменой ключей управления в центральной передающей станции участка.

Я слегка подвис, но смутно понял, о чем идет речь. О штуке для управления автоматонами не слезая с удобного кресла. Вполне логичная вещь, упрощающая работу, связь, слежку за юнитами. И довольно-таки продвинутая, как для местных устройств.

Они ж тут буквально на шестеренках.

Ладно. Похоже, в этом помещении мы черта с два чего добьемся. Можно поискать другие входы, если не повезет – пытаться идти так. В принципе, город не такой уж и большой и, если соблюдать осторожность по самому минимуму, до вечера-то уж точно выберемся. Только вот осторожность нужна. Нет желания наткнуться на прошедших через операционный столы Марты.

Она ж и с Эльзой может чего учудить, кстати… На этот случай ее будем контролировать. Парой-тройкой девчат с топорами, ага. Когда выберемся.

Я заглянул поглубже в окошко дежурного. На столе – стопки истлевшей бумаги сомнительной сохранности, карандаш. Хоть револьвер какой табельный лежал, не знаю, и то толку больше было бы.

Решил подергать дверь, ведущую за решетку. Ну, а вдруг?

И «а вдруг» – взял, да и случился. Дверь-то поддалась немного, когда толкнул ее покрепче. И явно побольше свободного хода замка или засова – аж щель появилась. На этом успехи и закончились. Дальше вот вообще ни в какую, хоть и попытался плечом дать, уперевшись как следует.

И петли все с внутренней стороны, аккурат к стене примыкают, судя по всему – рукой не дотянуться, хоть у нас и есть с собой масло в Молотовых.

– Так, помоги-ка, – приказал я Альфе. – Толкаем одновременно.

– А эта штука против не будет? – вполне логично спросила она.

Ну да, и правда. Томми-то на нас поглядывал, одними глазами. Ничего больше не делал, хоть любой дежурный уже встрепенулся бы от попыток вломиться в охраняемое помещение.

В общем, теперь уже вдвоем попытались. Вообще бесполезно, только плечи себе отбили. Ноги попросту скользят по полу, а створка ни на миллиметр не шелохнется, словно встала на упор какой. Замка или засова точно не было – меч со свистом и без препятствий пролетал сверху донизу.

А попытаться использовать меч как рычаг вообще глупо оказалось. Он гибкий! Вот попросту берет и гнется под напором. Я такой подставы, откровенно говоря, не ожидал.

Ладно. Тут или возвращаться и искать где-нибудь инструменты, или другие входы искать, или валить. Все – с риском наткнуться на тварей.

– Эй, солдат, – сказал я устало, подойдя к окошку дежурного. – У тебя там дверь заклинило, а нам надо бы вглубь участка пройти, встретиться с людьми. Не поможешь?

– С удовольствием, сэр! – бодро ответил он.

И, скрипя, поднялся со стула.

Так, не понял шутку юмора. Вот и какого хрена?

Со скрежетом и скрипом, Томми добрался до двери, схватился своими металлическими пальцами за створку и потянул на себя. Ну и мы с Альфой свои силы прибавили. Толку, разумеется, оказалось ровным счетом нисколько.

– Там ничего не мешает? – спросил я?

– Нет, сэр.

– Тогда возьми-ка эту бутылку с маслом и полей петли как следует.

– Хорошо, сэр.

Спустя еще минут десять мы сумели-таки открыть эту гребаную дверь. Пришлось еще немало так сил приложить, и это с помощью автоматона-то, но в конце концов сумели распахнуть створку достаточно, чтобы можно было проскочить внутрь. В этот раз первым входил я, как самозваный специалист по общению с машинным разумом.

Томми стоял как прилежный солдатик, навытяжку и руки по швам. А еще у него на бедре я разглядел нечто, подозрительно похожее на застегнутую кобуру.

– Хорошая работа, солдат! – сказал я и похлопал его по плечу. – Не подскажешь, где сейчас проходит передача полномочий? Нам нужно передать новому командованию участком срочный пакет.

Он повертел глазами, осматривая нас. И я вот не сказал бы, что мы выглядели сколь-либо доверенными лицами. Я-то еще туда-сюда, вот девушки… Одна автоматон в рваных обносках, из-под которых проглядывает что-то подозрительно похожее на соски, другая с ушками и хвостом.

– Сожалею, сэр, но я не владею такой информацией. Полагаю, вы сможете узнать это у охраны внутри.

– Тогда возвращайся на пост, Томми. Спокойного дежурства.

– Спасибо, сэр.

Он потопал обратно за стол. Я подумывал попытаться упереть у него содержимое кобуры, но решил не рисковать. Может, солдатик не слишком-то умный, но вот уж это он бы точно воспринял как что-то неправильное. Так что мы спокойно пошли вглубь здания, в саму бетонную крепость.

Тут украшательств уже не наблюдалось, все сугубо утилитарно. Голые стены, голые полы, слабенькие лампы под потолком – которые, кстати, работали, даже не моргали. Всего немного прошлись, и мы оказались в «предбаннике». Оч-чень хорошо простреливаемой зоне, иными словами.

Не слишком-то широкий коридор. По центру спереди – дверь, открыта. Слева и справа от нее бойницы, в которых кто-то, да виднеется, в тех же самых широкополых касках.

Я как увидел – так едва на пол не бросился. Слишком уж угрожающе выглядело. Но суеты не наблюдалось, криков с приказом остановиться не было, так что мы спокойно, быстрым шагом, преодолели коридор и вошли в основное здание.

И, да – там Томми стояли, две штуки. Что еще интереснее, они были вооружены. Чем-то откровенно уродливым, но весьма похожим на пулеметы. Магазин почему-то сверху, например.

Внимания на нас Томми не обратили, так и глядели себе тихо-смирно в бойницы, держа оружие наизготовку поперек груди. Вот и хорошо. Вот и правильно. Раз мы здесь, раз никакого военного или чрезвычайного положения не объявлено – значит, нам тут находиться можно. Стойте себе спокойно, а мы дальше пойдем.

Осталось только понять, куда именно. На стенах висели таблички-указатели, но без знания письменности они вообще бесполезны. Одна и та же табличка с одинаковым успехом могла обозначать и туалет, и пункт управления, и вообще что угодно. Единственный вариант – пройтись ножками, заглядывая в каждую дверь. Ну, придется.